Кстати, насчет взгляда Восьмилапого – ведь в точку попали в этом мире. Сколько не читала про светское общество, но в чем их никак нельзя было упрекнуть, так это в доброте, порядочности, благочестии. Такой гадюшник, что змеи плачут и приползают опыт перенять у светских дам. Недаром же Викторианская эпоха во всем мире известна как синоним ханжества.
Интересно, кто эту глупость с ночными гулянками ввел в моду? Англичане? Французы? Испанцы? Итальянцы?
За давностью времен уже и не разберешься. Хотя у нас тоже дури хватало. Чего только стоила привычка пудриться – мукой, а укладывать волосы водой с сахаром. Счастье мышей и насекомых, иначе не скажешь.
Здесь же…
На закате проводились богослужения. И считалось хорошим тоном с бала заехать помолиться. Как бы, очиститься от грехов, которые насовершал. А там…
Можно ехать гулять дальше.
Можно ехать домой спать.
Мария-Элена склонялась ко второму варианту, а вот Ардонских она отправит с визитами. Им это нужно, им еще Астелу замуж выдавать, Динону невесту с приданым приглядывать, для Даранель крючок закидывать.
- Что ж, в добрый путь.
- В добрый путь, - согласилась Матильда, еще раз посмотрелась в зеркало, убедилась, что страшна, как черт с рогами – и направилась к выходу.
Вот ведь с-ситуация!
Просто антиЗолушка. Но жить спокойно хочется немного больше, чем нравиться всем подряд. Пусть лучше потом для мужа будет приятный сюрприз. А то читывали мы про те нравы, и слышали, и почему-то ничего хорошего.
Перебьемся и без королевских бастардов, и без симпатии от принца, и без лишних кавалеров. И без кожно-венерических заодно. Нам все подряд не нужны, нам нужен кто-то серьезный, основательный, чтобы владения Домбрийских в руках держать мог, и с супругой обращался хорошо. А такого сразу не подберешь.
Кстати, такие скорее подберутся не к красавице, а к умной женщине. А если кому-то внешность важнее ума… перебьемся без такого счастья.
Ох, нелегкая это работа, если замуж тебе неохота. Надо выбрать себе жениха, не заякорив идиота…
Вечная женская проблема. И какие-то там века, эпохи или эры совершенно на нее не влияют. Подумаешь – пара тысячелетий туда-сюда. Наверняка такие проблемы были даже у динозавров. Пока себе приличного самца подберешь – вся чешуя с хвоста облезнет.
- Бррр. Матильда, ну и мысли у тебя?
- А что?
- Думаешь, нам с тобой пойдет хвост?
Матильда мечтательно прикинула, как можно бы треснуть хвостом Лорену. Или Лорана, которого поедал Тираннозавр Рекс.
- Уверена. Но кто ж нам его даст?
Мария-Элена фыркнула – и отправилась на бал.
Бал.
То есть – кормить не будут.
Роскошная зала, по углам стоят ширмы, за ними лакеи и ночные вазы в половину роста человека. Наполнятся – поменяют на другие. Надо же где-то… вы понимаете?
При таких условиях пахнет к концу бала не цветами. И чего бы проще выделить несколько уборных – закрытых комнат, чтобы оттуда вонь не доносилась?
До этого принц не додумался.
Громадная зала плавно переходит в террасу, на которой умелые руки слуг расставили полчища цветов. И – перестарались.
Вот поставьте рядом букет сирени, к примеру, и букет ландышей?
Или розы и лилии?
Полчасика можете потерпеть, а потом лучше вынести все и сразу. Голова заболит на совесть. Все проклянете.
А тут не один букет, тут их десятки и сотни. Запахи просто рвут нос на части.
- Корпия, - подсказала подруге Матильда.
Мария-Элена была согласна. Корпия у нее была с собой, хоть и немного пара клочков. Засунуть в нос – хоть не так будет оглушать.
Феерия запахов?
Поверьте, если в одном помещении разлить штук двадцать флаконов с духами… это жестоко. Очень жестоко. Как ни проветривай.
А еще феерия цвета. Дамы и кавалеры в разноцветных нарядах, цветы, гобелены, свечи, золото и драгоценности.
