с сумасшедшими и дешевыми фокусниками вроде тебя, - вернул он ему оскорбление в адрес его друзей по клубу любителей вызывать демонов в полнолуние на кладбищах или в старинных викторианских особняках. -Все что мне нудно было от тебя, это твоя собственность. Она моя и так. Все в этом районе мое. Теперь и твоя знакомая, будет моей. Она приглянулась господину Акабе, а я намерен ему возместить испорченный ужин в ресторане.
Им Хон обошел их столик, приблизился к Силен, которая сидела так же спокойно как и Рей. Он попытался схватить девушку за плечо, но рука прошла сквозь нее. Им Хон резко отдернул руку и посмотрел сначала на свою руку, затем на девушку. Его люди напряглись, не совсем понимая, от чего лицо их босса перекосило от страха.
- Если ты или кто-то из твоих людей тронет эту девушку, - произнес Рей, сжимая руку в кулак. - Клянусь. Все вы умрете.
Улыбка тронула губы Силен. Пусть не на крови, но клятва есть клятва.
- Мин Он, - отступил Им Хон от парочки за столом. – Когда я досчитаю до трех, стреляй в мать Трейси. Ты и ты, - указала он на своих головорезов, - Берите девку и ведите в машину. А вы, займитесь Трейси.
- Им Хон. Я предупредил.
- Заткнись, Трейси, - вышел из себя Им Хон и стукнул кулаком по столу, - Ты всего лишь дешевый фокусник с грозным взглядом. Мин Он один.
Силен позволила взять себя за руки двоим из охраны Им Хона. Рей тоже позволил головорезам триады поставить себя на колени. - Мин Он, два. Девчушка кровожадно усмехнулась целясь из кольта в висок матери Рея.
Рею велели заложить руку за голову. Это было очень кстати.
- Попрощайся со своей матерь, со своей девкой и со своей жизнью, Трейси.
Его меч был в запоминании на спине. Им Хон не успел сказать три, а у Рея был в руках его меч. Он нанес рубящий и смертельный удар.
Люди, что вели Силен, исчезли, как и Силен.
Мин Он видя что произошло, не дожидаясь команды три, нажала на спусковой крючок, но выстрела не последовало. Она нажимала несколько раз подряд, пока не мать Рея не повернулась и не дала ей оплеуху. Девочка зажала рукой щеку и достала из чехла на поясе нож. Очередная оплеуха досталась ей от Силен, после чего девочка исчезла.
Рей не теряя драгоценные секунды, начал убивать всех людей Им Хона. Он уже достаточно натерпелся и все, что он хотел, добраться до Им Хона.
Видя что произошло, господин Хон, выхватил свой пистолет и нацелил его на него, но Рей, скопивший достаточно внутренней силы, вырвал его из его рук, а затем откинул человека со своего пути. Главарь на какое-то время вышел из игры, оставшись лежать на полу. Взмах, еще взмах. Тела так и падали на пол к его ногам. Они защищались, кто пистолетом, кто мачете, но все они не смогли даже ранить его. Остановился он лишь когда, последний противник пустился в бегство. Рей решил проявить милосердие, просто потому что крови было пролита и так достаточно. Главная его цель достигнута. Он вздохнул, стряхнул с меча кровь и убрал его в ножны на спине. Им Хон все еще лежал без чувств. Силен увезла его мать к окну и возвела там маленькую баррикаду, чтобы шальная пуля не смогла попасть в них. Рей опустился на колени перед матерю и взял ее за руку.
- Прости, не мог иначе.
- Сынок, - ее сухая рука утерла капельки крови с его щеки, - Я сто лет в передряги не попадала. Я их предупреждала, но они мне не верили.
- Как ты себя чувствуешь?
- Хорошо. Чувствую, что болезнь отступает.
- Силен, перемести мою мать в больницу. Здесь ей не место. Где мелкая?
- Заперла в подсобном помещении на кухне.
- Хорошо, - кивнул он. – Когда вернешься, присмотри за входом, а я пока потолкую с Им Хоном.
