Она зашла в комнату Нора, положила кота на кровать и села рядом. Взяв мобильный телефон, девушка набрала номер Бортникова.
– Это Ольга. Как осваиваетесь? Сколько на это уйдёт времени?
– Минимум четыре-пять дней, – ответил ей дор. – А что?
– Запомните мой номер, потом позвоните. Есть возможность получить ещё одно тело влиятельного по здешним меркам человека. Только будет нужна ваша помощь. Теперь слушайте то, что вам нужно сказать Владимиру.
Она продиктовала дору свои пожелания в отношении младшего Бортникова.
– И последнее. В случае необходимости, я могу помочь магией, но есть одно условие. Для того чтобы это делать безопасно, вы должны научить меня выборочному стиранию памяти. Иначе я буду ограничена в своих действиях. Подумайте.
– Олег Васильевич, к вам Дворкин, – по переговорному устройству сообщила секретарша. – Сказал, что по важному вопросу.
– Пусть зайдёт, – разрешил Дерешков.
Дверь шикарно отделанного кабинета открыл невысокий полный мужчина лет шестидесяти. Он без видимого пиетета подошёл к столу, за которым сидел шеф, и положил на него несколько листов бумаги и флешку.
– Что это? – спросил Олег Васильевич. – Объясни в двух словах и сядь на стул. Не люблю, когда надо мной кто-то стоит!
– В двух словах это большая жопа, – объяснил Дворкин, садясь на один из стульев для посетителей. – Обнаружило случайно одно из моих молодых дарований. Несколько слабо связанных между собой процессов, которые запустил наш Фадеев. К весне мы могли понести большие убытки.
– Сколько? – спросил Дерешков.
– Прямые – не меньше трёх миллиардов. На котировке акций убытки могли быть больше.
– Как ты думаешь, чего он добивается?
– А тут и думать нечего. Фадеев сам один из крупных акционеров, поэтому ему это невыгодно. Я не рассматриваю версию, что он хочет сделать вам гадость, поэтому целью может быть только захват контроля над комбинатом. Сделать это сложно, но возможно. Вам принадлежит только треть акций, а вместе с другими членами группы – около половины. Мы кое-что обнаружили, но вряд ли это всё, что он задумал.
– Где он сам?
– Вместе с семьёй два с половиной месяца назад отправился в кругосветный круиз. Теплоход должен вернуться через два месяца.
– Уехал вместе с детьми? Они ведь у него учатся. Или уже нет?
– Учатся. Девятый и десятый классы. Наверное, на теплоходе уехали подставные лица, а он где-то нашёл нору и затаился. Может быть за границей, но я думаю, что у нас. Его семья не из тех, кто любит шляться за пределами России. Сейчас он не должен ждать опасности. Мы наткнулись на его делишки чисто случайно. Большинство его схем теперь можно разрушить, но я не поручусь за то, что потери будут небольшими.
– Вот что, Алексей... – задумался Дерешков. – Его нужно найти и выпотрошить по полной программе. Сколько у него акций?
– Официально около десяти процентов.
– Вот и нужно будет их приватизировать. Фадееву они уже не понадобятся, а я буду не так зависеть от партнёров. Скажи шефу СБ, что он мне нужен. А твои дарования пусть копают дальше. Если что-нибудь найдут, я их не обижу. Тому, кто накопал это, выпишите премию в размере десяти окладов.
– Олег, скажи шофёру, что мы сегодня не едем, – попросил Нор, когда в пятницу, после окончания занятий, вышли из школы.
– Как не едете? – удивилась Людмила. – Как же вы попадёте домой?
– Нам нужно задержаться по делам, а домой отвезёт Сергей, – объяснила Ольга. – Идите быстрее, а то задержите остальных.
Недовольные очередными секретами друзей Фроловы побежали к автобусу, а Нор с Ольгой пошли по тротуару к поджидавшему их Бортникову. День был холодный, но хоть сверху сегодня не капало, да и ветра почти не было.
