– Я похожа на сумасшедшую? Мне было жалко девочку, но что я могла сделать? Граф сказал, что вы погибли, и у меня не было оснований ему не верить. По закону он был опекуном вашей сестры и имел право указать мне на дверь. А вот у меня не было на неё никаких прав, так зачем туда ехать? Я вообще никуда не уехала, меня украли. Приехали люди графа, куда-то отправили вашего слугу, а пока его не было, меня запихнули в карету и кинули туда же тёплые вещи. Сначала разрешали ходить по коридору, а когда ко мне пришёл маг и я выбила ему глаз, заперли в комнате.
– Вы выбили глаз Хроду? – удивился Клод. – Как это у вас получилось?
– Он этого не ждал, но потом наказал меня за строптивость. Отобрали амулет, а без него со мной что хотели, то и делали. Не вам такое рассказывать. А глаз он себе отращивает и ходить с повязкой.
– При случае я это ему припомню, – пообещал Клод. – Скажите, вы не слышали ничего такого, что могло бы дать подсказку, для чего графу нужна Алина?
– Слышала несколько слов. Когда Стефан хотел развлечься с Алиной, граф сказал, что спустит с него шкуру. После этого наследник у нас не появлялся. Из разговора с магом поняла, что кому-то нужна не Алина, а её дети. У женщины её силы наверняка будут дети с большими магическими способностями. А кто был заказчиком и что он обещал графу... этого я не знаю. Вроде бы за ней должны были скоро приехать, так что вы вовремя успели. Да, маг говорил, что его снадобье не навредит детям Алины. О ней самой речи не шло.
– Варина видели?
– Только тогда, когда ваш брат уезжал с графом, потом больше не видела. Мне жаль, но его не огорчила ваша смерть, наоборот, мальчик уезжал с радостью. Наверное, граф что-то ему обещал.
Возок остановился и стоял, пока наёмники привязывали коней. Когда они с этим закончили и сели к остальным, тронулись дальше.
– У вас тепло, – потирая руки, сказал Крис, – а снаружи мороз крепчает. Через час надо сменить Акселя. Повсюду много волчьих следов, так что вас, госпожа, нельзя отправлять одну. Лошадь не уйдёт от волчьей стаи.
– Я еду с вами, – сказала Гретта, вызвав довольные улыбки на лицах наёмников.
– Через час повернём на Южин, тогда я сменю нашего кучера, – сказал Робер. – С магом волки не страшны. А вы отогревайтесь. Я не буду вечно править лошадьми, так что настанет и ваш черёд.
До города, который показался уже к вечеру, на дороге не было ни одного трактира. Лошади сильно устали, намёрзлись и могли идти только шагом. Даже близость жилья не прибавила им прыти. За въезд в город с их транспортом и табуном у Клода взяли серебряную монету.
– Где здесь хороший постоялый двор? – спросил он старшего караула.
– Езжайте прямо, господин, никуда не сворачивая, – посоветовал тот. – На площади возле рынка целых три таких заведения. Летом в них не протолкнуться от тех, кто ездит в империю, а сейчас нет никого. Как бы хозяева из-за вас не передрались.
Они доехали до нужной площади и сняли три комнаты на постоялом дворе «Услада путника». Поужинав, разошлись по комнатам. Вскоре в ту, где отдыхали Клод с Робером, постучала Гретта.
– Господин барон, надо придумать, что делать с Леоной. Она отошла от вашего заклинания и требует, чтобы вернули домой. Если возьмёте её в жёны, согласна ехать в империю. Видимо, вы ей приглянулись.
– Она рехнулась? – не выдержал юноша. – Какой брак в тринадцать лет?
– Отложенный, – вздохнула Гретта. – Я тоже напомнила о возрасте, так эта грамотейка сразу о нём вспомнила. Сейчас его редко используют, а когда-то в дворянских семьях это было обычным делом.