Силен кивнула и извлекла из своего рюкзака переходник. Пока она рассчитывала координаты, Рей подошел к их столу, поставил стул, который опрокинулся.Рей подобрал с пола пистолет из которого в него стреляли, но все пули он обил мечом. Затем стал обыскивать трупы. Он нашел у них немного наличности, балисонг, маленькую фляжку с алкоголем, колоду карт, пачку сигарет. Все найденные вещи он положи на стол. Все это он делал не просто так, а с одной целью, предоставить Им Хону богатый выбор. Главарь преступного синдиката лежал все еще на полу без чувств. Рей подошел к нему, поднял на плечо и донес до стула. Он весил меньше восьмидесяти килограмм. Это укладывалось в нормативы, которые прописал ему его отец.
- Просыпайся, - похлопал по щекам своего недруга, Рей. Пока Им Хон приходил в сознание, Рей обыскал его, чтобы, когда тот очнется, не делал глупостей. Затем он снял с шеи свой медальон. Рей снова почувствовал пустоту в душе. Он достаточно быстро привык к медальону. Воин тьмы понимал, что расставаться с ним по каким-то иным причинам, кроме как выбор адепта, он не будет.
- Проклятье! – очнувшись Им Хон оглядел помещение в котором произошла бойня. – Ты их всех убил, Трейси! Тебе это с рук не сойдет, - он сунул руку во внутренний карман пиджака. Может быть хотел вытащить второй ствол или телефон чтобы позвонить своему влиятельному дяде, но там было пусто.
- Да-да, - опустился Рей на против Им Хона. – Ты, возможно, не услышал за своими мыслями, но я пришел поговорить с тобой. Сейчас у тебя найдется минутка на это?
- Я не собираюсь с тобой говорить. Ты ничтожный человечек, у которого нет никаких достоинств. Мне осталось совсем чуть-чуть чтобы отнять у тебя все. Затем раздавить как вошь и забыть о тебе раз и навсегда.
- Давай начнем с того, что у тебя это не вышло. Я тебе не нравлюсь, но я как-нибудь переживу этот момент. За то ты, нравишься мне. Амбициозный, хитроумный...
- Бу, - появилась Силен за его спиной и напугала Им Хона, положив свои руки ему на плечи. – Я всего лишь случайная свидетельница, которая чуть не стала жертвой твоего комплекса Наполеона. Знаешь, что я бы с тобой сделала? – помассировала она его плечи. – Сейчас покажу. Они исчезли и вернулись спустя полминуты побывав в невидимом мире. Этого времени хватило, чтобы Им Хон поверил в искренность ее слов. Главное увлечение господина Хона, мистика и о оккультизм. Путешествие в другой мир вызвало гримасу ужаса на его лице. Участвовать в собраниях куда безопаснее путешествия в невидимой мир. Наверняка он теперь считает Силен ведьмой, а невидимый мир, что-то вроде адом.
- Твоя мама в безопасности. Что это у нас? – она взяла колоду карт. - Милая, положи обратно. Я еще не все сказал господину Хону. - Хорошо. Не буду тебе мешать, - отошла она от их стола и направилась посмотреть как дела на кухне и в других помещениях ресторана. – Развлекайтесь, мальчики.
- Кто она? Кто она такая? – истерично заверещал Им Хонн, озираясь по сторонам.
- Моя путеводная звезда в безбрежном океане одиночества. Ладно, - сказал Рей и слегка побарабанил пальцами по столу, от чего Им Хон дернулся как от электрического разряда. – Перейдем к нашему разговору. Я думаю ты готов к нему.
- У меня нет выбора.
- О, у тебя есть выбор. Он у тебя перед глазами, - кивнул Рей на стол, на котором разложены все предметы, что он положил на него.
- Что… что все это значит? - Это выбор, которого ты меня лишил. Предпочел отнять силой мое имущество. Покушался на мою жизнь, жизнь моей матери. Убил моего друга.
- Трейси, - усмехнулся Им Хон, - Рано или поздно это бы произошло. Я бы выгнал тебя из твоего уютного мирка. Я закон на этих улицах. Я делаю то, что хочу.
