– Привезли вчера снегоход и мотороллеры, а горючее обещали завтра. На каникулах освоим. Вы зайдёте в дом?
– Нет, – отказалась Вера. – Неохота раздеваться, да и погода классная. Машина придёт через десять минут, так что не замёрзнем. А где Ольга?
– Сейчас соберёт сумку и выйдет. Идём к дороге, она нас догонит.
Вскоре к ним присоединилась и Ольга.
– Возьми сумку, кавалер! – сказала она Нору. – Раз не остался дома, должен ухаживать за дамой. Слышите, шумит движок? Через несколько минут подъедут.
– Оля, ты и новым ученикам поможешь, как помогла нам? – спросил Сергей. – Только не прикидывайся, что не понимаешь, о чём речь. Это Ленка с Наташкой могут считать нормальным, когда мышцы увеличивается в два раза за месяц занятий, а я знаю, что для этого нужно полгода. И хорошие растяжки за это время не получишь. Не бойся, мы друзей не предаём, дальше нас не пойдёт.
– Им дам меньше, – помолчав, ответила Ольга. – Не хочу привлекать много внимания, да и народ там, кроме Тани, не рвётся заниматься.
– А нам ещё что-то будет? – спросила Вера.
– Всё, что можно, вы уже получили. Если хотите большего, нужно заниматься самим.
– А мой английский – это не твоя заслуга? – продолжила допытываться подруга.
– Это твоя заслуга, – неохотно ответила Ольга. – Я только улучшила память.
– Я тебя поцелую, когда рядом не будет мальчишек, – пообещала Вера, – а то начнут зубоскалить. У меня никогда не было такой подруги, как ты. Мы ведь не бросим дружить после школы?
– Даже если мы куда-нибудь уедем, постараюсь вас не потерять, – пообещала Ольга. – Машина приехала, пошли на посадку.
Через полчаса они уже переодевались в раздевалке. В зале собрались все члены группы. Не успели приступить к занятиям, как к Ольге подошёл полный хорошо одетый мужчина лет сорока пяти, который вопреки правилам не стал менять обувь.
– Ольга Ковалёва? – спросил он. – Я прошу вас ненадолго отойти в сторону, надо поговорить.
– Вы отец Виталия Тарасова? – спросила она и, получив утвердительный кивок, продолжила: – Тогда я не вижу смысла куда-то уходить. Свидетелями моего разговора с вашим сыном были все здесь присутствующие. Так что если у вас есть ко мне вопросы или претензии, то можете излагать.
– Почему вы его выгнали? – спросил он.
– Потому что ваш сын этого хотел. Он заявил, что ему эта борьба до лампочки и может всем здесь пересчитать рёбра. Это не урок физкультуры, где можно отбыть, получив свою тройку. Спорт – это тяжёлый труд, он не для бездельников. А боевые искусства не даются таким, как ваш сын. Он нам хамил и мешал заниматься, и вы хотите, чтобы с ним здесь носились? С какой стати? Из-за вашей жены?
– Я хотел, чтобы сын занялся спортом, – сказал он, – а жена хотела, чтобы он делал это в вашей секции. Ей понравилось ваше выступление, да и вообще состав группы...
– Я поняла, можете не продолжать, – оборвала его Ольга. – Меня уже пугали вашей женой. Поймите правильно и постарайтесь, чтобы поняла она. Нельзя чему-то научить того, кто не хочет учиться. Кроме того, ваш сын восстановил против себя всех. Он нарывался на драку, и только кровотечение из носа этому помешало. И уверяю вас, что это спасло от неприятностей и нас, и его. Нашу секцию закрыли бы, но вашего сына ребята превратили бы в отбивную. Извините, но не могу уделить вам больше времени. Я сказала всё, что хотела, и должна работать с учениками. До свидания.
Они уже заканчивали занятие, когда у Ольги зазвонил телефон.
– Это Игорь, – раздался из трубки знакомый голос. – Здравствуй. Мне сообщили, что ты меня ждёшь.
