Я кивнула. Неужели мы вернемся в начало, забыв на время о поисках неуловимого Лаодиса?
– И я хочу,.. Боги, не верю, что говорю это, – Оаленн ударила ладонью по лбу и взгляд ее стал совсем безрадостным. – В общем, я наняла этого упыря для твоей защиты, пока меня не будет рядом.
Я взглянула на улыбающегося Хэла. По широте улыбки можно было предположить, что он снова сторговался в свою пользу.
– А ты? Если мальчик найдется, нам ждать твоего возвращения? – я старалась сделать голос как можно более спокойным, хотя нервы метались в голове из угла в угол. Присутствие эльфийки до сих пор придавало мне смелости.
– Если его найдут, идите вперед. Я отыщу вас, ведь могу тебя чувствовать, и очень отчетливо, – улыбнулась Оаленн, отмахиваясь от любопытного Хэла, лезущего с просьбами объяснить последнюю фразу.
Зная, как важно для подруги освободиться от гнета заколдованных деревенских детей, я улыбнулась и кивнула. Лицо эльфийки слегка просветлело. В этот же день она оседлала Риету и покинула Школу Магии.
Дни тянулись медленно, и казалось, мы находились в вынужденном заточении, по меньшей мере, месяц, хотя не пробыли здесь и трех дней. Еще пару раз я наведывалась на уроки, ограничившись теоретической магией и зельеварением. Но и там и там едва не уснула, не понимая практически ничего. На занятия к Гловису никак не удавалось успеть вовремя, а заходить в класс в середине урока не хотелось.
– Слышал, вы порадовали своим присутствием одного из наших учителей? – изловив меня в замысловатых коридорах, улыбнулся Флориэль.
Я взглянула на мага исподлобья. Неужели остальные даже не заметили моего появления?
– И как вам его урок?
– Довольно интересный. Правда, странный он слегка, этот учитель Гловис.
В который раз я едва успела увернуться от проходящих мимо студенток, будто нарочно пытающихся задеть меня плечом. Это что, мода такая, или какое-то странное выражение ревности?
– Ох, что вы, просто телепаты – они все не от мира сего, – вздохнул Флориэль, завидев вдалеке намечающуюся дуэль между студентами. – Я вас оставлю.
Маг переместился почти так же быстро, как эльфы, с одной лишь разницей, что его движения были видны.
– Телепаты? – развернувшись, я направилась в сторону столовой. Скоро обед, а значит, Хэл будет там, и не нужно будет искать этого мнимого защитника по всей школе. – Стоп. Но это же значит…
Теперь стало понятно, откуда Гловис мог узнать, что я из Академии в Востаре! Вот только что еще он успел выудить из незащищенного сознания?
В дальнейшем я старалась избегать учителя-телепата и его уроки, хотя это казалось единственным, что могло бы скрасить мое здесь пребывание. Но, не имея ни малейшего понятия, какими способами можно защититься от вторжения в твой разум, не особо хотелось контактировать с личностями, способными это сделать.
– А вам есть что скрывать? – прямо над ухом послышался тихий голос. Сердце ушло в пятки со скоростью, которой позавидовали бы даже эльфы.
– Всем есть что скрывать, Гловис.
Учитель снова улыбался. Возможно, он и не позволял такой вольности со своими учениками, но я-то таковой не являлась, а значит, можно смело блистать всеми гранями своей профессиональной обходительности, граничащей с маниакальным преследованием.
Гловис скривился. Вероятно, заплутал в чужих мыслях. Да я и сама слегка запуталась.
– Много ли в мире телепатов, Гловис? – я старалась дышать как можно ровнее, хотя сердце, похоже, сменило место своей дислокации, отбивая четкий ритм на барабанных перепонках.
– Хм, прирожденных, думаю, не много. А вот способных подчинить себе это умение насильно, чуть больше. Хотите обучиться?
Мужчина и без подсказки прекрасно знал, что учиться этой ужасной, на мой взгляд, способности я не собиралась. А вот понять, как можно от нее защититься, очень хотелось. Но Гловис не собирался показывать, что знает все мои мысли, и делал вид, что отчаянно ожидает ответа.
