От них быстро отделились две фигуры, подошли спрашивать про состояние раненого. Тьелкормо отвечал теми же пустыми фразами про надежду на милость валар, и дослушивать Тьелпэ не стал. Сказал, что нужно привести себя в порядок, и пошёл к своему шатру.
Вокруг всё было серым, как бывает, когда облако садится на гору. Руку перед собой выставишь – и не видно.
Но только Куруфинвэ не помнил, чтобы поднимался на гору. Он вообще смутно помнил, что с ним случилось. Что-то плохое, кажется. Может, и хорошо, что не вспоминается.
Он и хотел выйти из тумана - и не хотел одновременно. Ведь там придётся вспоминать. Но и бесцельно блуждать в тумане он уже тоже слишком устал. И когда впереди появился свет, Куруфинвэ как-то сразу понял: это ему указывают путь. Ему туда. Там можно будет отдохнуть, так долго, как потребуется. И забыть про то, что преследовало его за пределами этого тумана. Туда оно уж точно не доберётся. Свет манил к себе, и Куруфинвэ пошёл к нему...
Майкаэле, отвлекшаяся в это время на другого раненого, повинуясь своему чутью, обернулась в сторону Куруфинвэ - и тут же бросилась к нему. Жестом приказав Камлинтэ подвинуться, положила одну руку на лоб Куруфинвэ, а другую на его сердце.
- Камлинтэ, если ты не можешь привести в порядок работу сердца сам, то должен был позвать меня. Сразу же. Мы могли потерять его.
Камлинтэ виновато промолчал - ответа, впрочем, и не требовалось.
Куруфинвэ ещё не пришёл в себя, но дыхание выровнялось, и сердце начало биться уверенно.
Младший целитель приготовил бодрящий отвар, чтобы напоить Куруфинвэ, когда тот очнётся, и продолжил чистить рану.
Привести себя в порядок, конечно, следовало. Но ушёл Тьелпэ не поэтому. Слушать расспросы верных, ответы Тьелкормо и при этом держать себя в руках в какой-то момент стало слишком сложно.
В шатре он сел на постель, обхватил руками колени и замер, успокаиваясь. Всё, что можно было сделать, они сделали. Отец у целителей, Майкаэле обещала, что он поправится. Но тревога не уходила.
Если отец уйдёт к Мандосу... Здесь мысль обрывалась. Тьелпэ не представлял, что он будет делать тогда. Он и в Эндорэ-то пришёл только по одной причине...
Посидев ещё немного, он встал, быстро сменил одежду на свежую; подумав, захватил и для отца. Вряд ли целители будут возражать. Остановился перед столом, на котором осталось лежать несколько свитков - все с описаниями видов камня и других минералов. Отец начал делать списки всего встреченного в Эндорэ, и вот, не закончил ещё. Тьелпэ достал из сумки начатую карту гранитного батолита и положил рядом с остальными бумагами.
Тут же лежал простой металлический обруч с восьмилучевой звездой. Куруфинвэ терпеть не мог заплетать волосы и, если не работал в кузнице или не собирался в поход, ограничивался кожаным шнурком или таким вот обручем. Странно, что звезда так и осталась с восемью лучами. Сколько они в Эндорэ? Совсем немного. А двое уже ушли. Как долго продержатся остальные?
Тьелпэ набросил на плечи плащ взамен того, который пришлось порвать на повязки, и пошёл обратно к шатру целителей.
Макалаурэ и Тьелкормо у шатра уже не было, и Тьелпэ этому даже обрадовался. О чём с ними говорить, он всё равно не знал.
Зато несколько верных отца всё ещё ждали, и к ним пришлось подойти.
- Майкаэле не выходила?
- Нет, - отозвался Рингвайрэ. - Мы сами ждём новостей. Ты не расскажешь нам подробнее, что произошло? Лорд Тьелкормо сказал только, что вы наткнулись на орков.
Тьелпэ пожал плечами.
- Мы работали, откуда-то появились орки. Сначала двое, потом ещё. Тьелкормо был на охоте, на него тоже напали. Отца сразу ранили, мы сбежали от них верхом, но оторваться не могли. В итоге привели их в засаду, Тьелкормо всех перебил. - Он помолчал. - Я лучше узнаю, что там.
Что-то долго они зашивают рану... Тьелпэ подошёл поближе к шатру, прислушался.
