О том, что тетушка Эллисан так и вовсе одна из преподавательниц, я говорить не стала. Успеется.
— А-а-а, понятно. А у меня дедушка корпус заканчивал. Родители не хотели, чтобы я тоже сюда поступала — девушка же. — Покривившись видимо не самым радужным воспоминаниям, эльдивианка вдруг мягко улыбнулась. — А дедушка мне помог. И денег дал.
— А почему всё-таки решила поступить? Может лучше так, другой какой мирный институт, да замуж...
— Неа, какой замуж, ты что?! — Вскинувшись, девушка, вдруг притухла. — Не сложилось у меня с «замуж»... — И совсем уж тихо добавила: — Сестра младшая жениха увела. Она красивая. Очень. Дура правда, но что поделать... ему это показалось лучшим вариантом. А я не удержалась и руку ему сломала. А деда сказал, что он кретин каких мало, а потом посоветовал мне немного в корпусе поучится. Он меня ведь с детства всему этому учил... вот, как-то так.
— Да... извини, не хотела тебе так...
— Да ладно, я уже перекипела. Понимаю, сама сглупила — видела же, как она ему глазки строила, да думала я ему дороже. Зря думала. — Криво и невесело усмехнувшись, Сабрина перевела взгляд на толпу, решив немного помолчать.
Я же внимательно рассматривала эту странную девушку. А ведь далеко не страшненькая. Если подойти непредвзято, то очень славная, но нет в ней той самой искры, которая даже замухрышек делает принцессами. Ничего-ничего... вот если она действительно без особых заскоков и мы сможем подружиться, то думаю, к концу обучения она станет настоящей королевой! Уж тетушка то её научит! А что? Стержень у неё есть, сила воли тоже, знаний, думаю, достаточно, единственное, что уверенности, как в женщине нет. А уверенность — это наживное. Не сейчас конечно — сейчас нам этого совсем не надо. Излишнее внимание старшекурсников нам не с руки. А вот постепенно... когда мы сами станем старшекурсницами... решено!
Поболтав ещё немного о том, как у кого прошло заполнение анкет, я сделала и ещё несколько выводов — в оружии она почти спец. А значит, точно будем дружить!
Ещё минут через десять, когда время приблизилось к шести, первокурсники начали потихоньку просачиваться через КПП, находить своих кураторов и нестройными группами снова расходиться по комнатам.
Мы также нашли Норриса и вежливо поздоровавшись, отправились за ним. Вот только Глюк, а затем и я удостоились весьма загадочного взгляда, а затем и едва уловимой усмешки. Ага... уже планируем взлом? Да ради Хаша! Не страшно. Когда я кстати спросила у Элисс, кто это самый Хаш, то узнала — один из основателей этого самого корпуса. Отличался пакостным нравом, но неизменно выкручивался из самой безвыходной ситуации.
По дороге в комнату, я успела заметить, что поступивших девушек всего одиннадцать. Мало. Катастрофически мало. Причем все эльдивианки. Симпатичные, кроме нашей «первой» — ещё две безупречных красавицы. Прекрасно! Мало того — те две высокомерные тоже планировали к ним присоединиться. Ещё лучше! Итого целых пять девиц, которые хотя бы первое время будут отвлекать на себя все мужское внимание. Отлично! Я рада, как никогда.
Так, улыбаясь своим немного пакостным мыслям, я дошла вслед за всеми до комнаты.
— Смотрим внимательно, — Норрис, подойдя к кровати нашей красавицы, привлёк наше внимание. — Показываю, как должна быть заправлена кровать.
Умелые и четкие движения. И я внимательно проследила за тем, как он заправил и с какой четкостью разложил всё вплоть до миллиметра. Ага... боюсь, так же идеально я смогу повторить раз так на десятый-двадцатый...
— Всё поняли? Чудно. Вот так кровать должна выглядеть весь день. Подъём в шесть, в шесть двадцать вы уже должны быть на построении на плацу. К этому времени кровати должны быть заправлены, а вы одеты в форму. Безупречно. К опоздавшим применяются штрафные санкции.
