Была уже середина осени, когда из столицы Рутенского княжества города Лубеч прибыло посольство во главе с наследником. Сговорились о свадьбе, и посольство отбыло домой, забрав с собой невесту и оставив князю Василию выкуп в пятьсот тысяч монет серебром. Вскоре один за другим из Рутенского княжества прибыли два обоза. Первый привёз двадцать возов серы, а в другом было ещё больше возов, гружённых бочонками с нефтью. Князю Василию сообщили, что никого к пещерам посылать больше не надобно. Нужно лишь по теплу отправить в Лубеч знающего человека, который показал бы, что и как нужно делать. Из Мурома никто не прибыл, но лазутчики доложили, что князь Георгий срочно увеличивает свою дружину и требует того же от бояр. Против эльфов он начал эти приготовления или против соседей, пока никто не знал, но границы стерегли пуще обычного. Начало зимы принесло метели, хотя сильных морозов пока не было. В слободе обработали всю привезённую селитру и приступили к производству первой партии пороха. Пороховая мельница пока была опробована без смеси. Когда её подключали к паровой машине, здоровенные бронзовые диски исправно вращались. Теперь это предстояло испытать в деле. Токарный станок не закончили, но кузнецам в нём осталась какая-то мелочь. Котёл, в котором варили нефть, поставили в специально построенном доме и грели на печке, а выходящий из него змеевик охлаждали снегом. Горючей жидкости добыли много, неприятно было лишь то, что змеевик часто забивался смолой, и его приходилось чистить, да и котёл всё время чистили от смоляного осадка. Взрывы распылённой порохом горючей жидкости устраивали несколько раз, подобрав сколько и чего нужно и научившись поджигать без стрел. Теперь Джон думал, как метнуть в противника сосуд, который с трудом поднимает сильный мужчина. Метатели отпадали из-за большого веса снаряда и его хрупкости, а больше пока ничего не приходило в голову, но эльф не сдавался. У Глеба зимой почти не было занятий, но это не сильно расстраивало. Недавно Венди сообщила, что у них будет ребёнок, поэтому он проводил с ней почти всё время, когда не была занята учёбой с мальчишками. Корн ещё больше сдал и на глазах терял интерес к жизни. Юноша сильно привязался к старому магу и боялся, что тот не дотянет до тепла. Сегодня, не предупредив заранее о приезде, у них появился князь. Отказавшись от гостеприимства боярина, он забрал Глеба в свой возок и поехал в слободу. Вместе с ними в возке сидел воевода, а следом скакали десять дружинников. Приехали прямиком к хоромам Джона. Встретили их, как подобает, сами хозяева и повели в самые богатые комнаты.
– Есть и пить ничего не буду, – сразу же отказался Василий. – Как-нибудь для этого приеду, а пока хотел поговорить о том, на что я могу рассчитывать.
– Пробный порох получился не хуже того, который мы привезли, – сказал Джон. – До тепла мы сделаем весь, а это очень большое количество. С учётом того, который был на корабле, из двадцати пушек можно палить весь день, но я думаю, что мы не станем так его переводить. Лучше наделать ручных бомб, которые дружинники смогут кидать в неприятеля. Каждая такая бомба, взорвавшись среди врагов, убьёт и покалечит десять бойцов. Атака кавалерии сразу же захлебнётся, потому что кони обезумеют от звуков взрывов и осколочных ран. Ну и наши большие бомбы на горючей жидкости. Каждая взорвётся гораздо сильнее бочонка пороха. Можно произвести в рядах противника страшное опустошение, нужно только додуматься, как туда забросить наши гостинцы. У меня есть и другие мысли, но до тепла мы ничего не успеем по ним сделать.
– Что применят эльфы? – спросил Трифон.
– Или небольшие пушки вроде наших, или складные катапульты и взрывные снаряды, – ответил Джон. – Конечно, используют и ручное оружие. У нас оно тоже есть, но очень мало. Надо тебе, воевода, выделить с полсотни дружинников или охочих надёжных людей. Мы за зиму научим их стрелять из пушек. Их будем в первую очередь использовать против эльфов.
– Дружинников не дам! – ответил Трифон. – Будут охранять сами пушки, и всё! А охочих людей наберём.
