Буквально за несколько секунд до появления мистрис Томаски я стерла свои художества и четко вывела на всю доску: «Все будет хорошо».
– Тебе надо чаще отращивать волосы, – подметила Маришка, расчесывая меня щеткой.
За всю свою жизнь я никогда не носила длинные волосы. По-настоящему длинные, чтоб коса была до самой талии. Мне больше нравятся короткие стрижки, примерно до плеч, но иногда во мне просыпается маленькая принцесса и капризно требует локоны как у Рапунцель. Пыталась в старших классах отрастить, чтобы сделать красивую прическу на выпускной, да без толку. Терпения не хватило, а промежуточная длина раздражала. Мне же надо сразу.
И вот сегодня я позволила Маришке на денек осуществить мечту идиотки.
Мои каштановые волосы заструились до пояса, приводя меня в полный восторг. В жизни, наверное, с такой красотой много мороки, но я-то пока в сказке!
Глаза я, несмотря на предложения подруги, оставила карими. Зато, решив, что мечты, пусть даже детские и наивные, должны сбываться, сама попросила заострить мне уши на манер эльфийских. Маришка удивилась подобной просьбе, видать, у них эльфы не так популярны, как у нас. Однако результат нам обеим пришелся по душе.
Теперь сижу у зеркала, никак не налюбуюсь.
К нам без стука вошел Рас.
– Вау, – отреагировал он, когда я к нему повернулась.
– И тебе привет, – буркнула Маришка, не отвлекаясь от расчесывания. – Мы тут красоту наводим, а он врывается.
Рас без приглашения плюхнулся на мою кровать, всем своим видом показывая, что уходить в ближайшее время он не собирается.
– Там народ никак в себя не придет от Ольгиных экспериментов. Говорят, у нее на практике настоящий гибрид получился. Я жду подробностей.
– А как же твоя Нестабильность? – напомнила ему я.
– Потерпит.
– Если что, наша гардеробная в твоем распоряжении, – радушно предложила Маришка.
Парень хмыкнул и демонстративно откинулся на покрывало.
– Похоже, не одному тебе любопытно, как у нее такое получилось, – неожиданно сказала Маришка, откладывая щетку. – Глянь в окно, к нам «рыбка» прилетела.
– Не «рыбка», а «дирижаблик», – поправил Рас, кидаясь открывать волшебной записочке. Та с нетерпением кружилась вокруг своей оси.
– Да какая разница, – возразила Маришка. – Мне нравится «рыбка».
– А мне – «дирижаблик».
– Лучше поймайте ее скорей! – крикнула я спорщикам.
Маришка выхватила записку у Раса прямо из-под носа. Про себя прочитала короткое послание.
– Вот тьма, – выдохнула она, протягивая нам полосочку бумаги.
Мы с Расом ее чуть не порвали. Что же там такое?
«Я жду внизу. Тео».
На обман это не было похоже. Хотя бы потому, что наш знакомый менталист действительно находился у входа в общежитие. Темно-синяя ветровка и черные джинсы придавали ему более зловещий, даже некромантский вид, однако дядю Саву ничуть не смущал чужак. Он с явным удовольствием рассказывал парню о своих тюльпанах, которые со дня на день должны были начать цветение. Тео слушал его, казалось бы, с неподдельным интересом, от чего облик злодея трещал по швам. Увидев нас, старик спешно попрощался со своим новым приятелем и, удалился, прихватив лопату и пару садовых перчаток.
Рас просто не мог не сказать гадость.
– Какая прелесть. Никогда бы не подумал, что демон разума в свободное время сажает цветочки.
– Ничего я не сажаю. Я просто цветы люблю.
– На могилах врагов?
Я ожидала, что Тео ответит что-то вроде «Ага, метаморфов», но тот держался на редкость спокойно.
– Ты, верно, путаешь меня с некромантами или киллерами.
– Не обращай на него внимания, – я без раздумий загородила собой Раса. – Он… Его в детстве пугали менталистами. Мол, не будешь есть кашу, придет злой менталист и заберет тебя.
Губы Тео чуть изогнулись в улыбке.
– Оля, не переживай. Я привык к тому, что многие относятся к нам с предубеждением.