И снова, обведя взглядом девушек, Норрис продолжил, раскладывая форму красавицы Тамилы на кровати:
— В общем так. Одевать я вас сам сейчас, конечно, не буду… — многозначительно усмехнувшись, он внимательно окинул фигуру Тамилы заинтересованным взглядом. — Но объяснить, конечно, объясню. Бельё можете носить своё, но выданное вам положено по уставу и конечно же желательно носить именно его. Дальше. Форма состоит из кепки, штанов, плотной майки и легкой куртки. На ноги исключительно берцы. В комнате можете ходить хоть в трусах и босиком, но за пределы неё только в форме. На тренировках по рукопашному бою и занятиях куртки и кепки снимают, но об этом вас предупредят преподаватели. Вопросы?
— В случае, если форма испорчена, к кому обращаться?
— Если испачкана, то в душевой у вас стоят стиральные машинки. Стираете сами, так же как и гладите. Если порвана, но незначительно, так же зашиваете. Если значительно и восстановлению не подлежит, то пишите рапорт о случившемся, где указываете причину и с ним и формой ко мне. Вопросы ещё? Нет? Тогда переодеваемся, а я проверю.
Не став ждать ответа, парень тут же вышел в коридор, мы же дружно потянулись к форме. Нда... Хорошо, что стеснением никто из нас не страдал — в секунды скинув верхнюю одежду, но естественно не став прикасаться к выданному белью, мы оделись. А ничего так... стильненько.
Светло-серые майки, почти футболки, серо-голубые пятнистые плотные штаны и куртки с одной полосой на предплечье. Знак первого курса? Наверное. Ведь у Норриса их было как раз три. Старательно заправившись, застегнувшись и подтянувшись, мы позвали своего куратора обратно.
— Ну что ж, неплохо. Ещё раз напоминаю — пуговицы застегнуты всегда, майки заправлены, а берцы начищены.
— Чем?
— Думаю, вы заметили, что у каждой кроме всего, что мы разобрали, есть ещё запечатанный пакет. Там всё необходимое — средства личной гигиены, нитки-иголки, тетради-ручки, ну и конечно крем с щеткой для обуви. А теперь куколки, заправляем койки и раскладываем вещи. Через полчаса жду вас внизу, покажу, где столовая и расскажу дальнейший распорядок.
И снова, не дожидаясь вопросов, парень вышел, а мы, конечно же, без возражений приступили к выполнению данной задачи. Конечно кроме Тамилы. Та же пока развешивала и раскладывала вещи в шкафчик и тумбочку. В принципе тоже нормальная девчонка. Пока занимались вещами, наконец нормально познакомились. Третью девушку звали Регина, у неё десять лет назад тут учился брат и родители не отказали, а брат поддержал деньгами, когда она решила тоже сюда поступить. У Тамилы наемником был отец. Исключительно династическое дело. Ничего, прорвёмся.
Закончив застилать кровать и развешивать форму, я поняла, что времени на то, чтобы разобрать пакет, в принципе не осталось. Ничего, думаю, вечером разберу. Примерный распорядок я знала сама ещё из рассказов Шенна, так что помнила — после ужина мы предоставлены сами себе. Сегодня этот вечер, конечно, будет свободным, но вот следующие будут заполнены уроками и подготовками к следующему дню. Отбой рано, в десять, но это необходимо, так как подъём тоже ранний. Нет, можно конечно поумничать и не ложиться, но Шенн обмолвился, что по первости мы будем выматываться настолько, что спать будет хотеться уже чуть ли не сразу после ужина. Сомневаюсь, конечно, но всё возможно.
— Идём? — Тамила, закончившая самая первая, уже стояла у дверей. — А ты зачем ИскИна с собой взяла? Не боишься взлома?
— Нет, мне скрывать нечего. К тому же с собой я его брать не буду, он будет постоянно в комнате. А это в своем роде подарок... не хотелось его дома оставлять. — Легко пожав плечами, не стала ничего более рассказывать. Ни к чему.