– Освободились? – сказал он. – Стойте здесь, а я сейчас возьму машину.
Через несколько минут он выехал со стоянки и прижался к бордюру. Не дожидаясь приглашения, открыли дверцу и сели на задние сидения. Машина тронулась и, набирая скорость, помчалась по улице тем же маршрутом, каким они ежедневно ездили на автобусе. Когда проехали мост, Бортников остановился, высадил Нора с Ольгой и вернулся в город.
– Ждать минут двадцать, – сказал Нор. – Хорошо, что сегодня теплее оделись. Пошли к кустам, нечего нам здесь маячить. Как думаешь, он согласится?
– Смотря как будем уговаривать, – ответила Ольга, послушно следуя за другом к росшим у спуска к реке кустам. – Я думаю, что он будет сильно напуган. Не согласится – убьём.
Минут десять стояли молча. Ещё не начало темнеть, и было хорошо видно приближавшийся со стороны города легковой автомобиль. Вот он свернул и въехал на мост. Они по-прежнему не переговаривались ни мысленно, ни вслух. Всё уже было обдумано, и роли распределены. Машина остановилась, и из неё вышли двое мужчин.
– Зачем ты сюда привёз? – спросил Васильев. – Как здесь можно узнать, из-за чего погибли мои люди?
– Я могу рассказать, – сказала вышедшая из-за кустов Ольга. – Я приказала им утопиться, и они послушно выполнили мой приказ. И вы сейчас сделаете то же самое. Только машину топить не станем, она нужна Игорю Юрьевичу. Нор, возьми ключ от багажника и неси всё сюда.
– Как это понимать, Игорь? – отступив от них, со страхом спросил Васильев. – Ты с ней сговорился? Почему?
– Потому что я не тот Бортников, которого ты знал, – ответил дор. – Он остался запертым в этом теле. Теперь им управляю я.
– Как это? – растерялся Васильев.
– Давайте я вам объясню, Павел Максимович, – сказала ему Ольга. – Напоследок можно. Вы или выполните то, что от вас потребуют, или умрёте. Смерть при утоплении не очень приятная и довольно долгая, но тут уж я ничем не могу помочь. Нор принёс пару наждачных кругов, взятых на заводе господина Бортникова. Они килограммов по пять, так что тело с гарантией не всплывёт. Сейчас их к вам привяжем, и сами пойдёте в воду. Не верите? Ну и зря! Демонстрирую.
С застывшем на лице ужасом Васильев зашагал к воде.
– Хватит, – остановила его Ольга. – Выслушайте внимательно предложение. У вас есть выбор: или вы, обвешанный этими кругами, идёте топиться, или передаёте права на своё тело другому. При этом сохраняете жизнь и возможность чувствовать всё, что почувствует ваше тело, только не сможете им управлять. Ваш сменщик любит жизнь и все её радости, и вы получите их не меньше, чем он, не ударив палец о палец. Ваш ответ?
– Сука! – с ненавистью выкрикнул Васильев. – Хрен тебе, а не тело!
– Жаль, – сказала Ольга. – Но я не собираюсь вас упрашивать. Желающие отдать свои тела найдутся и без вас, а смерть – это окончательно. Не хотите подумать о семье? Ваш сменщик их не бросит, а одним будет трудно. Мне жалко вашего Валерку. Он хоть и с гнильцой, но не такой безнадёжный, как Владимир. Нет? Нор, вешай камни и получше затягивай веревки. Если хоть один отвяжется, когда летом раздует тело, оно может всплыть. Завязал? Прощайте, Павел Максимович.
Он сломался, когда до воды осталось три шага.
– Я согласен! – закричал он, заплакал и выкрикнул Ольге: – Будьте вы прокляты!
– Я буду очень благодарен, если с меня снимут эти камни, – сказал занявший тело Васильева дор. – Хорошо вам, у нас такое не пройдёт.
