Есть время подготовиться и попытаться вновь проанализировать известные факты. Попробуйте изучить район вчерашнего столкновения, наверняка их логово где-то поблизости – вряд ли они отправились закупаться чересчур далеко от места проживания. Только мой вам совет, - я постаралась придать тону побольше значимости, - если обнаружите – не следите. Духи тотемов крайне чувствительны к стороннему вниманию, так вы их только насторожите и вновь вынудите пойти на столкновение.
- И что же нам с ними делать? – недовольно нахмурился майор. – Проводить взглядом и отпустить?
- Верно, - я кивнула без тени усмешки. – Ваши люди не способны дать им отпор. Если не хотите новых жертв, то так и делайте. Их цель – не теракты как таковые, а всего лишь ожидание часа Х, так что следите издалека, анализируйте и ищите в первую очередь колдуна. Обезвредите его – и кроли станут лёгкой добычей. Пробейте по своим базам дату рождения, возможно в этом есть какая-то связь. – И не очень уверенно уточнила. – У вас ведь есть свои базы неблагонадёжных колдунов?
- Есть, - усмехнулся майор.
- И я в ней числюсь? – я иронично приподняла бровь.
- И вы, - не стал отпираться Иван.
В этот момент вновь нестерпимо зачесались швы, так что не самая приветливая гримаса исказила моё лицо. Страдальческий вздох вырвался из груди и послужил определённым сигналом для визитёра.
- Что ж, не буду больше вас расстраивать и досаждать сверх необходимого. Выздоравливайте. Если же узнаете что-то раньше нас…
- Да-да, звонить в любое время и информировать.
Моя рука всё же добралась до бинтов и начала их тихонько почёсывать, чтобы хоть как-то унять этот нестерпимый зуд. С губ сорвался новый стон – на этот раз уже от несравненного удовольствия.
- Так точно, - губы майора изогнулись в понимающей усмешке. – Ваша сумка в гостиной. Поправляйтесь, Айя.
К счастью, на этом свой долг соболезнующего майор посчитал выполненным и покинул мою спальню. В коридоре обменялся несколькими общими фразами с Виктором, который, как оказалось, ещё не ушёл, и вскоре входная дверь тихо хлопнула. Один раз.
Вздохнула. Сегодня у меня это получалось на диво часто и эмоционально. Набрала в лёгкие побольше воздуха и погромче, чтобы потом меня не обвиняли в том, что не услышали, заявила:
- Одинцов, слушай внимательно! Сейчас я буду ходить по своей квартире голая, непристойно выражаться и из-за отвратительного самочувствия ненавидеть окружающих. Так что если тебе дорога твоя психика и жизнь в целом – чтобы через пять минут тебя здесь не было!
Повторно дверь хлопнула уже через три минуты. А он не безнадёжен. Жену бы ему толковую, чтобы перевоспитала – цены бы мужику не было. Только где ж взять такую дуру?
Сама мысль, что я вдруг устроюсь ещё и свахой на полставки, позабавила, но я выкинула её из головы почти сразу. У меня были дела намного важнее, чем устройство личной жизни Одинцова. Первым делом я всё-таки собралась с силами и встала. Медленно, словно тысячелетняя старуха, добрела до ванной комнаты и, бессовестно наплевав на запреты Дарьи мочить место ранения, минут двадцать стояла под контрастным душем. Тёплая, холодная, ледяная. Тёплая, горячая, тёплая. Ледяная… И, наконец, едва тёплая. Водные процедуры не вернули сил, но хоть немного взбодрили, и я, завернувшись в полотенце, отправилась дальше по маршруту.