— А-а-а, ну смотри. Но знаешь, есть специалисты, взламывающие и комнаты. — Со знанием дела покивав в ответ, Тами указала на дверь. — Мне папа что только не рассказывал о своих кадетских годах. Я кстати сама электронщик. Так что если что, то буду знать, ну и вы имейте в виду.
— Не вопрос. Спасибо.
Благодарный и понятливый кивок от каждой из нас и мы, закрыв двери, отправились вниз.
По дороге я зацепила взглядом и остальные комнаты — всего двенадцать, по шесть с каждой стороны, это если не считать две последние двери, где душевая и уборная, а дальше полупрозрачная пластиковая стена. Хм... думаю, если я правильно рассчитала, то это только женская секция. И эта стена отделяет её от мужской. Но почему двенадцать? По идее если в каждой по четыре девушки, то нас должно быть сорок восемь. Или старшекурсницы живут по одному? А может раньше наборы были больше? Ладно, разберёмся.
Пока шли и спускались, к нам присоединились и остальные первокурсницы. Сейчас, когда все были одеты одинаково, форма немного обезличивала, но даже несмотря на это наша «пятерка красавиц» выделялась. И самое забавное, что если Тамила делала это неосознанно и естественно, как и две другие, нормальные, то ещё две, чьи спесивые мордашки мне не понравились ещё при поступлении, смотрели на остальных свысока. Не понимаю подобного поведения, по крайней мере именно здесь. И если честно, то мне будет очень интересно смотреть, как их начнут обламывать.
А начнут непременно. По-другому никак.
А вот и наш «несравненный» Норрис. В компании с еще двумя парнями. Самые стандартные эльдивы — высокие, неизменно подтянутые, сероглазые и голубоволосые. Единственное, что у стоящего справа волосы были весьма насыщенного голубого оттенка и длинные, на данный момент, собранные в хвост. Это я смогла увидеть потому, что они были без кепок. А почему? Тут же озвучив вопрос, услышала ответ:
— Мы сейчас в здании, к тому же идем на ужин, в это время головные уборы положено снимать, но вот на улице их носить обязательно.
— Ясно. — Тут же сняв кепку, вслед за остальными девушками, я последовала за парнем, направившимся в противоположный конец коридора первого этажа.
А что у нас там? О... столовая!
Точно. Получается, что это тот самый, объединяющий два корпуса, первый этаж. Чудно. С интересом разглядывая и само помещение и разного размера столики — некоторые на четверых, шестерых, некоторые, думаю, почти на десятерых, я увидела в противоположном конце ещё одну дверь, через которую заходили и другие кадеты. Ага, жители второго корпуса. Понятно. А где еду дают?
Шагая за Норрисом, во все глаза разглядывала странное сооружение. Странное, очень странное... что-то похожее на конвейер. Кадеты подходили к нему с разносом, который брали вначале и вставали в очередь, потихоньку набирая еду, а затем отходили к столикам. Ну, в принципе понятно, что-то вроде автоматической раздаточной. Мы тоже не стали сильно выделяться и взяв по разносу, встали в очередь. Двигалась она быстро, так что уже минут через пять Норрис повёл нас за один из шестиместных столиков, чтобы мы могли сесть все вместе. Много еды я набирать не стала — дома я поела хорошо, да и норму свою знала. Самое главное, чтобы еда оказалась на уровне.
— В общем, слушаем дальше, крошки. Сейчас семь. Ужин всегда в это время. После того, как поедите, разносы во-о-он туда. — Палец нашего куратора указал в небольшое окошко слева от раздаточной и парень продолжил, неторопливо уничтожая ужин. Приступили к нему и мы, не забывая внимательно слушать. — Так... я остановился на чём?
Регина, решив взять на себя эту нелегкую задачу, «подсказала» нашему забывчивому:
— Подъем в шесть, построение в шесть двадцать.
