До падения великого королевства оставалось ещё два года, но люди, как всегда, не замечали, что их мир, лишившийся надёжной опоры, погружается в пучину бедствий.
Когда сэр Мальтор закончил свой рассказ, все присутствующие ещё долго молчали. Люди "переваривали" услышанное. Механикус, сделавший запись, успел в это время несколько раз повторно прокрутить её для себя, анализируя необыкновенную историю короля Лоргина и воительницы Маранты.
Рарок услышал за спиной негромкий всхлип, обернулся и увидел Лесу. Значит, девушка всё слышала. Что ж, возможно это к лучшему, но ему было жаль её, ведь узнать такое о близком тебе человеке в любом случае потрясение.
Гладиатор кое-что понимал в девушках, поэтому он не колебался, а просто подошёл и дружески обнял юную охотницу за плечи. Она тут же прижалась к нему, обхватила его могучий торс руками и спрятала лицо на груди.
Рарок гладил её по спине, слегка покачивая туда-сюда, даже не осознавая, что этот его жест не что иное, как врождённый инстинкт укачивания младенца, присутствующий, как в женщинах, так и в мужчинах. Это было что-то новое, такого он не испытывал никогда. Познавший, несмотря на молодость, десятки девушек и женщин, он любил и уважал их, но до сих пор его отношения со слабым полом были не такими.
Конечно, и раньше случалось, что девушки рыдали у него на плече, но тогда пара шутливых слов, остроумных комплиментов и какая-нибудь безделушка, припасённая в подарок, превращали эти слёзы в смех, а тут...
Парню почему-то подумалось, что он не хочет, чтобы Леса быстро успокоилась... Нет, не то. Ему хотелось вот так стоять с ней, тихо всхлипывающей у него в объятиях, ещё долго. Не вечность, нет, но хоть чуть-чуть подольше. Стоять, гладить её по спине и слегка покачивать, неизвестно зачем, но покачивать в такт своему гулко стучащему сердцу. Да, и ещё, чтобы рядом никого не было.
В углу лязгнул зубами Зиг, но на это никто не обратил внимание.
- Так что, мисс Леса, - подытожил призрачный рыцарь, - ваша бабушка имеет полное право на трон "Огненного королевства", и мы вполне можем это доказать.
Леса на его слова никак не отреагировала.
- Видите ли, коллега, - обратился к рыцарю Механикус, - судя по тому, что лично я за последнее время узнал о жизни Маранты-воительницы и о том положении, которое она занимает в своём обществе, ну, в этом племени лесных охотников, такая перспектива врядли прельстит её сейчас. Но я считаю, что наш долг сообщить ей обо всём, что мы здесь узнали.
- Точно, - подал голос Зиг, - Маранта, скорее всего, пошлёт всё это на... в общем, куда подальше, но рассказать надо - пусть сама решает, как дальше быть.
- Расскажем, когда наша миссия будет завершена, - добавил стальной охотник.
- Позвольте всё же полюбопытствовать - в чём она заключается эта ваша миссия? - не без иронии в голосе поинтересовался сэр Мальтор.
И тут Леса высвободилась из объятий гладиатора, посмотрела на рыцаря красными, но уже сухими глазами и сказала:
- Первоначально мы собирались, в соответствии с учением Инци, воспрепятствовать злу, которое поселилось здесь, но опоздали.
- Нда, - перебил её призрак, - вам невероятно повезло с опозданием, ведь с этой задачей не справился тот, кого вы только что назвали, хоть это и неправильное имя. Вы бы неизбежно погибли, как и он. То есть, конечно, же, не как он, но погибли бы.