Вам мало?
Добавим музыку, чтобы уж точно никому мало не показалось!
Матильда едва в голос не взвыла. Мария-Элена откровенно растерялась – и передала подруге контроль.
Раззолоченный товарищ со здоровенной палкой в руках, почтительно протянул руку за приглашениями, получил их, прочитал и треснул посохом об пол, не хуже деда Мороза.
- Ее светлость герцогесса Домбрийская! Его сиятельство граф Ардонский с супругой и детьми!
Вопли раздавались регулярно. Но здесь и сейчас…
По закону подлости смолкли музыканты. И часть голов повернулась в их сторону.
Матильда отлично знала, что они видят. Серую кожу, неподходящее платье, жуткую прическу, но драгоценности! И титул… интересно, сколько мужчин в зале уже решили, что дурнушка – не самое обременительное приложение к деньгам? Поживем – увидим.
- Малена! Солнце души моей!
Из толпы появился его высочество принц Найджел.
Вот уж кто сиял без перерыва на сон и еду! Золото волос, золото костюма, улыбка, драгоценности… Малена присела в реверансе.
- Ваше вели… высочество, вы ослепляете.
- Мария-Элена, вы сегодня замечательно выглядите.
Если только по сравнению с прошлым разом…
- Пойдемте, я познакомлю вас со своей невестой?
Только увидев Дилеру Эларскую, Малена мигом поняла, в чем вопрос. Принцесса была некрасива, окончательно и бесповоротно. Не той псевдонекрасивостью, которую умудряются протащить в фильмах. Там-то у самого жуткого страхозавра более-менее густые волосы и хорошие черты лица. Да и фигура ничего себе, просто балахоны жуткие надевают. А вот тут…
Если снизу вверх – фигура доски. Модельеры оторвали бы Дилеру с руками, но здесь и сейчас она успехом пользоваться не будет. Тем более – широкие плечи и узкие бедра. Груди и попы нет как факта, на ощупь можно перепутать зад и перед.
Лицо тоже вытянутое, словно у лошади. И тяжелая нижняя челюсть ухудшает положение. Зубы тоже вполне лошадиные. Хоть и здоровое, но здоровущие.
Маленькие глазки невнятного коричневого оттенка, бородавка на щеке, волосы…
Тут шансов тоже нет. Волосы редкие, жирные и тусклые. Головной убор красивый, правда.
Малена-то нарочно старалась себя изуродовать, а здесь… придворные портные, стремясь приукрасить принцессу, сшили великолепное платье, из бархата винного цвета, расшили золотыми цветами… и это великолепие окончательно «убило» Дилеру. Кожа у нее тоже казалась серой, пористой и нездоровой.
Бедная девочка.
Ей бы приличного косметолога, да загар, да… пластического хирурга! Меньшее не поможет. Жаль, что до хирургов тут лет с тысячу.
- Мы ей помочь не сможем? – поинтересовалась Малена у Матильды, приседая в реверансе.
- Без вариантов, - Матильда и не подумала бросаться в заведомо безнадежное предприятие. – Хоть из кожи вон вылези, но красивее она не станет. И если станет – принц ее не полюбит.
- А вдруг?
- Он уже влюблен. Один раз, на всю жизнь и в себя, любимого. Дилера здесь не конкурент.
- Жаль. Лови управление.
Матильда поднялась из реверанса по жесту принца.
- Ваше высочество, это герцогесса Домбрийская. Мы надеемся, что она составит вам компанию на этот вечер.
Дилера бросила на Матильду нечитаемый взгляд.
- Благодарю вас, ваше высочество.
Найджел улыбнулся и испарился. Матильда вздохнула, и ринулась в бой.
- Умоляю ваше высочество не обращать на меня внимания. Если я вам неугодна, я молча постою за вашим плечом, таким образом и приказ его высочества будет выполнен, и вы не понесете ущерба от лицезрения моей внешности.
Дилера улыбнулась краешком губ.
- Вы так смело об этом говорите, герцогесса.
- Что в этом такого, ваше высочество? Некрасива, да. Зато богата, а это в наше время ценится гораздо выше, чем шикарная фигурка бесприданницы.
