Гроза?
Нет, небо ясное.
Так что тут происходит?
Грохот доносился из храма, Жрец вздохнул, накинул мантию прямо на исподнее, и отправился на проверку. После леди Дженет какие-нибудь грабители или хулиганы… нет, это уже не страшно. Это даже приятно, для разнообразия.
Он открыл дверь, шагнул внутрь – и остолбенел.
Храм, в буквальном смысле, разносился в лоскуты.
Были сорваны все иконы, разломаны все курильницы, обнажены стены, а посреди разгрома стоял… стояло…
Оно было черным и жутким. И недовольным.
Тирин вытянул вперед руку и забормотал молитву.
- Да сгинут темные в…
Чудовище не обратило никакого внимания на священные слова. Разве что увидев жреца, оно шагнуло вперед, и одним ударом отправило бедолагу в нокаут. Продолжительный…
Последнее, что запомнилось Тирину, это жуткие красные глаза, глядящие прямо на него с отвращением.
На кладбище никого не было, поэтому никто и не пострадал.
А уж что там происходило…
Кто ж его знает? У покойников не наспрашиваешься.
Утро?
Значит, надо ехать в Храм.
Джинджер с огромным удовольствием послала бы всех… в храм, а сама осталась бы дома, в Кон’Ронге, но она отлично помнила свой вчерашний разговор с Эдвардом. А вдруг он там был?
А если…
Нет, надо съездить. Обязательно.
Она проигнорировала гневный взгляд леди Дженет, и мужественно полезла в карету. На улице моросил мерзкий серый дождик, накрапывал, проникал через любую одежду…
Гадость!
В такую погоду охота было только спать. Забраться под теплое одеяло, подтянуть к себе мурчательного кота – и спать. Но любопытство сильнее неволи.
И увидев распахнутые настежь двери Храма, Джин поняла, что поехала не зря. А потом и убедилась в этом…
В храме не было живого места. Буквально.
Ободраны все стены, разнесены все иконы, содрано все, до чего можно дотянуться, распахнуты раки, вытряхнуты всяческие причиндалы для богослужений… красота! И посреди этой красоты, в луже чего-то желтого, подозрительно пахнущего ладаном, лежит жрец в распахнутой рясе. И даже не пытается в себя прийти…
И его явно не удар хватил при виде растерзанного храма, синяк на подбородке такой, что смотреть страшно.
Леди Дженет обвела стены диким взглядом, но устояла.
- Что это?
Джин подхватила ее под руку, заодно так и понаблюдать удобнее за реакцией.
- Похоже, здесь что-то искали, только вот что именно, и нашли ли?
Леди Дженет выдернула руку, и решительно, не обращая внимания на жреца, направилась вглубь храма. Джин медленно последовала за ней, но в таком состоянии леди и на стадо слонов внимания бы не обратила.
Она прошла вглубь, туда, где были представлены дары прихожан, остановилась перед одним из них…
Вышитая гладью икона, в дорогой дубовой раме была сорвана со стены, рама разломана на несколько частей…
Леди Дженет пошатнулась – и осела на пол рядом с рамой.
Джинджер не стала торопиться поднимать несостоявшуюся свекровь. Вместо этого она пригляделась к раме, подняла ее, повертела в руках. А ведь интересно придумано… в эту раму вполне поместятся бумаги, свернутые трубочкой. Видимо, тут так и было сделано.
Но сейчас, что бы туда не помещали, рама пуста.
Джин злорадно улыбнулась. Так-то тебя…
Развернулась, давая леди Дженет время прийти в себя без свидетелей, и направилась приводить в чувство жреца.
Времени потребовалось немного, мужчина быстро очнулся, и Джин помогла ему сесть.
- Вы как себя чувствуете?
- Отвратительно. Вы кто?
- Гостья из Кон’Ронга. Приехала сюда с леди Дженет… а тут вы лежите. Что с вами случилось? Грабители?
Жрец задумался, а потом… Джин впервые видела, как человек бледнеет на глазах.
Краска просто стекла с его лица – лоб, щеки, даже шея…
- Чудовище…
- Чудовище?
- Да… громадное, жуткое, красноглазое…
Джин помотала головой.
- И что оно здесь делало? Это же храм! Сюда нет пути всякой нечисти!