Что ж, в эту игру можно играть и вдвоем.
– Хочу узнать, как от этого защититься.
– Не думаю, что в Академии Востара вы скоро научитесь столь искусной магии. Переходите к нам, здесь все гораздо серьезнее!
Если бы в моем родном мире учитель позволял себе такие вольные разговоры с учениками и подобное двусмысленное поведение, его бы давно уволили за профнепригодность. Хотя нельзя не поощрить столь рьяное желание набрать в Школу как можно больше студентов, лишив тем самым юных дарований соседнюю страну. А вдруг война – а у них никого нет. Так Востар и защитить-то будет некому, если из Солмении хлынут одни маги.
– Или я могу преподать вам урок отдельно от класса, – не дождавшись ответа, произнес Гловис. Лицо его выглядело немного уставшим. Интересно, он телепат от рождения или по принуждению? И стоит ли ему этот дар каких-то затрат магической энергии?
– Я обдумаю ваше предложение, но, кажется, меня уже ищут.
Заметив в другом конце коридора знакомую фигуру, я слегка воспряла духом. Беседа не приносила абсолютно никакой радости. Предложение о личном уроке смахивало скорее на приглашение на обед к голодным волкам. Я могу не получить ничего, зато моя подноготная будет целиком и полностью прочитана будто бульварная газетенка.
Хэл был рад меня видеть не меньше, чем я его. Как оказалось, он находился в поисках уже довольно долго и успел трижды оказаться в какой-то магической ловушке, устроенной визгливыми студентками, позарившимися на мужчину постарше.
Вдоволь насмеявшись, вслед за другом, я дошла до кабинета Флориэля, где маг уже нетерпеливо ожидал, постукивая тонкими пальцами по столешнице.
Увидев нас, Флориэль выпрямился и неуклюже обошел стол, сметя половину бумаг на пол, но, не обратив на это никакого внимания.
– Я получил известия о том, что уже порядка полугода некий Лаодис является магом на службе у Лорда Мионира. Боюсь, это именно тот мальчик, что вам нужен, – лицо мага было бледнее обычного.
– Ну и прекрасно! Где он обитает, этот лорд? – я радостно хлопнула в ладоши. В нашем деле намечался заметный прогресс.
– В Катарисе, – произнес Хэл, почесывая затылок.
– Отлично, получается, ты знаешь, где это?
Хэл кивнул.
– Значит, завтра можем отправляться? Сегодня уже поздно, двинемся с утра. Долго туда добираться?
– Не слишком. Но Элея, вы ведь знаете, что это за город? – почти выкрикнул Флориэль.
Я посмотрела на мага более чем непонимающе. Что могло привести его в столь нервозное состояние?
– Катарис. Хэл же сказал.
– Это город вампиров, – поник маг.
Мне что-то стало не по себе. На автомате поблагодарив Флориэля, я направилась в комнату в надежде уснуть и… не проснуться на утро вовсе. Ведь путешествие в город вампиров казалось чем-то ужасным и сродни самоубийству.
– Ну что ты переживаешь? Ну вампиры и вампиры, чего их бояться-то? – в который раз заезженной пластинкой проговорил Хэл.
– И ты не боишься? – всхлипнула я.
– Ничуть!
– И ты обещаешь, если эти мерзкие кровососы нацелятся на мою шею, защитить меня и подставить свою?
Хэл громогласно расхохотался, но все же согласился в описанном мною случае поступить именно так, как я того желаю. По его словам, за те деньги, что обещала ему эльфийка, можно было чуть ли не нанять целую армию для моей защиты.
Всю ночь меня преследовали кошмары о летучих мышах, склепах, летающих гробах и клыкастых красавцах с горящими красными глазами, скалящихся на мою шею и попивающих густую красную жидкость из золотых кубков. Я могла поклясться, что это не было видением. Скорее разбушевавшееся воображение. Но неудивительно, что решивший разбудить меня Хэл был оглушен громким криком и с размаху получил по носу.
За завтраком мне удалось-таки добиться прощения за свое утреннее поведение, и в прежнем мирном состоянии мы оседлали лошадей.
