– Так Белла жива? – спросил Мартин, опуская меч.
– И она, и Лани – подтвердил Сергей. – Я сделаю всё, чтобы девочки выросли, и обеспечу их приданым. И как только в вашей семье мог появиться такой ребёнок!
– Я не стану с тобой драться! – сказал Мартин, делая шаг к Сергею. – Прошу, убей! Смерть от меча – это не постыдная казнь на плахе!
– С ума сошёл? Как я смогу растить девочку, если убью её отца?
– Тогда я сам, – Мартин перехватил меч за лезвие и вонзил его в единственное неприкрытое доспехами место – горло.
– Так! – Сергей отвернулся от содрогавшегося в конвульсиях тела несостоявшегося герцога к стоявшему на прежнем месте строю пехоты. – Стрелкам немедленно отдыхать и лечить раны. Пехота работала мало, поэтому сейчас отложите копья и соберите оружие и неповреждённые доспехи, а потом горожане займутся телами. Пленных нужно отконвоировать к казармам гарнизона, а если кто-то из них ранен, оказать помощь. Фар, выводи нашу конницу и попробуйте догнать всадников Мартина. Постарайтесь не вступать в бой, а договориться о сдаче. Скажите, что мы не будем их вешать, искупят вину в борьбе с сотхемцами. Тело Мартина доставьте в город, похороним его вместе с семьёй. Погибших дворян пока не хороните. Завтра устроим опознание тел. Я не просто так писал в указе, что буду лишать имений. Отнеслись с пренебрежением? Вот пусть теперь страдают семьи. В следующий раз к моим указам отнесутся серьёзней.
У входа во дворец его встретила Белла. Сергей обнял её за плечи и завёл внутрь.
– Твой отец умер, – сказал он, поглаживая волосы тихо плачущей девочке. – Мы разбили войско Мартина, но он сам не пострадал. Он знал, что обречён, и хотел вызвать меня на поединок, но отказался драться, когда узнал, что от моей жизни зависит твоё будущее. Он убил себя сам.
– Ты ведь знал, что всё так закончится? – спросила она, отстраняясь. – Знал с самого начала, когда решил сохранить мне жизнь!
– Не могла придумать большей глупости? – сказал Сергей. – Как я мог это знать? Твоего отца могли сто раз убить, да и не собирался я с ним драться. Я герцог, а он никто. Мне достаточно было махнуть рукой, и его скрутили бы или порубили на куски. Он пошёл на поводу у твоей матери и в результате не только погиб сам, но и погубил тысячи людей. И это только пока, неизвестно, сколько их погибнет в войне с Мехалом.
– Извини, – сказала она. – Я дура! – И убежала в свою комнату.
Сергея после бойни воротило от мяса, поэтому вместо ужина выпил молоко и велел секретарю найти Коннера.
– Рон, – сказал он вошедшему шевалье, – возьмёте двух гвардейцев и поедете в столицу королевства к герцогу Лантару. Нужно забрать наших женщин. Неизвестно, где будет безопасней, если начнётся большая война и пойдут разборки с герцогами, так что пусть лучше будут с нами. Заодно расскажете ему наши новости и попросите поискать затерявшийся полк. Спросите у Стара, не собирается ли он возвращаться, а то может составить вам компанию. И постарайтесь узнать, какие сейчас отношения короля с молодым графом Продером и где находится граф. К вам ещё одно дело. Нужно зайти в квартал лучников и заказать для меня арбалеты на десять тысяч золотых. Пусть договорятся с кем-нибудь из купцов о доставке товара. Возьмите вексель торгового дома семьи Сордов на пять тысяч. Позже я оплачу и вторую часть заказа. Если предложат поменять службу, решайте сами. Я не обижусь на вас при любом решении. Только сначала доставьте мне сестру.
– У тебя слишком напряжены мышцы ног, – заметила Инна. – Так нельзя. Стойки должны быть естественными и выполнятся без напряжения. Смотри, как надо!