– Точно, есть такой, – подтвердил Робер. – Им пользовались не только дворяне, в деревнях таких было больше. Это тот же брак, но когда кому-то пока нельзя... ну вы поняли. И это не обязательно должна быть женщина, мог быть и парень.
– Я не собираюсь родниться с графами Родней! – рассердился Клод. – Пусть Леона ни в чём не виновата, это ничего не меняет. Да и вообще мне сейчас не нужна жена, ни нормальная, ни отложенная!
– Тогда внушите ей что-нибудь, – посоветовала Гретта. – Если она начнёт кричать, что мы её похитили...
– Дать бы ей такого же отвара... Ладно, внушу, что мы везём её в столицу на смотрины к сыну императора.
Ночь прошла спокойно, а утром быстро собрались, позавтракали и забрали с собой почти все продукты, которые были на кухне. Погода стояла безветренная и было теплее, чем вчера, поэтому весь день ехали без каких-то сложностей, а обедали в придорожном трактире. Поели сами, покормили лошадей и купили им в дорогу пять мешков овса, которые закрепили на крыше возка. Ночевать пришлось в лесу, потому что во встреченном трактире была только одна комнатка с тремя кроватями, одну из которых уже занял постоялец. От дороги не удалялись и разожгли костёр на обочине. Дров из лесу натаскали много, так что их хватило согреться, согреть ужин и дежурным до утра поддерживать костёр. Лошадей распрягли, стреножили и укрыли попонами, которые везли с собой. Натопили им снега, дали овса и отогнали подобравшихся к стоянке волков.
Утром на костре разогрели остатки захваченной из дома каши и позавтракали, добавив к трапезе свиной окорок и хлеб. Лошадей накормили ещё раньше, и теперь они бодро тянули возок по укатанной дороге.
– Почему холодно? – спросила Алина. – И куда я еду?
– Потому и холодно, что едем, – недовольно сказала Леона. – Я еду выходить замуж за сына императора, а тебя, наверное, везут для меня фрейлиной.
– Ты меня помнишь? – спросил Клод, взяв сестру за плечи. – Я твой брат!
– Брат... – неуверенно сказала девочка. – Брат умер...
– Действие зелья потихоньку проходит, – заметил Робер. – Не спешите. Ещё два-три дня – и она всё вспомнит.
Днём не встретили трактира, поэтому обедали на ходу, сделав короткую остановку, чтобы покормить коней. К вечеру, к своей радости, увидели довольно большой постоялый двор и завернули к нему, хотя можно было ехать ещё пару часов. Эту ночь люди и их кони провели в тепле и хорошо отдохнули. За весь следующий день им не попалось даже следа человеческого жилья.
– Близко граница, – сказал Робер. – Здесь мало кто селится, поэтому неудобно держать трактир. Всё приходится возить издалека и не дождёшься помощи, если кто-нибудь нападёт. Летом часто ездят купцы, а сейчас это мёртвое место. Заметили, что стало теплей? И снег начал липнуть.
В конце дня, незадолго до ночлега, Алина впервые узнала брата.
– Клод? – не веря тому, что видит, спросила она. – Это ты?
– Наконец-то! – радостно засмеялся он. – А то заладила, что я умер.
– Граф сказал, что вас убили. А после этого я почти ничего не помню. Какая-то чужая спальня... Да, кажется, там была Гретта... Ведь вы были?
– Была, – улыбнулась она. – Мы с тобой жили в замке вашего графа.
– А что с отцом? – спросила девочка. – Он тоже жив?
– Его убили люди Зерта, – тихо, чтобы не слышала дремлющая Леона, сказал Клод. – Отец оформил мне самостоятельность, и я ещё в столице сказал об этом графу, так что он для тебя не опекун, а твой отъезд был похищением. Мы выкрали тебя и теперь едем в империю, а за нами наверняка гонятся дружинники графа.
– А где Варин? Я его не помню.
