– Любой каприз за ваши деньги. Только у меня всё будет работать. И я не собираюсь вредить людям ни за какие деньги, если это не будут враги мне или моим друзьям. Но это пока даже не планы, а так... мысли вслух. За два года многое может поменяться.
– Что ты держишь гостя в коридоре, дочка? – раздался из комнаты голос Егора. – Веди его на кухню, будем кормить.
– Вы сейчас будете есть? – спросила Ольга. – Нет? Тогда идите к отцу, а я выйду к ребятам.
Она нашла всех троих за домом.
– Хорошая погода, – сказала ей Люда. – В дом идти не хочется, а здесь не так слышен грохот молотков.
– Я с ними говорил, – сказал Нор. – Сегодня должны закончить. Завтра только застеклят окна и вкопают пару столбов для электропроводки. Ну и привезут для твоей свиньи зерно и горох. Отец сказал, что знает место, где желудей столько, что их можно грести лопатой. Догадываешься, кто этим займётся?
– А для чего вам хрюшки? – спросила Люда. – Неужели откармливать? Охота вам возиться?
– Они нужны для другого, – сказала Ольга. – Отец ничего не говорил о нашем соглашении? Зря, вам это полезно знать. Мы договорились, что будем помогать вас охранять, ну а он финансирует эту охрану и возьмёт двух охранников, которые будут жить в вашем доме. Основная надежда у него не на моих мужчин, а на меня.
– Может, хоть теперь скажешь, кто ты такая? – спросил Олег. – Ведь ясно же, что мы никому не выболтаем.
– Я крутой экстрасенс. Могу лечить, могу и убить или на время что-нибудь внушить, например, такое.
Девушка исчезла, а на её месте появился страус, который с любопытством смотрел на таращащихся на него Фроловых.
– Внушение может быть не таким симпатичным, – продолжила она, убрав морок. – Теперь понятно, почему нужно держать язык за зубами?
– Нор тоже так может? – спросила Люда.
– Нет, – ответил юноша, – я нормальный и околдовываю людей только силой своего обаяния.
– Спасибо за ненормальную, – сказала Ольга. – Свиньи мне нужны для тренировки в лечении. Я мало знакома со своим даром, поэтому приходится многому учиться.
– Я же говорила, что это ты убила ту собаку, а мне не верили! – сказала Люда. – А другие так могут?
– Наверное, кто-то может, но у вас, ребята, нет дара.
– Вот вы где! – подошёл к ним Виктор. – Не нагулялись? Давайте в машину. Погода портится, и я уже сегодня никуда не поеду. Останетесь – пойдёте домой пешком.
– Они поедут, – решила за ребят Ольга, – а мы займёмся делами. Да, я им сказала о нашем соглашении и в двух словах – о себе. Им будет полезно об этом знать.
Фроловы уехали, а через час собрались уезжать строители.
– Малость не закончили, – сказал отцу один из них. – Если не будет дождя, я завтра приеду с Виталием, и за три часа застеклим окна и сделаем дверь. Заодно привезём соломы на подстилку и корма, как уговаривались. Изоляторы на столбы закрепим, а подключай сам. Если надумаешь покупать свиней, могу продать пару подсвинков. Зря ты связался с дикими: у них жёсткое мясо. Ну да это дело хозяйское.
На следующий день тучи исчезли, но заметно похолодало.
– Не замёрзнете в плащах? – спросил отец. – Может, оденете куртки?
– Не так и холодно, – сказала Ольга, – а в автобусе тепло. Нор, берём сумки и на выход!
Едва они подошли к дороге, как подъехали Фроловы. Поздоровались, сели на задние сидения и через пару минут были у поворота к деревне.
– Сидите до появления автобуса, – сказал Виктор. – Незачем вам мёрзнуть. Видите свежие отпечатки протекторов? Ваш автобус уже в деревне и сейчас поедет обратно. Да вот и он, живо выгружайтесь.
