– Никакое противоядие не снимет все симптомы отравления, если принять большую порцию яда. Ваш муж отпил немного вина и почти сразу умер, а слуга влил в себя полный кувшин и только мертвецки пьян.
Слугу действительно развезло. Ноги не держали, и, упав на пол, он тут же уснул.
– Я не вижу признаков отравления, – сказал врач. – Если вы мне не верите, можете послать в город за кем-нибудь из моих коллег, и они скажут вам то же самое. Скорее всего, у графа не выдержало сердце. В последнее время он на него жаловался.
– И что же делать? – беспомощно спросила графиня, остатки уверенности которой бесследно испарились.
– Я думаю, что лишним нужно покинуть этот зал, – предложила Глера. – Пусть отец пока побудет здесь, а уважаемый Эрик позже отдаст распоряжения слугам готовиться к похоронам. Матушка, отец ведь оставил завещание?
– Да, но...
– Вот и посмотрим, что в нём написано. Пройдём в кабинет, и там будем решать, что делать дальше. Кроме членов семьи, надо пригласить управляющего и помощника капитана стражи. И нужно приказать, чтобы пока никого не выпускали из замка.
– Да, так и сделаем, – подтвердила Ольма, бросив на дочь удивлённый взгляд. – Вы слышали, Эрик? Отдайте мой приказ Краю, и оба поднимитесь в кабинет мужа. Мы будем ждать. Остальным, кроме слуг, нужно покинуть зал. Кто голоден, может взять еду в свои комнаты. Слугам здесь убрать.
Она величественно поднялась, взяла за руку заплаканного сына и пошла к выходу, жестом пригласив Глеру следовать за собой.
Салан, как и многие другие, взял с собой блюдо, на которое положил всего понемногу, и направился в свою комнату. Всё прошло так, как он и предполагал, и если Глера и дальше так же безукоризненно сыграет свою роль, то и закончиться должно наилучшим образом.
Ольма пропустила детей в кабинет мужа, зашла сама и сказала дочери:
– Сегодня ты не перестаёшь меня удивлять. По-моему, ты была единственной, кто сохранил самообладание.
– Отец никогда меня не любил, – пожала плечами Глера. – Заботился, и за эту заботу я ему благодарна. С его смертью я ничего не теряю. Или меня кому-нибудь продал бы он, или это сделаешь ты – для меня нет никакой разницы.
– Ты откровенна.
– Не вижу смысла притворяться. Ты знаешь, что в завещании?
– Конечно. Муж всё завещал Вельту. О вас с Альтом в завещании нет ни слова.
– Я и не рассчитывала, а Альт сам виноват. Но для семьи это хорошо.
– Почему?
– Если на меня махнули рукой, это не значит, что я ничего не вижу и не слышу. Отец боялся проверки своих дел со стороны герцога, и, наверное, не только из-за выходок Альта. С его смертью к нам больше не будет претензий. Раз отец завещал всё Вельту, а он четыре года не сможет вступить в права наследования, то либо герцог назначит ему опекуна, либо таким опекуном станешь ты.
– Пожалуй, я повременю тебя кому-нибудь отдавать, ты пригодишься мне самой. Как думаешь, что нужно сделать, чтобы он выбрал меня?
– Нужно доказать свою верность. Во время мятежа отец собрал большую сумму денег с дворян графства для помощи королю, но деньги и сейчас здесь, и многие об этом знают. Наверняка знает и герцог. Лучше вернуть их самим, чем дожидаться, пока он пришлёт своих людей. Из этих денег можно какую-то часть оставить себе, как вознаграждение за хлопоты. Пошлёшь к герцогу гонца с известием о смерти отца, копией завещания и собранными деньгами. Уверена, что он вернётся с нужным решением.
– Умно, – признала мать. – Кого пошлём? Может, того юношу, которого муж нанял перед смертью? Он вроде служил у герцога.