– Подумай ты, князь, – обратился к Василию эльф. – Пусть дружинники будут только в охране, но они должны уметь стрелять. Если эльфы побьют пушкарей, много они навоюют своими мечами! А обученные станут к пушкам и смогут дать достойный ответ!
– Так и сделаем, – решил князь. – Готовьте всё, о чём ты говорил, и думайте насчёт этих ваших бомб. Может, их никуда не бросать, а спрятать возле дорог? Армии будут наступать только по ним плотным строем. Если взорвёте что-то сильное, будут большие потери и страх! И ещё неизвестно, что для нас важнее. Работайте не жалея сил! Если выиграем битву, я вас не обижу!
– Послушай, что я узнал! – громким шёпотом сказал принц Мартин. – Как только подсохнут дороги, у нас будет война с маозами!
– Опять подслушивал? – спросил Зибор. – Смотри, король не оставит без внимания такие выходки. Рано или поздно попадёшься. Не станет он смотреть на то, что ты его сын и наследник, разве что отдерёт самолично.
– Подумаешь! – отмахнулся Мартин. – Я к этому уже привык.
– И кого ты подслушал на этот раз? – вздохнул барон.
– Если не хочешь слушать, я могу не рассказывать, – обиделся Мартин. – Я хотел поделиться с тобой, как с другом, а ты вздыхаешь с таким видом, словно мечтаешь поскорей от меня отделаться!
– Это не так! – соврал Зибор. – Мне тоже интересно, что ты услышал. Тебя не возьмут на войну, а половина дворян твоей свиты уже самостоятельные. И я таким буду через месяц, так что придётся идти в поход.
– Ты не хочешь драться? – удивился Мартин.
– Смотря с кем, – усмехнулся барон. – С графом Лазович я с удовольствием скрещу мечи, а с маозами не хочу. Это не наша война. Боши с франками идут в поход?
– Только боши, – ответил принц. – Король франков отказался и запретил своим герцогам. Но запрет не касается дворян, желающих позвенеть мечами.
– Умно, – сказал Зибор. – Мы пустим кровь маозам, они ополовинят наше войско, а король франков сохранит силы и избавится от своих смутьянов. Не удивлюсь, если он потом захватит у бошей две-три провинции.
– С нами будут эльфы, – неуверенно сказал принц. – Не сами, а их наёмники. Но огненный бой у них будет.
– Не хочу я драться с маозами, а придётся, – опять вздохнул Зибор. – Пятьдесят лет назад на них навалились все королевства запада. Много вернулось тех, кто пошёл на восток с мечом? А сейчас не пойдут даже франки. А эльфы... Забыл о маозе, который умыкнул у них корабль? На нём должен быть огненный бой. Наверное, его немного, но на наёмников может хватить. Если эльфы навалятся всерьёз, могут смять кого угодно, но они очень не любят подставлять свои головы, а наёмников не так уж много. И потом это будет когда-нибудь, а не сейчас. Ладно, что об этом говорить: всё равно от нас с тобой ничего не зависит.
Этот разговор был в начале весны, а уже к её середине на границу с Радомским княжеством вышли баронские дружины пшеков, которые перекрыли дороги и построили лагеря. Вскоре к ним начали подходить отряды королевской армии. Через декаду после того, как армия пшеков собралась на границе, туда же повалили боши. Лагерей и деревень вдоль границы не хватало, поэтому её перешли и заняли несколько деревень маозов. Ни в одной из них не осталось жителей, не было даже собак и кошек. Хлева и закрома были пусты, а колодцы загажены навозом. В одной из таких деревень остановился отряд гвардейцев короля Доброслава, с которым были почти все самостоятельные дворяне свиты принца Мартина.
– Даём маозам возможность собрать силы! – зло говорил граф Лазович. – Могли бы ударить, не дожидаясь эльфов.
Четыре дворянина заняли большую избу деревенского старосты и после ужина собрались в горнице.
– А если ударят по нам? – насмешливо спросил граф Бартошевский. – Это маозы, граф! Я думаю, эльфы будут сильно недовольны, если мы спешкой сорвём им компанию.