– Его не было в замке, а мы не могли там задерживаться. Если получится вернуться в королевство, попробую о нём узнать. По словам Гретты, Варина не огорчила наша смерть и с графом он уехал с охотой.
– Он никогда тебя не любил, – печально сказала Алина, – но мне непонятно такое отношение к отцу.
– Он ревновал, – сказала Гретта. – Ваш отец выделял старшего, а младший от этого страдал. Зависть и ревность... Я не советую его искать. Часто кровные узы не роднят, а разъединяют. Жаль, что у вас так рано умерла мать. Если бы она осталась жить, такое вряд ли случилось бы.
– Всадник! – крикнул приоткрывший дверцу Крис. – Далеко, и пока только один. Похоже, что нас догоняют. Придётся ускорить ход, ехать до темноты и спать вполглаза. Завтра нас точно нагонят.
– Не бойся, – сказал Клод испуганной сестре. – Я уже кое-что придумал. Нужно подготовиться, поэтому пока не разговаривайте.
Он откинулся на спинку сидения и закрыл глаза. С полчаса поблизости чувствовалась только всякая мелочь, и только потом удалось нащупать волчью стаю. Перехватив управление вожаком, Клод повёл её за возком. Он не прекратил поиск и перед остановкой на ночлег наткнулся на ещё одну стаю. Пришлось постараться, чтобы волки не передрались. Когда занялись обустройством стоянки, Клод отошёл подальше, запретив кому-либо к себе приближаться. Щедро используя зелёный поток, он создал одно за другим несколько заклинаний и стал ждать. Вскоре из леса выскочили два волка. Вожаки выбежали на дорогу и бросились к Клоду, который опустился на корточки. Два матёрых хищника ластились к нему, как щенки, не забывая показывать друг другу зубы. С помощью магии он стал для них самым дорогим существом, и их радость больно ударила по его совести.
– Простите меня, – сказал Клод, гладя обоих, – только ваша смерть – это жизнь близких мне людей.
Захватив их внимание, он передал приказ бежать вдоль дороги и возле лагеря людей напасть на табун их лошадей. Уловив вопрос одного из вожаков, можно ли убивать двуногих, юноша ответил утвердительно, но дал понять, что лошади важнее. Оба волка отбежали от него на полсотни шагов и, задрав головы, начали выть. Из окружавшего дорогу леса один за другим выскакивали едва видные в сумерках серые тени. Не смешиваясь, обе стаи бросились туда, куда он их направил.
– Что ты сделал? – спросила сестра, когда Клод вернулся на стоянку и сел у костра. – У нас взбесились лошади. Зачем тебе волки? Хочешь натравить на дружинников?
– На их лошадей, – ответил он. – Но я не запретил трогать людей. Три десятка волков не остановят погоню, но могут сильно попортить лошадей.
Ночь прошла спокойно, и, несмотря на дежурства, все выспались. Утром быстро доели окорок и хлеб, накормили лошадей и до восхода солнца тронулись в путь.
– Сколько ехать до границы? – спросил Клод Робера.
– Дня два, – ответил тот, – но нас догонят раньше. Не верю я в то, что ваши волки сильно задержат погоню. Наверняка граф не поскупился и послал многих. Зная о ваших способностях, я на его месте непременно включил бы в отряд мага. И никто не помешает людям графа преследовать нас и в империи. В Краморе, на несколько дней пути точно такой же лес и отсутствие жилья. Мы не можем драться с большим отрядом, поэтому остаётся надеяться на лошадей. Похоже, что сегодня нас ещё не догонят, а завтра с утра нужно бросать возок и ехать верхом. Тогда, если повезёт, можем уйти.
– Возок не бросим, – решил Клод. – Не ровняйте, Робер, наших девушек с графскими дружинниками: они не выдержат такой гонки. Лучше я применю магию. Даже если с ними Хрод, он не сможет помешать.
– Тебе помогли в школе? – спросила Алина. – Или применишь огонь, как на лугу?
