контора подгребёт меня под себя – и не тявкнет ни одна собака! А если стану богатой и влиятельной, это уже будет не так легко сделать! В конце концов, это просто свинство – забрать то, что продают так дёшево только из патриотических соображений. Мы получили бы за него в десять раз больше, если бы загнали в Китай.
– Эк ты разошлась, – неодобрительно сказал Егор.
– А почему я должна спокойно смотреть на то, что меня пытаются ограбить? – вскинулась девушка. – Я украла это золото? Если ты забыл, его ещё придётся отрабатывать! В общем так, хрена им, а не золото! Сейчас поработаю с фээсбэшниками, а потом позвоню Виктору на его новый номер и скажу, что передумала продавать по такой низкой цене!
– На него наедут, – предупредил Егор.
– Как наедут, так и съедут! – отрезала Ольга. – Он сказал, что всё спрятано так, что никто не найдёт ни грамма. А мы через три дня будем в Москве.
– Ну и что? Что ты опять придумала? – забеспокоился он.
– Я обещала ему помочь? – сказала она. – Вот и помогу! Или вы забыли, что я владею высшей магией? Мне достаточно взять фотографию президента и оказаться не дальше двух километров от него, чтобы доказать всю ошибочность занятой им позиции! Я, если хотите знать, для врагов буду пострашнее атомной бомбы! И не нужно, Александра, смотреть на меня с таким страхом. Я не собираюсь никого убивать, по крайней мере пока, а вот научить честно вести дела... Я ведь не требую для себя ничего! Нужно золото – покупайте, не нужно – идите лесом!
– Что думаешь делать? – спокойно спросил Нор разбушевавшуюся девушку. – Отложенные воздействия?
– А что же ещё? – сердито сказала она. – Если я этого не сделаю, по мне со всей моей магией пройдутся катком, и по Виктору тоже. Доры тогда рванут за границу и сделают ставку на более нормальную страну.
– Может, вы мне объясните? – спросил Егор.
– Всё просто, папа, – сказала Ольга. – Я беру фотографии президента, премьера, министра обороны – он в этом деле тоже завязан – и ещё нескольких ключевых фигур по выбору Виктора, после чего располагаюсь в удобном месте, где-нибудь поблизости от Кремля, и работаю.
– И что будет в результате твоей работы?
– Любое ограничение моей свободы или другие враждебные действия запустят у всех выбранных такую болезнь, что к медикам можно не обращаться. И они будут об этом знать.
– А если тебя грохнет кто-нибудь другой? – спросила Саша.
– Вздохнут с облегчением, – ответила Ольга. – Отложенные воздействия запускает сам человек. Сначала это сделает тот, кто задумал пакость и попробовал провести её в жизнь, а потом все остальные, для которых его болезнь послужит сигналом. И остановить это смогу одна я или равный по силам маг. А если мне навредит посторонний, никто из них даже не чихнёт. Поэтому они будут следить друг за другом и сотрут в порошок того...
– Понятно, – сказал Нор. – Это кнут. А пряник?
– Будет им и пряник, – ответила Ольга. – К нам никто не приезжает с визитами? Я думаю, что с моей помощью у России сильно поубавится врагов. Не всё и не всегда решают первые лица, но от них многое зависит.
– Мне страшно подумать, какая на тебя развернётся охота, если об этом узнают не те, кому следует, – сказал Егор. – Могут вообще предъявить ультиматум.
– Изменю лицо, – отмахнулась от отца Ольга. – Мне это нетрудно, а Нору будет разнообразие. Женщины меняют себя косметикой и перекрашивают волосы, а я без всяких хирургов за два-три дня приму любую внешность.
– Действительно, атомная бомба, – сказал Егор. – У тебя есть хоть одно слабое место, как у Кощея?
– Моё слабое место – это вы, – ответила она. – Если мы расплатимся за полученное золото и этому Ардесу потребуется что-то ещё, в лепёшку расшибусь, но сделаю. Только в оплату попрошу вместо золота возможность делать магами обычных людей. Но если даст и золото, то тоже не откажусь.
– По-моему, кто-то хотел послать его лесом, – вспомнил Нор.