Судя по лицу жреца, нечисть ему попалась необразованная.
- Я молился, а оно меня ударило. И молитвы не испугалось…
Джинджер огляделась вокруг.
- Похоже, здесь что-то искали. У вас под полом клад не зарывали? В золоте и бриллиантах?
Судя по лицу жреца, если бы он знал о кладе, сам бы вырыл.
Послышались медленные тяжелые шаги. Леди Дженет выходила из коридора, но как! Куда только девались и горделивая осанка, и надменный взгляд – сейчас это была старуха. Да, именно пожилая женщина, которую жизнь ударила наотмашь, и вряд ли леди когда-нибудь оправится. Но сочувствовать ей Джин не собиралась. Вот еще не хватало!
- Мы едем домой, - глухо сказала леди.
У Джинджер на языке вертелись десятки ехидных фраз, но добивать упавшего? Гадко… Перебьемся. А потому она пожала плечами, и последовала за леди Дженет. Правда, предварительно сунула в руку жреца свой кошель с деньгами. Пусть там и не слишком крупная сумма, но мужчине на лекаря хватит. И надо поговорить с Эдвардом. Замок – его хозяйство, пусть он хоть подожжет весь Кон’Ронг, а вот храм пострадал… плохо. Все ж люди туда молиться ходят, и на свои медяки жрец его не восстановит… пусть раскошеливается. Сам ломал – пусть сам и строит!
Всю обратную дорогу леди Дженет молчала. Кусала губы, сжимала руки так, что костяшки пальцев были абсолютно белыми, и молчала. Джинджер наблюдала за ней, прикидывая, как это нарисовать. Например, крыса в углу клетки – и горящая ветка, которая все ближе и ближе… нет, крысу было жалко. Даже несмотря на то, что у зверушки было лицо Дженни Фрумс.
Сразу же по приезде в Кон’Ронг, леди Дженет выпрыгнула из кареты, промчалась в свою комнату и заперлась на все замки. Джинджер отправилась завтракать и рассказывать о случившемся.
Отреагировали все по-разному. У Кейт и Тианы были одинаковые выражения лиц, одинаковые глаза, даже одинаковый пафос: «Какой УЖАС!!!». И обе девицы тут же занялись своими кавалерами. Сэндер и Люсьен даже и плечами не пожали – что им до того захолустного храма? Аликс передернулась от ужаса, и Кларисса принялась успокаивать девушку. Лесли подумал, что надо бы после завтрака съездить и посмотреть, чем помочь жрецу, получил восхищенный взгляд от любимой женщины, и заработал вилкой.
Джинджер тоже не отвлекалась. Она позавтракала, и отправилась на природу – гулять и рисовать пейзажи. Очень милая причина для отсутствия в замке, а главное – пристойная. Леди Нэйра сморщила нос, но отправилась с Джинджер. Природа – так природа. Гуляем!
Тиана на миг замерла перед комнатой Аликс.
Около получаса назад эта девка сказала, что пойдет полежать. Мерзкая тетка Брайс проводила ее улыбкой, и напутствием отдохнуть… от чего, интересно?
Тиана ненавидела Аликс всей своей душой. За что?
А по-вашему, так-таки и не за что?
За молодость, за красоту (будем честны сами с собой, Тиана, поставленная рядом с Аликс, выглядела ужасно, и сама это понимала), за богатство, за знатность, даже за Сэндера – и то ненавидела!
Дурой Тиана не была, и отлично понимала, что из себя представляет Сэндер. Видела и его самолюбие, и самолюбование, и извращенные вкусы в постели, и привычку драться…
Видела.
Все она понимала, но разве она не достойна большего? Лучшего? Самого лучшего?!
За что этой соплюхе Аликс все далось? Подумаешь, муж бил! С этим Тиана бы справилась… она так считала, что справилась бы! И справится еще! А остальное?
Деньги, высший свет, знакомства, платья, приемы, балы…
Хотелось всего и сразу, а получилось-то что? Унылое прозябание на медяки Ивара в Ривен-холле? И это в то время, когда девки, подобные Аликс и Джин блистают на балах?
Мерзавки!
Тиана воспринимала это так, словно деньги на балы от нее отрывали! С кровью и болью!
А теперь Аликс отказывалась от всего того, о чем мечтала женщина. Вот как такое пережить? Тиана прикусила губу.