На кухне меня ждал приятный сюрприз в виде записки и накрытого завтрака. В тарелке лежал уже остывший омлет с гренками, в кружке был налит чай, между ними батареей стояли три разных йогурта, а записка извещала меня о том, что Одинцов взял на себя смелость не только позаботиться о моём утреннем пропитании, но и забил холодильник под завязку всем, чем только додумался. «Исходя из имеющихся данных». Это заинтриговало, и я отправилась к упомянутому агрегату с ревизией. Нда-а-а… Нет, в целом было неплохо: яйца, молоко, сыр, йогурты, фрукты. Но зачем мне три вида колбасы? Гусиный паштет, десяток шоколадных сырков, полкило пломбира? Я похожа на сладкоежку? Или он наивно полагает, что я действительно буду соблюдать постельный режим? А может считает, что не догадаюсь позвонить в службу доставки, благо их в это время пруд пруди, и заказать то, что захочу сама?
В целом, конечно, неожиданная забота была приятна и ворчала я больше для галочки. И хотя пока не представляла, как буду избавляться от излишков еды, в тоже время уже сидела и завтракала тем, чем дали. Немного недосолено и чай не из бодрящих, а успокоительный, но, возможно, мне сейчас не помешает лишний раз успокоиться.
После завтрака я уже на одном упрямстве доползла обратно до кровати и рухнула в её объятия, наплевав даже на то, что ещё пятнадцать минут назад планировала её перестелить. Всё-таки ритуал на крови отнял намного больше сил, чем у меня имелось, и сейчас мне как никогда требовался сон и покой. Просто сон и полный покой.
Чем я и занялась.
День, вечер, ночь, утро… Потребовалось больше суток, чтобы я начала ощущать себя не выжатой тряпкой, а подобием человека. Всё это время я преимущественно спала, иногда что-то ела, умудрившись в промежутках между этими крайне важными делами уделить минутку внимания и Олли-младшему. Лишь к полудню пятницы, когда я очередной раз открыла глаза и поняла, что время утекает как вода сквозь пальцы, во мне нашлись силы не только на поход до холодильника, но и на посещение ванной комнаты. На этот раз душем дело не ограничилось – я набрала ванну. Закинула в воду всё, до чего додумалась: от ароматных масел до бодрящих солей, и пролежала в ней больше часа, питая не только кожу, но и дух.
Часам к двум, когда вода остыла настолько, что мне стало некомфортно, в мою ещё не очень бодро мыслящую голову пришло озарение, что сегодня у меня вроде как свидание. Первым порывом возникло стойкое желание набрать смс и уведомить страждущую моего внимания сторону, что всё отменяется. Однако, здравый смысл, а также новая мысль о том, что из этого свидания можно извлечь пользу, победили. Я уже не была стопроцентно уверена, что сумею справиться с колдуном и его кролями в одиночку, так что помощь тех, кто как раз рвался мне её оказать, будет не лишней.
После очередного перекуса, во время которого я всё обдумывала свои корыстные мысли, пришло новое озарение – мне нечего надеть. Для этого свидания, которое следовало провести на тончайшем уровне, чтобы получить именно желаемое и ни граммом больше, требовалось нечто особенное. И как раз такого у меня не было. В итоге пришлось в экстренном порядке одеваться и идти по ближайшим модным бутикам, надеясь найти в них хоть что-то приличное. Обычно я заранее знала, что хочу и где это продаётся, но сегодня даже примерно не представляла, куда бежать и на что обращать внимание.
Повезло мне лишь ближе к вечеру. Наверное, это всё же Геката смилостивилась над своей непутёвой дочерью, потому что стоило мне лишь увидеть это платье на манекене, как я сразу поняла – оно. Мой размер, мой цвет и даже цена не заоблачна. Примерка заняла минуту и всего через три я уже спешила обратно домой, радуясь, что нет нужды тратить время на поиски обуви, так как дома у меня как раз имелись лодочки в тон к платью. Единственное, что раздражало – я вновь устала. Но даже это не стало преградой, чтобы уже без пяти минут восемь, предварительно выпив бодрящей настойки на травах, королевой выходить из такси у клуба.
В своё время и Плеть-наставница, и сама Геката не прекращали повторять, что служение служением, а женщину в себе подавлять нельзя. Мы можем сколько угодно считать себя кровожадными, циничными, эгоистичными, ворчливыми и просто – настоящими ведьмами, но при этом просто обязаны оставаться элегантными и женственными. Мы должны любить себя и своё тело. Должны знать, как оно влияет на окружающих, и получать от этого удовольствие. Мы просто должны быть Женщинами с большой буквы.