В автобусе ехали одни старшеклассники, и все уже знали о превращении Ковалёвой из Золушки в принцессу, поэтому их появление вызвало оживление. Да и Людмила не осталась без внимания. Поздоровались, заняли свободные места и до самой школы болтали с одноклассниками. Приехали за пятнадцать минут до звонка, переоделись в гардеробе и обули сменную обувь, после чего все вместе пошли в класс. Там Нора с Ольгой ждал сюрприз: за их столом на месте Нора сидел улыбающийся Владимир Бортников. Его собственный стол был пуст. Видимо, Лена Ольховская, с которой он сидел рядом, ещё не подошла.
«Давай я его вынесу в коридор вместе со стулом?» – мысленно предложил Нор.
«Ты долго думал? Делаем не так. Идём и занимаем его стол. Если ему так хочется, пусть сидит за первым, а нам с тобой и за последним будет неплохо».
Они так и поступили.
– Вы что сделали? – спросил он, подбежав к бывшему своему столу.
– Мы сделали чейндж, – под смех класса объяснила Ольга. – Тебе, Вовочка, захотелось за первый стол, а нам по барабану, где сидеть, так почему не сделать приятное уважаемому в классе человеку?
– Я хотел сесть с тобой, – сказал он. – Что ржёте!
– А Лена? – спросила Ольга. – Вы же не просто сидели вместе, она уже год, как твоя девушка.
– Это прошлое, – сказал он, со значением глядя на Ольгу. – Я из тех, кто выбирает лучшее!
– Ты знаешь, – насмешливо сказала она, – я тоже выбираю лучшее. Свой выбор я уже сделала, и это не ты.
– А почему? – спросил он. – Чем я для тебя хуже его?
– Ты из тех, кто выбирает лучшее, а это паршивое качество в мужчинах, – объяснила Ольга. – Сначала ты выбрал Лену, теперь – меня, а если появится более красивая девчонка, прошлым стану уже я. Больше других качеств женщины ценят в мужчинах надёжность. И это только одно.
– А что ещё? – зло спросил Владимир.
– Ты куришь, а я не терплю табачной вони. Целоваться с курильщиком – всё равно что вылизывать пепельницу. Кроме того, Нор красивее, сильнее и порядочнее тебя. Продолжать?
– Выметайтесь из-за моего стола! – рявкнул он.
– Пошли, Нор, нам вернули стол, – сказала Ольга. – Извините, Алла Владимировна, за задержку урока.
Все обернулись и увидели стоявшую в дверях учительницу физики.
– Рассаживайтесь по местам, – сказала она, с интересом глядя на Ольгу. – А ты, Ковалёва, изменилась не только внешне. Кстати, Бортников, несколько минут назад по коридору, плача, пробежала Ольховская. Это не ты её обидел? Молчишь? Ладно, начинаем первый в этом году урок...
Учительница объясняла новую тему, а Нор с Ольгой обнаружили, что можно следить за рассказом и при этом мысленно переговариваться.
«Вот ведь урод! – эмоционально охарактеризовала Бортникова Ольга. – Я предполагала, что он может выкинуть что-нибудь подобное, но не перед всем классом. Теперь я ему уже и на фиг не нужна, но он не простит того, что его прилюдно опозорили».
«А чего ты завелась?»
«Это не я, это он завёлся. Я знаю его лучше, чем ты. Сам он уже не угомонился бы. И что тогда? Подчинять при всех нельзя, да и без толку. Слабое воздействие ему в таком состоянии по фиг, а сильное... Чёрт знает что! Можем повлиять на кого угодно, и ничего нельзя применить. Придумала! Можем кого-нибудь на него натравить».
«Если натравить какую-нибудь шпану, могут покалечить, а то и убить».
«Пока посидим тихо и посмотрим, что он предпримет. Это будет нелегко. Автобус мы ждём возле школы, а потом уезжаем. Значит, напакостить в школе или подключать отца».
«Отец у него директор мясокомбината?»
«Да, и редкая сволочь со связями. По слухам, не только отмазывал сынка, но и помогал ему сводить счёты».
«А почему я ничего об этом не помню?»