– Я мог ожидать таких слов от Зибора, но не от вас, Александр! – рассердился Лазович. – У нас собралось столько воинов, что им не хватает места на границе, а вы празднуете труса!
– Угомонитесь, Карол, – постарался его успокоить барон Зигфрид Боравский. – Договоритесь до дуэли, а потом повесят обоих. Или вы думаете, что король только пугал?
– Не трогайте его, Зигфрид, – лениво сказал лежавший на кровати Зибор. – Разве не видите, что ему страшно? А дуэли... Король не шутил, поэтому выяснять отношения будут только придурки. После войны, если мы уцелеем, я его вызову.
– Откуда такой пессимизм, барон? – спросил Александр. – По вашим словам можно подумать, что вы боитесь противника, хотя я не вижу в вас страха.
– Я не боюсь, – ответил Зибор, – но знаю, что многих из нас побьют, и не горю желанием из-за эльфов подставлять свою голову.
– Знать бы, когда они появятся, – пробурчал не ставший раздувать ссору Карол. – Мне уже надоело здесь сидеть! Вина нет, женщин тоже нет, а есть солдатская еда и храпящий по ночам Александр.
Отряд эльфийских наёмников прибыл через два дня и остановился в этом же селе. Домов не хватило, и многие гвардейцы уступили наёмникам свои, переселившись в спешно поставленные шатры. Вместе с наёмниками прибыл обоз, к которому гвардейцев не допускали. Первый день прибывшие отдыхали, а потом занялись своими возами. С них снимали детали разборных баллист и собирали под присмотром одного из эльфов, которых в отряде было трое.
– Барон, нужна ваша помощь, – обратился к Зибору капитан гвардейцев. – Наёмники будут сами стрелять из метателей, а мои бойцы помогут им с зарядкой. У меня только два офицера, поэтому прошу вас принять команду над тридцатью гвардейцами. Будете обслуживать три баллисты.
Получив согласие, он подвёл Зибора к высокому плечистому наёмнику, который что-то рассказывал гвардейцам.
– Этот офицер у них старший, – сказал он, представляя юношу. – Это барон Зибор Винецкий. Он из дворян свиты нашего принца.
– Ладно, объясню ещё раз, – досадливо поморщился наёмник. – Слушайте, что от вас нужно. У нас девять баллист, которыми можно метать мощные снаряды на три сотни шагов. Мы будем закладывать снаряды и стрелять, а ваша задача – натягивать тетиву. Как видите, и дуга, и тетива сделаны из стали и такую машину быстро не взведут даже десять человек, а нам нужен очень высокий темп стрельбы. Для облегчения работы сделана система рычагов. Четыре человека работают, четверо отдыхают, а двое остальных носят снаряды. Ваша задача – следить за тем, чтобы чередовались заряжающие и заменить их, если кого-нибудь убьют. Всё ясно?
– А почему нет огненного боя? – не понял Зибор. – Баллисты есть и у нас. Не знаю, правда, брали ли их в поход.
– Пушки прибыли с другим отрядом, – непонятно ответил наёмник. – Это тоже огненный бой. Снаряды к нему очень мощные, а стрельба ведётся чаще, чем из пушек. Они не такие тяжёлые и могут быстро выкосить целое войско. У вас все вопросы? Тогда идите за своими вещами, потому что мы больше сюда не вернёмся.
Юноша пошёл к дому старосты, и это его спасло. Пока они говорили, по дороге в деревню проехали три чем-то гружёные телеги. Один из наёмников спросил у мужика, что везут, и, услышав, что продовольствие для гвардейцев, завернул их к своему обозу.
– Гвардейцы перебьются, – сказал он сидевшему на первой телеге мужику. – Правь к тем возам, сейчас мы вас разгрузим.
Мужик согласно кивнул, взмахнул кнутом и развернул лошадей к эльфийскому обозу. Улучив момент, когда наёмник отвернулся, он сунул лучину с намотанной на неё тряпкой в горшок с углями и, когда загорелась пропитанная горючей смесью тряпка, быстро зажёг один за другим два шнура. В двух других телегах было продовольствие, а в его – бомба с восемью вёдрами горючей смеси. Для маскировки её тоже обложили снедью. Когда телеги подъехали вплотную к собранным баллистам и окружавшим их людям, мужики спрыгнули с них на землю.
