Васильев положил телефон и задумался. Дело, в которое он влез из желания помочь Бортникову, не просто дурно пахло, оно смердело. Сегодня утром позвонил из полиции человек, которого он с натяжкой мог считать своим. Все пятеро посланных к Ковалёвым оказались на дне реки Алей. Судя по следам, они поехали туда топиться. Алкоголя или наркоты в телах не обнаружили, следов борьбы не нашли, а взятое оружие осталось в машине. Полицейские были в недоумении, он – тоже. А теперь что-то напугало Хохлова, да так сильно, что он наплевал на неудовольствие человека, чьим доверием дорожил. И этим напугавшим не мог быть какой-то полицейский капитан. Если ещё вспомнить директора лесхоза... И что делать? Уйти в сторону и обо всём забыть?
Щёлкнул замок входной двери: из школы вернулся сын. Наверное, его мысли витали где-то далеко, потому что прошёл через гостиную в свою комнату, не заметив сидевшего на диване отца. Павел Максимович встал и последовал за ним.
– Что это ты какой-то замороженный? – спросил он Валеру. – Что-то случилось в школе?
– Ничего не случилось, – ответил тот.
– Не надо мне врать, – недовольно сказал отец. – Рассказывай.
– Да точно ничего не случилось. Можешь посмотреть дневник. Сегодня даже ни разу не спрашивали. А остальное – это личное.
– А личным ты не хочешь делиться.
– Да ничего особенного, папа, – сказал Валера. – Ковалёва с Матвеевым на физре показали тренировочный бой. Это было... Синтия Ротрок отдыхает. И вообще она была не такой, как обычно...
– Вот что, сын, не вздумай влюбиться! Я тебе не зря сказал держаться от неё подальше! Что-то с их семьёй неладно, поэтому никаких общих дел, кроме учёбы. Ты меня понял?
– Папа, ты можешь уделить мне несколько минут? – спросила Лена Ольховская.
– Только несколько? – улыбнулся Василий Фёдорович. – Я могу уделить тебе даже несколько часов. Только желательно делать это в выходные.
– Ловлю на слове! – обрадовалась дочь.
– Ну и что за работу ты для меня придумала?
– Будешь вертеть баранку. Пап, мне нужно каждое воскресение на два часа ездить в лесничество Уржумского заказника к подруге.
– Вы будете с ней общаться, а я – сидеть в машине и ковырять пальцем в носу? Постой, Уржумский заказник... У них лесничим не Ковалёв?
– Ковалёв. Только он не лесничий, а лесной инспектор.
– Когда мы вместе охотились в две тысячи шестом, был лесничим. Тебе нужна его дочь? Помню такую. Рыжая, веснушчатая и непоседливая. Так вы вместе учитесь?
– У неё из всего остался только рыжеватый цвет волос, – засмеялась Лена. – Когда увидишь, не узнаешь. Она мастерски владеет каким-то восточным видом боя и может научить меня. Из нашего класса хочет ездить ещё одна девушка. Это Наташа Фёдорова, ты её знаешь.
– Мастерски? – скептически спросил Василий Фёдорович. – Это кто же сделал из неё мастера?
– Не веришь? – возмутилась Лена. – Позвони Болдину и спроси! Он сегодня разрешил показать, что она умеет. Это было нечто! И я тоже так хочу! В клубе, из которого меня вытурили, по сравнению с Ольгой вообще ничего не умеют! Илья Владимирович сам сказал, что она профессионалка! А ты можешь пообщаться с её отцом или поохотиться на зайцев. Для этого в сезон не нужно лицензии. И ты обещал!
– А вот возьму и позвоню Илье, – сказал отец. – И послушаю, что он скажет. Где справочник, почему его вечно нет на месте? Ах да, я его сам положил в тумбочку... Илья? Привет, это Василий говорит. Да, и я тебя. Слушай, тут вот какое дело. Дочь пристала с ножом к горлу по поводу занятий у Ковалёвой. Говорит, что это Чак Норрис в юбке и ссылается на тебя. А я боюсь... Да? Странно. Да нет, я тебе верю. Хорошо. Да, увидимся.