Долгие годы я отказывалась принимать эту точку зрения, ненавидя мужчин в принципе, но со временем поняла, что это не выход, и из всего можно извлечь выгоду. Постепенно стала мягче, действительно полюбила себя, а затем и стороннее внимание.
И сейчас, одетая в потрясающее изумрудное платье, чей верх был частично украшен чёрным кружевом, а подол мягко обволакивал тяжёлым шёлком бёдра и струился дальше по ногам, я получала удовольствие не только от приобретения шикарной обновки, но и от восхищённых мужских взглядов. Чуть подвитые на концах волосы свободно падали на плечи и спину, вечерний макияж подчёркивал восточный разрез глаз и соблазнительный изгиб губ, а несколько капель масляных духов окутали меня дурманящим ароматом недосягаемой таинственности.
Стоило мне только войти в клуб «Викинг», как ко мне тут же поторопился подойти знакомый управляющий. Я ещё даже не успела открыть рот, чтобы поинтересоваться, где могу найти Олафа, а меня уже тепло приветствовали и вели наверх.
Правда не довели и виноват в этом был совсем не управляющий, а сам хозяин клуба, бессовестно перехвативший меня у своего работника на самых первых ступенях лестницы. Судя по тому, что меня лишь пожирали глазами и крепко обнимали за талию, прижав к своей груди – разговаривать Олаф ещё не мог, как толком и улыбаться. Зато глаза буквально сияли тем самым детским счастьем, когда высшие силы с точностью исполняют самое заветное желание, причём в кратчайшие сроки.
Смутилась даже немного. Мягко улыбнулась, положила ладонь со свежим маникюром мужчине на грудь, прикрытую не туникой, как обычно, а светло-серой рубашкой, чуть надавила, требуя больше свободы, и ласково произнесла:
- Если ты сейчас же не прекратишь меня лапать, я тебе ещё и руку сломаю.
На меня глянули настолько скорбно, что будь мне меньше пятисот лет – уступила бы. Но мне было больше и уступать пришлось Олафу. Мужчина тяжко вздохнул, не стесняясь откровенно переигрывать, галантно подхватил меня под локоток, при этом едва касаясь руки пальцами, и жестом предложил следовать наверх. Проследовала.
На этот раз меня привели в апартаменты Одина, что значилось на входной двери. Внутри же помещение говорило само за себя: вновь тот самый нарочито грубоватый средневековый скандинавский стиль: дерево, камень, кованый металл, шкуры и шикарный камин. На центральной стене – фреска с верховным богом викингов Одином. Древний, но при этом не дряхлый, а очень даже мощный старец с седой бородой и в сияющих доспехах расположился под раскидистым деревом на шкурах и с задумчивым прищуром взирал на посетителей своим единственным глазом. На каждом плече бога восседало по ворону: Хугин и Мунин, а у ног развалились два волка: Гери и Фреки. Стол в этой комнате стоял таким образом, что в его торце как раз вольготно устроился Один. Справа – камин, слева – стена с оружием, а за уже накрытым столом – приветливо кивнувший мне Александр.
- Рад видеть вас, Айя. Вы безумно прелестны в этом наряде и уверен, Олаф считает точно так же.
Мой сопровождающий многозначительно кивнул и, проявляя чудеса галантности, помог мне устроиться за столом, чтобы уже через секунду бессовестно плюхнуться рядом.
- Мне тоже приятно видеть вас, Александр. - Я отдавала дань вежливости, не упуская возможности подколоть кое-кого неисправимого. При этом смотрела и улыбалась лишь тому, с кем беседовала, стоически игнорируя надсадное пыхтение рядом. – Признаться, для меня стало большой неожиданностью ваше родство. Скажите, это не шутка? Так такое могло произойти? Ведь вы – образец выдержки и стиля, а Олаф…
Я завершила свои слова снисходительным взглядом, небрежным пожатием плеч и таинственной полуулыбкой. Словно лишь воспитание и уважение к присутствующим не позволяло мне договорить очевидное.
