– Только в том, что можно использовать в военных целях, – сказал Виктор, – и только при условии сохранения нами контроля. Но это не раньше чем через полгода.
– Виктор Олегович, вы должны понимать, что вами и вашим окружением будут интересоваться всерьёз. Я думаю, что у вас купят золото, но вы не ответили на важные вопросы, поэтому соответствующие структуры будут искать эти ответы самостоятельно. И вашего клиента рано или поздно вычислят. Не проще ли рассказать обо всём сразу? Ваш клиент совершил нечто предосудительное?
– Он не совершал ничего противозаконного, – ответил Фадеев, – но очень ценит свою независимость, а под вами ни о какой независимости не может быть и речи. Деньги переведёте на мои счета и владельцем акций в первое время буду считаться я, поэтому найти нужного вам человека будет непросто. Знаете, вокруг меня очень много людей.
«Вот и закончилась наша последняя секция! – мысленно сказала Ольга. – Я так стремилась к свободе, в том числе и от этих занятий, почему же сейчас грустно?»
«Это из-за ребят, – сказал Нор. – Я обработал их только один раз, да и занимался с вами не на каждом занятии, но и мне тяжело расставаться. Наверное, дело в том, какими их сделала твоя магия. Они относятся к тебе как к старшей сестре и расстроены расставанием. Поговорим с ними сейчас?»
– Ребята, подойдите ко мне! – позвала Ольга. – Есть важный разговор. Не позже чем через неделю мы с Нором уезжаем в Москву. Я говорила, что постараемся приехать летом, только не уверена, что это получится. Но мы сильно к вам привязались и не хотим расставаться. Поэтому я хочу сделать всем предложение переехать в Москву. Дело в том, что нам случайно достались очень большие деньги. Настолько большие, что не составит труда обеспечить вас квартирами, даже с учетом сумасшедших московских цен. Но для этого вы должны стать самостоятельными, а такими в этом году станут только Татьяна и Света. Всем остальным, кроме Нины, нужно ждать год.
– Это здорово, – сказала Светлана Голубева, – но что нам делать в Москве?
– А что ты собиралась делать здесь? – спросил Нор. – Вы можете пойти учиться в любой вуз. С вашими способностями и нашими деньгами это будет нетрудно. Если нет желания грызть гранит науки, можно работать и не обязательно вместе с нами. Главное, что мы будем рядом и всегда сможем помочь. Но если кто-то не хочет уезжать из Алейска или думает переехать в другое место, будем дружить на расстоянии.
– А что делать нам? – едва не плача, спросила Лена Ольховская. – Ждать полтора года?
– Можно ждать, а можно всё ускорить, – сказала Ольга. – Если захотите ускорить, мы с Нором можем в этом сильно помочь. Укрепим память и кое-что в неё запишем. Тогда для вас не составит большого труда закончить школу экстернатом.
– Что запишите? – спросила Татьяна.
– Знание английского языка и содержание многих учебников. Вам не надо будет их заучивать, только разобраться с тем, что помните, а это намного проще.
– Вы не скажете, откуда такие способности, – сказала Голубева, – а я сдохну от любопытства!
– Когда-нибудь будете знать всё, – засмеялась Ольга. – Сейчас такое знание может принести неприятности.
– Наши красота и сила – это ваша работа? – спросила Голубева. – И то, что мы так быстро освоили борьбу и у Борьки пропала дурь?
– Ольга только помогла, – сказал Нор. – Вы многого добились сами.
– И это не исчезнет, когда вы уедете? – с испугом спросила Лапина.
– Ну что ты, Ниночка! – обняла её Ольга. – Это ваше навсегда! Оно не только не исчезнет, мы ещё добавим. Уже сегодня добавили, только это не сразу проявляется. Давайте поступим так. Пока мы сдаём экзамены, вы думаете. В среду мы должны закончить и подойдём на секцию. Если вы примите наше предложение, придётся задержаться на несколько часов. Мы дадим всё, что обещали, всем, кроме Сергея с Верой. Они уже решили и получат наши подарки.
– А Борис? – спросила Татьяна.
– А к Боре мы с Нором пойдём сейчас. Мы его уже подлечили, сейчас проведём ещё один сеанс, а заодно поговорим.
– Я иду с вами! – категорично заявила она.
– Тогда переодеваемся, – сказал Нор. – Сергей, вы с нами или посидите в кафе?