– Ну и что? – с вызовом сказала Лена. – Соврала я тебе?
– Я и не говорил, что ты врёшь, – ответил отец. – Думал, что преувеличиваешь. Но, как ни странно, он сказал то же, что и ты. Ладно, съездим и посмотрим на это молодое дарование, а дальше будет видно. Ехать в воскресенье?
– Я не знаю, – виновато сказала Лена, уже зная, что скажет отец. – Она подумает, сможет или нет, а потом скажет.
– И надо было выкручивать мне руки, когда ты сама не знаешь, будете вы заниматься или нет? – укоризненно сказал он. – Ладно, подождём. Только будет неплохо, если скажешь заранее о нашей поездке.
– Мама, не копайся, опоздаем! – нервничала дочь. – Нельзя было расчесаться заранее!
– Не колотись, – сказал ей Виктор. – Подарки в машине, вы готовы, а сейчас будет готова и мать. До двух ещё полчаса, а ехать только две минуты. Олег, не забыл морковку?
– Всё уже в машине, – ответил сын. – Люда, пошли грузиться, мама уже готова.
Все вышли из особняка и заняли свои места в машине. Ворота были открыты, поэтому Виктор выехал на дорогу и медленнее обычного поехал к соседям.
– Лена закроет, – ответил он на вопрос жены по поводу брошенных открытыми ворот. – Люда, не торопи, не маленькая! Мы и так рано приедем. Собственно, уже приехали. Видишь, Сергея пока нет. Нет, дорогая, машину во двор загонять не будем. Здесь их не воруют, особенно таких, как наша. Люда, возьми кулёк с морковкой, а мы с Олегом займёмся подарками.
– И для кого морковка? – спросила Александра. – Для кроликов?
– Сейчас увидишь, – сказал муж. – Зверюга малость побольше. Ты, главное, не хлопнись в обморок, а то испортишь праздник.
– Я испорчу платье, – вздохнула жена. – Ой!
– Это не «ой», а Хитрец. Его так зовут, – объяснил Виктор. – Сегодня он работает привратником. Люда, видишь миску? Вот и кидай морковь, незачем совать руки ему в пасть.
Кабан стоял возле калитки и одобрительно хрюкал, когда из кулька выпадала очередная морковка. На его шее красовался ошейник, а сам он был тщательно расчёсан в первый раз с момента рождения.
– Откуда такое чудовище? – спросила Александра, хватая мужа за руку. – Он ведь дикий? Вон какие клыки!
– Какой же он дикий, если в ошейнике? – сказал Виктор. – А клыки у него не оружие, а предмет гордости! Не стоит уподобляться деревенским охотникам и его бояться. Это зверь Ольги, и он никогда тебя не тронет. А это обычный кот. Извини, Уголёк, рыбы у нас с собой нет!
Вышедший на крыльцо на задних лапах кот привычно улыбнулся, заставив отшатнуться Александру и удивив всех остальных.
– Здравствуйте! – поздоровалась появившаяся следом за своим питомцем именинница. – Прошу в дом!
– Давай мы тебя здесь поздравим, а потом сядем за стол, – предложил Виктор. – Подойди, это тебе от меня лично! В этих коробках комплект для спутникового интернета. Антенна для него в багажнике, потом принесём. Я на днях вместе с Егором установлю и настрою. Подставляй щёку, буду целовать! Чья следующая очередь?
– Давайте я, – сказала Александра. – Дети сказали, что у тебя проколоты уши, поэтому сможешь носить эти серьги. Изумруды в них маленькие, но всё-таки не та ерунда, которую продают здесь в магазинах. Возьми, пожалуйста!
– Они, наверное, очень дорогие! – заколебалась Ольга. – Это ведь ваши серьги?
– Украшений у меня много, – сказала Александра, – а муж один. И ты помогла его сохранить. Подставляй другую щёку.
– Теперь моя очередь! – сказал Олег. – Возьми, это очень хорошая цифровая камера. Поцеловать можно? Нор не убьёт?