- Тут вы не правы, сэр Мальтор, - не согласилась с ним девушка. - Инци действительно был ещё раз распят в этом самом городе, но семена добра, которые он посеял во время своего недолгого пребывания в нашем мире, взошли. Мы, его последователи, должны идти указанным им путём, и я не считаю, что нам повезло найти этот город пустым. Да, мы врядли преуспели бы там, где сам Инци склонил к себе лишь несколько душ, но в этом-то и состоит миссия тех, кто зовёт себя его учениками - склонять к себе души, вести их к истине и не считать свою жизнь прожитой напрасно, если удалось заставить прислушаться хотя бы одного человека. Но мы опоздали, и теперь наша миссия заключается в том, чтобы найти выживших и помочь им. Что же касается бабушки и её законных прав на какой-то там трон, то я думаю, что мои друзья правы - она прожила жизнь полную борьбы и приключений, знала горе и счастье, а сейчас от её слова много что зависит в Междустенье и за его пределами. Променять это всё на трон в пустом городе? Врядли ей это понравится. В любом случае пусть решает сама, но это ей не к спеху. Сделаем здесь всё что можем, и тогда я буду, рада лично рассказать ей всё, что услышала от вас, сэр Мальтор.
Хлопки латных рукавиц в тишине покоев прозвучали, словно удары молота по наковальне.
- Браво! - воскликнул рыцарь уже без единой нотки иронии. - Мисс Леса, вы настоящий потомок "Огненных королев", и я могу только пожелать вам удачи и предложить свою помощь. Думаю, мой ученик не будет против того чтобы поучаствовать в спасательной экспедиции?
Последний вопрос был излишним. Рарок, смотревший на Лесу, то сиял, как начищенный пятак, то обливался потом. Он конечно готов был пойти за ней куда угодно, хоть и не считал себя ревностным инциатом.
- Вот и отлично. Раз так, то, сэр Механикус, давайте озвучим те выводы, к которым мы с вами пришли накануне.
Стальной охотник выступил вперёд и зачем-то откашлялся, прежде чем говорить.
- Начнём с людей, - сказал он. - Из всего видно, что в этом городе живых людей нет, если не считать здесь присутствующих.
Леса ахнула.
- Лесик, не отчаивайся! - поспешил утешить её Механикус. - Часть жителей, наверняка, смогла спастись и возможно, хоть шансы и невелики, но мы сможем им помочь.
- Подожди, - перебил его Зиг. - Ты говоришь, что они спаслись, но в городе живых нет. Тогда где спасшиеся? Мы их, что по полям да лесам выискивать будем?
- Нет, этого нам сделать не удастся. Могу предположить с уверенностью девяносто шесть и три десятых процента, что в окрестностях Торгового города мы тоже не найдём ни одного человека.
- Но как же так? - подал голос Рарок. - Часть людей спаслась, но их нет ни в городе, ни в окрестностях. Где же они тогда?
- Очень интересный вопрос, молодой человек! - откликнулся Механикус. - Не стану вас томить и скажу сразу - эти люди там, откуда приходят монстры.
Последовавшее за этим молчание можно было бы обозначить знаком вопроса размером с колокольню.
- А откуда приходят монстры? - спросил, наконец, Зиг тоном человека сомневающегося в том, что его собеседник пребывает в здравом уме. Тем более что вопрос - "откуда приходят монстры?", волновал людские умы обозримого мира уже много-много лет.
- Я понимаю твои сомнения, друг мой Зиг! - с улыбкой, (в голосе), отозвался Механикус. - И я знаю, о чём ты сейчас подумал. Над этим вопросом уже больше столетия бьются несколько поколений людей. Кроме того этот вопрос был предметом тщательнейших исследований таких, эм-м, существ, как присутствующий здесь сэр Мальтор и ваш покорный слуга. И вот теперь, проанализировав всё, что мы здесь только что услышали, я могу с уверенностью в девяносто четыре процента озвучить свою старую, но до сих пор не подтверждённую догадку - монстры приходят через рукотворные порталы, ведущие в другое измерение, где их, судя по всему, выращивают и содержат. Именно пройдя через эти порталы, но только в обратном направлении, часть жителей Торгового города, может быть, смогла спастись.
- Но ведь их там, небось, уже сожрали, - сказал Зиг.
- Очень даже может быть, но насчёт этого у нас нет доказательств, так что разумнее всего считать этих людей условно живыми.
- Условно?! - вскричал Зиг. - Ты это при Лесе говоришь? Не понимаешь, что она сейчас полезет в один из этих порталов и тоже станет условной?