Он так нежно произнес мое имя. Оля… Был бы этот разговор в записи, я бы перемотала на начало, чтобы снова послушать.
К счастью, Маришка не дала мне полностью погрузиться в ванильные мысли.
– Извини за прямоту, но ты же пришел не для того, чтобы узнать, когда лучше сажать луковицы мятных тюльпанов. И наши проект-работы тебя вряд ли волнуют.
– Да, – не стал тот врать. – Я хочу узнать, что скрывает мастер Бартос.
И вправду резвый. Мы тогда не называли ему имя злоумышленника. Наверное, спросил у бабушки, что за препод по перилам катался.
– Вы тоже в этом заинтересованы, – без нажима сказал Тео. – Порознь нам будет трудно, а если объединить усилия…
– А, ну конечно, ну конечно, – закивал Рас.
Не обращая внимания на откровенные издевки метаморфа, Тео продолжил:
– У меня той ночью было стойкое ощущение, что разлом не просто так вел в чащу леса. У мастера Бартоса была определенная цель.
– И какая же? – скептически изогнул бровь Рас. – Довести тебя до помешательства?
– Он что-то искал. Или кого-то.
– То есть, ты думаешь, что у Бартоса в лесу может быть тайник, или у него была назначена встреча? – расшифровала я его подозрения.
– Хотя бы ты понимаешь меня с полуслова, – с облегчением откликнулся Тео. – В общем, я собираюсь в лес, проверить свои догадки. Не хотите присоединиться?
Повисло молчание. Было слышно, как где-то неподалеку прожужжал жук.
– Звучит заманчиво, – протянула Маришка. – Почему бы и нет? Ты прав, нам самим это необходимо.
– Мы пойдем с тобой, – подхватила я.
– Эй, а со мной посоветоваться не надо? – забеспокоился Рас. – Вы прям как Ася и Мася! Я вас одних не отпущу!
Ну Рас, спасибо! Нашел с кем нас сравнивать! Разве мы похожи на тупеньких страусих с их узконаправленными гастрономическими интересами?
Тео смерил Раса проницательным взглядом.
– Ты мне не доверяешь.
– Я иду с вами, – проигнорировал его слова Рас.
Мы с Маришкой посмотрели на него, как на ненормального. Да он по общежитию в Нестабильность старается не особо шастать, а тут! Да уж, тяжело ему придется. Но тут мы не оставили ему выбора. Рас, как верный товарищ, не мог допустить, чтобы мы ушли с парнем, в котором не были до конца уверены. Статус друга Тео еще не заслужил.
Решив для скорости и удобства взять велики, мы отправились в путь.
Правда, перед поездкой Тео внезапно задал несвоевременный вопрос:
– А кто такие Ася и Мася?
– О, это его лучшие подружки, – Маришка с некоторым злорадством покосилась на Раса. – Можете потом навестить их в зверинце, они там вечно тусуются. Только без еды к ним не подходите, а то заклюют.
Только проезжая по лесным тропинкам до меня дошло, что мы поступили несколько опрометчиво. Навряд ли Тео хотел заманить нас в ловушку или сделать какую-нибудь другую подлянку, но такая вероятность все-таки оставалась. Как ни печально мне это осознавать, но он с нами был не до конца откровенен.
Мы свернули по указателю к Ореховому бельведеру. На это раз никто рогатый не караулил нас из-за каждого дерева, мой кошмар остался в прошлом. Или притаился, чтобы выскочить позже.
Я старалась не вспоминать о пережитом ужасе и насильно заставляла себя наслаждаться погодой. Сегодня было немного пасмурно, и солнце робко выглядывало из-за бескрайнего облака. Но зато тепло и безветренно.
У Орехового бельведера Тео достал свой маятник, и мы продолжили путь пешком. Все равно дальше тропинки сужались и становились непригодными для велосипедов. Золотой диск в вытянутой руке менталиста выглядел жутковато. Он едва заметно покачивался на цепочке, но Тео уверенно шагал вперед. Вскоре нам пришлось свернуть с тропы.
Рас старался идти чуть позади. Как он пояснил, «Чтобы я вас всех видел». Но мы-то с Маришкой знали истинную причину такого поведения.