– Вы уже приехали! – обрадовалась девушка. – А когда с вами можно увидеться?
– Всё в наших руках, – довольный её радостью сказал дор. – Занятий у вас пока нет, поэтому будет лучше, если я завтра приеду. Накормишь?
– Состряпаю праздничный обед! – пообещала Ольга. – К какому времени приедете?
– К двум будет нормально? Значит, в два и приеду. Повидаемся, а заодно я с тобой рассчитаюсь.
– Чему ты больше радуешься? – спросил Нор, когда шли на посадку в машину. – Тому, что завтра получишь очередную порцию знаний, или встрече с дором?
– Ты что, ревнуешь? – остановилась Ольга. – Совсем сбрендил! Я хорошо к нему отношусь и рада увидеть.
– Нет у меня ревности, – возразил Нор, – трудно понять такое отношение дора к тебе и твоё к нему. Всё, что у нас о них говорилось и писалось, сводилось к тому, что от них нужно держаться подальше. Если уж совсем пропадать, тогда...
– Есть разница в том, кто и с какой целью с ними общается, – задумалась Ольга. – Да и доры, бывают разными, а этот меня почему-то выделил. С Павлом тоже неплохие отношения, но для него я только ценный союзник. Пока от меня есть польза, он будет помогать, иссякнет сотрудничество, может не пустить на порог.
– Наверное, ты права, но для меня бестелесные всю жизнь были пугалом, а потом я простился с жизнью, получил от них силу и увильнул от расплаты. Не по своей вине, но я был страшно рад, только боялся, что однажды они придут за расчётом. Они и пришли, и я сохранил свободу только благодаря тебе и тому, что не знали о слиянии. И ещё я думаю, что они побоялись меня забрать.
– А чего им бояться? – не поняла Ольга.
– Меня сюда перенёс бог, – напомнил он. – Может быть, внял мольбе, но, скорее, преследовал какие-то свои цели. В таком случае забирать меня – это всё равно что вырывать рукой кусок мяса из волчьей пасти.
– Нор, Ольга, имейте совесть! – крикнул им вошедший в вестибюль Сергей. – Шофёр матерится и сказал, что если мы не уедем через пять минут, то он вообще никуда не поедет! У вас есть деньги на такси? У меня их нет.
– Заболтались! – с досадой сказала Ольга. – Ходу, а то действительно может уехать. У него сегодня нет другой работы, кроме этого рейса.
В храме Ардеса было темно, лишь возле жертвенника горела одинокая сальная свеча, которая не разгоняла мрак, а наоборот делала его более беспросветным, освещая только часть каменной плиты дрожащим жёлтым огоньком. Жрец помнил каждую неровность мощённого каменными плитами пола и мог проделать необходимое без освещения. Подойдя к алтарю, он откупорил висевшую на поясе флягу, слил из неё в ладонь немного крови и, обмакнув указательный палец другой руки, принялся рисовать на камне ритуальный рисунок призыва. Дело было привычным и давно выполнялось только по обязанности. Ни его дед, ни отец, которые всю свою жизнь служили в этом храме, ни разу не видели, чтобы бог откликнулся. Увидеть довелось ему.
Сильный порыв ветра погасил и повалил свечу и швырнул в глаза песок. Когда жрец вытер слёзы, он с изумлением и ужасом увидел над жертвенником светящееся пятно, которое стало быстро увеличиваться в размерах, заставив зажмурить глаза и прикрыть их рукой.
– Ты мне нужен! – раздался повелительный голос. – Встань с коленей и открой глаза!
Ноги не держали, но какая-то сила вздёрнула его с пола и против воли раскрыла глаза. На жертвеннике стоял крепкий мужчина средних лет в обычной одежде воина и насмешливо смотрел на жреца. Тот не увидел источников света, но та часть храма, где они находились, была ярко освещена.
– Две сотни лет твои предки и ты сам питались моим именем, – продолжил бог. – Пришло время немного потрудиться. Если выполнишь поручение, то получишь щедрую награду, ослушаешься – умрёшь.