- Но никто не мешает мужчинам жениться на нас, и заводить любовниц.
Угу. Уже – на нас. Уже не враги, а сообщество дурнушек. Это радует.
- Ваше высочество, боги не кладут все дары в одну копилку. И потом – я не хочу быть неблагодарной. Я жива и здорова, мои близкие живы и здоровы, у меня есть деньги и титул – разве этого мало?
- Иногда – мало, - вздохнула Дилера. Но задумалась.
Его высочество кружился в танце с шикарной блондинкой. Матильда отметила, что у парочки явно близкие отношения. Так прижиматься… она бы еще на публике ему в штаны полезла.
- Интересно, кто это? - задумчиво спросила Дилера.
- Я сейчас спрошу у лакея, ваше высочество, - Матильда так и поступила, благо, слуги далеко не отходили от важной гостьи. – Леди Френсис Сорийская.
- Ах, вот оно что… - заметно огорчилась Дилера.
О том, как его высочество уединялся во время бала с этой леди, Матильда знала. Дилера, надо полагать тоже, если у нее уши есть, надо отвлекать, так что Матильда невежливо фыркнула.
- Ваше высочество, разве придворная пепельница достойна вашего внимания?
- Пепельница?
- Ну… в нее же все свой… пепел стряхивают, - развела руками Матильда.
Дилера сморщила нос.
- Герцогесса, разве можно приказать сердцу?
У, как все плохо. А девочка-то втрескалась в нашего прЫнца по самые ушки и рожки. Зря она, но сердцу не прикажешь. Зато мозгу – можно.
- Сердцу нельзя, ваше высочество. Но разум может объяснить сердцу, что есть те, к кому стоит ревновать, а есть те, к кому ревновать не стоит.
- Вот как? Поясните свою мысль, герцогесса?
Принцесса заинтересовалась, и Матильда поспешила развить преимущество, вспоминая читанную некогда книгу.
- Ваше высочество, рано или поздно я выйду замуж. Не по любви, какая уж любовь в династических браках? Моего мужа определит его величество. И я постараюсь стать ему – второй половинкой. Другом, соратницей, матерью его детей. Той, к которой он будет возвращаться.
- А… пепельницы?
- Пусть. Если они не затронут ни ума, ни души, а только тело, я стерплю, ваше высочество. Стоит ли ревновать мужа к коврику у кровати? Муж ведь на него наступать будет…
- Завидую вам, герцогесса. У вас все так просто.
- У меня нет другого выхода, ваше высочество. Если мой муж пожелает себе завести хомячков – я ревновать не стану.
- Хомячков?
- Ну да. Пушистых, милых, безмозглых тварей, которых можно любить и гладить… но разве я стану равнять себя с хомячком? Или ревновать к ним?
Дилера еще раз оглядела леди Френсис.
- Она не похожа на хомячка.
- Зато на розовую капусту – очень. Только перевернутую.*
*- имеется в виду брюссельская капуста, прим. авт.
Дилера от души рассмеялась, глядя на леди Френсис.
- Ваша правда, герцогесса.
- И так хочется в нее потыкать вилкой, ваше высочество… особенно в области бантов?
Самый большой бант (розовый, конечно) у леди Френсис находился в области тыла и чуть пониже талии. Ее высочество невежливо махнула рукой на герцогессу, продолжая смеяться.
- Я рада нашему знакомству, Мария-Элена.
- Я тоже рада, ваше высочество.
- Надеюсь, вы составите мне компанию на балу?
- Ваше высочество, своей милостью вы спасете меня от кучи плотоядных… эээ… приданноядных.
- А вот эта дама похожа на хорька, во-он там, у стены, левее гобелена с фиолетовой дамой, - Матильда продолжала отвлекать Дилеру Эларскую.
Жалко девчонку. Росла, похоже, в хорошей семье, а попала в гадюшник. Шипят, смеются, издеваются…
Конечно, с Дилерой приехали и ее дамы, но их всех растащили кого танцевать, кого сплетничать, кого на цветы посмотреть – Найджел позаботился. Дураком его не назовешь – на что-то и он способен. К примеру, оставить принцессу одну, а потом подсунуть ей «своего» человека. Просчитался Найджел лишь в одном.