И вот в один момент Рас сильно вздрогнул, остановился, а потом резко рванул в сторону.
– Не смотреть! Кто обернется, того прокляну!
Естественно, все обернулись ему вслед. Спустя секунду поняв, что это всего лишь его придурь, я послушно отвернулась.
– Что это с ним? – насторожился Тео.
– Ничего особенного. Нестабильность, – объяснила Маришка.
Он также отвел взгляд.
– Ему не нужна помощь?
– Нет. Мы же не оборотни, которые теряют разум и воют на луну.
Я невольно поежилась, вспоминая ту кошмарную пару, когда двое наших товарищей чуть не порвали в клочья аспиранта и тех, кто пытался их остановить.
– Это всего лишь непроизвольное превращение, – добавила девушка, чтобы не дать Тео нафантазировать какую-нибудь жуть.
– У нас все по-другому.
Не сомневаюсь. Вряд ли что-то заставит менталиста улепетывать, ломая кусты.
Маришка с немного надменным видом потеребила бисерную фенечку у себя на руке.
– Примерно от пятнадцати до двадцати приступов в первый год обучения управления даром, а дальше по убывающей. Нестабильность проявляется как мигрени, обмороки и яркие осознанные сновидения. В отличие от метаморфов, упорядоченный цикл отсутствует, – заученно произнесла она.
Вот так-то. Элеоноре бы поучиться у нее любознательности. Хотя бы в той сфере, которая выбрана для проект-работы.
Тео без лишних комментариев согласился. Мне же вообще было нечего сказать, и от этого я чувствовала себя третьей лишней. Скорее бы уже Рас вернулся! Если раньше его привычка прятаться в Нестабильность меня умиляла, то теперь она вызывала легкое раздражение. И все из-за того, что мне не хватало его присутствия.
Через пару минут вредный стесняша прибежал назад. Окинул нас хмурым взглядом, как будто мы все это время сплетничали о нем, но не отпустил ни одной колкости.
Наша компания двинулась вперед. Путешествие выходило однообразным: елки, очертания беседок, снова елки. Довольно долго никто из нас троих не осмеливался отвлечь менталиста. Да и он сам с нами не заговаривал, лишь зачарованно смотрел на золотой диск.
– Мы уже далеко от академии, – вдруг сказал Рас. – Скоро такими темпами до границы дойдем.
Тео как будто его не услышал. Правда, идти он стал медленнее. То ли след потерял, то ли заблудиться побоялся. Вот и мне хотелось быть уверенной, что мы пока не заплутали в глуши.
Едва завидев очередную беседку, на этот раз спрятанную под пологом леса, я вздохнула с облегчением, но друзья не разделили со мной радости.
– Лунный бельведер, – похоронно-торжественно объявил Рас.
– Мы у самой границы, – невесело подтвердила Маришка.
Тео остановился. Он растерянно огляделся по сторонам и неопределенно указал рукой на бельведер.
– Но меня туда тянет, дальше.
– А меня назад тянет, в академию, – парировал Рас. – Идти дальше опасно, а ты даже не знаешь, что ищешь.
– Неважно. Главное, есть, что искать. Маятник не лжет.
– Думаю, ничего страшного не случится, если мы продолжим поиски, – вклинилась я. – Зря, что ли, топали? – и чтобы не показаться совсем наивной, добавила: – Раз уж мы решили докопаться до истины, то надо идти до конца. Вы не в курсе, что удача любит смелых?
Собственные слова казались мне какими-то ненатуральными, и от этого я мигом пожалела, что вообще рот открыла.
Не хотелось бы выглядеть полной дурой. А поздно.
– Оля правильно говорит, – негромко произнес Тео, вглядываясь вдаль.
Что? Мне не послышалось?
Я сжала губы, чтобы по лицу не расползлась предательская улыбка. В такой ситуации млеть от похвалы – это надо мозгов лишиться!
Как бы то ни было, на этом пререкания сошли на нет.