Рядом засопели ещё натужнее, а когда Александр тихо усмехнулся, даже тихо рыкнули. Тут уж я не удержалась – пошла вразнос. Повернула к хомушке голову, ласково пошлёпала по руке и тоном, не предусматривающим возражений, произнесла:
- Разве это не так, Олли-старший? Из-за чьей несдержанности и желания покрасоваться именно ты сейчас на диво немногословен? Или я в чём-то не права?
И с вызовом вздёрнула бровь. Мол, рискни поспорить.
Спорить со мной Олаф не рискнул. Вместо этого, спустя примерно секунд пять неохотно кивнул, едва уловимо улыбнулся и сделал попытку приобнять, чего я с лёгкостью избежала, лишь погрозив пальчиком. Александр же не выдержал нашей пантомимы и осторожно поинтересовался:
- Айя, позвольте узнать: почему Олли-старший? Уже имеется Олли-младший?
Олаф, не успевший развить мысль в этом направлении, резко замер, его зрачки всего за мгновение увеличились так, что поглотили собой всю радужку, а на лице застыло выражение крайнего шока. Взгляд метнулся к моему животу, но тут же, осознав насколько это предположение нереально, Олаф мотнул головой и промычал что-то возмущённо-грозное. При этом мне достался угрюмый взгляд и молчаливое обещание выпытать истину любой ценой.
Пф! Да легко!
- Вы правы, Александр, имеется, - я вновь дарила улыбку и бездну своего обаяния лишь мужчине напротив. – И именно Олли-старший тому причина. Честно говоря, я сама бы никогда не решилась на этот серьёзный шаг, ведь забота о ком-то – это такая большая ответственность… Но Олаф поступил как настоящий мужчина – решил всё сам, не посоветовавшись со мной, и вот теперь у меня есть Олли-младший.
Александр выглядел слегка растерянным, но в то же время заинтригованным. Уверена, он понимал, что я говорю не о ребёнке, но пока не мог догадаться об истинном положении вещей.
- То есть пол вы уже знаете? – с едва уловимой улыбкой в глазах поинтересовался мужчина.
- К сожалению, нет, - я с притворным сожалением поджала губы. – Ещё слишком рано о чём-то говорить. Возможно, специалист бы уже определил, но я не в силах.
- Хм… - некромант загадочно прищурился и неожиданно предложил. – Тогда, может, я могу вам помочь?
- Право не знаю… - я изобразила бурную мыслительную деятельность, уже с трудом удерживаясь от гомерического хохота – сопение поблизости набирало обороты всё стремительнее, как и возмущённый взгляд, который я ловила краем глаза. – Не хотелось бы отбирать ваше время для такой ерунды. К тому же какая разница: мальчик или девочка? При любом раскладе уже ничего не изменить. Да же, хомушка?
И, ожидая лишь согласия, устремила сияющий взгляд на Олафа.
Судя по тому, как мужчина снова завис, в этот самый момент он уже созрел для взрыва, но мой вопрос вызвал сбой системы. Секунду спустя его взгляд забегал, словно вслед за мыслями, посетившими голову, ещё через секунду лицо Олафа озарилось пониманием, а ещё спустя мгновение мне в лицо возмущённо фыркнули, погрозили пальцем и следующим жестом мастерски застрелились.
Приподняла бровь, показывая, что тоже могу выражаться без слов, но тут уже вмешался Александр:
- Я так полагаю, в неведении остался лишь я. Кто-нибудь утолит моё любопытство?
Жестом предложила сделать это инициатору загадки, на что тот закатил глаза, вздохнул, вынул из кармана телефон и торопливо набрал смс.
- Хомяк? – недоверчиво переспросил Александр, когда прочёл сообщение на своём телефоне. Поднял взгляд на меня и чуть нахмурился. – Хомяк?