Девушек было двое, и обеим искренне было жалко эларскую принцессу. Так что Матильда припомнила сказки родного мира, и принялась пересказывать принцессе все те же «Не родись красивой», только адаптируя к современной действительности. Купец, торговая компания, сын-преемник, дочь другого компаньона, страшилка-служанка…
Как только не приходится извращаться ради торжества справедливости?
Дилера слушала с интересом. Все же близкая тема, да и подавалась по принципу: «ваше высочество, чего только в жизни не случается…»
Велика сила кинематографа.
Примерно к середине пересказа Дилера даже перестала следить за Найджелом. Какой там принц, когда у бедной девушки такие проблемы? Это ж надо! Пусть простолюдинка, но соблазнить девочку просто так, чтобы получить деньги? Дело житейское, но ведь жалко ее, по-человечески жалко!
А вот Матильда следить продолжала. Трепаться она могла душевно, долго и со вкусом, но прекрасно видела, как слинял куда-то Найджел. Вместе с леди Френсис, и с ней же вернулся. А вид у леди был самый, что ни на есть довольный, и облизывалась она блудливо.
Перепихнулись, либо, где-то по-тихому. Твари. Блудливые. Конченые.
Вот какого уважения можно ожидать от придворных, если ты так относишься к своей невесте? Матильда мысленно пожелала Найджелу перепутать слабительное со снотворным. И продолжила развлекать Дилеру. Просто так, от всей души…
Может, и не слишком хорошо у нее получалось, и кто-то другой бы лучше справился, но принцесса улыбалась вполне искренне.
По закону подлости, если на принца обращаешь внимание – он не подходит. Отвлеклась – и вот он, тут как тут. И рядом с ним ослепительный блондин лет двадцати пяти, не хуже Найджела. Тоже образец самца.
Увы, Антон Великолепный навсегда обеспечил девушек иммунитетом к мужской красоте.
А мужчины уже кланялись.
- Дамы, позвольте вам представить: Ромуальд. Виконт Трион.
Малена присела в реверансе, Дилера ограничилась легким кивком.
- Вы позволите пригласить вас потанцевать?
Найджел протянул принцессе руку, та расцвела и последовала за мужчиной. Герцогессе ничего не оставалось делать, как только следовать за Трионом.
Ромуальд.
Какое замечательное имя. У соседа Матильды такса звали именно Ромуальдом. Такая была сволочь, даром, что такса! А где они еще это имя слышали?
Точно!
Малена едва не прищелкнула пальцами, подражая Матильде.
Предсмертный шепот сыщика не то, чтобы навеки отпечатался в ее ушах, но запомнить она его запомнила. Имена… Тарейнский, Трион…
Может, это и не тот Трион, но проверять на своей шкурке неохота.
- Это сандана, - шепнула подруге Малена.
- И что?
- Здесь кавалеры меняются дамами.
- Вот козлы…
Козлы и есть. Через пару «па» Мария-Элена оказалась в объятиях принца, а Дилеру перехватил виконт Трион. И принялся нашептывать нечто куртуазное.
Просто так?
Оскорбляя принца?
Ага, тут при дворе все, через одного, идиоты. То принцу рога наставят, то королю, голова-то не обязательная деталь организма. А особенно много идиотов среди детей главы Департамента Дознания. Значит – что?
Значит, флирт санкционирован Найджелом. С какой целью – черт его знает, то ли спихнуть невесту другому мужику, то ли скомпрометировать ее и избавиться – в любом случае Найджел сволочь. Просто дрянь.
Как хорошо, что Малена перестраховалась. Как замечательно!
- Может, попробовать его расспросить? Прощупать?
Хорошо, что телом управляла Мария-Элена, потому что Матильду от такого предложения аж заколбасило. Она бы точно или с ноги сбилась, или в кого-то врезалась…
- Сестренка, ты с ума сошла?
- Тильда, а если…
- Цыц! Сиди смирно и улыбайся, как пингвин с Мадагаскара. Поняла?
- Нет. При чем тут пингвин?
- Я тебе потом их покажу. А пока улыбайся и помалкивай. Помалкивай и улыбайся.