– А мы ему не скажем! – Ольга сама поцеловала Олега в щёку. – Подержи, пожалуйста, свой подарок.
– Я хотела подарить французские духи, – сказала Людмила. – Но с твоим носом... Поэтому дарю этот свитер. Надеюсь, что не ошиблась с размером и тебе понравится. Давай и я поцелую!
После вручения подарков все прошли в комнату Нора, где на сдвинутых столах красовались два десятка глубоких тарелок и салатников с соленьями, салатами и мясными деликатесами.
– Остальное пока не накладываем, чтобы не остыло, – сказала Ольга. – Сейчас приедут Замятины, тогда сядем за стол.
– Здравствуйте! – поздоровался пришедший с кухни Нор. – Я вижу, ты уже вся в подарках, значит, можно дарить и мне! У меня нет больших денег, поэтому сделал подарок сам. Возьми.
Он протянул ей вырезанный из дерева бюст самой Ольги. Голова девушки была слегка повёрнута, а на лице играла улыбка. Скульптура размером с кулак мужчины была очень искусно вырезана, отполирована и покрыта лаком.
– Как живая! – высказался Виктор. – У тебя, несомненно, талант резчика.
– Я ему говорила об этом, когда вырезал мечи для тренировки, – растроганно сказала Ольга. – А целовать?
Он подошёл к Ольге и при всех поцеловал в губы, правда, только наметил поцелуй.
– Прекрасная получится пара! – сказал Виктор. – Нор, тебе никто не говорил, что ты похож на молодого Жана Маре? Фигура один в один, а лицо очень похоже, только у него нос широкий, а у тебя аккуратный. А в этом костюме ты просто красавчик. Оля, платье на тебе замечательное, но почему такая тяга к чёрному цвету? Продолжаешь выпендриваться, или он тебе действительно нравится?
– И то и другое! – засмеялась девушка, которой очень шло сшитое без изысков облегающее вечернее платье из чёрного шёлка. – Нор, что на кухне делает отец? Зови его сюда! Слышишь, приехал Сергей. Займитесь гостями, а я пошла встречать Замятиных.
Со двора донеслись испуганные возгласы женщин Сергея, которые эмоционально отреагировали на клыкастого вымогателя морковки, поэтому Ольга поспешила туда. Когда она вышла на крыльцо, гости уже к нему подходили, и Катерина с дочерьми шла, оглядываясь на взявшегося жрать подношение кабана.
– Здравствуй, красавица! – обнял Сергей. – Твой кабан не лопнет? Брюхо уже провисло до самой земли.
– Здравствуйте! – в свою очередь поздоровалась Ольга. – Пусть трескает, в него пища проваливается, как в чёрную дыру. Не пугайтесь, Екатерина Владимировна, он питается только растительной пищей.
– Здравствуй! – сказала Катерина. – У тебя в жизни всё слишком. Господи! Это не тот котёнок, которого мы забрали у нашей соседки? Ты его так и гоняешь на задних лапах? Он уже стал похож на человека. Только для трёх месяцев ненормально большие размеры.
– Уголёк! – повернулась к коту Ольга. – А где улыбка для гостей?
Кот послушно улыбнулся.
– Охренеть! – сказала Катерина. – Тебе нужно набрать таких побольше и с ними выступать, разоришь Куклачёва. Держи, именинница, в сумке подарки от нас всех. Мы запоздали, и ваши гости, наверное, исходят слюной. Так что не будем никого задерживать, а подарки посмотришь потом. Старались выбирать так, чтобы было приятно и полезно.
Глава 16
– Как мать? – спросила Ольга Веру, увидев её в понедельник в автобусе.
– Ей лучше, но нужно ещё полежать, – ответила девушка. – Отец уже дома, так что на моей школе это не скажется. Оля, а что это за история с секцией? Сергей сказал, что ты будешь учить наших девчонок. А мне можно?
– Откуда ты-то знаешь? – спросила Ольга у Сергея. – Разговор был после последнего урока в женской раздевалке...