- Хомяк, - кивнула я многозначительно и улыбнулась. – И раз уж этот вопрос решён, то может приступим к ужину, пока он не остыл? – И «по секрету» призналась.
- И что же нам с ними делать? – недовольно нахмурился майор. – Проводить взглядом и отпустить?
- Верно, - я кивнула без тени усмешки. – Ваши люди не способны дать им отпор. Если не хотите новых жертв, то так и делайте. Их цель – не теракты как таковые, а всего лишь ожидание часа Х, так что следите издалека, анализируйте и ищите в первую очередь колдуна. Обезвредите его – и кроли станут лёгкой добычей. Пробейте по своим базам дату рождения, возможно в этом есть какая-то связь. – И не очень уверенно уточнила. – У вас ведь есть свои базы неблагонадёжных колдунов?
- Есть, - усмехнулся майор.
- И я в ней числюсь? – я иронично приподняла бровь.
- И вы, - не стал отпираться Иван.
В этот момент вновь нестерпимо зачесались швы, так что не самая приветливая гримаса исказила моё лицо. Страдальческий вздох вырвался из груди и послужил определённым сигналом для визитёра.
- Что ж, не буду больше вас расстраивать и досаждать сверх необходимого. Выздоравливайте. Если же узнаете что-то раньше нас…
- Да-да, звонить в любое время и информировать.
Моя рука всё же добралась до бинтов и начала их тихонько почёсывать, чтобы хоть как-то унять этот нестерпимый зуд. С губ сорвался новый стон – на этот раз уже от несравненного удовольствия.
- Так точно, - губы майора изогнулись в понимающей усмешке. – Ваша сумка в гостиной. Поправляйтесь, Айя.
К счастью, на этом свой долг соболезнующего майор посчитал выполненным и покинул мою спальню. В коридоре обменялся несколькими общими фразами с Виктором, который, как оказалось, ещё не ушёл, и вскоре входная дверь тихо хлопнула. Один раз.
Вздохнула. Сегодня у меня это получалось на диво часто и эмоционально. Набрала в лёгкие побольше воздуха и погромче, чтобы потом меня не обвиняли в том, что не услышали, заявила:
- Одинцов, слушай внимательно! Сейчас я буду ходить по своей квартире голая, непристойно выражаться и из-за отвратительного самочувствия ненавидеть окружающих. Так что если тебе дорога твоя психика и жизнь в целом – чтобы через пять минут тебя здесь не было!
Повторно дверь хлопнула уже через три минуты. А он не безнадёжен. Жену бы ему толковую, чтобы перевоспитала – цены бы мужику не было. Только где ж взять такую дуру?
Сама мысль, что я вдруг устроюсь ещё и свахой на полставки, позабавила, но я выкинула её из головы почти сразу. У меня были дела намного важнее, чем устройство личной жизни Одинцова. Первым делом я всё-таки собралась с силами и встала. Медленно, словно тысячелетняя старуха, добрела до ванной комнаты и, бессовестно наплевав на запреты Дарьи мочить место ранения, минут двадцать стояла под контрастным душем. Тёплая, холодная, ледяная. Тёплая, горячая, тёплая. Ледяная… И, наконец, едва тёплая. Водные процедуры не вернули сил, но хоть немного взбодрили, и я, завернувшись в полотенце, отправилась дальше по маршруту.
На кухне меня ждал приятный сюрприз в виде записки и накрытого завтрака. В тарелке лежал уже остывший омлет с гренками, в кружке был налит чай, между ними батареей стояли три разных йогурта, а записка извещала меня о том, что Одинцов взял на себя смелость не только позаботиться о моём утреннем пропитании, но и забил холодильник под завязку всем, чем только додумался. «Исходя из имеющихся данных». Это заинтриговало, и я отправилась к упомянутому агрегату с ревизией. Нда-а-а… Нет, в целом было неплохо: яйца, молоко, сыр, йогурты, фрукты. Но зачем мне три вида колбасы? Гусиный паштет, десяток шоколадных сырков, полкило пломбира? Я похожа на сладкоежку? Или он наивно полагает, что я действительно буду соблюдать постельный режим? А может считает, что не догадаюсь позвонить в службу доставки, благо их в это время пруд пруди, и заказать то, что захочу сама?