Внутри тихо переговаривались, остро пахло какими-то травами. Торопливые шаги - и из шатра вышел младший целитель, Камлинтэ, и поклонился, увидев Тьелпэ.
Тьелпэ быстро шагнул к нему.
- Что происходит? Ему стало хуже? Мне показалось...
И замолчал, не очень представляя, как описывать - и описывать ли, - что ему показалось пару минут назад.
- Он ещё без сознания, но рану уже зашили, - сказал Камлинтэ. - Если хочешь, лорд, можешь войти, только прежде следует вымыть руки. Сейчас, я принесу воды...
Тьелпэ кивнул и остался ждать воду, стараясь бояться не слишком заметно. Присутствия отца по-прежнему почти не чувствовалось.
Камлинтэ помог вымыть руки, подал чистое полотенце, помыл руки сам и пропустил Тьелпэ в шатёр.
Куруфинвэ лежал неподвижно, бледный, с закрытыми глазами. Рану видно не было - его накрыли тёплым одеялом.
- Здесь можно сесть, - полушепотом сказал Камлинтэ. - Ты ел, лорд Тьелперинкваро?
- Да, - так же негромко ответил Тьелпэ, подходя и останавливаясь рядом.
Камлинтэ принёс ему одеяло, набросил на плечи:
- Садись. Я принесу тебе горячего питья, чтобы ты восстановил силы. Ты нужен лорду Куруфинвэ.
Тьелпэ кивнул и механически придержал одеяло, глядя на отца. Не похоже было, чтобы ему стало лучше, только лицо немного спокойней по сравнению с тем, как ехали к лагерю. Но никак не уходило чувство, что он где-то очень далеко, хотя и лежит прямо здесь. Тьелпэ невольно сжал пальцы на одеяле, прежде чем вспомнил, что тут не один, и заставил себя расслабиться хотя бы внешне.
Повернулся к Камлинтэ:
- Когда он проснётся?
- На то лишь воля валар. Но душа и тело неразрывно связаны, посиди с ним, можешь касаться его. Пусть знает, что ты здесь.
То есть, целитель по-прежнему не знает, чего ждать. Тьелпэ кивнул снова. Постоял ещё немного и всё-таки сел рядом с постелью. Поблагодарил, когда Камлинтэ принёс какой-то отвар, пахнущий травами и мёдом, и мёдом же смазанную лепешку. Голода он по-прежнему не чувствовал, но по здравом размышлении поесть стоило.
Хорошо близнецам, думал Тьелпэ, жуя и глядя в застеленный шкурами пол. Вот у них точно не возникает вопроса, что мы все здесь делаем. Им весело и интересно, они ещё не понимают, что всё всерьёз. Хотя смерть Феанаро могла бы навести на какую-то мысль. Казалось бы.
Что здесь буду делать я, если отец решит, что у Намо лучше?
Близнецы правы, лучше вообще не думать.
Допив отвар, Тьелпэ поставил пустую чашку к лекарствам и заодно вспомнил про сменную тунику для отца. Положил рядом: надо сказать Камлинтэ, чтобы переодели потом.
Повернулся к отцу.
Отчаянно хотелось как-то разбудить, позвать, потрясти за плечо - вдруг проснётся...
Глупо.
Отдёрнул руку.
Какое-то время он просто сидел, глядя перед собой. Иногда бросал взгляд на отца, пару раз пытался нащупать его осанвэ - получалось плохо, и с каждым разом делалось страшней.
Пока усталость не взяла своё, и Тьелпэ, наконец, не уснул.
Из шатра целителей Макалаурэ пошёл прямиком к себе, скорбно морщась от мокрого ледяного ветра. Под ногами вот уже несколько дней то и дело начинало прихлюпывать: весна. Сугробы на холмах, подступавших к лагерю с севера, сочились сезонными ручьями, лишний раз напоминая, что для постоянного поселения место выбрано неудачно, ещё неделю – и лагерь превратится в одну большую травянистую лужу с разноцветными островками шатров. Осенью Куруфинвэ устраивал какие-то канавы для отвода воды, но их может и не хватить для весеннего половодья. Хорошо хоть, разлиться до самых холмов озеро не должно...