Войти… если Аликс не спит, заговорить с ней, пригласить полюбоваться видом с балкона, и… она не выглядит слишком крепкой. Тиана должна справиться.
Если же Аликс спит, задача еще больше упрощается. Подушка на лицо, подержать…
Убийство?
Таких слов Тиана даже не употребляла. Даже в мыслях.
Это защита личных интересов, вот!
Если Аликс разведется с Сэндером (зажралась, тварь!), ей будет положено содержание, на которое урежут доход Сэндера, более того, Пирлен-старший может и вообще лишить сына денег. То ли дело, если Сэндер овдовеет, а она утешит беднягу? Она будет долго его утешать, со вкусом…
Тиана аж облизнулась от грядущих перспектив, и коснулась ручки двери.
Заперто.
А это неважно, мы сейчас ключик достанем… это леди Дженет может думать, что ни у кого, кроме нее, нет всех ключей в Кон’Ронге, а Тиана давно поняла, что ей может пригодиться. Слепочки сделала, ключики заказала…
Зачем?
Так кто ж его знает… решила, что пригодится, вот!
Ключ даже не щелкнул, поворачиваясь. И дверь не скрипнула. И…
В комнате никого не было.
Тиана топнула ногой и выругалась. И куда подалась эта тварь? В комнату Джинджер? Можно проверить… леди Брайс внизу, она не помешает.
Ни в комнате Клариссы, ни в комнате Джинджер Аликс не было. Тиана закусила губу и злобно топнула ногой.
Стерва!
Ничего, я все равно тебя достану! И восстановлю справедливость! Жаль, торопиться приходится…
Аликс действительно не было в комнатах. Слуги, в желании угодить, принесли в них букеты роз, а беременные женщины бывают очень привередливы. Всего один вздох заставил Аликс позеленеть и удрать в уборную, а оттуда…
Букет, конечно, вылетел в окно, комната осталась проветриваться, а сама Аликс удрала на свежий воздух, решив посидеть, почитать где-нибудь в беседке, а то и подремать там же.
Тщетно Тиана искала ее по комнатам замка, и так же тщетно ярился Сэндер, злобно ругаясь на «возлюбленную». Тиана рыдала в голос, и обещала, что в следующий-то раз… она точно постарается!
Никуда эта маленькая дрянь от нее не денется!
Выбраться из замка для Джинджер труда не составило. И вот уже под туфельками похрустывает не гравий дорожек, а песок. А потом из темноты материализуется крупная фигура в темном плаще.
- Ты пришла…
- Здравствуй, Эдвард.
- Я рад тебя видеть, - мужчина подносит руку девушки к губам, та привычно вглядывается в тень капюшона, но – безрезультатно.
- Я тоже рада… Расскажи, все прошло успешно?
- Да.
- Я была утром в храме.
- Как там жрец?
- Рассказывает про чудовище, которое его ударило. Это не ты был?
- Я, конечно.
- Леди Дженет упала в обморок, и так пролежала с полчаса. Явно не притворялась.
- Конечно… Хочешь посмотреть, что я нашел в храме?
- Конечно!
Джинджер протянула жадные ручки к пергаментам, которые Эдвард ловким жестом вытащил из кармана плаща. Листы распрямлялись неохотно, они столько лет были свернуты в трубочку…
Леди Дженет не зря прятала их от всего мира. Уничтожить не решилась, но и показывать такое никому не стоило. Завещание…
Несколько завещаний.
Первое – составлено графом Торком Кон’Ронгом в пользу его единственной дочери Азалии, а потом и ее детей или внуков, мужского или женского пола. Тут главное, чтобы они взяли фамилию Кон’Ронг.
Второе – составлено самой леди Азалией в пользу ее дочери Ирэны. Муж назначен лишь опекуном, с тем, чтобы по достижении Ирэной двадцатипятилетнего возраста, она приняла наследство.
Третье – свидетельство о рождении у Ирэны Гервайн, в девичестве Кон’Ронг, сына. Эдварда Торка Кон’Ронг.
Четвертое – завещание леди Ирэны Гервайн в пользу сына. Того самого Эдварда Торка. Даже не совсем завещание, а просто – передача прав на замок и земли, поскольку Эдвард Торк – последний наследник рода Кон’Ронг. И подпись супруга, некоего Аллена Гервайн – согласен.
