– Чтобы никто не вздумал рассказать об этом принцу, – предупредил Сергей. – Идите отдыхать, а подробно расскажете завтра. Завтра же вы, Салан, примите у графа его службу. Он покидает нас на длительный срок, и вы его замените. Граф, задержитесь.
– Хотите поговорить о нашем отъезде? – спросил Лишней, когда его люди вышли из кабинета.
– И о нём тоже. Я думаю, что вам следует выехать через два дня. Чем позже вы это сделаете, тем труднее будет добираться. Поговорите с Аглаей. Альда составила дополнение к союзному договору для Дюже. Там гарантируется, что мы придём на помощь друг другу в случае попытки насильственного свержения династии. Это может уберечь от неприятностей её сына.
– Спасибо, милорд, она сама хотела просить вас о чём-то таком.
– Пусть решит вопрос с отправкой армии. Я могу обеспечить палатками и отправить по частям её кавалерию, а пехоту пока оставил бы в лагерях. Уж больно дальний и трудный переход. Пусть она съездит в лагеря и поговорит со своими. Я и воинам Барни предложу то же самое. Вон как льёт за окнами, почти без перерыва. Хоть дождь пока тёплый, я на их месте остался бы.
– Я поговорю.
– Те, кого отправляли сопровождать золото, уже вернулись?
– Только ездившие к Лантару, но до него ближе, чем до остальных. Тех, кто поехал к королю и Бенитару, ждём со дня на день.
– Джок...
– Что, милорд?
– Будьте осторожны и берегите себя. В Дюже много интриганов и любят баловаться с ядами. И новый человек рядом с королевой никого не обрадует, тем более если он чужой и с вашей биографией. А мы вас любим и очень не хотим потерять. Настоящие друзья очень редки, с ними тяжело расставаться даже на время. Может, возьмёте с собой парочку волчар? Нам было бы немного спокойней.
– Да, это не помешает, – ответил смущённый словами герцога Лишней.
– Милорд! – заглянул в кабинет секретарь. – К вам посланник короля Мехала барон Март Валер.
– Я могу идти? – спросил Джок.
– Да, идите, – разрешил Сергей, – и скажите барону, чтобы заходил.
– Рад вас видеть, ваша светлость! – приветствовал Сергея посланник. – Герцогиня, вы с каждым днём всё красивее!
– Я это знаю, – улыбнулась Альда, – а откуда это можете знать вы, если вас целый месяц не было в Ордаге, да и я отсутствовала? Март, вы уже барон?
– Его величество перед моим отъездом пожаловал этот титул. К сожалению, к титулу не прилагалось имение, но ведь не всё же сразу?
– Вы приехали в такую погоду, чтобы нас увидеть, или есть дело? – спросил Сергей.
– И то, и другое, милорд! – ответил Март. – Вы же знаете, как я к вам отношусь! Дело тоже есть, и дело приятное. Мой король передал, что просит забыть то зло, которое мы обрушили на Сандор в прошлой войне, и клянётся за себя и за сына, что никогда больше при их жизни война не перешагнёт наших границ! Он сердечно благодарен за оказанную помощь и передаёт это вам, миледи!
Март вытащил из-за пояса красивый футляр из полированного дерева с инкрустацией, открыл его и с поклоном протянул его Альде.
– Какая прелесть! – воскликнула девушка при виде лежавшего на бархате алмазного ожерелья.
– Там такие же серьги, – сказал Март, довольный её радостью.
– Если хочешь оказать услугу мужчине, доставь радость его женщине, – улыбнулся Сергей. – Так? Передайте королю мою благодарность.
– С первой фразой не соглашусь при всём уважении к вам, милорд, – ухмыльнулся Март. – Одного моего друга долго не было дома, а жена у него женщина красивая и немного ветреная. Так вот, нашёлся стервец, который в его отсутствие доставлял ей радость. Уверяю вас, что друг не оценил эту услугу и сделал кавалера короче на голову. На то, чтобы укоротить супругу, у него не хватило духа.