В шатёр Макалаурэ спрятался с облегчением и засел там под предлогом работы, велев никого не пускать. Дел действительно хватало: большинство хозяйственных вопросов взял на себя Карнистиро, но и от старшего временами что-то требовалось, хотя бы быть в курсе. К тому же, с некоторыми вопросами всё равно приходили к нему. Зерно почти закончилось, и конюхи требовали забрать его всё для лошадей, мотивируя тем, что эльдар и мясом наедятся. Заготовку провизии нужно наладить согласованную, а не как сейчас, кто во что горазд. Земля почти оттаяла, и нужно бы насадить деревья взамен вырубленных на доски и дрова. Нужно готовить посольства к местным, нужно чем-то занять близнецов... Непонятно, что теперь будет с переносом лагеря, раз Куруфинвэ ранен, хорошо бы хоть к половодью успели подготовиться...
За столом не сиделось, и следующие полчаса Макалаурэ неприкаянно бродил по шатру, то возвращаясь к столу и берясь за перо, то снова вставая и рассеянно меряя пол шагами, то останавливаясь у жаровни погреть руки или у стенки, разглядывая расшитое полотно, - а с идеями по-прежнему было плохо. Это Нэльо всегда знал откуда-то, что нужно делать и за что хвататься в первую очередь.
Доверить, что ли, снабжение близнецам: всё равно от скуки всё вокруг излазили, пусть заодно охотятся?..
Вот зачем Курво и Турко поехали без охраны? Можно ведь было вспомнить, что здесь не Аман, что угодно может встретиться...
В том и дело, конечно, что не Аман, всё слишком непривычно. Они и с Нэльо, и с отцом столько глупостей уже наделали... Ладно, охрана – сейчас они хотя бы помнят, что лагерь нужно укреплять. А сколько времени прошло, прежде чем догадались регулярно рассылать патрули? Или хотя бы разведчиков, и не только на поиски удобной переправы или места для лагеря?
Но отцу такая беспечность сходила с рук, ему как-то удавалось разбить врага с минимальными потерями, даже когда враг сваливался, как снег на голову...
Макалаурэ в очередной раз уселся за стол, но вместо карты и отчётов придвинул к себе плетёнку с лепёшками и кувшин с разбавленным вином – точней, настойкой на меду и местных ягодах, приготовленной кем-то из умельцев ещё осенью. Может, на сытый желудок думаться будет лучше.
Проверить эту теорию ему не дали. Он едва успел приняться за еду, как снаружи послышался неуверенный окрик часового, полог распахнулся, и внутрь нырнули одна за другой две рыжие головы.
- Кано? Можно с тобой поговорить?
Вошли они сразу же, не дожидаясь разрешения, и сразу же направились к столу, прихватив по дороге по складному креслу. Макалаурэ отложил лепёшку и подвинул к ним остальное блюдо.
- Да, братья, конечно. Угощайтесь.
Уговаривать близнецов не потребовалось, Питьо тут же цапнул по лепёшке себе и брату.
- Ты сказал, что на Курво и Турко напали орки, - начал он уже с набитым ртом. - По эту сторону гор. Это значит, они как-то обошли наши дозоры. Мы хотим выяснить, как.
- Чтобы это больше не повторилось, - добавил Тэльво.
Ну вот, они уже сами нашли себе занятие. Впрочем, в глубине души Макалаурэ даже рад был возможности отвлечься от своих мыслей.
- Как вы собираетесь это выяснять?
Близнецы хитро переглянулись. Видно было, что план уже готов.
- Раз они проникают сюда, значит, есть какой-то перевал или ещё какой-то проход, который мы не заметили. Мы проследим за орками и найдём проход.
- А потом можно или завалить его камнями, или поставить там дозор, - добавил Питьо, принюхиваясь.
Чистых кубков поблизости не было, и Макалаурэ придвинул ему свой. На первый взгляд план был разумен. Но это же близнецы. Они с такой скоростью корректируют планы, что следующей задачей с легкостью может оказаться разведка внутри самого Ангамандо.
Макалаурэ сложил пальцы в замок.
- За какими орками вы собираетесь следить и как именно?
- Вообще можно за любыми, - начал Тэльво.
- Но это долго, - продолжил Питьо, заглянув в почти пустой кубок, и потянулся за кувшином. Пока он наливал добавку, Тэльво продолжил:
- Поэтому мы хотим взять одного из пленных орков, отпустить и посмотреть, как он будет перебираться через горы.