– Немного помогли, но я по-прежнему плохо контролирую свою силу, – ответил он. – И огонь применять не хочу. Я не удержу красный поток, а они не будут так подставляться, чтобы сжёг сразу всех. Нам запрещают огненную магию, и если в империи узнают, у меня могут быть неприятности. А граф постарается, чтобы узнали.
– А что тогда?
– Я хоть и не добился того, чего хотел, зато узнал много нового и даже научился работать с двумя потоками. Я найду, чем их остановить, только нам нужно ненадолго расстаться.
– Я не хочу! – воскликнула Алина, обхватив его руками. – У меня не осталось никого, кроме тебя!
– Я не собираюсь умирать, – засмеялся он, в свою очередь, обнимая сестру. – Пусть умирают враги! Мы не оторвёмся от погони с возком, а бросать его рано. Чего ты так боишься? Я возьму с собой двух лошадей, подожду дружинников графа и отобью у них охоту нас преследовать. После этого на двух лошадях быстро вас догоню.
– И как будешь отбивать? – спросила она. – Если хочешь, чтобы я тебя отпустила, немедленно рассказывай, что придумал!
– Я не стану использовать огонь, – сказал Клод, – наоборот, заморожу! Понятно, что не насмерть, но с обморожениями за нами долго гнаться не станут. Отведу в лес лошадей и спрячусь на обочине, а когда подъедут, ударю!
– А если среди них маг? – спросила Гретта.
– Им же хуже, – ответил Клод. – Если попробуют помешать, вряд ли я удержу баланс двух потоков и дружинники не отделаются одними обморожениями.
– Мы будем ждать! – сказала сестра.
– Ни в коем случае! – возразил он. – Мало ли что может случиться? Хочешь, чтобы тебя опять пичкали какой-нибудь гадостью и использовали для рождения магов? А остальных, кроме Леоны, вообще убьют! Вы должны не ждать, а убегать как можно быстрей и дальше, а потом устроиться в империи, а я непременно вас найду. Деньги останутся у вас, я возьму только один кошель с серебром. Запомни, что тебе обязательно нужно учиться. Время упущено, но в этом нет ничего страшного. До осени позанимаешься сама по моим учебникам, а потом поступишь в школу. Я сразу сдал первые два класса, а ты не глупее и прекрасно управляешь силой. Робер с Греттой помогут, а когда выучишься, поможешь им.
– Ты так говоришь, будто мы расстаемся навсегда! – всхлипнула Алина. – И мне сразу становится страшно!
– Сестрёнка! – обнял её Клод. – Неприятности могут случиться с любым человеком, я в этом не исключение. Могу обещать, что постараюсь уцелеть и вернуться. Если не поеду, всё равно придётся драться, но не будет неожиданности для погони. Или ты хочешь, чтобы меня убили на твоих глазах?
– Дурак! – рассердилась она. – Как ты можешь такое говорить! Только посмей умереть ещё раз! Знаешь, как я переживала?
– Не умру, – пообещал он, – но можем расстаться. Главное, верь, что я вернусь. Мы с тобой ещё завоюем всю империю! Хочешь стать императрицей?
– А как же я? – возмутилась Леона. – Ты обещал мне!
«Ты на самом деле ей обещал?» – мысленно спросила Алина.
«Надо же было чем-то её успокоить, – ответил брат. – Внушил, что везём на смотрины к сыну императора».
– Я не буду императрицей, – сказала Алина. – Ты старше меня и более знатная, поэтому это твоё место.
– Я назначу тебя первой фрейлиной, – сказала довольная девушка, – или своим придворным магом.
– И когда вы собираетесь ехать? – спросил Робер.
– Как только пообедаем, так и поеду, – ответил Клод. – Ни к чему тянуть и ждать, пока нас догонят. Возьму небольшой запас пищи и пару волчьих шкур, чтобы не замёрзнуть в засаде. Да, ещё захвачу один из пистолей.
– А почему не оба? – спросила Алина.