– Делать нам больше нечего, как сидеть в кафе, – ответил Шилов. – Мы тоже хотим навестить Борьку, если только к нему пустят такую толпу.
– С нами пустят, – пообещала Ольга. – Всё, ребята, идём по раздевалкам.
Когда они все вместе вышли в вестибюль Дворца спорта, Ольгу уже поджидали доры.
– Подождите меня пару минут, – попросила она остальных и подошла к Бортникову с Васильевым.
– Здравствуйте, Павел, – поздоровалась девушка. – С вами, Игорь, уже здоровалась. Когда уезжаете?
– Я уже говорил, что уеду в среду, – ответил Игорь. – Планы не поменялись.
– Я выеду на несколько дней позже, – сказал Павел. – Тот центр, о котором с вами говорили, решено тоже создавать в Ржеве. Очень удобное место, вот только почти нет свободного жилого фонда. Себе я нашёл квартиру, но сам центр и жильё для сотрудников будущей корпорации придётся строить. Этим в первую очередь и займусь. Потом начнём набор кандидатов и их обработку. Это уже будет ваша работа.
– Кто-то обещал приборы для контроля! – сузила глаза Ольга.
– Будут вам к этому времени приборы, – пообещал Игорь. – Нет в них ничего сложного. Помните, я говорил о тревожных сигналах, которые подаёт мозг мага, когда при обработке подходит к своему пределу? Мозг обычного человека тоже об этом сигнализирует, беда в том, что большинство людей не чувствует этого сигнала. А наш прибор почувствует. К сожалению, у некоторых очень слабые сигналы и прибор их не уловит, но обычно таких немного. По крайней мере, так было с дорами.
– Я с вами закончила, – сказала Ольга. – Если будет желание пройти ещё одну обработку, нужно через два-три дня приехать к нам. И если не хотите ко мне привязаться, воспользуетесь услугами Нора.
– Я к вам и так давно привязался без всякой магии, – улыбнулся Игорь. – Спасибо за работу, она сильно поможет. Идите к друзьям, они вас ждут.
Все уже оделись, а Нор взял в гардеробе её куртку и сапоги.
– Мы проводим вас до больницы, – сказала Ольховская, – а к Боре сходим завтра. А то такую толпу не пустят даже с тобой.
– Замечательная сегодня погода! – сказала Федотова, когда вышли из дворца, – не то что вчера. Я боялась, что наметёт снега и вы не сможете приехать.
– Притормозим! – остановила их Ольга. – Нор сходи в аптеку. Надо взять что-нибудь с кальцием для Борькиных зубов и бахилы.
Нор забежал в аптеку и через несколько минут вышел с небольшим пакетом в руках.
– Взял несколько упаковок, – сказал он, раздав всем бахилы. – Боре нужно много кальция.
Разговаривая, дошли до больницы, где с ними попрощались те, кто не шёл к Борису. Остальные вошли в небольшой вестибюль, надели бахилы и поднялись на третий этаж, в травматологическое отделение. Оставив куртки на вешалках перед входом, пошли в двенадцатую палату, куда, по словам Татьяны, Бориса перевели из реанимации. В палате их ждал неприятный сюрприз: возле Бориса на незанятой кровати сидели его родители. Больше никого в двухместной палате не было.
– Боря, к тебе посетители, – сказал его отец, обернувшийся на звук шагов.
Он узнал Ольгу, но не отреагировал на её появление. Его жена была менее сдержанной.
– Зачем вы пришли? – неприязненно спросила она, игнорирую попытку мужа предотвратить скандал. – Мало нашей семье от вас неприятностей? Остальные могут общаться с сыном, но вам здесь делать нечего!
Ольга не стала выяснять с ней отношения. Клавдия Петровна замолчала и, ни на кого не глядя, вышла в коридор.
– Как вас зовут? – обратилась она к удивлённому мужчине.
– Олег Викторович, – ответил он. – Что с Клавой?
– С вашей женой не случилось ничего плохого, – сказала Ольга. – Подождёт вас в коридоре и вместе пойдёте домой. Она уже забыла о том, что мы здесь встретились.
– Вот, значит, как! – сказал он, с любопытством и опаской глядя на девушку. – Я тоже забуду?
– Вы этого хотите? А раз нет, значит, будете помнить. Я и вашей жене ничего не внушала бы, но вы сами видите, как она ко мне относится. И говорить ей что-то сейчас бесполезно. Подождите минуту.