– Вы пока разгружайте телеги, – сказал старший из приехавших, – а мы отойдём отлить.
Мужики отбросили рогожу с двух последних телег и не спеша пошли в сторону леса. Отойдя шагов на тридцать, они что было сил бросились бежать прочь от обоза.
Зибор был возле дома старосты, когда у него за спиной так громыхнуло, что он моментально оглох. Повернуться юноша уже не успел: страшный удар в спину швырнул его на брёвна стены и погасил сознание. Видимо, он лежал очень недолго, потому что даже не привлёк к себе внимания. Когда Зибор почувствовал, что лежит на холодной земле, тело болело такой болью, какую ещё не доводилось испытывать. Запястье правой руки он, по-видимому, сломал, потому что до него было не дотронуться, да и рёбра тоже были побиты так, что боль в них при каждом вдохе заставляла стонать. Голова раскалывалась от боли и так кружилась, что он, привстав, поспешно лёг обратно на землю. Сквозь звон в ушах слышались чьи-то крики, а мимо него взад-вперёд бегали гвардейцы.
– Вы живы, Зибор? – спросил наклонившийся над ним Александр. – Что здесь случилось?
– Жив, но лучше бы сдох, так хреново, – ответил юноша. – Не знаю, что там случилось, и знать сейчас не хочу. Помогите добраться до кровати, а то я сам не смогу. За правую руку не беритесь, я её, кажется, сломал.
Уцепившись за графа относительно целой левой рукой, он с трудом вошёл в дом и улёгся на кровать.
– Побегу посмотрю, что творится, – сказал ему Александр, – заодно найду для вас костоправа. Наши сейчас там.
Он убежал, а Зибор терпеливо лежал и ждал обещанную помощь, стараясь не двигать рукой и пореже дышать. Трудно было сказать, сколько отсутствовал граф, но юноше показалось, что его не было вечность. Вернулся Александр вместе с Зигфридом и высоким, худым мужчиной в гвардейском мундире.
– Раньше не получилось, – сказал он. – Там слишком много побитых. Сейчас вас посмотрят.
Костоправ наложил шину на запястье и туго замотал.
– С рёбрами придётся повременить, – извинился он. – Я найду, чем их обмотать, и прибегу.
– Что с эльфийским обозом? – спросил Зибор. – Это всё из-за него?
– Нет больше обоза, – зло сказал Зигфрид. – И с полсотни гвардейцев как корова языком слизнула. От метателей мало что осталось, а бомбы рассыпались по лагерю. Лошади побиты, возы сгорели, а на то, что осталось от людей, страшно смотреть. И главное, что никто ничего не знает! Уцелел один эльф, который тронулся головой. Ходит по лагерю и пинает свои бомбы. Одну чуть не закатил в костёр.
– А мужики, которые привезли снедь? – вспомнил Зибор. – Они вроде отошли, пока её разгружали. Может, они что помнят?
– По-моему, не было никаких мужиков, – неуверенно сказал Александр. – Хотя, если они там стояли... Возы исчезли, а тела обгорели так, что не поймёшь, наши это или эльфы.
– И далеко отошли эти... мужики? – спросил Зигфрид.
– Когда я уходил, были в полусотне шагов, – вспомнил Зибор, – но они продолжали идти к лесу, а я больше не смотрел в ту сторону.
– Есть и пить ничего не буду, – сразу же отказался Василий. – Как-нибудь для этого приеду, а пока хотел поговорить о том, на что я могу рассчитывать.
– Пробный порох получился не хуже того, который мы привезли, – сказал Джон. – До тепла мы сделаем весь, а это очень большое количество. С учётом того, который был на корабле, из двадцати пушек можно палить весь день, но я думаю, что мы не станем так его переводить. Лучше наделать ручных бомб, которые дружинники смогут кидать в неприятеля. Каждая такая бомба, взорвавшись среди врагов, убьёт и покалечит десять бойцов. Атака кавалерии сразу же захлебнётся, потому что кони обезумеют от звуков взрывов и осколочных ран. Ну и наши большие бомбы на горючей жидкости. Каждая взорвётся гораздо сильнее бочонка пороха. Можно произвести в рядах противника страшное опустошение, нужно только додуматься, как туда забросить наши гостинцы. У меня есть и другие мысли, но до тепла мы ничего не успеем по ним сделать.