Возвышаясь над нами, как воспитатель над малышами, Тео вел нас все глубже в чащу. Новая часть леса уже не походила на парк. Все здесь выглядело более дико, и не было ни намека на тропки. Спустившись вниз по склону, мы наткнулись на малюсенький ручеек, усеянный пестрой галькой. Тео постоял у берега пару мгновений, потрогал маятник и поводил ладонью по воздуху, словно пытаясь уловить информацию, доступную только ему одному.
– Идем дальше, – сообщил он, выбирая место поуже, чтобы перейти ручей вброд. В итоге он его просто перепрыгнул. Рас выразительно покрутил пальцем у виска, однако последовал его примеру. Маришка прыгнула удачно, а вот я слегка намочила ногу.
Спустя примерно четверть часа маршрут начал меняться, Тео свернул направо. Некстати подумалось о хлебных крошках и опознавательных ленточках – не хватало еще для полного счастья заблудиться. Остается надеяться, что волшебный маятник сможет указать нам обратную дорогу.
Сверху послышался протяжный шорох, и что-то темное свалилось прямо на Тео. Это произошло так внезапно, что мы с Маришкой даже вскрикнуть не успели.
– Ветку головой задел, – пробормотал менталист, стряхивая с себя что-то похожее на кучу хвороста.
Однако при ближайшем рассмотрении ассоциации с хворостом улетучились. На земле лежало скрюченное существо без намека на шерсть или волосы. Его кожа напоминала скорлупу грецкого ореха, а непропорционально большая голова навевала мысли о старой сморщенной луковице. Выпуклые, как в мультиках, глаза были покрыты сухой желтоватой пленкой. Черной ямкой был открыт рот с редкими зубками.
Я судорожно пыталась придумать, кому помолиться, чтобы эта дохлая мартышка оказалась всего-навсего уродливой куклой.
Рас поддел тельце ногой и перевернул его набок.
– Шикрис.
Знакомое слово. И ребята поминали тварей недобрым словом, значит, нет смысла горевать.
Я брезгливо передернула плечами.
– Хорошо, что он неживой.
– Плохо, что он не один, – Тео стоял в нескольких шагах от нас и сосредоточенно изучал ветви деревьев. – Там еще висит, тоже дохлый. Видимо, тот, кто был здесь до нас, расправился с ними.
– А что плохого-то? – не поняла Маришка.
– Шикрисы злопамятные и мстительные. Они сами по себе создания неприятные, а когда обижают их сородичей, то могут кинуться даже на обычного человека, не заботясь о собственной шкуре.
Раздался хруст. Не в меру любопытный Рас случайно оторвал тощую ручку.
– Фу, как насекомое… А я слышал другое. Что они друг у друга еду отбирают и за самок до смерти бьются.
– Дела семейные, – усмехнулся Тео. – Это им не мешает единодушно ненавидеть чужаков.
Маришка нагнулась, чтобы получше рассмотреть противный трупик. Она сморщилась, будто ей в нос ударила невыносимая вонь.
– Пиявки.
Почти скрывшись из виду, Рас уже что-то напряженно высматривал в кустах орешника. Тео заново раскачивал маятник, а я, не найдя себе занятия, стала заплетать отросшие волосы в косу. Менталист недовольно шикнул, не отрывая глаз от золотого диска:
– Сбился, зараза.
Не успел он заново настроить свой инструмент, как его отвлек голос Раса.
– Там еще двое… И не очень аппетитный кусок третьего. А еще я нашел след от ботинка, если кому интересно. Бартос был не особо осторожен.
Тео чуть слышно цыкнул языком и заново раскрутил маятник.
– Было бы прекрасно, если бы вы тоже поучаствовали в поисках. Ты же умеешь превращаться в собаку, взял бы след.
– Да не могу я взять след, – как ни странно, без кривляний ответил Рас. – В Образе собаки я чую много запахов, самых разных. Только для меня они – запутанный клубок. Брать след совсем непросто, этому надо учиться. Но поскольку я не собираюсь быть ни полицейским, ни спасателем, мне нет нужды оттачивать этот навык.
Надо же. Столько времени, считай, учусь в Академии превращений, а до сих пор не узнала, кем мои новые друзья будут после выпуска. Жаль, что момент для расспросов неподходящий.
Следующее высказывание Раса вызвало у меня легкий ступор.