— Чудесно. На построении будет расчёт, осмотр личного состава и небольшая разминка на тридцать минут. В семь завтрак. Полчаса. В восемь начинаются занятия. Видели трехэтажный корпус слева от плаца? Вот там. Расписание узнаете завтра утром, на первой вводной лекции. Основная информация будет поступать вам на инфобраслеты. К ним доступ есть только у администраторов и ваших преподавателей. Кстати в браслеты встроены маячки, так что будет желание куда-нибудь сходить в неурочное время, то рекомендую сначала подумать — стоит ли оно того. За обнаружение в неположенном месте естественно штрафные санкции.
Потихоньку кивая в такт его словам, я даже несколько удивилась — подобные слова не вязались с его усмешкой превосходства. С чего это он такой добрый? Или просто обязан нам это рассказать? Странно-странно... неужели не такой плохой, каким пытается казаться?
— С восьми до десяти обычно теория, с десяти до часу — спортивная подготовка. Первый месяц у вас будет общая физическая, а потом уже пойдет и рукопашный бой и всё остальное. С часу и почти до двух обед, в два снова занятия и обычно до пяти. С пяти до семи у вас будет время на библиотеку, находящуюся также в основном учебном корпусе. Без двадцати семь построение для вечернего расчёта, на нём вы также должны выглядеть безупречно. В семь, как вы уже поняли, ужин, с полвосьмого до десяти — это ваше личное время: уроки, стирка, штопка, душ и прочее. В десять отбой. Вопросы?
— С полвосьмого до десяти находиться необходимо в корпусе или можно перемещаться по территории?
— Можно. Но в десять комендантский час — вы должны находиться исключительно в своих комнатах. Ещё?
— А твоя задача находиться с нами постоянно?
— Нет. Мы с вами будем встречаться только на построениях, ну и за едой. У меня свои занятия. Но если у вас будут проблемы по учебе или с курсантами, то в первую очередь вы должны обращаться ко мне, а уж потом к преподавателям.
— А как мы тебя найдем, если понадобишься в иное время? — Регина, решив выяснить всё-всё-всё, не скромничала и задавала всё новые и новые вопросы.
— Моя комната в вашем корпусе на первом этаже, семнадцатая. Если в неурочное меня нет в комнате, значит я в библиотеке или в тренажерке. В любом случае можете спросить по соседям, они обычно в курсе. Всё?
— Да, спасибо. — Регина ответила за всех, но я чуть прикинув, тоже согласно кивнула. Пока вопросов действительно больше не было. Единственное, что мне бы до канцелярии дойти... но ведь это можно сделать и завтра. К тому же я сомневалась, что они так поздно ещё работали. Кстати...
— Норрис, а что это за дома возле учебного корпуса?
— Там живут некоторые работники корпуса. Далеко не все живут в поселке. Допустим высшее руководство и дежурные офицеры постоянно находятся на территории. Ближайший к учебке как раз для дежурных, в остальных живут ректор и его три зама. Вы ещё не видели, но в том здании, где проходили вступительные экзамены, на втором и третьем этажах находятся кабинеты техников и прочего обслуживающего персонала. Кабинеты канцелярии, ваших капитанов и ректора с замами в учебке на втором этаже. Что ещё... — задумавшись, он что-то прикинул и в итоге пожал плечами. — В принципе, наверное, всё.
— Нет, погоди... каких наших капитанов?
— Каждой роте положен свой капитан, вы кстати в первой роте, а со своим капитаном познакомитесь завтра.
— А как насчет дружеского посещения комнат?
— Что конкретно?
— Разрешается приводить в комнату других курсантов?
— Нет. Хотите встречаться — на первом этаже есть общая комната отдыха, — Норрис понимающе ухмыльнулся, словно я спрашивала как минимум о борделе, хотя я вообще-то имела в виду братьев. Ну что с него взять... чем живет, о том и думает.
— Ясно. Теперь точно всё.
— Ну, уж спасибо. — И снова улыбка с почти неуловимой издевкой и он преувеличенно вежливо кивнул, допил чай, а затем и встал. — Всё, бывайте крошки. Завтра в шесть двадцать на плацу, но лучше конечно за пару минут.
— Да, хорошо. — Покивав, что поняли, мы также допили свои напитки и отнесли разносы к ранее обозначенному окошку. Мы понятливые девочки, когда надо. Очень понятливые.