– Что применят эльфы? – спросил Трифон.
– Или небольшие пушки вроде наших, или складные катапульты и взрывные снаряды, – ответил Джон. – Конечно, используют и ручное оружие. У нас оно тоже есть, но очень мало. Надо тебе, воевода, выделить с полсотни дружинников или охочих надёжных людей. Мы за зиму научим их стрелять из пушек. Их будем в первую очередь использовать против эльфов.
– Дружинников не дам! – ответил Трифон. – Будут охранять сами пушки, и всё! А охочих людей наберём.
– Подумай ты, князь, – обратился к Василию эльф. – Пусть дружинники будут только в охране, но они должны уметь стрелять. Если эльфы побьют пушкарей, много они навоюют своими мечами! А обученные станут к пушкам и смогут дать достойный ответ!
– Так и сделаем, – решил князь. – Готовьте всё, о чём ты говорил, и думайте насчёт этих ваших бомб. Может, их никуда не бросать, а спрятать возле дорог? Армии будут наступать только по ним плотным строем. Если взорвёте что-то сильное, будут большие потери и страх! И ещё неизвестно, что для нас важнее. Работайте не жалея сил! Если выиграем битву, я вас не обижу!
Глава 21
– Послушай, что я узнал! – громким шёпотом сказал принц Мартин. – Как только подсохнут дороги, у нас будет война с маозами!
– Опять подслушивал? – спросил Зибор. – Смотри, король не оставит без внимания такие выходки. Рано или поздно попадёшься. Не станет он смотреть на то, что ты его сын и наследник, разве что отдерёт самолично.
– Подумаешь! – отмахнулся Мартин. – Я к этому уже привык.
– И кого ты подслушал на этот раз? – вздохнул барон.
– Если не хочешь слушать, я могу не рассказывать, – обиделся Мартин. – Я хотел поделиться с тобой, как с другом, а ты вздыхаешь с таким видом, словно мечтаешь поскорей от меня отделаться!
– Это не так! – соврал Зибор. – Мне тоже интересно, что ты услышал. Тебя не возьмут на войну, а половина дворян твоей свиты уже самостоятельные. И я таким буду через месяц, так что придётся идти в поход.
– Ты не хочешь драться? – удивился Мартин.
– Смотря с кем, – усмехнулся барон. – С графом Лазович я с удовольствием скрещу мечи, а с маозами не хочу. Это не наша война. Боши с франками идут в поход?
– Только боши, – ответил принц. – Король франков отказался и запретил своим герцогам. Но запрет не касается дворян, желающих позвенеть мечами.
– Умно, – сказал Зибор. – Мы пустим кровь маозам, они ополовинят наше войско, а король франков сохранит силы и избавится от своих смутьянов. Не удивлюсь, если он потом захватит у бошей две-три провинции.
– С нами будут эльфы, – неуверенно сказал принц. – Не сами, а их наёмники. Но огненный бой у них будет.
– Не хочу я драться с маозами, а придётся, – опять вздохнул Зибор. – Пятьдесят лет назад на них навалились все королевства запада. Много вернулось тех, кто пошёл на восток с мечом? А сейчас не пойдут даже франки. А эльфы... Забыл о маозе, который умыкнул у них корабль? На нём должен быть огненный бой. Наверное, его немного, но на наёмников может хватить. Если эльфы навалятся всерьёз, могут смять кого угодно, но они очень не любят подставлять свои головы, а наёмников не так уж много. И потом это будет когда-нибудь, а не сейчас. Ладно, что об этом говорить: всё равно от нас с тобой ничего не зависит.
Этот разговор был в начале весны, а уже к её середине на границу с Радомским княжеством вышли баронские дружины пшеков, которые перекрыли дороги и построили лагеря. Вскоре к ним начали подходить отряды королевской армии. Через декаду после того, как армия пшеков собралась на границе, туда же повалили боши. Лагерей и деревень вдоль границы не хватало, поэтому её перешли и заняли несколько деревень маозов. Ни в одной из них не осталось жителей, не было даже собак и кошек. Хлева и закрома были пусты, а колодцы загажены навозом. В одной из таких деревень остановился отряд гвардейцев короля Доброслава, с которым были почти все самостоятельные дворяне свиты принца Мартина.