- Нет, нет! Вот это не получится, - вмешался сэр Мальтор. - Сейчас эти порталы в Торговом городе закрыты.
У Зига вырвался вздох облегчения, а призрачный рыцарь, между тем, продолжал:
- Я очень хорошо вижу следы многих живых человеческих аур, которые ведут в никуда и обрываются в основном где-то во внутренних помещениях домов - чаще всего в подвалах. Не исключено, что люди ушли в другое измерение не сами, возможно их утащили, но это не свойственно монстрам. Обычно они приканчивают жертву на месте и тут же пожирают, либо рвут на части.
- Так что же нам делать? - воскликнула Леса с отчаянием в голосе.
- С вероятностью в пятьдесят шесть процентов мы можем встретить открытые порталы в той самой военной базе, о которой недавно был разговор. - Вновь заговорил Механикус.
- Нет, всё-таки ты мясорубка! - проворчал Зиг.
- Отправляемся немедленно! - воскликнула Леса.
- Видишь, что натворил?
Зиг надвинулся на механического человека, хотя знал, что тот при желании собьёт его с ног буквально одним щелчком.
- Я с вами! - заявил Рарок.
- А ты пойдёшь? - спросила Леса, глядя Зигу в глаза. - Можешь остаться, ты не обязан это делать.
- Ещё чего?! - возмутился испытанный авантюрист и бродяга. - Пойду, конечно - надо же кому-то за малышнёй присматривать. Не железкам же вас оставлять этим вот самым.
"Жива!" - сказал Ветер.
"Влюблена!" - сказала Вода.
"В опасности!" - сказала Земля.
Василь нахмурился. Жива - хорошо, влюблена - прекрасно! (Наконец-то! Он рад за племяшку, а то её отчуждение от людей и безразличие к противоположному полу давно его беспокоили и удивляли.) Но - "В опасности"... Что это может значить?
До сих пор в опасности были те, кто переходил Лесе дорогу. Речь, конечно, шла о монстрах - людей племяшка ещё не убивала, а может, вообще, не способна была убить. Но речь не о том. Ему не нравилось сочетание - "влюблена/в опасности". Неужели она в опасности из-за любви?
Это было бы ужасно. Василь знал, что когда святое, животворящее чувство оборачивается против человека, то становится смертоносным. Гораздо опаснее любого монстра. Целой стаи монстров! Эх, только не это!
Нужны были подробности, но Василь не смел, приставать с ними к стихиям. Значит, надо всё выяснить самому. Конечно, ему хотелось принять участие в маминой экспедиции, но когда с Лесой происходит что-то плохое - остальные дела побоку!
Недаром их принимали за близнецов. Связь между дядей и племянницей - одногодками была не слабее той, которая бывает между единоутробными братом и сестрой. Для Василя это всё означало одно - в путь! (Мама сказала зайти за снаряжением, но нет, ему некогда. Достаточно меча, а одеждой ему будут листья, обувью - трава, а ночной костёр домашним очагом. Он привык так жить, и в лесу чувствовал себя так же привычно и уютно, как в родительском доме.)
Кстати о костре. Василь простёр ладони над сырой гнилушкой и позвал Огонь. Специально не стал проделывать это с сухими дровами - огонь капризен - разыграется, не остановишь.
- Покажи, где она? - произнёс заклинатель стихий. - Где Леса?
Огонь качнулся раз-другой, словно определяя направление, а потом уверенно наклонился в одну сторону, и даже попытался изобразить стрелу. Василь удивлённо открыл рот. Он-то ожидал совершенно другого. Думал, что пламя отклонится туда, где Мёртвый город, где катакомбы и проклятый дворец, провалившийся под землю. (Бр-р! Ненавидел он те места, и теперь даже немного обрадовался, что не придётся лезть в затхлые подземелья. Впрочем, Камни сразу сказали, что племяшки среди них нет, но Камням он не очень-то верил, другое дело Огонь, Вода, Земля и Воздух - они не обманывают.)