– Мало ли что я хотела, – насупилась девушка. – Не получится у нас его послать. Это тебе не доры. Эта сволочь имеет возможность забрасывать сюда своих посланцев и не оставит нас в покое. Пока прислал старика и девчонку, а если пришлёт сильного мага? Сида говорила, что его верховный жрец только немного уступает мне в силе. Наверняка есть и другие. Думаешь, богу нечего им предложить? А сильному магу разобраться в нашей жизни и узнать язык – как два... в общем, нетрудно. А если у него будет золото... Ардес может обойтись и без нас, пусть и потеряет больше времени. Простит ли он – это большой вопрос. От пули снайпера не защитит никакая магия, а если в этом мире окопаются его люди или маги... Одним словом, лучше, если ими будем мы. А теперь не мешайте, мне предстоит много работы. Нужно не просто стереть у них связанные с нами воспоминания, а заменить их другими, безопасными для нас. Это работа часа на три-четыре, так что занимайтесь своими делами и ужинайте без меня. Я поем, когда отправим гостей.
Справилась она меньше чем за три часа, но вымоталась ужасно.
– Что, уже? – спросил Егор, который по-прежнему сидел на диване. – Ты очень бледная, доченька! Я могу чем-то помочь?
– Нет, спасибо, папа, – отказалась она. – Сейчас пройдёт. Нелегко копаться в чужих мозгах, а я сильно упростила задачу. Я оставила им все воспоминания, только кое-что изменила и поменяла оценку. Кузьмин помнит, что мы побежали выручать Виктора, но в его воспоминаниях вы с Нором захватили только того киллера, который остался в машине. Остальных повязали полицейские, которых я вызвала по телефону. Всё остальное в том же духе. С девочками до выступления во Дворце спорта занималась не месяц, а почти полгода, Нор у нас прожил около двух лет, а учились мы не в десятом, а в одиннадцатом классе, поэтому экзамены сдавали только за полгода. Он не пойдёт ничего проверять в опеку или архивы полиции. Я внедрила воспоминание, что это уже сделано, а к нам они приехали на два часа позже. Если Кузьмин услышит что-то противоречащее тому, что я записала, то не придаст этому значения. Он разочарован результатами командировки и не видит необходимости здесь задерживаться. Я знаю, какие вопросы он собирался мне задать, и записала в память нашу беседу. Сейчас они очнутся, откажутся ужинать и уедут, а этот Кузьмин побудет здесь день и улетит в Москву. Мы должны оказаться там примерно в одно время. А теперь уйди, потому что тебя не было при нашей беседе.
Егор ушёл на кухню разогревать ей ужин, а ожившие фээсбешники поблагодарили за беседу, отказались от ужина и пошли в прихожую одеваться.
«Нор, – мысленно окликнула друга Ольга. – Выйди их проводить, а то я сильно устала. И проследи, чтобы во дворе не вертелся Хитрец».
Нор проводил гостей, запер калитку и пришёл на кухню, где Ольга с аппетитом ела блины со сметаной.
– Вы долго будете меня рассматривать? – сказала девушка. – Имейте совесть и дайте нормально поесть.
– Я о тебе беспокоюсь, – сказал отец. – До сих пор бледная, а под глазами появились синяки. Ничего этого не было три часа назад.
– А я смотрю, как ты ешь, и любуюсь, – добавил Нор. – И твоей бледностью любуюсь, и синяками. Не дерись, у тебя жирные руки. Оля, а почему Кузьмина привёз Дворников? Это же глупо, когда брать интервью приезжает тандем из сотрудника ФСБ и корреспондента. Он мог отправить коллегу с кем-нибудь другим или на такси.
– Я об этом не задумывалась, – сказала Ольга. – Наверное, у них было какое-то правдоподобное объяснение, только я его не искала. Надо тебя потренировать в сканировании памяти, не будешь задавать таких вопросов.
– Как действуем завтра? – обратился Нор к Егору. – Ничего не будем менять?
– Я думаю, не стоит, – ответил тот. – Я утром привожу нашего сторожа, а вы тем временем загоняете Хитреца в домик. Ты его хорошо закрепил в прицепе?
– Выдержит любую тряску, – заверил Нор.
– Ну и прекрасно. После того как передаём «Фазенду» Емельянову, цепляем прицеп к «фиату», а в машину загоняем мелкую живность и вас. До города «фиат» поведу я, а там заводим всё в фуру, а мы пересядем в «форд» к Саше. Ваша судьба – ухаживать в дороге за своим зверинцем. Корм уложили?