- В прошедшем времени. Потому что от твоего выбора зависит твоя жизнь. Так что выбирай грамотно.
- Я не собираюсь играть в твою чертову игру. Правил, которых я не понимаю, - добавил он, потому что Рей сдвинул брови.
- Правила просты. Их нет. Это не русская рулетка, если ты об этом подумал. Тут нет патронов, - поднял он пистолет и показал ему пустой барабан. – Мне не нужна твоя смерть.
- Что тебе нужно, если не моя смерть.
- Выбирай. Хорошо. Выбор слишком большой, с доски нужно убрать все лишнее, - сказал он и смахнул со стола не нужные вещи, оставив лишь свой медальон и маленькую фляжку.
- Красивая вещь, - увидел медальон Им Хон. – Она такая необычная. Она твоя?
- Эта красивая вещь, - Рей взял медальон за цыпочку. – Досталась мне от отца, а тому от моего деда. Она старше чем ты можешь себе представить. Она обладает некой силой. У Силен такой же. Ты видел, на что она способна. Как я говорил, твое увлечение черной магией, ложно. Этой силы нет. Ты готов тратить большие деньги на книги по магии и гримуары, которыми пугали неграмотных крестьян в по всему миру. Поверь мне это все фальшивка. Это настоящая сила. Она реальна.
- Как я могу ее получить? – в глазах Им Хона появился интерес.
- Ты не сможешь ее получить. Ты сможешь лишь прикоснуться к ней. Ты не станешь одним из нас. Ты станешь нашим адептом.
- Чьим адептом? У вас какой-то культ? Тайное общество?
- Я, - улыбнулся Рей, вспоминая весь разговор с Им Хоном который происходил в его клубе, - Шут. Тьма моя союзница.
Наконец в глазах Им Хона появилось понимание происходящего.
- Ты меня прекрасно изучил. Ты знаешь как мои дела плохи и что мне нужны были деньги на лекарства для больной матери. Все, что я могу тебе сейчас предложить это стать моим адептом. Тьма поможет тебе. Я обещаю. Ты станешь еще более влиятельней, чем сейчас. Но, - решил Рей смазать картину заманчивых перспектив, - Ты можешь отказаться. Я по-прежнему Рей Трейси. Человек, который тебя оскорбил.
Им Хон переводил взгляд с Рея на медальон и обратно.
- Хорошо, я выбираю этот медальон. Как быстро я получу то, что мне причитается?
- Не знаю. Все будет зависеть от того, каким хорошим адептом ты будешь для меня.
Он видел как Понг становиться адептом. Как он взял медальон и одел его, без всяких лишних слов или волнений. Сейчас Рей видел как дрожат руки Им Хона. Как он медлит и все еще обдумывает свои перспективы на роли адепта. Понг заслуживал лучшей доли потому что он был несчастен большую часть своей жизни. Им Хон бандит, который алчет власти. Тьма ничего не алчет, она уравнивает всех людей. В ней все видят одинаково.
Глава Шерри Багз и Курта Росомахи.
Ровно в девять часов утра, Курт Росомаха был уже на рабочем месте. В это утро на нем был одет светло-серый костюм тройка. Его буро-пепельные волосы аккуратно зачесаны и завязаны в хвост.
Его рабочий график был расписан по минутам. До обеда ему нужно успеть на совещание и на одну личную встречу. Во второй половине дня у него вылет с делегацией канцлера в Нью-Йорк.
- Глория. Привет. Это Курт, - поздоровался он, когда позвонил своей давней подруге. – Я лечу в Нью-Йорк. Мне нужна будет твоя помощь. Нет, ничего такого. Нужно чтобы ты была на машине.
Курт не любил общественный транспорт, поэтому жил всего в двадцати минутах пешком от работы. Он не мог передвигаться и на такси. Незнакомые люди не внушали ему доверия. Своей машины у него никогда не было. Не потому, что денег на данную покупку не было. Все потому, что Курт не мог вынести запаха бензина и тесноты. Машина для него это верная смерть.
- Здорово. Я позвоню, когда освобожусь. Ничего не обещаю, но возможно. Увидимся.