Выходило, что Леса где-то на северо-западе, там, где Торговый город, там, куда мама собиралась идти с экспедицией.
Мелькнула мысль идти вместе со всеми, но нет - они пойдут медленно. С точки зрения толпы народа, конечно, быстро, но всё же втрое - впятеро медленней, чем он один. Значит, он побежит впереди, только и всего-то!
Василь отпустил Огонь и сорвался с места в бег! Тому, у кого нет ничего лишнего, не требуется время на сборы.
Ветер свистел у него в ушах, а сам он словно ветер мчался меж стволов и ветвей, каким-то чудом не задевая их и не путаясь в хитром лесном переплетении длинными, как плащ волосами. Хорошо и легко ему было в этом беге, но смущала душу одна мысль - "Леса и неразделённая любовь? Ерунда какая-то! Либо она полюбила слепого, либо здесь что-то ещё".
Сборы в дорогу это всегда сборы в дорогу, даже если ты в этом деле далеко не новичок. Маранта совершенно закрутилась, собирая одежду, провизию, оружие, медикаменты.
Нда, оружие... Вроде за все эти годы она должна была отвыкнуть от тяжести меча на бедре, а вот ведь сейчас его не хватало. Проказник Василь присвоил скьявону! Другому она, наверное, не отдала бы любимый меч - подарок самого Лоргина за верную службу в лучшие годы её юности. Но одного взгляда, как привычная рукоять легла в ладонь её младшего сына, было достаточно, чтобы понять - теперь этот клинок обрёл нового владельца.
Кстати, а где он сам - этот "новый владелец" её меча? Маранта готова была поспорить на что угодно, что младший умчался вперёд без одежды и снаряжения, чтобы она там ему не говорила. А это означало одно - мама сама всё соберёт и потащит на собственном горбу пока этот "лесной дух" резвится в своей любимой чаще.
Ладно, младшему многое прощается. Он, увы, способен исчезнуть, когда хочешь его видеть, но он же если застанет её или отца за тяжёлой работой, тут же взвалит львиную долю на себя. За это все в нём души не чают, особенно Михал, (ох ворчливый стал!), только и делает, что улыбается в усы, когда говорит о младшем сыне. Ей-то не нужна причина, чтобы любить его, но мужчины не могут без того, чтобы гордиться своими детьми и хвастать ими друг перед другом. (Они и жёнами хвастаются, но так, чтобы те не слышали. Только вот не знают, что у тех жён, которые поумнее, уши длинные, а языки короткие. У дурёх, всё как раз наоборот.)
Удивительно - Василя природа срисовала с Михала с поразительной точностью во всём, кроме одного - медвежьего сложения. С первого взгляда он казался хрупким, руки и ноги у парня были маленькими, как у девушки, не сравнить с отцовскими лапищами. В этом отношении на Михала больше был похож Стефан, но тот лицом и повадками был мягок - в свою покойную матушку, красавицу Леславу, (это в её честь они с Ларни назвали старшую дочь), и только медвежьей мощью вышел в отца.
Василь же наоборот - лицом вылитый Михал-охотник, а вот телом... Скорее гибкий и упругий, как лоза или стальная пружина, чем могучий, хоть силы ему не занимать. И гадать не надо в кого он такой - в неё, Маранту-воительницу. Лицом на неё был похож средний сын - Руфус, а вот в кого он был душой, так и осталось загадкой. А уж, какой загадкой была Леса!..
Маранта усилием воли заставила себя не думать о детях и внуках. Она знала - начнёшь, не остановишься. Надо заниматься делами. В общем-то, всё было готово, оставалось подвести итоги, и в путь!
Идти отсюда всем вместе смысла не было - казакам Зигмунда надо было забрать лошадей. Добровольцы Междустенья, (всего двадцать молодых охотников, не имеющих семьи; больше Маранта сама брать отказалась), как и те, кто пришёл из Золас-града, своего транспорта не имели и надеялись только на поддержку Форта Альмери, вот уже больше трёх десятилетий собирающего повсюду древнюю технику и оружие.
