— Пусти, проклятый, — вскипела Джессика, откидывая от себя потянувшиеся к ней руки.
Мужчина не ответил. Тяжёлая мозолистая рука один лишь раз поднялась и, опустившись на лицо Джессики, сбила её с ног. Упав, она лишь успела чуть приподнять голову, чтобы не удариться затылком об асфальт. Это разозлило нападавшего ещё больше. Резко подняв за плечо, он толкнул её к стене. Она ударилась, и когда её другая щека почувствовала ещё один удар, заныла и тут же онемела челюсть. Задетые бровь и глаз мгновенно опухли, а на кончик носа выскользнула капелька крови.
— Пусти, сволочь! — крикнула Джессика, прилагая все усилия, чтобы вырваться. В какой-то момент её кулак больше случайно, чем специально, столкнулся со ртом нападавшего, и узорный перстень-печатка разнёс ему губы.
— Ах ты тварь! — Он ещё раз встряхнул её и стукнул о стену, словно хотел вмуровать в эти красные кирпичи. Она почти отключилась, но когда чужая рука полезла ей под плащ, снова ожила.
— Да будь ты проклят! — крикнула Джессика. Раскрытые ладони её рук упёрлись ему в лоб. Всплывающие из моря крови мертвецы, крики умерших, кости, плоть, червь… Всё это в едином порыве, похожем на вздох, вышло на мгновение из памяти Джессики и ударилось о мозг насильника, выжигая его и лишая разума. Она почувствовала, как мистическая сила течёт по её телу, приливая к рукам, а затем выливаясь на мозги этого человека. В его глазах, как на экране телевизора, она могла видеть марш своих кошмаров под сенью потухшего разума.
Когда он упал, она ещё с пару минут стояла над ним как Немезида, но потом, вспомнив о реальности, качнулась и пошла к выходу из тупика. Через минуту, вырвавшись на освещённую улицу, она едва не расплакалась от счастья. Вдалеке уже слышались завывания полицейских сирен. Чтобы остановить проезжающее такси, Джессика вылетела прямо под колёса одного из них. Назвав адрес, она бухнулась на заднее сиденье и, захлопнув дверцу, прищемила полу плаща. Водитель обернулся, намереваясь наорать, но, увидев её окровавленное и распухшее лицо, испуганно промолчал. Свою задачу он выполнил безукоризненно.
Меньше чем через десять минут она была уже у подъезда. Не помня, как добралась до квартиры, она чуть пришла в себя под ледяным душем. Смыв с себя всё — не только грязь и боль, но и страхи, упрёки совести, злость, ярость и слабость, — она почувствовала себя обновлённой. Добравшись до постели, немедленно уснула. Почти первый раз за последние полтора месяца — без сновидений.
Часть 5
Джошуа открыл глаза. Белый, просто идеально-стерильно-белый потолок. Больница. Эта девушка — её звали Джессика Велоу. Джош поднялся на койке. Чёткая, как команда, мысль заставила его это сделать: больницу нужно немедленно покинуть. Шантажировать эту девушку — идеальный вариант достать деньги, но стоило подумать и о плохой стороне. Их встречи для него оканчивались печально. В первый раз она сбила его машиной, затем устроила короткое замыкание. Что будет потом? Нет, этого ждать не стоило.
Он прошёлся по палате и нашёл шкаф с вещами. Осторожно, поскольку при каждом резком движении голова просто взрывалась фонтаном боли, оделся. Уже подойдя к двери, он оглянулся. Конечно, время, проведённое здесь, нельзя было назвать волшебным, но здесь было лучше, чем на улице или в квартире его матери с её неповторимым смогом из перегара и прокисших закусок. Джошуа содрогнулся, молча выругался. Чёрт, и почему на его пути попалась такая неудачница? Другая какая-нибудь наивная дурочка под его опытным руководством заплатила бы за всё и даже выплатила компенсацию. Но ему «повезло» как утопленнику. Попалась патологическая неудачница. У такой не то что деньги — свою жизнь надо выпрашивать. Своим невезением она сомнёт его как дорожным катком. Джошуа вздохнул. Возвращаться на улицу не хотелось, но перспектива умереть в палате тоже не радовала. Одно хорошо: за больницу придётся платить ей — Джесс Велоу. Ведь он сейчас отсюда исчезнет. Проглотив ухмылку и создав занятой и сосредоточенный вид в тон белому халату на плечах, Джошуа вышел.
