– Я пришла по делу и очень ненадолго, – сказала она управляющему. – Так получилось, что все, с кем я отсюда уехала, ушли из жизни. Последней вчера умерла моя служанка. Тело здесь, в моих комнатах. Её нужно похоронить рядом с могилой слуги. Распорядитесь, чтобы этим занялись, а сами возьмите ключи от комнат моей матери. Я временно поселила там мага, которому нужно предоставить один из гостевых покоев. Есть уже готовые в замке? Вот и прекрасно.
Не дожидаясь прихода управляющего, она вратами прошла в комнаты Райны и отдала ожидавшему её Марту узел с одеждой.
– Сейчас я уйду, и вы переоденетесь. Не было времени подбирать что-то лучше, потом купите себе сами приличную одежду. Возьмите эти чешуйки и делайте амулеты. И не нужно смотреть на меня такими глазами – это именно то, о чём вы подумали. Дружинники принесли магическую клятву и никуда не разбегутся с этими амулетами. Сейчас придёт управляющий с ключами от дверей. Он поселит вас в гостевых покоях замка и поможет всем, что нужно. Позавтракаете и сразу же начинайте работать. И не забудьте проинструктировать дружину.
Подошёл Виктор с пятью рабочими и капитаном дружины. Открыли комнаты Райны и выпустили Марта, которого Ира представила как своего помощника. Потом она вратами вывела из своих апартаментов Игоря, у которого рабочие забрали тело Лаи.
– Сейчас мы уйдём, – сказала она капитану и управляющему, – а вы во всём слушайте Марта. Если получится то, что я запланировала, навещу вас после обеда и поведу в одно место. Это касается дружины, для которой Март сделает амулеты. Сразу предупредите, что обо всём, что они увидят, не стоит болтать.
Закончив разговор, она вместе с Игорем вышла из замка.
– Какое впечатления от моей собственности? – спросила она майора.
– Двойственное, – ответил он. – Всё очень величественное, стены не прошибёшь из орудия, но как-то бедно и неуютно. Жить в таком не тянет. Вы ведь этот замок хотели электрифицировать?
– Этот, у меня пока нет других. А бедно потому, что не закончили ремонт и всё то, что может придать уют, сложено в одном месте.
– И ещё странно видеть, как толпа взрослых мужчин ловит каждое ваше слово. Как-то непривычно.
– Привыкайте. Это кое-кто у вас считает меня девчонкой, здесь я одна из самых сильных и знатных личностей королевства. Я открываю врата, проходите первым.
На этот раз в ангаре были только четверо парней, которые сидели за стоявшим у стены столом и пили горячий чай. Температура была не выше десяти градусов, поэтому уже озябшая возле замка Ира сразу замёрзла.
– Что это у вас такой колотун? – спросила она Игоря. – К вам уже нужно ходить в тёплой одежде.
– Похолодало, – ответил он. – Ирина Игоревна, да вы замёрзли! Сейчас принесём для вас что-нибудь тёплое. Здравия желаю, товарищ майор! Мы не ждали вас так рано. Хотите горячего чаю?
– Мы на минуту, отогреемся у себя. Возьми этот рисунок и пластинку. Надо срочно изготовить к ней по рисунку металлическую оправу. Всё показано приблизительно, просто чтобы было понятно, что нужно. Оправы должны быть такими, чтобы мы сами легко вставляли в них пластины. Я нарисовала четыре выступа, которые нужно загибать, а вы можете придумать что-нибудь другое.
– Какой материал брать для оправы и сколько их нужно?
– Материал любой, лишь бы не ржавел на теле, а оправ нужно штук пятьсот. Но это вообще, а на первое время достаточно сотни. Работу я оплачу, лишь бы не затянули. Это золото за продукты. Заплатила только за себя, а с королём пока не говорила. Сейчас такая ситуация, что не получается отвлекаться ни на что постороннее. Как только раскручусь, сразу займусь вашими вопросами. Напомни о моём предложении обмена золота на золото. Если вам оно нужно срочно, то какое-то количество могу поменять. Только вам нужно самим отчеканить монеты и сделать на них какую-нибудь метку, чтобы не вернулись к вам обратно. Всё, я уже задубела! Игорь, отдавайте свою бумагу, и пойдём.