Джинджер читала медленно, продираясь через заковыристые юридические формулировки, а когда дочитала, подняла глаза на мужчину.
- Бог мой…
- Нам пришлось бежать… неожиданно. Мы ничего не смогли взять с собой.
- А она после бегства обшарила покои…
- Нашла бумаги, но уничтожить не решилась. Или она, или он.
- Граф Лукас Кон’Ронг?
- Мой дед…
История была проста, как две медяшки.
Леди Азалия Кон’Ронг отлично знала своего супруга, а потому взяла с него слово не жениться раньше, чем Ирэне исполнится двадцать лет. Поставить девочку на ноги, воспитать, а уж потом…
К чести супруга, слово свое он сдержал. Крестьянских девиц валял без счета, но не женился, пок4а не столкнулся с Дженни Фрумс. А ту валять не получилось.
Вот не желала она падать – и все тут. Пришлось жениться.
И вскоре леди Ирэна вышла замуж за Аллена Гервайна. Храбрый капитан покорил сердце девушки, сыграли свадьбу, и он опять ушел в море. И навещал свою юную супругу, так часто, как только мог. Гордым был моряк и отважным, не хотел пользоваться теми благами, которые прилагались к невесте. Из Кон’Ронга ее не стал забирать, все же род прерывать нехорошо, но жить на содержании у женщины? Жить без моря?
Такого он и помыслить себе не мог.
А вот юная леди Фрумс-Кон’Ронг наоборот, обожала роскошь. Наслаждалась ей, блаженствовала и ликовала. После деревеньки, после всеми ветрами продуваемой хижины, после нищеты-то…
Первого ребенка она родила быстрее юной падчерицы. Второго рожала почти одновременно с первенцем у леди Ирэны. Эдвард был примерно ровесником Кейт Кон’Ронг.
Джинджер тут же подсчитала, что разница в возрасте у них подходящая, и мило улыбнулась.
Но ведь леди Дженет не только радовалась, молилась и рожала, нет… еще она думала, и это было самым страшным.
Она умела входить в доверие, это качество Тиана целиком и полностью унаследовала от матери. Леди Дженет, тогда еще просто Дженни, или Джен, лебезила, льстила, восхищалась, лила сироп в таком количестве, что леди Ирэна приняла фальшивую любовь за истинные чувства. И доверилась «подруге».
Леди Дженет поняла, что после рождения Эдварда они с Лукасом становятся в Кон’Ронге приживалами, полностью зависящими от милости леди Ирэны и ее сына, а кому ж такое понравится?
Не для того она выходила замуж за человека на двадцать лет себя старше!
Не для того она унижалась и прогибалась так, что змея рядом с ней покажется черенком от лопаты.
Нет уж!
Ей не хотелось часть, ей хотелось все, и побольше, побольше, и пожирнее, пожалуйста.
И однажды она решилась.
Капитан был в рейсе, леди Ирэна доверяла подруге, ну и…
- И – что?
- И все, - отрезал помрачневший Эдвард. – Нам чудом удалось спастись и сбежать.
- А остаться и разоблачить гадину?
- Я был в плохом состоянии, мне требовались лекари и срочно, мать едва с ума не сошла… в таком состоянии бороться с Дженет Фрумс она не смогла бы.
Джинджер понимала, что Эдвард многое недоговаривает, но ладно уж! Не все сразу!
- А что теперь будет?
- Теперь все будет достаточно интересно. Ты знаешь, что завтра в Кон’Ронг прибудет королевский гонец?
- Нет, не знала…
- Он привезет бумаги на развод для твоей подруги, ну и… бумаги для меня. Законного хозяина Кон’Ронга.
- А леди Ирэна?
- Возможно, она приедет позднее. Ей тяжело здесь…
Джинджер кивнула. Тяжело?
Это не то слово. У нее, конечно, детей нет, но находиться в месте, где изуродовали твоего сына? Да еще видеть женщину, которая это сделала?
Как там поступит леди Ирэна, Джин не знала, а вот за себя ответить бы могла. Кинулась бы, вцепилась зубами в горло, и пусть потом отдирают! Пусть даже она отравится ядовитой кровью… убила бы тварь!