– Вам это не грозит, – сказал Сергей, – свою супругу возите с собой. Ладно, Март, расскажите, как устраняете последствия войны.
– Очень много пролилось крови, – вздохнул барон. – Если не считать сожжённой Мальдены, других разрушений нет. Загажены Барин и три десятка деревень, но их со временем очистим. А вот погибших никто не вернёт. Мы и в прошлой войне потеряли немало, но в этой – многократно больше. Не скоро женщины нарожают детей взамен погибших. Единственное, что можно считать пользой, – это изменение наших отношений. И отношение к вам изменилось не только у королевского дома, весь народ стал относиться к соседям совсем иначе, а это дорогого стоит.
– На моей родине есть поговорка, что друг познается в беде, – сказал Сергей. – И когда приходит большая беда, забываются все мелочные склоки. Мир огромен, и мы знаем лишь небольшую его часть. Если сюда вторгнется сильный народ, неся угрозу порабощения всем, вы ещё будете воевать бок о бок с союзом королевств. Что смотрите с таким недоверием? Ваш король сжёг у нас больше людей, чем у вас истребил союз, а сейчас выражает благодарность, и я уверен, что совершенно искренне. И мог ли я не так давно думать, что будет эта благодарность и я её приму? Ладно, это всё мысли, которыми лучше не забивать голову. Вы у нас сегодня не единственный гость, а время уже обеденное, поэтому приглашаю к столу. Пойдёмте захватим с собой остальных.
– У меня это до сих пор не укладывается в голове, – сказал герцог Анджи Бенитар жене. – Приехали, вывалили гору золота и убрались восвояси, помахав мне рукой на прощание! Этот Аликсан точно ненормальный!
– Он выигрывает все свои войны, – возразила жена. – И война с вторжением союза идёт к концу. Мехал ест из его рук, Аглая живёт в его дворце, как у себя дома, и, похоже, никуда не собирается уезжать, а Ив женит на его сестре своего наследника. Он богаче и сильнее всех остальных вместе взятых. И в чём же тогда, по-твоему, его ненормальность? В том, что он честно отдал тебе не очень-то нужную ему часть золота империи? Или дело в том, что ты на его месте никогда этого не сделал бы?
– Я думаю с ним сблизиться, – сказал Анджи, не отвечая жене. – Зимой, когда станут лучше дороги, хочу туда съездить вместе с дочерью. Попрошу у него на время кого-нибудь из генералов. Нужно создавать нормальную армию. Деньги есть, оружия тоже достаточно, а об армии он сам мне говорил, так что должен помочь.
– А дочь зачем потянешь?
– Как ты думаешь, останется равнодушным к прелестям нашей дочери хоть один мужчина? В свои шестнадцать лет она успела разбить уйму сердец!
– Она красавица, – ответила жена, – и что из этого? По слухам, жена Аликсана ещё красивее, и он счастлив в браке. Или ты хочешь подсунуть нашу дочь второй женой? Так у нас этот обычай уже почти повсеместно забыт.
– Нет, не второй, – герцог подошёл к двери и проверил, что за ней никого нет. – Мне уже давно сказал один дворянин, что наша дочь очень похожа на герцогиню Альду. Вот я и послал в Ордаг одного художника проверить. Смотри, вот она!
Герцог достал из внутреннего кармана небольшую дощечку с изображением очаровательной девушки.
– Ты шутишь? – недоверчиво уставилась на него жена. – Это же наша Леста! Только она никогда не делала такой причёски.
– А теперь подумай, что может выйти, если с герцогиней случится несчастье, – зашептал герцог жене, – а Серг будет знать, что у нас есть такая же девушка? Говорят, что герцогиня очень умна, и у неё много талантов, но и наша дочь не дура и многое знает и умеет!