Ольга подошла к смотревшему на неё с изумлением Борису.
– Привет, Боря! Намного легче?
– Здравствуй, – ответил он. – Так это твоя работа! Когда я лежал в реанимации, мне показалось, что ты была в палате.
– Была, – подтвердила Ольга. – Надо же было выручить оболтуса, который подставил голову под удар монтировки! Я тебя подлечила и сейчас сделаю это ещё раз. Через месяц будешь здоровым человеком. Вырастут даже зубы, хоть и не так быстро. Поэтому не спеши избавляться от обломков. Если с тобой начнут работать стоматологи, раньше чем через полгода зубов не дождёшься. Нор оставит лекарства, они помогут ускорить их рост. Теперь то, что касается вас обоих, – она повернулась к Олегу Викторовичу. – Вам нужно постараться, чтобы это выздоровление наделало как можно меньше шума. Вы сами в этом заинтересованы. Лучше быстрее забрать Бориса домой и больше не обращаться к врачам. Боря, я улучшила тебе память, поэтому без проблем догонишь свой класс. Я могу помочь не только этим, но сейчас нет времени. Если до моего отъезда уже будешь дома и мне не помешают твои родители, я всё сделаю. У тебя есть номер моего телефона.
– Когда меня били, мобильник тоже раздолбали, – сказал Борис.
– Тогда позвони Татьяне, и она передаст мне. Олег Викторович, я попрошу не распространяться о том, что вы слышали. Я делаю это ради вашего сына, к которому отношусь как к брату. Не станете никому говорить?
– И жене нельзя? – спросил он. – Тогда она и в квартире устроит скандал. Опять выпроводите? Мне не понравилось, что вы залезли ей в голову.
– Мне самой это не нравится, только вряд ли вам удастся переубедить Клавдию Петровну. Если она узнает о моих способностях, только больше испугается. Проще её куда-нибудь увести. Мне потребуется только час. Так вы не ответили насчёт молчания.
– Не беспокойтесь, не буду я болтать, – сказал он. – Я не враг сыну, а он не простит, если из-за меня у вас будут неприятности. Не только вы относитесь к нему как к брату. Не знаю, чем это вызвано, но и Боря любит вас как сестру. С матерью уже из-за вас ругался. Да и не поверит никто в этот бред. Вы общайтесь, а я пойду к жене. Сына постараемся забрать домой.
– Он точно никому не расскажет? – спросила Бориса Татьяна.
– Не расскажет, – ответила за него Ольга. – Я умею чувствовать, когда врут. Теперь, когда здесь нет родителей, хочу предложить тебе то, о чём уже говорила всем на секции.
– Чем заняты арендаторы? – спросил генеральный директор. – Я был у них до выходных, но ничего не понял. Гонят свои чёрные шланги, наматывают на катушки и вывозят на склад. Рабочие сами не понимают, что делают, а Субари прямо сказал, что пока это секрет.
– Я знаю об их продукции не больше вас, – ответил главный инженер. – У нас они загрузили токарный участок в пятом цехе и заказали технологам разработку пресс-форм. Кроме этого, наши электрики подключили гальваническую установку, в которой покрывают золотом медные гильзы. Установку где-то купили и поставили в том же цехе, где изготавливают пластик. Я не предлагал наших услуг в части позолоты, но сказал Субари, что первый же визит инспекции труда обойдётся им в копеечку. Там нет даже нормальной вытяжки!
– А что он ответил? – спросил директор.
– Отмахнулся. Сказал, что это времянка, и скоро переделают. Он сегодня заходил ко мне по поводу свободных помещений в седьмом корпусе. Они хотят развернуть там производство каких-то инструментов. Показывал заказы, которыми хотят нас загрузить. Мы потянем всё, кроме электроники.
– А как с оплатой?
– А это уже, Алексей Петрович, не ко мне. За аренду заплатили полностью и в срок, те заказы, которые мы уже выполняем, тоже оплачивают, а будет ли для нас выгода в новых, нужно ждать, что скажут технологи и экономисты. Эти арендаторы пользуются не только нашими услугами. Как я узнал, много заказов разместили на «Прамо-Электро» и «Электромеханике». На днях звонили из мэрии, интересовались, чем они у нас заняты.
– А мэрии что от них нужно? – удивился директор.
– Субари начал с ними переговоры о строительстве в черте города административного здания и трёх многоквартирных жилых домов.