— А-а-а, понятно. А у меня дедушка корпус заканчивал. Родители не хотели, чтобы я тоже сюда поступала — девушка же. — Покривившись видимо не самым радужным воспоминаниям, эльдивианка вдруг мягко улыбнулась. — А дедушка мне помог. И денег дал.
— А почему всё-таки решила поступить? Может лучше так, другой какой мирный институт, да замуж...
— Неа, какой замуж, ты что?! — Вскинувшись, девушка, вдруг притухла. — Не сложилось у меня с «замуж»... — И совсем уж тихо добавила: — Сестра младшая жениха увела. Она красивая. Очень. Дура правда, но что поделать... ему это показалось лучшим вариантом. А я не удержалась и руку ему сломала. А деда сказал, что он кретин каких мало, а потом посоветовал мне немного в корпусе поучится. Он меня ведь с детства всему этому учил... вот, как-то так.
— Да... извини, не хотела тебе так...
— Да ладно, я уже перекипела. Понимаю, сама сглупила — видела же, как она ему глазки строила, да думала я ему дороже. Зря думала. — Криво и невесело усмехнувшись, Сабрина перевела взгляд на толпу, решив немного помолчать.
Я же внимательно рассматривала эту странную девушку. А ведь далеко не страшненькая. Если подойти непредвзято, то очень славная, но нет в ней той самой искры, которая даже замухрышек делает принцессами. Ничего-ничего... вот если она действительно без особых заскоков и мы сможем подружиться, то думаю, к концу обучения она станет настоящей королевой! Уж тетушка то её научит! А что? Стержень у неё есть, сила воли тоже, знаний, думаю, достаточно, единственное, что уверенности, как в женщине нет. А уверенность — это наживное. Не сейчас конечно — сейчас нам этого совсем не надо. Излишнее внимание старшекурсников нам не с руки. А вот постепенно... когда мы сами станем старшекурсницами... решено!
Поболтав ещё немного о том, как у кого прошло заполнение анкет, я сделала и ещё несколько выводов — в оружии она почти спец. А значит, точно будем дружить!
Ещё минут через десять, когда время приблизилось к шести, первокурсники начали потихоньку просачиваться через КПП, находить своих кураторов и нестройными группами снова расходиться по комнатам.
Мы также нашли Норриса и вежливо поздоровавшись, отправились за ним. Вот только Глюк, а затем и я удостоились весьма загадочного взгляда, а затем и едва уловимой усмешки. Ага... уже планируем взлом? Да ради Хаша! Не страшно. Когда я кстати спросила у Элисс, кто это самый Хаш, то узнала — один из основателей этого самого корпуса. Отличался пакостным нравом, но неизменно выкручивался из самой безвыходной ситуации.
По дороге в комнату, я успела заметить, что поступивших девушек всего одиннадцать. Мало. Катастрофически мало. Причем все эльдивианки. Симпатичные, кроме нашей «первой» — ещё две безупречных красавицы. Прекрасно! Мало того — те две высокомерные тоже планировали к ним присоединиться. Ещё лучше! Итого целых пять девиц, которые хотя бы первое время будут отвлекать на себя все мужское внимание. Отлично! Я рада, как никогда.
Так, улыбаясь своим немного пакостным мыслям, я дошла вслед за всеми до комнаты.
— Смотрим внимательно, — Норрис, подойдя к кровати нашей красавицы, привлёк наше внимание. — Показываю, как должна быть заправлена кровать.
Умелые и четкие движения. И я внимательно проследила за тем, как он заправил и с какой четкостью разложил всё вплоть до миллиметра. Ага... боюсь, так же идеально я смогу повторить раз так на десятый-двадцатый...
— Всё поняли? Чудно. Вот так кровать должна выглядеть весь день. Подъём в шесть, в шесть двадцать вы уже должны быть на построении на плацу. К этому времени кровати должны быть заправлены, а вы одеты в форму. Безупречно. К опоздавшим применяются штрафные санкции.