«Случайные разговоры, – объяснила Ольга. – Я тоже просто так не помню твоих разговоров с магами. Вспомни разговор с Сергеем Свешниковым прошлой зимой».
«Вспомнил. Но это недостоверно».
«Я и говорю, что по слухам. Посмотрим, что теперь гадать. Вот прогибаться под него нельзя. Следи глазами за Аллой, а то они у тебя остекленели».
Она опоздала со своим замечанием.
– Матвеев! – сказала Алла. – Заснул? Повтори, во сколько раз сильнее электрон в атоме водорода притягивается к ядру за счёт взаимодействия зарядов по сравнению с их гравитационным притяжением.
– В десять в тридцать девятой степени, – ответил Нор. – Я, Алла Владимировна, внимательно слушаю, а на глаза не обращайте внимания.
– Тише, класс! – повысила голос физичка, оборвав шёпот и смешки. – Продолжим.
Когда прозвенел звонок, в дверь вышла одна учительница, остальные остались в классе. Перемена длилась десять минут, поэтому на улицу не выйдешь, а что делать в коридоре? А здесь, возможно, продолжатся разборки. Но таким ожиданиям не суждено было сбыться. Бортников не стал ругаться с Ковалёвой или новичком, а вместе с Валеркой Васильевым отошёл к окну, где они что-то вполголоса обсуждали и тихо ржали, посматривая на Нора. На Ольгу демонстративно не смотрели. Вскоре прозвенел звонок, и начался второй урок, потом – третий. После него на большой перемене почти все вышли в коридор. На улице моросило, так что желающих там гулять не было.
– Зря связались с этим говном, – сказал Ольге Игорь Олейников – самый сильный юноша в классе.
Таким он считался до появления Нора, но физкультуры ещё не было, поэтому и Нор не продемонстрировал себя во всей красе.
– А что делать, Игорь? – спросила девушка. – Терпеть? Ничего, повоняет и засохнет.
– Не знаю, – с сомнением сказал он. – Ты при всех плюнула ему в рожу. Неохота с ним связываться, но, если будет нужна помощь, обращайся.
«Класс на нашей стороне, – мысленно сказала Ольга другу, когда Игорь отошёл. – Игорь у нас неформальный лидер, так что у Бортникова и здесь ничего не выйдет. У нас нормальные ребята, кроме этих двух придурков. Директорские сыночки!»
«Их семьи вроде дружат?» – спросил Нор.
«Отец Васильева директор сахарного завода и большая шишка в городе. Но я не знаю, какой он по части подлости. За Валеркой не числится особых художеств, поэтому и его отца у нас не обсуждали. Но в городе говорили, что, когда ликвидировали колхозы, он привозил в сёла чуть ли не бандитов. Может быть, и врали.
«Какие бы ни были папаши, вряд ли они станут встревать в школьные разборки детей, пока им не выбивают глаза и зубы».
«Не знаю, Нор. Были бы они в младших классах, тогда да, не стали бы. А сейчас всё может быть. Бортников-старший может посчитать такое отношение к своему сыночку плевком в свою сторону».
«Ну и чёрт с ними! – разозлился юноша. – Пусть только попробуют наехать! Будешь с ними церемониться?
«Не буду я церемониться, – вздохнула Ольга. – Только никто не любит неприятностей, я в этом не исключение. И всё произошло рано, я ещё не готова. Ладно, заканчиваем их обсуждать. Интересно, как на его слова отреагирует Ольховская. Неужели простит? А куда подевался Олег?»
«Наш Олег не теряет времени, – усмехнулся Нор. – Это у нас разборки в Бронксе, а у него завязался роман с Наташкой Фёдоровой. Вон воркуют. Ему известны твои возможности, поэтому он за нас не переживает. Пошли в класс, сейчас будет звонок».
До конца занятий ничего существенного не произошло. Нор ближе познакомился с классом и обзавёлся двумя пятёрками в журнале. Для первого дня занятий это был рекорд, с чем его Ольга и поздравила, когда прозвучал последний за сегодня звонок.
