Но меня это не касается. Скажу, что твой случай не лечится, и никто даже не усомниться.
– А, по-твоему, он лечится?
– Не знаю, Кирилл. У меня было много пациентов с безнадёжными заболеваниями, и я всех излечила. Но такого, как ты, пока не было. Так что лучше не хами и не мешай себя лечить. Разве ты не хочешь жить?
– А ты кто?
– Инопланетянка.
– Клёво! А когда прилетела?
– С полгода назад. Только об этом надо молчать!
– Замётано! А как ты собираешься меня лечить?
– Сначала я должна посмотреть твоё сердце, а потом будет видно.
– Рубашку снимать?
– Не нужно, я могу видеть сквозь одежду.
– Тогда скажи, что у меня в карманах брюк.
– В правом лежит выкидной нож, а в левом – ключ и блокнот.
– Верно! – он побледнел и отодвинулся от Ольги. – А как ты узнала?
– Говорю же тебе, что инопланетянка. Думаешь, как бы я щёлкала ваши болезни как орехи? Забирайся на стул и хоть пять минут посиди спокойно.
Мальчишка сел на стул и ненадолго угомонился, так что ей удалось рассмотреть все нарушения потока энергии в районе сердечной чакры. Хотя назвать потоком то, что она наблюдала, не поворачивался язык, так, ручеёк.
– Посиди немного, – попросила она. – Я нашла твои закупорки, теперь их нужно убрать. Постараюсь сделать быстро. Плохо, что ты у меня уже третий, и я не экономила силу на больных.
Всего было три закупорки, и Ольга после нескольких неудачных попыток научилась разрушать их точечными уколами силы. Работа оказалась более длительной, чем ожидала, зато ток энергии в грудной клетке Кирилла полностью восстановился, да и сил он получил много.
– Всё сделала! – сказала она почему-то испуганному мальчику.
– У тебя светились глаза! – сообщил он Ольге, по-прежнему стараясь держаться от неё подальше. – Они у тебя серые, а светились зелёным. Ты и вправду с другой планеты?
– А для чего мне тебе врать? – Ольга хотела по привычке пожать плечами, но передумала: сил не осталось вообще. – Мне плохо, где можно прилечь?
– В гостиной на диване! – он вскочил со стула. – Давай помогу!
Ольга попыталась подняться, но ноги подогнулись, и она упала на расстеленный в детской ковёр.
Сидевший в машине Игорь видел, как минут через десять после того, как Ольга вошла в подъезд, из него вышли двое мужчин.
– Вон тот, который пониже, наш заказчик, – сказал Рыбин.
Высокий куда-то ушёл, а заказчик закурил и начал нервно прохаживаться возле подъезда. Закончив одну сигарету, он зажёг другую. Когда была докурена и она, ему кто-то позвонил по мобильному телефону. После короткого разговора заказчик опрометью бросился к подъезду.
– Что-то случилось! – Виталий распахнул дверцу и выскочил из машины. – Сергей Станиславович, подождите!
Следом за Рыбиным машину покинули все, кроме Геннадия.
– Скажите, что случилось! Это не связано с целителем? Я от Рогожина, мы приехали вместе с ней!
– Тогда поспешите за мной. Только что звонил сын и сказал, что ваша целительница в обмороке.
Они бегом поднялись на третий этаж и, сбросив в прихожей обувь, следом за хозяином квартиры забежали в детскую. На полу без сознания лежала Ольга, а рядом с ней взахлёб плакал мальчишка. Когда Игорь перенёс жену на диван в гостиной, стали решать, что делать дальше.
– У нас нет ни глюкозы, ни кислорода! – зло говорил Игорь. – Ведь знал, что этим может кончиться, и ничем не запасся! Хотя я без обучения не попаду в вену. Дыхание у Ольги слабое, но пульс хороший, в госпитале ей было намного хуже. Давайте подождём. Если ей станет лучше, дадим отдохнуть и повезём домой, а если затянется или станет хуже, вызовем скорую.