И снова, обведя взглядом девушек, Норрис продолжил, раскладывая форму красавицы Тамилы на кровати:
— В общем так. Одевать я вас сам сейчас, конечно, не буду… — многозначительно усмехнувшись, он внимательно окинул фигуру Тамилы заинтересованным взглядом. — Но объяснить, конечно, объясню. Бельё можете носить своё, но выданное вам положено по уставу и конечно же желательно носить именно его. Дальше. Форма состоит из кепки, штанов, плотной майки и легкой куртки. На ноги исключительно берцы. В комнате можете ходить хоть в трусах и босиком, но за пределы неё только в форме. На тренировках по рукопашному бою и занятиях куртки и кепки снимают, но об этом вас предупредят преподаватели. Вопросы?
— В случае, если форма испорчена, к кому обращаться?
— Если испачкана, то в душевой у вас стоят стиральные машинки. Стираете сами, так же как и гладите. Если порвана, но незначительно, так же зашиваете. Если значительно и восстановлению не подлежит, то пишите рапорт о случившемся, где указываете причину и с ним и формой ко мне. Вопросы ещё? Нет? Тогда переодеваемся, а я проверю.
Не став ждать ответа, парень тут же вышел в коридор, мы же дружно потянулись к форме. Нда... Хорошо, что стеснением никто из нас не страдал — в секунды скинув верхнюю одежду, но естественно не став прикасаться к выданному белью, мы оделись. А ничего так... стильненько.
Светло-серые майки, почти футболки, серо-голубые пятнистые плотные штаны и куртки с одной полосой на предплечье. Знак первого курса? Наверное. Ведь у Норриса их было как раз три. Старательно заправившись, застегнувшись и подтянувшись, мы позвали своего куратора обратно.
— Ну что ж, неплохо. Ещё раз напоминаю — пуговицы застегнуты всегда, майки заправлены, а берцы начищены.
— Чем?
— Думаю, вы заметили, что у каждой кроме всего, что мы разобрали, есть ещё запечатанный пакет. Там всё необходимое — средства личной гигиены, нитки-иголки, тетради-ручки, ну и конечно крем с щеткой для обуви. А теперь куколки, заправляем койки и раскладываем вещи. Через полчаса жду вас внизу, покажу, где столовая и расскажу дальнейший распорядок.
И снова, не дожидаясь вопросов, парень вышел, а мы, конечно же, без возражений приступили к выполнению данной задачи. Конечно кроме Тамилы. Та же пока развешивала и раскладывала вещи в шкафчик и тумбочку. В принципе тоже нормальная девчонка. Пока занимались вещами, наконец нормально познакомились. Третью девушку звали Регина, у неё десять лет назад тут учился брат и родители не отказали, а брат поддержал деньгами, когда она решила тоже сюда поступить. У Тамилы наемником был отец. Исключительно династическое дело. Ничего, прорвёмся.
Глава 18
Закончив застилать кровать и развешивать форму, я поняла, что времени на то, чтобы разобрать пакет, в принципе не осталось. Ничего, думаю, вечером разберу. Примерный распорядок я знала сама ещё из рассказов Шенна, так что помнила — после ужина мы предоставлены сами себе. Сегодня этот вечер, конечно, будет свободным, но вот следующие будут заполнены уроками и подготовками к следующему дню. Отбой рано, в десять, но это необходимо, так как подъём тоже ранний. Нет, можно конечно поумничать и не ложиться, но Шенн обмолвился, что по первости мы будем выматываться настолько, что спать будет хотеться уже чуть ли не сразу после ужина. Сомневаюсь, конечно, но всё возможно.
— Идём? — Тамила, закончившая самая первая, уже стояла у дверей. — А ты зачем ИскИна с собой взяла? Не боишься взлома?
— Нет, мне скрывать нечего. К тому же с собой я его брать не буду, он будет постоянно в комнате. А это в своем роде подарок... не хотелось его дома оставлять. — Легко пожав плечами, не стала ничего более рассказывать. Ни к чему.
