После этого все подкрепления пойдут через порты. Сформировав армию не меньше десяти легионов, враги развернут наступление вдоль береговой черты с целью выйти в степные районы провинции Ингар, а дальше двинутся к столице Эрика, захватывая по пути встречные города. Сделать это будет нетрудно.
– Мы пришли к таким же выводам, – кивнул Аленар. – Ваши действия?
– Я не знаю провинцию, поэтому трудно что-то планировать, но встретил бы их где-нибудь на полпути на удобных позициях, чтобы меня не обошли. Если там мало лесов, можно прикрыть фланг рекой или оврагом. Это надо смотреть и готовить заранее. Укрепить позицию, а потом заманить на неё их армию. Мимо не пройдут. Сейчас трудно прогнозировать результаты сражения. В любом случае мы сильно сократим их численность, а остановим или нет – этого я сказать не берусь. Если не остановим, будем отступать до лесов, а там встанем, и никуда они дальше не пройдут. Осенью прервётся связь с империей, а мы постараемся увести всех людей и вывезти или сжечь продовольствие и угнать скот из тех мест, где они будут кормиться. Вот тогда я посмотрю, как они повоюют на пустой живот. Если вывести им в тыл кавалерию и с её помощью убирать или уничтожать запасы пищи в направлении возможного отступления к морю, можно победить без генерального сражения. Знаете, сколько продовольствия нужно для пятидесяти тысяч солдат? А не поев, человек уже на третий день начинает слабеть.
– Наверное, они не дураки и должны это понимать, – неуверенно сказал Лантар.
– Если подстрахуются, будут устанавливать резервные запасы продовольствия и отряды для их охраны, – согласился Сергей, – а нашей задачей будет всё это ликвидировать. Но могут этим не озаботиться. Самоуверенность, подкреплённая силой, и пренебрежение к дикарям, у которых нет сильной королевской власти... Скажете нет? Они воевали вблизи своей территории и ни в чём не испытывали нужды.
– Интересный подход к войне, – заметил граф. – Побеждать врага не в сражении, а через живот.
– Мне безразлично, что их сломит, – сказал Сергей, – наши мечи, мои сюрпризы или голод. И голод – более желательный вариант, при котором у нас с вами будет меньше потерь.
– А если они будут наступать по тракту? – спросил граф.
– Я предусмотрел и этот вариант, – ответил Сергей. – В удобном месте сделаю хорошие укрепления, оставлю пять баллист и тысячу бойцов, и пусть после этого попробуют наступать.
– Можно пройти любым лесом, – заметил граф.
– Не любым. Там есть места, где человек может пробираться с большим трудом. Кроме того, легко устроить засеки. Сам тракт при наличии хороших укреплений и моих сюрпризов вполне могут оборонять пять сотен хороших воинов, а остальные перебьют тех, кому посчастливится выйти из леса. В крайнем случае пошлют гонцов в Ордаг. В столице останутся войска, которые будут её защищать. Отсюда выйдет отряд, который поставит ещё одно укрепление, а пока его будут штурмовать, подоспею я с армией.
– Я к чему завёл этот разговор, – сказал Аленар. – Вашу армию нужно перебрасывать ближе к месту будущих боев. И не тогда, когда они начнутся, а заранее. Раз Ингар отпадает, мы построим для вас что-то вроде ваших лагерей в провинции Рошти или у Бенитара. Не всё же вам тратиться одному. Тогда с началом весны туда надо по частям перебрасывать ваши полки.
– Я только «за». Хочу добавить, что кого-нибудь из моих полковников надо отвезти под хорошей охраной в провинцию Ингара, естественно, не ставя об этом в известность герцога. Нужно хорошо изучить ту местность, где будем воевать. Если всё, пойдёмте в мои апартаменты. Там у меня для вас сюрприз.
Сергей отменил занятия для старших из-за приезда гостей, поэтому, помимо Альды, их встретили и Камил с Лани.
– Познакомьтесь с этим юношей, господа! – сказал Сергей герцогу с графом. – Это принц Камил Барни – тот сюрприз, о котором я вам говорил. Моих близких вам представлять не нужно.
– Рад приветствовать наследника Барни! – сказал Аленар. – В каком качестве вы здесь присутствуете?
– Я отдан на воспитание герцогу Аликсану на правах сына, – ответил принц, поразив обоих гостей.