- Хорошо. А…
- Малечка, милая, не лезь в интриги. Из нас с тобой Холмсы, как из дубинки – экскаватор. Не лезь. Что бы ни случилось – не лезь.
- Это…
- Нехорошо?
Интересно, кто эту глупость с ночными гулянками ввел в моду? Англичане? Французы? Испанцы? Итальянцы?
За давностью времен уже и не разберешься. Хотя у нас тоже дури хватало. Чего только стоила привычка пудриться – мукой, а укладывать волосы водой с сахаром. Счастье мышей и насекомых, иначе не скажешь.
Здесь же…
На закате проводились богослужения. И считалось хорошим тоном с бала заехать помолиться. Как бы, очиститься от грехов, которые насовершал. А там…
Можно ехать гулять дальше.
Можно ехать домой спать.
Мария-Элена склонялась ко второму варианту, а вот Ардонских она отправит с визитами. Им это нужно, им еще Астелу замуж выдавать, Динону невесту с приданым приглядывать, для Даранель крючок закидывать.
- Что ж, в добрый путь.
- В добрый путь, - согласилась Матильда, еще раз посмотрелась в зеркало, убедилась, что страшна, как черт с рогами – и направилась к выходу.
Вот ведь с-ситуация!
Просто антиЗолушка. Но жить спокойно хочется немного больше, чем нравиться всем подряд. Пусть лучше потом для мужа будет приятный сюрприз. А то читывали мы про те нравы, и слышали, и почему-то ничего хорошего.
Перебьемся и без королевских бастардов, и без симпатии от принца, и без лишних кавалеров. И без кожно-венерических заодно. Нам все подряд не нужны, нам нужен кто-то серьезный, основательный, чтобы владения Домбрийских в руках держать мог, и с супругой обращался хорошо. А такого сразу не подберешь.
Кстати, такие скорее подберутся не к красавице, а к умной женщине. А если кому-то внешность важнее ума… перебьемся без такого счастья.
Ох, нелегкая это работа, если замуж тебе неохота. Надо выбрать себе жениха, не заякорив идиота…
Вечная женская проблема. И какие-то там века, эпохи или эры совершенно на нее не влияют. Подумаешь – пара тысячелетий туда-сюда. Наверняка такие проблемы были даже у динозавров. Пока себе приличного самца подберешь – вся чешуя с хвоста облезнет.
- Бррр. Матильда, ну и мысли у тебя?
- А что?
- Думаешь, нам с тобой пойдет хвост?
Матильда мечтательно прикинула, как можно бы треснуть хвостом Лорену. Или Лорана, которого поедал Тираннозавр Рекс.
- Уверена. Но кто ж нам его даст?
Мария-Элена фыркнула – и отправилась на бал.
***
Бал.
То есть – кормить не будут.
Роскошная зала, по углам стоят ширмы, за ними лакеи и ночные вазы в половину роста человека. Наполнятся – поменяют на другие. Надо же где-то… вы понимаете?
При таких условиях пахнет к концу бала не цветами. И чего бы проще выделить несколько уборных – закрытых комнат, чтобы оттуда вонь не доносилась?
До этого принц не додумался.
Громадная зала плавно переходит в террасу, на которой умелые руки слуг расставили полчища цветов. И – перестарались.
Вот поставьте рядом букет сирени, к примеру, и букет ландышей?
Или розы и лилии?
Полчасика можете потерпеть, а потом лучше вынести все и сразу. Голова заболит на совесть. Все проклянете.
А тут не один букет, тут их десятки и сотни. Запахи просто рвут нос на части.
- Корпия, - подсказала подруге Матильда.
Мария-Элена была согласна. Корпия у нее была с собой, хоть и немного пара клочков. Засунуть в нос – хоть не так будет оглушать.
Феерия запахов?
Поверьте, если в одном помещении разлить штук двадцать флаконов с духами… это жестоко. Очень жестоко. Как ни проветривай.
А еще феерия цвета. Дамы и кавалеры в разноцветных нарядах, цветы, гобелены, свечи, золото и драгоценности.
Вам мало?
Добавим музыку, чтобы уж точно никому мало не показалось!
Матильда едва в голос не взвыла. Мария-Элена откровенно растерялась – и передала подруге контроль.