— А-а-а, ну смотри. Но знаешь, есть специалисты, взламывающие и комнаты. — Со знанием дела покивав в ответ, Тами указала на дверь. — Мне папа что только не рассказывал о своих кадетских годах. Я кстати сама электронщик. Так что если что, то буду знать, ну и вы имейте в виду.
— Не вопрос. Спасибо.
Благодарный и понятливый кивок от каждой из нас и мы, закрыв двери, отправились вниз.
По дороге я зацепила взглядом и остальные комнаты — всего двенадцать, по шесть с каждой стороны, это если не считать две последние двери, где душевая и уборная, а дальше полупрозрачная пластиковая стена. Хм... думаю, если я правильно рассчитала, то это только женская секция. И эта стена отделяет её от мужской. Но почему двенадцать? По идее если в каждой по четыре девушки, то нас должно быть сорок восемь. Или старшекурсницы живут по одному? А может раньше наборы были больше? Ладно, разберёмся.
Пока шли и спускались, к нам присоединились и остальные первокурсницы. Сейчас, когда все были одеты одинаково, форма немного обезличивала, но даже несмотря на это наша «пятерка красавиц» выделялась. И самое забавное, что если Тамила делала это неосознанно и естественно, как и две другие, нормальные, то ещё две, чьи спесивые мордашки мне не понравились ещё при поступлении, смотрели на остальных свысока. Не понимаю подобного поведения, по крайней мере именно здесь. И если честно, то мне будет очень интересно смотреть, как их начнут обламывать.
А начнут непременно. По-другому никак.
А вот и наш «несравненный» Норрис. В компании с еще двумя парнями. Самые стандартные эльдивы — высокие, неизменно подтянутые, сероглазые и голубоволосые. Единственное, что у стоящего справа волосы были весьма насыщенного голубого оттенка и длинные, на данный момент, собранные в хвост. Это я смогла увидеть потому, что они были без кепок. А почему? Тут же озвучив вопрос, услышала ответ:
— Мы сейчас в здании, к тому же идем на ужин, в это время головные уборы положено снимать, но вот на улице их носить обязательно.
— Ясно. — Тут же сняв кепку, вслед за остальными девушками, я последовала за парнем, направившимся в противоположный конец коридора первого этажа.
А что у нас там? О... столовая!
Точно. Получается, что это тот самый, объединяющий два корпуса, первый этаж. Чудно. С интересом разглядывая и само помещение и разного размера столики — некоторые на четверых, шестерых, некоторые, думаю, почти на десятерых, я увидела в противоположном конце ещё одну дверь, через которую заходили и другие кадеты. Ага, жители второго корпуса. Понятно. А где еду дают?
Шагая за Норрисом, во все глаза разглядывала странное сооружение. Странное, очень странное... что-то похожее на конвейер. Кадеты подходили к нему с разносом, который брали вначале и вставали в очередь, потихоньку набирая еду, а затем отходили к столикам. Ну, в принципе понятно, что-то вроде автоматической раздаточной. Мы тоже не стали сильно выделяться и взяв по разносу, встали в очередь. Двигалась она быстро, так что уже минут через пять Норрис повёл нас за один из шестиместных столиков, чтобы мы могли сесть все вместе. Много еды я набирать не стала — дома я поела хорошо, да и норму свою знала. Самое главное, чтобы еда оказалась на уровне.
— В общем, слушаем дальше, крошки. Сейчас семь. Ужин всегда в это время. После того, как поедите, разносы во-о-он туда. — Палец нашего куратора указал в небольшое окошко слева от раздаточной и парень продолжил, неторопливо уничтожая ужин. Приступили к нему и мы, не забывая внимательно слушать. — Так... я остановился на чём?
Регина, решив взять на себя эту нелегкую задачу, «подсказала» нашему забывчивому:
— Подъем в шесть, построение в шесть двадцать.
— Чудесно. На построении будет расчёт, осмотр личного состава и небольшая разминка на тридцать минут. В семь завтрак. Полчаса. В восемь начинаются занятия. Видели трехэтажный корпус слева от плаца? Вот там. Расписание узнаете завтра утром, на первой вводной лекции. Основная информация будет поступать вам на инфобраслеты. К ним доступ есть только у администраторов и ваших преподавателей. Кстати в браслеты встроены маячки, так что будет желание куда-нибудь сходить в неурочное время, то рекомендую сначала подумать — стоит ли оно того. За обнаружение в неположенном месте естественно штрафные санкции.