– Не зря корпел над учебниками, – сказала она. – Берём Фроловых и идём на погрузку. Обычно автобус в это время уже ждёт.
Автобус и сегодня стоял возле школы, поэтому быстро заняли свои места. Водитель проверил, что нет опоздавших, и поспешил отъехать. Погода портилась, а этот рейс был у него последним. Через двадцать минут после отправления Олег достал телефон и позвонил отцу, поэтому, когда автобус остановился на повороте к деревне, там уже стоял «найт» Фроловых. Начал накрапывать дождь, и они поспешили забраться в машину.
– Как ваш первый день занятий? – спросил Виктор. – Набрались знаний?
– Набрались впечатлений, – ответил Олег.
– Впечатления – это тоже хорошо, – согласился его отец. – Ребята, ваша остановка. Из-за непогоды к себе не приглашаю. Нет у меня желания сегодня куда-нибудь ехать.
По съезду к лесничеству давно не ездили, поэтому на нем не было большой грязи, но они перебрались на обочину, где её не было совсем, и по ней дошли до двора, где увидели вышедшего из свинарника Егора.
– Закончили? – спросила Ольга. – Двери и окна на месте. И провода, я вижу, ты подвёл.
– Можешь посмотреть своё хозяйство, – сказал отец, открывая дверь. – Здесь пока чисто, не запачкаетесь. Я сегодня из-за непогоды полдня сачкую, так что смог сделать электропроводку и освещение. Здесь розетка для плитки.
– Это корма? – спросила Ольга, показывая на четыре завязанных мешка. – Не мало?
– Пока хватит, – ответил отец, – если будет нужно, докупим. Я думаю, что наберём ещё несколько мешков жёлудей. Место для свиньи огорожено, сена на доски насыпали. Вот поилка, а в это корыто будешь класть корм. Вилы, грабли, ведра – всё привезли, дело только за самой хрюшкой. Да, плитку можно взять старую из сарая. Нор её принесёт, а заодно натаскает воды. Воскресенье ни на что не планируйте. Если позволит погода, сходим за орехами. Мы с ними и так задержались. Ну и заодно наберём желудей. Когда пойдём за квартиранткой этого отеля?
– А может, сегодня и сходим? – загорелась Ольга. – Это не дождь, а так... Наденем плащи и обуем сапоги. Далеко твои свиньи?
– Да нет, минут сорок ходьбы. Можно и сходить, если есть желание. Тогда идите переодеваться и захватите мой плащ. Да, Нор, возьми на всякий случай карабин.
Пока шли до нужного места, дождь усилился.
– Далеко ещё? – спросила отца Ольга. – Идём уже полчаса.
– Нет, уже близко, – ответил он. – Может, попробуешь позвать отсюда? Они прибегут быстрее, чем мы дойдём.
– Попробую.
Она закрыла глаза и замерла. Прошло минут пять, и где-то впереди затрещали кусты. Продравшись сквозь них, к людям выбежал кабан, размером раза в полтора крупнее взрослой свиньи. Не обращая внимания на взявших его на прицел мужчин, он подошёл к Ольге и потёрся о неё головой, чуть не свалив на землю.
– Хорошенькая свинка, – сказал отец, опуская двустволку. – Может, поменять?
– Мне он нравится, – не согласилась дочь. – Смотри, какие у него умные и хитрые глаза!
– Хитрец, – согласился отец. – Первым почувствовал халяву.
– Хитрецом и назовём, – сказала Ольга. – Ах ты, мой хороший!
– Его не руками нужно чесать, а граблями, – сказал Нор. – Хотя он и от твоих рук балдеет. Давайте двигаться обратно, пока не начался ливень. А твоего кабанчика не в свинарнике нужно держать, а посадить на цепь вместо собаки. Гарантирую сохранность вещей. Страшный, волосатый и клыки торчат. Чем-то похож на мамонта, только поменьше и нет хобота.
– Это в тебе говорит зависть, – засмеялась девушка. – Пошли быстрее, а то у меня уже начал протекать плащ. Хитрец, к ноге!