Когда Ира с майором вышли из врат в коридор особняка, Сая уже расставила в трапезной блюда с завтраком. Она готовила медленнее прежней кухарки, и все успели проголодаться. Ира ещё и намёрзлась, поэтому с удовольствием ела горячую мясную похлёбку, заедая её пышными лепёшками, которые заменяли хлеб. После похлебки были каша с мёдом и сливочным маслом и сладкие булочки. Наевшись, она ушла в свои комнаты собираться к жрецам. Стрелки должны были скоро уехать, а пока дожидались солдат короля возле конюшни. Лина помогла Сае убрать со стола и тоже выбежала во двор к Владимиру. Один майор слонялся без дела. Он побоялся пить отвар сразу после завтрака, а учить слова без стимулятора было лень.
Ира достала из сундука парадное платье и влезла в него, поменяв заодно и туфли. До этого она надевала его только один раз при примерке. Платье вышло изумительной красоты и сидело на Ире идеально, но было жёстким и тяжёлым. Одних драгоценных камней на него пошло с килограмм. Помянув нехорошим словом Лину с её любовью, девушка направилась к выходу из особняка, откуда подозвала служанку.
– Лина! Затяни побыстрее шнуровку, только не перестарайся, а то я задохнусь.
– Сейчас, миледи, всё сделаю! Какое замечательное платье! Вы в нём прямо королева!
– Не сглазь. Сделай чуть слабее.
Увидев, что её уже зашнуровали, стрелки подошли к дому полюбоваться на сверкающее всеми цветами радуги платье.
– Не вздумайте в таком виде показаться королю, – предупредил Сантор. – Он больше не выпустит вас из дворца.
– Платье прекрасное, а вы в нём само очарование! – почему-то с грустью сказала Аглая. – Но Сантор говорит дело. Если не хотите стать любовницей короля, держитесь от него подальше, когда на вас такие туалеты. По-моему, он к вам и так неравнодушен.
– Ирина! – взмолился Владимир. – Одно фото!
– Ладно, – сжалилась она. – Только делайте побыстрее. Мне пора уходить, да и за вами сейчас приедут.
Владимир сбегал за фотоаппаратом и, отойдя от крыльца шагов на пять, приготовился снимать.
– Чем вы занимаетесь? – спросил майор, обогнув стоявшую на крыльце Иру. – Кого снимаем?
«Пошутить над ним, что ли?» – подумала девушка.
– Постойте на месте! – сказала она Игорю, подбежала к нему и прижалась, обхватив руками.
Владимир не сплоховал и успел сделать кадр, прежде чем майор выпутался из её объятий.
– И что это должно означать? – строго спросил он Иру.
– Ваша жена поймёт, что это должно означать пламенную страсть! – ехидно сказала девушка. – Если начнёте вредничать, отправим ей фото. Скандал гарантирую.
– Здесь пахло бы не скандалом, а разводом, – засмеялся Владимир. – В вашем коварном плане есть слабое место: наш майор уже разведён, так что не получится шантажировать его этой фотографией, наоборот, будет ею хвастать.
– Не больно ею похвастаешь, – проворчал Игорь. – Твои фотографии проходят под грифом «совершенно секретно» и не уйдут дальше нашего управления, разве что Ирине отдадут в этот мир копии, если попросит. Откуда на вас такая красота и что означает этот рисунок камнями на груди?
– Это моё парадное платье, а рисунок – фамильный герб. Всё, мне уже пора идти, а за вами приехали гвардейцы.