– Второй отдам тебе, – ответил он. – Мне не очень нужно оружие, а тебе останется память. Да не дерись ты, я имел в виду другое! Эти пистоли подарил Рабан. Помимо оружия, дал ещё пятьсот золотых.
– Не ожидала от него такого! – сказала Гретта. – Раньше за ним не замечали благородства.
– Вы выбили глаз Хроду? – удивился Клод. – Как это у вас получилось?
– Он этого не ждал, но потом наказал меня за строптивость. Отобрали амулет, а без него со мной что хотели, то и делали. Не вам такое рассказывать. А глаз он себе отращивает и ходить с повязкой.
– При случае я это ему припомню, – пообещал Клод. – Скажите, вы не слышали ничего такого, что могло бы дать подсказку, для чего графу нужна Алина?
– Слышала несколько слов. Когда Стефан хотел развлечься с Алиной, граф сказал, что спустит с него шкуру. После этого наследник у нас не появлялся. Из разговора с магом поняла, что кому-то нужна не Алина, а её дети. У женщины её силы наверняка будут дети с большими магическими способностями. А кто был заказчиком и что он обещал графу... этого я не знаю. Вроде бы за ней должны были скоро приехать, так что вы вовремя успели. Да, маг говорил, что его снадобье не навредит детям Алины. О ней самой речи не шло.
– Варина видели?
– Только тогда, когда ваш брат уезжал с графом, потом больше не видела. Мне жаль, но его не огорчила ваша смерть, наоборот, мальчик уезжал с радостью. Наверное, граф что-то ему обещал.
Возок остановился и стоял, пока наёмники привязывали коней. Когда они с этим закончили и сели к остальным, тронулись дальше.
– У вас тепло, – потирая руки, сказал Крис, – а снаружи мороз крепчает. Через час надо сменить Акселя. Повсюду много волчьих следов, так что вас, госпожа, нельзя отправлять одну. Лошадь не уйдёт от волчьей стаи.
– Я еду с вами, – сказала Гретта, вызвав довольные улыбки на лицах наёмников.
– Через час повернём на Южин, тогда я сменю нашего кучера, – сказал Робер. – С магом волки не страшны. А вы отогревайтесь. Я не буду вечно править лошадьми, так что настанет и ваш черёд.
До города, который показался уже к вечеру, на дороге не было ни одного трактира. Лошади сильно устали, намёрзлись и могли идти только шагом. Даже близость жилья не прибавила им прыти. За въезд в город с их транспортом и табуном у Клода взяли серебряную монету.
– Где здесь хороший постоялый двор? – спросил он старшего караула.
– Езжайте прямо, господин, никуда не сворачивая, – посоветовал тот. – На площади возле рынка целых три таких заведения. Летом в них не протолкнуться от тех, кто ездит в империю, а сейчас нет никого. Как бы хозяева из-за вас не передрались.
Они доехали до нужной площади и сняли три комнаты на постоялом дворе «Услада путника». Поужинав, разошлись по комнатам. Вскоре в ту, где отдыхали Клод с Робером, постучала Гретта.
– Господин барон, надо придумать, что делать с Леоной. Она отошла от вашего заклинания и требует, чтобы вернули домой. Если возьмёте её в жёны, согласна ехать в империю. Видимо, вы ей приглянулись.
– Она рехнулась? – не выдержал юноша. – Какой брак в тринадцать лет?
– Отложенный, – вздохнула Гретта. – Я тоже напомнила о возрасте, так эта грамотейка сразу о нём вспомнила. Сейчас его редко используют, а когда-то в дворянских семьях это было обычным делом.
– Точно, есть такой, – подтвердил Робер. – Им пользовались не только дворяне, в деревнях таких было больше. Это тот же брак, но когда кому-то пока нельзя... ну вы поняли. И это не обязательно должна быть женщина, мог быть и парень.
– Я не собираюсь родниться с графами Родней! – рассердился Клод. – Пусть Леона ни в чём не виновата, это ничего не меняет. Да и вообще мне сейчас не нужна жена, ни нормальная, ни отложенная!