Пять дней в седле обещали быть утомительными, если бы не постоянные тренировки, что я устраивала на каждом привале. Уже на третий день Хэл со смехом глядел, как я молниеносно передвигаюсь по поляне, оставляя после себя вполне различимую колею на траве. Над легкостью шагов нужно еще поработать, но скорость получалось развить поистине невероятную.
На четвертый день, ближе к ночи, мы подошли к небольшому селу, скрывающемуся за осиновой рощей. Возможно, и в этот раз мы могли бы обойтись скромной ночевкой на природе, но сгущавшиеся весь день тучи, наконец, разразились дождем, а раскаты грома наводили ужас.
Старосты здесь не водилось, а селяне оказались воистину нелюдимы. Хорошо хоть конюшня на селе была, хоть и, по всей видимости, доживала последние деньки.
Нас согласилась приютить одинокая пожилая женщина. Дом ее стоял на самой окраине у леса и представлял собой старую полуразвалившуюся хижину, давно требующую ремонта. Из мебели здесь нашлась лишь печь да покосившийся от времени стол с приставленной скамьей. Кроме старушки обитала в доме только толстая кошка Манька, развалившаяся на подоконнике и явно полакомившаяся недавно свежей сметанкой, о чем свидетельствовали белые усы и довольная морда.
Хозяйка сконцентрировала свое внимание на появившемся в доме мужчине, словно не замечая меня вовсе. Тут же Хэла попросили подправить стол, слазать в погреб за банками с соленьями и починить покосившуюся дверь. А уж после, проверив проделанную работу, старушка усадила нас за стол, поставив перед нами две кружки молока и остывшую картошку.
Дом был слишком мал, поэтому на ночь нам предложили разместиться на чердаке, указав на приставленную к стене деревянную лестницу.
В полный рост на чердаке мог бы выпрямиться разве что пятилетний ребенок. Здесь было пыльно и душно. Все вещи, похоже, давно бросали прямо от лестницы с первого этажа, не заботясь о том, как они будут лежать в дальнейшем, главное, чтобы не мешались в доме. Грызунов слышно не было, но я была почти уверена, что мышиные следы в пыли проглядывались свежие.
Как и следовало ожидать, на утро мы были не выспавшимися и еще более уставшими, чем с вечера. В который раз выслушав мои завывания о том, что лучше уж было остаться под звездным небом, даже если бы это грозило скорой неминуемой простудой, Хэл вежливо попросил заткнуться и чуть не сиганул с лестницы, когда предпоследняя ступенька хрустнула под его ногой, трухой осыпаясь на пол.
– Ведьма! – еле слышно пробурчал он под нос, ступая на пол и провожая меня недобрым прищуром.
Хозяйка приветствовала нас парным молоком и пирожками, что только подошли в печи. Разговор особо не клеился, но когда завтрак был съеден, а на стол опустилось несколько монеток за предоставленный кров, старушка даже вышла на улицу, проводить гостей.
– Ты, дитятко, поаккуратнее с ним, – придержав меня за рукав куртки, проговорила женщина, кивнув на Хэла, который как раз привел лошадей с конюшни и прикурил очередную самокрутку. – С этими упырями глаз да глаз нужен. Авось не уследишь и уже сама упырицей станешь. Совратит тебя, бедняжку.
– Да что уж вы, бабушка, – отмахнулась я, начав нервно посмеиваться. Пожилая женщина имела необыкновенно буйное воображение. – Какой ж он упырь? Ну насмешили!
– Что ж я слепая совсем уж, клыков евоных не видала? – вскинулась старушка, смерив меня многозначительным взглядом, и хлопнула дверью. Та едва удержалась на петлях.
Лично я никаких клыков за своим спутником не замечала.
Следующие пол дня мы почти не разговаривали. Я исподтишка поглядывала на друга, пытаясь понять, были ли слова старухи проявлением маразма, или же я действительно настолько невнимательна. Хэл много раз улыбался, и мы это видели. Вот только улыбался он всегда губами. Зевал ли он при нас? Да, прикрыв рот рукой. Я еще тогда подумала, какие у него хорошие манеры. Но мог ли он действительно оказаться вампиром?