– Вы заблуждаетесь, если думаете, что мне легко играть роль равнодушной стервы и смотреть на то, как мучаются люди, – сказала Ольга. – Он мне враг, но всё равно... С нас ещё одно тело, потом вам придётся платить.
– Мы заплатим, – согласился дор, которого Нор освободил от камней.
Узлы не поддавались, поэтому он разрезал верёвки.
– Не надумали научить меня стиранию памяти? – спросила Ольга. – Я уже говорила, что это в ваших интересах. К тому же можно поощрить то, что вы получили эти тела на два года раньше.
– Пожалуй, – согласился тот дор, который был в теле Васильева. – Знания я дам. Только учтите, что выборочное стирание сложно осуществить, и оно требует практики. Намного проще стереть всё за последние несколько часов, по-моему, вам это и нужно. Качните в меня силу. Достаточно. Теперь запоминайте.
Дор и Ольга застыли и стояли неподвижно минут десять.
– Спасибо, – сказала она, когда они закончили. – Интересные и полезные знания. Давайте определимся, как вас звать. Наверное, проще именами прежних личностей. Развейте моё недоумение, Павел. Судя по вашим знаниям, вы оба маги, но я этого не ощущаю. Пусть в телах мало силы, но даже когда я ею делюсь...
– Маг – это не сила, которую можно залить в любого человека, и не знания, – ответил дор. – Главное – это возможность управлять силой, а такой возможности нет в этих телах. Точнее, она есть, но небольшая, и это сильно ограничивает наши возможности. На его планете, – он показал рукой на Нора, – намного легче работать. У вас с этим сложнее. Если найдёте для нас человека с заметными магическими способностями, получите сразу много знаний. Если больше нет вопросов, я отсюда уехал бы.
– Сейчас поедем, – сказал Нор. – Я только здесь уберу, а камни заброшу в кусты. Может, ещё пригодятся.
Он забросил в кусты наждачные круги и собрал с песка обрезки верёвок, после чего все сели в машину.
– Отвезёте нас в лесничество, – сказала Ольга, – заодно узнаете дорогу. Возьмите бумагу, это мой скайп. Связь по мобильнику бывает не всегда, а мой комп по вечерам постоянно включен. Пока едем, ответьте на вопрос. Вы действительно не бросите их семьи?
– Пока не собираюсь этого делать, – сказал сидевший за рулём Игорь. – Моя жена во всех отношениях приятная женщина, а сына можно выдрессировать. Он ведь больше не доставляет вам неприятностей?
– Притих, – ответила Ольга, – и даже извинился. Вы хорошо умеете воспитывать.
– Опыт, – улыбнулся он. – Поживите с моё, у вас тоже не будет проблем с молодняком. Парня распустили, это поправимо.
– А сколько вы живёте? – спросил Нор.
– Интересно? Я прожил пять жизней. Не все они были долгими, но в общей сложности набралось больше двухсот ваших лет.
– Наверное, не все из вас имеют такую возможность? – спросила Ольга.
– Продление жизни – удел немногих, – подтвердил он. – Тел мало, поэтому услуга очень дорогая. Поможете нам, и вам тоже помогут по-настоящему. От сильного союзника намного больше пользы. Это и есть ваш дом?
– Да, приехали, – ответила она. – А вы, Павел, так и не ответили на вопрос о семье.
– И не отвечу. Мне нужно всё вспомнить и попробовать жену, а уже потом буду решать. В любом случае не оставлю их без средств к существованию. У нас такое не принято.
– До свидания, – попрощалась Ольга. – Если приедете, будьте осторожны. Стучите в калитку или звоните по телефону. У нас по двору бегает чудо посерьёзнее собаки.
Доры уехали, а они вошли во двор, где уже дожидался соскучившийся Хитрец.
– Подержи сумку, – попросила Ольга друга. – Ему нужно хоть немного ласки. Смотри, как радуется. Нор, что он будет делать, если уедем?
– Возьмём с собой. Если квартира будет большой...