– Из-за этого я его не посылала бы. Отец сказал, что он очень опытный боец и грамотный офицер, но покинул армию герцога не по своей воле и будет для нас не лучшим гонцом.
– Это когда он тебе такое говорил? – с подозрением спросила мать.
– Вчера после обеда. Меня заинтересовал этот юноша, я и спросила.
– А он?
– Засмеялся и сказал, что рад проснувшемуся у меня интересу к мужчинам. Ещё сказал, что он командовал у герцога сотней и ушёл со службы из-за дуэли, которые в армии запрещены. Отцу Салан понравился, и он хотел приблизить такого человека к себе.
– Тогда кого же?
– Я послала бы Края с хорошей охраной, а пока в замке нет других офицеров, поручила бы дружину Салану.
– Отдать охрану замка в руки новому человеку? – с сомнением сказала графиня.
– А что в этом такого? Отец его проверил, а дружина нам верна. Для нас важно, чтобы тебя утвердил герцог. Кто лучше Края сможет это сделать и не сбежит с золотом?
– Пожалуй, ты права. Так и сделаем.
– А вот и Край с управляющим, – заслышав шаги, сказала Глера.
В дверь постучали и после разрешения графини вошли растерянный Эрик и хмурый Край.
– Господа, – сказала графиня. – Мой муж и ваш господин внезапно скончался от слабости сердца. Вам, Эрик, надлежит всё приготовить для торжественных похорон, которые состоятся завтра утром. А вы, Край, сегодня же должны выехать к герцогу с теми документами, которые я для вас подготовлю. Ещё отвезёте ему много золота, которое муж собрал для борьбы с мятежом, поэтому возьмёте с собой охрану. На время отсутствия дружину передадите шевалье Салану. Всё ясно?
Лицо Края стало ещё мрачнее.
– Разумно ли... – начал он.
– Мои приказы не обсуждаются! – перебила его графиня. – Я посылаю вас не просто передать бумаги. Надо добиться, чтобы до совершеннолетия сына я была его опекуном. Или вы хотите видеть здесь человека герцога? Я так и думала, что вам это не понравится. Эрик, пришлите ко мне секретаря мужа и казначея. Вам, Край, надо готовиться в дорогу, да ещё ввести в курс дел шевалье Салана, так что поспешите.
– Как Край отреагировал на твоё назначение? – спросила Глера у Салана, когда они увиделись перед ужином. – При графине он не скрывал недовольства.
– Мне он не только высказал недовольство, но и предупредил, что в дружине есть преданные ему люди, которые за мной присмотрят. Ладно, это уже неважно. Главное, что у нас всё получилось. Завтра похороны твоего отца, а после них прогуляемся в окрестностях замка. Без охраны не отпустят, но от неё я избавлюсь и увезу тебя в Горск. Там у меня кое-какое снаряжение и две прекрасные лошади. Изменим тебе внешность, ну и мне заодно. Пусть после этого ловят сколько угодно.
– Будь осторожен с моей матерью. Кажется, она положила на тебя глаз. Скорее всего, ты больше не увидишь свою служанку. Мне она посоветовала держаться от тебя подальше.
– Ну и ну! Такое впечатление, что в вашем замке больше нет мужчин. Надеюсь, что она не потянет меня в постель в первую же ночь после смерти мужа.
– Кто её знает? Может, наоборот, решит искать у тебя утешения. В таком случае утешь как умеешь. Я как-нибудь потерплю. Иначе нам отсюда не выбраться.
К счастью, графиня решила не форсировать события, а назойливую служанку сменил пожилой слуга. Поэтому Салан отлично выспался, жалея только о том, что рядом нет Глеры. Утром завтрак прошёл в молчании, а сразу после него состоялись похороны. Господа и слуги простились с покойным графом, после чего тело отнесли в расположенный рядом с замком склеп. Соседей созывать не стали, и церемония прошла очень быстро.