Ира вошла в дом и поспешила в свою комнату за уже собранной сумкой. Когда готовила эту вылазку, девушка хотела взять обычную сумку из некрашеной кожи, какими здесь пользовались все, но потом поняла, что на фоне парадного платья она выглядит убого и может испортить эффект. Поэтому взяла купленную на Земле дамскую сумочку. С большим трудом в неё удалось запихнуть всё необходимое. Ещё раз проверив, всё ли взяла, она посмотрела на себя в зеркало, глубоко вздохнула и открыла врата.
Сегодня на площади перед храмом Ашуга было многолюдно. Горожане гуляли, радуясь тёплой и солнечной погоде, которая вскоре должна была смениться затяжными дождями. В противоположном от храма конце площади ходили лоточники, продававшие жареные орешки и сладкие булочки, которые охотно покупались и тут же съедались гулявшими. Здесь же ходили и стражники, следившие за порядком и за тем, чтобы никто не сорил скорлупой. Внезапно в центре площади вспыхнул огромный круг света, яркий, несмотря на солнечный день. Разорвав хоровод разноцветных огней, из него вышла изумительно красивая девушка в сияющем на солнце платье. Световой круг исчез, а она обвела взглядом застывшую толпу и подняла руку. Вспыхнули дома на площади, пылали городские кварталы. Повсюду лежали распростёртые окровавленные тела, и со всех сторон неслись крики горя и страдания.
Ира смотрела на застывших в ужасе людей и продолжала вливать силу в заклинание. Решив, что, нагнала достаточно страха, она его погасила. Увиденное не было иллюзией. Внушить такое толпе очень трудно, а на отработку самой картины потребовалось бы не меньше месяца, поэтому она пошла другим путем, заставив каждого из присутствующих на площади увидеть разрушение своего дома и смерть своих близких, подхлестнув заклинанием их воображение. Когда кошмар пропал, девушка нахмурила брови и обличающим жестом протянула руку в сторону храма, давая понять, кто станет виновником показанных бедствий. Потом не торопясь подошла к храму и, не обращая внимания на стоявшую возле входа охрану, вошла в стену. Это оказалось последней каплей, и народ начал в страхе разбегаться. Только немногие смельчаки не убежали, а лишь выбрались за пределы площади на подходившие к ней улицы и стали свидетелями последующих событий, о которых рассказали потом всему городу.
Март вычертил Ирине подробный план помещений храма, поэтому она двинулась прямо к молельному залу, не обращая внимания на суетящихся вокруг жрецов. Сначала они пытались атаковать всеми известными заклятиями, а когда это не помогло, бросились с оружием. В результате перепуганные жрецы раздались в стороны и уже в отдалении сопровождали страшную гостью. Ира их понимала: как можно бороться с врагом, которого не берёт магия и через которого, как сквозь воздух, проходит оружие, не нанося никакого вреда? У входа была сделана последняя безуспешная попытка остановить. Войдя в зал, Ира подошла к возвышению, на котором стоял алтарь и повернулась к столпившимся в зале жрецам.
– Ну и чего вы добились? Вы убили моего старого слугу, которому и так осталось недолго жить, в надежде меня запугать или сделать больно. Первое у вас не получилось, а вот второе – вполне. И теперь я пришла отомстить и за его смерть, и за эту боль. Много ли значит для вас жизнь старика? Конечно, нет. Но из-за своей глупости и ненависти ко мне вы лишитесь храма. Я забираю его себе. Если вы подчинитесь моему решению, я позволю вам взять свои вещи и спокойно удалиться, если нет, будете бежать отсюда наперегонки, отпихивая друг друга. Решайте сейчас, я не собираюсь ждать.
– Я не знаю, как тебе удаётся это проделывать, – обратился к Ирине один из высших жрецов, – но неужели ты действительно думаешь, что мы настолько глупы, что послушаем тебя и уйдём?