Время до обеда провели вместе. Герцог Лантар вспомнил, что кто-то говорил ему о новых музыкальных инструментах у герцогини Аликсан. Принесли гитару, на которой сначала сыграла Лани, спев «Голубку» на русском языке, а потом её взял Сергей и исполнил «Надежду».
– Это ваш родной язык? – спросил граф. – Звучит очень красиво и необычно. И музыка замечательная, особенно на этом инструменте. Вы не могли бы сказать о чём эти песни?
– Та, которую пела сестра, говорит о любви девушки к капитану корабля, – сказал Сергей. – Я пробовал переводить текст, но в переводе пропадает всё очарование песни. А вторая... Сложно рассказать в двух словах. Здесь и любовь, и трудная судьба, и надежда, которая путеводной звездой светит людям.
– Завидую вам, Серг! – сказал Аленар. – У вас трудная, но очень необычная судьба...
– Ну да! – улыбнулся Сергей. – Конечно, вам должно быть завидно! Что у вас за судьба? Подумаешь, обыкновенный сандорский герцог. Полов в трактире не мыли, сразу стали канцлером. Скучно...
– Вы язва, Серг! – отсмеявшись вместе со всеми, сказал Аленар. – А я ведь сказал то, что думал. Вам сколько лет-то? Вот именно, что восемнадцать. Если королевство уцелеет и вы останетесь живы, у вас впереди длинная жизнь. Сколько всего сможете сделать! Мне уже жаль, что я почти ничего этого не увижу!
Вскоре отправились обедать, после чего гости пожелали ознакомиться со столицей, новым городом и воинскими лагерями. Из магистрата вызвали чиновника, знавшего город и всё, что вокруг него построили, с которым они и уехали, оставив хозяина заниматься делами. После ужина Сергей предупредил, что завтрак и выезд будут рано, поэтому не стоит тянуть с отдыхом.
Когда завтракали, за окнами было ещё темно, а выехали с первыми лучами солнца. Карету, в которую сел Сергей с гостями, тянула шестёрка лошадей, а всадники охраны ехали одвуконь, поэтому в замок прибыли к обеду.
– Большой замок для баронов! – высказался граф, очутившись во дворе замка Буше. – Мой и то меньше. А понастроено...
– Да, здесь много помещений, – согласился Сергей, – но и людей работает много. И не все мастерские можно ставить в замке, некоторые приходится выносить во двор. А что большой, так ведь его заложили больше трёхсот лет назад. Рабов тогда было много, да и строили не на доходы от деревень, а на военную добычу. Меня он сильно выручил. А это нас встречает здешний начальник. Господа, представляю вам профессора Дальнера. Профессор, это герцог Лантар и представитель короля граф Родли. Вам вчера должны были передать мою записку.
– Да, я всё приготовил. Господа, слуги доставят ваши вещи в комнаты. Чем будем заниматься в первую очередь: обедом или демонстрацией?
– Сначала лучше посмотреть, – сказал Лантар, – поесть можно и позже. Меня с дороги ещё подташнивает.
– Тогда пойдёмте на полигон, – пригласил профессор и первым пошёл к воротам. – Здесь всё рядом, и нет большой грязи, поэтому проще идти пешком.
Сначала осмотрели площадку, на которой под высоким навесом стояли готовые к выстрелу баллисты.
– Они заряжены разными снарядами, – сказал профессор. – В одной – простой зажигательный, во второй – со специальной начинкой. Стрелять будем по береговой отмели. Раньше целью была насыпанная куча камней, теперь там врыли в песок столбы, которые будут изображать вражеских солдат. Чтобы лучше представить себе силу оружия, предлагаю подойти к реке и встать в стороне от цели на расстоянии сотни шагов. Для нас это безопасно, и всё хорошо увидим.
Они подошли к отмели, где в песок были вкопаны два десятка столбов в рост человека, и после осмотра отошли на указанное профессором место.
– Сначала стреляем зажигательным, – сказал Дальнер и махнул рукой.
Было видно, как подпрыгнула одна из баллист, выбросив в сторону реки свой снаряд. С такого малого расстояния проследить за его полётом не получилось. Что-то мелькнуло – и вся отмель разом вспыхнула ярким коптящим пламенем.
– Этот огонь нельзя смыть водой, – объяснил профессор. – Удачный выстрел накрывает с полсотни человек. Теперь другой снаряд!