Не найдя ничего лучше, дождавшись очередного привала, я решила спросить напрямую.
– Хэл, ты вампир?
Мужчина долго смотрел мне в глаза, но все же широко улыбнулся. Впервые за все время.
Я невольно дотронулась до шеи, проверяя на наличие укусов. Слишком уж часто мы ночевали рядом. Кожа казалась не тронутой. Или же укусы заживали слишком быстро.
– А ты не замечала?
– Да где уж там! Где же ваша хваленая аристократичная бледность? Ты же загорелый, аки черт из преисподней! А глаза почему не красные? Или это линзы?
– Убери от меня свои руки! Не дам я себе в глаз тыкать! И увеи уки у ея изо хта! – отбиваясь от тщетных попыток удостовериться, выкрикнул Хэл, отходя в сторону и вытирая рот тыльной стороной ладони.
У него действительно были клыки, хоть и не такие длинные, как я могла себе представить, и если бы он с первой нашей встречи улыбался, как положено, то непременно выдал бы себя. Вот только по какой-то причине посчитал нужным скрывать свое истинное лицо. Зато теперь становилась понятной внезапная неприязнь эльфийки и ее казавшееся странным обращение. Она просто знала! Знала и ничего мне не сказала!
– Ты же меня не боишься? – мужчина сделал шаг вперед. Я в свою очередь отступила.
– Не подходи так близко, Хэл.
– Не беспокойся, мы не заразные.
– Значит, если ты меня укусишь, я не превращусь в бессмертную красавицу?
– В смысле, в мерзкую кровопийцу? – усмехнулся мужчина. Я и забыла, что когда-то говорила что-то подобное в его присутствии. – Если хочешь, могу попробовать, а там будь что будет.
Я машинально прикрыла руками шею, вызвав очередной приступ смеха. Но если подумать, у Хэла было множество шансов упиться кровью, хоть моей, хоть эльфийской, но ни одним он не воспользовался. Зато с готовностью набивал карманы нашими деньгами, соглашаясь на очередную предложенную авантюру. А значит, деньги в какой-то степени для него были важнее крови.
Решив смириться с неминуемой участью, ведь без проводника до Катариса мне не добраться, я все же милостиво согласилась с тем, чтобы Хэл оставался, не вдаваясь в подробности безвыходности ситуации. До сих пор мужчина продолжал верить, что Избранные Богами являются последователями некой религиозной организации, потерявшей своего собрата (Лаодиса в данном случае).
– А чеснок?
Решив узнать побольше о вампирах, я не сразу заметила, как перешла от мысленных вопросов самой себе к реальным – Хэлу. До сего момента в моей голове проносились известные факты о кровососущих тварях, рассказанные в легендах, показанные в фильмах и когда-то услышанные из книг (сама я их не читала, но иногда родители считали, что подобное чтиво вполне сойдет сродни сказке перед сном).
– Что чеснок? – Хэл никак не ожидал, что первый вопрос, прозвучавший за долгое время, будет вырван из контекста.
– Ну, он вас может убить?
– Смотря, что ты хочешь с ним сделать.
– Скормить.
– Тогда, смотря в каких количествах. Мало ли заворот кишок или несварение…
– Ладно, а осиновый кол в сердце тебя убьет? – вычеркнув первый пункт из мысленного списка, уточнила я.
– Убьет.
– Правда? – я воспряла духом. Неужели хоть один миф оказался реальностью?
– Да. Осиновый, березовый, вязовый, да хоть ивовый. Кол в сердце убьет любого, Элея. Тут от вида древесины мало что зависит.
Вампир заметно нахмурился, хотя в уголках глаз проглядывали смешинки. Возможно, боялся, что не ровен час по ночам начну ставить эксперименты. Но в целом ситуация его явно веселила.
– И то верно. Хорошо, а в зеркале-то вы не отражаетесь?
– С чего бы это? Я бы не выглядел столь великолепно, если бы это было так! – Хэл взъерошил волосы, по всей видимости, гордясь своей внешностью.