Нет, небо ясное.
Так что тут происходит?
Грохот доносился из храма, Жрец вздохнул, накинул мантию прямо на исподнее, и отправился на проверку. После леди Дженет какие-нибудь грабители или хулиганы… нет, это уже не страшно. Это даже приятно, для разнообразия.
Он открыл дверь, шагнул внутрь – и остолбенел.
Храм, в буквальном смысле, разносился в лоскуты.
Были сорваны все иконы, разломаны все курильницы, обнажены стены, а посреди разгрома стоял… стояло…
Оно было черным и жутким. И недовольным.
Тирин вытянул вперед руку и забормотал молитву.
- Да сгинут темные в…
Чудовище не обратило никакого внимания на священные слова. Разве что увидев жреца, оно шагнуло вперед, и одним ударом отправило бедолагу в нокаут. Продолжительный…
Последнее, что запомнилось Тирину, это жуткие красные глаза, глядящие прямо на него с отвращением.
***
На кладбище никого не было, поэтому никто и не пострадал.
А уж что там происходило…
Кто ж его знает? У покойников не наспрашиваешься.
***
Утро?
Значит, надо ехать в Храм.
Джинджер с огромным удовольствием послала бы всех… в храм, а сама осталась бы дома, в Кон’Ронге, но она отлично помнила свой вчерашний разговор с Эдвардом. А вдруг он там был?
А если…
Нет, надо съездить. Обязательно.
Она проигнорировала гневный взгляд леди Дженет, и мужественно полезла в карету. На улице моросил мерзкий серый дождик, накрапывал, проникал через любую одежду…
Гадость!
В такую погоду охота было только спать. Забраться под теплое одеяло, подтянуть к себе мурчательного кота – и спать. Но любопытство сильнее неволи.
И увидев распахнутые настежь двери Храма, Джин поняла, что поехала не зря. А потом и убедилась в этом…
В храме не было живого места. Буквально.
Ободраны все стены, разнесены все иконы, содрано все, до чего можно дотянуться, распахнуты раки, вытряхнуты всяческие причиндалы для богослужений… красота! И посреди этой красоты, в луже чего-то желтого, подозрительно пахнущего ладаном, лежит жрец в распахнутой рясе. И даже не пытается в себя прийти…
И его явно не удар хватил при виде растерзанного храма, синяк на подбородке такой, что смотреть страшно.
Леди Дженет обвела стены диким взглядом, но устояла.
- Что это?
Джин подхватила ее под руку, заодно так и понаблюдать удобнее за реакцией.
- Похоже, здесь что-то искали, только вот что именно, и нашли ли?
Леди Дженет выдернула руку, и решительно, не обращая внимания на жреца, направилась вглубь храма. Джин медленно последовала за ней, но в таком состоянии леди и на стадо слонов внимания бы не обратила.
Она прошла вглубь, туда, где были представлены дары прихожан, остановилась перед одним из них…
Вышитая гладью икона, в дорогой дубовой раме была сорвана со стены, рама разломана на несколько частей…
Леди Дженет пошатнулась – и осела на пол рядом с рамой.
***
Джинджер не стала торопиться поднимать несостоявшуюся свекровь. Вместо этого она пригляделась к раме, подняла ее, повертела в руках. А ведь интересно придумано… в эту раму вполне поместятся бумаги, свернутые трубочкой. Видимо, тут так и было сделано.
Но сейчас, что бы туда не помещали, рама пуста.
Джин злорадно улыбнулась. Так-то тебя…
Развернулась, давая леди Дженет время прийти в себя без свидетелей, и направилась приводить в чувство жреца.
Времени потребовалось немного, мужчина быстро очнулся, и Джин помогла ему сесть.
- Вы как себя чувствуете?
- Отвратительно. Вы кто?
- Гостья из Кон’Ронга. Приехала сюда с леди Дженет… а тут вы лежите. Что с вами случилось? Грабители?
Жрец задумался, а потом… Джин впервые видела, как человек бледнеет на глазах.
Краска просто стекла с его лица – лоб, щеки, даже шея…
- Чудовище…
- Чудовище?
- Да… громадное, жуткое, красноглазое…
Джин помотала головой.
- И что оно здесь делало? Это же храм! Сюда нет пути всякой нечисти!