* * *
— Нет! — закричав, Джессика проснулась. Поднявшись в постели и тяжело дыша, она огляделась. Её глаза беспокойно пробежали по корешкам книг, словно нависшего над кроватью стеллажа, пытаясь определить причину, заставившую сон прерваться.
— Дзинь, — тоскливо повторил будильник и тут же замолк, как только тяжёлый взгляд девушки упал на него.
Джессика с облегчением откинулась обратно на подушки. Будильник. Всего лишь будильник. За последние полтора месяца — единственная вещь не из кошмаров, заставившая её проснуться. Она натянуто улыбнулась. А что же ей снилось? Память была чиста и безмятежна. Или нет? В одно мгновение перед её взором встала комната отеля. Открывающаяся дверь и вползающая внутрь тварь. Дико орущий и извивающийся на постели прикованный человек…
Джессика упрямо мотнула головой, отгоняя это.
*«Я спасла тебе жизнь в очередной раз»,* — сказала она себе той, которая с настырностью мазохиста вытаскивала эти воспоминания снова и снова.
*«Заткнись, убийца! Тебе уже самой нравится убивать. Ты ведь уже на людей перешла…»*
Джессика нервно поднялась с постели, намереваясь окончить этот диалог, но не вышло.
*«Ты неблагодарная тварь! Ты рыдала над животными, которых мы ВМЕСТЕ скармливали червю. А потом, когда этого стало мало, не ты ли молила меня что-нибудь придумать? Разве не ты сама первая предложила попробовать человека?»*
Влетев в кухню, она схватила кофе. Горячий кофе из кофейника всё же успокоил ту истеричку. Но неприятный осадок остался.
Зазвонил телефон.
— Алло?
— Это страховая компания «Девиджей». Вам предписывается оплатить счёт Джошуа Молла. Если вы этого не сделаете, сумма будет снята с вашего счёта в служебном порядке плюс издержки суда. В противном случае вам грозит тюремное заключение…
— Я вас поняла, — она назвала номер счёта. — Мой адвокат подпишет все бумаги.
Она положила трубку. Вот что ей требовалось — вспомнить о молодом человеке. Только мысли о нём отводили кошмар, а его присутствие рядом… Она замерла, поражённая внезапной мыслью: находясь рядом, он наверняка остановит всё это. Но что-то было не так. Что-то мешало. Она снова набрала регистратуру больницы.
— Простите, когда и на какой адрес был выписан Джошуа Молл?
Возникла продолжительная пауза.
— Простите, мисс. Этот человек не был выписан. Он просто пропал из своей палаты несколько часов назад. Счёт был выписан на имя Джесс Велоу, его истицы. Попробуйте поискать его у этой Велоу.
— Дура! — вырвалось у Джессики, и она кинула трубку.
Телефон зазвонил снова.
— Алло?
— Джесс Велоу?
Сердце дрогнуло. Она знала, что последует за этим голосом.
— Да.
— Ваш телефон мне оставил мой босс. Он должен был быть на важном собрании, но, уехав на свидание с вами, так больше нигде и не появился.
— И вы предположили, что он у меня?
— Простите, но мне необходимо найти его. И если вы знаете, где он, лучше скажите.
В звуке связи ей чудилось что-то странное. *«Они звонят с мобильного. Может быть, уже стоят за дверью».* Кинув трубку, Джессика накинула плащ и вылетела на площадку. Сбежав вниз по лестнице, она уже была готова выйти на улицу, но чёрные машины одна за другой останавливались во дворе.
— Господи! — прошептала она и бросилась наверх. Скинув туфли, чтобы не стучать, побежала. На её везение, крыша была не заперта. Оглядевшись, она поняла: дальше бежать некуда — только прыгать на крышу соседнего дома, отстоящего в восьми футах. Джессика решилась. Разогнавшись, вскочила на парапет и прыгнула. Она долетела! Ударившись коленями и обдирая кожу, она зацепилась. Из последних сил подтянулась и упала на горячий от полуденного солнца резиновый пласт.