Ольга очнулась через полчаса.
– Я вырубилась? – слабым голосом спросила она Игоря.
– Помолчи пока! – пресёк он попытки к разговору. – Ты перестаралась и в результате лишилась сознания. Хорошо, что там мягкий ковёр. Кирилл сказал, что ты упала лицом вниз. Он вызвал по телефону отца и открыл дверь, а мы увидели его забег и сели на хвост. Мальчишка рыдал над твоим телом, у тебя до сих пор блузка мокрая от его слёз. Ему гораздо лучше, так что ты не напрасно надрывалась. Тебе дать попить что-нибудь горячее?
– Мёд есть? Если есть, размешайте в стакане тёплой воды ложек пять.
То ли помог мёд, то ли Ольга за это время уже немного восстановила потраченное, но вскоре она уже встала на ноги, не отказываясь придерживаться за руку мужа. За другую держал Кирилл и неохотно отпустил только тогда, когда Ольга стала надевать пальто.
– Будь пока осторожен и не напрягайся, – сказала она мальчишке на прощание. – Ты начал выздоравливать, но полное выздоровление займёт недели две-три.
Пока добрались до дома, Ольге стало намного лучше, поэтому, ещё не видя стоявших у их подъезда автомашин, она почувствовала исходящую от них угрозу.
– Осторожнее, ребята! – предупредила она своих. – У нас гости и, как мне кажется, не очень приятные.
– Может, поедем в другое место? – предложил Рыбин. – А сюда пришлём кого-нибудь для проверки.
– Поздно, Виталий, нас уже заметили. Это в тех двух иномарках. И они не отстанут. Вы же не хотите устраивать гонки? С нами двое телохранителей и позади машина с охранниками из агентства, так что они не будут наглеть. Давайте послушаем, что от нас нужно.
– Я сегодня тоже вооружён.
– Вот и подготовьте свои пушки. Смотрите, они покидают машины. Геннадий, забери вправо.
– Я заберу влево, – не согласился водитель. – Пусть с ними сначала поговорит охрана.
Их машина подъехала к дому и свернула влево от иномарок, которые перегородили путь к подъезду. Телохранитель Рогожина покинул салон и направился к стоявшим возле машин мужчинам. Сергей тоже вышел подстраховать напарника. Охранники подъехавшего «форда» поговорили с ним и остались в машине. Чужих, не считая водителей, было четверо: представительный невысокий мужчина и три крепких парня. Ольга обострила слух, поэтому могла слышать разговор.
– Кто вы и что вам нужно? – спросил телохранитель Рогожина.
– Я поговорю об этом с Ольгой Александровной, – сказал старший. – Это намного быстрее, чем переговариваться через вас. У меня к ней предложение и ничего больше.
– Сергей, – сказала Ольга. – Крикни, чтобы его привели сюда одного.
Услышав её предложение, мужчина зашагал к их машине.
– У вас есть оружие? – спросил задержавший его Сергей.
– Конечно нет, молодой человек. Я не пользуюсь оружием, для защиты есть охрана.
– Пропусти его, Сергей, – сказала Ольга. – Я не приглашаю вас в салон. Сегодня был тяжёлый день, я устала и не расположена к долгим разговорам, поэтому постарайтесь изложить своё предложение покороче.
– Постараюсь. Для начала позвольте представиться. Я член коллегии адвокатов Михаил Вениаминович Минц. К вам меня направили очень серьёзные люди. Нужно срочно оказать помощь одному из них, находящемуся в тяжёлом состоянии.
– И что же случилось с вашим серьёзным человеком?
– Несколько огнестрельных ранений. Хирург извлёк пули, но лечить отказался. Случай, по его мнению, безнадёжный.
– Ну и я отказываюсь. Я уже полностью выложилась и не в состоянии лечить. К тому же не хочу иметь никаких дел с криминалом.