Глория его адепт, которая жила в Нью-Йорке. Время от времени она звонила и писала ему в социальную сеть. Курт считал правильным поддерживать связь со своими адептами или даже адептами своего покойного отца.
Его отец Зигмар, погиб, когда Курту было пятнадцать лет. Он все еще помнит, как все произошло и вряд ли забудет.
То было замечательное время. Каждый год Курт и отец приезжали в Шварцвальд ранней весной. Это самая лучшая пара. Погода в это время года была все еще холодная, ночью подмораживало, а днем мог идти то снег, то дождь. Снег на склонах и в глубине леса еще не совсем растаял. Лес принадлежал только им двоим. Пищи для них было предостаточно, от мелких птиц, до кабанов, оленей и рыбы. После зимы им хотелось наесться хорошего настоящего мяса.
Как людям им нужен был дом, чтобы возвращаться. Курт ходил в старшую школу и Зигмар следил за тем, чтобы сын хорошо учился. Каждый год Зигмар снимал один и тот же дом возле леса в небольшой деревне. Они возвращались туда как минимум один раз в два дня. Курт делал уроки, Зигмар в это время потрошил кролика, птицу или прочую мелкую дичь, которую поймали отец с сыном, когда возвращались. Ее они пускал на бульон или запекали. Как люди, они не могли есть сырое мясо, поэтому приходилось готовить всю пищу на плите.
В этом сезоне, в лесу поселились рыси. Местные власти озаботились сохранением защитой животных и стали создавать территории, где животные чувствовали себя в безопасности от человека. Семейство Росомах пока не заметила разницу. Они просто заходили куда им нужно. Их не пугали высокие заборы, толстые прутья. Там где можно они перелазили, там, где это было не возможно, перегрызали металлический забор.
- Ну, что звереныш, готов поохотиться, - спросил его Зигмар, вороша его серо-бурые волосы. Отец Курта так звал, потому что, он был сущим зверенышем в малых лет. Зигмар растил его один и познал все прелести отцовства от смены подгузников, до покупки первого велосипеда. Это единственный вид транспорта, который не вызывал у Росомах приступы панической атаки. – Сегодня точно выслежу рысь, - сообщил Зигмар сыну. Они разделили лес на территории и встречались только на закате, чтобы привести ночь вместе. Несмотря на все звериные инстинкты, они все же оставались людьми. Тьма дала им силу оборачиваться зверями на столько на сколько, они сами того хотели, оставаясь разумными. Может быть это Зигмару, а другим из их рода удавалась сохранять крепкие семенные отношения. Жить как люди долгие годы вместе. Беспокоиться о безопасности и здоровье молодого представителя рода. – Может принесу тебе ее хвостик.
- Спасибо, отец. Я тебе тоже оставлю кусочек свининки.
Курт выследил целое семейство кабанов. Среди них был крупный самец, которого Курт хотел поймать и съесть его целиком. После уроков, у него проснулся зверский аппетит.
Они вышли из дома, закрыв дверь на ключ. Отец положил его себе в карман куртки. Им не нужно было снимать одежду, как оборотням в кино которые массово выходили в прокат в кино. Для перевоплощения в зверя им не требовалась определенная фаза луны. Они просто вышли из дома и пошли в сторону леса. Углубившись в него достаточно, отец пошел в одну сторону, а сын в другую. Отойдя на приличное расстояние от друг друга, отец и сын перевоплотились в своих зверей. Зигмар уже не чувствовал никакой боли от перевоплощения, а вот у Курта все еще болели лапы когда он оборачивался Росомахой, и немного руки и ноги когда он оборачивался в человека.
Курт обернулся посмотреть на своего отца. Его мех был полностью черный и только грудка белая. Сам подросток в теле хищного млекопитающего был весь серо-бурый. Такая расцветка, отразилась и на цвете его волос и бровей в человеческом облике.
Курт шел привычным маршрутом. Под лапами у него мокрая лесная подстилка. В лесу было влажно и мокро. Кроме запахов леса, было много других. Мокрая шерсть всегда ее выдает. У него не только отличный слух и нюх, но и зрение. Стадо кабанов он быстро нашел. Они паслись на лугу, надо было лишь перебежать дорогу, пересечь небольшую полосу деревьев и вот они. Дорогая, по которой постоянно ездят автомобили довольно опасное место.