– Похоже, что они решили устроиться у нас всерьёз и надолго, – задумался директор. – Возьмите-ка вы, Виктор Сергеевич, эти заказы под свой контроль, чтобы мы их не лишились, а то технологи, как всегда, начнут тянуть резину. Не знаю, что за продукцию будет выпускать господин Бортников, или кто там за ним стоит, но они явно рассчитывают на высокие прибыли и собираются расширять производство. И нам нужно этим воспользоваться.
– Триста миллионов! – сказал министр обороны. – Большие деньги.
– Много золота, – возразил Первушин. – И какого! Я вам не докладывал... У Кронберга не очень качественное оборудование, да и по времени их сильно ограничили. В Институте физических проблем получили немного другие результаты.
– И в чём разница? – спросил министр.
– Они вообще не обнаружили никаких примесей. Все методы анализа дают стопроцентную чистоту материала. Есть и еще один нюанс: у этого золота практически нет дефектов кристаллической решётки. Большинство таких дефектов связано с наличием примесей, но есть и много других причин. Так вот, похоже, что эти причины не действуют на образец. После плавления золото застывает без каких-либо структурных нарушений. Точно установили, что для него критическая температура равна минус ста двадцати двум градусам. Знаете, как это золото назвал руководитель лаборатории низких температур? Божественным металлом! Все, кто занимался его исследованием, плачут навзрыд и просят достать ещё. Почитайте, что по этому поводу написал директор института.
– Сплошные дифирамбы, – сказал министр, отложив прочитанное письмо. – Ну что же, с этим уже можно выходить к президенту. Только ведь он предложит взять Фадеева за жабры и вытряхнуть золото. Не такая важная шишка – промышленник средней руки, чтобы ему столько платить.
– Хорошо, что подобной глупостью будет заниматься кто-то другой, – сказал Первушин. – Разрешите идти?
– Подождите. Почему глупость? Думаете, не получится?
– Потому что Фадеев не глупее меня, а я никогда так не подставился бы. Можно попробовать его раздеть, но и это не получится. Наши промышленники и финансисты имеют резервы, до которых трудно дотянуться государству. Научены горьким опытом других. А это золото наверняка разделено и так припрятано, что мы с вами его не найдём. Наверное, у Фадеева имеются варианты действий и на случай своего ареста.
– Виктор Олегович, вы должны понимать, что вами и вашим окружением будут интересоваться всерьёз. Я думаю, что у вас купят золото, но вы не ответили на важные вопросы, поэтому соответствующие структуры будут искать эти ответы самостоятельно. И вашего клиента рано или поздно вычислят. Не проще ли рассказать обо всём сразу? Ваш клиент совершил нечто предосудительное?
– Он не совершал ничего противозаконного, – ответил Фадеев, – но очень ценит свою независимость, а под вами ни о какой независимости не может быть и речи. Деньги переведёте на мои счета и владельцем акций в первое время буду считаться я, поэтому найти нужного вам человека будет непросто. Знаете, вокруг меня очень много людей.
Глава 13
«Вот и закончилась наша последняя секция! – мысленно сказала Ольга. – Я так стремилась к свободе, в том числе и от этих занятий, почему же сейчас грустно?»
«Это из-за ребят, – сказал Нор. – Я обработал их только один раз, да и занимался с вами не на каждом занятии, но и мне тяжело расставаться. Наверное, дело в том, какими их сделала твоя магия. Они относятся к тебе как к старшей сестре и расстроены расставанием. Поговорим с ними сейчас?»
– Ребята, подойдите ко мне! – позвала Ольга. – Есть важный разговор. Не позже чем через неделю мы с Нором уезжаем в Москву. Я говорила, что постараемся приехать летом, только не уверена, что это получится. Но мы сильно к вам привязались и не хотим расставаться. Поэтому я хочу сделать всем предложение переехать в Москву. Дело в том, что нам случайно достались очень большие деньги. Настолько большие, что не составит труда обеспечить вас квартирами, даже с учетом сумасшедших московских цен. Но для этого вы должны стать самостоятельными, а такими в этом году станут только Татьяна и Света. Всем остальным, кроме Нины, нужно ждать год.
– Это здорово, – сказала Светлана Голубева, – но что нам делать в Москве?