Он опять махнул рукой, и всё повторилось, только на этот раз на отмели что-то грохнуло, и во все стороны полетели щепки и клочья огня. Горючая жидкость разлетелась далеко за предела отмели, продолжая гореть на мокрой земле.
– На большей дистанции взрыв должен быть сильнее, – сказал профессор. – Сейчас прореагировала примерно десятая часть смеси. Мы можем подойти ближе и осмотреть мишени.
Близко подойти не получилось из-за перехватывающей дыхание серной вони. Столбы на отмели тоже горели, и часть из них была повалена взрывом.
– Действительно, сюрприз! – сказал Аленар и закашлялся от дыма.
– Уйдём отсюда, – взял его за руку Сергей. – Этот дым не прибавит здоровья.
– Сколько таких снарядов можно сделать? – спросил граф, когда отошли от дыма.
– Я планирую тысячи четыре, – ответил Сергей, – по полсотни на каждую баллисту. Материалов должно хватить, времени – тоже.
– Одним этим можно выкосить легионы! – восхищённо сказал Лантар.
– Не нужно преувеличивать его силу, – возразил Сергей. – Пока об этих орудиях никто не знает, они могут обеспечить преимущество и нанести легионам большой урон, но потом потери снизятся. Снаряды очень эффективны при обстреле плотного строя. Если атаковать врассыпную, да ещё бегом, а восстановить строй за сотню шагов до противника, потери от обстрела уменьшатся в несколько раз. Но у нас ещё будут снаряды меньших размеров, которые бросаются руками в наступающего противника. Взрываться не будут, только сжигать. Я не делаю ставку только на артиллерию, хотя она может сильно помочь. Как и в прошлой войне будем применять тактику использования большого числа стрелков на защищённых позициях, дротики и ещё кое-какие хитрости.
– Я доволен, – сказал граф, – думаю, что будет доволен и король. Как и договаривались, вам выберут место для лагерей и начнут строительство. К весне должны закончить.
– Я прочитал твой отчёт, – сказал Мехал. – Садись, мне не всё в нём ясно.
– Мне самому не всё ясно из того, что творится в Сандоре, – ответил шевалье Валер, – хоть я и провёл в нём последние пять лет.
– Дикари, – кивнул король. – Хоть они нам и родичи, но в этом я согласен с жителями империи. Как можно жить без сильной власти?
– Похоже, период безвластия заканчивается, – сказал Валер. – Число герцогских родов сокращается. У Лазони сейчас реальная власть из-за поддержки Аликсана и Лантара. Остаются только Ингар с Бенитаром, которые никогда ни на что не влияли.
– Власть, основанная на чьей-то поддержке, – это не власть, – не согласился король. – Почему Аликсан не берёт корону?
– Я сам этого не понимаю, как и многие другие. Похоже, что он просто не хочет взваливать на себя королевские обязанности.
– Откуда он такой взялся! – проворчал король. – И ведь не скажешь, что дурак или лодырь.
– Кажется, вы, ваше величество, этим недовольны, – заметил Валер. – Почему? Изменилось отношение к Сандору?
– У нас многое изменилось, – ответил король, – ты просто не знаешь. Слышал о грядущей войне с империей?
– О ней многие говорят, кое-кто даже верит в её возможность. Я не понял, для чего это нужно Аликсану. Похоже, что слухи идут от него.
– Это не слухи. Летом война начнётся с Сандором, а если наши соседи не устоят, настанет наш черёд. Хотя, возможно, нами ещё раньше займётся союз королевств. Ладно, вернёмся к твоему отчёту. Самый неясный вопрос, чем Аликсан занят в замке Буше. На него тратятся большие деньги, да и герцог часто посещает. В такое время это может означать только одно: там делают оружие, которое должно помочь в войне. Что это может быть?
– У меня есть кое-какие предположения, но выяснить не получилось. Там и армейская охрана, и люди Лишнея, да и те, кто работает в замке, если его покидают, не распускают языки.
– А почему твоих предположений нет в отчёте?
– Он писался заранее, а по замку я кое-что узнал в последние дни перед отъездом. Из него в лагеря привезли два десятка баллист. Я их не видел, но мой человек говорил, что небольшие, но мощные. Они поставлены на колёса и снабжены сменными каналами на разный тип снарядов. У герцога в армии набраны войска, которые называют артиллерийскими.
– Странное слово, – заметил король.