– Слава великому Ардесу! – хрипло сказал жрец. – Я выполню всё!
– Конечно, слава. Я не сомневаюсь в твоей готовности служить. А теперь слушай, что от тебя требуется. Я пошлю тебя в один из миров, куда до тебя попал молодой княжич с именем Нор. Твоё дело найти его и передать то, что лежит на жертвеннике. После этого сожмёшь в руке этот камень и вернёшься за наградой.
Из руки бога выпал маленький камень и словно прилип к алтарю. Миг – и в храме снова стало темно. Жрец дрожащими руками пошарил по алтарю и нащупал небольшой кожаный мешочек и камень размером с орех. Он не испытывал восторга от явления бога, был лишь леденящий душу страх. Не смея даже в мыслях противиться воле того, кому семья Хакров служила несколько поколений, он на дрожащих ногах вышел из храма и в тот же миг оказался на заснеженной дороге, со всех сторон окружённой лесом. Надетая на голое тело туника не защищала от мороза, а деревянные жреческие сандалии проваливались в неглубокий снег и норовили свалиться с ног. Подвывая от холода и ужаса, он шёл по дороге, уже ни на что не надеясь. Жрец прошел бы мимо стоявшего недалеко от дороги дома, если бы не увидел свет. Ноги закоченели, но у него хватило сил добраться до калитки. Она была заперта, и он закричал и стал бить в забор рукой.
Ольга была в спальне и не слышала его криков и стука, услышала Хитреца, который с силой ударил рылом во входную дверь. Сканирование двора предупредило о присутствии незнакомого человека.
– Кого-то принесло, – сказала она Нору. – Хорошо, что не успела раздеться. Не вставай, я выйду сама.
Ольга не стала обострять магией зрение, взяла фонарик, накинула куртку и, приласкав Хитреца, быстро пошла к калитке. Когда она была открыта, девушка в страхе попятилась. В луче фонаря стоял почти голый человек, чьи руки и ноги были сплошь покрыты татуировками. Сначала она подумала, что это сбежавший зэк, но потом увидела у него на груди бронзовый диск с грубо выбитым треугольником и поняла, кто это такой.
– Помоги, женщина! – прохрипел он на языке королевства Ортан. – Княжич Нор здесь?
– Здесь, – ответила Ольга на том же языке. – Заходи, ты весь замёрз! Сейчас отогреешься.
– Нет! – помотал он головой. – Я вернусь домой. Возьми и отдай княжичу! Это передал сам Ардес!
Он сунул в руки ошеломленной девушке что-то мягкое, отступил на несколько шагов и исчез. Сводить пространства разных Вселенных сложно даже для бога. Мало совместить нужные участки разных миров, нужно учесть, что они движутся с огромными скоростями по разным траекториям. Ардес не стал этого делать для старого жреца. Его тело, кувыркаясь и разваливаясь на куски, с огромной скоростью пролетело над храмом бога и с грохотом врезалось в песчаный берег у реки, подняв в воздух тучу песка и пыли.
– Что с тобой?! – вскочил с кровати Нор. – Оля!
Она как была на улице в куртке и сапогах, так и пришла в спальню. С бледного лица капали слёзы, а губы судорожно кривились в сдерживаемых рыданиях. Нор схватил её за плечи и прижал к себе. Ольга вцепилась в него, как утопающий в спасательный круг, выронив при этом кожаный мешочек.
– Никому не отдам! Гад этот твой бог, сволочь бессердечная!
– Ты можешь объяснить, что случилось? – спросил он, сбрасывая с неё куртку. – Дай сниму сапоги. А теперь отнесу на кровать, и ты мне расскажешь, из-за чего эта истерика. Это связано с тем, кто приходил? Кто он?
– Старший жрец Ардеса. Разрисован татуировками, как зэк, я его сначала за зэка и приняла. Стоит на морозе в тунике и своих сандалиях и трясётся от холода. Здесь, говорит, княжич Нор? Я ему по-ортански ответила, что здесь и предложила зайти в дом, но он отказался, отдал тебе что-то в коже и исчез.