Она быстро показала Лани правильное выполнение.
– Чем это вы занимаетесь, леди? – задал вопрос молодой дворянин, с весёлым удивлением смотревший на одетых в мужскую одежду женщин.
– Я учусь бить морды всяким нахалам! – ответила Лани, в свою очередь разглядывая мужчину, которого она прежде не видела в доме герцога.
– Надеюсь, что я не попаду в их число, – сказал он девочке и обратился к Инне: – Вы ведь леди Коннер? А я племянник хозяина граф Радек.
– Герцог обещал, что нам не будут мешать, – сказала Инна, – а вы мешаете, граф. Вам от меня что-нибудь нужно?
– От вас – ничего. Услышал от дяди, что благородные девушки занимаются борьбой, и стало любопытно. Он вас расхвалил, вот я и захотел посмотреть.
– Покажи на нём приёмы! – загорелась Лани. – У тебя это так красиво получается! И граф не будет после этого приставать.
– Действительно, – развеселился Радек, – можете что-нибудь показать?
– Так хочется, чтобы вас повозили носом по ковру? – неприязненно спросила Инна. – Отстегните меч и снимайте сапоги. Ноги не воняют?
– Вы прелесть! – расхохотался Радек, снимая пояс с мечом. – Теперь я понимаю дядю. А ноги я мыл несколько дней назад. Правда, для чувствительных женских носиков...
Он стянул сапоги, сунул в них портянки и босиком вышел на ковёр.
– И что мне делать дальше?
– Попробуйте меня повалить, – сказала Инна. – Хватать можете за что угодно, не обижусь.
– Обычно женщины не обижаются, когда я их хватаю, – опять засмеялся Радек, делая к ней шаг. – А за что...
Мгновением позже он лежал на ковре лицом вниз, в спину упиралось колено Инны, а вывернутой рукой было не шевельнуть.
– Здорово! – прокомментировала Лани. – Теперь уже не смеётся. Может быть, ещё разок?
– Да, было бы неплохо, – сказал граф, которого Инна уже освободила. – Давайте попробуем, на этот раз я буду осторожней.
Уже без улыбки, внимательно наблюдая за руками Инны, он сделал шаг и опять оказался на полу, сбитый подсечкой.
– Ноги – тоже оружие, – сказала она. – Есть желание продолжить?
– Конечно! – вскочил граф. – Больше это у вас не получится!
Крутанувшись на одной ноге, Инна второй ударила Радека пяткой в грудь. Граф успел заметить движение, но не понял, что она хочет сделать, и не успел отреагировать. Отброшенный ударом на край ковра, он с минуту лежал, не пытаясь встать, ожидая, когда стихнет боль в груди.
– Можно было бить не так сильно, – сказал он, поднимаясь с ковра. – Хорошо, что дядя приказал постелить новые ковры, иначе пришлось бы менять одежду.
– Этот удар не нанесёшь слабее, – объяснила Инна. – Если бить изо всех сил, можно проломить грудь. Хотите ещё?
– Пожалуй, хватит, – ответил Радек, садясь на ковёр рядом с сапогами. – Я зашёл сюда по просьбе дяди. Он попросил передать, что из Ордага прибыл гонец. Было сражение с мятежниками. Их войско разбито, а Мартин покончил с собой, бросившись на меч. Герцог жив, как и ваш муж.
– Значит, Мартин погиб и в герцогстве утвердился этот Аликсан? – спросил герцог Рошти. – Сколько ему лет?
– Не знаю, – ответил граф Саже. – Совсем молодой, но смог захватить власть без поддержки со стороны. Король только сейчас послал ему солдат, да и то один полк. Своего клана у него нет, поэтому будет держать сторону короля, так что для нас ничего не изменилось.
– Для нас многое изменилось, граф! – герцог вскочил с кресла и начал мерить шагами кабинет. – Проклятый Мартин перепутал все планы! Дело не в новом герцоге, а в короле Сотхема! Нужно быть круглым идиотом, чтобы в преддверии нашествия сотхемцев затевать свару с королём!