– А что ты собиралась делать здесь? – спросил Нор. – Вы можете пойти учиться в любой вуз. С вашими способностями и нашими деньгами это будет нетрудно. Если нет желания грызть гранит науки, можно работать и не обязательно вместе с нами. Главное, что мы будем рядом и всегда сможем помочь. Но если кто-то не хочет уезжать из Алейска или думает переехать в другое место, будем дружить на расстоянии.
– А что делать нам? – едва не плача, спросила Лена Ольховская. – Ждать полтора года?
– Можно ждать, а можно всё ускорить, – сказала Ольга. – Если захотите ускорить, мы с Нором можем в этом сильно помочь. Укрепим память и кое-что в неё запишем. Тогда для вас не составит большого труда закончить школу экстернатом.
– Что запишите? – спросила Татьяна.
– Знание английского языка и содержание многих учебников. Вам не надо будет их заучивать, только разобраться с тем, что помните, а это намного проще.
– Вы не скажете, откуда такие способности, – сказала Голубева, – а я сдохну от любопытства!
– Когда-нибудь будете знать всё, – засмеялась Ольга. – Сейчас такое знание может принести неприятности.
– Наши красота и сила – это ваша работа? – спросила Голубева. – И то, что мы так быстро освоили борьбу и у Борьки пропала дурь?
– Ольга только помогла, – сказал Нор. – Вы многого добились сами.
– И это не исчезнет, когда вы уедете? – с испугом спросила Лапина.
– Ну что ты, Ниночка! – обняла её Ольга. – Это ваше навсегда! Оно не только не исчезнет, мы ещё добавим. Уже сегодня добавили, только это не сразу проявляется. Давайте поступим так. Пока мы сдаём экзамены, вы думаете. В среду мы должны закончить и подойдём на секцию. Если вы примите наше предложение, придётся задержаться на несколько часов. Мы дадим всё, что обещали, всем, кроме Сергея с Верой. Они уже решили и получат наши подарки.
– А Борис? – спросила Татьяна.
– А к Боре мы с Нором пойдём сейчас. Мы его уже подлечили, сейчас проведём ещё один сеанс, а заодно поговорим.
– Я иду с вами! – категорично заявила она.
– Тогда переодеваемся, – сказал Нор. – Сергей, вы с нами или посидите в кафе?
– Делать нам больше нечего, как сидеть в кафе, – ответил Шилов. – Мы тоже хотим навестить Борьку, если только к нему пустят такую толпу.
– С нами пустят, – пообещала Ольга. – Всё, ребята, идём по раздевалкам.
Когда они все вместе вышли в вестибюль Дворца спорта, Ольгу уже поджидали доры.
– Подождите меня пару минут, – попросила она остальных и подошла к Бортникову с Васильевым.
– Здравствуйте, Павел, – поздоровалась девушка. – С вами, Игорь, уже здоровалась. Когда уезжаете?
– Я уже говорил, что уеду в среду, – ответил Игорь. – Планы не поменялись.
– Я выеду на несколько дней позже, – сказал Павел. – Тот центр, о котором с вами говорили, решено тоже создавать в Ржеве. Очень удобное место, вот только почти нет свободного жилого фонда. Себе я нашёл квартиру, но сам центр и жильё для сотрудников будущей корпорации придётся строить. Этим в первую очередь и займусь. Потом начнём набор кандидатов и их обработку. Это уже будет ваша работа.
– Кто-то обещал приборы для контроля! – сузила глаза Ольга.
– Будут вам к этому времени приборы, – пообещал Игорь. – Нет в них ничего сложного. Помните, я говорил о тревожных сигналах, которые подаёт мозг мага, когда при обработке подходит к своему пределу? Мозг обычного человека тоже об этом сигнализирует, беда в том, что большинство людей не чувствует этого сигнала. А наш прибор почувствует. К сожалению, у некоторых очень слабые сигналы и прибор их не уловит, но обычно таких немного. По крайней мере, так было с дорами.
– Я с вами закончила, – сказала Ольга. – Если будет желание пройти ещё одну обработку, нужно через два-три дня приехать к нам. И если не хотите ко мне привязаться, воспользуетесь услугами Нора.
– Я к вам и так давно привязался без всякой магии, – улыбнулся Игорь. – Спасибо за работу, она сильно поможет. Идите к друзьям, они вас ждут.
Все уже оделись, а Нор взял в гардеробе её куртку и сапоги.
– Мы проводим вас до больницы, – сказала Ольховская, – а к Боре сходим завтра. А то такую толпу не пустят даже с тобой.