Раззолоченный товарищ со здоровенной палкой в руках, почтительно протянул руку за приглашениями, получил их, прочитал и треснул посохом об пол, не хуже деда Мороза.
- Ее светлость герцогесса Домбрийская! Его сиятельство граф Ардонский с супругой и детьми!
Вопли раздавались регулярно. Но здесь и сейчас…
По закону подлости смолкли музыканты. И часть голов повернулась в их сторону.
Матильда отлично знала, что они видят. Серую кожу, неподходящее платье, жуткую прическу, но драгоценности! И титул… интересно, сколько мужчин в зале уже решили, что дурнушка – не самое обременительное приложение к деньгам? Поживем – увидим.
- Малена! Солнце души моей!
Из толпы появился его высочество принц Найджел.
Вот уж кто сиял без перерыва на сон и еду! Золото волос, золото костюма, улыбка, драгоценности… Малена присела в реверансе.
- Ваше вели… высочество, вы ослепляете.
- Мария-Элена, вы сегодня замечательно выглядите.
Если только по сравнению с прошлым разом…
- Пойдемте, я познакомлю вас со своей невестой?
Только увидев Дилеру Эларскую, Малена мигом поняла, в чем вопрос. Принцесса была некрасива, окончательно и бесповоротно. Не той псевдонекрасивостью, которую умудряются протащить в фильмах. Там-то у самого жуткого страхозавра более-менее густые волосы и хорошие черты лица. Да и фигура ничего себе, просто балахоны жуткие надевают. А вот тут…
Если снизу вверх – фигура доски. Модельеры оторвали бы Дилеру с руками, но здесь и сейчас она успехом пользоваться не будет. Тем более – широкие плечи и узкие бедра. Груди и попы нет как факта, на ощупь можно перепутать зад и перед.
Лицо тоже вытянутое, словно у лошади. И тяжелая нижняя челюсть ухудшает положение. Зубы тоже вполне лошадиные. Хоть и здоровое, но здоровущие.
Маленькие глазки невнятного коричневого оттенка, бородавка на щеке, волосы…
Тут шансов тоже нет. Волосы редкие, жирные и тусклые. Головной убор красивый, правда.
Малена-то нарочно старалась себя изуродовать, а здесь… придворные портные, стремясь приукрасить принцессу, сшили великолепное платье, из бархата винного цвета, расшили золотыми цветами… и это великолепие окончательно «убило» Дилеру. Кожа у нее тоже казалась серой, пористой и нездоровой.
Бедная девочка.
Ей бы приличного косметолога, да загар, да… пластического хирурга! Меньшее не поможет. Жаль, что до хирургов тут лет с тысячу.
- Мы ей помочь не сможем? – поинтересовалась Малена у Матильды, приседая в реверансе.
- Без вариантов, - Матильда и не подумала бросаться в заведомо безнадежное предприятие. – Хоть из кожи вон вылези, но красивее она не станет. И если станет – принц ее не полюбит.
- А вдруг?
- Он уже влюблен. Один раз, на всю жизнь и в себя, любимого. Дилера здесь не конкурент.
- Жаль. Лови управление.
Матильда поднялась из реверанса по жесту принца.
- Ваше высочество, это герцогесса Домбрийская. Мы надеемся, что она составит вам компанию на этот вечер.
Дилера бросила на Матильду нечитаемый взгляд.
- Благодарю вас, ваше высочество.
Найджел улыбнулся и испарился. Матильда вздохнула, и ринулась в бой.
- Умоляю ваше высочество не обращать на меня внимания. Если я вам неугодна, я молча постою за вашим плечом, таким образом и приказ его высочества будет выполнен, и вы не понесете ущерба от лицезрения моей внешности.
Дилера улыбнулась краешком губ.
- Вы так смело об этом говорите, герцогесса.
- Что в этом такого, ваше высочество? Некрасива, да. Зато богата, а это в наше время ценится гораздо выше, чем шикарная фигурка бесприданницы.
- Но никто не мешает мужчинам жениться на нас, и заводить любовниц.
Угу. Уже – на нас. Уже не враги, а сообщество дурнушек. Это радует.