– Герцог Марди собирается воспользоваться этим обстоятельством, – заметил граф. – Мехал его не пугает.
– Это потому, что он дурак! Мехалу плевать и на короля, и на него! Пошли к Марди одного из своих людей передать, что, в случае угрозы королю, я окажу его величеству всю помощь, на какую способен! Вот пусть и думает. Внутренними разборками будем заниматься тогда, когда справимся с внешней угрозой. Новый герцог не станет к тому времени сильнее, наоборот, ослабнет, так как первый удар сотхемцы нанесут ему. Пошли в Ордаг своего человека, который смог бы войти в его ближний круг. Неплохо было бы перетянуть этого Аликсана на свою сторону. Он женат?
– Был женат, причём дважды. Обе жены погибли. По слухам, в их гибели Аликсан обвиняет бывшего дружка короля графа Продера. Он даже сжёг в столице его особняк.
– И король это простил? Интересно... Вот что, граф, попробуйте собрать для меня всё, что удастся найти, по этому Аликсану. Откуда взялся, где был и что делал. Не так уж часто в королевстве появляются новые герцоги.
– Скольких баронов опознали? – спросил Сергей секретаря.
– Тридцать два, – ответил Рашт. – Остальных никто не знает, а на их одежде и доспехах нет гербов.
– Если считать и Жореса, имеем тридцать три баронских имения и два графских, – довольно сказал Сергей. Нужно сменить хозяев в баронствах по списку, который я вам дам. Если не справятся магистраты, направим своих солдат. А графства я пока никому не отдам. Скажи Джоку, что мне нужны для них управляющие.
– Слушаюсь, ваша светлость. Осмелюсь спросить, что могут забрать с собой прежние владельцы имений?
– Личные вещи, лошадей и оружие. Если у дам есть драгоценности, мы отнесём их к личным вещам. Казна должна остаться новым владельцам.
– Я не помешал вам, герцог? – заглянул в кабинет Джок.
– Наоборот, я хотел с вами поговорить. Садитесь, где вам удобно, – в ногах правды нет.
– А она вообще где-нибудь есть, герцог? – спросил Джок, садясь в кресло. – Сколько живу, столько и убеждаюсь, что в мире существует только правда тех, кто им управляет.
– Давайте поговорим на эту тему зимой, если до неё доживём, – сказал Сергей, – а пока обсудим более насущные задачи. Вы привезли золото?
– Уже передали вашему казначею. Если верить тому, что написано на мешочках, там восемьдесят три тысячи.
– Если считать с тем, что осталось во дворце и положено на хранение купцам, наберётся сто тысяч. Мало!
– Куда больше? – удивился Джок. – У прежнего герцога не было и трети этой суммы.
– У него не было и войны. Что у нас на границе?
– Пока тихо, но наши люди в Сотхеме молчат уже две декады, и с той стороны не было ни одного каравана, а это значит, что сотхемцы перекрыли границу.
– Сколько отправили гонцов?
– Почти две сотни групп по три человека. Сейчас опасно отправлять по одному. Через декаду во всех городах и имениях провинции узнают о том, что вы ждёте вторжения из Сотхема и созываете ополчение. О стрелках все предупреждены. Продовольствие закупаем, а людей будем размещать в лагере за городом. Шатров не очень много, но погода по-летнему тёплая, а дожди пойдут не скоро.