– Замечательная сегодня погода! – сказала Федотова, когда вышли из дворца, – не то что вчера. Я боялась, что наметёт снега и вы не сможете приехать.
– Притормозим! – остановила их Ольга. – Нор сходи в аптеку. Надо взять что-нибудь с кальцием для Борькиных зубов и бахилы.
Нор забежал в аптеку и через несколько минут вышел с небольшим пакетом в руках.
– Взял несколько упаковок, – сказал он, раздав всем бахилы. – Боре нужно много кальция.
Разговаривая, дошли до больницы, где с ними попрощались те, кто не шёл к Борису. Остальные вошли в небольшой вестибюль, надели бахилы и поднялись на третий этаж, в травматологическое отделение. Оставив куртки на вешалках перед входом, пошли в двенадцатую палату, куда, по словам Татьяны, Бориса перевели из реанимации. В палате их ждал неприятный сюрприз: возле Бориса на незанятой кровати сидели его родители. Больше никого в двухместной палате не было.
– Боря, к тебе посетители, – сказал его отец, обернувшийся на звук шагов.
Он узнал Ольгу, но не отреагировал на её появление. Его жена была менее сдержанной.
– Зачем вы пришли? – неприязненно спросила она, игнорирую попытку мужа предотвратить скандал. – Мало нашей семье от вас неприятностей? Остальные могут общаться с сыном, но вам здесь делать нечего!
Ольга не стала выяснять с ней отношения. Клавдия Петровна замолчала и, ни на кого не глядя, вышла в коридор.
– Как вас зовут? – обратилась она к удивлённому мужчине.
– Олег Викторович, – ответил он. – Что с Клавой?
– С вашей женой не случилось ничего плохого, – сказала Ольга. – Подождёт вас в коридоре и вместе пойдёте домой. Она уже забыла о том, что мы здесь встретились.
– Вот, значит, как! – сказал он, с любопытством и опаской глядя на девушку. – Я тоже забуду?
– Вы этого хотите? А раз нет, значит, будете помнить. Я и вашей жене ничего не внушала бы, но вы сами видите, как она ко мне относится. И говорить ей что-то сейчас бесполезно. Подождите минуту.
Ольга подошла к смотревшему на неё с изумлением Борису.
– Привет, Боря! Намного легче?
– Здравствуй, – ответил он. – Так это твоя работа! Когда я лежал в реанимации, мне показалось, что ты была в палате.
– Была, – подтвердила Ольга. – Надо же было выручить оболтуса, который подставил голову под удар монтировки! Я тебя подлечила и сейчас сделаю это ещё раз. Через месяц будешь здоровым человеком. Вырастут даже зубы, хоть и не так быстро. Поэтому не спеши избавляться от обломков. Если с тобой начнут работать стоматологи, раньше чем через полгода зубов не дождёшься. Нор оставит лекарства, они помогут ускорить их рост. Теперь то, что касается вас обоих, – она повернулась к Олегу Викторовичу. – Вам нужно постараться, чтобы это выздоровление наделало как можно меньше шума. Вы сами в этом заинтересованы. Лучше быстрее забрать Бориса домой и больше не обращаться к врачам. Боря, я улучшила тебе память, поэтому без проблем догонишь свой класс. Я могу помочь не только этим, но сейчас нет времени. Если до моего отъезда уже будешь дома и мне не помешают твои родители, я всё сделаю. У тебя есть номер моего телефона.
– Когда меня били, мобильник тоже раздолбали, – сказал Борис.
– Тогда позвони Татьяне, и она передаст мне. Олег Викторович, я попрошу не распространяться о том, что вы слышали. Я делаю это ради вашего сына, к которому отношусь как к брату. Не станете никому говорить?
– И жене нельзя? – спросил он. – Тогда она и в квартире устроит скандал. Опять выпроводите? Мне не понравилось, что вы залезли ей в голову.
– Мне самой это не нравится, только вряд ли вам удастся переубедить Клавдию Петровну. Если она узнает о моих способностях, только больше испугается. Проще её куда-нибудь увести. Мне потребуется только час. Так вы не ответили насчёт молчания.
– Не беспокойтесь, не буду я болтать, – сказал он. – Я не враг сыну, а он не простит, если из-за меня у вас будут неприятности. Не только вы относитесь к нему как к брату. Не знаю, чем это вызвано, но и Боря любит вас как сестру. С матерью уже из-за вас ругался. Да и не поверит никто в этот бред. Вы общайтесь, а я пойду к жене. Сына постараемся забрать домой.