– Приготовь мне двух надёжных парней, – сказал Салан высокому мрачному детине, который отвечал в дружине за дежурства. – Леди Глера хочет совершить конную прогулку, а я решил составить ей компанию.
– Но графиня запретила... – попытался возразить здоровяк.
– Запрет на выезд за пределы замка давался на время до похорон графа. Теперь он снят, и только я решаю, кого можно отпускать, а кого нет. Есть возражения?
Тепло одетые Салан и Глера в сопровождении двух головорезов выехали за ворота замка. Охранники держались настороженно, не сводили с парочки глаз, и со стороны такую охрану любой принял бы за конвой.
– Не будем месить грязь на дороге, – предложил Глере парень. – Лучше проедемся вон к тому лесу.
– Как скажите, шевалье, – покладисто согласилась девушка.
Они подняли коней в галоп и быстро добрались до цели.
– Держитесь ближе! – крикнул охранникам Салан и, когда те приблизились, метнул с обеих рук ножи. Освободив лошадей от тел, он взял их в повод и вместе с Глерой поспешил объехать замок лесом. Объезжать пришлось долго, прежде чем они отъехали достаточно далеко, чтобы не быть увиденными со стен. После этого отбросили осторожность и погнали коней по дороге, ведущей в Горск.
Крестьяне привозили продукты утром, а время купеческих караванов ещё не пришло, поэтому в воротах не было караула. Деньги с всадников здесь не брали, поэтому никто из сидевших в караулке стражников не заинтересовался приезжими. Беглецы быстро добрались до постоялого двора, где Салан нашёл конюха и приказал срочно седлать его лошадей, а заодно накормить ещё двух. После конюха состоялся разговор с хозяином.
– Уважаемый, я вынужден съехать раньше. Я не буду требовать своих денег, но взамен попрошу набрать всякой снеди в дорогу.
Парень обнял Глеру и увёл её в свою комнату.
– Отдохни пока, – показал он ей на кровать, – а я всё соберу. Можешь положить сумку с драгоценностями, никуда она не денется.
– Может, отдохнём вместе? – спросила девушка.
– Я хочу этого не меньше тебя, но у нас нет времени, – сделав над собой усилие, отказался Салан, – И силы надо поберечь, в ближайшее время они нам понадобятся.
– На тебя не повесят убийство отца?
– Я этого не боюсь, – ответил он, быстро складывая вещи. – Твоя мать послала письмо герцогу, в котором признала, что его смерть случилась из-за слабости сердца. Об этом же было объявлено соседям. Я не опасался бы погони, если бы не её внезапно вспыхнувшая страсть. Я оскорбил твою мать, поэтому надо как можно быстрее покинуть графство. Как долго ты можешь держаться в седле?
– Езда на лошади – это то немногое, что я умею делать хорошо. Конные прогулки – моё единственное развлечение. Летом я по полдня не вылезала из седла.
– Это хорошо. Сейчас выедем на тракт и двинемся на юг. Я неоднократно говорил, что собирался на побережье, и это должны были запомнить, поэтому будут искать на севере. Продуктами я запасся, и сменные лошади у нас есть, лишь бы ты выдержала. На постоялые дворы заезжать не будем. Завтра пересечём границу графства, а дальше можно ничего не опасаться. У меня есть заверенные подорожные, впишу туда вымышленные имена, и спокойно поедем с удобствами. Только нужно немного подправить внешность на случай, если встретим кого-нибудь из знакомых.
– А ты правда не дворянин? По речи и манерам незаметно.
– Правда, но мне обещали дворянство. Графиней тебе не быть, но станешь женой благородного шевалье. Когда появится возможность, я о себе расскажу. Отдых закончился, пора в путь.
Полдня ехали без больших трудностей, но потом Глера устала. К тому же пошёл дождь, и им пришлось остановиться на первом же постоялом дворе.