- Или ты тоже думаешь, что мы не справимся? – с вызовом осведомился Питьо, пробуя вино и передавая кубок брату.
- Почему "тоже"? Вы уже были у Морьо, и он отказал? - заинтересовался Макалаурэ.
Тэльво фыркнул. Питьо пожал плечами:
- Зачем нам ходить к Морьо? Разве теперь он принимает решения?
Макалаурэ усмехнулся. Ещё бы средние об этом помнили... Кивнул.
- Как же вы намереваетесь следить за ним? На месте орка я бы заподозрил неладное - с чего вдруг меня отпустили? И хорошо если он побежит, куда нам надо.
- А куда ему ещё бежать? - хмыкнул Тэльво. - Одному ему иначе мимо патрулей не проскочить!
- Мы ему скажем, что отпустили за то, что он всё рассказал, - ответил на второй вопрос Питьо. - Первого же орка мы так и отпустили. И этого отпустим.
- И третьего тоже?
- Нет. Нам только один нужен.
- А если ещё нужно, так мы новых поймаем, - тут же добавил Тэльво. - Это не сложно, мы умеем.
- Я имею в виду, одного отпускаете, второго нет. - Макалаурэ откинулся на спинку стула, взял из корзины дольку сушёного яблока, но есть не стал. Так и вертел задумчиво в пальцах. - Вы должны придумать этому некое объяснение. Ну, не перед орком отчитываться, конечно, но как-то упомянуть при нём. Иначе это выглядит странно.
Питьо почесал затылок, покосился на брата. Тэльво отломил ещё кусок лепёшки. Тоже подумал.
- Ладно, упомянем, - сделал одолжение Питьо, пока младший дожёвывал. – Скажем, что второго тоже допрашиваем, чтобы сравнить ответы.
- Хорошо. Разобрались. Теперь - как вы всё-таки следить за ним собираетесь?
- Что значит - как? - Братья снова переглянулись, и Тэльво продолжил обиженно: - Даже Морьо признаёт, что уж охотиться мы умеем!
- Вдвоём?
- Ну не отряд же за ним посылать!
- С песнями и барабанами, - фыркнул Питьо, в свою очередь отщипывая от лепёшки. - Чтобы он точно ничего не заметил.
- А если он вас в ловушку заманит?
- Пфф, - Тэльво фыркнул в кубок и чуть не подавился вином.
Питьо возмущённо посмотрел на старшего:
- На нашей земле? Ни о чём не сговариваясь со своими? И мы не заметим толпу орков?
- Ну ладно, если ты так переживаешь, мы обещаем не бежать за ним с закрытыми глазами.
Макалаурэ помолчал, с сомнением переводя взгляд с одного на другого.
- И докуда вы намерены его преследовать?
- Мы намерены узнать, как они переходят через горы, - закатил глаза Тэльво. - Мы же сказали.
- То есть, до прохода. Можем потом обратно поймать, если надо.
Обилие вопросов явно начало близнецов раздражать. Они и так столько времени просидели почти смирно, и даже пришли спросить разрешения заранее, а не как обычно.
- Когда намерены приступить? – всё-таки уточнил Макалаурэ.
- Полчаса назад, - недовольно буркнул Питьо.
- Надо было сразу идти, уже бы к горам подходили, - поддержал его Тэльво.
- Имейте терпение, - старший укоризненно нахмурился. - Вы недовольны тем, что я верю в ваш план и выясняю подробности? Мне перестать интересоваться?
- Да что там выяснять? - Тэльво нетерпеливо поёрзал, скрипнув креслом.
- Мы же сказали уже! - поддержал его Питьо. - Что ещё непонятно?
Макалаурэ вздохнул, понимая, что ещё пожалеет о принятом решении.
- Хорошо.
Близнецы радостно вскочили, и он повысил голос, пока они не выбежали:
- Только не теряйте головы и убейте его потом. И возвращайтесь, у меня для вас ещё одно дело есть.
- Мы быстро!
- Как узнаем, сразу вернёмся!
- А какое ещё дело? - Питьо обернулся, уже приподняв полог и впустив неожиданно мокрый ветер.