– Зря вы так, Ольга Александровна! – огорчился Минц. – Право слово, зря. Я могу понять отказ, связанный с вашим состоянием, но в остальном... Те, о ком я говорю, тесно связан со многими из ваших клиентов, и обладают достаточно большими возможностями, чтобы заставить считаться с собой любого. Это уже не говоря о том, что они очень щедро оплачивают услуги.
– Не скажете, как они на меня вышли?
– Вы засветились, когда лечили пострадавшего в аварии военного. Свидетелями был весь персонал лечебного центра, так что теперь вы известная личность. Значит, отказываете мне в просьбе? Мне безразлично, что будет с пострадавшим. Он мне не родной дядюшка и даже не клиент. А вот вас хочу предостеречь. Пострадавший, как бы это сказать деликатнее... не русского происхождения. Боюсь, что его друзья и родственники очень болезненно отреагируют на ваш отказ и его смерть. А вы ещё отказались вообще иметь с нами дело.
– А если бы не отказалась?
– Тогда вас прикрыли бы такие люди, с которыми те горячие парни вряд ли стали бы связываться.
– Эти горячие парни, случайно, не из Чечни? Ладно, можете не отвечать. Мой окончательный ответ будет отрицательным.
Недовольный адвокат и его охрана сели в машины и уехали, а Славины с Сергеем простились с остальными и поднялись в квартиру. Рогожин позвонил, когда Ольга переодевалась в спальне, поэтому с ним говорил Игорь. Выслушал, он поблагодарил и отправился к в жене.
– Звонил Рогожин. Предупредил, что, по его сведениям, завтра в Москву прилетает Дементьев.
– Вот гадство! – выругалась Ольга. – Мало нам было чеченских мафиози, так теперь и этого принесло.
– А кто тебе сказал, что это чеченцы? В Москве больше грузинского криминала.
– А для нас с тобой есть разница? Если прислали такую представительную делегацию, значит, речь идёт о крупной шишке. У них сильные семейные связи, так что тех, кто будет нами недоволен, наберётся порядочно, и своё недовольство они будут выражать, как привыкли, – силой. Надеюсь, что ты ничего не говорил Рогожину?
– Зачем зря трепать ему нервы? Чем он может помочь в этой ситуации? А вот Рощину позвонить нужно.
– И он тут же предложит всё здесь бросить и переселяться на их базу, а я этого пока не хочу. Нужно дождаться приезда Рогожина и решить с ним вопросы по клинике, и не дали ответ на наши требования. Поэтому я считаю, что сейчас преждевременно попадать в полную зависимость от ФСБ. Но позвонить не помешает, может, он подскажет что-нибудь полезное.
Ольга как в воду смотрела. На звонок Игоря с описанием адвоката Алексей выругался и предложил немедленно переправить их на одну из баз ФСБ под Москвой.
– Мы пока не можем, – начал объяснять ситуацию Игорь. – Нужно дождаться Рогожина и решить с ним ряд дел, да и у вашего руководства нет по нам полной ясности. С клиентами мы закончили, так что постараемся как можно реже выбираться из дома.
– Я сам хотел вам позвонить. Нет, не по вашим требованиям, хотел передать, что завтра днём прилетает Дементьев. Это тот олигарх, чьи люди устроили на тебя засаду возле «Викинга». Возможно, его прилёт ничем не грозит, но всё равно будьте осторожны. Он не отморозок и, несмотря на криминальные замашки, не будет действовать нахрапом. Может даже явиться к вам с извинениями и предложением сотрудничества, хотя такое не в его характере. Я постараюсь хоть немного ускорить решение ваших дел, но ничего не обещаю – это не мой уровень. Сегодня же посмотрю сводки по криминальным разборкам и, если нарою что-нибудь полезное, позвоню.
– Не нужно передавать содержание разговора, сказала Ольга. – Я на него настроилась и всё слышала. У нас до ужина целых три часа, и я думаю провести их с тобой в постели. Я тебя хочу, а желание женщины – закон! Да и у тебя после моих слов появилось желание. И не нужно возражать, забыл, что я могу видеть тебя без одежды?