– Он точно никому не расскажет? – спросила Бориса Татьяна.
– Не расскажет, – ответила за него Ольга. – Я умею чувствовать, когда врут. Теперь, когда здесь нет родителей, хочу предложить тебе то, о чём уже говорила всем на секции.
– Чем заняты арендаторы? – спросил генеральный директор. – Я был у них до выходных, но ничего не понял. Гонят свои чёрные шланги, наматывают на катушки и вывозят на склад. Рабочие сами не понимают, что делают, а Субари прямо сказал, что пока это секрет.
– Я знаю об их продукции не больше вас, – ответил главный инженер. – У нас они загрузили токарный участок в пятом цехе и заказали технологам разработку пресс-форм. Кроме этого, наши электрики подключили гальваническую установку, в которой покрывают золотом медные гильзы. Установку где-то купили и поставили в том же цехе, где изготавливают пластик. Я не предлагал наших услуг в части позолоты, но сказал Субари, что первый же визит инспекции труда обойдётся им в копеечку. Там нет даже нормальной вытяжки!
– А что он ответил? – спросил директор.
– Отмахнулся. Сказал, что это времянка, и скоро переделают. Он сегодня заходил ко мне по поводу свободных помещений в седьмом корпусе. Они хотят развернуть там производство каких-то инструментов. Показывал заказы, которыми хотят нас загрузить. Мы потянем всё, кроме электроники.
– А как с оплатой?
– А это уже, Алексей Петрович, не ко мне. За аренду заплатили полностью и в срок, те заказы, которые мы уже выполняем, тоже оплачивают, а будет ли для нас выгода в новых, нужно ждать, что скажут технологи и экономисты. Эти арендаторы пользуются не только нашими услугами. Как я узнал, много заказов разместили на «Прамо-Электро» и «Электромеханике». На днях звонили из мэрии, интересовались, чем они у нас заняты.
– А мэрии что от них нужно? – удивился директор.
– Субари начал с ними переговоры о строительстве в черте города административного здания и трёх многоквартирных жилых домов.
– Похоже, что они решили устроиться у нас всерьёз и надолго, – задумался директор. – Возьмите-ка вы, Виктор Сергеевич, эти заказы под свой контроль, чтобы мы их не лишились, а то технологи, как всегда, начнут тянуть резину. Не знаю, что за продукцию будет выпускать господин Бортников, или кто там за ним стоит, но они явно рассчитывают на высокие прибыли и собираются расширять производство. И нам нужно этим воспользоваться.
– Триста миллионов! – сказал министр обороны. – Большие деньги.
– Много золота, – возразил Первушин. – И какого! Я вам не докладывал... У Кронберга не очень качественное оборудование, да и по времени их сильно ограничили. В Институте физических проблем получили немного другие результаты.
– И в чём разница? – спросил министр.
– Они вообще не обнаружили никаких примесей. Все методы анализа дают стопроцентную чистоту материала. Есть и еще один нюанс: у этого золота практически нет дефектов кристаллической решётки. Большинство таких дефектов связано с наличием примесей, но есть и много других причин. Так вот, похоже, что эти причины не действуют на образец. После плавления золото застывает без каких-либо структурных нарушений. Точно установили, что для него критическая температура равна минус ста двадцати двум градусам. Знаете, как это золото назвал руководитель лаборатории низких температур? Божественным металлом! Все, кто занимался его исследованием, плачут навзрыд и просят достать ещё. Почитайте, что по этому поводу написал директор института.
– Сплошные дифирамбы, – сказал министр, отложив прочитанное письмо. – Ну что же, с этим уже можно выходить к президенту. Только ведь он предложит взять Фадеева за жабры и вытряхнуть золото. Не такая важная шишка – промышленник средней руки, чтобы ему столько платить.
– Хорошо, что подобной глупостью будет заниматься кто-то другой, – сказал Первушин. – Разрешите идти?
– Подождите. Почему глупость? Думаете, не получится?
– Потому что Фадеев не глупее меня, а я никогда так не подставился бы. Можно попробовать его раздеть, но и это не получится. Наши промышленники и финансисты имеют резервы, до которых трудно дотянуться государству. Научены горьким опытом других. А это золото наверняка разделено и так припрятано, что мы с вами его не найдём. Наверное, у Фадеева имеются варианты действий и на случай своего ареста.