– Я так не думаю, – покачала головой Ира, – и как раз потому, что вы глупы. Даже дикие звери во время пожаров и других стихийных бедствий прекращают охоту и спасаются все вместе. Вы хуже зверей! Король рассказал вам о том, что скоро на нашу землю придут с огнём и мечом сардийцы. Среди них будет много мастеров, у которых к вам старые счёты, а вместе с ними придёт и войско вооружённых и обученных воевать шуров. К вам у них ещё больше ненависти. И как на это отреагировали ваши старшие? Вместо того чтобы собрать силы в кулак и дать отпор врагу, они опять затеяли борьбу за власть, убивая мастеров, чтобы не дать усилиться королевской власти! В уме ли вы? Я не собираюсь взывать к вашей совести, потому что у вас её нет, а всё это говорю в надежде, что среди младших остались умные люди, которые порвут с высшими, после того как вы отсюда уберётесь. Время вышло. Вы уходите?
Ответом ей было общее молчание.
– Ну что же, я так и думала, – сказала Ира. – Не хотите уйти подобру, вам же хуже!
С этими словами она достала из сумки один из шаров и бросила на алтарь, придав ему обычные свойства в момент броска. Ударившись о плиту алтаря, шар разбился, выпустив на волю клуб жёлтого дыма. Пару секунд ничего не происходило, потом раздались первые вопли, а уже через минуту все находившиеся в зале выли от нестерпимой вони, пытаясь почти ослепшими от слёз глазами увидеть выход в коридор. В дверях образовалась давка. Многие сгибались в приступе рвоты, оставляя содержимое своих желудков на камнях пола и на одежде друг друга. Амулет с заклинанием Страшилы позволял не чувствовать вони, которая сводила с ума жрецов, но Ире стало противно. Она прошла через них и двинулась по центральному коридору, разбрасывая другие шары. Заклинание, с помощью которого была собрана в шары эта дрянь, тоже дал Страшила. Зверь сказал, что от этого запаха не защитят двери и он держится годами. Уничтожить вонь или защититься можно было только магически или с помощью кислородных приборов. Когда закончились шары, Ира создала врата и исчезла из храма. Теперь нужно было ждать, пока его смогут покинуть жрецы. Им на это потребовалось больше часа. Ослепшие, кашляющие и чихающие, исходящие соплями и блевотой, они один за другим на ощупь, а многие вообще ползком, выбирались из ворот, образовав на площади перед храмом невыносимо вонявшую толпу. Когда уже минут двадцать не было новых беглецов, кто-то догадался закрыть створки ворот, и вскоре мерзостный запах почти исчез, унесённый поднявшимся ветром. Недолго посовещавшись, высшие повели потерявших свой храм жрецов в сторону королевского дворца.
Ира наблюдала это вместе с зеваками, уже переодетая в повседневное платье и набросившая на всякий случай облик Саи. Отойдя от площади, она открыла врата и ушла в свой замок. Чтобы разыскать Марта, потребовалось несколько минут.
– Получилось? – спросил бывший жрец.
– Побежали жаловаться на меня королю. Нам надо торопиться. Ты всё сделал?
– Идиоты! – прокомментировал её слова Март. – Жалоба – признак слабости, все это так и воспримут. У нас всё готово, дело за вами. Я пока не стал привязывать амулеты к владельцам. Вы, кажется, хотели поместить в них что-то ещё?
– Надо наложить заклинание от применённой мной вони, а то мы сами не сможем туда войти. Где амулеты?
– Они уже у ваших дружинников. Собирать людей?
– Да, собирайте и побыстрее, неизвестно, что решит король. Сумки подготовили?
– Всё, о чём вы говорили, готово.
Через полчаса, когда все собрались и Ира доработала амулеты, она открыла врата в храм и запустила в него свою призовую команду. Ведомые Мартом дружинники забрали из хранилища все магические книги, а потом вернулись за храмовым золотом. Вынос золота длился пять часов, и все устали до предела, а Ира потеряла почти весь запас магических сил. На врата в одном мире их уходило немного, но если приходится открывать сто раз... Когда она прикинула, сколько золота они вывалили на земляной пол подвальных кладовых, получилось не меньше пяти тонн.