– А кто возражает, я, что ли? Но не слишком ли ты слаба?
– Вот заодно и подзаряжусь.
Перед сном Ольга полностью восстановила запас сил и попробовала открыть последнюю чакру, но только бесполезно потеряла два часа.
– Ты сам медитировал? – спросила она мужа. – Или опять валялся с книгой?
– Валялся, – ответил он. – Для медитации нужно внутреннее спокойствие, а как я могу быть спокоен, когда с тобой в любой момент может случиться что угодно? Сейчас сяду, только узнаю, чем ты закончила.
– Ничем. Упёрлась, как в стену, и пробиться не получается. По-моему, там стоит барьер.
– Опять дед?
– Вряд ли. Я сейчас намного сильнее, чем тогда, когда прорывала его барьер. Не мог он такого поставить, не хватило бы сил.
– Может, сакты?
– Наверное. Моих тогдашних способностей для тебя хватало, а зачем им на Земле сильный маг? Могли заблокировать мне сахасрару. Если это так, то я сама не пробьюсь.
– И что думаешь делать?
– Буду продолжать попытки, а на базе ФСБ попробую поискать помощь.
– Кто же тебе поможет в магии? Я читал в Интернете, что президент упразднил даже свой отдел психической безопасности и разогнал экстрасенсов.
– Многие государства изучают паранормальные явления. В Германии при Гитлере этим занимались со страшной силой, да и у нас в КГБ даже отправляли экспедиции на Тибет. Потом в прессе чего только не писали, но общий лейтмотив выступлений был такой, что в наше время эти отделы закрыли и никаких работ по «чертовщине» уже не ведётся. Лично я в такое не верю. Может, уменьшили финансирование и сократили штаты, но вряд ли полностью закрыли. У них не должно быть шарлатанов, а по магии в базах данных собрано и систематизировано всё, что только можно было достать. Ладно, садись медитировать, а то опять заснёшь.
Утром Ольга проснулась раньше Игоря и вышла в коридор, где встретила встревоженного Сергея.
– Здравствуйте, Ольга! – поздоровался он. – Анна пропала. Должна была прийти час назад, но до сих пор нет, а телефон не отвечает.
– У неё есть в Москве родственники?
– Нет здесь никого, – Сергей сильно нервничал. – Рогожин привёз с Урала и помог устроиться. Она детдомовская, есть только дальняя родня. За все годы работы ни разу не опаздывала, даже когда были перебои с транспортом. Она ведь и живёт недалеко от вас: минут за двадцать можно дойти пешком.
– Думаете, что её опоздание может быть связано со вчерашними событиями?
Он молча кивнул.
– Сейчас схожу в туалет и буду будить Игоря. Даже если похитили, то только в расчёте выманить нас из дома, значит, должны позвонить. Хотя могли оставить записку в её квартире. Ключей от неё нет?
– Нет, Анна их не оставляет.
Через двадцать минут им позвонили. Трубку взял Игорь.
– Мне нужно поговорить с Ольгой Александровной.
– А кто говорит?
– Молодой человек, моё имя ничего вам не скажет. Позовите, пожалуйста, хозяйку дома, я буду говорить только с ней.
Игорь молча отдал трубку жене.
– Ольга слушает, что вы хотели сказать?
– Я хотел сообщить, что ваша горничная у нас и пока цела и невредима. Мы не из тех, кому вы вчера отказали в лечении. Но мы, как и они, заинтересованы в ваших услугах, а вы вчера сказали уважаемому Михаилу Вениаминовичу недвусмысленное «нет». Нас такой ответ не устраивает, так что вам стоит придумать другой. Если она для вас ничего не значит, можем попробовать забрать кого-нибудь другого, и так до тех пор, пока вы не прекратите упрямиться. Сколькими людьми из своего окружения вы готовы пожертвовать ради принципов? И не забудьте о горячих грузинских парнях, которые после безвременной кончины очень уважаемого человека мечтают познакомиться с вами поближе, и на этот раз уже не с целью лечения.