А недавно примчался гонец
Глава 54. А ты пойдёшь?
Когда сэр Мальтор закончил свой рассказ, все присутствующие ещё долго молчали. Люди "переваривали" услышанное. Механикус, сделавший запись, успел в это время несколько раз повторно прокрутить её для себя, анализируя необыкновенную историю короля Лоргина и воительницы Маранты.
Рарок услышал за спиной негромкий всхлип, обернулся и увидел Лесу. Значит, девушка всё слышала. Что ж, возможно это к лучшему, но ему было жаль её, ведь узнать такое о близком тебе человеке в любом случае потрясение.
Гладиатор кое-что понимал в девушках, поэтому он не колебался, а просто подошёл и дружески обнял юную охотницу за плечи. Она тут же прижалась к нему, обхватила его могучий торс руками и спрятала лицо на груди.
Рарок гладил её по спине, слегка покачивая туда-сюда, даже не осознавая, что этот его жест не что иное, как врождённый инстинкт укачивания младенца, присутствующий, как в женщинах, так и в мужчинах. Это было что-то новое, такого он не испытывал никогда. Познавший, несмотря на молодость, десятки девушек и женщин, он любил и уважал их, но до сих пор его отношения со слабым полом были не такими.
Конечно, и раньше случалось, что девушки рыдали у него на плече, но тогда пара шутливых слов, остроумных комплиментов и какая-нибудь безделушка, припасённая в подарок, превращали эти слёзы в смех, а тут...
Парню почему-то подумалось, что он не хочет, чтобы Леса быстро успокоилась... Нет, не то. Ему хотелось вот так стоять с ней, тихо всхлипывающей у него в объятиях, ещё долго. Не вечность, нет, но хоть чуть-чуть подольше. Стоять, гладить её по спине и слегка покачивать, неизвестно зачем, но покачивать в такт своему гулко стучащему сердцу. Да, и ещё, чтобы рядом никого не было.
В углу лязгнул зубами Зиг, но на это никто не обратил внимание.
- Так что, мисс Леса, - подытожил призрачный рыцарь, - ваша бабушка имеет полное право на трон "Огненного королевства", и мы вполне можем это доказать.
Леса на его слова никак не отреагировала.
- Видите ли, коллега, - обратился к рыцарю Механикус, - судя по тому, что лично я за последнее время узнал о жизни Маранты-воительницы и о том положении, которое она занимает в своём обществе, ну, в этом племени лесных охотников, такая перспектива врядли прельстит её сейчас. Но я считаю, что наш долг сообщить ей обо всём, что мы здесь узнали.
- Точно, - подал голос Зиг, - Маранта, скорее всего, пошлёт всё это на... в общем, куда подальше, но рассказать надо - пусть сама решает, как дальше быть.
- Расскажем, когда наша миссия будет завершена, - добавил стальной охотник.
- Позвольте всё же полюбопытствовать - в чём она заключается эта ваша миссия? - не без иронии в голосе поинтересовался сэр Мальтор.
И тут Леса высвободилась из объятий гладиатора, посмотрела на рыцаря красными, но уже сухими глазами и сказала:
- Первоначально мы собирались, в соответствии с учением Инци, воспрепятствовать злу, которое поселилось здесь, но опоздали.
- Нда, - перебил её призрак, - вам невероятно повезло с опозданием, ведь с этой задачей не справился тот, кого вы только что назвали, хоть это и неправильное имя. Вы бы неизбежно погибли, как и он. То есть, конечно, же, не как он, но погибли бы.