- Приедете - и обсудим, - не поддался Макалаурэ, и близнецы исчезли так же быстро, как появились. Только крошки остались на столе, и пустой кубок на одном из кресел.
***
Вокруг всё было серым, как бывает, когда облако садится на гору. Руку перед собой выставишь – и не видно.
Но только Куруфинвэ не помнил, чтобы поднимался на гору. Он вообще смутно помнил, что с ним случилось. Что-то плохое, кажется. Может, и хорошо, что не вспоминается.
Он и хотел выйти из тумана - и не хотел одновременно. Ведь там придётся вспоминать. Но и бесцельно блуждать в тумане он уже тоже слишком устал. И когда впереди появился свет, Куруфинвэ как-то сразу понял: это ему указывают путь. Ему туда. Там можно будет отдохнуть, так долго, как потребуется. И забыть про то, что преследовало его за пределами этого тумана. Туда оно уж точно не доберётся. Свет манил к себе, и Куруфинвэ пошёл к нему...
Майкаэле, отвлекшаяся в это время на другого раненого, повинуясь своему чутью, обернулась в сторону Куруфинвэ - и тут же бросилась к нему. Жестом приказав Камлинтэ подвинуться, положила одну руку на лоб Куруфинвэ, а другую на его сердце.
- Камлинтэ, если ты не можешь привести в порядок работу сердца сам, то должен был позвать меня. Сразу же. Мы могли потерять его.
Камлинтэ виновато промолчал - ответа, впрочем, и не требовалось.
Куруфинвэ ещё не пришёл в себя, но дыхание выровнялось, и сердце начало биться уверенно.
Младший целитель приготовил бодрящий отвар, чтобы напоить Куруфинвэ, когда тот очнётся, и продолжил чистить рану.
***
Привести себя в порядок, конечно, следовало. Но ушёл Тьелпэ не поэтому. Слушать расспросы верных, ответы Тьелкормо и при этом держать себя в руках в какой-то момент стало слишком сложно.
В шатре он сел на постель, обхватил руками колени и замер, успокаиваясь. Всё, что можно было сделать, они сделали. Отец у целителей, Майкаэле обещала, что он поправится. Но тревога не уходила.
Если отец уйдёт к Мандосу... Здесь мысль обрывалась. Тьелпэ не представлял, что он будет делать тогда. Он и в Эндорэ-то пришёл только по одной причине...
Посидев ещё немного, он встал, быстро сменил одежду на свежую; подумав, захватил и для отца. Вряд ли целители будут возражать. Остановился перед столом, на котором осталось лежать несколько свитков - все с описаниями видов камня и других минералов. Отец начал делать списки всего встреченного в Эндорэ, и вот, не закончил ещё. Тьелпэ достал из сумки начатую карту гранитного батолита и положил рядом с остальными бумагами.
Тут же лежал простой металлический обруч с восьмилучевой звездой. Куруфинвэ терпеть не мог заплетать волосы и, если не работал в кузнице или не собирался в поход, ограничивался кожаным шнурком или таким вот обручем. Странно, что звезда так и осталась с восемью лучами. Сколько они в Эндорэ? Совсем немного. А двое уже ушли. Как долго продержатся остальные?
Тьелпэ набросил на плечи плащ взамен того, который пришлось порвать на повязки, и пошёл обратно к шатру целителей.
Макалаурэ и Тьелкормо у шатра уже не было, и Тьелпэ этому даже обрадовался. О чём с ними говорить, он всё равно не знал.
Зато несколько верных отца всё ещё ждали, и к ним пришлось подойти.
- Майкаэле не выходила?
- Нет, - отозвался Рингвайрэ. - Мы сами ждём новостей. Ты не расскажешь нам подробнее, что произошло? Лорд Тьелкормо сказал только, что вы наткнулись на орков.
Тьелпэ пожал плечами.
- Мы работали, откуда-то появились орки. Сначала двое, потом ещё. Тьелкормо был на охоте, на него тоже напали. Отца сразу ранили, мы сбежали от них верхом, но оторваться не могли. В итоге привели их в засаду, Тьелкормо всех перебил. - Он помолчал. - Я лучше узнаю, что там.
Что-то долго они зашивают рану... Тьелпэ подошёл поближе к шатру, прислушался.
Внутри тихо переговаривались, остро пахло какими-то травами. Торопливые шаги - и из шатра вышел младший целитель, Камлинтэ, и поклонился, увидев Тьелпэ.