– А, по-твоему, он лечится?
– Не знаю, Кирилл. У меня было много пациентов с безнадёжными заболеваниями, и я всех излечила. Но такого, как ты, пока не было. Так что лучше не хами и не мешай себя лечить. Разве ты не хочешь жить?
– А ты кто?
– Инопланетянка.
– Клёво! А когда прилетела?
– С полгода назад. Только об этом надо молчать!
– Замётано! А как ты собираешься меня лечить?
– Сначала я должна посмотреть твоё сердце, а потом будет видно.
– Рубашку снимать?
– Не нужно, я могу видеть сквозь одежду.
– Тогда скажи, что у меня в карманах брюк.
– В правом лежит выкидной нож, а в левом – ключ и блокнот.
– Верно! – он побледнел и отодвинулся от Ольги. – А как ты узнала?
– Говорю же тебе, что инопланетянка. Думаешь, как бы я щёлкала ваши болезни как орехи? Забирайся на стул и хоть пять минут посиди спокойно.
Мальчишка сел на стул и ненадолго угомонился, так что ей удалось рассмотреть все нарушения потока энергии в районе сердечной чакры. Хотя назвать потоком то, что она наблюдала, не поворачивался язык, так, ручеёк.
– Посиди немного, – попросила она. – Я нашла твои закупорки, теперь их нужно убрать. Постараюсь сделать быстро. Плохо, что ты у меня уже третий, и я не экономила силу на больных.
Всего было три закупорки, и Ольга после нескольких неудачных попыток научилась разрушать их точечными уколами силы. Работа оказалась более длительной, чем ожидала, зато ток энергии в грудной клетке Кирилла полностью восстановился, да и сил он получил много.
– Всё сделала! – сказала она почему-то испуганному мальчику.
– У тебя светились глаза! – сообщил он Ольге, по-прежнему стараясь держаться от неё подальше. – Они у тебя серые, а светились зелёным. Ты и вправду с другой планеты?
– А для чего мне тебе врать? – Ольга хотела по привычке пожать плечами, но передумала: сил не осталось вообще. – Мне плохо, где можно прилечь?
– В гостиной на диване! – он вскочил со стула. – Давай помогу!
Ольга попыталась подняться, но ноги подогнулись, и она упала на расстеленный в детской ковёр.
Сидевший в машине Игорь видел, как минут через десять после того, как Ольга вошла в подъезд, из него вышли двое мужчин.
– Вон тот, который пониже, наш заказчик, – сказал Рыбин.
Высокий куда-то ушёл, а заказчик закурил и начал нервно прохаживаться возле подъезда. Закончив одну сигарету, он зажёг другую. Когда была докурена и она, ему кто-то позвонил по мобильному телефону. После короткого разговора заказчик опрометью бросился к подъезду.
– Что-то случилось! – Виталий распахнул дверцу и выскочил из машины. – Сергей Станиславович, подождите!
Следом за Рыбиным машину покинули все, кроме Геннадия.
– Скажите, что случилось! Это не связано с целителем? Я от Рогожина, мы приехали вместе с ней!
– Тогда поспешите за мной. Только что звонил сын и сказал, что ваша целительница в обмороке.
Они бегом поднялись на третий этаж и, сбросив в прихожей обувь, следом за хозяином квартиры забежали в детскую. На полу без сознания лежала Ольга, а рядом с ней взахлёб плакал мальчишка. Когда Игорь перенёс жену на диван в гостиной, стали решать, что делать дальше.
– У нас нет ни глюкозы, ни кислорода! – зло говорил Игорь. – Ведь знал, что этим может кончиться, и ничем не запасся! Хотя я без обучения не попаду в вену. Дыхание у Ольги слабое, но пульс хороший, в госпитале ей было намного хуже. Давайте подождём. Если ей станет лучше, дадим отдохнуть и повезём домой, а если затянется или станет хуже, вызовем скорую.
Ольга очнулась через полчаса.