– И где это? – спросил побледневший Нор.
– Было у меня в руках, – она осмотрелась. – Вон лежит на полу.
Нор кинулся к лежавшему мешочку, поднял его и, развязав шнур, вытряхнул на пол свёрнутый и смятый лист бумаги и несколько камней размером с лесной орех. Не обращая внимания на камни, он взял лист, развернул его и углубился в чтение.
– Как я думал, так и вышло! – сказал он, прочитав послание Ардеса. – Хрен бы он спасал меня просто так! Ему нужно, чтобы я что-то сделал в родном мире. Я не представляю для него никакой ценности, важен этот мир. Он не может или не хочет сюда соваться, вот и выбросил меня!
– Ничего не поняла! – сказала Ольга. – Ты можешь объяснить?
– Если коротко, мне дали три года, чтобы стать здесь своим, вооружиться до зубов местным оружием и вернуться обратно. И лучше уйти не одному, а прихватив несколько помощников. Есть намёк на то, что у нас придётся драться и что-то там развалить. Что именно, я не понял, то ли храм, то ли целый город. Этот бог, как и ваши, большой любитель напускать туман.
– Неужели он сам не может развалить какой-то храм?
– А чёрт его знает! – в сердцах высказался Нор. – Если это храм другого бога, а они друг за другом присматривают, то у него это может не получиться или выльется в драку с другим богом. Они почти всё делают руками людей. А если я туда заявлюсь с грузом взрывчатки, то буду иметь дело не с богами, а с людьми. Их бог обратит на меня внимание, когда от храма останется груда камней.
– Как-то это мелко для бога... – сказала Ольга. – Походит на сведение счётов между людьми.
– Ты должна помнить их деяния, – возразил Нор. – Если верить тому, что написано в священных книгах, они ничем не отличаются от людей, кроме силы. Завистливые, мстительные и обидчивые. Только этому верить... Возьми послание и почитай сама.
– Почитаю позже, – сказала Ольга. – Там написано, как попасть в твой мир?
– Нужно крепко сжать один из этих камней. Так, их пять штук, значит, кроме меня, смогут уйти четверо.
– А если наплевать? – спросила Ольга. – Раз он не сможет прийти сам, а только присылает жрецов, можно далеко послать и его самого, и его посланцев.
– Посмотрим, – сказал Нор. – Три года он даёт на вооружение. И где я возьму оружие? Хоть бы подбросил золото! Вот, кстати, хорошая отмазка. Припрётся ещё один с наколками, а мы ему популярно объясним, что здесь не раздают оружие всем желающим. Так что успокойся и не спеши меня хоронить. Сейчас я вытру эту лужу от твоих сапог, повешу куртку и будем спать.
– Я сама! – Ольга вскочила с кровати и, взяв с собой сапоги и куртку, ушла в коридор.
Сегодня они много времени уделили друг другу и поздно заснули. Утром тоже встали поздно, уже после девяти.
– Напрасно кормил Хитреца, – сказала Ольга отцу. – Подождал бы, пока я встану. Могу я позже встать на каникулах?
– Сегодня к обеду должна приехать Шура, – сказал Егор. – Приготовишь что-нибудь повкусней?
– Обязательно, – пообещала дочь. – Забыла сказать, что к двум подъедет Бортников. Я обещала ему праздничный обед, так что через час займусь готовкой.
– Помощь не нужна?
– Отдыхай, ты и так помог. Если понадобится помощник, я запрягу Нора. У тебя нет срочных дел в заказнике? Вот никуда и не дёргайся. Если Александра захочет, можете вдвоём покататься на снегоходе. Это не твой Ухарь.
– Оля...
– Спрашивай, что ты мнёшься.
– Шура спрашивала о тебе, а я не знаю, что говорить. Перевёл разговор на другое, а она, похоже, обиделась.
– Когда свадьба? – спросила Ольга, раскладывая овощи для шинковки. – Предложение уже сделал?