– Опять соберём толпу, – с досадой сказал Сергей. – У меня на родине давно так не воюют. Даже поговорка есть, что воюют не числом, а умением. Маленькая, спаянная железной дисциплиной армия многократно сильней большой вооружённой толпы. А здесь если у кого и есть постоянное войско, то совсем небольшое, а основу армии составляют отряды вассалов. О какой слаженности можно вести речь? У меня сейчас только три тысячи человек, так они хоть немного притёрлись друг к другу за последние две декады. А какой-нибудь сложный манёвр, например, притворное бегство не осилят и они. А если таких наберём тысяч двадцать? Мне уже сейчас страшно. Я не видел королевский полк, но подозреваю, что и он не сильно отличается от толпы. А для постоянной армии много чего нужно и в первую очередь – деньги. У меня на родине, когда создавали такую армию, вводили новые налоги. Сейчас налоги собирают магистраты городов и мои вассалы, и собранное делится поровну между мной и ими. И общий налог, который и так составляет треть от всех доходов, увеличить нельзя, иначе меня быстро отправят к предкам.
– И как вы намерены поступить? – спросил Джок. – Ограничить вассалов?
– Уменьшить их долю с доходов в обмен на отказ от их помощи в случае войны. Я не стану возражать, если кто-то захочет помахать мечом, но уже ни от кого не буду требовать выставлять бойцов. Это выгодно всем только в том случае, если я буду жёстко пресекать столкновения между вассалами и гарантирую им безопасность. Тогда никому не нужно тратиться на собственные дружины.
– Они привыкли к существующему положению вещей. Многие не захотят лишаться дружин.
– В обычное время – да, но война заставит всех измениться.
– Посмотрим, если уцелеем. А что вы намерены делать сейчас?
– А что можно сделать? Будем сводить пополнение в небольшие отряды, ставить толковых командиров и гонять всё время, которое нам отпустит Мехал. Как началась последняя война с Сотхемом?
– Сотхемцы большими силами перешли границу, но не здесь, а северней. Они без сопротивления прошли наши земли и вторглись в соседнюю провинцию Парнада. В той части провинции Олимант почти нет населения, а герцоги Парнада были враждебны правившему в то время отцу нашего короля, поэтому он начал без спешки готовиться к войне. Кое-кто из наиболее дальновидных соседей герцога оказали ему помощь, но её оказалось недостаточно. Пока раскачались и прислали подмогу вассалы, сотхемцы смяли войско герцога и вышли в две соседние провинции. Вот тогда зашевелились все герцоги и выбросили соседей вон. Но, пока до этого дошло, пришлось отвоёвывать треть королевства. Для того чтобы перейти границу самим, уже не было ни сил, ни желания.
– На этот раз я не стал бы рассчитывать на то, что навалятся на соседей.
– Да, я напал бы здесь, – согласился Джок. – Новый, ещё не вошедший в силу герцог, потери после мятежа и сорванные из-за вас планы...
– Вы были на границе, Джок? Что она собой представляет? Я не понял этого по рисунку, который мне принесли вместо карты.
– Я не был, были другие, которые мне её описали. Равнинное место, поросшее сосновым и смешанным лесом. Лугов и полян мало, но лес редкий, почти без подлеска.
– У сотхемцев много кавалерии?
– Больше, чем у нас.
– И большие леса на границе?
– С нашей стороны поменьше, а со стороны Сотхема тянутся на полдня пути.
– А дождей не было месяц...
– Что вы задумали, милорд?
– Как вы думаете, что станет с армией, которая войдёт в такой лес, если его потом кто-нибудь подожжёт?
– Она вся там и останется. Кого пощадит огонь, те задохнутся от дыма. Только ветер должен дуть в нужную сторону. Но если мы на это пойдём, вас все осудят!
– Ветер не сразу меняет направление, поэтому можно успеть подготовиться. Даже если задует с их стороны, выведем людей в тыл вражеской армии. Лесные пожары распространяются быстро. А осудят... Я это как-нибудь переживу или что-нибудь придумаю, зато Мехал потеряет армию, а мы выгадаем время. По пепелищу уже не пойдут, поэтому целью следующего удара будем не мы, а соседи. Если не дураки, успеют подготовиться, да и мы поможем. А если Мехал навалится на нас, думаете, кто-нибудь поможет?
– Вряд ли.
– Вот и я думаю так же. На войне хороши все средства, просто у вас этого не понимают.