- Тут вы не правы, сэр Мальтор, - не согласилась с ним девушка. - Инци действительно был ещё раз распят в этом самом городе, но семена добра, которые он посеял во время своего недолгого пребывания в нашем мире, взошли. Мы, его последователи, должны идти указанным им путём, и я не считаю, что нам повезло найти этот город пустым. Да, мы врядли преуспели бы там, где сам Инци склонил к себе лишь несколько душ, но в этом-то и состоит миссия тех, кто зовёт себя его учениками - склонять к себе души, вести их к истине и не считать свою жизнь прожитой напрасно, если удалось заставить прислушаться хотя бы одного человека. Но мы опоздали, и теперь наша миссия заключается в том, чтобы найти выживших и помочь им. Что же касается бабушки и её законных прав на какой-то там трон, то я думаю, что мои друзья правы - она прожила жизнь полную борьбы и приключений, знала горе и счастье, а сейчас от её слова много что зависит в Междустенье и за его пределами. Променять это всё на трон в пустом городе? Врядли ей это понравится. В любом случае пусть решает сама, но это ей не к спеху. Сделаем здесь всё что можем, и тогда я буду, рада лично рассказать ей всё, что услышала от вас, сэр Мальтор.
Хлопки латных рукавиц в тишине покоев прозвучали, словно удары молота по наковальне.
- Браво! - воскликнул рыцарь уже без единой нотки иронии. - Мисс Леса, вы настоящий потомок "Огненных королев", и я могу только пожелать вам удачи и предложить свою помощь. Думаю, мой ученик не будет против того чтобы поучаствовать в спасательной экспедиции?
Последний вопрос был излишним. Рарок, смотревший на Лесу, то сиял, как начищенный пятак, то обливался потом. Он конечно готов был пойти за ней куда угодно, хоть и не считал себя ревностным инциатом.
- Вот и отлично. Раз так, то, сэр Механикус, давайте озвучим те выводы, к которым мы с вами пришли накануне.
Стальной охотник выступил вперёд и зачем-то откашлялся, прежде чем говорить.
- Начнём с людей, - сказал он. - Из всего видно, что в этом городе живых людей нет, если не считать здесь присутствующих.
Леса ахнула.
- Лесик, не отчаивайся! - поспешил утешить её Механикус. - Часть жителей, наверняка, смогла спастись и возможно, хоть шансы и невелики, но мы сможем им помочь.
- Подожди, - перебил его Зиг. - Ты говоришь, что они спаслись, но в городе живых нет. Тогда где спасшиеся? Мы их, что по полям да лесам выискивать будем?
- Нет, этого нам сделать не удастся. Могу предположить с уверенностью девяносто шесть и три десятых процента, что в окрестностях Торгового города мы тоже не найдём ни одного человека.
- Но как же так? - подал голос Рарок. - Часть людей спаслась, но их нет ни в городе, ни в окрестностях. Где же они тогда?
- Очень интересный вопрос, молодой человек! - откликнулся Механикус. - Не стану вас томить и скажу сразу - эти люди там, откуда приходят монстры.
Последовавшее за этим молчание можно было бы обозначить знаком вопроса размером с колокольню.
- А откуда приходят монстры? - спросил, наконец, Зиг тоном человека сомневающегося в том, что его собеседник пребывает в здравом уме. Тем более что вопрос - "откуда приходят монстры?", волновал людские умы обозримого мира уже много-много лет.
- Я понимаю твои сомнения, друг мой Зиг! - с улыбкой, (в голосе), отозвался Механикус. - И я знаю, о чём ты сейчас подумал. Над этим вопросом уже больше столетия бьются несколько поколений людей. Кроме того этот вопрос был предметом тщательнейших исследований таких, эм-м, существ, как присутствующий здесь сэр Мальтор и ваш покорный слуга. И вот теперь, проанализировав всё, что мы здесь только что услышали, я могу с уверенностью в девяносто четыре процента озвучить свою старую, но до сих пор не подтверждённую догадку - монстры приходят через рукотворные порталы, ведущие в другое измерение, где их, судя по всему, выращивают и содержат. Именно пройдя через эти порталы, но только в обратном направлении, часть жителей Торгового города, может быть, смогла спастись.
- Но ведь их там, небось, уже сожрали, - сказал Зиг.
- Очень даже может быть, но насчёт этого у нас нет доказательств, так что разумнее всего считать этих людей условно живыми.
- Условно?! - вскричал Зиг. - Ты это при Лесе говоришь? Не понимаешь, что она сейчас полезет в один из этих порталов и тоже станет условной?