Тьелпэ быстро шагнул к нему.
- Что происходит? Ему стало хуже? Мне показалось...
И замолчал, не очень представляя, как описывать - и описывать ли, - что ему показалось пару минут назад.
- Он ещё без сознания, но рану уже зашили, - сказал Камлинтэ. - Если хочешь, лорд, можешь войти, только прежде следует вымыть руки. Сейчас, я принесу воды...
Тьелпэ кивнул и остался ждать воду, стараясь бояться не слишком заметно. Присутствия отца по-прежнему почти не чувствовалось.
Камлинтэ помог вымыть руки, подал чистое полотенце, помыл руки сам и пропустил Тьелпэ в шатёр.
Куруфинвэ лежал неподвижно, бледный, с закрытыми глазами. Рану видно не было - его накрыли тёплым одеялом.
- Здесь можно сесть, - полушепотом сказал Камлинтэ. - Ты ел, лорд Тьелперинкваро?
- Да, - так же негромко ответил Тьелпэ, подходя и останавливаясь рядом.
Камлинтэ принёс ему одеяло, набросил на плечи:
- Садись. Я принесу тебе горячего питья, чтобы ты восстановил силы. Ты нужен лорду Куруфинвэ.
Тьелпэ кивнул и механически придержал одеяло, глядя на отца. Не похоже было, чтобы ему стало лучше, только лицо немного спокойней по сравнению с тем, как ехали к лагерю. Но никак не уходило чувство, что он где-то очень далеко, хотя и лежит прямо здесь. Тьелпэ невольно сжал пальцы на одеяле, прежде чем вспомнил, что тут не один, и заставил себя расслабиться хотя бы внешне.
Повернулся к Камлинтэ:
- Когда он проснётся?
- На то лишь воля валар. Но душа и тело неразрывно связаны, посиди с ним, можешь касаться его. Пусть знает, что ты здесь.
То есть, целитель по-прежнему не знает, чего ждать. Тьелпэ кивнул снова. Постоял ещё немного и всё-таки сел рядом с постелью. Поблагодарил, когда Камлинтэ принёс какой-то отвар, пахнущий травами и мёдом, и мёдом же смазанную лепешку. Голода он по-прежнему не чувствовал, но по здравом размышлении поесть стоило.
Хорошо близнецам, думал Тьелпэ, жуя и глядя в застеленный шкурами пол. Вот у них точно не возникает вопроса, что мы все здесь делаем. Им весело и интересно, они ещё не понимают, что всё всерьёз. Хотя смерть Феанаро могла бы навести на какую-то мысль. Казалось бы.
Что здесь буду делать я, если отец решит, что у Намо лучше?
Близнецы правы, лучше вообще не думать.
Допив отвар, Тьелпэ поставил пустую чашку к лекарствам и заодно вспомнил про сменную тунику для отца. Положил рядом: надо сказать Камлинтэ, чтобы переодели потом.
Повернулся к отцу.
Отчаянно хотелось как-то разбудить, позвать, потрясти за плечо - вдруг проснётся...
Глупо.
Отдёрнул руку.
Какое-то время он просто сидел, глядя перед собой. Иногда бросал взгляд на отца, пару раз пытался нащупать его осанвэ - получалось плохо, и с каждым разом делалось страшней.
Пока усталость не взяла своё, и Тьелпэ, наконец, не уснул.
Глава 3. План рыжих, остатки мака, слежка, мирные жители и благие намерения
Из шатра целителей Макалаурэ пошёл прямиком к себе, скорбно морщась от мокрого ледяного ветра. Под ногами вот уже несколько дней то и дело начинало прихлюпывать: весна. Сугробы на холмах, подступавших к лагерю с севера, сочились сезонными ручьями, лишний раз напоминая, что для постоянного поселения место выбрано неудачно, ещё неделю – и лагерь превратится в одну большую травянистую лужу с разноцветными островками шатров. Осенью Куруфинвэ устраивал какие-то канавы для отвода воды, но их может и не хватить для весеннего половодья. Хорошо хоть, разлиться до самых холмов озеро не должно...