Не дожидаясь прихода управляющего, она вратами прошла в комнаты Райны и отдала ожидавшему её Марту узел с одеждой.
– Сейчас я уйду, и вы переоденетесь. Не было времени подбирать что-то лучше, потом купите себе сами приличную одежду. Возьмите эти чешуйки и делайте амулеты. И не нужно смотреть на меня такими глазами – это именно то, о чём вы подумали. Дружинники принесли магическую клятву и никуда не разбегутся с этими амулетами. Сейчас придёт управляющий с ключами от дверей. Он поселит вас в гостевых покоях замка и поможет всем, что нужно. Позавтракаете и сразу же начинайте работать. И не забудьте проинструктировать дружину.
Подошёл Виктор с пятью рабочими и капитаном дружины. Открыли комнаты Райны и выпустили Марта, которого Ира представила как своего помощника. Потом она вратами вывела из своих апартаментов Игоря, у которого рабочие забрали тело Лаи.
– Сейчас мы уйдём, – сказала она капитану и управляющему, – а вы во всём слушайте Марта. Если получится то, что я запланировала, навещу вас после обеда и поведу в одно место. Это касается дружины, для которой Март сделает амулеты. Сразу предупредите, что обо всём, что они увидят, не стоит болтать.
Закончив разговор, она вместе с Игорем вышла из замка.
– Какое впечатления от моей собственности? – спросила она майора.
– Двойственное, – ответил он. – Всё очень величественное, стены не прошибёшь из орудия, но как-то бедно и неуютно. Жить в таком не тянет. Вы ведь этот замок хотели электрифицировать?
– Этот, у меня пока нет других. А бедно потому, что не закончили ремонт и всё то, что может придать уют, сложено в одном месте.
– И ещё странно видеть, как толпа взрослых мужчин ловит каждое ваше слово. Как-то непривычно.
– Привыкайте. Это кое-кто у вас считает меня девчонкой, здесь я одна из самых сильных и знатных личностей королевства. Я открываю врата, проходите первым.
На этот раз в ангаре были только четверо парней, которые сидели за стоявшим у стены столом и пили горячий чай. Температура была не выше десяти градусов, поэтому уже озябшая возле замка Ира сразу замёрзла.
– Что это у вас такой колотун? – спросила она Игоря. – К вам уже нужно ходить в тёплой одежде.
– Похолодало, – ответил он. – Ирина Игоревна, да вы замёрзли! Сейчас принесём для вас что-нибудь тёплое. Здравия желаю, товарищ майор! Мы не ждали вас так рано. Хотите горячего чаю?
– Мы на минуту, отогреемся у себя. Возьми этот рисунок и пластинку. Надо срочно изготовить к ней по рисунку металлическую оправу. Всё показано приблизительно, просто чтобы было понятно, что нужно. Оправы должны быть такими, чтобы мы сами легко вставляли в них пластины. Я нарисовала четыре выступа, которые нужно загибать, а вы можете придумать что-нибудь другое.
– Какой материал брать для оправы и сколько их нужно?
– Материал любой, лишь бы не ржавел на теле, а оправ нужно штук пятьсот. Но это вообще, а на первое время достаточно сотни. Работу я оплачу, лишь бы не затянули. Это золото за продукты. Заплатила только за себя, а с королём пока не говорила. Сейчас такая ситуация, что не получается отвлекаться ни на что постороннее. Как только раскручусь, сразу займусь вашими вопросами. Напомни о моём предложении обмена золота на золото. Если вам оно нужно срочно, то какое-то количество могу поменять. Только вам нужно самим отчеканить монеты и сделать на них какую-нибудь метку, чтобы не вернулись к вам обратно. Всё, я уже задубела! Игорь, отдавайте свою бумагу, и пойдём.