- Ваше высочество, боги не кладут все дары в одну копилку. И потом – я не хочу быть неблагодарной. Я жива и здорова, мои близкие живы и здоровы, у меня есть деньги и титул – разве этого мало?
- Иногда – мало, - вздохнула Дилера. Но задумалась.
Его высочество кружился в танце с шикарной блондинкой. Матильда отметила, что у парочки явно близкие отношения. Так прижиматься… она бы еще на публике ему в штаны полезла.
- Интересно, кто это? - задумчиво спросила Дилера.
- Я сейчас спрошу у лакея, ваше высочество, - Матильда так и поступила, благо, слуги далеко не отходили от важной гостьи. – Леди Френсис Сорийская.
- Ах, вот оно что… - заметно огорчилась Дилера.
О том, как его высочество уединялся во время бала с этой леди, Матильда знала. Дилера, надо полагать тоже, если у нее уши есть, надо отвлекать, так что Матильда невежливо фыркнула.
- Ваше высочество, разве придворная пепельница достойна вашего внимания?
- Пепельница?
- Ну… в нее же все свой… пепел стряхивают, - развела руками Матильда.
Дилера сморщила нос.
- Герцогесса, разве можно приказать сердцу?
У, как все плохо. А девочка-то втрескалась в нашего прЫнца по самые ушки и рожки. Зря она, но сердцу не прикажешь. Зато мозгу – можно.
- Сердцу нельзя, ваше высочество. Но разум может объяснить сердцу, что есть те, к кому стоит ревновать, а есть те, к кому ревновать не стоит.
- Вот как? Поясните свою мысль, герцогесса?
Принцесса заинтересовалась, и Матильда поспешила развить преимущество, вспоминая читанную некогда книгу.
- Ваше высочество, рано или поздно я выйду замуж. Не по любви, какая уж любовь в династических браках? Моего мужа определит его величество. И я постараюсь стать ему – второй половинкой. Другом, соратницей, матерью его детей. Той, к которой он будет возвращаться.
- А… пепельницы?
- Пусть. Если они не затронут ни ума, ни души, а только тело, я стерплю, ваше высочество. Стоит ли ревновать мужа к коврику у кровати? Муж ведь на него наступать будет…
- Завидую вам, герцогесса. У вас все так просто.
- У меня нет другого выхода, ваше высочество. Если мой муж пожелает себе завести хомячков – я ревновать не стану.
- Хомячков?
- Ну да. Пушистых, милых, безмозглых тварей, которых можно любить и гладить… но разве я стану равнять себя с хомячком? Или ревновать к ним?
Дилера еще раз оглядела леди Френсис.
- Она не похожа на хомячка.
- Зато на розовую капусту – очень. Только перевернутую.*
*- имеется в виду брюссельская капуста, прим. авт.
Дилера от души рассмеялась, глядя на леди Френсис.
- Ваша правда, герцогесса.
- И так хочется в нее потыкать вилкой, ваше высочество… особенно в области бантов?
Самый большой бант (розовый, конечно) у леди Френсис находился в области тыла и чуть пониже талии. Ее высочество невежливо махнула рукой на герцогессу, продолжая смеяться.
- Я рада нашему знакомству, Мария-Элена.
- Я тоже рада, ваше высочество.
- Надеюсь, вы составите мне компанию на балу?
- Ваше высочество, своей милостью вы спасете меня от кучи плотоядных… эээ… приданноядных.
- А вот эта дама похожа на хорька, во-он там, у стены, левее гобелена с фиолетовой дамой, - Матильда продолжала отвлекать Дилеру Эларскую.
Жалко девчонку. Росла, похоже, в хорошей семье, а попала в гадюшник. Шипят, смеются, издеваются…
Конечно, с Дилерой приехали и ее дамы, но их всех растащили кого танцевать, кого сплетничать, кого на цветы посмотреть – Найджел позаботился. Дураком его не назовешь – на что-то и он способен. К примеру, оставить принцессу одну, а потом подсунуть ей «своего» человека. Просчитался Найджел лишь в одном.