В целом, конечно, неожиданная забота была приятна и ворчала я больше для галочки. И хотя пока не представляла, как буду избавляться от излишков еды, в тоже время уже сидела и завтракала тем, чем дали. Немного недосолено и чай не из бодрящих, а успокоительный, но, возможно, мне сейчас не помешает лишний раз успокоиться.
После завтрака я уже на одном упрямстве доползла обратно до кровати и рухнула в её объятия, наплевав даже на то, что ещё пятнадцать минут назад планировала её перестелить. Всё-таки ритуал на крови отнял намного больше сил, чем у меня имелось, и сейчас мне как никогда требовался сон и покой. Просто сон и полный покой.
Чем я и занялась.
День, вечер, ночь, утро… Потребовалось больше суток, чтобы я начала ощущать себя не выжатой тряпкой, а подобием человека. Всё это время я преимущественно спала, иногда что-то ела, умудрившись в промежутках между этими крайне важными делами уделить минутку внимания и Олли-младшему. Лишь к полудню пятницы, когда я очередной раз открыла глаза и поняла, что время утекает как вода сквозь пальцы, во мне нашлись силы не только на поход до холодильника, но и на посещение ванной комнаты. На этот раз душем дело не ограничилось – я набрала ванну. Закинула в воду всё, до чего додумалась: от ароматных масел до бодрящих солей, и пролежала в ней больше часа, питая не только кожу, но и дух.
Часам к двум, когда вода остыла настолько, что мне стало некомфортно, в мою ещё не очень бодро мыслящую голову пришло озарение, что сегодня у меня вроде как свидание. Первым порывом возникло стойкое желание набрать смс и уведомить страждущую моего внимания сторону, что всё отменяется. Однако, здравый смысл, а также новая мысль о том, что из этого свидания можно извлечь пользу, победили. Я уже не была стопроцентно уверена, что сумею справиться с колдуном и его кролями в одиночку, так что помощь тех, кто как раз рвался мне её оказать, будет не лишней.
После очередного перекуса, во время которого я всё обдумывала свои корыстные мысли, пришло новое озарение – мне нечего надеть. Для этого свидания, которое следовало провести на тончайшем уровне, чтобы получить именно желаемое и ни граммом больше, требовалось нечто особенное. И как раз такого у меня не было. В итоге пришлось в экстренном порядке одеваться и идти по ближайшим модным бутикам, надеясь найти в них хоть что-то приличное. Обычно я заранее знала, что хочу и где это продаётся, но сегодня даже примерно не представляла, куда бежать и на что обращать внимание.
Повезло мне лишь ближе к вечеру. Наверное, это всё же Геката смилостивилась над своей непутёвой дочерью, потому что стоило мне лишь увидеть это платье на манекене, как я сразу поняла – оно. Мой размер, мой цвет и даже цена не заоблачна. Примерка заняла минуту и всего через три я уже спешила обратно домой, радуясь, что нет нужды тратить время на поиски обуви, так как дома у меня как раз имелись лодочки в тон к платью. Единственное, что раздражало – я вновь устала. Но даже это не стало преградой, чтобы уже без пяти минут восемь, предварительно выпив бодрящей настойки на травах, королевой выходить из такси у клуба.
В своё время и Плеть-наставница, и сама Геката не прекращали повторять, что служение служением, а женщину в себе подавлять нельзя. Мы можем сколько угодно считать себя кровожадными, циничными, эгоистичными, ворчливыми и просто – настоящими ведьмами, но при этом просто обязаны оставаться элегантными и женственными. Мы должны любить себя и своё тело. Должны знать, как оно влияет на окружающих, и получать от этого удовольствие. Мы просто должны быть Женщинами с большой буквы.