– Проходите господа, сейчас для вас подготовят комнату и подадут ужин, – сказал обрадованный хозяин. – Ездить с девушкой в такую погоду! Так недолго и заболеть. Вам, госпожа, надо хорошо согреться. Сейчас нагреют горячей воды, и жена поможет помыться. О лошадях не беспокойтесь, у меня хороший конюх.
– Кроме нас, есть ещё постояльцы?
– Были, но утром съехали. Сейчас никого нет.
– Хочу предупредить, любезный хозяин, что после отъезда о нас лучше забыть, – сказал Салан. – Это связано с очень важными персонами. Вам могут обещать немало денег, но это обман. Единственное, что получите, – это клинок под рёбра. Так намного дешевле и не будете болтать. За молчание заплачу тройную цену, за болтовню обещаю неприятности. Что вы решили?
– Я буду нем как рыба и слугам накажу.
– Правильное решение. Скажите, я могу купить платье для девушки? Мы выезжали в спешке, и у неё нет сменной одежды. Даже после вашей горячей воды не во что переодеться.
– Не извольте беспокоиться! Сейчас быстро сделаем.
Сделали действительно быстро. Жена хозяина помыла замёрзшую Глеру горячей водой и одела её в одно из своих платьев. Грязный костюм забрали в стирку с обещанием высушить к утру. Салан помылся оставшейся в бочке горячей водой и почистил одежду. Съев очень вкусный ужин, они поднялись в небольшую, но уютную комнату с широкой кроватью, где уже были сложены дорожные сумки.
– Глаза просто закрываются, – пробормотала девушка.
– Раздевайся и ложись.
– А ты?
– Я тоже лягу, только впишу нужное в подорожные, чтобы не заниматься этим завтра.
Глера сняла с себя платье хозяйки и забралась под одеяло. Через несколько минут она уже спала, свернувшись калачиком и слегка посапывая простуженным носом. Салан закончил заполнять подорожные, разделся и тоже лёг в кровать.
Утром проснулся от ласк девушки. Надо было торопиться с отъездом, но он не смог устоять, и они долго наслаждались друг другом. Закончив с любовью, позавтракали, расплатились с хозяином и продолжили путь.
То ли погоня действительно отправилась на север, то ли её не было и графиня махнула рукой на сбежавшую дочь и несостоявшегося любовника, но Салан не обнаружил никаких признаков того, что их кто-то ищет.
– Мог бы меня так не разукрашивать, – сказала Глера на постоялом дворе в Литецке. – Хорошо, что не добрался до волос.
Салан улыбнулся, вспомнив её реакцию на предложение сделать мальчишкой, обрезав волосы.
– Всё уже позади, – сказал он. – Переночуем и завтра, до обеда, будем в столице.
Дорога вымотала Лаша вконец, поэтому, когда он добрался до столицы, сил двигаться дальше просто не было. Лаш решил остановиться в Ордаге, отдохнуть и немного осмотреться. Ехать без этого в баронство Ксавье было не самой умной затеей. Он не встретил отряда Ольга, а это означало, что наёмники не стали выполнять взятые на себя обязательства или им не повезло. Последнее было чревато пакостными сюрпризами. В обоих случаях было полезно походить и послушать, о чём говорят.
Лаш устроился на постоялом дворе и расспросил его хозяина о трактирах. Больше других заинтересовал трактир одноглазого Нэша, в котором любили собираться старые вояки, наёмники и вообще те, кто сейчас или в прошлом добывали себе пропитание оружием. Туда он в первую очередь и направился. На улицах было слякотно, из-за чего пришлось опять сесть на коня и тревожить свой зад, отбитый за четыре дня скачки. Добравшись до нужного трактира, Лаш оставил коня слуге и вошёл в заведение. В большом зале первого этажа сидели десятка два мужчин, пившие не вино, а более дешёвую брагу. Он выбрал стол, чтобы слышать, о чём говорят две самые многочисленные компании. Подбежавший слуга принял заказ, и вскоре Лаш с аппетитом ел вкусно приготовленное мясо с кашей, варёную репу с мёдом и душистый хлеб.