– Ты шутишь, а я уверена, что он этого не переживёт! Он уже не сможет жить в лесу и придёт к людям. Думаешь, его спасёт наш ошейник? Убьют однозначно.
– Можно оставить его тем, кто будет здесь жить.
– Ага! И они будут с ним возиться? Знаешь же, сколько мы на него тратим. Кто будет просто так кормить свинью? Для него это только отсрочка.
– Знаешь что? – сказал Нор. – Не нужно накручивать себя раньше времени. Мы будем здесь ещё два года. За это время может случиться много всего. Пошли лучше домой, а то ты уже замёрзла, да и Уголёк ждёт. Будет кого почесать, хотя я тоже от этого не отказался бы. Да разве от тебя дождёшься!
Они вошли в дом, сняли куртки и обувь и направились на кухню, с которой доносился звон посуды.
– Явились – не запылились, – встретил их отец. – Скажете, где мотались, или для меня это секрет? Ладно, поговорим позже, а сейчас убирайте свои сумки и будем ужинать.
– Скажешь ему? – спросил Нор, когда вошли в его комнату.
– Не хотелось говорить, но придётся, – ответила Ольга. – Эта задержка у нас не последняя.
– Будем искать дорам магов?
– Ни в коем случае! Моя ценность после этого сильно упадёт. Пусть сами попробуют найти. Сегодня нужно выкроить время, чтобы я научила тебя всему, что узнала в последние дни от доров и накопала сама. Слушай, а где Уголёк? Ага, он в нашей спальне. Иди умываться, а я сейчас подойду.
– И куда это годится? – спросил отец, когда Ольга поставила рядом с собой табуретку для кота. – Это безобразие нужно прекращать!
– Не шуми, – попросила дочь. – Это уже не совсем кот. Я очень сильно подтолкнула его в развитии. Уголёк, покажи, где вилка. Видишь?
Кот показал лапой на одну из вилок, после чего с укором взглянул на Егора.
– Бедный парень! – сказал тот. – Ты с этим доиграешься. Он уже на голову больше взрослого кота и продолжает расти, а теперь ещё и разум. Мало того что из-за него обратят внимание на тебя, ему самому будет трудно жить. Это же одиночество на всю жизнь. Или ты так же будешь делать самку?
– Там будет видно, – ответила Ольга. – Уголёк, хочешь оладьи со сметаной? Вот и умница! Не останешься ты один, у тебя есть я. Папа, спасибо за оладьи. Сейчас поедим, и я тебе всё расскажу.
– Он собирается выходить, – сказал заместитель начальника СБ Михеев. – Общая готовность. Баранов, не перестарайтесь!
– Не беспокойтесь, Александр Ильич, – прозвучало из наушника. – Всё будет тип-топ.
Минуты три ничего не происходило, потом отворились двери подъезда, и из него вышли двое крепких мужчин, которые выволокли третьего. Видимо, он был без сознания. Подхватив его под руки, они подбежали к стоявшему возле подъезда «вольво», запихнули в машину добычу и сели сами. Десять минут езды по городу, и «вольво» въехала на охраняемую территорию каких-то складов. Остановились возле небольшого одноэтажного здания. Ещё не пришедшего в себя мужчину вытащили из машины и занесли в него. Допрос происходил здесь же, в приспособленном для этих целей подвальном помещении.
– Приведите его в чувство! – приказал Михеев.
Один из его подчинённых взял флакон с нашатырём и поднёс к носу пленника. Тот зашевелился и начал стонать.
– Говорил же, чтобы работали аккуратно! – недовольно сказал Михеев. – Делайте, что хотите, но чтобы он мог говорить.
Пострадавшему плеснули в лицо холодную воду и что-то укололи в вену. Через пять минут он уже был в сознании и со страхом рассматривал помещение и находившихся в нём людей.
– Ну что, Лыткин, будете говорить без того, чтобы вас резали на куски? – спросил его Михеев. – Нам нужно знать, что ваш шеф предпринял против группы Дерешкова и куда запропастился сам. Вы один из близких ему людей и не можете этого не знать, а скоро узнаем и мы.