Девушек было двое, и обеим искренне было жалко эларскую принцессу. Так что Матильда припомнила сказки родного мира, и принялась пересказывать принцессе все те же «Не родись красивой», только адаптируя к современной действительности. Купец, торговая компания, сын-преемник, дочь другого компаньона, страшилка-служанка…
Как только не приходится извращаться ради торжества справедливости?
Дилера слушала с интересом. Все же близкая тема, да и подавалась по принципу: «ваше высочество, чего только в жизни не случается…»
Велика сила кинематографа.
Примерно к середине пересказа Дилера даже перестала следить за Найджелом. Какой там принц, когда у бедной девушки такие проблемы? Это ж надо! Пусть простолюдинка, но соблазнить девочку просто так, чтобы получить деньги? Дело житейское, но ведь жалко ее, по-человечески жалко!
А вот Матильда следить продолжала. Трепаться она могла душевно, долго и со вкусом, но прекрасно видела, как слинял куда-то Найджел. Вместе с леди Френсис, и с ней же вернулся. А вид у леди был самый, что ни на есть довольный, и облизывалась она блудливо.
Перепихнулись, либо, где-то по-тихому. Твари. Блудливые. Конченые.
Вот какого уважения можно ожидать от придворных, если ты так относишься к своей невесте? Матильда мысленно пожелала Найджелу перепутать слабительное со снотворным. И продолжила развлекать Дилеру. Просто так, от всей души…
Может, и не слишком хорошо у нее получалось, и кто-то другой бы лучше справился, но принцесса улыбалась вполне искренне.
По закону подлости, если на принца обращаешь внимание – он не подходит. Отвлеклась – и вот он, тут как тут. И рядом с ним ослепительный блондин лет двадцати пяти, не хуже Найджела. Тоже образец самца.
Увы, Антон Великолепный навсегда обеспечил девушек иммунитетом к мужской красоте.
А мужчины уже кланялись.
- Дамы, позвольте вам представить: Ромуальд. Виконт Трион.
Малена присела в реверансе, Дилера ограничилась легким кивком.
- Вы позволите пригласить вас потанцевать?
Найджел протянул принцессе руку, та расцвела и последовала за мужчиной. Герцогессе ничего не оставалось делать, как только следовать за Трионом.
Ромуальд.
Какое замечательное имя. У соседа Матильды такса звали именно Ромуальдом. Такая была сволочь, даром, что такса! А где они еще это имя слышали?
Точно!
Малена едва не прищелкнула пальцами, подражая Матильде.
Предсмертный шепот сыщика не то, чтобы навеки отпечатался в ее ушах, но запомнить она его запомнила. Имена… Тарейнский, Трион…
Может, это и не тот Трион, но проверять на своей шкурке неохота.
- Это сандана, - шепнула подруге Малена.
- И что?
- Здесь кавалеры меняются дамами.
- Вот козлы…
Козлы и есть. Через пару «па» Мария-Элена оказалась в объятиях принца, а Дилеру перехватил виконт Трион. И принялся нашептывать нечто куртуазное.
Просто так?
Оскорбляя принца?
Ага, тут при дворе все, через одного, идиоты. То принцу рога наставят, то королю, голова-то не обязательная деталь организма. А особенно много идиотов среди детей главы Департамента Дознания. Значит – что?
Значит, флирт санкционирован Найджелом. С какой целью – черт его знает, то ли спихнуть невесту другому мужику, то ли скомпрометировать ее и избавиться – в любом случае Найджел сволочь. Просто дрянь.
Как хорошо, что Малена перестраховалась. Как замечательно!
- Может, попробовать его расспросить? Прощупать?
Хорошо, что телом управляла Мария-Элена, потому что Матильду от такого предложения аж заколбасило. Она бы точно или с ноги сбилась, или в кого-то врезалась…
- Сестренка, ты с ума сошла?
- Тильда, а если…
- Цыц! Сиди смирно и улыбайся, как пингвин с Мадагаскара. Поняла?
- Нет. При чем тут пингвин?
- Я тебе потом их покажу. А пока улыбайся и помалкивай. Помалкивай и улыбайся.
- Хорошо. А…
- Малечка, милая, не лезь в интриги. Из нас с тобой Холмсы, как из дубинки – экскаватор. Не лезь. Что бы ни случилось – не лезь.
- Это…
- Нехорошо?