Им Хон обошел их столик, приблизился к Силен, которая сидела так же спокойно как и Рей. Он попытался схватить девушку за плечо, но рука прошла сквозь нее. Им Хон резко отдернул руку и посмотрел сначала на свою руку, затем на девушку. Его люди напряглись, не совсем понимая, от чего лицо их босса перекосило от страха.
- Если ты или кто-то из твоих людей тронет эту девушку, - произнес Рей, сжимая руку в кулак. - Клянусь. Все вы умрете.
Улыбка тронула губы Силен. Пусть не на крови, но клятва есть клятва.
- Мин Он, - отступил Им Хон от парочки за столом. – Когда я досчитаю до трех, стреляй в мать Трейси. Ты и ты, - указала он на своих головорезов, - Берите девку и ведите в машину. А вы, займитесь Трейси.
- Им Хон. Я предупредил.
- Заткнись, Трейси, - вышел из себя Им Хон и стукнул кулаком по столу, - Ты всего лишь дешевый фокусник с грозным взглядом. Мин Он один.
Силен позволила взять себя за руки двоим из охраны Им Хона. Рей тоже позволил головорезам триады поставить себя на колени. - Мин Он, два. Девчушка кровожадно усмехнулась целясь из кольта в висок матери Рея.
Рею велели заложить руку за голову. Это было очень кстати.
- Попрощайся со своей матерь, со своей девкой и со своей жизнью, Трейси.
Его меч был в запоминании на спине. Им Хон не успел сказать три, а у Рея был в руках его меч. Он нанес рубящий и смертельный удар.
Люди, что вели Силен, исчезли, как и Силен.
Мин Он видя что произошло, не дожидаясь команды три, нажала на спусковой крючок, но выстрела не последовало. Она нажимала несколько раз подряд, пока не мать Рея не повернулась и не дала ей оплеуху. Девочка зажала рукой щеку и достала из чехла на поясе нож. Очередная оплеуха досталась ей от Силен, после чего девочка исчезла.
Рей не теряя драгоценные секунды, начал убивать всех людей Им Хона. Он уже достаточно натерпелся и все, что он хотел, добраться до Им Хона.
Видя что произошло, господин Хон, выхватил свой пистолет и нацелил его на него, но Рей, скопивший достаточно внутренней силы, вырвал его из его рук, а затем откинул человека со своего пути. Главарь на какое-то время вышел из игры, оставшись лежать на полу. Взмах, еще взмах. Тела так и падали на пол к его ногам. Они защищались, кто пистолетом, кто мачете, но все они не смогли даже ранить его. Остановился он лишь когда, последний противник пустился в бегство. Рей решил проявить милосердие, просто потому что крови было пролита и так достаточно. Главная его цель достигнута. Он вздохнул, стряхнул с меча кровь и убрал его в ножны на спине. Им Хон все еще лежал без чувств. Силен увезла его мать к окну и возвела там маленькую баррикаду, чтобы шальная пуля не смогла попасть в них. Рей опустился на колени перед матерю и взял ее за руку.
- Прости, не мог иначе.
- Сынок, - ее сухая рука утерла капельки крови с его щеки, - Я сто лет в передряги не попадала. Я их предупреждала, но они мне не верили.
- Как ты себя чувствуешь?
- Хорошо. Чувствую, что болезнь отступает.
- Силен, перемести мою мать в больницу. Здесь ей не место. Где мелкая?
- Заперла в подсобном помещении на кухне.
- Хорошо, - кивнул он. – Когда вернешься, присмотри за входом, а я пока потолкую с Им Хоном.