– Думаю, девочкам будет лучше пойти обратно.
– Тебе надо чаще отращивать волосы, – подметила Маришка, расчесывая меня щеткой.
За всю свою жизнь я никогда не носила длинные волосы. По-настоящему длинные, чтоб коса была до самой талии. Мне больше нравятся короткие стрижки, примерно до плеч, но иногда во мне просыпается маленькая принцесса и капризно требует локоны как у Рапунцель. Пыталась в старших классах отрастить, чтобы сделать красивую прическу на выпускной, да без толку. Терпения не хватило, а промежуточная длина раздражала. Мне же надо сразу.
И вот сегодня я позволила Маришке на денек осуществить мечту идиотки.
Мои каштановые волосы заструились до пояса, приводя меня в полный восторг. В жизни, наверное, с такой красотой много мороки, но я-то пока в сказке!
Глаза я, несмотря на предложения подруги, оставила карими. Зато, решив, что мечты, пусть даже детские и наивные, должны сбываться, сама попросила заострить мне уши на манер эльфийских. Маришка удивилась подобной просьбе, видать, у них эльфы не так популярны, как у нас. Однако результат нам обеим пришелся по душе.
Теперь сижу у зеркала, никак не налюбуюсь.
К нам без стука вошел Рас.
– Вау, – отреагировал он, когда я к нему повернулась.
– И тебе привет, – буркнула Маришка, не отвлекаясь от расчесывания. – Мы тут красоту наводим, а он врывается.
Рас без приглашения плюхнулся на мою кровать, всем своим видом показывая, что уходить в ближайшее время он не собирается.
– Там народ никак в себя не придет от Ольгиных экспериментов. Говорят, у нее на практике настоящий гибрид получился. Я жду подробностей.
– А как же твоя Нестабильность? – напомнила ему я.
– Потерпит.
– Если что, наша гардеробная в твоем распоряжении, – радушно предложила Маришка.
Парень хмыкнул и демонстративно откинулся на покрывало.
– Похоже, не одному тебе любопытно, как у нее такое получилось, – неожиданно сказала Маришка, откладывая щетку. – Глянь в окно, к нам «рыбка» прилетела.
– Не «рыбка», а «дирижаблик», – поправил Рас, кидаясь открывать волшебной записочке. Та с нетерпением кружилась вокруг своей оси.
– Да какая разница, – возразила Маришка. – Мне нравится «рыбка».
– А мне – «дирижаблик».
– Лучше поймайте ее скорей! – крикнула я спорщикам.
Маришка выхватила записку у Раса прямо из-под носа. Про себя прочитала короткое послание.
– Вот тьма, – выдохнула она, протягивая нам полосочку бумаги.
Мы с Расом ее чуть не порвали. Что же там такое?
«Я жду внизу. Тео».
На обман это не было похоже. Хотя бы потому, что наш знакомый менталист действительно находился у входа в общежитие. Темно-синяя ветровка и черные джинсы придавали ему более зловещий, даже некромантский вид, однако дядю Саву ничуть не смущал чужак. Он с явным удовольствием рассказывал парню о своих тюльпанах, которые со дня на день должны были начать цветение. Тео слушал его, казалось бы, с неподдельным интересом, от чего облик злодея трещал по швам. Увидев нас, старик спешно попрощался со своим новым приятелем и, удалился, прихватив лопату и пару садовых перчаток.
Рас просто не мог не сказать гадость.
– Какая прелесть. Никогда бы не подумал, что демон разума в свободное время сажает цветочки.
– Ничего я не сажаю. Я просто цветы люблю.
– На могилах врагов?
Я ожидала, что Тео ответит что-то вроде «Ага, метаморфов», но тот держался на редкость спокойно.
– Ты, верно, путаешь меня с некромантами или киллерами.
– Не обращай на него внимания, – я без раздумий загородила собой Раса. – Он… Его в детстве пугали менталистами. Мол, не будешь есть кашу, придет злой менталист и заберет тебя.
Губы Тео чуть изогнулись в улыбке.
– Оля, не переживай. Я привык к тому, что многие относятся к нам с предубеждением.