– Даём маозам возможность собрать силы! – зло говорил граф Лазович. – Могли бы ударить, не дожидаясь эльфов.
Четыре дворянина заняли большую избу деревенского старосты и после ужина собрались в горнице.
– А если ударят по нам? – насмешливо спросил граф Бартошевский. – Это маозы, граф! Я думаю, эльфы будут сильно недовольны, если мы спешкой сорвём им компанию.
– Я мог ожидать таких слов от Зибора, но не от вас, Александр! – рассердился Лазович. – У нас собралось столько воинов, что им не хватает места на границе, а вы празднуете труса!
– Угомонитесь, Карол, – постарался его успокоить барон Зигфрид Боравский. – Договоритесь до дуэли, а потом повесят обоих. Или вы думаете, что король только пугал?
– Не трогайте его, Зигфрид, – лениво сказал лежавший на кровати Зибор. – Разве не видите, что ему страшно? А дуэли... Король не шутил, поэтому выяснять отношения будут только придурки. После войны, если мы уцелеем, я его вызову.
– Откуда такой пессимизм, барон? – спросил Александр. – По вашим словам можно подумать, что вы боитесь противника, хотя я не вижу в вас страха.
– Я не боюсь, – ответил Зибор, – но знаю, что многих из нас побьют, и не горю желанием из-за эльфов подставлять свою голову.
– Знать бы, когда они появятся, – пробурчал не ставший раздувать ссору Карол. – Мне уже надоело здесь сидеть! Вина нет, женщин тоже нет, а есть солдатская еда и храпящий по ночам Александр.
Отряд эльфийских наёмников прибыл через два дня и остановился в этом же селе. Домов не хватило, и многие гвардейцы уступили наёмникам свои, переселившись в спешно поставленные шатры. Вместе с наёмниками прибыл обоз, к которому гвардейцев не допускали. Первый день прибывшие отдыхали, а потом занялись своими возами. С них снимали детали разборных баллист и собирали под присмотром одного из эльфов, которых в отряде было трое.
– Барон, нужна ваша помощь, – обратился к Зибору капитан гвардейцев. – Наёмники будут сами стрелять из метателей, а мои бойцы помогут им с зарядкой. У меня только два офицера, поэтому прошу вас принять команду над тридцатью гвардейцами. Будете обслуживать три баллисты.
Получив согласие, он подвёл Зибора к высокому плечистому наёмнику, который что-то рассказывал гвардейцам.
– Этот офицер у них старший, – сказал он, представляя юношу. – Это барон Зибор Винецкий. Он из дворян свиты нашего принца.
– Ладно, объясню ещё раз, – досадливо поморщился наёмник. – Слушайте, что от вас нужно. У нас девять баллист, которыми можно метать мощные снаряды на три сотни шагов. Мы будем закладывать снаряды и стрелять, а ваша задача – натягивать тетиву. Как видите, и дуга, и тетива сделаны из стали и такую машину быстро не взведут даже десять человек, а нам нужен очень высокий темп стрельбы. Для облегчения работы сделана система рычагов. Четыре человека работают, четверо отдыхают, а двое остальных носят снаряды. Ваша задача – следить за тем, чтобы чередовались заряжающие и заменить их, если кого-нибудь убьют. Всё ясно?
– А почему нет огненного боя? – не понял Зибор. – Баллисты есть и у нас. Не знаю, правда, брали ли их в поход.
– Пушки прибыли с другим отрядом, – непонятно ответил наёмник. – Это тоже огненный бой. Снаряды к нему очень мощные, а стрельба ведётся чаще, чем из пушек. Они не такие тяжёлые и могут быстро выкосить целое войско. У вас все вопросы? Тогда идите за своими вещами, потому что мы больше сюда не вернёмся.