– И она, и Лани – подтвердил Сергей. – Я сделаю всё, чтобы девочки выросли, и обеспечу их приданым. И как только в вашей семье мог появиться такой ребёнок!
– Я не стану с тобой драться! – сказал Мартин, делая шаг к Сергею. – Прошу, убей! Смерть от меча – это не постыдная казнь на плахе!
– С ума сошёл? Как я смогу растить девочку, если убью её отца?
– Тогда я сам, – Мартин перехватил меч за лезвие и вонзил его в единственное неприкрытое доспехами место – горло.
– Так! – Сергей отвернулся от содрогавшегося в конвульсиях тела несостоявшегося герцога к стоявшему на прежнем месте строю пехоты. – Стрелкам немедленно отдыхать и лечить раны. Пехота работала мало, поэтому сейчас отложите копья и соберите оружие и неповреждённые доспехи, а потом горожане займутся телами. Пленных нужно отконвоировать к казармам гарнизона, а если кто-то из них ранен, оказать помощь. Фар, выводи нашу конницу и попробуйте догнать всадников Мартина. Постарайтесь не вступать в бой, а договориться о сдаче. Скажите, что мы не будем их вешать, искупят вину в борьбе с сотхемцами. Тело Мартина доставьте в город, похороним его вместе с семьёй. Погибших дворян пока не хороните. Завтра устроим опознание тел. Я не просто так писал в указе, что буду лишать имений. Отнеслись с пренебрежением? Вот пусть теперь страдают семьи. В следующий раз к моим указам отнесутся серьёзней.
У входа во дворец его встретила Белла. Сергей обнял её за плечи и завёл внутрь.
– Твой отец умер, – сказал он, поглаживая волосы тихо плачущей девочке. – Мы разбили войско Мартина, но он сам не пострадал. Он знал, что обречён, и хотел вызвать меня на поединок, но отказался драться, когда узнал, что от моей жизни зависит твоё будущее. Он убил себя сам.
– Ты ведь знал, что всё так закончится? – спросила она, отстраняясь. – Знал с самого начала, когда решил сохранить мне жизнь!
– Не могла придумать большей глупости? – сказал Сергей. – Как я мог это знать? Твоего отца могли сто раз убить, да и не собирался я с ним драться. Я герцог, а он никто. Мне достаточно было махнуть рукой, и его скрутили бы или порубили на куски. Он пошёл на поводу у твоей матери и в результате не только погиб сам, но и погубил тысячи людей. И это только пока, неизвестно, сколько их погибнет в войне с Мехалом.
– Извини, – сказала она. – Я дура! – И убежала в свою комнату.
Сергея после бойни воротило от мяса, поэтому вместо ужина выпил молоко и велел секретарю найти Коннера.
– Рон, – сказал он вошедшему шевалье, – возьмёте двух гвардейцев и поедете в столицу королевства к герцогу Лантару. Нужно забрать наших женщин. Неизвестно, где будет безопасней, если начнётся большая война и пойдут разборки с герцогами, так что пусть лучше будут с нами. Заодно расскажете ему наши новости и попросите поискать затерявшийся полк. Спросите у Стара, не собирается ли он возвращаться, а то может составить вам компанию. И постарайтесь узнать, какие сейчас отношения короля с молодым графом Продером и где находится граф. К вам ещё одно дело. Нужно зайти в квартал лучников и заказать для меня арбалеты на десять тысяч золотых. Пусть договорятся с кем-нибудь из купцов о доставке товара. Возьмите вексель торгового дома семьи Сордов на пять тысяч. Позже я оплачу и вторую часть заказа. Если предложат поменять службу, решайте сами. Я не обижусь на вас при любом решении. Только сначала доставьте мне сестру.
Глава 16
– У тебя слишком напряжены мышцы ног, – заметила Инна. – Так нельзя. Стойки должны быть естественными и выполнятся без напряжения. Смотри, как надо!