– И я хочу,.. Боги, не верю, что говорю это, – Оаленн ударила ладонью по лбу и взгляд ее стал совсем безрадостным. – В общем, я наняла этого упыря для твоей защиты, пока меня не будет рядом.
Я взглянула на улыбающегося Хэла. По широте улыбки можно было предположить, что он снова сторговался в свою пользу.
– А ты? Если мальчик найдется, нам ждать твоего возвращения? – я старалась сделать голос как можно более спокойным, хотя нервы метались в голове из угла в угол. Присутствие эльфийки до сих пор придавало мне смелости.
– Если его найдут, идите вперед. Я отыщу вас, ведь могу тебя чувствовать, и очень отчетливо, – улыбнулась Оаленн, отмахиваясь от любопытного Хэла, лезущего с просьбами объяснить последнюю фразу.
Зная, как важно для подруги освободиться от гнета заколдованных деревенских детей, я улыбнулась и кивнула. Лицо эльфийки слегка просветлело. В этот же день она оседлала Риету и покинула Школу Магии.
Дни тянулись медленно, и казалось, мы находились в вынужденном заточении, по меньшей мере, месяц, хотя не пробыли здесь и трех дней. Еще пару раз я наведывалась на уроки, ограничившись теоретической магией и зельеварением. Но и там и там едва не уснула, не понимая практически ничего. На занятия к Гловису никак не удавалось успеть вовремя, а заходить в класс в середине урока не хотелось.
– Слышал, вы порадовали своим присутствием одного из наших учителей? – изловив меня в замысловатых коридорах, улыбнулся Флориэль.
Я взглянула на мага исподлобья. Неужели остальные даже не заметили моего появления?
– И как вам его урок?
– Довольно интересный. Правда, странный он слегка, этот учитель Гловис.
В который раз я едва успела увернуться от проходящих мимо студенток, будто нарочно пытающихся задеть меня плечом. Это что, мода такая, или какое-то странное выражение ревности?
– Ох, что вы, просто телепаты – они все не от мира сего, – вздохнул Флориэль, завидев вдалеке намечающуюся дуэль между студентами. – Я вас оставлю.
Маг переместился почти так же быстро, как эльфы, с одной лишь разницей, что его движения были видны.
– Телепаты? – развернувшись, я направилась в сторону столовой. Скоро обед, а значит, Хэл будет там, и не нужно будет искать этого мнимого защитника по всей школе. – Стоп. Но это же значит…
Теперь стало понятно, откуда Гловис мог узнать, что я из Академии в Востаре! Вот только что еще он успел выудить из незащищенного сознания?
В дальнейшем я старалась избегать учителя-телепата и его уроки, хотя это казалось единственным, что могло бы скрасить мое здесь пребывание. Но, не имея ни малейшего понятия, какими способами можно защититься от вторжения в твой разум, не особо хотелось контактировать с личностями, способными это сделать.
– А вам есть что скрывать? – прямо над ухом послышался тихий голос. Сердце ушло в пятки со скоростью, которой позавидовали бы даже эльфы.
– Всем есть что скрывать, Гловис.
Учитель снова улыбался. Возможно, он и не позволял такой вольности со своими учениками, но я-то таковой не являлась, а значит, можно смело блистать всеми гранями своей профессиональной обходительности, граничащей с маниакальным преследованием.
Гловис скривился. Вероятно, заплутал в чужих мыслях. Да я и сама слегка запуталась.
– Много ли в мире телепатов, Гловис? – я старалась дышать как можно ровнее, хотя сердце, похоже, сменило место своей дислокации, отбивая четкий ритм на барабанных перепонках.
– Хм, прирожденных, думаю, не много. А вот способных подчинить себе это умение насильно, чуть больше. Хотите обучиться?
Мужчина и без подсказки прекрасно знал, что учиться этой ужасной, на мой взгляд, способности я не собиралась. А вот понять, как можно от нее защититься, очень хотелось. Но Гловис не собирался показывать, что знает все мои мысли, и делал вид, что отчаянно ожидает ответа.
Что ж, в эту игру можно играть и вдвоем.