Обратно шли быстрее, подгоняемые усилившимся дождём и желанием быстрее очутиться в доме.
– Что ты держишь гостя в коридоре, дочка? – раздался из комнаты голос Егора. – Веди его на кухню, будем кормить.
– Вы сейчас будете есть? – спросила Ольга. – Нет? Тогда идите к отцу, а я выйду к ребятам.
Она нашла всех троих за домом.
– Хорошая погода, – сказала ей Люда. – В дом идти не хочется, а здесь не так слышен грохот молотков.
– Я с ними говорил, – сказал Нор. – Сегодня должны закончить. Завтра только застеклят окна и вкопают пару столбов для электропроводки. Ну и привезут для твоей свиньи зерно и горох. Отец сказал, что знает место, где желудей столько, что их можно грести лопатой. Догадываешься, кто этим займётся?
– А для чего вам хрюшки? – спросила Люда. – Неужели откармливать? Охота вам возиться?
– Они нужны для другого, – сказала Ольга. – Отец ничего не говорил о нашем соглашении? Зря, вам это полезно знать. Мы договорились, что будем помогать вас охранять, ну а он финансирует эту охрану и возьмёт двух охранников, которые будут жить в вашем доме. Основная надежда у него не на моих мужчин, а на меня.
– Может, хоть теперь скажешь, кто ты такая? – спросил Олег. – Ведь ясно же, что мы никому не выболтаем.
– Я крутой экстрасенс. Могу лечить, могу и убить или на время что-нибудь внушить, например, такое.
Девушка исчезла, а на её месте появился страус, который с любопытством смотрел на таращащихся на него Фроловых.
– Внушение может быть не таким симпатичным, – продолжила она, убрав морок. – Теперь понятно, почему нужно держать язык за зубами?
– Нор тоже так может? – спросила Люда.
– Нет, – ответил юноша, – я нормальный и околдовываю людей только силой своего обаяния.
– Спасибо за ненормальную, – сказала Ольга. – Свиньи мне нужны для тренировки в лечении. Я мало знакома со своим даром, поэтому приходится многому учиться.
– Я же говорила, что это ты убила ту собаку, а мне не верили! – сказала Люда. – А другие так могут?
– Наверное, кто-то может, но у вас, ребята, нет дара.
– Вот вы где! – подошёл к ним Виктор. – Не нагулялись? Давайте в машину. Погода портится, и я уже сегодня никуда не поеду. Останетесь – пойдёте домой пешком.
– Они поедут, – решила за ребят Ольга, – а мы займёмся делами. Да, я им сказала о нашем соглашении и в двух словах – о себе. Им будет полезно об этом знать.
Фроловы уехали, а через час собрались уезжать строители.
– Малость не закончили, – сказал отцу один из них. – Если не будет дождя, я завтра приеду с Виталием, и за три часа застеклим окна и сделаем дверь. Заодно привезём соломы на подстилку и корма, как уговаривались. Изоляторы на столбы закрепим, а подключай сам. Если надумаешь покупать свиней, могу продать пару подсвинков. Зря ты связался с дикими: у них жёсткое мясо. Ну да это дело хозяйское.
На следующий день тучи исчезли, но заметно похолодало.
– Не замёрзнете в плащах? – спросил отец. – Может, оденете куртки?
– Не так и холодно, – сказала Ольга, – а в автобусе тепло. Нор, берём сумки и на выход!
Едва они подошли к дороге, как подъехали Фроловы. Поздоровались, сели на задние сидения и через пару минут были у поворота к деревне.
– Сидите до появления автобуса, – сказал Виктор. – Незачем вам мёрзнуть. Видите свежие отпечатки протекторов? Ваш автобус уже в деревне и сейчас поедет обратно. Да вот и он, живо выгружайтесь.