– Как это у тебя быстро!
– Нет, – отказалась Вера. – Неохота раздеваться, да и погода классная. Машина придёт через десять минут, так что не замёрзнем. А где Ольга?
– Сейчас соберёт сумку и выйдет. Идём к дороге, она нас догонит.
Вскоре к ним присоединилась и Ольга.
– Возьми сумку, кавалер! – сказала она Нору. – Раз не остался дома, должен ухаживать за дамой. Слышите, шумит движок? Через несколько минут подъедут.
– Оля, ты и новым ученикам поможешь, как помогла нам? – спросил Сергей. – Только не прикидывайся, что не понимаешь, о чём речь. Это Ленка с Наташкой могут считать нормальным, когда мышцы увеличивается в два раза за месяц занятий, а я знаю, что для этого нужно полгода. И хорошие растяжки за это время не получишь. Не бойся, мы друзей не предаём, дальше нас не пойдёт.
– Им дам меньше, – помолчав, ответила Ольга. – Не хочу привлекать много внимания, да и народ там, кроме Тани, не рвётся заниматься.
– А нам ещё что-то будет? – спросила Вера.
– Всё, что можно, вы уже получили. Если хотите большего, нужно заниматься самим.
– А мой английский – это не твоя заслуга? – продолжила допытываться подруга.
– Это твоя заслуга, – неохотно ответила Ольга. – Я только улучшила память.
– Я тебя поцелую, когда рядом не будет мальчишек, – пообещала Вера, – а то начнут зубоскалить. У меня никогда не было такой подруги, как ты. Мы ведь не бросим дружить после школы?
– Даже если мы куда-нибудь уедем, постараюсь вас не потерять, – пообещала Ольга. – Машина приехала, пошли на посадку.
Через полчаса они уже переодевались в раздевалке. В зале собрались все члены группы. Не успели приступить к занятиям, как к Ольге подошёл полный хорошо одетый мужчина лет сорока пяти, который вопреки правилам не стал менять обувь.
– Ольга Ковалёва? – спросил он. – Я прошу вас ненадолго отойти в сторону, надо поговорить.
– Вы отец Виталия Тарасова? – спросила она и, получив утвердительный кивок, продолжила: – Тогда я не вижу смысла куда-то уходить. Свидетелями моего разговора с вашим сыном были все здесь присутствующие. Так что если у вас есть ко мне вопросы или претензии, то можете излагать.
– Почему вы его выгнали? – спросил он.
– Потому что ваш сын этого хотел. Он заявил, что ему эта борьба до лампочки и может всем здесь пересчитать рёбра. Это не урок физкультуры, где можно отбыть, получив свою тройку. Спорт – это тяжёлый труд, он не для бездельников. А боевые искусства не даются таким, как ваш сын. Он нам хамил и мешал заниматься, и вы хотите, чтобы с ним здесь носились? С какой стати? Из-за вашей жены?
– Я хотел, чтобы сын занялся спортом, – сказал он, – а жена хотела, чтобы он делал это в вашей секции. Ей понравилось ваше выступление, да и вообще состав группы...
– Я поняла, можете не продолжать, – оборвала его Ольга. – Меня уже пугали вашей женой. Поймите правильно и постарайтесь, чтобы поняла она. Нельзя чему-то научить того, кто не хочет учиться. Кроме того, ваш сын восстановил против себя всех. Он нарывался на драку, и только кровотечение из носа этому помешало. И уверяю вас, что это спасло от неприятностей и нас, и его. Нашу секцию закрыли бы, но вашего сына ребята превратили бы в отбивную. Извините, но не могу уделить вам больше времени. Я сказала всё, что хотела, и должна работать с учениками. До свидания.
Они уже заканчивали занятие, когда у Ольги зазвонил телефон.
– Это Игорь, – раздался из трубки знакомый голос. – Здравствуй. Мне сообщили, что ты меня ждёшь.
– Вы уже приехали! – обрадовалась девушка. – А когда с вами можно увидеться?