Глава 23
Когда Ира с майором вышли из врат в коридор особняка, Сая уже расставила в трапезной блюда с завтраком. Она готовила медленнее прежней кухарки, и все успели проголодаться. Ира ещё и намёрзлась, поэтому с удовольствием ела горячую мясную похлёбку, заедая её пышными лепёшками, которые заменяли хлеб. После похлебки были каша с мёдом и сливочным маслом и сладкие булочки. Наевшись, она ушла в свои комнаты собираться к жрецам. Стрелки должны были скоро уехать, а пока дожидались солдат короля возле конюшни. Лина помогла Сае убрать со стола и тоже выбежала во двор к Владимиру. Один майор слонялся без дела. Он побоялся пить отвар сразу после завтрака, а учить слова без стимулятора было лень.
Ира достала из сундука парадное платье и влезла в него, поменяв заодно и туфли. До этого она надевала его только один раз при примерке. Платье вышло изумительной красоты и сидело на Ире идеально, но было жёстким и тяжёлым. Одних драгоценных камней на него пошло с килограмм. Помянув нехорошим словом Лину с её любовью, девушка направилась к выходу из особняка, откуда подозвала служанку.
– Лина! Затяни побыстрее шнуровку, только не перестарайся, а то я задохнусь.
– Сейчас, миледи, всё сделаю! Какое замечательное платье! Вы в нём прямо королева!
– Не сглазь. Сделай чуть слабее.
Увидев, что её уже зашнуровали, стрелки подошли к дому полюбоваться на сверкающее всеми цветами радуги платье.
– Не вздумайте в таком виде показаться королю, – предупредил Сантор. – Он больше не выпустит вас из дворца.
– Платье прекрасное, а вы в нём само очарование! – почему-то с грустью сказала Аглая. – Но Сантор говорит дело. Если не хотите стать любовницей короля, держитесь от него подальше, когда на вас такие туалеты. По-моему, он к вам и так неравнодушен.
– Ирина! – взмолился Владимир. – Одно фото!
– Ладно, – сжалилась она. – Только делайте побыстрее. Мне пора уходить, да и за вами сейчас приедут.
Владимир сбегал за фотоаппаратом и, отойдя от крыльца шагов на пять, приготовился снимать.
– Чем вы занимаетесь? – спросил майор, обогнув стоявшую на крыльце Иру. – Кого снимаем?
«Пошутить над ним, что ли?» – подумала девушка.
– Постойте на месте! – сказала она Игорю, подбежала к нему и прижалась, обхватив руками.
Владимир не сплоховал и успел сделать кадр, прежде чем майор выпутался из её объятий.
– И что это должно означать? – строго спросил он Иру.
– Ваша жена поймёт, что это должно означать пламенную страсть! – ехидно сказала девушка. – Если начнёте вредничать, отправим ей фото. Скандал гарантирую.
– Здесь пахло бы не скандалом, а разводом, – засмеялся Владимир. – В вашем коварном плане есть слабое место: наш майор уже разведён, так что не получится шантажировать его этой фотографией, наоборот, будет ею хвастать.
– Не больно ею похвастаешь, – проворчал Игорь. – Твои фотографии проходят под грифом «совершенно секретно» и не уйдут дальше нашего управления, разве что Ирине отдадут в этот мир копии, если попросит. Откуда на вас такая красота и что означает этот рисунок камнями на груди?
– Это моё парадное платье, а рисунок – фамильный герб. Всё, мне уже пора идти, а за вами приехали гвардейцы.
Ира вошла в дом и поспешила в свою комнату за уже собранной сумкой. Когда готовила эту вылазку, девушка хотела взять обычную сумку из некрашеной кожи, какими здесь пользовались все, но потом поняла, что на фоне парадного платья она выглядит убого и может испортить эффект. Поэтому взяла купленную на Земле дамскую сумочку. С большим трудом в неё удалось запихнуть всё необходимое. Ещё раз проверив, всё ли взяла, она посмотрела на себя в зеркало, глубоко вздохнула и открыла врата.