– Родство душ... – начала жена.
– Глупости! – отрезал муж. – Когда ты в кровати, меня интересует не твоя душа, а другое!
– Но герцогиня ещё молода и, как говорят, совсем не болеет!
– Есть люди, которые за золото могут организовать несчастный случай хоть кому.
– Ты сошёл с ума! – с ужасом уставилась на мужа герцогиня. – Если это откроется, ты погубишь нас всех! Аликсан никогда такого не простит! Жена – это самое дорогое, что у него есть! Как можно доверить свою судьбу и судьбу семьи наёмным убийцам? У Аликсана за безопасность отвечает Мясник! Ты знаешь, сколько раз на неё уже покушались? Поклянись, что оставишь эти безумные планы!
– Ну клянусь, убедила! – ответил герцог, пряча изображение Альды обратно в карман. – Там будет видно.
Последнее было сказано очень тихо и не для жены.
– Умные люди извлекают уроки из поражений и становятся только сильнее! – сказал король союза королевств Ольдар своему канцлеру Фрею Лоберу. – Мы натолкнулись за проливом на силу и должны её использовать. Последние три дня я беседовал с теми, кто вернулся. И знаешь, кто рассказал много интересного? Не герцог и его генералы, а обычный ревнитель! Ну или не совсем обычный.
– Этот-то как там оказался? – поинтересовался канцлер. – Герцог настаивал, чтобы их не было в войске, и ему пошли навстречу, хоть и найдут случай припомнить, особенно сейчас.
– Герцогу были нужны толмачи, а мы обучали языку только ревнителей. Так вот, этот парень за один вечер узнал массу интересного. А всё почему?
– И почему же? – спросил канцлер.
– Потому что прекрасно знал язык и этот вечер провёл в лагере Аликсана. Конечно, там знали, кто он, и не распускали языков. Он не узнал никаких военных секретов, но услышал, что вместе с сандорцами воюет один из сыновей сенатора Лорана со своей дружиной. И причина таких странных действий – это его нежные чувства к находившейся в лагере жене Аликсана. Правда, сказавший это тут же добавил, что, как и многие, сам в неё влюблён, а патриций не давал своим поведением поводов для обид.
– Странные нравы, – сказал канцлер. – Император воюет с Сандором, а сынок сенатора воюет на стороне Сандора, пусть даже не против своих. У нас за такое всю семью пустили бы под нож.
– Наш друг передал, что этого сынка сенатора думают направить в Сандор представителем императора. В правящих кругах империи пробудился интерес к соседям. Не исключено, что с ними начнут развивать отношения с целью вовлечь в военный союз. Тебе объяснять, против кого он может быть направлен?
– И что вы думаете делать?
– Почему только думаю? Уже делаю. У ревнителей создана служба, куда передали всех знающих язык королевств и наиболее интересных пленных. Это и источник знаний о жизни за проливом, и возможные агенты. Если подойти с умом, пленники могут не только ворочать вёсла на галерах или раздвигать ноги в весёлых домах.
– Вы хотите засылать за пролив наших людей? А цели? Оружие?
– Их оружие – это только одна из целей, и не самая главная. Наши люди должны будут сделать всё возможное для того, чтобы вбить клин между империей и королевствами. Нельзя допустить их союза! Есть и другая задача. Королевств четыре, и между ними должны быть противоречия, на которых можно сыграть. А если таких противоречий нет, их можно создать. Люди всегда остаются людьми, а золота у нас достаточно. И сам Сандор – это не монолитное государство, а земли четырёх герцогов, одного из которых назвали королём. Вряд ли ему по душе такая куцая власть. Пока шла война, все старались действовать сообща, понимая, чем грозит раздор. Но приходит мир, и единство начинает рассыпаться. А если оно не рассыпется само, этому можно способствовать. Нам на руку то, что у них будут шляться жители империи. Когда много чужих, нет такого подозрения, и нашим людям будет легче. Я всё-таки опасаюсь отправлять пленных. Пусть пока учат ревнителей, а там посмотрим.