В автобусе ехали одни старшеклассники, и все уже знали о превращении Ковалёвой из Золушки в принцессу, поэтому их появление вызвало оживление. Да и Людмила не осталась без внимания. Поздоровались, заняли свободные места и до самой школы болтали с одноклассниками. Приехали за пятнадцать минут до звонка, переоделись в гардеробе и обули сменную обувь, после чего все вместе пошли в класс. Там Нора с Ольгой ждал сюрприз: за их столом на месте Нора сидел улыбающийся Владимир Бортников. Его собственный стол был пуст. Видимо, Лена Ольховская, с которой он сидел рядом, ещё не подошла.
«Давай я его вынесу в коридор вместе со стулом?» – мысленно предложил Нор.
«Ты долго думал? Делаем не так. Идём и занимаем его стол. Если ему так хочется, пусть сидит за первым, а нам с тобой и за последним будет неплохо».
Они так и поступили.
– Вы что сделали? – спросил он, подбежав к бывшему своему столу.
– Мы сделали чейндж, – под смех класса объяснила Ольга. – Тебе, Вовочка, захотелось за первый стол, а нам по барабану, где сидеть, так почему не сделать приятное уважаемому в классе человеку?
– Я хотел сесть с тобой, – сказал он. – Что ржёте!
– А Лена? – спросила Ольга. – Вы же не просто сидели вместе, она уже год, как твоя девушка.
– Это прошлое, – сказал он, со значением глядя на Ольгу. – Я из тех, кто выбирает лучшее!
– Ты знаешь, – насмешливо сказала она, – я тоже выбираю лучшее. Свой выбор я уже сделала, и это не ты.
– А почему? – спросил он. – Чем я для тебя хуже его?
– Ты из тех, кто выбирает лучшее, а это паршивое качество в мужчинах, – объяснила Ольга. – Сначала ты выбрал Лену, теперь – меня, а если появится более красивая девчонка, прошлым стану уже я. Больше других качеств женщины ценят в мужчинах надёжность. И это только одно.
– А что ещё? – зло спросил Владимир.
– Ты куришь, а я не терплю табачной вони. Целоваться с курильщиком – всё равно что вылизывать пепельницу. Кроме того, Нор красивее, сильнее и порядочнее тебя. Продолжать?
– Выметайтесь из-за моего стола! – рявкнул он.
– Пошли, Нор, нам вернули стол, – сказала Ольга. – Извините, Алла Владимировна, за задержку урока.
Все обернулись и увидели стоявшую в дверях учительницу физики.
– Рассаживайтесь по местам, – сказала она, с интересом глядя на Ольгу. – А ты, Ковалёва, изменилась не только внешне. Кстати, Бортников, несколько минут назад по коридору, плача, пробежала Ольховская. Это не ты её обидел? Молчишь? Ладно, начинаем первый в этом году урок...
Глава 11
Учительница объясняла новую тему, а Нор с Ольгой обнаружили, что можно следить за рассказом и при этом мысленно переговариваться.
«Вот ведь урод! – эмоционально охарактеризовала Бортникова Ольга. – Я предполагала, что он может выкинуть что-нибудь подобное, но не перед всем классом. Теперь я ему уже и на фиг не нужна, но он не простит того, что его прилюдно опозорили».
«А чего ты завелась?»
«Это не я, это он завёлся. Я знаю его лучше, чем ты. Сам он уже не угомонился бы. И что тогда? Подчинять при всех нельзя, да и без толку. Слабое воздействие ему в таком состоянии по фиг, а сильное... Чёрт знает что! Можем повлиять на кого угодно, и ничего нельзя применить. Придумала! Можем кого-нибудь на него натравить».
«Если натравить какую-нибудь шпану, могут покалечить, а то и убить».
«Пока посидим тихо и посмотрим, что он предпримет. Это будет нелегко. Автобус мы ждём возле школы, а потом уезжаем. Значит, напакостить в школе или подключать отца».
«Отец у него директор мясокомбината?»
«Да, и редкая сволочь со связями. По слухам, не только отмазывал сынка, но и помогал ему сводить счёты».
«А почему я ничего об этом не помню?»
«Случайные разговоры, – объяснила Ольга. – Я тоже просто так не помню твоих разговоров с магами. Вспомни разговор с Сергеем Свешниковым прошлой зимой».