В тот момент на крыше её дома появились люди. Заметив их, Джессика кинулась за вытяжку. И тут рядом с чавкающим звуком в мягкую резину впился рой пуль.
— Обнаружена! — вскрикнула она и кинулась к краю крыши. Пули неслись вдогонку, но какая-то сила уводила их в сторону. Она добежала до пожарной лестницы, перевалилась через ограждение. Срывая руки в кровь, прокатилась по ступеням. Зацепившись за последнюю трубку, повисла в трёх футах от крыши магазина. Услышав голоса, разжала пальцы. Тряпки и бумага амортизировали падение.
Она поднялась и побежала к краю крыши. Снова продолжение кошмара. Секунды неслись как загнанные лошади. Новые выстрелы. Пули вгрызались в покрытие под ногами. Джессика кинулась в сторону, и рой пуль пронёсся мимо, пара-тройка продырявили полы плаща.
Она вскочила на парапет. Что-то сильно стукнулось в спину. Без звука. Она открыла рот, но крика не вышло. Закрыв глаза, наклонилась вперёд и ухнула вниз. Настойчивое желание червя, чтобы она жила, помогло ей. Внизу стояли мусорные баки. Один, доверху набитый чёрными мешками, был открыт, словно поджидая её. Когда вес её тела обрушился на него, он перевернулся, и Джессика, потерявшая сознание, выкатилась на грязный асфальт вместе с рассыпавшимся мусором.
Наверху показалась голова. Мужчина осмотрел место падения, но, не обнаружив движения, несколько раз выстрелил по скучающим помойным крысам…
Часть 6
Джошуа чувствовал себя плохо. Кружилась голова, сильно ныло ушибленное бедро. Витавшие вокруг ароматы помойки вызывали голод. Без денег, без возможности их заработать. Ранение оказалось тяжелее, чем он думал. К тому же Джессика Велоу. Её образ преследовал его. Выходи он сейчас из своего полубомжатского существования, она обязательно окажется рядом и опять что-то произойдёт.
Когда зазвучали выстрелы, он очнулся от дрёмы и посмотрел наверх. Через мгновение на парапете появилась фигура в плаще, и короткий выстрел уронил её вниз. Джош проследил падение до мусорного бака и спрятался от появившейся физиономии. Он слышал ещё выстрелы, а потом голоса. На итальянском, на редком наречии. Его мать была итальянкой, и Джош понял каждое слово.
— Болван! Она нужна нам живой, чтобы узнать, где босс. Спускайтесь вниз и найдите её.
Джошуа это не понравилось. Он поднялся, услышал тихий стон. Женщина была жива. Ещё один стон — и любопытство развернуло его к груде мусора. Быстро раскидав мешки, он нашёл её. Роскошные каштановые волосы потеряли блеск, но даже грязь не могла скрыть, что за ними ухаживали. Он ощутил тёплую липкость крови на спине. Ранение было серьёзным.
Услышав приближающиеся шаги, Джош вскинул девушку на руки и бросился бегом из подворотни. Улица оглушила тишиной. Он побежал к разрушенному зданию в конце улицы, где ночевал пару дней назад. Там был подвал — настоящие катакомбы. Кто бы ни были те братики с пистолетами, им придётся попотеть.
Бедро болело нещадно. Девушка будто весила втрое больше. Он задыхался, но не останавливался. Удар о фонарный столб заставил её громко сказать: «Ой!» — и он пришёл в себя. Дом оказался прямо перед носом. Позади раздались крики: «Эй, стой!» Джош нырнул в узкий проход между соседним домом и стеной развалины. Там был вход в подвал. Сейчас на двери висел огромный амбарный замок — которого раньше не было.
В ярости он пнул дверь. Кирпичная кладка, повидавшая на своём веку больше, чем молодая дверь, поддалась. Гвозди выпали из стены, дверь рухнула. Засвистели пули. Джош нырнул в чёрный зев прохода и побежал по коридору. Спустившись на несколько уровней, он обнаружил, что вокруг уже не стены, а своды подземной пещеры. Прижав к себе затихшую девушку, побрёл вглубь. На тысяча семьсот восемьдесят третьем шагу обессилел окончательно, опустился на тёплую сухую землю у стены. Посадил девушку рядом, положив её голову себе на колени, и погрузился в беспокойные сновидения, даже не взглянув на её лицо.