– И корм, и вещи – всё уже в машинах, – сказала Ольга. – Осталось только завтра утром всех накормить и поесть самим. Ладно, пойду мыть руки после блинов, а потом позвоню Виктору.
– Не перехватят ваш разговор? – спросил отец.
– Не должны. Виктор сказал, что это абсолютно надёжный телефон. А если даже как-то запишут наш разговор, это только придаст больше веса его словам.
– Мы можем присутствовать при разговоре?
– У меня нет секретов от семьи, – улыбнулась Ольга. – Слушайте сколько угодно, но не говорите сами. Я не хочу, чтобы он знал, что разговор слышит кто-то ещё.
Разговор состоялся здесь же на кухне. Виктор взял трубку после третьего звонка.
– Завтра утром выезжаем, – поздоровавшись, сказала Ольга. – На сколько лимонов продали товар?
– Пока только на десять, – ответил он. – Похоже, что покупатель тянет резину.
– Они и не думают ничего покупать, – сердито сказала Ольга. – Я точно знаю, что занялись изучением того, как вы у нас жили. Наверное, и в Москве проверяют ваше окружение с целью захапать всё без оплаты. Сможете дотянуть до моего приезда, если заявите, что владелец золота раздражён проволочками и отказывается продавать его по такой низкой цене?
– Думаю, что протяну и больше, – осторожно сказал он, – но всё может быть.
– Тогда завтра не говорите, скажете послезавтра.
– А что для меня изменится? – спросил Виктор.
– Всё изменится и очень сильно, – пообещала Ольга. – Главное, чтобы вы гуляли на свободе до моего приезда, а потом решим все вопросы. Только это разговор не для телефона, будь он хоть трижды надёжным... Всё! – сказала она своим мужчинам, выключив телефон. – Теперь только бы нам по дороге в Москву не попасть в ДТП, а потом я вам докажу, что не зря столько изучала магию!
– Интересное золото, – сказал Бортников, возвращая Фадееву заключение Кронберга. – Сколько его всего?
– После того как продали полторы сотни килограммов, осталось чуть больше шести тонн, – сказал Виктор. – Позавчера по поводу него звонила Ольга.
– Злится? – улыбнулся Игорь.
– Не то слово, – тоже улыбнулся Виктор. – Сказала, что отказывается продавать золото так дёшево. Это не из-за самих денег, её разозлило то, что правительство тянет время, чтобы найти возможность всё присвоить без оплаты. Она не захотела обсуждать это по телефону, только намекнула, что с её приездом все наши беды разом закончатся. Интересно, что она придумала.
– Я, кажется, догадываюсь, что, – нахмурился Игорь. – Она не просила подготовить фотографию президента?
– Такой просьбы не было. Мы с ней недолго разговаривали и не обсуждали детали. А зачем ей это может понадобиться?
– Вы, Виктор, не поняли, что собой представляет Ольга, – сказал Игорь. – У неё почти предельный для человека уровень силы, а теперь и знания всех разделов высшей магии моего мира, которые я ей передал. Она может влюбить в себя вашего президента, сделать его своим лучшим другом или привязать к себе страхом неотвратимой гибели. И для этого ей достаточно взять его фотографию и с час походить по Красной площади, когда он в Кремле.
– Она может сделать это только с президентом? – спросил Виктор.
– Зря вы так напряглись, – усмехнулся Игорь. – Во-первых, она получила эти знания незадолго до моего отъезда, а дружите вы уже давно. Во-вторых, она не тот человек, который станет манипулировать друзьями. На наше счастье, это искренняя и порядочная девушка. Будь она мерзавкой, я поспешил бы уехать из России. А привязать к себе она может хоть всё правительство и парламент в придачу. И ей не нужно встречаться с людьми, достаточно иметь их фотографии и находиться поблизости.
– Она мне об этом не говорила.
– У вас в отношении неё свои планы, но и она на вас рассчитывает, а если вы испугаетесь... В нашем положении ударить магией – самый правильный ход, потому что больше бить нечем. Только надо, чтобы она рассказала, что собирается делать. Ольга умная девушка, но у неё мало опыта и нет знания системы власти. Есть ещё один недостаток, свойственный всем молодым: она предпочитает быстрые и простые решения, не просчитывая долговременные результаты своих действий.
– А что вы можете сказать по поводу этого бога? Меня её рассказ выбил из колеи.