«Вспомнил. Но это недостоверно».
«Я и говорю, что по слухам. Посмотрим, что теперь гадать. Вот прогибаться под него нельзя. Следи глазами за Аллой, а то они у тебя остекленели».
Она опоздала со своим замечанием.
– Матвеев! – сказала Алла. – Заснул? Повтори, во сколько раз сильнее электрон в атоме водорода притягивается к ядру за счёт взаимодействия зарядов по сравнению с их гравитационным притяжением.
– В десять в тридцать девятой степени, – ответил Нор. – Я, Алла Владимировна, внимательно слушаю, а на глаза не обращайте внимания.
– Тише, класс! – повысила голос физичка, оборвав шёпот и смешки. – Продолжим.
Когда прозвенел звонок, в дверь вышла одна учительница, остальные остались в классе. Перемена длилась десять минут, поэтому на улицу не выйдешь, а что делать в коридоре? А здесь, возможно, продолжатся разборки. Но таким ожиданиям не суждено было сбыться. Бортников не стал ругаться с Ковалёвой или новичком, а вместе с Валеркой Васильевым отошёл к окну, где они что-то вполголоса обсуждали и тихо ржали, посматривая на Нора. На Ольгу демонстративно не смотрели. Вскоре прозвенел звонок, и начался второй урок, потом – третий. После него на большой перемене почти все вышли в коридор. На улице моросило, так что желающих там гулять не было.
– Зря связались с этим говном, – сказал Ольге Игорь Олейников – самый сильный юноша в классе.
Таким он считался до появления Нора, но физкультуры ещё не было, поэтому и Нор не продемонстрировал себя во всей красе.
– А что делать, Игорь? – спросила девушка. – Терпеть? Ничего, повоняет и засохнет.
– Не знаю, – с сомнением сказал он. – Ты при всех плюнула ему в рожу. Неохота с ним связываться, но, если будет нужна помощь, обращайся.
«Класс на нашей стороне, – мысленно сказала Ольга другу, когда Игорь отошёл. – Игорь у нас неформальный лидер, так что у Бортникова и здесь ничего не выйдет. У нас нормальные ребята, кроме этих двух придурков. Директорские сыночки!»
«Их семьи вроде дружат?» – спросил Нор.
«Отец Васильева директор сахарного завода и большая шишка в городе. Но я не знаю, какой он по части подлости. За Валеркой не числится особых художеств, поэтому и его отца у нас не обсуждали. Но в городе говорили, что, когда ликвидировали колхозы, он привозил в сёла чуть ли не бандитов. Может быть, и врали.
«Какие бы ни были папаши, вряд ли они станут встревать в школьные разборки детей, пока им не выбивают глаза и зубы».
«Не знаю, Нор. Были бы они в младших классах, тогда да, не стали бы. А сейчас всё может быть. Бортников-старший может посчитать такое отношение к своему сыночку плевком в свою сторону».
«Ну и чёрт с ними! – разозлился юноша. – Пусть только попробуют наехать! Будешь с ними церемониться?
«Не буду я церемониться, – вздохнула Ольга. – Только никто не любит неприятностей, я в этом не исключение. И всё произошло рано, я ещё не готова. Ладно, заканчиваем их обсуждать. Интересно, как на его слова отреагирует Ольховская. Неужели простит? А куда подевался Олег?»
«Наш Олег не теряет времени, – усмехнулся Нор. – Это у нас разборки в Бронксе, а у него завязался роман с Наташкой Фёдоровой. Вон воркуют. Ему известны твои возможности, поэтому он за нас не переживает. Пошли в класс, сейчас будет звонок».
До конца занятий ничего существенного не произошло. Нор ближе познакомился с классом и обзавёлся двумя пятёрками в журнале. Для первого дня занятий это был рекорд, с чем его Ольга и поздравила, когда прозвучал последний за сегодня звонок.
– Не зря корпел над учебниками, – сказала она. – Берём Фроловых и идём на погрузку. Обычно автобус в это время уже ждёт.