– Всё в наших руках, – довольный её радостью сказал дор. – Занятий у вас пока нет, поэтому будет лучше, если я завтра приеду. Накормишь?
– Состряпаю праздничный обед! – пообещала Ольга. – К какому времени приедете?
– К двум будет нормально? Значит, в два и приеду. Повидаемся, а заодно я с тобой рассчитаюсь.
– Чему ты больше радуешься? – спросил Нор, когда шли на посадку в машину. – Тому, что завтра получишь очередную порцию знаний, или встрече с дором?
– Ты что, ревнуешь? – остановилась Ольга. – Совсем сбрендил! Я хорошо к нему отношусь и рада увидеть.
– Нет у меня ревности, – возразил Нор, – трудно понять такое отношение дора к тебе и твоё к нему. Всё, что у нас о них говорилось и писалось, сводилось к тому, что от них нужно держаться подальше. Если уж совсем пропадать, тогда...
– Есть разница в том, кто и с какой целью с ними общается, – задумалась Ольга. – Да и доры, бывают разными, а этот меня почему-то выделил. С Павлом тоже неплохие отношения, но для него я только ценный союзник. Пока от меня есть польза, он будет помогать, иссякнет сотрудничество, может не пустить на порог.
– Наверное, ты права, но для меня бестелесные всю жизнь были пугалом, а потом я простился с жизнью, получил от них силу и увильнул от расплаты. Не по своей вине, но я был страшно рад, только боялся, что однажды они придут за расчётом. Они и пришли, и я сохранил свободу только благодаря тебе и тому, что не знали о слиянии. И ещё я думаю, что они побоялись меня забрать.
– А чего им бояться? – не поняла Ольга.
– Меня сюда перенёс бог, – напомнил он. – Может быть, внял мольбе, но, скорее, преследовал какие-то свои цели. В таком случае забирать меня – это всё равно что вырывать рукой кусок мяса из волчьей пасти.
– Нор, Ольга, имейте совесть! – крикнул им вошедший в вестибюль Сергей. – Шофёр матерится и сказал, что если мы не уедем через пять минут, то он вообще никуда не поедет! У вас есть деньги на такси? У меня их нет.
– Заболтались! – с досадой сказала Ольга. – Ходу, а то действительно может уехать. У него сегодня нет другой работы, кроме этого рейса.
В храме Ардеса было темно, лишь возле жертвенника горела одинокая сальная свеча, которая не разгоняла мрак, а наоборот делала его более беспросветным, освещая только часть каменной плиты дрожащим жёлтым огоньком. Жрец помнил каждую неровность мощённого каменными плитами пола и мог проделать необходимое без освещения. Подойдя к алтарю, он откупорил висевшую на поясе флягу, слил из неё в ладонь немного крови и, обмакнув указательный палец другой руки, принялся рисовать на камне ритуальный рисунок призыва. Дело было привычным и давно выполнялось только по обязанности. Ни его дед, ни отец, которые всю свою жизнь служили в этом храме, ни разу не видели, чтобы бог откликнулся. Увидеть довелось ему.
Сильный порыв ветра погасил и повалил свечу и швырнул в глаза песок. Когда жрец вытер слёзы, он с изумлением и ужасом увидел над жертвенником светящееся пятно, которое стало быстро увеличиваться в размерах, заставив зажмурить глаза и прикрыть их рукой.
– Ты мне нужен! – раздался повелительный голос. – Встань с коленей и открой глаза!
Ноги не держали, но какая-то сила вздёрнула его с пола и против воли раскрыла глаза. На жертвеннике стоял крепкий мужчина средних лет в обычной одежде воина и насмешливо смотрел на жреца. Тот не увидел источников света, но та часть храма, где они находились, была ярко освещена.
– Две сотни лет твои предки и ты сам питались моим именем, – продолжил бог. – Пришло время немного потрудиться. Если выполнишь поручение, то получишь щедрую награду, ослушаешься – умрёшь.
– Слава великому Ардесу! – хрипло сказал жрец. – Я выполню всё!