Часть 7
Джессика проснулась. Ей было тепло и сухо. Под головой что-то мягкое. Спина недвижима.
— Пить, — слабо попросила она и охнула, почувствовав дикую боль в спине и груди.
— Что? — переспросил чужой мужской голос. Джессика вскрикнула и попыталась подняться. Снова боль. Она закричала и упала. Две крепкие руки тут же прижали её к земле. — Стой, детка! Ты ранена. В твоей груди свинцовая дыра, и я даже не скажу, насколько близко она прошла от сердца.
— Почему я ничего не вижу? — спросила Джессика, раскачиваясь на тонком лезвии сознания. — Я ослепла?
— Ну нет… Мы в подвале.
— Что-то произошло?
— Хотел бы я знать. Шёл себе спокойно, вдруг выстрелы, ты падаешь с крыши.
— Как мы оказались в подвале?
— Я вспомнил это место случайно. Катакомбы под старым разрушенным зданием. Подумал, здесь можно спрятаться.
— А те, что стреляли?
— Понятия не имею. Прошло больше двух часов. Нас не нашли — наверное, заблудились этажом выше. Расскажешь, почему в тебя стреляли?
— Понятия не имею, — отозвалась Джессика, чувствуя дурноту.
— Не дёргайся, — как-то более равнодушно посоветовал голос. — Тебя нужно перевязать.
— Не надо, я сама.
— Брось. Ты даже подняться не можешь.
Человек подполз ближе. Джессика поняла, что он молод — по рукам. Крепкие, сильные, нежные. Вскоре она оказалась без одежды выше пояса. В смущении она почувствовала, как от прохлады твердеют соски. Спаситель разорвал её комбинацию на полосы и начал перевязку. Когда его ладони коснулись её живота и груди, всё в ней мелко задрожало.
— Чёрт возьми! Прекрати дёргаться! Если я захочу тебя изнасиловать, мне это не составит труда. А пока я хочу только перевязать тебя, чтобы ты не умерла.
Джессика покорилась. Он туго забинтовал её, надел всё обратно. Закончив, отодвинулся. Джессика вдруг осознала: нет червя. Нет того леденящего ужаса. Такое бывало только рядом с Джошуа. Но голос… этот ехидный голос…
— Может, познакомимся? — предложила она тихо.
— С чего бы это вдруг?
— Джошуа? — решилась спросить она.
Сухо щёлкнула зажигалка, осветив лицо в паре дюймов от её носа. Узнавание.
— Вот это сюрприз! — с удивлением восхитился он. — Ты?
— Джошуа… — прошептала она.
Зажигалка погасла. Он поднялся, отошёл в сторону, сел в отдалении. Джессика слышала его сбивчивое дыхание. Опустила голову и забылась больным сном.
Часть 8
— Просыпайся! — Джош тряс её за плечо.
— В чём дело? — измученно спросила она.
— Ну, малышка, ты готова идти? — смягчаясь, поинтересовался он, склоняясь ближе. Найдя её лицо наощупь, обнаружил мокрые дорожки слёз.
— Вот ещё. Этого нам совсем не надо. — Он поднял её на руки.
— Мы идём? Куда?
— Вперёд по коридору. Нужно искать выход.
Он двинулся в темноту. Через двести шагов почувствовал свежий ветер — значит, есть выход. Он отшагал больше полумили по длинному коридору, прежде чем оказался в освещённом месте. Светился сам воздух. Джош удивился, но решил не будить девушку. Ещё двадцать шагов — и он увидел широкие, во всю величину среза коридора, Врата. Горящие золотом дубовые створки.
На очередном шаге Джессика дико задергалась, забилась в крике:
— Нет, нет, нет! — Она цеплялась ему в плечи.
Джош отступил на пару шагов, и она успокоилась.
— Ну и в чём дело?
— Эта дверь… Мне к ней нельзя.
— Почему?
— Посади меня, пожалуйста.
Он посадил её у стены подальше от Врат. Внезапно нахлынувшие кошмары ушли, оставив опустошённость. Джессика начала рассказывать — о том, как это началось двадцать лет назад, когда отец вернулся из Египта с сувенирами, о той ночи, когда мать исчезла, о коридоре и черве.