– Напрасно вы так реагируете, – сказал Игорь. – Ну есть в мире Нора несколько существ, играющих в нём ту же роль, какую в Древней Греции играли олимпийцы. Я думаю, что это представители какой-то древней цивилизации, нашедшие для себя смысл существования в игре с людьми. За многие тысячи лет они срослись со своими ролями и, возможно, уже даже не помнят, с чего всё началось.
– Вы это серьёзно? Считаете, что они того? – Виктор покрутил пальцем у виска.
– Это не безумие, если вы о нём подумали. Я назвал бы это регрессом. Но возможности у них большие. Я думаю, что частично их наличие обусловлено просто чудовищной магической силой, а остальное делает ещё работающая техника.
– И при такой силе им нужна чья-то помощь? Или на эту силу наложены ограничения?
– Что-то вроде того, – улыбнулся Игорь. – Они играют не только с людьми, но и друг с другом. Игра старая как мир – борьба за власть. А у любой игры есть свои правила. Если бы они пустили в ход все свои силы, игра давно закончилась бы гибелью и людей, и богов. Поэтому дерутся холопы, а паны их направляют, а если и помогают, то немного и в рамках существующих правил.
– А этот бог не мухлюет, пытаясь использовать наше оружие?
– Спросите что-нибудь попроще, – сказал Игорь. – Я жил там достаточно долго, но только среди людей, и не сталкивался с богами. И слава богу, потому что люди для них разменная монета.
– Значит, мы можем лишиться Ольги? Она не отпустит Нора одного.
– Может да, может нет – этого вам никто не скажет. Три года – это большой срок, за который многое можно сделать. Нам нужно, чтобы Ольга наштамповала толпу гениев для нашего центра и помогла создать охрану для корпорации. Когда мы создадим кое-какое оборудование, уже не будет большой нужды в её услугах.
– Я думал, что у вас к ней другое отношение, – с осуждением сказал Виктор.
– Я говорю о деле, – объяснил Игорь. – Думаю, что у ребят не получится отсидеться. Работа оплачена, и Ардес не отступится. Он ведь может прислать не девчонку, а кого-нибудь посерьёзнее. Но у них не так уж мало шансов выполнить заказ, уцелеть и вернуться, особенно если мы поможем с экипировкой и спутниками. Об этом пока рано говорить. У меня есть предложение – зарезервировать часть золота для собственного производства. Много не нужно, хватит тонны. А Ольге компенсируем его акциями корпорации.
– Эк ты разошлась, – неодобрительно сказал Егор.
– А почему я должна спокойно смотреть на то, что меня пытаются ограбить? – вскинулась девушка. – Я украла это золото? Если ты забыл, его ещё придётся отрабатывать! В общем так, хрена им, а не золото! Сейчас поработаю с фээсбэшниками, а потом позвоню Виктору на его новый номер и скажу, что передумала продавать по такой низкой цене!
– На него наедут, – предупредил Егор.
– Как наедут, так и съедут! – отрезала Ольга. – Он сказал, что всё спрятано так, что никто не найдёт ни грамма. А мы через три дня будем в Москве.
– Ну и что? Что ты опять придумала? – забеспокоился он.
– Я обещала ему помочь? – сказала она. – Вот и помогу! Или вы забыли, что я владею высшей магией? Мне достаточно взять фотографию президента и оказаться не дальше двух километров от него, чтобы доказать всю ошибочность занятой им позиции! Я, если хотите знать, для врагов буду пострашнее атомной бомбы! И не нужно, Александра, смотреть на меня с таким страхом. Я не собираюсь никого убивать, по крайней мере пока, а вот научить честно вести дела... Я ведь не требую для себя ничего! Нужно золото – покупайте, не нужно – идите лесом!
– Что думаешь делать? – спокойно спросил Нор разбушевавшуюся девушку. – Отложенные воздействия?
– А что же ещё? – сердито сказала она. – Если я этого не сделаю, по мне со всей моей магией пройдутся катком, и по Виктору тоже. Доры тогда рванут за границу и сделают ставку на более нормальную страну.
– Может, вы мне объясните? – спросил Егор.
– Всё просто, папа, – сказала Ольга. – Я беру фотографии президента, премьера, министра обороны – он в этом деле тоже завязан – и ещё нескольких ключевых фигур по выбору Виктора, после чего располагаюсь в удобном месте, где-нибудь поблизости от Кремля, и работаю.
– И что будет в результате твоей работы?