В шатёр Макалаурэ спрятался с облегчением и засел там под предлогом работы, велев никого не пускать. Дел действительно хватало: большинство хозяйственных вопросов взял на себя Карнистиро, но и от старшего временами что-то требовалось, хотя бы быть в курсе. К тому же, с некоторыми вопросами всё равно приходили к нему. Зерно почти закончилось, и конюхи требовали забрать его всё для лошадей, мотивируя тем, что эльдар и мясом наедятся. Заготовку провизии нужно наладить согласованную, а не как сейчас, кто во что горазд. Земля почти оттаяла, и нужно бы насадить деревья взамен вырубленных на доски и дрова. Нужно готовить посольства к местным, нужно чем-то занять близнецов... Непонятно, что теперь будет с переносом лагеря, раз Куруфинвэ ранен, хорошо бы хоть к половодью успели подготовиться...
За столом не сиделось, и следующие полчаса Макалаурэ неприкаянно бродил по шатру, то возвращаясь к столу и берясь за перо, то снова вставая и рассеянно меряя пол шагами, то останавливаясь у жаровни погреть руки или у стенки, разглядывая расшитое полотно, - а с идеями по-прежнему было плохо. Это Нэльо всегда знал откуда-то, что нужно делать и за что хвататься в первую очередь.
Доверить, что ли, снабжение близнецам: всё равно от скуки всё вокруг излазили, пусть заодно охотятся?..
Вот зачем Курво и Турко поехали без охраны? Можно ведь было вспомнить, что здесь не Аман, что угодно может встретиться...
В том и дело, конечно, что не Аман, всё слишком непривычно. Они и с Нэльо, и с отцом столько глупостей уже наделали... Ладно, охрана – сейчас они хотя бы помнят, что лагерь нужно укреплять. А сколько времени прошло, прежде чем догадались регулярно рассылать патрули? Или хотя бы разведчиков, и не только на поиски удобной переправы или места для лагеря?
Но отцу такая беспечность сходила с рук, ему как-то удавалось разбить врага с минимальными потерями, даже когда враг сваливался, как снег на голову...
Макалаурэ в очередной раз уселся за стол, но вместо карты и отчётов придвинул к себе плетёнку с лепёшками и кувшин с разбавленным вином – точней, настойкой на меду и местных ягодах, приготовленной кем-то из умельцев ещё осенью. Может, на сытый желудок думаться будет лучше.
Проверить эту теорию ему не дали. Он едва успел приняться за еду, как снаружи послышался неуверенный окрик часового, полог распахнулся, и внутрь нырнули одна за другой две рыжие головы.
- Кано? Можно с тобой поговорить?
Вошли они сразу же, не дожидаясь разрешения, и сразу же направились к столу, прихватив по дороге по складному креслу. Макалаурэ отложил лепёшку и подвинул к ним остальное блюдо.
- Да, братья, конечно. Угощайтесь.
Уговаривать близнецов не потребовалось, Питьо тут же цапнул по лепёшке себе и брату.
- Ты сказал, что на Курво и Турко напали орки, - начал он уже с набитым ртом. - По эту сторону гор. Это значит, они как-то обошли наши дозоры. Мы хотим выяснить, как.
- Чтобы это больше не повторилось, - добавил Тэльво.
Ну вот, они уже сами нашли себе занятие. Впрочем, в глубине души Макалаурэ даже рад был возможности отвлечься от своих мыслей.
- Как вы собираетесь это выяснять?
Близнецы хитро переглянулись. Видно было, что план уже готов.
- Раз они проникают сюда, значит, есть какой-то перевал или ещё какой-то проход, который мы не заметили. Мы проследим за орками и найдём проход.
- А потом можно или завалить его камнями, или поставить там дозор, - добавил Питьо, принюхиваясь.
Чистых кубков поблизости не было, и Макалаурэ придвинул ему свой. На первый взгляд план был разумен. Но это же близнецы. Они с такой скоростью корректируют планы, что следующей задачей с легкостью может оказаться разведка внутри самого Ангамандо.
Макалаурэ сложил пальцы в замок.
- За какими орками вы собираетесь следить и как именно?
- Вообще можно за любыми, - начал Тэльво.
- Но это долго, - продолжил Питьо, заглянув в почти пустой кубок, и потянулся за кувшином. Пока он наливал добавку, Тэльво продолжил:
- Поэтому мы хотим взять одного из пленных орков, отпустить и посмотреть, как он будет перебираться через горы.