– У Аликсана много странных слов. Наверное, он использует родной язык. Так вот, в этих войсках у него примерно тысяча человек. Исходя из того, что с привезёнными машинами возятся двести солдат, можно предположить, что их будет сто.
– Сто метателей – это, конечно, сила, – сказал Мехал, – но они не нанесут легионам большого урона. Даже если каждая баллиста успеет сделать десять выстрелов, враг потеряет только тысячу бойцов, а потом они помешают проведению манёвров. Да и затратно сделать столько метателей, проще подготовить тысячу солдат. И непонятна секретность вокруг их изготовления. Аликсан не дурак и прекрасно это понимает. Значит, секрет в чём-то другом. Для такого количества баллист нужно изготовить много ядер или ещё больше дротиков, если они будут стрелять их связками. Ты проверял?
– Конечно, ваше величество. Герцог не делал таких заказав. Наверное, здесь другое. Незадолго до моего отъезда в Ордаг пришёл большой обоз с нефтью. Купцы привезли две сотни бочонков и отправили всё в замок Буше.
– Зажигательные снаряды?
– Скорее всего. Я узнал, что в замок переехала семья мастеров, которые занимались керамикой. Вряд ли снаряды будут начинять сырой нефтью, наверное, придумали что-то другое. В замке, по слухам, работает профессор из Университета. Его видели строители, которые возводили дома и навесы в том месте, где солдаты под его командой варили навоз.
– Что за чушь? – удивился Мехал. – Для чего нужно варить навоз?
– У герцога особое отношение к навозу. В отчётах написано о тошнильницах. Когда я о них узнал, поначалу не поверил и проехался неподалёку от одного из таких мест. Ближе двух сотен шагов подъезжать не стал, так как всё огорожено и охраняется солдатами. Но и с такого расстояния воняет омерзительно. Как только там могут находиться солдаты! У меня даже мелькнула мысль, что герцог думает содержимым этих ям стрелять в неприятеля.
– Это было бы неприятно, – с улыбкой согласился король. – Так что с этой варкой?
– Я не совсем точно выразился. Солдаты брали старый навоз, засыпали в посудины с водой и тщательно размешивали. Потом это некоторое время настаивалось, а выпаривалась процеженная вода. Навозную жижу выбрасывали. Я не знаю, что они получали после выпаривания.
– Жаль, что мой отец разогнал наш Университет, – задумался Мехал. – Ладно, может быть, жив кто-нибудь из профессоров.
– Мы пришли к таким же выводам, – кивнул Аленар. – Ваши действия?
– Я не знаю провинцию, поэтому трудно что-то планировать, но встретил бы их где-нибудь на полпути на удобных позициях, чтобы меня не обошли. Если там мало лесов, можно прикрыть фланг рекой или оврагом. Это надо смотреть и готовить заранее. Укрепить позицию, а потом заманить на неё их армию. Мимо не пройдут. Сейчас трудно прогнозировать результаты сражения. В любом случае мы сильно сократим их численность, а остановим или нет – этого я сказать не берусь. Если не остановим, будем отступать до лесов, а там встанем, и никуда они дальше не пройдут. Осенью прервётся связь с империей, а мы постараемся увести всех людей и вывезти или сжечь продовольствие и угнать скот из тех мест, где они будут кормиться. Вот тогда я посмотрю, как они повоюют на пустой живот. Если вывести им в тыл кавалерию и с её помощью убирать или уничтожать запасы пищи в направлении возможного отступления к морю, можно победить без генерального сражения. Знаете, сколько продовольствия нужно для пятидесяти тысяч солдат? А не поев, человек уже на третий день начинает слабеть.
– Наверное, они не дураки и должны это понимать, – неуверенно сказал Лантар.
– Если подстрахуются, будут устанавливать резервные запасы продовольствия и отряды для их охраны, – согласился Сергей, – а нашей задачей будет всё это ликвидировать. Но могут этим не озаботиться. Самоуверенность, подкреплённая силой, и пренебрежение к дикарям, у которых нет сильной королевской власти... Скажете нет? Они воевали вблизи своей территории и ни в чём не испытывали нужды.
– Интересный подход к войне, – заметил граф. – Побеждать врага не в сражении, а через живот.
– Мне безразлично, что их сломит, – сказал Сергей, – наши мечи, мои сюрпризы или голод. И голод – более желательный вариант, при котором у нас с вами будет меньше потерь.
– А если они будут наступать по тракту? – спросил граф.