– Я вырубилась? – слабым голосом спросила она Игоря.
– Помолчи пока! – пресёк он попытки к разговору. – Ты перестаралась и в результате лишилась сознания. Хорошо, что там мягкий ковёр. Кирилл сказал, что ты упала лицом вниз. Он вызвал по телефону отца и открыл дверь, а мы увидели его забег и сели на хвост. Мальчишка рыдал над твоим телом, у тебя до сих пор блузка мокрая от его слёз. Ему гораздо лучше, так что ты не напрасно надрывалась. Тебе дать попить что-нибудь горячее?
– Мёд есть? Если есть, размешайте в стакане тёплой воды ложек пять.
То ли помог мёд, то ли Ольга за это время уже немного восстановила потраченное, но вскоре она уже встала на ноги, не отказываясь придерживаться за руку мужа. За другую держал Кирилл и неохотно отпустил только тогда, когда Ольга стала надевать пальто.
– Будь пока осторожен и не напрягайся, – сказала она мальчишке на прощание. – Ты начал выздоравливать, но полное выздоровление займёт недели две-три.
Пока добрались до дома, Ольге стало намного лучше, поэтому, ещё не видя стоявших у их подъезда автомашин, она почувствовала исходящую от них угрозу.
Глава 19
– Осторожнее, ребята! – предупредила она своих. – У нас гости и, как мне кажется, не очень приятные.
– Может, поедем в другое место? – предложил Рыбин. – А сюда пришлём кого-нибудь для проверки.
– Поздно, Виталий, нас уже заметили. Это в тех двух иномарках. И они не отстанут. Вы же не хотите устраивать гонки? С нами двое телохранителей и позади машина с охранниками из агентства, так что они не будут наглеть. Давайте послушаем, что от нас нужно.
– Я сегодня тоже вооружён.
– Вот и подготовьте свои пушки. Смотрите, они покидают машины. Геннадий, забери вправо.
– Я заберу влево, – не согласился водитель. – Пусть с ними сначала поговорит охрана.
Их машина подъехала к дому и свернула влево от иномарок, которые перегородили путь к подъезду. Телохранитель Рогожина покинул салон и направился к стоявшим возле машин мужчинам. Сергей тоже вышел подстраховать напарника. Охранники подъехавшего «форда» поговорили с ним и остались в машине. Чужих, не считая водителей, было четверо: представительный невысокий мужчина и три крепких парня. Ольга обострила слух, поэтому могла слышать разговор.
– Кто вы и что вам нужно? – спросил телохранитель Рогожина.
– Я поговорю об этом с Ольгой Александровной, – сказал старший. – Это намного быстрее, чем переговариваться через вас. У меня к ней предложение и ничего больше.
– Сергей, – сказала Ольга. – Крикни, чтобы его привели сюда одного.
Услышав её предложение, мужчина зашагал к их машине.
– У вас есть оружие? – спросил задержавший его Сергей.
– Конечно нет, молодой человек. Я не пользуюсь оружием, для защиты есть охрана.
– Пропусти его, Сергей, – сказала Ольга. – Я не приглашаю вас в салон. Сегодня был тяжёлый день, я устала и не расположена к долгим разговорам, поэтому постарайтесь изложить своё предложение покороче.
– Постараюсь. Для начала позвольте представиться. Я член коллегии адвокатов Михаил Вениаминович Минц. К вам меня направили очень серьёзные люди. Нужно срочно оказать помощь одному из них, находящемуся в тяжёлом состоянии.
– И что же случилось с вашим серьёзным человеком?
– Несколько огнестрельных ранений. Хирург извлёк пули, но лечить отказался. Случай, по его мнению, безнадёжный.
– Ну и я отказываюсь. Я уже полностью выложилась и не в состоянии лечить. К тому же не хочу иметь никаких дел с криминалом.