– Это Ольга. Как осваиваетесь? Сколько на это уйдёт времени?
– Минимум четыре-пять дней, – ответил ей дор. – А что?
– Запомните мой номер, потом позвоните. Есть возможность получить ещё одно тело влиятельного по здешним меркам человека. Только будет нужна ваша помощь. Теперь слушайте то, что вам нужно сказать Владимиру.
Она продиктовала дору свои пожелания в отношении младшего Бортникова.
– И последнее. В случае необходимости, я могу помочь магией, но есть одно условие. Для того чтобы это делать безопасно, вы должны научить меня выборочному стиранию памяти. Иначе я буду ограничена в своих действиях. Подумайте.
– Олег Васильевич, к вам Дворкин, – по переговорному устройству сообщила секретарша. – Сказал, что по важному вопросу.
– Пусть зайдёт, – разрешил Дерешков.
Дверь шикарно отделанного кабинета открыл невысокий полный мужчина лет шестидесяти. Он без видимого пиетета подошёл к столу, за которым сидел шеф, и положил на него несколько листов бумаги и флешку.
– Что это? – спросил Олег Васильевич. – Объясни в двух словах и сядь на стул. Не люблю, когда надо мной кто-то стоит!
– В двух словах это большая жопа, – объяснил Дворкин, садясь на один из стульев для посетителей. – Обнаружило случайно одно из моих молодых дарований. Несколько слабо связанных между собой процессов, которые запустил наш Фадеев. К весне мы могли понести большие убытки.
– Сколько? – спросил Дерешков.
– Прямые – не меньше трёх миллиардов. На котировке акций убытки могли быть больше.
– Как ты думаешь, чего он добивается?
– А тут и думать нечего. Фадеев сам один из крупных акционеров, поэтому ему это невыгодно. Я не рассматриваю версию, что он хочет сделать вам гадость, поэтому целью может быть только захват контроля над комбинатом. Сделать это сложно, но возможно. Вам принадлежит только треть акций, а вместе с другими членами группы – около половины. Мы кое-что обнаружили, но вряд ли это всё, что он задумал.
– Где он сам?
– Вместе с семьёй два с половиной месяца назад отправился в кругосветный круиз. Теплоход должен вернуться через два месяца.
– Уехал вместе с детьми? Они ведь у него учатся. Или уже нет?
– Учатся. Девятый и десятый классы. Наверное, на теплоходе уехали подставные лица, а он где-то нашёл нору и затаился. Может быть за границей, но я думаю, что у нас. Его семья не из тех, кто любит шляться за пределами России. Сейчас он не должен ждать опасности. Мы наткнулись на его делишки чисто случайно. Большинство его схем теперь можно разрушить, но я не поручусь за то, что потери будут небольшими.
– Вот что, Алексей... – задумался Дерешков. – Его нужно найти и выпотрошить по полной программе. Сколько у него акций?
– Официально около десяти процентов.
– Вот и нужно будет их приватизировать. Фадееву они уже не понадобятся, а я буду не так зависеть от партнёров. Скажи шефу СБ, что он мне нужен. А твои дарования пусть копают дальше. Если что-нибудь найдут, я их не обижу. Тому, кто накопал это, выпишите премию в размере десяти окладов.
Глава 19
– Олег, скажи шофёру, что мы сегодня не едем, – попросил Нор, когда в пятницу, после окончания занятий, вышли из школы.
– Как не едете? – удивилась Людмила. – Как же вы попадёте домой?
– Нам нужно задержаться по делам, а домой отвезёт Сергей, – объяснила Ольга. – Идите быстрее, а то задержите остальных.
Недовольные очередными секретами друзей Фроловы побежали к автобусу, а Нор с Ольгой пошли по тротуару к поджидавшему их Бортникову. День был холодный, но хоть сверху сегодня не капало, да и ветра почти не было.
– Освободились? – сказал он. – Стойте здесь, а я сейчас возьму машину.