Долгие годы я отказывалась принимать эту точку зрения, ненавидя мужчин в принципе, но со временем поняла, что это не выход, и из всего можно извлечь выгоду. Постепенно стала мягче, действительно полюбила себя, а затем и стороннее внимание.
И сейчас, одетая в потрясающее изумрудное платье, чей верх был частично украшен чёрным кружевом, а подол мягко обволакивал тяжёлым шёлком бёдра и струился дальше по ногам, я получала удовольствие не только от приобретения шикарной обновки, но и от восхищённых мужских взглядов. Чуть подвитые на концах волосы свободно падали на плечи и спину, вечерний макияж подчёркивал восточный разрез глаз и соблазнительный изгиб губ, а несколько капель масляных духов окутали меня дурманящим ароматом недосягаемой таинственности.
Стоило мне только войти в клуб «Викинг», как ко мне тут же поторопился подойти знакомый управляющий. Я ещё даже не успела открыть рот, чтобы поинтересоваться, где могу найти Олафа, а меня уже тепло приветствовали и вели наверх.
Правда не довели и виноват в этом был совсем не управляющий, а сам хозяин клуба, бессовестно перехвативший меня у своего работника на самых первых ступенях лестницы. Судя по тому, что меня лишь пожирали глазами и крепко обнимали за талию, прижав к своей груди – разговаривать Олаф ещё не мог, как толком и улыбаться. Зато глаза буквально сияли тем самым детским счастьем, когда высшие силы с точностью исполняют самое заветное желание, причём в кратчайшие сроки.
Смутилась даже немного. Мягко улыбнулась, положила ладонь со свежим маникюром мужчине на грудь, прикрытую не туникой, как обычно, а светло-серой рубашкой, чуть надавила, требуя больше свободы, и ласково произнесла:
- Если ты сейчас же не прекратишь меня лапать, я тебе ещё и руку сломаю.
На меня глянули настолько скорбно, что будь мне меньше пятисот лет – уступила бы. Но мне было больше и уступать пришлось Олафу. Мужчина тяжко вздохнул, не стесняясь откровенно переигрывать, галантно подхватил меня под локоток, при этом едва касаясь руки пальцами, и жестом предложил следовать наверх. Проследовала.
На этот раз меня привели в апартаменты Одина, что значилось на входной двери. Внутри же помещение говорило само за себя: вновь тот самый нарочито грубоватый средневековый скандинавский стиль: дерево, камень, кованый металл, шкуры и шикарный камин. На центральной стене – фреска с верховным богом викингов Одином. Древний, но при этом не дряхлый, а очень даже мощный старец с седой бородой и в сияющих доспехах расположился под раскидистым деревом на шкурах и с задумчивым прищуром взирал на посетителей своим единственным глазом. На каждом плече бога восседало по ворону: Хугин и Мунин, а у ног развалились два волка: Гери и Фреки. Стол в этой комнате стоял таким образом, что в его торце как раз вольготно устроился Один. Справа – камин, слева – стена с оружием, а за уже накрытым столом – приветливо кивнувший мне Александр.
- Рад видеть вас, Айя. Вы безумно прелестны в этом наряде и уверен, Олаф считает точно так же.
Мой сопровождающий многозначительно кивнул и, проявляя чудеса галантности, помог мне устроиться за столом, чтобы уже через секунду бессовестно плюхнуться рядом.
- Мне тоже приятно видеть вас, Александр. - Я отдавала дань вежливости, не упуская возможности подколоть кое-кого неисправимого. При этом смотрела и улыбалась лишь тому, с кем беседовала, стоически игнорируя надсадное пыхтение рядом. – Признаться, для меня стало большой неожиданностью ваше родство. Скажите, это не шутка? Так такое могло произойти? Ведь вы – образец выдержки и стиля, а Олаф…
Я завершила свои слова снисходительным взглядом, небрежным пожатием плеч и таинственной полуулыбкой. Словно лишь воспитание и уважение к присутствующим не позволяло мне договорить очевидное.