– Что будем делать с герцогом?
– Пока ничего. Пусть занимается армией и устраняет выявленные слабые места. Я с ним говорил и уверен, что он во многом прав. Да и не так велика его вина. Оружие мы наделали, а опытных полководцев не было. Опыт, который приобрели наши генералы, – это большая ценность, и его обязательно нужно использовать.
– Я хотел серьёзно поговорить! – сказал сыну герцог Лантар. – В последнее время я почувствовал, что начал слабеть. Я переложил на тебя многие из своих обязанностей, а сейчас хочу совсем уйти от дел, оставив их тебе. Лазони не возражает, если место канцлера займёшь ты, но я не советую.
– Почему, отец?
– Буду с тобой откровенен. Пост канцлера влиятелен и почётен в нормальном королевстве.
– А у нас оно ненормальное? И кто в этом виноват?
– Виноват Аликсан. Будучи самым сильным, он упорно прячется за чужие спины, отдавая корону другим, лишь бы не носить её самому.
– Странная позиция. Я неплохо его знаю, и он мне нравится. Сильный и умный человек. Откуда тогда эта блажь?
– Ум здесь ни при чём, это всё воспитание. Он не хочет терять личную свободу, становясь королём, не замечая, что уже давно её потерял, став герцогом. Иногда очень умные люди совершают странные и нелогичные поступки, этот случай из таких. Пока это не страшно, поскольку Лазони и Аликсан подыгрывают друг другу. Аликсан всячески демонстрирует поддержку королю, а Лазони делает вид, что не замечает своей зависимости. Вот только так ли умны и выдержаны будут те, кто рано или поздно придут им на смену? А принц более самолюбив, чем его отец. Сейчас он ничего не решает, но Герт не вечен, и найдутся люди у трона, которым захочется половить рыбку в мутной воде. Запомни, сын, всегда и во всём держись Серга. Он силён и с каждым годом будет становиться ещё сильнее! Сейчас я скажу то, о чём не стоит распространяться другим. Аликсан не с другого материка, он из другого мира, который намного опередил наш в самых разных вещах. И во многом его успехи объясняются знаниями, которых нет ни у кого. Он вообще удивительный человек. В нём нет жажды власти и ни капли заносчивости, он очень добр, хоть и старается это скрывать, чтобы не сели на шею. Знаешь, почему на него вешались женщины, в том числе и твоя дочь? Они очень чуткие создания, и уж не знаю каким чувством улавливали исходящую от него доброту. Мужчины нашего мира совсем другие. Я не считаю себя злым, но никогда не стану делать добро, которое может выйти мне боком! А он делал и, что самое удивительное, ни от одного из спасённых врагов не увидел зла. И мне это непонятно. Настали нелёгкие времена. Проснулись от спячки государства за проливом. Мы выиграли войны благодаря Аликсану, но это ещё не конец, а только начало! Аликсан умён и прекрасно понимает, насколько уязвимы все его начинания. Пока они завязаны только на него, поэтому он окружает себя людьми, способными защитить его близких и продолжить начатые дела, если с ним вдруг что-то случится. Вспомни Рошти. Аликсан приехал к нему, сознавая грозящую опасность. У него были рычаги давления на короля, но у Рошти или у принца могли не выдержать нервы.
– И что бы было?
– Мы жили бы в королевстве, в котором правит Лани Аликсан, а наследнику Ива пришлось бы искать себе другую невесту. Генералы Серга наплевали бы на законы, потому что они его друзья и единомышленники и воля герцога для них превыше всего остального. А сила уже тогда была на его стороне. Я думаю, что рано или поздно Сергу придётся взять в свои руки всё королевство, а может быть, и весь союз.