- Нет, нет! Вот это не получится, - вмешался сэр Мальтор. - Сейчас эти порталы в Торговом городе закрыты.
У Зига вырвался вздох облегчения, а призрачный рыцарь, между тем, продолжал:
- Я очень хорошо вижу следы многих живых человеческих аур, которые ведут в никуда и обрываются в основном где-то во внутренних помещениях домов - чаще всего в подвалах. Не исключено, что люди ушли в другое измерение не сами, возможно их утащили, но это не свойственно монстрам. Обычно они приканчивают жертву на месте и тут же пожирают, либо рвут на части.
- Так что же нам делать? - воскликнула Леса с отчаянием в голосе.
- С вероятностью в пятьдесят шесть процентов мы можем встретить открытые порталы в той самой военной базе, о которой недавно был разговор. - Вновь заговорил Механикус.
- Нет, всё-таки ты мясорубка! - проворчал Зиг.
- Отправляемся немедленно! - воскликнула Леса.
- Видишь, что натворил?
Зиг надвинулся на механического человека, хотя знал, что тот при желании собьёт его с ног буквально одним щелчком.
- Я с вами! - заявил Рарок.
- А ты пойдёшь? - спросила Леса, глядя Зигу в глаза. - Можешь остаться, ты не обязан это делать.
- Ещё чего?! - возмутился испытанный авантюрист и бродяга. - Пойду, конечно - надо же кому-то за малышнёй присматривать. Не железкам же вас оставлять этим вот самым.
Глава 55. Опасность от любви
"Жива!" - сказал Ветер.
"Влюблена!" - сказала Вода.
"В опасности!" - сказала Земля.
Василь нахмурился. Жива - хорошо, влюблена - прекрасно! (Наконец-то! Он рад за племяшку, а то её отчуждение от людей и безразличие к противоположному полу давно его беспокоили и удивляли.) Но - "В опасности"... Что это может значить?
До сих пор в опасности были те, кто переходил Лесе дорогу. Речь, конечно, шла о монстрах - людей племяшка ещё не убивала, а может, вообще, не способна была убить. Но речь не о том. Ему не нравилось сочетание - "влюблена/в опасности". Неужели она в опасности из-за любви?
Это было бы ужасно. Василь знал, что когда святое, животворящее чувство оборачивается против человека, то становится смертоносным. Гораздо опаснее любого монстра. Целой стаи монстров! Эх, только не это!
Нужны были подробности, но Василь не смел, приставать с ними к стихиям. Значит, надо всё выяснить самому. Конечно, ему хотелось принять участие в маминой экспедиции, но когда с Лесой происходит что-то плохое - остальные дела побоку!
Недаром их принимали за близнецов. Связь между дядей и племянницей - одногодками была не слабее той, которая бывает между единоутробными братом и сестрой. Для Василя это всё означало одно - в путь! (Мама сказала зайти за снаряжением, но нет, ему некогда. Достаточно меча, а одеждой ему будут листья, обувью - трава, а ночной костёр домашним очагом. Он привык так жить, и в лесу чувствовал себя так же привычно и уютно, как в родительском доме.)
Кстати о костре. Василь простёр ладони над сырой гнилушкой и позвал Огонь. Специально не стал проделывать это с сухими дровами - огонь капризен - разыграется, не остановишь.
- Покажи, где она? - произнёс заклинатель стихий. - Где Леса?
Огонь качнулся раз-другой, словно определяя направление, а потом уверенно наклонился в одну сторону, и даже попытался изобразить стрелу. Василь удивлённо открыл рот. Он-то ожидал совершенно другого. Думал, что пламя отклонится туда, где Мёртвый город, где катакомбы и проклятый дворец, провалившийся под землю. (Бр-р! Ненавидел он те места, и теперь даже немного обрадовался, что не придётся лезть в затхлые подземелья. Впрочем, Камни сразу сказали, что племяшки среди них нет, но Камням он не очень-то верил, другое дело Огонь, Вода, Земля и Воздух - они не обманывают.)