Силен кивнула и извлекла из своего рюкзака переходник. Пока она рассчитывала координаты, Рей подошел к их столу, поставил стул, который опрокинулся.Рей подобрал с пола пистолет из которого в него стреляли, но все пули он обил мечом. Затем стал обыскивать трупы. Он нашел у них немного наличности, балисонг, маленькую фляжку с алкоголем, колоду карт, пачку сигарет. Все найденные вещи он положи на стол. Все это он делал не просто так, а с одной целью, предоставить Им Хону богатый выбор. Главарь преступного синдиката лежал все еще на полу без чувств. Рей подошел к нему, поднял на плечо и донес до стула. Он весил меньше восьмидесяти килограмм. Это укладывалось в нормативы, которые прописал ему его отец.
- Просыпайся, - похлопал по щекам своего недруга, Рей. Пока Им Хон приходил в сознание, Рей обыскал его, чтобы, когда тот очнется, не делал глупостей. Затем он снял с шеи свой медальон. Рей снова почувствовал пустоту в душе. Он достаточно быстро привык к медальону. Воин тьмы понимал, что расставаться с ним по каким-то иным причинам, кроме как выбор адепта, он не будет.
- Проклятье! – очнувшись Им Хон оглядел помещение в котором произошла бойня. – Ты их всех убил, Трейси! Тебе это с рук не сойдет, - он сунул руку во внутренний карман пиджака. Может быть хотел вытащить второй ствол или телефон чтобы позвонить своему влиятельному дяде, но там было пусто.
- Да-да, - опустился Рей на против Им Хона. – Ты, возможно, не услышал за своими мыслями, но я пришел поговорить с тобой. Сейчас у тебя найдется минутка на это?
- Я не собираюсь с тобой говорить. Ты ничтожный человечек, у которого нет никаких достоинств. Мне осталось совсем чуть-чуть чтобы отнять у тебя все. Затем раздавить как вошь и забыть о тебе раз и навсегда.
- Давай начнем с того, что у тебя это не вышло. Я тебе не нравлюсь, но я как-нибудь переживу этот момент. За то ты, нравишься мне. Амбициозный, хитроумный...
- Бу, - появилась Силен за его спиной и напугала Им Хона, положив свои руки ему на плечи. – Я всего лишь случайная свидетельница, которая чуть не стала жертвой твоего комплекса Наполеона. Знаешь, что я бы с тобой сделала? – помассировала она его плечи. – Сейчас покажу. Они исчезли и вернулись спустя полминуты побывав в невидимом мире. Этого времени хватило, чтобы Им Хон поверил в искренность ее слов. Главное увлечение господина Хона, мистика и о оккультизм. Путешествие в другой мир вызвало гримасу ужаса на его лице. Участвовать в собраниях куда безопаснее путешествия в невидимой мир. Наверняка он теперь считает Силен ведьмой, а невидимый мир, что-то вроде адом.
- Твоя мама в безопасности. Что это у нас? – она взяла колоду карт. - Милая, положи обратно. Я еще не все сказал господину Хону. - Хорошо. Не буду тебе мешать, - отошла она от их стола и направилась посмотреть как дела на кухне и в других помещениях ресторана. – Развлекайтесь, мальчики.
- Кто она? Кто она такая? – истерично заверещал Им Хонн, озираясь по сторонам.
- Моя путеводная звезда в безбрежном океане одиночества. Ладно, - сказал Рей и слегка побарабанил пальцами по столу, от чего Им Хон дернулся как от электрического разряда. – Перейдем к нашему разговору. Я думаю ты готов к нему.
- У меня нет выбора.
- О, у тебя есть выбор. Он у тебя перед глазами, - кивнул Рей на стол, на котором разложены все предметы, что он положил на него.
- Что… что все это значит? - Это выбор, которого ты меня лишил. Предпочел отнять силой мое имущество. Покушался на мою жизнь, жизнь моей матери. Убил моего друга.
- Трейси, - усмехнулся Им Хон, - Рано или поздно это бы произошло. Я бы выгнал тебя из твоего уютного мирка. Я закон на этих улицах. Я делаю то, что хочу.
- В прошедшем времени. Потому что от твоего выбора зависит твоя жизнь. Так что выбирай грамотно.
- Я не собираюсь играть в твою чертову игру. Правил, которых я не понимаю, - добавил он, потому что Рей сдвинул брови.