– Я предусмотрел и этот вариант, – ответил Сергей. – В удобном месте сделаю хорошие укрепления, оставлю пять баллист и тысячу бойцов, и пусть после этого попробуют наступать.
– Можно пройти любым лесом, – заметил граф.
– Не любым. Там есть места, где человек может пробираться с большим трудом. Кроме того, легко устроить засеки. Сам тракт при наличии хороших укреплений и моих сюрпризов вполне могут оборонять пять сотен хороших воинов, а остальные перебьют тех, кому посчастливится выйти из леса. В крайнем случае пошлют гонцов в Ордаг. В столице останутся войска, которые будут её защищать. Отсюда выйдет отряд, который поставит ещё одно укрепление, а пока его будут штурмовать, подоспею я с армией.
– Я к чему завёл этот разговор, – сказал Аленар. – Вашу армию нужно перебрасывать ближе к месту будущих боев. И не тогда, когда они начнутся, а заранее. Раз Ингар отпадает, мы построим для вас что-то вроде ваших лагерей в провинции Рошти или у Бенитара. Не всё же вам тратиться одному. Тогда с началом весны туда надо по частям перебрасывать ваши полки.
– Я только «за». Хочу добавить, что кого-нибудь из моих полковников надо отвезти под хорошей охраной в провинцию Ингара, естественно, не ставя об этом в известность герцога. Нужно хорошо изучить ту местность, где будем воевать. Если всё, пойдёмте в мои апартаменты. Там у меня для вас сюрприз.
Сергей отменил занятия для старших из-за приезда гостей, поэтому, помимо Альды, их встретили и Камил с Лани.
– Познакомьтесь с этим юношей, господа! – сказал Сергей герцогу с графом. – Это принц Камил Барни – тот сюрприз, о котором я вам говорил. Моих близких вам представлять не нужно.
– Рад приветствовать наследника Барни! – сказал Аленар. – В каком качестве вы здесь присутствуете?
– Я отдан на воспитание герцогу Аликсану на правах сына, – ответил принц, поразив обоих гостей.
Время до обеда провели вместе. Герцог Лантар вспомнил, что кто-то говорил ему о новых музыкальных инструментах у герцогини Аликсан. Принесли гитару, на которой сначала сыграла Лани, спев «Голубку» на русском языке, а потом её взял Сергей и исполнил «Надежду».
– Это ваш родной язык? – спросил граф. – Звучит очень красиво и необычно. И музыка замечательная, особенно на этом инструменте. Вы не могли бы сказать о чём эти песни?
– Та, которую пела сестра, говорит о любви девушки к капитану корабля, – сказал Сергей. – Я пробовал переводить текст, но в переводе пропадает всё очарование песни. А вторая... Сложно рассказать в двух словах. Здесь и любовь, и трудная судьба, и надежда, которая путеводной звездой светит людям.
– Завидую вам, Серг! – сказал Аленар. – У вас трудная, но очень необычная судьба...
– Ну да! – улыбнулся Сергей. – Конечно, вам должно быть завидно! Что у вас за судьба? Подумаешь, обыкновенный сандорский герцог. Полов в трактире не мыли, сразу стали канцлером. Скучно...
– Вы язва, Серг! – отсмеявшись вместе со всеми, сказал Аленар. – А я ведь сказал то, что думал. Вам сколько лет-то? Вот именно, что восемнадцать. Если королевство уцелеет и вы останетесь живы, у вас впереди длинная жизнь. Сколько всего сможете сделать! Мне уже жаль, что я почти ничего этого не увижу!
Вскоре отправились обедать, после чего гости пожелали ознакомиться со столицей, новым городом и воинскими лагерями. Из магистрата вызвали чиновника, знавшего город и всё, что вокруг него построили, с которым они и уехали, оставив хозяина заниматься делами. После ужина Сергей предупредил, что завтрак и выезд будут рано, поэтому не стоит тянуть с отдыхом.
Когда завтракали, за окнами было ещё темно, а выехали с первыми лучами солнца. Карету, в которую сел Сергей с гостями, тянула шестёрка лошадей, а всадники охраны ехали одвуконь, поэтому в замок прибыли к обеду.
– Большой замок для баронов! – высказался граф, очутившись во дворе замка Буше. – Мой и то меньше. А понастроено...