Рядом засопели ещё натужнее, а когда Александр тихо усмехнулся, даже тихо рыкнули. Тут уж я не удержалась – пошла вразнос. Повернула к хомушке голову, ласково пошлёпала по руке и тоном, не предусматривающим возражений, произнесла:
- Разве это не так, Олли-старший? Из-за чьей несдержанности и желания покрасоваться именно ты сейчас на диво немногословен? Или я в чём-то не права?
И с вызовом вздёрнула бровь. Мол, рискни поспорить.
Спорить со мной Олаф не рискнул. Вместо этого, спустя примерно секунд пять неохотно кивнул, едва уловимо улыбнулся и сделал попытку приобнять, чего я с лёгкостью избежала, лишь погрозив пальчиком. Александр же не выдержал нашей пантомимы и осторожно поинтересовался:
- Айя, позвольте узнать: почему Олли-старший? Уже имеется Олли-младший?
Олаф, не успевший развить мысль в этом направлении, резко замер, его зрачки всего за мгновение увеличились так, что поглотили собой всю радужку, а на лице застыло выражение крайнего шока. Взгляд метнулся к моему животу, но тут же, осознав насколько это предположение нереально, Олаф мотнул головой и промычал что-то возмущённо-грозное. При этом мне достался угрюмый взгляд и молчаливое обещание выпытать истину любой ценой.
Пф! Да легко!
- Вы правы, Александр, имеется, - я вновь дарила улыбку и бездну своего обаяния лишь мужчине напротив. – И именно Олли-старший тому причина. Честно говоря, я сама бы никогда не решилась на этот серьёзный шаг, ведь забота о ком-то – это такая большая ответственность… Но Олаф поступил как настоящий мужчина – решил всё сам, не посоветовавшись со мной, и вот теперь у меня есть Олли-младший.
Александр выглядел слегка растерянным, но в то же время заинтригованным. Уверена, он понимал, что я говорю не о ребёнке, но пока не мог догадаться об истинном положении вещей.
- То есть пол вы уже знаете? – с едва уловимой улыбкой в глазах поинтересовался мужчина.
- К сожалению, нет, - я с притворным сожалением поджала губы. – Ещё слишком рано о чём-то говорить. Возможно, специалист бы уже определил, но я не в силах.
- Хм… - некромант загадочно прищурился и неожиданно предложил. – Тогда, может, я могу вам помочь?
- Право не знаю… - я изобразила бурную мыслительную деятельность, уже с трудом удерживаясь от гомерического хохота – сопение поблизости набирало обороты всё стремительнее, как и возмущённый взгляд, который я ловила краем глаза. – Не хотелось бы отбирать ваше время для такой ерунды. К тому же какая разница: мальчик или девочка? При любом раскладе уже ничего не изменить. Да же, хомушка?
И, ожидая лишь согласия, устремила сияющий взгляд на Олафа.
Судя по тому, как мужчина снова завис, в этот самый момент он уже созрел для взрыва, но мой вопрос вызвал сбой системы. Секунду спустя его взгляд забегал, словно вслед за мыслями, посетившими голову, ещё через секунду лицо Олафа озарилось пониманием, а ещё спустя мгновение мне в лицо возмущённо фыркнули, погрозили пальцем и следующим жестом мастерски застрелились.
Приподняла бровь, показывая, что тоже могу выражаться без слов, но тут уже вмешался Александр:
- Я так полагаю, в неведении остался лишь я. Кто-нибудь утолит моё любопытство?
Жестом предложила сделать это инициатору загадки, на что тот закатил глаза, вздохнул, вынул из кармана телефон и торопливо набрал смс.
- Хомяк? – недоверчиво переспросил Александр, когда прочёл сообщение на своём телефоне. Поднял взгляд на меня и чуть нахмурился. – Хомяк?
- Хомяк, - кивнула я многозначительно и улыбнулась. – И раз уж этот вопрос решён, то может приступим к ужину, пока он не остыл? – И «по секрету» призналась.