Выходило, что Леса где-то на северо-западе, там, где Торговый город, там, куда мама собиралась идти с экспедицией.
Мелькнула мысль идти вместе со всеми, но нет - они пойдут медленно. С точки зрения толпы народа, конечно, быстро, но всё же втрое - впятеро медленней, чем он один. Значит, он побежит впереди, только и всего-то!
Василь отпустил Огонь и сорвался с места в бег! Тому, у кого нет ничего лишнего, не требуется время на сборы.
Ветер свистел у него в ушах, а сам он словно ветер мчался меж стволов и ветвей, каким-то чудом не задевая их и не путаясь в хитром лесном переплетении длинными, как плащ волосами. Хорошо и легко ему было в этом беге, но смущала душу одна мысль - "Леса и неразделённая любовь? Ерунда какая-то! Либо она полюбила слепого, либо здесь что-то ещё".
Глава 56. Где прячется счастье
Сборы в дорогу это всегда сборы в дорогу, даже если ты в этом деле далеко не новичок. Маранта совершенно закрутилась, собирая одежду, провизию, оружие, медикаменты.
Нда, оружие... Вроде за все эти годы она должна была отвыкнуть от тяжести меча на бедре, а вот ведь сейчас его не хватало. Проказник Василь присвоил скьявону! Другому она, наверное, не отдала бы любимый меч - подарок самого Лоргина за верную службу в лучшие годы её юности. Но одного взгляда, как привычная рукоять легла в ладонь её младшего сына, было достаточно, чтобы понять - теперь этот клинок обрёл нового владельца.
Кстати, а где он сам - этот "новый владелец" её меча? Маранта готова была поспорить на что угодно, что младший умчался вперёд без одежды и снаряжения, чтобы она там ему не говорила. А это означало одно - мама сама всё соберёт и потащит на собственном горбу пока этот "лесной дух" резвится в своей любимой чаще.
Ладно, младшему многое прощается. Он, увы, способен исчезнуть, когда хочешь его видеть, но он же если застанет её или отца за тяжёлой работой, тут же взвалит львиную долю на себя. За это все в нём души не чают, особенно Михал, (ох ворчливый стал!), только и делает, что улыбается в усы, когда говорит о младшем сыне. Ей-то не нужна причина, чтобы любить его, но мужчины не могут без того, чтобы гордиться своими детьми и хвастать ими друг перед другом. (Они и жёнами хвастаются, но так, чтобы те не слышали. Только вот не знают, что у тех жён, которые поумнее, уши длинные, а языки короткие. У дурёх, всё как раз наоборот.)
Удивительно - Василя природа срисовала с Михала с поразительной точностью во всём, кроме одного - медвежьего сложения. С первого взгляда он казался хрупким, руки и ноги у парня были маленькими, как у девушки, не сравнить с отцовскими лапищами. В этом отношении на Михала больше был похож Стефан, но тот лицом и повадками был мягок - в свою покойную матушку, красавицу Леславу, (это в её честь они с Ларни назвали старшую дочь), и только медвежьей мощью вышел в отца.
Василь же наоборот - лицом вылитый Михал-охотник, а вот телом... Скорее гибкий и упругий, как лоза или стальная пружина, чем могучий, хоть силы ему не занимать. И гадать не надо в кого он такой - в неё, Маранту-воительницу. Лицом на неё был похож средний сын - Руфус, а вот в кого он был душой, так и осталось загадкой. А уж, какой загадкой была Леса!..
Маранта усилием воли заставила себя не думать о детях и внуках. Она знала - начнёшь, не остановишься. Надо заниматься делами. В общем-то, всё было готово, оставалось подвести итоги, и в путь!
Идти отсюда всем вместе смысла не было - казакам Зигмунда надо было забрать лошадей. Добровольцы Междустенья, (всего двадцать молодых охотников, не имеющих семьи; больше Маранта сама брать отказалась), как и те, кто пришёл из Золас-града, своего транспорта не имели и надеялись только на поддержку Форта Альмери, вот уже больше трёх десятилетий собирающего повсюду древнюю технику и оружие.
А недавно примчался гонец