– Да, здесь много помещений, – согласился Сергей, – но и людей работает много. И не все мастерские можно ставить в замке, некоторые приходится выносить во двор. А что большой, так ведь его заложили больше трёхсот лет назад. Рабов тогда было много, да и строили не на доходы от деревень, а на военную добычу. Меня он сильно выручил. А это нас встречает здешний начальник. Господа, представляю вам профессора Дальнера. Профессор, это герцог Лантар и представитель короля граф Родли. Вам вчера должны были передать мою записку.
– Да, я всё приготовил. Господа, слуги доставят ваши вещи в комнаты. Чем будем заниматься в первую очередь: обедом или демонстрацией?
– Сначала лучше посмотреть, – сказал Лантар, – поесть можно и позже. Меня с дороги ещё подташнивает.
– Тогда пойдёмте на полигон, – пригласил профессор и первым пошёл к воротам. – Здесь всё рядом, и нет большой грязи, поэтому проще идти пешком.
Сначала осмотрели площадку, на которой под высоким навесом стояли готовые к выстрелу баллисты.
– Они заряжены разными снарядами, – сказал профессор. – В одной – простой зажигательный, во второй – со специальной начинкой. Стрелять будем по береговой отмели. Раньше целью была насыпанная куча камней, теперь там врыли в песок столбы, которые будут изображать вражеских солдат. Чтобы лучше представить себе силу оружия, предлагаю подойти к реке и встать в стороне от цели на расстоянии сотни шагов. Для нас это безопасно, и всё хорошо увидим.
Они подошли к отмели, где в песок были вкопаны два десятка столбов в рост человека, и после осмотра отошли на указанное профессором место.
– Сначала стреляем зажигательным, – сказал Дальнер и махнул рукой.
Было видно, как подпрыгнула одна из баллист, выбросив в сторону реки свой снаряд. С такого малого расстояния проследить за его полётом не получилось. Что-то мелькнуло – и вся отмель разом вспыхнула ярким коптящим пламенем.
– Этот огонь нельзя смыть водой, – объяснил профессор. – Удачный выстрел накрывает с полсотни человек. Теперь другой снаряд!
Он опять махнул рукой, и всё повторилось, только на этот раз на отмели что-то грохнуло, и во все стороны полетели щепки и клочья огня. Горючая жидкость разлетелась далеко за предела отмели, продолжая гореть на мокрой земле.
– На большей дистанции взрыв должен быть сильнее, – сказал профессор. – Сейчас прореагировала примерно десятая часть смеси. Мы можем подойти ближе и осмотреть мишени.
Близко подойти не получилось из-за перехватывающей дыхание серной вони. Столбы на отмели тоже горели, и часть из них была повалена взрывом.
– Действительно, сюрприз! – сказал Аленар и закашлялся от дыма.
– Уйдём отсюда, – взял его за руку Сергей. – Этот дым не прибавит здоровья.
– Сколько таких снарядов можно сделать? – спросил граф, когда отошли от дыма.
– Я планирую тысячи четыре, – ответил Сергей, – по полсотни на каждую баллисту. Материалов должно хватить, времени – тоже.
– Одним этим можно выкосить легионы! – восхищённо сказал Лантар.
– Не нужно преувеличивать его силу, – возразил Сергей. – Пока об этих орудиях никто не знает, они могут обеспечить преимущество и нанести легионам большой урон, но потом потери снизятся. Снаряды очень эффективны при обстреле плотного строя. Если атаковать врассыпную, да ещё бегом, а восстановить строй за сотню шагов до противника, потери от обстрела уменьшатся в несколько раз. Но у нас ещё будут снаряды меньших размеров, которые бросаются руками в наступающего противника. Взрываться не будут, только сжигать. Я не делаю ставку только на артиллерию, хотя она может сильно помочь. Как и в прошлой войне будем применять тактику использования большого числа стрелков на защищённых позициях, дротики и ещё кое-какие хитрости.
– Я доволен, – сказал граф, – думаю, что будет доволен и король. Как и договаривались, вам выберут место для лагерей и начнут строительство. К весне должны закончить.
– Я прочитал твой отчёт, – сказал Мехал. – Садись, мне не всё в нём ясно.
– Мне самому не всё ясно из того, что творится в Сандоре, – ответил шевалье Валер, – хоть я и провёл в нём последние пять лет.
– Дикари, – кивнул король. – Хоть они нам и родичи, но в этом я согласен с жителями империи. Как можно жить без сильной власти?