Через несколько минут он выехал со стоянки и прижался к бордюру. Не дожидаясь приглашения, открыли дверцу и сели на задние сидения. Машина тронулась и, набирая скорость, помчалась по улице тем же маршрутом, каким они ежедневно ездили на автобусе. Когда проехали мост, Бортников остановился, высадил Нора с Ольгой и вернулся в город.
– Ждать минут двадцать, – сказал Нор. – Хорошо, что сегодня теплее оделись. Пошли к кустам, нечего нам здесь маячить. Как думаешь, он согласится?
– Смотря как будем уговаривать, – ответила Ольга, послушно следуя за другом к росшим у спуска к реке кустам. – Я думаю, что он будет сильно напуган. Не согласится – убьём.
Минут десять стояли молча. Ещё не начало темнеть, и было хорошо видно приближавшийся со стороны города легковой автомобиль. Вот он свернул и въехал на мост. Они по-прежнему не переговаривались ни мысленно, ни вслух. Всё уже было обдумано, и роли распределены. Машина остановилась, и из неё вышли двое мужчин.
– Зачем ты сюда привёз? – спросил Васильев. – Как здесь можно узнать, из-за чего погибли мои люди?
– Я могу рассказать, – сказала вышедшая из-за кустов Ольга. – Я приказала им утопиться, и они послушно выполнили мой приказ. И вы сейчас сделаете то же самое. Только машину топить не станем, она нужна Игорю Юрьевичу. Нор, возьми ключ от багажника и неси всё сюда.
– Как это понимать, Игорь? – отступив от них, со страхом спросил Васильев. – Ты с ней сговорился? Почему?
– Потому что я не тот Бортников, которого ты знал, – ответил дор. – Он остался запертым в этом теле. Теперь им управляю я.
– Как это? – растерялся Васильев.
– Давайте я вам объясню, Павел Максимович, – сказала ему Ольга. – Напоследок можно. Вы или выполните то, что от вас потребуют, или умрёте. Смерть при утоплении не очень приятная и довольно долгая, но тут уж я ничем не могу помочь. Нор принёс пару наждачных кругов, взятых на заводе господина Бортникова. Они килограммов по пять, так что тело с гарантией не всплывёт. Сейчас их к вам привяжем, и сами пойдёте в воду. Не верите? Ну и зря! Демонстрирую.
С застывшем на лице ужасом Васильев зашагал к воде.
– Хватит, – остановила его Ольга. – Выслушайте внимательно предложение. У вас есть выбор: или вы, обвешанный этими кругами, идёте топиться, или передаёте права на своё тело другому. При этом сохраняете жизнь и возможность чувствовать всё, что почувствует ваше тело, только не сможете им управлять. Ваш сменщик любит жизнь и все её радости, и вы получите их не меньше, чем он, не ударив палец о палец. Ваш ответ?
– Сука! – с ненавистью выкрикнул Васильев. – Хрен тебе, а не тело!
– Жаль, – сказала Ольга. – Но я не собираюсь вас упрашивать. Желающие отдать свои тела найдутся и без вас, а смерть – это окончательно. Не хотите подумать о семье? Ваш сменщик их не бросит, а одним будет трудно. Мне жалко вашего Валерку. Он хоть и с гнильцой, но не такой безнадёжный, как Владимир. Нет? Нор, вешай камни и получше затягивай веревки. Если хоть один отвяжется, когда летом раздует тело, оно может всплыть. Завязал? Прощайте, Павел Максимович.
Он сломался, когда до воды осталось три шага.
– Я согласен! – закричал он, заплакал и выкрикнул Ольге: – Будьте вы прокляты!
– Я буду очень благодарен, если с меня снимут эти камни, – сказал занявший тело Васильева дор. – Хорошо вам, у нас такое не пройдёт.
– Вы заблуждаетесь, если думаете, что мне легко играть роль равнодушной стервы и смотреть на то, как мучаются люди, – сказала Ольга. – Он мне враг, но всё равно... С нас ещё одно тело, потом вам придётся платить.