– Конечно, слава. Я не сомневаюсь в твоей готовности служить. А теперь слушай, что от тебя требуется. Я пошлю тебя в один из миров, куда до тебя попал молодой княжич с именем Нор. Твоё дело найти его и передать то, что лежит на жертвеннике. После этого сожмёшь в руке этот камень и вернёшься за наградой.
Из руки бога выпал маленький камень и словно прилип к алтарю. Миг – и в храме снова стало темно. Жрец дрожащими руками пошарил по алтарю и нащупал небольшой кожаный мешочек и камень размером с орех. Он не испытывал восторга от явления бога, был лишь леденящий душу страх. Не смея даже в мыслях противиться воле того, кому семья Хакров служила несколько поколений, он на дрожащих ногах вышел из храма и в тот же миг оказался на заснеженной дороге, со всех сторон окружённой лесом. Надетая на голое тело туника не защищала от мороза, а деревянные жреческие сандалии проваливались в неглубокий снег и норовили свалиться с ног. Подвывая от холода и ужаса, он шёл по дороге, уже ни на что не надеясь. Жрец прошел бы мимо стоявшего недалеко от дороги дома, если бы не увидел свет. Ноги закоченели, но у него хватило сил добраться до калитки. Она была заперта, и он закричал и стал бить в забор рукой.
Ольга была в спальне и не слышала его криков и стука, услышала Хитреца, который с силой ударил рылом во входную дверь. Сканирование двора предупредило о присутствии незнакомого человека.
– Кого-то принесло, – сказала она Нору. – Хорошо, что не успела раздеться. Не вставай, я выйду сама.
Ольга не стала обострять магией зрение, взяла фонарик, накинула куртку и, приласкав Хитреца, быстро пошла к калитке. Когда она была открыта, девушка в страхе попятилась. В луче фонаря стоял почти голый человек, чьи руки и ноги были сплошь покрыты татуировками. Сначала она подумала, что это сбежавший зэк, но потом увидела у него на груди бронзовый диск с грубо выбитым треугольником и поняла, кто это такой.
– Помоги, женщина! – прохрипел он на языке королевства Ортан. – Княжич Нор здесь?
– Здесь, – ответила Ольга на том же языке. – Заходи, ты весь замёрз! Сейчас отогреешься.
– Нет! – помотал он головой. – Я вернусь домой. Возьми и отдай княжичу! Это передал сам Ардес!
Он сунул в руки ошеломленной девушке что-то мягкое, отступил на несколько шагов и исчез. Сводить пространства разных Вселенных сложно даже для бога. Мало совместить нужные участки разных миров, нужно учесть, что они движутся с огромными скоростями по разным траекториям. Ардес не стал этого делать для старого жреца. Его тело, кувыркаясь и разваливаясь на куски, с огромной скоростью пролетело над храмом бога и с грохотом врезалось в песчаный берег у реки, подняв в воздух тучу песка и пыли.
Глава 27
– Что с тобой?! – вскочил с кровати Нор. – Оля!
Она как была на улице в куртке и сапогах, так и пришла в спальню. С бледного лица капали слёзы, а губы судорожно кривились в сдерживаемых рыданиях. Нор схватил её за плечи и прижал к себе. Ольга вцепилась в него, как утопающий в спасательный круг, выронив при этом кожаный мешочек.
– Никому не отдам! Гад этот твой бог, сволочь бессердечная!
– Ты можешь объяснить, что случилось? – спросил он, сбрасывая с неё куртку. – Дай сниму сапоги. А теперь отнесу на кровать, и ты мне расскажешь, из-за чего эта истерика. Это связано с тем, кто приходил? Кто он?
– Старший жрец Ардеса. Разрисован татуировками, как зэк, я его сначала за зэка и приняла. Стоит на морозе в тунике и своих сандалиях и трясётся от холода. Здесь, говорит, княжич Нор? Я ему по-ортански ответила, что здесь и предложила зайти в дом, но он отказался, отдал тебе что-то в коже и исчез.