– Похоже, период безвластия заканчивается, – сказал Валер. – Число герцогских родов сокращается. У Лазони сейчас реальная власть из-за поддержки Аликсана и Лантара. Остаются только Ингар с Бенитаром, которые никогда ни на что не влияли.
– Власть, основанная на чьей-то поддержке, – это не власть, – не согласился король. – Почему Аликсан не берёт корону?
– Я сам этого не понимаю, как и многие другие. Похоже, что он просто не хочет взваливать на себя королевские обязанности.
– Откуда он такой взялся! – проворчал король. – И ведь не скажешь, что дурак или лодырь.
– Кажется, вы, ваше величество, этим недовольны, – заметил Валер. – Почему? Изменилось отношение к Сандору?
– У нас многое изменилось, – ответил король, – ты просто не знаешь. Слышал о грядущей войне с империей?
– О ней многие говорят, кое-кто даже верит в её возможность. Я не понял, для чего это нужно Аликсану. Похоже, что слухи идут от него.
– Это не слухи. Летом война начнётся с Сандором, а если наши соседи не устоят, настанет наш черёд. Хотя, возможно, нами ещё раньше займётся союз королевств. Ладно, вернёмся к твоему отчёту. Самый неясный вопрос, чем Аликсан занят в замке Буше. На него тратятся большие деньги, да и герцог часто посещает. В такое время это может означать только одно: там делают оружие, которое должно помочь в войне. Что это может быть?
– У меня есть кое-какие предположения, но выяснить не получилось. Там и армейская охрана, и люди Лишнея, да и те, кто работает в замке, если его покидают, не распускают языки.
– А почему твоих предположений нет в отчёте?
– Он писался заранее, а по замку я кое-что узнал в последние дни перед отъездом. Из него в лагеря привезли два десятка баллист. Я их не видел, но мой человек говорил, что небольшие, но мощные. Они поставлены на колёса и снабжены сменными каналами на разный тип снарядов. У герцога в армии набраны войска, которые называют артиллерийскими.
– Странное слово, – заметил король.
– У Аликсана много странных слов. Наверное, он использует родной язык. Так вот, в этих войсках у него примерно тысяча человек. Исходя из того, что с привезёнными машинами возятся двести солдат, можно предположить, что их будет сто.
– Сто метателей – это, конечно, сила, – сказал Мехал, – но они не нанесут легионам большого урона. Даже если каждая баллиста успеет сделать десять выстрелов, враг потеряет только тысячу бойцов, а потом они помешают проведению манёвров. Да и затратно сделать столько метателей, проще подготовить тысячу солдат. И непонятна секретность вокруг их изготовления. Аликсан не дурак и прекрасно это понимает. Значит, секрет в чём-то другом. Для такого количества баллист нужно изготовить много ядер или ещё больше дротиков, если они будут стрелять их связками. Ты проверял?
– Конечно, ваше величество. Герцог не делал таких заказав. Наверное, здесь другое. Незадолго до моего отъезда в Ордаг пришёл большой обоз с нефтью. Купцы привезли две сотни бочонков и отправили всё в замок Буше.
– Зажигательные снаряды?
– Скорее всего. Я узнал, что в замок переехала семья мастеров, которые занимались керамикой. Вряд ли снаряды будут начинять сырой нефтью, наверное, придумали что-то другое. В замке, по слухам, работает профессор из Университета. Его видели строители, которые возводили дома и навесы в том месте, где солдаты под его командой варили навоз.
– Что за чушь? – удивился Мехал. – Для чего нужно варить навоз?
– У герцога особое отношение к навозу. В отчётах написано о тошнильницах. Когда я о них узнал, поначалу не поверил и проехался неподалёку от одного из таких мест. Ближе двух сотен шагов подъезжать не стал, так как всё огорожено и охраняется солдатами. Но и с такого расстояния воняет омерзительно. Как только там могут находиться солдаты! У меня даже мелькнула мысль, что герцог думает содержимым этих ям стрелять в неприятеля.
– Это было бы неприятно, – с улыбкой согласился король. – Так что с этой варкой?
– Я не совсем точно выразился. Солдаты брали старый навоз, засыпали в посудины с водой и тщательно размешивали. Потом это некоторое время настаивалось, а выпаривалась процеженная вода. Навозную жижу выбрасывали. Я не знаю, что они получали после выпаривания.
– Жаль, что мой отец разогнал наш Университет, – задумался Мехал. – Ладно, может быть, жив кто-нибудь из профессоров.