– После выступления в Сенате только о вас и говорят! – сказал Северу сенатор Лорий Дортел, встретивший юношу на первом этаже дворца главы Сената Ладия и прицепившийся как репей.
– Хотите поговорить о нашем отъезде? – спросил Лишней, когда его люди вышли из кабинета.
– И о нём тоже. Я думаю, что вам следует выехать через два дня. Чем позже вы это сделаете, тем труднее будет добираться. Поговорите с Аглаей. Альда составила дополнение к союзному договору для Дюже. Там гарантируется, что мы придём на помощь друг другу в случае попытки насильственного свержения династии. Это может уберечь от неприятностей её сына.
– Спасибо, милорд, она сама хотела просить вас о чём-то таком.
– Пусть решит вопрос с отправкой армии. Я могу обеспечить палатками и отправить по частям её кавалерию, а пехоту пока оставил бы в лагерях. Уж больно дальний и трудный переход. Пусть она съездит в лагеря и поговорит со своими. Я и воинам Барни предложу то же самое. Вон как льёт за окнами, почти без перерыва. Хоть дождь пока тёплый, я на их месте остался бы.
– Я поговорю.
– Те, кого отправляли сопровождать золото, уже вернулись?
– Только ездившие к Лантару, но до него ближе, чем до остальных. Тех, кто поехал к королю и Бенитару, ждём со дня на день.
– Джок...
– Что, милорд?
– Будьте осторожны и берегите себя. В Дюже много интриганов и любят баловаться с ядами. И новый человек рядом с королевой никого не обрадует, тем более если он чужой и с вашей биографией. А мы вас любим и очень не хотим потерять. Настоящие друзья очень редки, с ними тяжело расставаться даже на время. Может, возьмёте с собой парочку волчар? Нам было бы немного спокойней.
– Да, это не помешает, – ответил смущённый словами герцога Лишней.
– Милорд! – заглянул в кабинет секретарь. – К вам посланник короля Мехала барон Март Валер.
– Я могу идти? – спросил Джок.
– Да, идите, – разрешил Сергей, – и скажите барону, чтобы заходил.
– Рад вас видеть, ваша светлость! – приветствовал Сергея посланник. – Герцогиня, вы с каждым днём всё красивее!
– Я это знаю, – улыбнулась Альда, – а откуда это можете знать вы, если вас целый месяц не было в Ордаге, да и я отсутствовала? Март, вы уже барон?
– Его величество перед моим отъездом пожаловал этот титул. К сожалению, к титулу не прилагалось имение, но ведь не всё же сразу?
– Вы приехали в такую погоду, чтобы нас увидеть, или есть дело? – спросил Сергей.
– И то, и другое, милорд! – ответил Март. – Вы же знаете, как я к вам отношусь! Дело тоже есть, и дело приятное. Мой король передал, что просит забыть то зло, которое мы обрушили на Сандор в прошлой войне, и клянётся за себя и за сына, что никогда больше при их жизни война не перешагнёт наших границ! Он сердечно благодарен за оказанную помощь и передаёт это вам, миледи!
Март вытащил из-за пояса красивый футляр из полированного дерева с инкрустацией, открыл его и с поклоном протянул его Альде.
– Какая прелесть! – воскликнула девушка при виде лежавшего на бархате алмазного ожерелья.
– Там такие же серьги, – сказал Март, довольный её радостью.
– Если хочешь оказать услугу мужчине, доставь радость его женщине, – улыбнулся Сергей. – Так? Передайте королю мою благодарность.
– С первой фразой не соглашусь при всём уважении к вам, милорд, – ухмыльнулся Март. – Одного моего друга долго не было дома, а жена у него женщина красивая и немного ветреная. Так вот, нашёлся стервец, который в его отсутствие доставлял ей радость. Уверяю вас, что друг не оценил эту услугу и сделал кавалера короче на голову. На то, чтобы укоротить супругу, у него не хватило духа.