Юноша пошёл к дому старосты, и это его спасло. Пока они говорили, по дороге в деревню проехали три чем-то гружёные телеги. Один из наёмников спросил у мужика, что везут, и, услышав, что продовольствие для гвардейцев, завернул их к своему обозу.
– Гвардейцы перебьются, – сказал он сидевшему на первой телеге мужику. – Правь к тем возам, сейчас мы вас разгрузим.
Мужик согласно кивнул, взмахнул кнутом и развернул лошадей к эльфийскому обозу. Улучив момент, когда наёмник отвернулся, он сунул лучину с намотанной на неё тряпкой в горшок с углями и, когда загорелась пропитанная горючей смесью тряпка, быстро зажёг один за другим два шнура. В двух других телегах было продовольствие, а в его – бомба с восемью вёдрами горючей смеси. Для маскировки её тоже обложили снедью. Когда телеги подъехали вплотную к собранным баллистам и окружавшим их людям, мужики спрыгнули с них на землю.
– Вы пока разгружайте телеги, – сказал старший из приехавших, – а мы отойдём отлить.
Мужики отбросили рогожу с двух последних телег и не спеша пошли в сторону леса. Отойдя шагов на тридцать, они что было сил бросились бежать прочь от обоза.
Зибор был возле дома старосты, когда у него за спиной так громыхнуло, что он моментально оглох. Повернуться юноша уже не успел: страшный удар в спину швырнул его на брёвна стены и погасил сознание. Видимо, он лежал очень недолго, потому что даже не привлёк к себе внимания. Когда Зибор почувствовал, что лежит на холодной земле, тело болело такой болью, какую ещё не доводилось испытывать. Запястье правой руки он, по-видимому, сломал, потому что до него было не дотронуться, да и рёбра тоже были побиты так, что боль в них при каждом вдохе заставляла стонать. Голова раскалывалась от боли и так кружилась, что он, привстав, поспешно лёг обратно на землю. Сквозь звон в ушах слышались чьи-то крики, а мимо него взад-вперёд бегали гвардейцы.
– Вы живы, Зибор? – спросил наклонившийся над ним Александр. – Что здесь случилось?
– Жив, но лучше бы сдох, так хреново, – ответил юноша. – Не знаю, что там случилось, и знать сейчас не хочу. Помогите добраться до кровати, а то я сам не смогу. За правую руку не беритесь, я её, кажется, сломал.
Уцепившись за графа относительно целой левой рукой, он с трудом вошёл в дом и улёгся на кровать.
– Побегу посмотрю, что творится, – сказал ему Александр, – заодно найду для вас костоправа. Наши сейчас там.
Он убежал, а Зибор терпеливо лежал и ждал обещанную помощь, стараясь не двигать рукой и пореже дышать. Трудно было сказать, сколько отсутствовал граф, но юноше показалось, что его не было вечность. Вернулся Александр вместе с Зигфридом и высоким, худым мужчиной в гвардейском мундире.
– Раньше не получилось, – сказал он. – Там слишком много побитых. Сейчас вас посмотрят.
Костоправ наложил шину на запястье и туго замотал.
– С рёбрами придётся повременить, – извинился он. – Я найду, чем их обмотать, и прибегу.
– Что с эльфийским обозом? – спросил Зибор. – Это всё из-за него?
– Нет больше обоза, – зло сказал Зигфрид. – И с полсотни гвардейцев как корова языком слизнула. От метателей мало что осталось, а бомбы рассыпались по лагерю. Лошади побиты, возы сгорели, а на то, что осталось от людей, страшно смотреть. И главное, что никто ничего не знает! Уцелел один эльф, который тронулся головой. Ходит по лагерю и пинает свои бомбы. Одну чуть не закатил в костёр.
– А мужики, которые привезли снедь? – вспомнил Зибор. – Они вроде отошли, пока её разгружали. Может, они что помнят?
– По-моему, не было никаких мужиков, – неуверенно сказал Александр. – Хотя, если они там стояли... Возы исчезли, а тела обгорели так, что не поймёшь, наши это или эльфы.
– И далеко отошли эти... мужики? – спросил Зигфрид.
– Когда я уходил, были в полусотне шагов, – вспомнил Зибор, – но они продолжали идти к лесу, а я больше не смотрел в ту сторону.
