- Ыыы?
- Да. Трофеи. Законные. Человек, который пришел с этой сумкой, хотел убить меня, но я оказалась сильнее.
- Ы?
- Надеюсь, он умер.
Я же не видела, как Шарона жрали! Может, его в три приема? Или вообще на развод оставят?
- Ы…
Рад подхватил один из золотых браслетов. Тот, который для женщины. И требовательно поглядел на меня.
- Ы!
- Дать руку?
- Ы!!!
- А… ты уверен!
- ЫЫЫЫЫ!!!
Дура я, наверное. Но руку я протянула.
- ЫЫЫ!!!???
Рад смотрел на браслет от демонов. Я его, правда, дополнила фенечками из родного мира, и смотрелся он как пластиковый среди родных, но… Рад заметил.
И – понял?
- Ты знаешь, что это такое?
Кивок. И еще один, и снова кивок…
- Тогда ты понимаешь, что об этом надо молчать.
И снова кивки. А потом мужчина еще вял мою руку и пожал. Как бы говоря – я с тобой. Я рядом, я тебя поддерживаю, я одобряю. Ты сделала правильно.
Я и сама в этом не сомневалась, но получить подтверждение было приятно.
А с золотым браслетом пришлось повторить. Только руку дать другую. И браслет наделся, и словно сжался у меня на запястье. Рад взял второй, вручил мне и снова произнес свое «ы».
Я послушно обраслетила его. С тем же результатом.
Рад поднес один браслет к другому, переплел наши руки…
На секунду я почувствовала боль. Словно иголкой кто царапнул… наверное, где-то краешек не заполирован. Так бывает.
А потом браслеты замерцали и словно растворились. Я чувствовала золотую побрякушку, знала, что она на руке, но не видела.
- И зачем мы это сделали?
Рад подобрал палочку.
Человечек…. Еще один… ниточка между ними.
- Связь?
Кивок.
- Какая?
- Ы!
Пантомима была достаточно выразительной. Но как я поняла, если у меня будет беда, Рад узнает. И наоборот тоже.
Помочь?
А чем калека поможет против магов? Или чем я ему помогу? А, ладно! Пусть будут. Тоже золото, в своем мире пригодится.
Кольцо Рад взял с отвращением. Покрутил в пальцах, надел… и исчез.
Я помотала головой.
Исчез?
Да нет же! Вот он… или не он? Или…
Кажется, это и есть тот самый отвод глаз для Вельского. С помощью этой дряни меня из лечебницы и забрали… каз-зел!
А с черепом что?
Рад снял кольцо, отдал мне, но пальцем погрозил. Осторожнее надо.
- Почему?
И снова рисунок. Человек, аура вокруг, кольцо… тут уж я сообразила быстро.
- Оно от меня питается? И силы нужно много?
Кивок был весьма утвердительным.
Остался только череп животного. Но его Рад взял, а потом крепко сжал в ладони, и выдал номер. Встал на колени, сложил ладони и умоляюще посмотрел на меня.
Стало ясно, что зачем-то ему эта пакость нужна.
- Если так – забирай. Объяснишь, что он делает?
И снова кивок.
И снова рисунок. Забора, который… разламывается на части.
- Рушит барьеры? Все?
Кивок.
- Погоди… не открывает, как твой камень, а именно разрушает?
- Ы!
М-да… может, и мне бы пригодился? А с другой стороны… куда и зачем? Что мне тут разрушать – стены Академии?
Да и подозреваю я, что эта штука, во-первых, силу тянет, как пылесосом, а во-вторых, заметно будет. Я же скрыть не смогу…. Ладно! Пусть это будет моим подарком хорошему человеку. Он для меня отмычки не пожалел. И кстати…
- Рад, а ты мне дыру в заборе покажешь?
Рад кивнул и поднялся с крыльца. Двигался он, как ни странно, сейчас намного легче. Словно десять лет с плеч сбросил.
Я даже к себе прислушалась. А вдруг эти браслеты силу тянут, или еще что? Но нет.
Сил как было, так и осталось. И энергии, и даже прибавилось немножко. Наверное, и правда связь. Это было бы логично. Вот привязал меня Вельский, заодно и маячок надел. Типа родительского контроля, чтобы знать, где я нахожусь.
Вельский…
Ведь его родня должна быть в курсе дела. И куда он поехал, и зачем… Шарон пропал, артефакты пропали…
А и плевать!
К ректору они с этим вопросом не пойдут, из Академии меня надо еще выцарапать, а потом… потом я вообще удеру. Надеюсь.
Темнело.