Слугу действительно развезло. Ноги не держали, и, упав на пол, он тут же уснул.
– Я не вижу признаков отравления, – сказал врач. – Если вы мне не верите, можете послать в город за кем-нибудь из моих коллег, и они скажут вам то же самое. Скорее всего, у графа не выдержало сердце. В последнее время он на него жаловался.
– И что же делать? – беспомощно спросила графиня, остатки уверенности которой бесследно испарились.
– Я думаю, что лишним нужно покинуть этот зал, – предложила Глера. – Пусть отец пока побудет здесь, а уважаемый Эрик позже отдаст распоряжения слугам готовиться к похоронам. Матушка, отец ведь оставил завещание?
– Да, но...
– Вот и посмотрим, что в нём написано. Пройдём в кабинет, и там будем решать, что делать дальше. Кроме членов семьи, надо пригласить управляющего и помощника капитана стражи. И нужно приказать, чтобы пока никого не выпускали из замка.
– Да, так и сделаем, – подтвердила Ольма, бросив на дочь удивлённый взгляд. – Вы слышали, Эрик? Отдайте мой приказ Краю, и оба поднимитесь в кабинет мужа. Мы будем ждать. Остальным, кроме слуг, нужно покинуть зал. Кто голоден, может взять еду в свои комнаты. Слугам здесь убрать.
Она величественно поднялась, взяла за руку заплаканного сына и пошла к выходу, жестом пригласив Глеру следовать за собой.
Салан, как и многие другие, взял с собой блюдо, на которое положил всего понемногу, и направился в свою комнату. Всё прошло так, как он и предполагал, и если Глера и дальше так же безукоризненно сыграет свою роль, то и закончиться должно наилучшим образом.
Ольма пропустила детей в кабинет мужа, зашла сама и сказала дочери:
– Сегодня ты не перестаёшь меня удивлять. По-моему, ты была единственной, кто сохранил самообладание.
– Отец никогда меня не любил, – пожала плечами Глера. – Заботился, и за эту заботу я ему благодарна. С его смертью я ничего не теряю. Или меня кому-нибудь продал бы он, или это сделаешь ты – для меня нет никакой разницы.
– Ты откровенна.
– Не вижу смысла притворяться. Ты знаешь, что в завещании?
– Конечно. Муж всё завещал Вельту. О вас с Альтом в завещании нет ни слова.
– Я и не рассчитывала, а Альт сам виноват. Но для семьи это хорошо.
– Почему?
– Если на меня махнули рукой, это не значит, что я ничего не вижу и не слышу. Отец боялся проверки своих дел со стороны герцога, и, наверное, не только из-за выходок Альта. С его смертью к нам больше не будет претензий. Раз отец завещал всё Вельту, а он четыре года не сможет вступить в права наследования, то либо герцог назначит ему опекуна, либо таким опекуном станешь ты.
– Пожалуй, я повременю тебя кому-нибудь отдавать, ты пригодишься мне самой. Как думаешь, что нужно сделать, чтобы он выбрал меня?
– Нужно доказать свою верность. Во время мятежа отец собрал большую сумму денег с дворян графства для помощи королю, но деньги и сейчас здесь, и многие об этом знают. Наверняка знает и герцог. Лучше вернуть их самим, чем дожидаться, пока он пришлёт своих людей. Из этих денег можно какую-то часть оставить себе, как вознаграждение за хлопоты. Пошлёшь к герцогу гонца с известием о смерти отца, копией завещания и собранными деньгами. Уверена, что он вернётся с нужным решением.
– Умно, – признала мать. – Кого пошлём? Может, того юношу, которого муж нанял перед смертью? Он вроде служил у герцога.
– Из-за этого я его не посылала бы. Отец сказал, что он очень опытный боец и грамотный офицер, но покинул армию герцога не по своей воле и будет для нас не лучшим гонцом.