- Правила просты. Их нет. Это не русская рулетка, если ты об этом подумал. Тут нет патронов, - поднял он пистолет и показал ему пустой барабан. – Мне не нужна твоя смерть.
- Что тебе нужно, если не моя смерть.
- Выбирай. Хорошо. Выбор слишком большой, с доски нужно убрать все лишнее, - сказал он и смахнул со стола не нужные вещи, оставив лишь свой медальон и маленькую фляжку.
- Красивая вещь, - увидел медальон Им Хон. – Она такая необычная. Она твоя?
- Эта красивая вещь, - Рей взял медальон за цыпочку. – Досталась мне от отца, а тому от моего деда. Она старше чем ты можешь себе представить. Она обладает некой силой. У Силен такой же. Ты видел, на что она способна. Как я говорил, твое увлечение черной магией, ложно. Этой силы нет. Ты готов тратить большие деньги на книги по магии и гримуары, которыми пугали неграмотных крестьян в по всему миру. Поверь мне это все фальшивка. Это настоящая сила. Она реальна.
- Как я могу ее получить? – в глазах Им Хона появился интерес.
- Ты не сможешь ее получить. Ты сможешь лишь прикоснуться к ней. Ты не станешь одним из нас. Ты станешь нашим адептом.
- Чьим адептом? У вас какой-то культ? Тайное общество?
- Я, - улыбнулся Рей, вспоминая весь разговор с Им Хоном который происходил в его клубе, - Шут. Тьма моя союзница.
Наконец в глазах Им Хона появилось понимание происходящего.
- Ты меня прекрасно изучил. Ты знаешь как мои дела плохи и что мне нужны были деньги на лекарства для больной матери. Все, что я могу тебе сейчас предложить это стать моим адептом. Тьма поможет тебе. Я обещаю. Ты станешь еще более влиятельней, чем сейчас. Но, - решил Рей смазать картину заманчивых перспектив, - Ты можешь отказаться. Я по-прежнему Рей Трейси. Человек, который тебя оскорбил.
Им Хон переводил взгляд с Рея на медальон и обратно.
- Хорошо, я выбираю этот медальон. Как быстро я получу то, что мне причитается?
- Не знаю. Все будет зависеть от того, каким хорошим адептом ты будешь для меня.
Он видел как Понг становиться адептом. Как он взял медальон и одел его, без всяких лишних слов или волнений. Сейчас Рей видел как дрожат руки Им Хона. Как он медлит и все еще обдумывает свои перспективы на роли адепта. Понг заслуживал лучшей доли потому что он был несчастен большую часть своей жизни. Им Хон бандит, который алчет власти. Тьма ничего не алчет, она уравнивает всех людей. В ней все видят одинаково.
Глава Шерри Багз и Курта Росомахи.
Ровно в девять часов утра, Курт Росомаха был уже на рабочем месте. В это утро на нем был одет светло-серый костюм тройка. Его буро-пепельные волосы аккуратно зачесаны и завязаны в хвост.
Его рабочий график был расписан по минутам. До обеда ему нужно успеть на совещание и на одну личную встречу. Во второй половине дня у него вылет с делегацией канцлера в Нью-Йорк.
- Глория. Привет. Это Курт, - поздоровался он, когда позвонил своей давней подруге. – Я лечу в Нью-Йорк. Мне нужна будет твоя помощь. Нет, ничего такого. Нужно чтобы ты была на машине.
Курт не любил общественный транспорт, поэтому жил всего в двадцати минутах пешком от работы. Он не мог передвигаться и на такси. Незнакомые люди не внушали ему доверия. Своей машины у него никогда не было. Не потому, что денег на данную покупку не было. Все потому, что Курт не мог вынести запаха бензина и тесноты. Машина для него это верная смерть.
- Здорово. Я позвоню, когда освобожусь. Ничего не обещаю, но возможно. Увидимся.
Глория его адепт, которая жила в Нью-Йорке. Время от времени она звонила и писала ему в социальную сеть. Курт считал правильным поддерживать связь со своими адептами или даже адептами своего покойного отца.