– Подумаешь, тайна! – ответил он. – Секретничали, а наша Светка стояла у входа. Её никто не просил молчать, вот она всем и раззвонила. Девчонки! В вас ничего не держится.
– Так как насчёт меня? – напомнила Вера.
– Интересно, – вмешался в разговор Нор. – Выразили желание заниматься три самые красивые девушки класса, а остальным эта борьба по фиг.
– На красоту много желающих, – сказал Сергей, – и не все хотят считаться с самими девчонками. Я сворочу челюсть без ваших приёмов, а у них с этим плохо. А я тоже не всегда буду рядом. Правильно она решила, так что если сможете, то покажите.
– Я согласна. Только учти, что я вам покажу, а заниматься будете самостоятельно. Когда хоть чему-то научитесь, будем всё отрабатывать в парных схватках. И тебе нужно самой до меня добираться.
– Отвезу на мотоцикле, – сказал Сергей. – До снегопадов далеко, а там что-нибудь придумаем. Наверное, попрошу батю купить снегоход. Они в деревне уже есть. Удобная штука. Вы придумали, куда пойдёте на УПК?
– Придумали, – ответил Нор. – Будем изучать вождение. Это самое полезное из всего, что предлагают. Сегодня же и запишемся.
Закончив разговор, заняли свободные места и перешли на мысленный обмен.
«Послушай, Нор, – сказала Ольга. – Вот я подумала...»
«Опять? – перебил друг. – Не надоело?»
«А ты не смейся и не перебивай, а послушай. Чем преподаватели Университета отличались от остальных магов? Силы у них было столько же, только больше знали. Я порылась в своей памяти и нашла одно существенное различие. Я могу вылечить человека или наказать болезнью, но не связать это с его поведением. Или он болен, или здоров. Чтобы это изменить, мне нужно вмешаться и обязательно с ним встретиться. А они могли делать то же самое, но вплетать в свою магию какие-то условия. Люди сами оценивали свои поступки и запускали у себя в организме болезнь или выздоровление. А в чём ещё разница?»
«Я могу сказать, но это будет на уровне слухов. Маги всегда жили обособленно и не разбрасывались своими секретами, а я со своей силой и знаниями не считался магом. Вот мой учитель уже был магом, хоть силы имел чуть больше, чем её у меня. Кое-что я узнал у него, остальное подслушал из чужих разговоров. Болтали, что кое-кто из магов обошёл запрет на ограниченное время внушения, но я в это не верю. Если маг получит такую силу, ему будет нетрудно забраться на самый верх. Он управлял бы королями как марионетками. Ещё говорили, что есть возможность воздействовать не на человека, а на его образ. Захотел вылечить, и не нужно никуда идти. Это более достоверно. Но даже если правда, нужно много силы, и расстояние должно быть небольшим. Это всё. Остальное уже из разряда сказок. Принимать всерьёз рассказы о магах, поднимающих мёртвых или убивающих сотни людей разом, могут только придурки. А ты хочешь попробовать ставить условные воздействия? Вряд ли что-нибудь получится. По слухам, там всё очень сложно, недаром наши маги постигали это искусство сотни лет».
«Я хоть и не Светка, но тоже могу распустить сотню слухов, – пренебрежительно ответила Ольга. – Сложно искать новое, но в самой магии я не вижу ничего сложного. Вставай, уже приехали».
– Привет, тренер! – поздоровался с Ольгой встреченный в коридоре Витька Малеев. – Здравствуй, Нор.
– Ты-то откуда знаешь? – спросил Нор.
– Светка рассказала.
– Когда только успела? – поразилась Ольга. – Вместе же шли к автобусу. Вот талант у человека разносить сплетни!
До первого урока они больше ни с кем не успели поговорить, а на перемене Ольгу обступили девушки.
– Что ты решила? – спросила Лена. – Возьмёшься? Я авансом выбила из отца согласие. Оказывается, он знает твоего. Они охотились вместе шесть лет назад. И тебя запомнил. Рыжая, говорит, вредная и вся в веснушках.
– Возьмусь, – улыбнулась Ольга, – но только вас двоих и Веру, она тоже просила.