– Любое ограничение моей свободы или другие враждебные действия запустят у всех выбранных такую болезнь, что к медикам можно не обращаться. И они будут об этом знать.
– А если тебя грохнет кто-нибудь другой? – спросила Саша.
– Вздохнут с облегчением, – ответила Ольга. – Отложенные воздействия запускает сам человек. Сначала это сделает тот, кто задумал пакость и попробовал провести её в жизнь, а потом все остальные, для которых его болезнь послужит сигналом. И остановить это смогу одна я или равный по силам маг. А если мне навредит посторонний, никто из них даже не чихнёт. Поэтому они будут следить друг за другом и сотрут в порошок того...
– Понятно, – сказал Нор. – Это кнут. А пряник?
– Будет им и пряник, – ответила Ольга. – К нам никто не приезжает с визитами? Я думаю, что с моей помощью у России сильно поубавится врагов. Не всё и не всегда решают первые лица, но от них многое зависит.
– Мне страшно подумать, какая на тебя развернётся охота, если об этом узнают не те, кому следует, – сказал Егор. – Могут вообще предъявить ультиматум.
– Изменю лицо, – отмахнулась от отца Ольга. – Мне это нетрудно, а Нору будет разнообразие. Женщины меняют себя косметикой и перекрашивают волосы, а я без всяких хирургов за два-три дня приму любую внешность.
– Действительно, атомная бомба, – сказал Егор. – У тебя есть хоть одно слабое место, как у Кощея?
– Моё слабое место – это вы, – ответила она. – Если мы расплатимся за полученное золото и этому Ардесу потребуется что-то ещё, в лепёшку расшибусь, но сделаю. Только в оплату попрошу вместо золота возможность делать магами обычных людей. Но если даст и золото, то тоже не откажусь.
– По-моему, кто-то хотел послать его лесом, – вспомнил Нор.
– Мало ли что я хотела, – насупилась девушка. – Не получится у нас его послать. Это тебе не доры. Эта сволочь имеет возможность забрасывать сюда своих посланцев и не оставит нас в покое. Пока прислал старика и девчонку, а если пришлёт сильного мага? Сида говорила, что его верховный жрец только немного уступает мне в силе. Наверняка есть и другие. Думаешь, богу нечего им предложить? А сильному магу разобраться в нашей жизни и узнать язык – как два... в общем, нетрудно. А если у него будет золото... Ардес может обойтись и без нас, пусть и потеряет больше времени. Простит ли он – это большой вопрос. От пули снайпера не защитит никакая магия, а если в этом мире окопаются его люди или маги... Одним словом, лучше, если ими будем мы. А теперь не мешайте, мне предстоит много работы. Нужно не просто стереть у них связанные с нами воспоминания, а заменить их другими, безопасными для нас. Это работа часа на три-четыре, так что занимайтесь своими делами и ужинайте без меня. Я поем, когда отправим гостей.
Справилась она меньше чем за три часа, но вымоталась ужасно.
– Что, уже? – спросил Егор, который по-прежнему сидел на диване. – Ты очень бледная, доченька! Я могу чем-то помочь?
– Нет, спасибо, папа, – отказалась она. – Сейчас пройдёт. Нелегко копаться в чужих мозгах, а я сильно упростила задачу. Я оставила им все воспоминания, только кое-что изменила и поменяла оценку. Кузьмин помнит, что мы побежали выручать Виктора, но в его воспоминаниях вы с Нором захватили только того киллера, который остался в машине. Остальных повязали полицейские, которых я вызвала по телефону. Всё остальное в том же духе. С девочками до выступления во Дворце спорта занималась не месяц, а почти полгода, Нор у нас прожил около двух лет, а учились мы не в десятом, а в одиннадцатом классе, поэтому экзамены сдавали только за полгода. Он не пойдёт ничего проверять в опеку или архивы полиции. Я внедрила воспоминание, что это уже сделано, а к нам они приехали на два часа позже. Если Кузьмин услышит что-то противоречащее тому, что я записала, то не придаст этому значения. Он разочарован результатами командировки и не видит необходимости здесь задерживаться. Я знаю, какие вопросы он собирался мне задать, и записала в память нашу беседу. Сейчас они очнутся, откажутся ужинать и уедут, а этот Кузьмин побудет здесь день и улетит в Москву. Мы должны оказаться там примерно в одно время. А теперь уйди, потому что тебя не было при нашей беседе.