– Вам это не грозит, – сказал Сергей, – свою супругу возите с собой. Ладно, Март, расскажите, как устраняете последствия войны.
– Очень много пролилось крови, – вздохнул барон. – Если не считать сожжённой Мальдены, других разрушений нет. Загажены Барин и три десятка деревень, но их со временем очистим. А вот погибших никто не вернёт. Мы и в прошлой войне потеряли немало, но в этой – многократно больше. Не скоро женщины нарожают детей взамен погибших. Единственное, что можно считать пользой, – это изменение наших отношений. И отношение к вам изменилось не только у королевского дома, весь народ стал относиться к соседям совсем иначе, а это дорогого стоит.
– На моей родине есть поговорка, что друг познается в беде, – сказал Сергей. – И когда приходит большая беда, забываются все мелочные склоки. Мир огромен, и мы знаем лишь небольшую его часть. Если сюда вторгнется сильный народ, неся угрозу порабощения всем, вы ещё будете воевать бок о бок с союзом королевств. Что смотрите с таким недоверием? Ваш король сжёг у нас больше людей, чем у вас истребил союз, а сейчас выражает благодарность, и я уверен, что совершенно искренне. И мог ли я не так давно думать, что будет эта благодарность и я её приму? Ладно, это всё мысли, которыми лучше не забивать голову. Вы у нас сегодня не единственный гость, а время уже обеденное, поэтому приглашаю к столу. Пойдёмте захватим с собой остальных.
– У меня это до сих пор не укладывается в голове, – сказал герцог Анджи Бенитар жене. – Приехали, вывалили гору золота и убрались восвояси, помахав мне рукой на прощание! Этот Аликсан точно ненормальный!
– Он выигрывает все свои войны, – возразила жена. – И война с вторжением союза идёт к концу. Мехал ест из его рук, Аглая живёт в его дворце, как у себя дома, и, похоже, никуда не собирается уезжать, а Ив женит на его сестре своего наследника. Он богаче и сильнее всех остальных вместе взятых. И в чём же тогда, по-твоему, его ненормальность? В том, что он честно отдал тебе не очень-то нужную ему часть золота империи? Или дело в том, что ты на его месте никогда этого не сделал бы?
– Я думаю с ним сблизиться, – сказал Анджи, не отвечая жене. – Зимой, когда станут лучше дороги, хочу туда съездить вместе с дочерью. Попрошу у него на время кого-нибудь из генералов. Нужно создавать нормальную армию. Деньги есть, оружия тоже достаточно, а об армии он сам мне говорил, так что должен помочь.
– А дочь зачем потянешь?
– Как ты думаешь, останется равнодушным к прелестям нашей дочери хоть один мужчина? В свои шестнадцать лет она успела разбить уйму сердец!
– Она красавица, – ответила жена, – и что из этого? По слухам, жена Аликсана ещё красивее, и он счастлив в браке. Или ты хочешь подсунуть нашу дочь второй женой? Так у нас этот обычай уже почти повсеместно забыт.
– Нет, не второй, – герцог подошёл к двери и проверил, что за ней никого нет. – Мне уже давно сказал один дворянин, что наша дочь очень похожа на герцогиню Альду. Вот я и послал в Ордаг одного художника проверить. Смотри, вот она!
Герцог достал из внутреннего кармана небольшую дощечку с изображением очаровательной девушки.
– Ты шутишь? – недоверчиво уставилась на него жена. – Это же наша Леста! Только она никогда не делала такой причёски.
– А теперь подумай, что может выйти, если с герцогиней случится несчастье, – зашептал герцог жене, – а Серг будет знать, что у нас есть такая же девушка? Говорят, что герцогиня очень умна, и у неё много талантов, но и наша дочь не дура и многое знает и умеет!
– Родство душ... – начала жена.
– Глупости! – отрезал муж. – Когда ты в кровати, меня интересует не твоя душа, а другое!