Он так нежно произнес мое имя. Оля… Был бы этот разговор в записи, я бы перемотала на начало, чтобы снова послушать.
К счастью, Маришка не дала мне полностью погрузиться в ванильные мысли.
– Извини за прямоту, но ты же пришел не для того, чтобы узнать, когда лучше сажать луковицы мятных тюльпанов. И наши проект-работы тебя вряд ли волнуют.
– Да, – не стал тот врать. – Я хочу узнать, что скрывает мастер Бартос.
И вправду резвый. Мы тогда не называли ему имя злоумышленника. Наверное, спросил у бабушки, что за препод по перилам катался.
– Вы тоже в этом заинтересованы, – без нажима сказал Тео. – Порознь нам будет трудно, а если объединить усилия…
– А, ну конечно, ну конечно, – закивал Рас.
Не обращая внимания на откровенные издевки метаморфа, Тео продолжил:
– У меня той ночью было стойкое ощущение, что разлом не просто так вел в чащу леса. У мастера Бартоса была определенная цель.
– И какая же? – скептически изогнул бровь Рас. – Довести тебя до помешательства?
– Он что-то искал. Или кого-то.
– То есть, ты думаешь, что у Бартоса в лесу может быть тайник, или у него была назначена встреча? – расшифровала я его подозрения.
– Хотя бы ты понимаешь меня с полуслова, – с облегчением откликнулся Тео. – В общем, я собираюсь в лес, проверить свои догадки. Не хотите присоединиться?
Повисло молчание. Было слышно, как где-то неподалеку прожужжал жук.
– Звучит заманчиво, – протянула Маришка. – Почему бы и нет? Ты прав, нам самим это необходимо.
– Мы пойдем с тобой, – подхватила я.
– Эй, а со мной посоветоваться не надо? – забеспокоился Рас. – Вы прям как Ася и Мася! Я вас одних не отпущу!
Ну Рас, спасибо! Нашел с кем нас сравнивать! Разве мы похожи на тупеньких страусих с их узконаправленными гастрономическими интересами?
Тео смерил Раса проницательным взглядом.
– Ты мне не доверяешь.
– Я иду с вами, – проигнорировал его слова Рас.
Мы с Маришкой посмотрели на него, как на ненормального. Да он по общежитию в Нестабильность старается не особо шастать, а тут! Да уж, тяжело ему придется. Но тут мы не оставили ему выбора. Рас, как верный товарищ, не мог допустить, чтобы мы ушли с парнем, в котором не были до конца уверены. Статус друга Тео еще не заслужил.
Решив для скорости и удобства взять велики, мы отправились в путь.
Правда, перед поездкой Тео внезапно задал несвоевременный вопрос:
– А кто такие Ася и Мася?
– О, это его лучшие подружки, – Маришка с некоторым злорадством покосилась на Раса. – Можете потом навестить их в зверинце, они там вечно тусуются. Только без еды к ним не подходите, а то заклюют.
ГЛАВА 13
Только проезжая по лесным тропинкам до меня дошло, что мы поступили несколько опрометчиво. Навряд ли Тео хотел заманить нас в ловушку или сделать какую-нибудь другую подлянку, но такая вероятность все-таки оставалась. Как ни печально мне это осознавать, но он с нами был не до конца откровенен.
Мы свернули по указателю к Ореховому бельведеру. На это раз никто рогатый не караулил нас из-за каждого дерева, мой кошмар остался в прошлом. Или притаился, чтобы выскочить позже.
Я старалась не вспоминать о пережитом ужасе и насильно заставляла себя наслаждаться погодой. Сегодня было немного пасмурно, и солнце робко выглядывало из-за бескрайнего облака. Но зато тепло и безветренно.
У Орехового бельведера Тео достал свой маятник, и мы продолжили путь пешком. Все равно дальше тропинки сужались и становились непригодными для велосипедов. Золотой диск в вытянутой руке менталиста выглядел жутковато. Он едва заметно покачивался на цепочке, но Тео уверенно шагал вперед. Вскоре нам пришлось свернуть с тропы.
Рас старался идти чуть позади. Как он пояснил, «Чтобы я вас всех видел». Но мы-то с Маришкой знали истинную причину такого поведения.