Потихоньку кивая в такт его словам, я даже несколько удивилась — подобные слова не вязались с его усмешкой превосходства. С чего это он такой добрый? Или просто обязан нам это рассказать? Странно-странно... неужели не такой плохой, каким пытается казаться?
— С восьми до десяти обычно теория, с десяти до часу — спортивная подготовка. Первый месяц у вас будет общая физическая, а потом уже пойдет и рукопашный бой и всё остальное. С часу и почти до двух обед, в два снова занятия и обычно до пяти. С пяти до семи у вас будет время на библиотеку, находящуюся также в основном учебном корпусе. Без двадцати семь построение для вечернего расчёта, на нём вы также должны выглядеть безупречно. В семь, как вы уже поняли, ужин, с полвосьмого до десяти — это ваше личное время: уроки, стирка, штопка, душ и прочее. В десять отбой. Вопросы?
— С полвосьмого до десяти находиться необходимо в корпусе или можно перемещаться по территории?
— Можно. Но в десять комендантский час — вы должны находиться исключительно в своих комнатах. Ещё?
— А твоя задача находиться с нами постоянно?
— Нет. Мы с вами будем встречаться только на построениях, ну и за едой. У меня свои занятия. Но если у вас будут проблемы по учебе или с курсантами, то в первую очередь вы должны обращаться ко мне, а уж потом к преподавателям.
— А как мы тебя найдем, если понадобишься в иное время? — Регина, решив выяснить всё-всё-всё, не скромничала и задавала всё новые и новые вопросы.
— Моя комната в вашем корпусе на первом этаже, семнадцатая. Если в неурочное меня нет в комнате, значит я в библиотеке или в тренажерке. В любом случае можете спросить по соседям, они обычно в курсе. Всё?
— Да, спасибо. — Регина ответила за всех, но я чуть прикинув, тоже согласно кивнула. Пока вопросов действительно больше не было. Единственное, что мне бы до канцелярии дойти... но ведь это можно сделать и завтра. К тому же я сомневалась, что они так поздно ещё работали. Кстати...
— Норрис, а что это за дома возле учебного корпуса?
— Там живут некоторые работники корпуса. Далеко не все живут в поселке. Допустим высшее руководство и дежурные офицеры постоянно находятся на территории. Ближайший к учебке как раз для дежурных, в остальных живут ректор и его три зама. Вы ещё не видели, но в том здании, где проходили вступительные экзамены, на втором и третьем этажах находятся кабинеты техников и прочего обслуживающего персонала. Кабинеты канцелярии, ваших капитанов и ректора с замами в учебке на втором этаже. Что ещё... — задумавшись, он что-то прикинул и в итоге пожал плечами. — В принципе, наверное, всё.
— Нет, погоди... каких наших капитанов?
— Каждой роте положен свой капитан, вы кстати в первой роте, а со своим капитаном познакомитесь завтра.
— А как насчет дружеского посещения комнат?
— Что конкретно?
— Разрешается приводить в комнату других курсантов?
— Нет. Хотите встречаться — на первом этаже есть общая комната отдыха, — Норрис понимающе ухмыльнулся, словно я спрашивала как минимум о борделе, хотя я вообще-то имела в виду братьев. Ну что с него взять... чем живет, о том и думает.
— Ясно. Теперь точно всё.
— Ну, уж спасибо. — И снова улыбка с почти неуловимой издевкой и он преувеличенно вежливо кивнул, допил чай, а затем и встал. — Всё, бывайте крошки. Завтра в шесть двадцать на плацу, но лучше конечно за пару минут.
— Да, хорошо. — Покивав, что поняли, мы также допили свои напитки и отнесли разносы к ранее обозначенному окошку. Мы понятливые девочки, когда надо. Очень понятливые.