– Это когда он тебе такое говорил? – с подозрением спросила мать.
– Вчера после обеда. Меня заинтересовал этот юноша, я и спросила.
– А он?
– Засмеялся и сказал, что рад проснувшемуся у меня интересу к мужчинам. Ещё сказал, что он командовал у герцога сотней и ушёл со службы из-за дуэли, которые в армии запрещены. Отцу Салан понравился, и он хотел приблизить такого человека к себе.
– Тогда кого же?
– Я послала бы Края с хорошей охраной, а пока в замке нет других офицеров, поручила бы дружину Салану.
– Отдать охрану замка в руки новому человеку? – с сомнением сказала графиня.
– А что в этом такого? Отец его проверил, а дружина нам верна. Для нас важно, чтобы тебя утвердил герцог. Кто лучше Края сможет это сделать и не сбежит с золотом?
– Пожалуй, ты права. Так и сделаем.
– А вот и Край с управляющим, – заслышав шаги, сказала Глера.
В дверь постучали и после разрешения графини вошли растерянный Эрик и хмурый Край.
– Господа, – сказала графиня. – Мой муж и ваш господин внезапно скончался от слабости сердца. Вам, Эрик, надлежит всё приготовить для торжественных похорон, которые состоятся завтра утром. А вы, Край, сегодня же должны выехать к герцогу с теми документами, которые я для вас подготовлю. Ещё отвезёте ему много золота, которое муж собрал для борьбы с мятежом, поэтому возьмёте с собой охрану. На время отсутствия дружину передадите шевалье Салану. Всё ясно?
Лицо Края стало ещё мрачнее.
– Разумно ли... – начал он.
– Мои приказы не обсуждаются! – перебила его графиня. – Я посылаю вас не просто передать бумаги. Надо добиться, чтобы до совершеннолетия сына я была его опекуном. Или вы хотите видеть здесь человека герцога? Я так и думала, что вам это не понравится. Эрик, пришлите ко мне секретаря мужа и казначея. Вам, Край, надо готовиться в дорогу, да ещё ввести в курс дел шевалье Салана, так что поспешите.
– Как Край отреагировал на твоё назначение? – спросила Глера у Салана, когда они увиделись перед ужином. – При графине он не скрывал недовольства.
– Мне он не только высказал недовольство, но и предупредил, что в дружине есть преданные ему люди, которые за мной присмотрят. Ладно, это уже неважно. Главное, что у нас всё получилось. Завтра похороны твоего отца, а после них прогуляемся в окрестностях замка. Без охраны не отпустят, но от неё я избавлюсь и увезу тебя в Горск. Там у меня кое-какое снаряжение и две прекрасные лошади. Изменим тебе внешность, ну и мне заодно. Пусть после этого ловят сколько угодно.
– Будь осторожен с моей матерью. Кажется, она положила на тебя глаз. Скорее всего, ты больше не увидишь свою служанку. Мне она посоветовала держаться от тебя подальше.
– Ну и ну! Такое впечатление, что в вашем замке больше нет мужчин. Надеюсь, что она не потянет меня в постель в первую же ночь после смерти мужа.
– Кто её знает? Может, наоборот, решит искать у тебя утешения. В таком случае утешь как умеешь. Я как-нибудь потерплю. Иначе нам отсюда не выбраться.
К счастью, графиня решила не форсировать события, а назойливую служанку сменил пожилой слуга. Поэтому Салан отлично выспался, жалея только о том, что рядом нет Глеры. Утром завтрак прошёл в молчании, а сразу после него состоялись похороны. Господа и слуги простились с покойным графом, после чего тело отнесли в расположенный рядом с замком склеп. Соседей созывать не стали, и церемония прошла очень быстро.
– Приготовь мне двух надёжных парней, – сказал Салан высокому мрачному детине, который отвечал в дружине за дежурства. – Леди Глера хочет совершить конную прогулку, а я решил составить ей компанию.