И вот в один момент Рас сильно вздрогнул, остановился, а потом резко рванул в сторону.
– Не смотреть! Кто обернется, того прокляну!
Естественно, все обернулись ему вслед. Спустя секунду поняв, что это всего лишь его придурь, я послушно отвернулась.
– Что это с ним? – насторожился Тео.
– Ничего особенного. Нестабильность, – объяснила Маришка.
Он также отвел взгляд.
– Ему не нужна помощь?
– Нет. Мы же не оборотни, которые теряют разум и воют на луну.
Я невольно поежилась, вспоминая ту кошмарную пару, когда двое наших товарищей чуть не порвали в клочья аспиранта и тех, кто пытался их остановить.
– Это всего лишь непроизвольное превращение, – добавила девушка, чтобы не дать Тео нафантазировать какую-нибудь жуть.
– У нас все по-другому.
Не сомневаюсь. Вряд ли что-то заставит менталиста улепетывать, ломая кусты.
Маришка с немного надменным видом потеребила бисерную фенечку у себя на руке.
– Примерно от пятнадцати до двадцати приступов в первый год обучения управления даром, а дальше по убывающей. Нестабильность проявляется как мигрени, обмороки и яркие осознанные сновидения. В отличие от метаморфов, упорядоченный цикл отсутствует, – заученно произнесла она.
Вот так-то. Элеоноре бы поучиться у нее любознательности. Хотя бы в той сфере, которая выбрана для проект-работы.
Тео без лишних комментариев согласился. Мне же вообще было нечего сказать, и от этого я чувствовала себя третьей лишней. Скорее бы уже Рас вернулся! Если раньше его привычка прятаться в Нестабильность меня умиляла, то теперь она вызывала легкое раздражение. И все из-за того, что мне не хватало его присутствия.
Через пару минут вредный стесняша прибежал назад. Окинул нас хмурым взглядом, как будто мы все это время сплетничали о нем, но не отпустил ни одной колкости.
Наша компания двинулась вперед. Путешествие выходило однообразным: елки, очертания беседок, снова елки. Довольно долго никто из нас троих не осмеливался отвлечь менталиста. Да и он сам с нами не заговаривал, лишь зачарованно смотрел на золотой диск.
– Мы уже далеко от академии, – вдруг сказал Рас. – Скоро такими темпами до границы дойдем.
Тео как будто его не услышал. Правда, идти он стал медленнее. То ли след потерял, то ли заблудиться побоялся. Вот и мне хотелось быть уверенной, что мы пока не заплутали в глуши.
Едва завидев очередную беседку, на этот раз спрятанную под пологом леса, я вздохнула с облегчением, но друзья не разделили со мной радости.
– Лунный бельведер, – похоронно-торжественно объявил Рас.
– Мы у самой границы, – невесело подтвердила Маришка.
Тео остановился. Он растерянно огляделся по сторонам и неопределенно указал рукой на бельведер.
– Но меня туда тянет, дальше.
– А меня назад тянет, в академию, – парировал Рас. – Идти дальше опасно, а ты даже не знаешь, что ищешь.
– Неважно. Главное, есть, что искать. Маятник не лжет.
– Думаю, ничего страшного не случится, если мы продолжим поиски, – вклинилась я. – Зря, что ли, топали? – и чтобы не показаться совсем наивной, добавила: – Раз уж мы решили докопаться до истины, то надо идти до конца. Вы не в курсе, что удача любит смелых?
Собственные слова казались мне какими-то ненатуральными, и от этого я мигом пожалела, что вообще рот открыла.
Не хотелось бы выглядеть полной дурой. А поздно.
– Оля правильно говорит, – негромко произнес Тео, вглядываясь вдаль.
Что? Мне не послышалось?
Я сжала губы, чтобы по лицу не расползлась предательская улыбка. В такой ситуации млеть от похвалы – это надо мозгов лишиться!
Как бы то ни было, на этом пререкания сошли на нет.
Возвышаясь над нами, как воспитатель над малышами, Тео вел нас все глубже в чащу. Новая часть леса уже не походила на парк. Все здесь выглядело более дико, и не было ни намека на тропки. Спустившись вниз по склону, мы наткнулись на малюсенький ручеек, усеянный пестрой галькой. Тео постоял у берега пару мгновений, потрогал маятник и поводил ладонью по воздуху, словно пытаясь уловить информацию, доступную только ему одному.