– Хочу узнать, как от этого защититься.
– Не думаю, что в Академии Востара вы скоро научитесь столь искусной магии. Переходите к нам, здесь все гораздо серьезнее!
Если бы в моем родном мире учитель позволял себе такие вольные разговоры с учениками и подобное двусмысленное поведение, его бы давно уволили за профнепригодность. Хотя нельзя не поощрить столь рьяное желание набрать в Школу как можно больше студентов, лишив тем самым юных дарований соседнюю страну. А вдруг война – а у них никого нет. Так Востар и защитить-то будет некому, если из Солмении хлынут одни маги.
– Или я могу преподать вам урок отдельно от класса, – не дождавшись ответа, произнес Гловис. Лицо его выглядело немного уставшим. Интересно, он телепат от рождения или по принуждению? И стоит ли ему этот дар каких-то затрат магической энергии?
– Я обдумаю ваше предложение, но, кажется, меня уже ищут.
Заметив в другом конце коридора знакомую фигуру, я слегка воспряла духом. Беседа не приносила абсолютно никакой радости. Предложение о личном уроке смахивало скорее на приглашение на обед к голодным волкам. Я могу не получить ничего, зато моя подноготная будет целиком и полностью прочитана будто бульварная газетенка.
Хэл был рад меня видеть не меньше, чем я его. Как оказалось, он находился в поисках уже довольно долго и успел трижды оказаться в какой-то магической ловушке, устроенной визгливыми студентками, позарившимися на мужчину постарше.
Вдоволь насмеявшись, вслед за другом, я дошла до кабинета Флориэля, где маг уже нетерпеливо ожидал, постукивая тонкими пальцами по столешнице.
Увидев нас, Флориэль выпрямился и неуклюже обошел стол, сметя половину бумаг на пол, но, не обратив на это никакого внимания.
– Я получил известия о том, что уже порядка полугода некий Лаодис является магом на службе у Лорда Мионира. Боюсь, это именно тот мальчик, что вам нужен, – лицо мага было бледнее обычного.
– Ну и прекрасно! Где он обитает, этот лорд? – я радостно хлопнула в ладоши. В нашем деле намечался заметный прогресс.
– В Катарисе, – произнес Хэл, почесывая затылок.
– Отлично, получается, ты знаешь, где это?
Хэл кивнул.
– Значит, завтра можем отправляться? Сегодня уже поздно, двинемся с утра. Долго туда добираться?
– Не слишком. Но Элея, вы ведь знаете, что это за город? – почти выкрикнул Флориэль.
Я посмотрела на мага более чем непонимающе. Что могло привести его в столь нервозное состояние?
– Катарис. Хэл же сказал.
– Это город вампиров, – поник маг.
Мне что-то стало не по себе. На автомате поблагодарив Флориэля, я направилась в комнату в надежде уснуть и… не проснуться на утро вовсе. Ведь путешествие в город вампиров казалось чем-то ужасным и сродни самоубийству.
– Ну что ты переживаешь? Ну вампиры и вампиры, чего их бояться-то? – в который раз заезженной пластинкой проговорил Хэл.
– И ты не боишься? – всхлипнула я.
– Ничуть!
– И ты обещаешь, если эти мерзкие кровососы нацелятся на мою шею, защитить меня и подставить свою?
Хэл громогласно расхохотался, но все же согласился в описанном мною случае поступить именно так, как я того желаю. По его словам, за те деньги, что обещала ему эльфийка, можно было чуть ли не нанять целую армию для моей защиты.
Всю ночь меня преследовали кошмары о летучих мышах, склепах, летающих гробах и клыкастых красавцах с горящими красными глазами, скалящихся на мою шею и попивающих густую красную жидкость из золотых кубков. Я могла поклясться, что это не было видением. Скорее разбушевавшееся воображение. Но неудивительно, что решивший разбудить меня Хэл был оглушен громким криком и с размаху получил по носу.
За завтраком мне удалось-таки добиться прощения за свое утреннее поведение, и в прежнем мирном состоянии мы оседлали лошадей.