– Мы заплатим, – согласился дор, которого Нор освободил от камней.
Узлы не поддавались, поэтому он разрезал верёвки.
– Не надумали научить меня стиранию памяти? – спросила Ольга. – Я уже говорила, что это в ваших интересах. К тому же можно поощрить то, что вы получили эти тела на два года раньше.
– Пожалуй, – согласился тот дор, который был в теле Васильева. – Знания я дам. Только учтите, что выборочное стирание сложно осуществить, и оно требует практики. Намного проще стереть всё за последние несколько часов, по-моему, вам это и нужно. Качните в меня силу. Достаточно. Теперь запоминайте.
Дор и Ольга застыли и стояли неподвижно минут десять.
– Спасибо, – сказала она, когда они закончили. – Интересные и полезные знания. Давайте определимся, как вас звать. Наверное, проще именами прежних личностей. Развейте моё недоумение, Павел. Судя по вашим знаниям, вы оба маги, но я этого не ощущаю. Пусть в телах мало силы, но даже когда я ею делюсь...
– Маг – это не сила, которую можно залить в любого человека, и не знания, – ответил дор. – Главное – это возможность управлять силой, а такой возможности нет в этих телах. Точнее, она есть, но небольшая, и это сильно ограничивает наши возможности. На его планете, – он показал рукой на Нора, – намного легче работать. У вас с этим сложнее. Если найдёте для нас человека с заметными магическими способностями, получите сразу много знаний. Если больше нет вопросов, я отсюда уехал бы.
– Сейчас поедем, – сказал Нор. – Я только здесь уберу, а камни заброшу в кусты. Может, ещё пригодятся.
Он забросил в кусты наждачные круги и собрал с песка обрезки верёвок, после чего все сели в машину.
– Отвезёте нас в лесничество, – сказала Ольга, – заодно узнаете дорогу. Возьмите бумагу, это мой скайп. Связь по мобильнику бывает не всегда, а мой комп по вечерам постоянно включен. Пока едем, ответьте на вопрос. Вы действительно не бросите их семьи?
– Пока не собираюсь этого делать, – сказал сидевший за рулём Игорь. – Моя жена во всех отношениях приятная женщина, а сына можно выдрессировать. Он ведь больше не доставляет вам неприятностей?
– Притих, – ответила Ольга, – и даже извинился. Вы хорошо умеете воспитывать.
– Опыт, – улыбнулся он. – Поживите с моё, у вас тоже не будет проблем с молодняком. Парня распустили, это поправимо.
– А сколько вы живёте? – спросил Нор.
– Интересно? Я прожил пять жизней. Не все они были долгими, но в общей сложности набралось больше двухсот ваших лет.
– Наверное, не все из вас имеют такую возможность? – спросила Ольга.
– Продление жизни – удел немногих, – подтвердил он. – Тел мало, поэтому услуга очень дорогая. Поможете нам, и вам тоже помогут по-настоящему. От сильного союзника намного больше пользы. Это и есть ваш дом?
– Да, приехали, – ответила она. – А вы, Павел, так и не ответили на вопрос о семье.
– И не отвечу. Мне нужно всё вспомнить и попробовать жену, а уже потом буду решать. В любом случае не оставлю их без средств к существованию. У нас такое не принято.
– До свидания, – попрощалась Ольга. – Если приедете, будьте осторожны. Стучите в калитку или звоните по телефону. У нас по двору бегает чудо посерьёзнее собаки.
Доры уехали, а они вошли во двор, где уже дожидался соскучившийся Хитрец.
– Подержи сумку, – попросила Ольга друга. – Ему нужно хоть немного ласки. Смотри, как радуется. Нор, что он будет делать, если уедем?
– Возьмём с собой. Если квартира будет большой...
– Ты шутишь, а я уверена, что он этого не переживёт! Он уже не сможет жить в лесу и придёт к людям. Думаешь, его спасёт наш ошейник? Убьют однозначно.