Рад медленно шел по парку. Я шла в шаге за ним… вспоминая Ивана Сусанина.
Вот как!? Как ему это удается?! Идет – и листик не шелохнется. Травинка не дрогнет. А я уже раз шесть споткнулась, ушиблась, влезла башкой в паутину, собрала на себя ведро грязи…
Где справедливость?!
Рад этот вопрос нагло игнорировал. И шел, пока впереди не замаячила стена. То есть забор. Потом он пошел вдоль забора.
Я шипела, но шла за ним. И помалкивала.
Мало ли кто…
Мало ли что…
Услышат – проблем не оберешься. Хотя Рад и настоял и на камешке у меня на шее, и на кольце. Для верности.
Прошли мы еще около трехсот метров. Потом Рад остановился, показал на камень, который для меня ничем не отличался от остальных – и произнес свое знаменитое «Ы»!
Я подумала, и дотронулась до него.
Нет?
Значит, не о том подумала. Или не так сделала.
- Ы!
Рад дотронулся до груди и едва ногой на меня не топнул. Мол, не поняла, что ли?
Сразу – не поняла. А вот сейчас…
Камешек соприкоснулся с камнем. Благо, цепочка там была достаточно длинная. И часть стены просто отошла в сторону.
Каменной стены.
Забора из старых таких, мхом поросших валунов.
- Ы?
А вот это уже я сказала. От полного ошаления.
- Ы, - поддержал Рад.
Но я и так поняла, что произошло. Это, видимо, ход времен того же Олмарского. И открывается он, как и в библиотеке. А если посмотреть, как на ауры?
Ну, точно.
Есть у камешка аура. У всех она синяя, у него – голубая. И с разводами.
Почему не заметили?
Ага, только ректору и дела, каждый камень в ограде отсматривать. Наверное, просто не знали, а потом и забыли. Такое тоже бывает…
А за оградой свобода.
И чужой мир, в котором меня рассматривают только в качестве добычи. Я в нем ничего не знаю. Хуже арапа Петра Первого, тот хоть как-то во Франции пообтерся, а я тут вообще дикарем…
Я вздохнула, и повторно коснулась камня.
Ворота закрылись.
Я повернулась к Раду.
- Ты не мог бы меня еще немножко поводить? Чтобы я могла сама найти сюда дорогу?
- Ы.
Конечно. И поводит, и покажет…
Единственное существо, которое мне жалко будет оставлять в этом мире. Немой полоумный горбун. Ладно, не полоумный.
В артефактах он разбирается. И взгляд у него более осмысленный, чем раньше был. Наверное, он тут просто… одичал, что ли? Когда с тобой никто не разговаривает, когда ты никому не нужен… чего тут удивляться, что мужчина ушел в себя? А потом появилась я.
И оказалось, что он мне нужен. И я ему.
И мы подружились.
Вот он и проснулся от спячки. Такое бывает, и достаточно часто. А скоро я уйду…
Я бы взяла Рада с собой. Но в нашем мире он погибнет. Так же, как и я – в Эр-Сианне. Ему будет там плохо… и мне здесь плохо.
Безвыходная ситуация.
Почему-то сильно хотелось плакать.
Утро началось с букета роз.
Огромного!
Нет, не так. просто ОГРОМЕННОГО!!!
И ректора на другом его конце.
- Наташенька, я просто умоляю… сегодня вечером я исправлю свою ошибку, если вы позволите!
Я кивнула и зевнула.
Демоны, гады… меня ж тут… того, пока вы думать изволите! Вот что теперь делать? Отдаваться? Или поломаться для приличия?
Вообще, порядочные девушки на первом свидании не дают. И на втором тоже. За ними поухаживать надо. Но тут же афродизиаки… кстати!!!
Пакостность натуры тут же проснулась.
- Тэр ректор, а есть какие-то артефакты, определяющие посторонние вещества в пище? Или заклинания на эту тему? Вы мне, вроде как, обещали?
Мужика аж перекосило.
А ты думал, что у меня весь вес в попу ушел? Не-эт! На мозги там тоже с полкило осталось…
- Таэра, со мной вы можете ничего такого не опасаться.
- Не могу, - потупилась я, к восторгу всех подслушивающих (считай – весь этаж общаги). – Тэр ректор, мне сказали, что в моем организме еще и возбуждающие были обнаружены… я так не могу. А если я вас изнасилую?
Какие ж у красавца глаза стали! А откуда-то сбоку послышалось сдавленное хрюканье… зря!
Ректор тут же вспомнил, что он – главный лев в саванне, сдвинул брови и медленно повернул голову. Зрителей, как ветром сдуло.