– Но герцогиня ещё молода и, как говорят, совсем не болеет!
– Есть люди, которые за золото могут организовать несчастный случай хоть кому.
– Ты сошёл с ума! – с ужасом уставилась на мужа герцогиня. – Если это откроется, ты погубишь нас всех! Аликсан никогда такого не простит! Жена – это самое дорогое, что у него есть! Как можно доверить свою судьбу и судьбу семьи наёмным убийцам? У Аликсана за безопасность отвечает Мясник! Ты знаешь, сколько раз на неё уже покушались? Поклянись, что оставишь эти безумные планы!
– Ну клянусь, убедила! – ответил герцог, пряча изображение Альды обратно в карман. – Там будет видно.
Последнее было сказано очень тихо и не для жены.
– Умные люди извлекают уроки из поражений и становятся только сильнее! – сказал король союза королевств Ольдар своему канцлеру Фрею Лоберу. – Мы натолкнулись за проливом на силу и должны её использовать. Последние три дня я беседовал с теми, кто вернулся. И знаешь, кто рассказал много интересного? Не герцог и его генералы, а обычный ревнитель! Ну или не совсем обычный.
– Этот-то как там оказался? – поинтересовался канцлер. – Герцог настаивал, чтобы их не было в войске, и ему пошли навстречу, хоть и найдут случай припомнить, особенно сейчас.
– Герцогу были нужны толмачи, а мы обучали языку только ревнителей. Так вот, этот парень за один вечер узнал массу интересного. А всё почему?
– И почему же? – спросил канцлер.
– Потому что прекрасно знал язык и этот вечер провёл в лагере Аликсана. Конечно, там знали, кто он, и не распускали языков. Он не узнал никаких военных секретов, но услышал, что вместе с сандорцами воюет один из сыновей сенатора Лорана со своей дружиной. И причина таких странных действий – это его нежные чувства к находившейся в лагере жене Аликсана. Правда, сказавший это тут же добавил, что, как и многие, сам в неё влюблён, а патриций не давал своим поведением поводов для обид.
– Странные нравы, – сказал канцлер. – Император воюет с Сандором, а сынок сенатора воюет на стороне Сандора, пусть даже не против своих. У нас за такое всю семью пустили бы под нож.
– Наш друг передал, что этого сынка сенатора думают направить в Сандор представителем императора. В правящих кругах империи пробудился интерес к соседям. Не исключено, что с ними начнут развивать отношения с целью вовлечь в военный союз. Тебе объяснять, против кого он может быть направлен?
– И что вы думаете делать?
– Почему только думаю? Уже делаю. У ревнителей создана служба, куда передали всех знающих язык королевств и наиболее интересных пленных. Это и источник знаний о жизни за проливом, и возможные агенты. Если подойти с умом, пленники могут не только ворочать вёсла на галерах или раздвигать ноги в весёлых домах.
– Вы хотите засылать за пролив наших людей? А цели? Оружие?
– Их оружие – это только одна из целей, и не самая главная. Наши люди должны будут сделать всё возможное для того, чтобы вбить клин между империей и королевствами. Нельзя допустить их союза! Есть и другая задача. Королевств четыре, и между ними должны быть противоречия, на которых можно сыграть. А если таких противоречий нет, их можно создать. Люди всегда остаются людьми, а золота у нас достаточно. И сам Сандор – это не монолитное государство, а земли четырёх герцогов, одного из которых назвали королём. Вряд ли ему по душе такая куцая власть. Пока шла война, все старались действовать сообща, понимая, чем грозит раздор. Но приходит мир, и единство начинает рассыпаться. А если оно не рассыпется само, этому можно способствовать. Нам на руку то, что у них будут шляться жители империи. Когда много чужих, нет такого подозрения, и нашим людям будет легче. Я всё-таки опасаюсь отправлять пленных. Пусть пока учат ревнителей, а там посмотрим.