Сегодня на площади перед храмом Ашуга было многолюдно. Горожане гуляли, радуясь тёплой и солнечной погоде, которая вскоре должна была смениться затяжными дождями. В противоположном от храма конце площади ходили лоточники, продававшие жареные орешки и сладкие булочки, которые охотно покупались и тут же съедались гулявшими. Здесь же ходили и стражники, следившие за порядком и за тем, чтобы никто не сорил скорлупой. Внезапно в центре площади вспыхнул огромный круг света, яркий, несмотря на солнечный день. Разорвав хоровод разноцветных огней, из него вышла изумительно красивая девушка в сияющем на солнце платье. Световой круг исчез, а она обвела взглядом застывшую толпу и подняла руку. Вспыхнули дома на площади, пылали городские кварталы. Повсюду лежали распростёртые окровавленные тела, и со всех сторон неслись крики горя и страдания.
Ира смотрела на застывших в ужасе людей и продолжала вливать силу в заклинание. Решив, что, нагнала достаточно страха, она его погасила. Увиденное не было иллюзией. Внушить такое толпе очень трудно, а на отработку самой картины потребовалось бы не меньше месяца, поэтому она пошла другим путем, заставив каждого из присутствующих на площади увидеть разрушение своего дома и смерть своих близких, подхлестнув заклинанием их воображение. Когда кошмар пропал, девушка нахмурила брови и обличающим жестом протянула руку в сторону храма, давая понять, кто станет виновником показанных бедствий. Потом не торопясь подошла к храму и, не обращая внимания на стоявшую возле входа охрану, вошла в стену. Это оказалось последней каплей, и народ начал в страхе разбегаться. Только немногие смельчаки не убежали, а лишь выбрались за пределы площади на подходившие к ней улицы и стали свидетелями последующих событий, о которых рассказали потом всему городу.
Март вычертил Ирине подробный план помещений храма, поэтому она двинулась прямо к молельному залу, не обращая внимания на суетящихся вокруг жрецов. Сначала они пытались атаковать всеми известными заклятиями, а когда это не помогло, бросились с оружием. В результате перепуганные жрецы раздались в стороны и уже в отдалении сопровождали страшную гостью. Ира их понимала: как можно бороться с врагом, которого не берёт магия и через которого, как сквозь воздух, проходит оружие, не нанося никакого вреда? У входа была сделана последняя безуспешная попытка остановить. Войдя в зал, Ира подошла к возвышению, на котором стоял алтарь и повернулась к столпившимся в зале жрецам.
– Ну и чего вы добились? Вы убили моего старого слугу, которому и так осталось недолго жить, в надежде меня запугать или сделать больно. Первое у вас не получилось, а вот второе – вполне. И теперь я пришла отомстить и за его смерть, и за эту боль. Много ли значит для вас жизнь старика? Конечно, нет. Но из-за своей глупости и ненависти ко мне вы лишитесь храма. Я забираю его себе. Если вы подчинитесь моему решению, я позволю вам взять свои вещи и спокойно удалиться, если нет, будете бежать отсюда наперегонки, отпихивая друг друга. Решайте сейчас, я не собираюсь ждать.
– Я не знаю, как тебе удаётся это проделывать, – обратился к Ирине один из высших жрецов, – но неужели ты действительно думаешь, что мы настолько глупы, что послушаем тебя и уйдём?