– Тогда внушите ей что-нибудь, – посоветовала Гретта. – Если она начнёт кричать, что мы её похитили...
– Дать бы ей такого же отвара... Ладно, внушу, что мы везём её в столицу на смотрины к сыну императора.
Ночь прошла спокойно, а утром быстро собрались, позавтракали и забрали с собой почти все продукты, которые были на кухне. Погода стояла безветренная и было теплее, чем вчера, поэтому весь день ехали без каких-то сложностей, а обедали в придорожном трактире. Поели сами, покормили лошадей и купили им в дорогу пять мешков овса, которые закрепили на крыше возка. Ночевать пришлось в лесу, потому что во встреченном трактире была только одна комнатка с тремя кроватями, одну из которых уже занял постоялец. От дороги не удалялись и разожгли костёр на обочине. Дров из лесу натаскали много, так что их хватило согреться, согреть ужин и дежурным до утра поддерживать костёр. Лошадей распрягли, стреножили и укрыли попонами, которые везли с собой. Натопили им снега, дали овса и отогнали подобравшихся к стоянке волков.
Утром на костре разогрели остатки захваченной из дома каши и позавтракали, добавив к трапезе свиной окорок и хлеб. Лошадей накормили ещё раньше, и теперь они бодро тянули возок по укатанной дороге.
– Почему холодно? – спросила Алина. – И куда я еду?
– Потому и холодно, что едем, – недовольно сказала Леона. – Я еду выходить замуж за сына императора, а тебя, наверное, везут для меня фрейлиной.
– Ты меня помнишь? – спросил Клод, взяв сестру за плечи. – Я твой брат!
– Брат... – неуверенно сказала девочка. – Брат умер...
– Действие зелья потихоньку проходит, – заметил Робер. – Не спешите. Ещё два-три дня – и она всё вспомнит.
Днём не встретили трактира, поэтому обедали на ходу, сделав короткую остановку, чтобы покормить коней. К вечеру, к своей радости, увидели довольно большой постоялый двор и завернули к нему, хотя можно было ехать ещё пару часов. Эту ночь люди и их кони провели в тепле и хорошо отдохнули. За весь следующий день им не попалось даже следа человеческого жилья.
– Близко граница, – сказал Робер. – Здесь мало кто селится, поэтому неудобно держать трактир. Всё приходится возить издалека и не дождёшься помощи, если кто-нибудь нападёт. Летом часто ездят купцы, а сейчас это мёртвое место. Заметили, что стало теплей? И снег начал липнуть.
В конце дня, незадолго до ночлега, Алина впервые узнала брата.
– Клод? – не веря тому, что видит, спросила она. – Это ты?
– Наконец-то! – радостно засмеялся он. – А то заладила, что я умер.
– Граф сказал, что вас убили. А после этого я почти ничего не помню. Какая-то чужая спальня... Да, кажется, там была Гретта... Ведь вы были?
– Была, – улыбнулась она. – Мы с тобой жили в замке вашего графа.
– А что с отцом? – спросила девочка. – Он тоже жив?
– Его убили люди Зерта, – тихо, чтобы не слышала дремлющая Леона, сказал Клод. – Отец оформил мне самостоятельность, и я ещё в столице сказал об этом графу, так что он для тебя не опекун, а твой отъезд был похищением. Мы выкрали тебя и теперь едем в империю, а за нами наверняка гонятся дружинники графа.
– А где Варин? Я его не помню.
– Его не было в замке, а мы не могли там задерживаться. Если получится вернуться в королевство, попробую о нём узнать. По словам Гретты, Варина не огорчила наша смерть и с графом он уехал с охотой.
– Он никогда тебя не любил, – печально сказала Алина, – но мне непонятно такое отношение к отцу.