Егор ушёл на кухню разогревать ей ужин, а ожившие фээсбешники поблагодарили за беседу, отказались от ужина и пошли в прихожую одеваться.
«Нор, – мысленно окликнула друга Ольга. – Выйди их проводить, а то я сильно устала. И проследи, чтобы во дворе не вертелся Хитрец».
Нор проводил гостей, запер калитку и пришёл на кухню, где Ольга с аппетитом ела блины со сметаной.
– Вы долго будете меня рассматривать? – сказала девушка. – Имейте совесть и дайте нормально поесть.
– Я о тебе беспокоюсь, – сказал отец. – До сих пор бледная, а под глазами появились синяки. Ничего этого не было три часа назад.
– А я смотрю, как ты ешь, и любуюсь, – добавил Нор. – И твоей бледностью любуюсь, и синяками. Не дерись, у тебя жирные руки. Оля, а почему Кузьмина привёз Дворников? Это же глупо, когда брать интервью приезжает тандем из сотрудника ФСБ и корреспондента. Он мог отправить коллегу с кем-нибудь другим или на такси.
– Я об этом не задумывалась, – сказала Ольга. – Наверное, у них было какое-то правдоподобное объяснение, только я его не искала. Надо тебя потренировать в сканировании памяти, не будешь задавать таких вопросов.
– Как действуем завтра? – обратился Нор к Егору. – Ничего не будем менять?
– Я думаю, не стоит, – ответил тот. – Я утром привожу нашего сторожа, а вы тем временем загоняете Хитреца в домик. Ты его хорошо закрепил в прицепе?
– Выдержит любую тряску, – заверил Нор.
– Ну и прекрасно. После того как передаём «Фазенду» Емельянову, цепляем прицеп к «фиату», а в машину загоняем мелкую живность и вас. До города «фиат» поведу я, а там заводим всё в фуру, а мы пересядем в «форд» к Саше. Ваша судьба – ухаживать в дороге за своим зверинцем. Корм уложили?
– И корм, и вещи – всё уже в машинах, – сказала Ольга. – Осталось только завтра утром всех накормить и поесть самим. Ладно, пойду мыть руки после блинов, а потом позвоню Виктору.
– Не перехватят ваш разговор? – спросил отец.
– Не должны. Виктор сказал, что это абсолютно надёжный телефон. А если даже как-то запишут наш разговор, это только придаст больше веса его словам.
– Мы можем присутствовать при разговоре?
– У меня нет секретов от семьи, – улыбнулась Ольга. – Слушайте сколько угодно, но не говорите сами. Я не хочу, чтобы он знал, что разговор слышит кто-то ещё.
Разговор состоялся здесь же на кухне. Виктор взял трубку после третьего звонка.
– Завтра утром выезжаем, – поздоровавшись, сказала Ольга. – На сколько лимонов продали товар?
– Пока только на десять, – ответил он. – Похоже, что покупатель тянет резину.
– Они и не думают ничего покупать, – сердито сказала Ольга. – Я точно знаю, что занялись изучением того, как вы у нас жили. Наверное, и в Москве проверяют ваше окружение с целью захапать всё без оплаты. Сможете дотянуть до моего приезда, если заявите, что владелец золота раздражён проволочками и отказывается продавать его по такой низкой цене?
– Думаю, что протяну и больше, – осторожно сказал он, – но всё может быть.
– Тогда завтра не говорите, скажете послезавтра.
– А что для меня изменится? – спросил Виктор.
– Всё изменится и очень сильно, – пообещала Ольга. – Главное, чтобы вы гуляли на свободе до моего приезда, а потом решим все вопросы. Только это разговор не для телефона, будь он хоть трижды надёжным... Всё! – сказала она своим мужчинам, выключив телефон. – Теперь только бы нам по дороге в Москву не попасть в ДТП, а потом я вам докажу, что не зря столько изучала магию!
Глава 15
– Интересное золото, – сказал Бортников, возвращая Фадееву заключение Кронберга. – Сколько его всего?
– После того как продали полторы сотни килограммов, осталось чуть больше шести тонн, – сказал Виктор. – Позавчера по поводу него звонила Ольга.
– Злится? – улыбнулся Игорь.
– Не то слово, – тоже улыбнулся Виктор. – Сказала, что отказывается продавать золото так дёшево. Это не из-за самих денег, её разозлило то, что правительство тянет время, чтобы найти возможность всё присвоить без оплаты. Она не захотела обсуждать это по телефону, только намекнула, что с её приездом все наши беды разом закончатся. Интересно, что она придумала.