– Что будем делать с герцогом?
– Пока ничего. Пусть занимается армией и устраняет выявленные слабые места. Я с ним говорил и уверен, что он во многом прав. Да и не так велика его вина. Оружие мы наделали, а опытных полководцев не было. Опыт, который приобрели наши генералы, – это большая ценность, и его обязательно нужно использовать.
– Я хотел серьёзно поговорить! – сказал сыну герцог Лантар. – В последнее время я почувствовал, что начал слабеть. Я переложил на тебя многие из своих обязанностей, а сейчас хочу совсем уйти от дел, оставив их тебе. Лазони не возражает, если место канцлера займёшь ты, но я не советую.
– Почему, отец?
– Буду с тобой откровенен. Пост канцлера влиятелен и почётен в нормальном королевстве.
– А у нас оно ненормальное? И кто в этом виноват?
– Виноват Аликсан. Будучи самым сильным, он упорно прячется за чужие спины, отдавая корону другим, лишь бы не носить её самому.
– Странная позиция. Я неплохо его знаю, и он мне нравится. Сильный и умный человек. Откуда тогда эта блажь?
– Ум здесь ни при чём, это всё воспитание. Он не хочет терять личную свободу, становясь королём, не замечая, что уже давно её потерял, став герцогом. Иногда очень умные люди совершают странные и нелогичные поступки, этот случай из таких. Пока это не страшно, поскольку Лазони и Аликсан подыгрывают друг другу. Аликсан всячески демонстрирует поддержку королю, а Лазони делает вид, что не замечает своей зависимости. Вот только так ли умны и выдержаны будут те, кто рано или поздно придут им на смену? А принц более самолюбив, чем его отец. Сейчас он ничего не решает, но Герт не вечен, и найдутся люди у трона, которым захочется половить рыбку в мутной воде. Запомни, сын, всегда и во всём держись Серга. Он силён и с каждым годом будет становиться ещё сильнее! Сейчас я скажу то, о чём не стоит распространяться другим. Аликсан не с другого материка, он из другого мира, который намного опередил наш в самых разных вещах. И во многом его успехи объясняются знаниями, которых нет ни у кого. Он вообще удивительный человек. В нём нет жажды власти и ни капли заносчивости, он очень добр, хоть и старается это скрывать, чтобы не сели на шею. Знаешь, почему на него вешались женщины, в том числе и твоя дочь? Они очень чуткие создания, и уж не знаю каким чувством улавливали исходящую от него доброту. Мужчины нашего мира совсем другие. Я не считаю себя злым, но никогда не стану делать добро, которое может выйти мне боком! А он делал и, что самое удивительное, ни от одного из спасённых врагов не увидел зла. И мне это непонятно. Настали нелёгкие времена. Проснулись от спячки государства за проливом. Мы выиграли войны благодаря Аликсану, но это ещё не конец, а только начало! Аликсан умён и прекрасно понимает, насколько уязвимы все его начинания. Пока они завязаны только на него, поэтому он окружает себя людьми, способными защитить его близких и продолжить начатые дела, если с ним вдруг что-то случится. Вспомни Рошти. Аликсан приехал к нему, сознавая грозящую опасность. У него были рычаги давления на короля, но у Рошти или у принца могли не выдержать нервы.
– И что бы было?
– Мы жили бы в королевстве, в котором правит Лани Аликсан, а наследнику Ива пришлось бы искать себе другую невесту. Генералы Серга наплевали бы на законы, потому что они его друзья и единомышленники и воля герцога для них превыше всего остального. А сила уже тогда была на его стороне. Я думаю, что рано или поздно Сергу придётся взять в свои руки всё королевство, а может быть, и весь союз.
Глава 34
– После выступления в Сенате только о вас и говорят! – сказал Северу сенатор Лорий Дортел, встретивший юношу на первом этаже дворца главы Сената Ладия и прицепившийся как репей.