– Я так не думаю, – покачала головой Ира, – и как раз потому, что вы глупы. Даже дикие звери во время пожаров и других стихийных бедствий прекращают охоту и спасаются все вместе. Вы хуже зверей! Король рассказал вам о том, что скоро на нашу землю придут с огнём и мечом сардийцы. Среди них будет много мастеров, у которых к вам старые счёты, а вместе с ними придёт и войско вооружённых и обученных воевать шуров. К вам у них ещё больше ненависти. И как на это отреагировали ваши старшие? Вместо того чтобы собрать силы в кулак и дать отпор врагу, они опять затеяли борьбу за власть, убивая мастеров, чтобы не дать усилиться королевской власти! В уме ли вы? Я не собираюсь взывать к вашей совести, потому что у вас её нет, а всё это говорю в надежде, что среди младших остались умные люди, которые порвут с высшими, после того как вы отсюда уберётесь. Время вышло. Вы уходите?
Ответом ей было общее молчание.
– Ну что же, я так и думала, – сказала Ира. – Не хотите уйти подобру, вам же хуже!
С этими словами она достала из сумки один из шаров и бросила на алтарь, придав ему обычные свойства в момент броска. Ударившись о плиту алтаря, шар разбился, выпустив на волю клуб жёлтого дыма. Пару секунд ничего не происходило, потом раздались первые вопли, а уже через минуту все находившиеся в зале выли от нестерпимой вони, пытаясь почти ослепшими от слёз глазами увидеть выход в коридор. В дверях образовалась давка. Многие сгибались в приступе рвоты, оставляя содержимое своих желудков на камнях пола и на одежде друг друга. Амулет с заклинанием Страшилы позволял не чувствовать вони, которая сводила с ума жрецов, но Ире стало противно. Она прошла через них и двинулась по центральному коридору, разбрасывая другие шары. Заклинание, с помощью которого была собрана в шары эта дрянь, тоже дал Страшила. Зверь сказал, что от этого запаха не защитят двери и он держится годами. Уничтожить вонь или защититься можно было только магически или с помощью кислородных приборов. Когда закончились шары, Ира создала врата и исчезла из храма. Теперь нужно было ждать, пока его смогут покинуть жрецы. Им на это потребовалось больше часа. Ослепшие, кашляющие и чихающие, исходящие соплями и блевотой, они один за другим на ощупь, а многие вообще ползком, выбирались из ворот, образовав на площади перед храмом невыносимо вонявшую толпу. Когда уже минут двадцать не было новых беглецов, кто-то догадался закрыть створки ворот, и вскоре мерзостный запах почти исчез, унесённый поднявшимся ветром. Недолго посовещавшись, высшие повели потерявших свой храм жрецов в сторону королевского дворца.
Ира наблюдала это вместе с зеваками, уже переодетая в повседневное платье и набросившая на всякий случай облик Саи. Отойдя от площади, она открыла врата и ушла в свой замок. Чтобы разыскать Марта, потребовалось несколько минут.
– Получилось? – спросил бывший жрец.
– Побежали жаловаться на меня королю. Нам надо торопиться. Ты всё сделал?
– Идиоты! – прокомментировал её слова Март. – Жалоба – признак слабости, все это так и воспримут. У нас всё готово, дело за вами. Я пока не стал привязывать амулеты к владельцам. Вы, кажется, хотели поместить в них что-то ещё?
– Надо наложить заклинание от применённой мной вони, а то мы сами не сможем туда войти. Где амулеты?
– Они уже у ваших дружинников. Собирать людей?
– Да, собирайте и побыстрее, неизвестно, что решит король. Сумки подготовили?
– Всё, о чём вы говорили, готово.
Через полчаса, когда все собрались и Ира доработала амулеты, она открыла врата в храм и запустила в него свою призовую команду. Ведомые Мартом дружинники забрали из хранилища все магические книги, а потом вернулись за храмовым золотом. Вынос золота длился пять часов, и все устали до предела, а Ира потеряла почти весь запас магических сил. На врата в одном мире их уходило немного, но если приходится открывать сто раз... Когда она прикинула, сколько золота они вывалили на земляной пол подвальных кладовых, получилось не меньше пяти тонн.