– Я, кажется, догадываюсь, что, – нахмурился Игорь. – Она не просила подготовить фотографию президента?
– Такой просьбы не было. Мы с ней недолго разговаривали и не обсуждали детали. А зачем ей это может понадобиться?
– Вы, Виктор, не поняли, что собой представляет Ольга, – сказал Игорь. – У неё почти предельный для человека уровень силы, а теперь и знания всех разделов высшей магии моего мира, которые я ей передал. Она может влюбить в себя вашего президента, сделать его своим лучшим другом или привязать к себе страхом неотвратимой гибели. И для этого ей достаточно взять его фотографию и с час походить по Красной площади, когда он в Кремле.
– Она может сделать это только с президентом? – спросил Виктор.
– Зря вы так напряглись, – усмехнулся Игорь. – Во-первых, она получила эти знания незадолго до моего отъезда, а дружите вы уже давно. Во-вторых, она не тот человек, который станет манипулировать друзьями. На наше счастье, это искренняя и порядочная девушка. Будь она мерзавкой, я поспешил бы уехать из России. А привязать к себе она может хоть всё правительство и парламент в придачу. И ей не нужно встречаться с людьми, достаточно иметь их фотографии и находиться поблизости.
– Она мне об этом не говорила.
– У вас в отношении неё свои планы, но и она на вас рассчитывает, а если вы испугаетесь... В нашем положении ударить магией – самый правильный ход, потому что больше бить нечем. Только надо, чтобы она рассказала, что собирается делать. Ольга умная девушка, но у неё мало опыта и нет знания системы власти. Есть ещё один недостаток, свойственный всем молодым: она предпочитает быстрые и простые решения, не просчитывая долговременные результаты своих действий.
– А что вы можете сказать по поводу этого бога? Меня её рассказ выбил из колеи.
– Напрасно вы так реагируете, – сказал Игорь. – Ну есть в мире Нора несколько существ, играющих в нём ту же роль, какую в Древней Греции играли олимпийцы. Я думаю, что это представители какой-то древней цивилизации, нашедшие для себя смысл существования в игре с людьми. За многие тысячи лет они срослись со своими ролями и, возможно, уже даже не помнят, с чего всё началось.
– Вы это серьёзно? Считаете, что они того? – Виктор покрутил пальцем у виска.
– Это не безумие, если вы о нём подумали. Я назвал бы это регрессом. Но возможности у них большие. Я думаю, что частично их наличие обусловлено просто чудовищной магической силой, а остальное делает ещё работающая техника.
– И при такой силе им нужна чья-то помощь? Или на эту силу наложены ограничения?
– Что-то вроде того, – улыбнулся Игорь. – Они играют не только с людьми, но и друг с другом. Игра старая как мир – борьба за власть. А у любой игры есть свои правила. Если бы они пустили в ход все свои силы, игра давно закончилась бы гибелью и людей, и богов. Поэтому дерутся холопы, а паны их направляют, а если и помогают, то немного и в рамках существующих правил.
– А этот бог не мухлюет, пытаясь использовать наше оружие?
– Спросите что-нибудь попроще, – сказал Игорь. – Я жил там достаточно долго, но только среди людей, и не сталкивался с богами. И слава богу, потому что люди для них разменная монета.
– Значит, мы можем лишиться Ольги? Она не отпустит Нора одного.
– Может да, может нет – этого вам никто не скажет. Три года – это большой срок, за который многое можно сделать. Нам нужно, чтобы Ольга наштамповала толпу гениев для нашего центра и помогла создать охрану для корпорации. Когда мы создадим кое-какое оборудование, уже не будет большой нужды в её услугах.
– Я думал, что у вас к ней другое отношение, – с осуждением сказал Виктор.
– Я говорю о деле, – объяснил Игорь. – Думаю, что у ребят не получится отсидеться. Работа оплачена, и Ардес не отступится. Он ведь может прислать не девчонку, а кого-нибудь посерьёзнее. Но у них не так уж мало шансов выполнить заказ, уцелеть и вернуться, особенно если мы поможем с экипировкой и спутниками. Об этом пока рано говорить. У меня есть предложение – зарезервировать часть золота для собственного производства. Много не нужно, хватит тонны. А Ольге компенсируем его акциями корпорации.