Судя по лицу жреца, нечисть ему попалась необразованная.
- Я молился, а оно меня ударило. И молитвы не испугалось…
Джинджер огляделась вокруг.
- Похоже, здесь что-то искали. У вас под полом клад не зарывали? В золоте и бриллиантах?
Судя по лицу жреца, если бы он знал о кладе, сам бы вырыл.
Послышались медленные тяжелые шаги. Леди Дженет выходила из коридора, но как! Куда только девались и горделивая осанка, и надменный взгляд – сейчас это была старуха. Да, именно пожилая женщина, которую жизнь ударила наотмашь, и вряд ли леди когда-нибудь оправится. Но сочувствовать ей Джин не собиралась. Вот еще не хватало!
- Мы едем домой, - глухо сказала леди.
У Джинджер на языке вертелись десятки ехидных фраз, но добивать упавшего? Гадко… Перебьемся. А потому она пожала плечами, и последовала за леди Дженет. Правда, предварительно сунула в руку жреца свой кошель с деньгами. Пусть там и не слишком крупная сумма, но мужчине на лекаря хватит. И надо поговорить с Эдвардом. Замок – его хозяйство, пусть он хоть подожжет весь Кон’Ронг, а вот храм пострадал… плохо. Все ж люди туда молиться ходят, и на свои медяки жрец его не восстановит… пусть раскошеливается. Сам ломал – пусть сам и строит!
Всю обратную дорогу леди Дженет молчала. Кусала губы, сжимала руки так, что костяшки пальцев были абсолютно белыми, и молчала. Джинджер наблюдала за ней, прикидывая, как это нарисовать. Например, крыса в углу клетки – и горящая ветка, которая все ближе и ближе… нет, крысу было жалко. Даже несмотря на то, что у зверушки было лицо Дженни Фрумс.
Сразу же по приезде в Кон’Ронг, леди Дженет выпрыгнула из кареты, промчалась в свою комнату и заперлась на все замки. Джинджер отправилась завтракать и рассказывать о случившемся.
Отреагировали все по-разному. У Кейт и Тианы были одинаковые выражения лиц, одинаковые глаза, даже одинаковый пафос: «Какой УЖАС!!!». И обе девицы тут же занялись своими кавалерами. Сэндер и Люсьен даже и плечами не пожали – что им до того захолустного храма? Аликс передернулась от ужаса, и Кларисса принялась успокаивать девушку. Лесли подумал, что надо бы после завтрака съездить и посмотреть, чем помочь жрецу, получил восхищенный взгляд от любимой женщины, и заработал вилкой.
Джинджер тоже не отвлекалась. Она позавтракала, и отправилась на природу – гулять и рисовать пейзажи. Очень милая причина для отсутствия в замке, а главное – пристойная. Леди Нэйра сморщила нос, но отправилась с Джинджер. Природа – так природа. Гуляем!
***
Тиана на миг замерла перед комнатой Аликс.
Около получаса назад эта девка сказала, что пойдет полежать. Мерзкая тетка Брайс проводила ее улыбкой, и напутствием отдохнуть… от чего, интересно?
Тиана ненавидела Аликс всей своей душой. За что?
А по-вашему, так-таки и не за что?
За молодость, за красоту (будем честны сами с собой, Тиана, поставленная рядом с Аликс, выглядела ужасно, и сама это понимала), за богатство, за знатность, даже за Сэндера – и то ненавидела!
Дурой Тиана не была, и отлично понимала, что из себя представляет Сэндер. Видела и его самолюбие, и самолюбование, и извращенные вкусы в постели, и привычку драться…
Видела.
Все она понимала, но разве она не достойна большего? Лучшего? Самого лучшего?!
За что этой соплюхе Аликс все далось? Подумаешь, муж бил! С этим Тиана бы справилась… она так считала, что справилась бы! И справится еще! А остальное?
Деньги, высший свет, знакомства, платья, приемы, балы…
Хотелось всего и сразу, а получилось-то что? Унылое прозябание на медяки Ивара в Ривен-холле? И это в то время, когда девки, подобные Аликс и Джин блистают на балах?
Мерзавки!
Тиана воспринимала это так, словно деньги на балы от нее отрывали! С кровью и болью!
А теперь Аликс отказывалась от всего того, о чем мечтала женщина. Вот как такое пережить? Тиана прикусила губу.