Автобус и сегодня стоял возле школы, поэтому быстро заняли свои места. Водитель проверил, что нет опоздавших, и поспешил отъехать. Погода портилась, а этот рейс был у него последним. Через двадцать минут после отправления Олег достал телефон и позвонил отцу, поэтому, когда автобус остановился на повороте к деревне, там уже стоял «найт» Фроловых. Начал накрапывать дождь, и они поспешили забраться в машину.
– Как ваш первый день занятий? – спросил Виктор. – Набрались знаний?
– Набрались впечатлений, – ответил Олег.
– Впечатления – это тоже хорошо, – согласился его отец. – Ребята, ваша остановка. Из-за непогоды к себе не приглашаю. Нет у меня желания сегодня куда-нибудь ехать.
По съезду к лесничеству давно не ездили, поэтому на нем не было большой грязи, но они перебрались на обочину, где её не было совсем, и по ней дошли до двора, где увидели вышедшего из свинарника Егора.
– Закончили? – спросила Ольга. – Двери и окна на месте. И провода, я вижу, ты подвёл.
– Можешь посмотреть своё хозяйство, – сказал отец, открывая дверь. – Здесь пока чисто, не запачкаетесь. Я сегодня из-за непогоды полдня сачкую, так что смог сделать электропроводку и освещение. Здесь розетка для плитки.
– Это корма? – спросила Ольга, показывая на четыре завязанных мешка. – Не мало?
– Пока хватит, – ответил отец, – если будет нужно, докупим. Я думаю, что наберём ещё несколько мешков жёлудей. Место для свиньи огорожено, сена на доски насыпали. Вот поилка, а в это корыто будешь класть корм. Вилы, грабли, ведра – всё привезли, дело только за самой хрюшкой. Да, плитку можно взять старую из сарая. Нор её принесёт, а заодно натаскает воды. Воскресенье ни на что не планируйте. Если позволит погода, сходим за орехами. Мы с ними и так задержались. Ну и заодно наберём желудей. Когда пойдём за квартиранткой этого отеля?
– А может, сегодня и сходим? – загорелась Ольга. – Это не дождь, а так... Наденем плащи и обуем сапоги. Далеко твои свиньи?
– Да нет, минут сорок ходьбы. Можно и сходить, если есть желание. Тогда идите переодеваться и захватите мой плащ. Да, Нор, возьми на всякий случай карабин.
Пока шли до нужного места, дождь усилился.
– Далеко ещё? – спросила отца Ольга. – Идём уже полчаса.
– Нет, уже близко, – ответил он. – Может, попробуешь позвать отсюда? Они прибегут быстрее, чем мы дойдём.
– Попробую.
Она закрыла глаза и замерла. Прошло минут пять, и где-то впереди затрещали кусты. Продравшись сквозь них, к людям выбежал кабан, размером раза в полтора крупнее взрослой свиньи. Не обращая внимания на взявших его на прицел мужчин, он подошёл к Ольге и потёрся о неё головой, чуть не свалив на землю.
– Хорошенькая свинка, – сказал отец, опуская двустволку. – Может, поменять?
– Мне он нравится, – не согласилась дочь. – Смотри, какие у него умные и хитрые глаза!
– Хитрец, – согласился отец. – Первым почувствовал халяву.
– Хитрецом и назовём, – сказала Ольга. – Ах ты, мой хороший!
– Его не руками нужно чесать, а граблями, – сказал Нор. – Хотя он и от твоих рук балдеет. Давайте двигаться обратно, пока не начался ливень. А твоего кабанчика не в свинарнике нужно держать, а посадить на цепь вместо собаки. Гарантирую сохранность вещей. Страшный, волосатый и клыки торчат. Чем-то похож на мамонта, только поменьше и нет хобота.
– Это в тебе говорит зависть, – засмеялась девушка. – Пошли быстрее, а то у меня уже начал протекать плащ. Хитрец, к ноге!
Обратно шли быстрее, подгоняемые усилившимся дождём и желанием быстрее очутиться в доме.