– И где это? – спросил побледневший Нор.
– Было у меня в руках, – она осмотрелась. – Вон лежит на полу.
Нор кинулся к лежавшему мешочку, поднял его и, развязав шнур, вытряхнул на пол свёрнутый и смятый лист бумаги и несколько камней размером с лесной орех. Не обращая внимания на камни, он взял лист, развернул его и углубился в чтение.
– Как я думал, так и вышло! – сказал он, прочитав послание Ардеса. – Хрен бы он спасал меня просто так! Ему нужно, чтобы я что-то сделал в родном мире. Я не представляю для него никакой ценности, важен этот мир. Он не может или не хочет сюда соваться, вот и выбросил меня!
– Ничего не поняла! – сказала Ольга. – Ты можешь объяснить?
– Если коротко, мне дали три года, чтобы стать здесь своим, вооружиться до зубов местным оружием и вернуться обратно. И лучше уйти не одному, а прихватив несколько помощников. Есть намёк на то, что у нас придётся драться и что-то там развалить. Что именно, я не понял, то ли храм, то ли целый город. Этот бог, как и ваши, большой любитель напускать туман.
– Неужели он сам не может развалить какой-то храм?
– А чёрт его знает! – в сердцах высказался Нор. – Если это храм другого бога, а они друг за другом присматривают, то у него это может не получиться или выльется в драку с другим богом. Они почти всё делают руками людей. А если я туда заявлюсь с грузом взрывчатки, то буду иметь дело не с богами, а с людьми. Их бог обратит на меня внимание, когда от храма останется груда камней.
– Как-то это мелко для бога... – сказала Ольга. – Походит на сведение счётов между людьми.
– Ты должна помнить их деяния, – возразил Нор. – Если верить тому, что написано в священных книгах, они ничем не отличаются от людей, кроме силы. Завистливые, мстительные и обидчивые. Только этому верить... Возьми послание и почитай сама.
– Почитаю позже, – сказала Ольга. – Там написано, как попасть в твой мир?
– Нужно крепко сжать один из этих камней. Так, их пять штук, значит, кроме меня, смогут уйти четверо.
– А если наплевать? – спросила Ольга. – Раз он не сможет прийти сам, а только присылает жрецов, можно далеко послать и его самого, и его посланцев.
– Посмотрим, – сказал Нор. – Три года он даёт на вооружение. И где я возьму оружие? Хоть бы подбросил золото! Вот, кстати, хорошая отмазка. Припрётся ещё один с наколками, а мы ему популярно объясним, что здесь не раздают оружие всем желающим. Так что успокойся и не спеши меня хоронить. Сейчас я вытру эту лужу от твоих сапог, повешу куртку и будем спать.
– Я сама! – Ольга вскочила с кровати и, взяв с собой сапоги и куртку, ушла в коридор.
Сегодня они много времени уделили друг другу и поздно заснули. Утром тоже встали поздно, уже после девяти.
– Напрасно кормил Хитреца, – сказала Ольга отцу. – Подождал бы, пока я встану. Могу я позже встать на каникулах?
– Сегодня к обеду должна приехать Шура, – сказал Егор. – Приготовишь что-нибудь повкусней?
– Обязательно, – пообещала дочь. – Забыла сказать, что к двум подъедет Бортников. Я обещала ему праздничный обед, так что через час займусь готовкой.
– Помощь не нужна?
– Отдыхай, ты и так помог. Если понадобится помощник, я запрягу Нора. У тебя нет срочных дел в заказнике? Вот никуда и не дёргайся. Если Александра захочет, можете вдвоём покататься на снегоходе. Это не твой Ухарь.
– Оля...
– Спрашивай, что ты мнёшься.
– Шура спрашивала о тебе, а я не знаю, что говорить. Перевёл разговор на другое, а она, похоже, обиделась.
– Когда свадьба? – спросила Ольга, раскладывая овощи для шинковки. – Предложение уже сделал?
– Как это у тебя быстро!