– Зря вы так, Ольга Александровна! – огорчился Минц. – Право слово, зря. Я могу понять отказ, связанный с вашим состоянием, но в остальном... Те, о ком я говорю, тесно связан со многими из ваших клиентов, и обладают достаточно большими возможностями, чтобы заставить считаться с собой любого. Это уже не говоря о том, что они очень щедро оплачивают услуги.
– Не скажете, как они на меня вышли?
– Вы засветились, когда лечили пострадавшего в аварии военного. Свидетелями был весь персонал лечебного центра, так что теперь вы известная личность. Значит, отказываете мне в просьбе? Мне безразлично, что будет с пострадавшим. Он мне не родной дядюшка и даже не клиент. А вот вас хочу предостеречь. Пострадавший, как бы это сказать деликатнее... не русского происхождения. Боюсь, что его друзья и родственники очень болезненно отреагируют на ваш отказ и его смерть. А вы ещё отказались вообще иметь с нами дело.
– А если бы не отказалась?
– Тогда вас прикрыли бы такие люди, с которыми те горячие парни вряд ли стали бы связываться.
– Эти горячие парни, случайно, не из Чечни? Ладно, можете не отвечать. Мой окончательный ответ будет отрицательным.
Недовольный адвокат и его охрана сели в машины и уехали, а Славины с Сергеем простились с остальными и поднялись в квартиру. Рогожин позвонил, когда Ольга переодевалась в спальне, поэтому с ним говорил Игорь. Выслушал, он поблагодарил и отправился к в жене.
– Звонил Рогожин. Предупредил, что, по его сведениям, завтра в Москву прилетает Дементьев.
– Вот гадство! – выругалась Ольга. – Мало нам было чеченских мафиози, так теперь и этого принесло.
– А кто тебе сказал, что это чеченцы? В Москве больше грузинского криминала.
– А для нас с тобой есть разница? Если прислали такую представительную делегацию, значит, речь идёт о крупной шишке. У них сильные семейные связи, так что тех, кто будет нами недоволен, наберётся порядочно, и своё недовольство они будут выражать, как привыкли, – силой. Надеюсь, что ты ничего не говорил Рогожину?
– Зачем зря трепать ему нервы? Чем он может помочь в этой ситуации? А вот Рощину позвонить нужно.
– И он тут же предложит всё здесь бросить и переселяться на их базу, а я этого пока не хочу. Нужно дождаться приезда Рогожина и решить с ним вопросы по клинике, и не дали ответ на наши требования. Поэтому я считаю, что сейчас преждевременно попадать в полную зависимость от ФСБ. Но позвонить не помешает, может, он подскажет что-нибудь полезное.
Ольга как в воду смотрела. На звонок Игоря с описанием адвоката Алексей выругался и предложил немедленно переправить их на одну из баз ФСБ под Москвой.
– Мы пока не можем, – начал объяснять ситуацию Игорь. – Нужно дождаться Рогожина и решить с ним ряд дел, да и у вашего руководства нет по нам полной ясности. С клиентами мы закончили, так что постараемся как можно реже выбираться из дома.
– Я сам хотел вам позвонить. Нет, не по вашим требованиям, хотел передать, что завтра днём прилетает Дементьев. Это тот олигарх, чьи люди устроили на тебя засаду возле «Викинга». Возможно, его прилёт ничем не грозит, но всё равно будьте осторожны. Он не отморозок и, несмотря на криминальные замашки, не будет действовать нахрапом. Может даже явиться к вам с извинениями и предложением сотрудничества, хотя такое не в его характере. Я постараюсь хоть немного ускорить решение ваших дел, но ничего не обещаю – это не мой уровень. Сегодня же посмотрю сводки по криминальным разборкам и, если нарою что-нибудь полезное, позвоню.
– Не нужно передавать содержание разговора, сказала Ольга. – Я на него настроилась и всё слышала. У нас до ужина целых три часа, и я думаю провести их с тобой в постели. Я тебя хочу, а желание женщины – закон! Да и у тебя после моих слов появилось желание. И не нужно возражать, забыл, что я могу видеть тебя без одежды?