– Он ревновал, – сказала Гретта. – Ваш отец выделял старшего, а младший от этого страдал. Зависть и ревность... Я не советую его искать. Часто кровные узы не роднят, а разъединяют. Жаль, что у вас так рано умерла мать. Если бы она осталась жить, такое вряд ли случилось бы.
– Всадник! – крикнул приоткрывший дверцу Крис. – Далеко, и пока только один. Похоже, что нас догоняют. Придётся ускорить ход, ехать до темноты и спать вполглаза. Завтра нас точно нагонят.
– Не бойся, – сказал Клод испуганной сестре. – Я уже кое-что придумал. Нужно подготовиться, поэтому пока не разговаривайте.
Он откинулся на спинку сидения и закрыл глаза. С полчаса поблизости чувствовалась только всякая мелочь, и только потом удалось нащупать волчью стаю. Перехватив управление вожаком, Клод повёл её за возком. Он не прекратил поиск и перед остановкой на ночлег наткнулся на ещё одну стаю. Пришлось постараться, чтобы волки не передрались. Когда занялись обустройством стоянки, Клод отошёл подальше, запретив кому-либо к себе приближаться. Щедро используя зелёный поток, он создал одно за другим несколько заклинаний и стал ждать. Вскоре из леса выскочили два волка. Вожаки выбежали на дорогу и бросились к Клоду, который опустился на корточки. Два матёрых хищника ластились к нему, как щенки, не забывая показывать друг другу зубы. С помощью магии он стал для них самым дорогим существом, и их радость больно ударила по его совести.
– Простите меня, – сказал Клод, гладя обоих, – только ваша смерть – это жизнь близких мне людей.
Захватив их внимание, он передал приказ бежать вдоль дороги и возле лагеря людей напасть на табун их лошадей. Уловив вопрос одного из вожаков, можно ли убивать двуногих, юноша ответил утвердительно, но дал понять, что лошади важнее. Оба волка отбежали от него на полсотни шагов и, задрав головы, начали выть. Из окружавшего дорогу леса один за другим выскакивали едва видные в сумерках серые тени. Не смешиваясь, обе стаи бросились туда, куда он их направил.
– Что ты сделал? – спросила сестра, когда Клод вернулся на стоянку и сел у костра. – У нас взбесились лошади. Зачем тебе волки? Хочешь натравить на дружинников?
– На их лошадей, – ответил он. – Но я не запретил трогать людей. Три десятка волков не остановят погоню, но могут сильно попортить лошадей.
Ночь прошла спокойно, и, несмотря на дежурства, все выспались. Утром быстро доели окорок и хлеб, накормили лошадей и до восхода солнца тронулись в путь.
– Сколько ехать до границы? – спросил Клод Робера.
– Дня два, – ответил тот, – но нас догонят раньше. Не верю я в то, что ваши волки сильно задержат погоню. Наверняка граф не поскупился и послал многих. Зная о ваших способностях, я на его месте непременно включил бы в отряд мага. И никто не помешает людям графа преследовать нас и в империи. В Краморе, на несколько дней пути точно такой же лес и отсутствие жилья. Мы не можем драться с большим отрядом, поэтому остаётся надеяться на лошадей. Похоже, что сегодня нас ещё не догонят, а завтра с утра нужно бросать возок и ехать верхом. Тогда, если повезёт, можем уйти.
– Возок не бросим, – решил Клод. – Не ровняйте, Робер, наших девушек с графскими дружинниками: они не выдержат такой гонки. Лучше я применю магию. Даже если с ними Хрод, он не сможет помешать.
– Тебе помогли в школе? – спросила Алина. – Или применишь огонь, как на лугу?
– Немного помогли, но я по-прежнему плохо контролирую свою силу, – ответил он. – И огонь применять не хочу. Я не удержу красный поток, а они не будут так подставляться, чтобы сжёг сразу всех. Нам запрещают огненную магию, и если в империи узнают, у меня могут быть неприятности. А граф постарается, чтобы узнали.
– А что тогда?