– Но графиня запретила... – попытался возразить здоровяк.
– Запрет на выезд за пределы замка давался на время до похорон графа. Теперь он снят, и только я решаю, кого можно отпускать, а кого нет. Есть возражения?
Тепло одетые Салан и Глера в сопровождении двух головорезов выехали за ворота замка. Охранники держались настороженно, не сводили с парочки глаз, и со стороны такую охрану любой принял бы за конвой.
– Не будем месить грязь на дороге, – предложил Глере парень. – Лучше проедемся вон к тому лесу.
– Как скажите, шевалье, – покладисто согласилась девушка.
Они подняли коней в галоп и быстро добрались до цели.
– Держитесь ближе! – крикнул охранникам Салан и, когда те приблизились, метнул с обеих рук ножи. Освободив лошадей от тел, он взял их в повод и вместе с Глерой поспешил объехать замок лесом. Объезжать пришлось долго, прежде чем они отъехали достаточно далеко, чтобы не быть увиденными со стен. После этого отбросили осторожность и погнали коней по дороге, ведущей в Горск.
Крестьяне привозили продукты утром, а время купеческих караванов ещё не пришло, поэтому в воротах не было караула. Деньги с всадников здесь не брали, поэтому никто из сидевших в караулке стражников не заинтересовался приезжими. Беглецы быстро добрались до постоялого двора, где Салан нашёл конюха и приказал срочно седлать его лошадей, а заодно накормить ещё двух. После конюха состоялся разговор с хозяином.
– Уважаемый, я вынужден съехать раньше. Я не буду требовать своих денег, но взамен попрошу набрать всякой снеди в дорогу.
Парень обнял Глеру и увёл её в свою комнату.
– Отдохни пока, – показал он ей на кровать, – а я всё соберу. Можешь положить сумку с драгоценностями, никуда она не денется.
– Может, отдохнём вместе? – спросила девушка.
– Я хочу этого не меньше тебя, но у нас нет времени, – сделав над собой усилие, отказался Салан, – И силы надо поберечь, в ближайшее время они нам понадобятся.
– На тебя не повесят убийство отца?
– Я этого не боюсь, – ответил он, быстро складывая вещи. – Твоя мать послала письмо герцогу, в котором признала, что его смерть случилась из-за слабости сердца. Об этом же было объявлено соседям. Я не опасался бы погони, если бы не её внезапно вспыхнувшая страсть. Я оскорбил твою мать, поэтому надо как можно быстрее покинуть графство. Как долго ты можешь держаться в седле?
– Езда на лошади – это то немногое, что я умею делать хорошо. Конные прогулки – моё единственное развлечение. Летом я по полдня не вылезала из седла.
– Это хорошо. Сейчас выедем на тракт и двинемся на юг. Я неоднократно говорил, что собирался на побережье, и это должны были запомнить, поэтому будут искать на севере. Продуктами я запасся, и сменные лошади у нас есть, лишь бы ты выдержала. На постоялые дворы заезжать не будем. Завтра пересечём границу графства, а дальше можно ничего не опасаться. У меня есть заверенные подорожные, впишу туда вымышленные имена, и спокойно поедем с удобствами. Только нужно немного подправить внешность на случай, если встретим кого-нибудь из знакомых.
– А ты правда не дворянин? По речи и манерам незаметно.
– Правда, но мне обещали дворянство. Графиней тебе не быть, но станешь женой благородного шевалье. Когда появится возможность, я о себе расскажу. Отдых закончился, пора в путь.
Полдня ехали без больших трудностей, но потом Глера устала. К тому же пошёл дождь, и им пришлось остановиться на первом же постоялом дворе.
– Проходите господа, сейчас для вас подготовят комнату и подадут ужин, – сказал обрадованный хозяин. – Ездить с девушкой в такую погоду! Так недолго и заболеть. Вам, госпожа, надо хорошо согреться. Сейчас нагреют горячей воды, и жена поможет помыться. О лошадях не беспокойтесь, у меня хороший конюх.