– А кто возражает, я, что ли? Но не слишком ли ты слаба?
– Вот заодно и подзаряжусь.
Перед сном Ольга полностью восстановила запас сил и попробовала открыть последнюю чакру, но только бесполезно потеряла два часа.
– Ты сам медитировал? – спросила она мужа. – Или опять валялся с книгой?
– Валялся, – ответил он. – Для медитации нужно внутреннее спокойствие, а как я могу быть спокоен, когда с тобой в любой момент может случиться что угодно? Сейчас сяду, только узнаю, чем ты закончила.
– Ничем. Упёрлась, как в стену, и пробиться не получается. По-моему, там стоит барьер.
– Опять дед?
– Вряд ли. Я сейчас намного сильнее, чем тогда, когда прорывала его барьер. Не мог он такого поставить, не хватило бы сил.
– Может, сакты?
– Наверное. Моих тогдашних способностей для тебя хватало, а зачем им на Земле сильный маг? Могли заблокировать мне сахасрару. Если это так, то я сама не пробьюсь.
– И что думаешь делать?
– Буду продолжать попытки, а на базе ФСБ попробую поискать помощь.
– Кто же тебе поможет в магии? Я читал в Интернете, что президент упразднил даже свой отдел психической безопасности и разогнал экстрасенсов.
– Многие государства изучают паранормальные явления. В Германии при Гитлере этим занимались со страшной силой, да и у нас в КГБ даже отправляли экспедиции на Тибет. Потом в прессе чего только не писали, но общий лейтмотив выступлений был такой, что в наше время эти отделы закрыли и никаких работ по «чертовщине» уже не ведётся. Лично я в такое не верю. Может, уменьшили финансирование и сократили штаты, но вряд ли полностью закрыли. У них не должно быть шарлатанов, а по магии в базах данных собрано и систематизировано всё, что только можно было достать. Ладно, садись медитировать, а то опять заснёшь.
Утром Ольга проснулась раньше Игоря и вышла в коридор, где встретила встревоженного Сергея.
– Здравствуйте, Ольга! – поздоровался он. – Анна пропала. Должна была прийти час назад, но до сих пор нет, а телефон не отвечает.
– У неё есть в Москве родственники?
– Нет здесь никого, – Сергей сильно нервничал. – Рогожин привёз с Урала и помог устроиться. Она детдомовская, есть только дальняя родня. За все годы работы ни разу не опаздывала, даже когда были перебои с транспортом. Она ведь и живёт недалеко от вас: минут за двадцать можно дойти пешком.
– Думаете, что её опоздание может быть связано со вчерашними событиями?
Он молча кивнул.
– Сейчас схожу в туалет и буду будить Игоря. Даже если похитили, то только в расчёте выманить нас из дома, значит, должны позвонить. Хотя могли оставить записку в её квартире. Ключей от неё нет?
– Нет, Анна их не оставляет.
Через двадцать минут им позвонили. Трубку взял Игорь.
– Мне нужно поговорить с Ольгой Александровной.
– А кто говорит?
– Молодой человек, моё имя ничего вам не скажет. Позовите, пожалуйста, хозяйку дома, я буду говорить только с ней.
Игорь молча отдал трубку жене.
– Ольга слушает, что вы хотели сказать?
– Я хотел сообщить, что ваша горничная у нас и пока цела и невредима. Мы не из тех, кому вы вчера отказали в лечении. Но мы, как и они, заинтересованы в ваших услугах, а вы вчера сказали уважаемому Михаилу Вениаминовичу недвусмысленное «нет». Нас такой ответ не устраивает, так что вам стоит придумать другой. Если она для вас ничего не значит, можем попробовать забрать кого-нибудь другого, и так до тех пор, пока вы не прекратите упрямиться. Сколькими людьми из своего окружения вы готовы пожертвовать ради принципов? И не забудьте о горячих грузинских парнях, которые после безвременной кончины очень уважаемого человека мечтают познакомиться с вами поближе, и на этот раз уже не с целью лечения.