Она быстро показала Лани правильное выполнение.
– Чем это вы занимаетесь, леди? – задал вопрос молодой дворянин, с весёлым удивлением смотревший на одетых в мужскую одежду женщин.
– Я учусь бить морды всяким нахалам! – ответила Лани, в свою очередь разглядывая мужчину, которого она прежде не видела в доме герцога.
– Надеюсь, что я не попаду в их число, – сказал он девочке и обратился к Инне: – Вы ведь леди Коннер? А я племянник хозяина граф Радек.
– Герцог обещал, что нам не будут мешать, – сказала Инна, – а вы мешаете, граф. Вам от меня что-нибудь нужно?
– От вас – ничего. Услышал от дяди, что благородные девушки занимаются борьбой, и стало любопытно. Он вас расхвалил, вот я и захотел посмотреть.
– Покажи на нём приёмы! – загорелась Лани. – У тебя это так красиво получается! И граф не будет после этого приставать.
– Действительно, – развеселился Радек, – можете что-нибудь показать?
– Так хочется, чтобы вас повозили носом по ковру? – неприязненно спросила Инна. – Отстегните меч и снимайте сапоги. Ноги не воняют?
– Вы прелесть! – расхохотался Радек, снимая пояс с мечом. – Теперь я понимаю дядю. А ноги я мыл несколько дней назад. Правда, для чувствительных женских носиков...
Он стянул сапоги, сунул в них портянки и босиком вышел на ковёр.
– И что мне делать дальше?
– Попробуйте меня повалить, – сказала Инна. – Хватать можете за что угодно, не обижусь.
– Обычно женщины не обижаются, когда я их хватаю, – опять засмеялся Радек, делая к ней шаг. – А за что...
Мгновением позже он лежал на ковре лицом вниз, в спину упиралось колено Инны, а вывернутой рукой было не шевельнуть.
– Здорово! – прокомментировала Лани. – Теперь уже не смеётся. Может быть, ещё разок?
– Да, было бы неплохо, – сказал граф, которого Инна уже освободила. – Давайте попробуем, на этот раз я буду осторожней.
Уже без улыбки, внимательно наблюдая за руками Инны, он сделал шаг и опять оказался на полу, сбитый подсечкой.
– Ноги – тоже оружие, – сказала она. – Есть желание продолжить?
– Конечно! – вскочил граф. – Больше это у вас не получится!
Крутанувшись на одной ноге, Инна второй ударила Радека пяткой в грудь. Граф успел заметить движение, но не понял, что она хочет сделать, и не успел отреагировать. Отброшенный ударом на край ковра, он с минуту лежал, не пытаясь встать, ожидая, когда стихнет боль в груди.
– Можно было бить не так сильно, – сказал он, поднимаясь с ковра. – Хорошо, что дядя приказал постелить новые ковры, иначе пришлось бы менять одежду.
– Этот удар не нанесёшь слабее, – объяснила Инна. – Если бить изо всех сил, можно проломить грудь. Хотите ещё?
– Пожалуй, хватит, – ответил Радек, садясь на ковёр рядом с сапогами. – Я зашёл сюда по просьбе дяди. Он попросил передать, что из Ордага прибыл гонец. Было сражение с мятежниками. Их войско разбито, а Мартин покончил с собой, бросившись на меч. Герцог жив, как и ваш муж.
– Значит, Мартин погиб и в герцогстве утвердился этот Аликсан? – спросил герцог Рошти. – Сколько ему лет?
– Не знаю, – ответил граф Саже. – Совсем молодой, но смог захватить власть без поддержки со стороны. Король только сейчас послал ему солдат, да и то один полк. Своего клана у него нет, поэтому будет держать сторону короля, так что для нас ничего не изменилось.
– Для нас многое изменилось, граф! – герцог вскочил с кресла и начал мерить шагами кабинет. – Проклятый Мартин перепутал все планы! Дело не в новом герцоге, а в короле Сотхема! Нужно быть круглым идиотом, чтобы в преддверии нашествия сотхемцев затевать свару с королём!