– Я хоть и не добился того, чего хотел, зато узнал много нового и даже научился работать с двумя потоками. Я найду, чем их остановить, только нам нужно ненадолго расстаться.
– Я не хочу! – воскликнула Алина, обхватив его руками. – У меня не осталось никого, кроме тебя!
– Я не собираюсь умирать, – засмеялся он, в свою очередь, обнимая сестру. – Пусть умирают враги! Мы не оторвёмся от погони с возком, а бросать его рано. Чего ты так боишься? Я возьму с собой двух лошадей, подожду дружинников графа и отобью у них охоту нас преследовать. После этого на двух лошадях быстро вас догоню.
– И как будешь отбивать? – спросила она. – Если хочешь, чтобы я тебя отпустила, немедленно рассказывай, что придумал!
– Я не стану использовать огонь, – сказал Клод, – наоборот, заморожу! Понятно, что не насмерть, но с обморожениями за нами долго гнаться не станут. Отведу в лес лошадей и спрячусь на обочине, а когда подъедут, ударю!
– А если среди них маг? – спросила Гретта.
– Им же хуже, – ответил Клод. – Если попробуют помешать, вряд ли я удержу баланс двух потоков и дружинники не отделаются одними обморожениями.
– Мы будем ждать! – сказала сестра.
– Ни в коем случае! – возразил он. – Мало ли что может случиться? Хочешь, чтобы тебя опять пичкали какой-нибудь гадостью и использовали для рождения магов? А остальных, кроме Леоны, вообще убьют! Вы должны не ждать, а убегать как можно быстрей и дальше, а потом устроиться в империи, а я непременно вас найду. Деньги останутся у вас, я возьму только один кошель с серебром. Запомни, что тебе обязательно нужно учиться. Время упущено, но в этом нет ничего страшного. До осени позанимаешься сама по моим учебникам, а потом поступишь в школу. Я сразу сдал первые два класса, а ты не глупее и прекрасно управляешь силой. Робер с Греттой помогут, а когда выучишься, поможешь им.
– Ты так говоришь, будто мы расстаемся навсегда! – всхлипнула Алина. – И мне сразу становится страшно!
– Сестрёнка! – обнял её Клод. – Неприятности могут случиться с любым человеком, я в этом не исключение. Могу обещать, что постараюсь уцелеть и вернуться. Если не поеду, всё равно придётся драться, но не будет неожиданности для погони. Или ты хочешь, чтобы меня убили на твоих глазах?
– Дурак! – рассердилась она. – Как ты можешь такое говорить! Только посмей умереть ещё раз! Знаешь, как я переживала?
– Не умру, – пообещал он, – но можем расстаться. Главное, верь, что я вернусь. Мы с тобой ещё завоюем всю империю! Хочешь стать императрицей?
– А как же я? – возмутилась Леона. – Ты обещал мне!
«Ты на самом деле ей обещал?» – мысленно спросила Алина.
«Надо же было чем-то её успокоить, – ответил брат. – Внушил, что везём на смотрины к сыну императора».
– Я не буду императрицей, – сказала Алина. – Ты старше меня и более знатная, поэтому это твоё место.
– Я назначу тебя первой фрейлиной, – сказала довольная девушка, – или своим придворным магом.
– И когда вы собираетесь ехать? – спросил Робер.
– Как только пообедаем, так и поеду, – ответил Клод. – Ни к чему тянуть и ждать, пока нас догонят. Возьму небольшой запас пищи и пару волчьих шкур, чтобы не замёрзнуть в засаде. Да, ещё захвачу один из пистолей.
– А почему не оба? – спросила Алина.
– Второй отдам тебе, – ответил он. – Мне не очень нужно оружие, а тебе останется память. Да не дерись ты, я имел в виду другое! Эти пистоли подарил Рабан. Помимо оружия, дал ещё пятьсот золотых.
– Не ожидала от него такого! – сказала Гретта. – Раньше за ним не замечали благородства.