– Можно оставить его тем, кто будет здесь жить.
– Ага! И они будут с ним возиться? Знаешь же, сколько мы на него тратим. Кто будет просто так кормить свинью? Для него это только отсрочка.
– Знаешь что? – сказал Нор. – Не нужно накручивать себя раньше времени. Мы будем здесь ещё два года. За это время может случиться много всего. Пошли лучше домой, а то ты уже замёрзла, да и Уголёк ждёт. Будет кого почесать, хотя я тоже от этого не отказался бы. Да разве от тебя дождёшься!
Они вошли в дом, сняли куртки и обувь и направились на кухню, с которой доносился звон посуды.
– Явились – не запылились, – встретил их отец. – Скажете, где мотались, или для меня это секрет? Ладно, поговорим позже, а сейчас убирайте свои сумки и будем ужинать.
– Скажешь ему? – спросил Нор, когда вошли в его комнату.
– Не хотелось говорить, но придётся, – ответила Ольга. – Эта задержка у нас не последняя.
– Будем искать дорам магов?
– Ни в коем случае! Моя ценность после этого сильно упадёт. Пусть сами попробуют найти. Сегодня нужно выкроить время, чтобы я научила тебя всему, что узнала в последние дни от доров и накопала сама. Слушай, а где Уголёк? Ага, он в нашей спальне. Иди умываться, а я сейчас подойду.
– И куда это годится? – спросил отец, когда Ольга поставила рядом с собой табуретку для кота. – Это безобразие нужно прекращать!
– Не шуми, – попросила дочь. – Это уже не совсем кот. Я очень сильно подтолкнула его в развитии. Уголёк, покажи, где вилка. Видишь?
Кот показал лапой на одну из вилок, после чего с укором взглянул на Егора.
– Бедный парень! – сказал тот. – Ты с этим доиграешься. Он уже на голову больше взрослого кота и продолжает расти, а теперь ещё и разум. Мало того что из-за него обратят внимание на тебя, ему самому будет трудно жить. Это же одиночество на всю жизнь. Или ты так же будешь делать самку?
– Там будет видно, – ответила Ольга. – Уголёк, хочешь оладьи со сметаной? Вот и умница! Не останешься ты один, у тебя есть я. Папа, спасибо за оладьи. Сейчас поедим, и я тебе всё расскажу.
– Он собирается выходить, – сказал заместитель начальника СБ Михеев. – Общая готовность. Баранов, не перестарайтесь!
– Не беспокойтесь, Александр Ильич, – прозвучало из наушника. – Всё будет тип-топ.
Минуты три ничего не происходило, потом отворились двери подъезда, и из него вышли двое крепких мужчин, которые выволокли третьего. Видимо, он был без сознания. Подхватив его под руки, они подбежали к стоявшему возле подъезда «вольво», запихнули в машину добычу и сели сами. Десять минут езды по городу, и «вольво» въехала на охраняемую территорию каких-то складов. Остановились возле небольшого одноэтажного здания. Ещё не пришедшего в себя мужчину вытащили из машины и занесли в него. Допрос происходил здесь же, в приспособленном для этих целей подвальном помещении.
– Приведите его в чувство! – приказал Михеев.
Один из его подчинённых взял флакон с нашатырём и поднёс к носу пленника. Тот зашевелился и начал стонать.
– Говорил же, чтобы работали аккуратно! – недовольно сказал Михеев. – Делайте, что хотите, но чтобы он мог говорить.
Пострадавшему плеснули в лицо холодную воду и что-то укололи в вену. Через пять минут он уже был в сознании и со страхом рассматривал помещение и находившихся в нём людей.
– Ну что, Лыткин, будете говорить без того, чтобы вас резали на куски? – спросил его Михеев. – Нам нужно знать, что ваш шеф предпринял против группы Дерешкова и куда запропастился сам. Вы один из близких ему людей и не можете этого не знать, а скоро узнаем и мы.