Войти… если Аликс не спит, заговорить с ней, пригласить полюбоваться видом с балкона, и… она не выглядит слишком крепкой. Тиана должна справиться.
Если же Аликс спит, задача еще больше упрощается. Подушка на лицо, подержать…
Убийство?
Таких слов Тиана даже не употребляла. Даже в мыслях.
Это защита личных интересов, вот!
Если Аликс разведется с Сэндером (зажралась, тварь!), ей будет положено содержание, на которое урежут доход Сэндера, более того, Пирлен-старший может и вообще лишить сына денег. То ли дело, если Сэндер овдовеет, а она утешит беднягу? Она будет долго его утешать, со вкусом…
Тиана аж облизнулась от грядущих перспектив, и коснулась ручки двери.
Заперто.
А это неважно, мы сейчас ключик достанем… это леди Дженет может думать, что ни у кого, кроме нее, нет всех ключей в Кон’Ронге, а Тиана давно поняла, что ей может пригодиться. Слепочки сделала, ключики заказала…
Зачем?
Так кто ж его знает… решила, что пригодится, вот!
Ключ даже не щелкнул, поворачиваясь. И дверь не скрипнула. И…
В комнате никого не было.
Тиана топнула ногой и выругалась. И куда подалась эта тварь? В комнату Джинджер? Можно проверить… леди Брайс внизу, она не помешает.
Ни в комнате Клариссы, ни в комнате Джинджер Аликс не было. Тиана закусила губу и злобно топнула ногой.
Стерва!
Ничего, я все равно тебя достану! И восстановлю справедливость! Жаль, торопиться приходится…
***
Аликс действительно не было в комнатах. Слуги, в желании угодить, принесли в них букеты роз, а беременные женщины бывают очень привередливы. Всего один вздох заставил Аликс позеленеть и удрать в уборную, а оттуда…
Букет, конечно, вылетел в окно, комната осталась проветриваться, а сама Аликс удрала на свежий воздух, решив посидеть, почитать где-нибудь в беседке, а то и подремать там же.
Тщетно Тиана искала ее по комнатам замка, и так же тщетно ярился Сэндер, злобно ругаясь на «возлюбленную». Тиана рыдала в голос, и обещала, что в следующий-то раз… она точно постарается!
Никуда эта маленькая дрянь от нее не денется!
***
Выбраться из замка для Джинджер труда не составило. И вот уже под туфельками похрустывает не гравий дорожек, а песок. А потом из темноты материализуется крупная фигура в темном плаще.
- Ты пришла…
- Здравствуй, Эдвард.
- Я рад тебя видеть, - мужчина подносит руку девушки к губам, та привычно вглядывается в тень капюшона, но – безрезультатно.
- Я тоже рада… Расскажи, все прошло успешно?
- Да.
- Я была утром в храме.
- Как там жрец?
- Рассказывает про чудовище, которое его ударило. Это не ты был?
- Я, конечно.
- Леди Дженет упала в обморок, и так пролежала с полчаса. Явно не притворялась.
- Конечно… Хочешь посмотреть, что я нашел в храме?
- Конечно!
Джинджер протянула жадные ручки к пергаментам, которые Эдвард ловким жестом вытащил из кармана плаща. Листы распрямлялись неохотно, они столько лет были свернуты в трубочку…
Леди Дженет не зря прятала их от всего мира. Уничтожить не решилась, но и показывать такое никому не стоило. Завещание…
Несколько завещаний.
Первое – составлено графом Торком Кон’Ронгом в пользу его единственной дочери Азалии, а потом и ее детей или внуков, мужского или женского пола. Тут главное, чтобы они взяли фамилию Кон’Ронг.
Второе – составлено самой леди Азалией в пользу ее дочери Ирэны. Муж назначен лишь опекуном, с тем, чтобы по достижении Ирэной двадцатипятилетнего возраста, она приняла наследство.
Третье – свидетельство о рождении у Ирэны Гервайн, в девичестве Кон’Ронг, сына. Эдварда Торка Кон’Ронг.
Четвертое – завещание леди Ирэны Гервайн в пользу сына. Того самого Эдварда Торка. Даже не совсем завещание, а просто – передача прав на замок и земли, поскольку Эдвард Торк – последний наследник рода Кон’Ронг. И подпись супруга, некоего Аллена Гервайн – согласен.