– Идем дальше, – сообщил он, выбирая место поуже, чтобы перейти ручей вброд. В итоге он его просто перепрыгнул. Рас выразительно покрутил пальцем у виска, однако последовал его примеру. Маришка прыгнула удачно, а вот я слегка намочила ногу.
Спустя примерно четверть часа маршрут начал меняться, Тео свернул направо. Некстати подумалось о хлебных крошках и опознавательных ленточках – не хватало еще для полного счастья заблудиться. Остается надеяться, что волшебный маятник сможет указать нам обратную дорогу.
Сверху послышался протяжный шорох, и что-то темное свалилось прямо на Тео. Это произошло так внезапно, что мы с Маришкой даже вскрикнуть не успели.
– Ветку головой задел, – пробормотал менталист, стряхивая с себя что-то похожее на кучу хвороста.
Однако при ближайшем рассмотрении ассоциации с хворостом улетучились. На земле лежало скрюченное существо без намека на шерсть или волосы. Его кожа напоминала скорлупу грецкого ореха, а непропорционально большая голова навевала мысли о старой сморщенной луковице. Выпуклые, как в мультиках, глаза были покрыты сухой желтоватой пленкой. Черной ямкой был открыт рот с редкими зубками.
Я судорожно пыталась придумать, кому помолиться, чтобы эта дохлая мартышка оказалась всего-навсего уродливой куклой.
Рас поддел тельце ногой и перевернул его набок.
– Шикрис.
Знакомое слово. И ребята поминали тварей недобрым словом, значит, нет смысла горевать.
Я брезгливо передернула плечами.
– Хорошо, что он неживой.
– Плохо, что он не один, – Тео стоял в нескольких шагах от нас и сосредоточенно изучал ветви деревьев. – Там еще висит, тоже дохлый. Видимо, тот, кто был здесь до нас, расправился с ними.
– А что плохого-то? – не поняла Маришка.
– Шикрисы злопамятные и мстительные. Они сами по себе создания неприятные, а когда обижают их сородичей, то могут кинуться даже на обычного человека, не заботясь о собственной шкуре.
Раздался хруст. Не в меру любопытный Рас случайно оторвал тощую ручку.
– Фу, как насекомое… А я слышал другое. Что они друг у друга еду отбирают и за самок до смерти бьются.
– Дела семейные, – усмехнулся Тео. – Это им не мешает единодушно ненавидеть чужаков.
Маришка нагнулась, чтобы получше рассмотреть противный трупик. Она сморщилась, будто ей в нос ударила невыносимая вонь.
– Пиявки.
Почти скрывшись из виду, Рас уже что-то напряженно высматривал в кустах орешника. Тео заново раскачивал маятник, а я, не найдя себе занятия, стала заплетать отросшие волосы в косу. Менталист недовольно шикнул, не отрывая глаз от золотого диска:
– Сбился, зараза.
Не успел он заново настроить свой инструмент, как его отвлек голос Раса.
– Там еще двое… И не очень аппетитный кусок третьего. А еще я нашел след от ботинка, если кому интересно. Бартос был не особо осторожен.
Тео чуть слышно цыкнул языком и заново раскрутил маятник.
– Было бы прекрасно, если бы вы тоже поучаствовали в поисках. Ты же умеешь превращаться в собаку, взял бы след.
– Да не могу я взять след, – как ни странно, без кривляний ответил Рас. – В Образе собаки я чую много запахов, самых разных. Только для меня они – запутанный клубок. Брать след совсем непросто, этому надо учиться. Но поскольку я не собираюсь быть ни полицейским, ни спасателем, мне нет нужды оттачивать этот навык.
Надо же. Столько времени, считай, учусь в Академии превращений, а до сих пор не узнала, кем мои новые друзья будут после выпуска. Жаль, что момент для расспросов неподходящий.
Следующее высказывание Раса вызвало у меня легкий ступор.
– Думаю, девочкам будет лучше пойти обратно.