А у него появилось время прийти в себя.
- Мы это вечером обсудим, Наташенька. Обещаю.
И улыбочка.
И поцелуй руки… ну кто бы на моем месте удержался?
Вот и я не смогла… розы удержать не смогла. И букет совершенно случайно проехался по ногам ректора… сам себе и виноват. Розы – они колючие.
К чести мужчины – не взвыл. Даже не дернулся. Стоик!
Проверим границы стойкости?
Но пока ее хватило поулыбаться, откланяться и красиво уйти. А я еще раз зевнула и пошла ставить идиотский веник в вазу. А заодно размышлять, кто тут дурак.
Между нами говоря… оба?
Ректор – потому что считает меня Таткой. И с ней бы это все сработало, и на предупреждения она бы внимания не обратила, и сейчас бы млела рядом с Аделасом. Зато была бы счастлива пару лет.
Или я? Потому что решительно растоптала розовые очки и собираюсь сражаться за свою жизнь со всем миром? Даже без особой надежды на победу?
Глупо же трепыхаться? Правда?
А с другой стороны… Наполеон в 1812-м считал, что возьмет Россию и поцарствует, гитлеровские солдаты домой писали, что русские никак свое тупое сопротивление не прекратят…
Кто сказал, что Эр-Сианн хуже Наполеона? Тому разъяснили, и этим разъясним. И вообще, на каждого охотника найдется его персональный медведь.
Вы меня хотели?
Я пришла. Не обессудьте.
На завтраке было непривычно шумно и оживленно. Студенты переговаривались… я подсела за столик к своей компании.
- Привет! Что случилось? Я пока не в курсе?
- Ну… ты и ректор – это тоже тема, - хихикнула Вариана.
Если она думала, что я смущаться буду – зря. Я даже плечами не пожала, угрызая капустный салат.
- Почему нет? Он не помолвлен, в отличие от того же Аделаса. Свободный мужчина, симпатичный, с достатком… с хорошим положением в обществе – я ничего не путаю?
Вариана задумалась, а потом качнула головой.
- Н-нет. Но…
- Почему он на меня клюнул?
Тут уже кивнул и Галан. Понятно, иномирянка, но ведь можно и кого-то другого подсунуть. Лоринских много, не один найдется, так второй. Ректор ближе, конечно, но это вопрос не расстояния, а желания.
- А чему вы удивляетесь, - решила я напакостить напоследок. – Вот оглядитесь вокруг, вы что именно видите?
Ребята огляделись, но смысл вопроса не поняли.
- Магов? - предположила Тамила.
Я закатила глаза.
- Выставку вы видите, Тами. Понимаешь, выставку! Вы все однотипные. Глаза – большие. Носы – прямые. Губы пухлые, волосы шикарные… да на вашем фоне любой, кто отличается, уже будет пользоваться успехом. Я же правильно понимаю, вы себя магией подправляете?
- Д-да…
- А что при этом теряется всякая индивидуальность? Не думали?
Кажется, эта мысль ни парням, ни девушкам в голову не приходила.
- И что? Теперь бородавки и шрамы на себя наносить? Или вообще татуировки, как у демонов? – презрительно фыркнул Лавир.
Я пожала плечами.
- Дело твое, конечно. Но лучше подумай головой. Лицо может быть красивым и без идеальных пропорций. И ты можешь быть весьма симпатичным, не увеличивая глаза и не надувая губы… погоди минутку. Где тут у меня тетрадь?
Не могу сказать, что я хороший художник. Но АСФ же!
Да и не надо мне Пикассо изображать, и Рубенса не надо. А вот несколько лиц набросать на листке бумаги…
Причем – лиц нестандартных.
Михаил Боярский и Василий Ливанов. Вениамин Смехов и Эммануил Виторган. А рядом - Евгений Леонов.
Я могу.
Фотографического сходства не получилось, но лица-то у них далеки от идеальных пропорций. И в то же время… вон, как Тамила на Ливанова смотрит! Ага, лучший Шерлок Холмс всего кинематографа, причем, по признанию самих англичан – это вам не кот начхал!
А Галан хлопает ресницами на Боярского. Понятно, я его изобразила в роли д’Артаньяна. С кудрями и хитрой гасконской моськой.
Ну, не идеал.
Но ведь прелесть?
- Это ваши… кто? – поинтересовалась Вариана, потихоньку отжимая листок в свою пользу.
- Это наши знаменитости, - не стала врать я. – Или вот…
На этот раз под карандашом появилась Наталья Варлей. В роли той самой, Кавказской пленницы. А Вера Алентова? Ирина Муравьева?