Джинджер читала медленно, продираясь через заковыристые юридические формулировки, а когда дочитала, подняла глаза на мужчину.
- Бог мой…
- Нам пришлось бежать… неожиданно. Мы ничего не смогли взять с собой.
- А она после бегства обшарила покои…
- Нашла бумаги, но уничтожить не решилась. Или она, или он.
- Граф Лукас Кон’Ронг?
- Мой дед…
История была проста, как две медяшки.
Леди Азалия Кон’Ронг отлично знала своего супруга, а потому взяла с него слово не жениться раньше, чем Ирэне исполнится двадцать лет. Поставить девочку на ноги, воспитать, а уж потом…
К чести супруга, слово свое он сдержал. Крестьянских девиц валял без счета, но не женился, пок4а не столкнулся с Дженни Фрумс. А ту валять не получилось.
Вот не желала она падать – и все тут. Пришлось жениться.
И вскоре леди Ирэна вышла замуж за Аллена Гервайна. Храбрый капитан покорил сердце девушки, сыграли свадьбу, и он опять ушел в море. И навещал свою юную супругу, так часто, как только мог. Гордым был моряк и отважным, не хотел пользоваться теми благами, которые прилагались к невесте. Из Кон’Ронга ее не стал забирать, все же род прерывать нехорошо, но жить на содержании у женщины? Жить без моря?
Такого он и помыслить себе не мог.
А вот юная леди Фрумс-Кон’Ронг наоборот, обожала роскошь. Наслаждалась ей, блаженствовала и ликовала. После деревеньки, после всеми ветрами продуваемой хижины, после нищеты-то…
Первого ребенка она родила быстрее юной падчерицы. Второго рожала почти одновременно с первенцем у леди Ирэны. Эдвард был примерно ровесником Кейт Кон’Ронг.
Джинджер тут же подсчитала, что разница в возрасте у них подходящая, и мило улыбнулась.
Но ведь леди Дженет не только радовалась, молилась и рожала, нет… еще она думала, и это было самым страшным.
Она умела входить в доверие, это качество Тиана целиком и полностью унаследовала от матери. Леди Дженет, тогда еще просто Дженни, или Джен, лебезила, льстила, восхищалась, лила сироп в таком количестве, что леди Ирэна приняла фальшивую любовь за истинные чувства. И доверилась «подруге».
Леди Дженет поняла, что после рождения Эдварда они с Лукасом становятся в Кон’Ронге приживалами, полностью зависящими от милости леди Ирэны и ее сына, а кому ж такое понравится?
Не для того она выходила замуж за человека на двадцать лет себя старше!
Не для того она унижалась и прогибалась так, что змея рядом с ней покажется черенком от лопаты.
Нет уж!
Ей не хотелось часть, ей хотелось все, и побольше, побольше, и пожирнее, пожалуйста.
И однажды она решилась.
Капитан был в рейсе, леди Ирэна доверяла подруге, ну и…
- И – что?
- И все, - отрезал помрачневший Эдвард. – Нам чудом удалось спастись и сбежать.
- А остаться и разоблачить гадину?
- Я был в плохом состоянии, мне требовались лекари и срочно, мать едва с ума не сошла… в таком состоянии бороться с Дженет Фрумс она не смогла бы.
Джинджер понимала, что Эдвард многое недоговаривает, но ладно уж! Не все сразу!
- А что теперь будет?
- Теперь все будет достаточно интересно. Ты знаешь, что завтра в Кон’Ронг прибудет королевский гонец?
- Нет, не знала…
- Он привезет бумаги на развод для твоей подруги, ну и… бумаги для меня. Законного хозяина Кон’Ронга.
- А леди Ирэна?
- Возможно, она приедет позднее. Ей тяжело здесь…
Джинджер кивнула. Тяжело?
Это не то слово. У нее, конечно, детей нет, но находиться в месте, где изуродовали твоего сына? Да еще видеть женщину, которая это сделала?
Как там поступит леди Ирэна, Джин не знала, а вот за себя ответить бы могла. Кинулась бы, вцепилась зубами в горло, и пусть потом отдирают! Пусть даже она отравится ядовитой кровью… убила бы тварь!