– Кроме нас, есть ещё постояльцы?
– Были, но утром съехали. Сейчас никого нет.
– Хочу предупредить, любезный хозяин, что после отъезда о нас лучше забыть, – сказал Салан. – Это связано с очень важными персонами. Вам могут обещать немало денег, но это обман. Единственное, что получите, – это клинок под рёбра. Так намного дешевле и не будете болтать. За молчание заплачу тройную цену, за болтовню обещаю неприятности. Что вы решили?
– Я буду нем как рыба и слугам накажу.
– Правильное решение. Скажите, я могу купить платье для девушки? Мы выезжали в спешке, и у неё нет сменной одежды. Даже после вашей горячей воды не во что переодеться.
– Не извольте беспокоиться! Сейчас быстро сделаем.
Сделали действительно быстро. Жена хозяина помыла замёрзшую Глеру горячей водой и одела её в одно из своих платьев. Грязный костюм забрали в стирку с обещанием высушить к утру. Салан помылся оставшейся в бочке горячей водой и почистил одежду. Съев очень вкусный ужин, они поднялись в небольшую, но уютную комнату с широкой кроватью, где уже были сложены дорожные сумки.
– Глаза просто закрываются, – пробормотала девушка.
– Раздевайся и ложись.
– А ты?
– Я тоже лягу, только впишу нужное в подорожные, чтобы не заниматься этим завтра.
Глера сняла с себя платье хозяйки и забралась под одеяло. Через несколько минут она уже спала, свернувшись калачиком и слегка посапывая простуженным носом. Салан закончил заполнять подорожные, разделся и тоже лёг в кровать.
Утром проснулся от ласк девушки. Надо было торопиться с отъездом, но он не смог устоять, и они долго наслаждались друг другом. Закончив с любовью, позавтракали, расплатились с хозяином и продолжили путь.
То ли погоня действительно отправилась на север, то ли её не было и графиня махнула рукой на сбежавшую дочь и несостоявшегося любовника, но Салан не обнаружил никаких признаков того, что их кто-то ищет.
– Мог бы меня так не разукрашивать, – сказала Глера на постоялом дворе в Литецке. – Хорошо, что не добрался до волос.
Салан улыбнулся, вспомнив её реакцию на предложение сделать мальчишкой, обрезав волосы.
– Всё уже позади, – сказал он. – Переночуем и завтра, до обеда, будем в столице.
Глава 46
Дорога вымотала Лаша вконец, поэтому, когда он добрался до столицы, сил двигаться дальше просто не было. Лаш решил остановиться в Ордаге, отдохнуть и немного осмотреться. Ехать без этого в баронство Ксавье было не самой умной затеей. Он не встретил отряда Ольга, а это означало, что наёмники не стали выполнять взятые на себя обязательства или им не повезло. Последнее было чревато пакостными сюрпризами. В обоих случаях было полезно походить и послушать, о чём говорят.
Лаш устроился на постоялом дворе и расспросил его хозяина о трактирах. Больше других заинтересовал трактир одноглазого Нэша, в котором любили собираться старые вояки, наёмники и вообще те, кто сейчас или в прошлом добывали себе пропитание оружием. Туда он в первую очередь и направился. На улицах было слякотно, из-за чего пришлось опять сесть на коня и тревожить свой зад, отбитый за четыре дня скачки. Добравшись до нужного трактира, Лаш оставил коня слуге и вошёл в заведение. В большом зале первого этажа сидели десятка два мужчин, пившие не вино, а более дешёвую брагу. Он выбрал стол, чтобы слышать, о чём говорят две самые многочисленные компании. Подбежавший слуга принял заказ, и вскоре Лаш с аппетитом ел вкусно приготовленное мясо с кашей, варёную репу с мёдом и душистый хлеб.