Его отец Зигмар, погиб, когда Курту было пятнадцать лет. Он все еще помнит, как все произошло и вряд ли забудет.
То было замечательное время. Каждый год Курт и отец приезжали в Шварцвальд ранней весной. Это самая лучшая пара. Погода в это время года была все еще холодная, ночью подмораживало, а днем мог идти то снег, то дождь. Снег на склонах и в глубине леса еще не совсем растаял. Лес принадлежал только им двоим. Пищи для них было предостаточно, от мелких птиц, до кабанов, оленей и рыбы. После зимы им хотелось наесться хорошего настоящего мяса.
Как людям им нужен был дом, чтобы возвращаться. Курт ходил в старшую школу и Зигмар следил за тем, чтобы сын хорошо учился. Каждый год Зигмар снимал один и тот же дом возле леса в небольшой деревне. Они возвращались туда как минимум один раз в два дня. Курт делал уроки, Зигмар в это время потрошил кролика, птицу или прочую мелкую дичь, которую поймали отец с сыном, когда возвращались. Ее они пускал на бульон или запекали. Как люди, они не могли есть сырое мясо, поэтому приходилось готовить всю пищу на плите.
В этом сезоне, в лесу поселились рыси. Местные власти озаботились сохранением защитой животных и стали создавать территории, где животные чувствовали себя в безопасности от человека. Семейство Росомах пока не заметила разницу. Они просто заходили куда им нужно. Их не пугали высокие заборы, толстые прутья. Там где можно они перелазили, там, где это было не возможно, перегрызали металлический забор.
- Ну, что звереныш, готов поохотиться, - спросил его Зигмар, вороша его серо-бурые волосы. Отец Курта так звал, потому что, он был сущим зверенышем в малых лет. Зигмар растил его один и познал все прелести отцовства от смены подгузников, до покупки первого велосипеда. Это единственный вид транспорта, который не вызывал у Росомах приступы панической атаки. – Сегодня точно выслежу рысь, - сообщил Зигмар сыну. Они разделили лес на территории и встречались только на закате, чтобы привести ночь вместе. Несмотря на все звериные инстинкты, они все же оставались людьми. Тьма дала им силу оборачиваться зверями на столько на сколько, они сами того хотели, оставаясь разумными. Может быть это Зигмару, а другим из их рода удавалась сохранять крепкие семенные отношения. Жить как люди долгие годы вместе. Беспокоиться о безопасности и здоровье молодого представителя рода. – Может принесу тебе ее хвостик.
- Спасибо, отец. Я тебе тоже оставлю кусочек свининки.
Курт выследил целое семейство кабанов. Среди них был крупный самец, которого Курт хотел поймать и съесть его целиком. После уроков, у него проснулся зверский аппетит.
Они вышли из дома, закрыв дверь на ключ. Отец положил его себе в карман куртки. Им не нужно было снимать одежду, как оборотням в кино которые массово выходили в прокат в кино. Для перевоплощения в зверя им не требовалась определенная фаза луны. Они просто вышли из дома и пошли в сторону леса. Углубившись в него достаточно, отец пошел в одну сторону, а сын в другую. Отойдя на приличное расстояние от друг друга, отец и сын перевоплотились в своих зверей. Зигмар уже не чувствовал никакой боли от перевоплощения, а вот у Курта все еще болели лапы когда он оборачивался Росомахой, и немного руки и ноги когда он оборачивался в человека.
Курт обернулся посмотреть на своего отца. Его мех был полностью черный и только грудка белая. Сам подросток в теле хищного млекопитающего был весь серо-бурый. Такая расцветка, отразилась и на цвете его волос и бровей в человеческом облике.
Курт шел привычным маршрутом. Под лапами у него мокрая лесная подстилка. В лесу было влажно и мокро. Кроме запахов леса, было много других. Мокрая шерсть всегда ее выдает. У него не только отличный слух и нюх, но и зрение. Стадо кабанов он быстро нашел. Они паслись на лугу, надо было лишь перебежать дорогу, пересечь небольшую полосу деревьев и вот они. Дорогая, по которой постоянно ездят автомобили довольно опасное место.