Пять дней в седле обещали быть утомительными, если бы не постоянные тренировки, что я устраивала на каждом привале. Уже на третий день Хэл со смехом глядел, как я молниеносно передвигаюсь по поляне, оставляя после себя вполне различимую колею на траве. Над легкостью шагов нужно еще поработать, но скорость получалось развить поистине невероятную.
На четвертый день, ближе к ночи, мы подошли к небольшому селу, скрывающемуся за осиновой рощей. Возможно, и в этот раз мы могли бы обойтись скромной ночевкой на природе, но сгущавшиеся весь день тучи, наконец, разразились дождем, а раскаты грома наводили ужас.
Старосты здесь не водилось, а селяне оказались воистину нелюдимы. Хорошо хоть конюшня на селе была, хоть и, по всей видимости, доживала последние деньки.
Нас согласилась приютить одинокая пожилая женщина. Дом ее стоял на самой окраине у леса и представлял собой старую полуразвалившуюся хижину, давно требующую ремонта. Из мебели здесь нашлась лишь печь да покосившийся от времени стол с приставленной скамьей. Кроме старушки обитала в доме только толстая кошка Манька, развалившаяся на подоконнике и явно полакомившаяся недавно свежей сметанкой, о чем свидетельствовали белые усы и довольная морда.
Хозяйка сконцентрировала свое внимание на появившемся в доме мужчине, словно не замечая меня вовсе. Тут же Хэла попросили подправить стол, слазать в погреб за банками с соленьями и починить покосившуюся дверь. А уж после, проверив проделанную работу, старушка усадила нас за стол, поставив перед нами две кружки молока и остывшую картошку.
Дом был слишком мал, поэтому на ночь нам предложили разместиться на чердаке, указав на приставленную к стене деревянную лестницу.
В полный рост на чердаке мог бы выпрямиться разве что пятилетний ребенок. Здесь было пыльно и душно. Все вещи, похоже, давно бросали прямо от лестницы с первого этажа, не заботясь о том, как они будут лежать в дальнейшем, главное, чтобы не мешались в доме. Грызунов слышно не было, но я была почти уверена, что мышиные следы в пыли проглядывались свежие.
Как и следовало ожидать, на утро мы были не выспавшимися и еще более уставшими, чем с вечера. В который раз выслушав мои завывания о том, что лучше уж было остаться под звездным небом, даже если бы это грозило скорой неминуемой простудой, Хэл вежливо попросил заткнуться и чуть не сиганул с лестницы, когда предпоследняя ступенька хрустнула под его ногой, трухой осыпаясь на пол.
– Ведьма! – еле слышно пробурчал он под нос, ступая на пол и провожая меня недобрым прищуром.
Хозяйка приветствовала нас парным молоком и пирожками, что только подошли в печи. Разговор особо не клеился, но когда завтрак был съеден, а на стол опустилось несколько монеток за предоставленный кров, старушка даже вышла на улицу, проводить гостей.
– Ты, дитятко, поаккуратнее с ним, – придержав меня за рукав куртки, проговорила женщина, кивнув на Хэла, который как раз привел лошадей с конюшни и прикурил очередную самокрутку. – С этими упырями глаз да глаз нужен. Авось не уследишь и уже сама упырицей станешь. Совратит тебя, бедняжку.
– Да что уж вы, бабушка, – отмахнулась я, начав нервно посмеиваться. Пожилая женщина имела необыкновенно буйное воображение. – Какой ж он упырь? Ну насмешили!
– Что ж я слепая совсем уж, клыков евоных не видала? – вскинулась старушка, смерив меня многозначительным взглядом, и хлопнула дверью. Та едва удержалась на петлях.
Лично я никаких клыков за своим спутником не замечала.
Следующие пол дня мы почти не разговаривали. Я исподтишка поглядывала на друга, пытаясь понять, были ли слова старухи проявлением маразма, или же я действительно настолько невнимательна. Хэл много раз улыбался, и мы это видели. Вот только улыбался он всегда губами. Зевал ли он при нас? Да, прикрыв рот рукой. Я еще тогда подумала, какие у него хорошие манеры. Но мог ли он действительно оказаться вампиром?