– Герцог Марди собирается воспользоваться этим обстоятельством, – заметил граф. – Мехал его не пугает.
– Это потому, что он дурак! Мехалу плевать и на короля, и на него! Пошли к Марди одного из своих людей передать, что, в случае угрозы королю, я окажу его величеству всю помощь, на какую способен! Вот пусть и думает. Внутренними разборками будем заниматься тогда, когда справимся с внешней угрозой. Новый герцог не станет к тому времени сильнее, наоборот, ослабнет, так как первый удар сотхемцы нанесут ему. Пошли в Ордаг своего человека, который смог бы войти в его ближний круг. Неплохо было бы перетянуть этого Аликсана на свою сторону. Он женат?
– Был женат, причём дважды. Обе жены погибли. По слухам, в их гибели Аликсан обвиняет бывшего дружка короля графа Продера. Он даже сжёг в столице его особняк.
– И король это простил? Интересно... Вот что, граф, попробуйте собрать для меня всё, что удастся найти, по этому Аликсану. Откуда взялся, где был и что делал. Не так уж часто в королевстве появляются новые герцоги.
– Скольких баронов опознали? – спросил Сергей секретаря.
– Тридцать два, – ответил Рашт. – Остальных никто не знает, а на их одежде и доспехах нет гербов.
– Если считать и Жореса, имеем тридцать три баронских имения и два графских, – довольно сказал Сергей. Нужно сменить хозяев в баронствах по списку, который я вам дам. Если не справятся магистраты, направим своих солдат. А графства я пока никому не отдам. Скажи Джоку, что мне нужны для них управляющие.
– Слушаюсь, ваша светлость. Осмелюсь спросить, что могут забрать с собой прежние владельцы имений?
– Личные вещи, лошадей и оружие. Если у дам есть драгоценности, мы отнесём их к личным вещам. Казна должна остаться новым владельцам.
– Я не помешал вам, герцог? – заглянул в кабинет Джок.
– Наоборот, я хотел с вами поговорить. Садитесь, где вам удобно, – в ногах правды нет.
– А она вообще где-нибудь есть, герцог? – спросил Джок, садясь в кресло. – Сколько живу, столько и убеждаюсь, что в мире существует только правда тех, кто им управляет.
– Давайте поговорим на эту тему зимой, если до неё доживём, – сказал Сергей, – а пока обсудим более насущные задачи. Вы привезли золото?
– Уже передали вашему казначею. Если верить тому, что написано на мешочках, там восемьдесят три тысячи.
– Если считать с тем, что осталось во дворце и положено на хранение купцам, наберётся сто тысяч. Мало!
– Куда больше? – удивился Джок. – У прежнего герцога не было и трети этой суммы.
– У него не было и войны. Что у нас на границе?
– Пока тихо, но наши люди в Сотхеме молчат уже две декады, и с той стороны не было ни одного каравана, а это значит, что сотхемцы перекрыли границу.
– Сколько отправили гонцов?
– Почти две сотни групп по три человека. Сейчас опасно отправлять по одному. Через декаду во всех городах и имениях провинции узнают о том, что вы ждёте вторжения из Сотхема и созываете ополчение. О стрелках все предупреждены. Продовольствие закупаем, а людей будем размещать в лагере за городом. Шатров не очень много, но погода по-летнему тёплая, а дожди пойдут не скоро.