- Или ты тоже думаешь, что мы не справимся? – с вызовом осведомился Питьо, пробуя вино и передавая кубок брату.
- Почему "тоже"? Вы уже были у Морьо, и он отказал? - заинтересовался Макалаурэ.
Тэльво фыркнул. Питьо пожал плечами:
- Зачем нам ходить к Морьо? Разве теперь он принимает решения?
Макалаурэ усмехнулся. Ещё бы средние об этом помнили... Кивнул.
- Как же вы намереваетесь следить за ним? На месте орка я бы заподозрил неладное - с чего вдруг меня отпустили? И хорошо если он побежит, куда нам надо.
- А куда ему ещё бежать? - хмыкнул Тэльво. - Одному ему иначе мимо патрулей не проскочить!
- Мы ему скажем, что отпустили за то, что он всё рассказал, - ответил на второй вопрос Питьо. - Первого же орка мы так и отпустили. И этого отпустим.
- И третьего тоже?
- Нет. Нам только один нужен.
- А если ещё нужно, так мы новых поймаем, - тут же добавил Тэльво. - Это не сложно, мы умеем.
- Я имею в виду, одного отпускаете, второго нет. - Макалаурэ откинулся на спинку стула, взял из корзины дольку сушёного яблока, но есть не стал. Так и вертел задумчиво в пальцах. - Вы должны придумать этому некое объяснение. Ну, не перед орком отчитываться, конечно, но как-то упомянуть при нём. Иначе это выглядит странно.
Питьо почесал затылок, покосился на брата. Тэльво отломил ещё кусок лепёшки. Тоже подумал.
- Ладно, упомянем, - сделал одолжение Питьо, пока младший дожёвывал. – Скажем, что второго тоже допрашиваем, чтобы сравнить ответы.
- Хорошо. Разобрались. Теперь - как вы всё-таки следить за ним собираетесь?
- Что значит - как? - Братья снова переглянулись, и Тэльво продолжил обиженно: - Даже Морьо признаёт, что уж охотиться мы умеем!
- Вдвоём?
- Ну не отряд же за ним посылать!
- С песнями и барабанами, - фыркнул Питьо, в свою очередь отщипывая от лепёшки. - Чтобы он точно ничего не заметил.
- А если он вас в ловушку заманит?
- Пфф, - Тэльво фыркнул в кубок и чуть не подавился вином.
Питьо возмущённо посмотрел на старшего:
- На нашей земле? Ни о чём не сговариваясь со своими? И мы не заметим толпу орков?
- Ну ладно, если ты так переживаешь, мы обещаем не бежать за ним с закрытыми глазами.
Макалаурэ помолчал, с сомнением переводя взгляд с одного на другого.
- И докуда вы намерены его преследовать?
- Мы намерены узнать, как они переходят через горы, - закатил глаза Тэльво. - Мы же сказали.
- То есть, до прохода. Можем потом обратно поймать, если надо.
Обилие вопросов явно начало близнецов раздражать. Они и так столько времени просидели почти смирно, и даже пришли спросить разрешения заранее, а не как обычно.
- Когда намерены приступить? – всё-таки уточнил Макалаурэ.
- Полчаса назад, - недовольно буркнул Питьо.
- Надо было сразу идти, уже бы к горам подходили, - поддержал его Тэльво.
- Имейте терпение, - старший укоризненно нахмурился. - Вы недовольны тем, что я верю в ваш план и выясняю подробности? Мне перестать интересоваться?
- Да что там выяснять? - Тэльво нетерпеливо поёрзал, скрипнув креслом.
- Мы же сказали уже! - поддержал его Питьо. - Что ещё непонятно?
Макалаурэ вздохнул, понимая, что ещё пожалеет о принятом решении.
- Хорошо.
Близнецы радостно вскочили, и он повысил голос, пока они не выбежали:
- Только не теряйте головы и убейте его потом. И возвращайтесь, у меня для вас ещё одно дело есть.
- Мы быстро!
- Как узнаем, сразу вернёмся!
- А какое ещё дело? - Питьо обернулся, уже приподняв полог и впустив неожиданно мокрый ветер.
- Приедете - и обсудим, - не поддался Макалаурэ, и близнецы исчезли так же быстро, как появились. Только крошки остались на столе, и пустой кубок на одном из кресел.