Не найдя ничего лучше, дождавшись очередного привала, я решила спросить напрямую.
– Хэл, ты вампир?
Мужчина долго смотрел мне в глаза, но все же широко улыбнулся. Впервые за все время.
ГЛАВА 5. «ВАМПИРЫ»
Я невольно дотронулась до шеи, проверяя на наличие укусов. Слишком уж часто мы ночевали рядом. Кожа казалась не тронутой. Или же укусы заживали слишком быстро.
– А ты не замечала?
– Да где уж там! Где же ваша хваленая аристократичная бледность? Ты же загорелый, аки черт из преисподней! А глаза почему не красные? Или это линзы?
– Убери от меня свои руки! Не дам я себе в глаз тыкать! И увеи уки у ея изо хта! – отбиваясь от тщетных попыток удостовериться, выкрикнул Хэл, отходя в сторону и вытирая рот тыльной стороной ладони.
У него действительно были клыки, хоть и не такие длинные, как я могла себе представить, и если бы он с первой нашей встречи улыбался, как положено, то непременно выдал бы себя. Вот только по какой-то причине посчитал нужным скрывать свое истинное лицо. Зато теперь становилась понятной внезапная неприязнь эльфийки и ее казавшееся странным обращение. Она просто знала! Знала и ничего мне не сказала!
– Ты же меня не боишься? – мужчина сделал шаг вперед. Я в свою очередь отступила.
– Не подходи так близко, Хэл.
– Не беспокойся, мы не заразные.
– Значит, если ты меня укусишь, я не превращусь в бессмертную красавицу?
– В смысле, в мерзкую кровопийцу? – усмехнулся мужчина. Я и забыла, что когда-то говорила что-то подобное в его присутствии. – Если хочешь, могу попробовать, а там будь что будет.
Я машинально прикрыла руками шею, вызвав очередной приступ смеха. Но если подумать, у Хэла было множество шансов упиться кровью, хоть моей, хоть эльфийской, но ни одним он не воспользовался. Зато с готовностью набивал карманы нашими деньгами, соглашаясь на очередную предложенную авантюру. А значит, деньги в какой-то степени для него были важнее крови.
Решив смириться с неминуемой участью, ведь без проводника до Катариса мне не добраться, я все же милостиво согласилась с тем, чтобы Хэл оставался, не вдаваясь в подробности безвыходности ситуации. До сих пор мужчина продолжал верить, что Избранные Богами являются последователями некой религиозной организации, потерявшей своего собрата (Лаодиса в данном случае).
– А чеснок?
Решив узнать побольше о вампирах, я не сразу заметила, как перешла от мысленных вопросов самой себе к реальным – Хэлу. До сего момента в моей голове проносились известные факты о кровососущих тварях, рассказанные в легендах, показанные в фильмах и когда-то услышанные из книг (сама я их не читала, но иногда родители считали, что подобное чтиво вполне сойдет сродни сказке перед сном).
– Что чеснок? – Хэл никак не ожидал, что первый вопрос, прозвучавший за долгое время, будет вырван из контекста.
– Ну, он вас может убить?
– Смотря, что ты хочешь с ним сделать.
– Скормить.
– Тогда, смотря в каких количествах. Мало ли заворот кишок или несварение…
– Ладно, а осиновый кол в сердце тебя убьет? – вычеркнув первый пункт из мысленного списка, уточнила я.
– Убьет.
– Правда? – я воспряла духом. Неужели хоть один миф оказался реальностью?
– Да. Осиновый, березовый, вязовый, да хоть ивовый. Кол в сердце убьет любого, Элея. Тут от вида древесины мало что зависит.
Вампир заметно нахмурился, хотя в уголках глаз проглядывали смешинки. Возможно, боялся, что не ровен час по ночам начну ставить эксперименты. Но в целом ситуация его явно веселила.
– И то верно. Хорошо, а в зеркале-то вы не отражаетесь?
– С чего бы это? Я бы не выглядел столь великолепно, если бы это было так! – Хэл взъерошил волосы, по всей видимости, гордясь своей внешностью.