– Опять соберём толпу, – с досадой сказал Сергей. – У меня на родине давно так не воюют. Даже поговорка есть, что воюют не числом, а умением. Маленькая, спаянная железной дисциплиной армия многократно сильней большой вооружённой толпы. А здесь если у кого и есть постоянное войско, то совсем небольшое, а основу армии составляют отряды вассалов. О какой слаженности можно вести речь? У меня сейчас только три тысячи человек, так они хоть немного притёрлись друг к другу за последние две декады. А какой-нибудь сложный манёвр, например, притворное бегство не осилят и они. А если таких наберём тысяч двадцать? Мне уже сейчас страшно. Я не видел королевский полк, но подозреваю, что и он не сильно отличается от толпы. А для постоянной армии много чего нужно и в первую очередь – деньги. У меня на родине, когда создавали такую армию, вводили новые налоги. Сейчас налоги собирают магистраты городов и мои вассалы, и собранное делится поровну между мной и ими. И общий налог, который и так составляет треть от всех доходов, увеличить нельзя, иначе меня быстро отправят к предкам.
– И как вы намерены поступить? – спросил Джок. – Ограничить вассалов?
– Уменьшить их долю с доходов в обмен на отказ от их помощи в случае войны. Я не стану возражать, если кто-то захочет помахать мечом, но уже ни от кого не буду требовать выставлять бойцов. Это выгодно всем только в том случае, если я буду жёстко пресекать столкновения между вассалами и гарантирую им безопасность. Тогда никому не нужно тратиться на собственные дружины.
– Они привыкли к существующему положению вещей. Многие не захотят лишаться дружин.
– В обычное время – да, но война заставит всех измениться.
– Посмотрим, если уцелеем. А что вы намерены делать сейчас?
– А что можно сделать? Будем сводить пополнение в небольшие отряды, ставить толковых командиров и гонять всё время, которое нам отпустит Мехал. Как началась последняя война с Сотхемом?
– Сотхемцы большими силами перешли границу, но не здесь, а северней. Они без сопротивления прошли наши земли и вторглись в соседнюю провинцию Парнада. В той части провинции Олимант почти нет населения, а герцоги Парнада были враждебны правившему в то время отцу нашего короля, поэтому он начал без спешки готовиться к войне. Кое-кто из наиболее дальновидных соседей герцога оказали ему помощь, но её оказалось недостаточно. Пока раскачались и прислали подмогу вассалы, сотхемцы смяли войско герцога и вышли в две соседние провинции. Вот тогда зашевелились все герцоги и выбросили соседей вон. Но, пока до этого дошло, пришлось отвоёвывать треть королевства. Для того чтобы перейти границу самим, уже не было ни сил, ни желания.
– На этот раз я не стал бы рассчитывать на то, что навалятся на соседей.
– Да, я напал бы здесь, – согласился Джок. – Новый, ещё не вошедший в силу герцог, потери после мятежа и сорванные из-за вас планы...
– Вы были на границе, Джок? Что она собой представляет? Я не понял этого по рисунку, который мне принесли вместо карты.
– Я не был, были другие, которые мне её описали. Равнинное место, поросшее сосновым и смешанным лесом. Лугов и полян мало, но лес редкий, почти без подлеска.
– У сотхемцев много кавалерии?
– Больше, чем у нас.
– И большие леса на границе?
– С нашей стороны поменьше, а со стороны Сотхема тянутся на полдня пути.
– А дождей не было месяц...
– Что вы задумали, милорд?
– Как вы думаете, что станет с армией, которая войдёт в такой лес, если его потом кто-нибудь подожжёт?
– Она вся там и останется. Кого пощадит огонь, те задохнутся от дыма. Только ветер должен дуть в нужную сторону. Но если мы на это пойдём, вас все осудят!
– Ветер не сразу меняет направление, поэтому можно успеть подготовиться. Даже если задует с их стороны, выведем людей в тыл вражеской армии. Лесные пожары распространяются быстро. А осудят... Я это как-нибудь переживу или что-нибудь придумаю, зато Мехал потеряет армию, а мы выгадаем время. По пепелищу уже не пойдут, поэтому целью следующего удара будем не мы, а соседи. Если не дураки, успеют подготовиться, да и мы поможем. А если Мехал навалится на нас, думаете, кто-нибудь поможет?
– Вряд ли.
– Вот и я думаю так же. На войне хороши все средства, просто у вас этого не понимают.