Вроде бы не идеалы, но…
Москва слезам не верит – и мировая известность. И ведь они были, как в жизни. Не накачивали губ, не вживляли себе силикон, они просто жили в кино. Горели, светились, искрили…
И капелька их обаяния, кажется, смогла преодолеть пространство и время. Во всяком случае, Лавир на Наталью Варлей ТАК посмотрел…
- Ребята, они не идеальны. Но разве они некрасивы?
Дубль два.
Четверка за моим столом оглядывает столовую. И на красивых, кукольных личиках проявляется понимание. Не знаю уж, что они дальше делать будут. Но есть подозрение, что идеалы красоты у них поменяются.
Про ректора забыли наглухо. Я тем более напоминать не стала. Доела кашу, скушала три булочки и отправилась заниматься медитацией.
Спокойствие, только спокойствие.
И наблюдение за соседями.
И – не летать!
Постепенно, медленно, я училась смотреть на ауры. И на конкретную, и на все сразу, и выделять детали, которые раньше от меня ускользали…
Представляла перед собой рунные круги.
Хорошо, что зрительная память у меня отличная. Ну что там… я чертежи могу копировать по памяти! Я – АСФ! Для меня начерталка – дом родной, а там и похлеще встречается, чем рунные круги. И посложнее… вы видели хоть раз чертеж жилого дома? Поэтажный план? А коммуникации?
Кусаться начнешь!
А я могу все это сделать!
Рунные круги, конечно, не слишком привычны, но эйдетическая память правит бал. Какая мне, по сути, разница? Что теорема Пифагора со всеми ее чертежами и доказательствами, что рунный круг? Только что сложность побольше…
Да и тренировалась я в свое время. Не знала, что тренируюсь, но была у нас в детстве игра. Поглядеть на фотографию, а потом сравнить, кто больше деталей запомнил. Я думала, отец просто так, а он меня учил. Он, кстати, тоже архитектор.
Сначала лучше получалось у отца, потом у меня…
Сейчас я рассматривала ауры. А когда надоело, начала воспроизводить рунные круги.
Книгу я запомнила… подозреваю, там и магия была вложена, чтобы оно осталось у меня в голове. Но никакая магия от работы не спасает.
Хоть что тебе вложи, хоть всю теорию, а без осознания, осмысления, без труда…
Нет, не станет она твоей.
Так кто-то может долго копаться в справочниках, а кто-то сразу скажет и в какую книгу лезть, и на какой страничке ответ. Для кого-то справочники так и остались приложением. А для кого-то стали частью разума.
Круги воспроизводились легко. И я знала, если я захочу напитать их силой – я справлюсь.
Но…
Вот и оно, что – но!
В тот раз мне помог Шарон. Он, конечно, не ожидал такого, но силой-то он в меня ударил!
Попал в круг, подпитал его, ну и… получил, на свою голову. Пусть теперь покоится с миром. А что мне делать сейчас?
Это был вопрос на сто баксов. Или сто баллов.
Я сильная, да. Но я пока недоучка, чтобы не сказать – ноль без палочки. И навыков у меня нет. И вообще… провал открывать – это не взлететь на три сантиметра, и то – случайно. Есть подозрение, что моих сил тупо не хватит. А откуда и что взять?
Есть ли в этом мире аналог батарейки? И если да, то где его взять, сколько он стоит…
Этот вопрос я и задала атаре Сверасс, когда занятие подходило к концу, и ученики начали выходить из состояния расслабления и отрешенности.
- Да. Трофеи. Законные. Человек, который пришел с этой сумкой, хотел убить меня, но я оказалась сильнее.
- Ы?
- Надеюсь, он умер.
Я же не видела, как Шарона жрали! Может, его в три приема? Или вообще на развод оставят?
- Ы…
Рад подхватил один из золотых браслетов. Тот, который для женщины. И требовательно поглядел на меня.
- Ы!
- Дать руку?
- Ы!!!
- А… ты уверен!
- ЫЫЫЫЫ!!!
Дура я, наверное. Но руку я протянула.
- ЫЫЫ!!!???
Рад смотрел на браслет от демонов. Я его, правда, дополнила фенечками из родного мира, и смотрелся он как пластиковый среди родных, но… Рад заметил.
И – понял?
- Ты знаешь, что это такое?
Кивок. И еще один, и снова кивок…
- Тогда ты понимаешь, что об этом надо молчать.
И снова кивки. А потом мужчина еще вял мою руку и пожал. Как бы говоря – я с тобой. Я рядом, я тебя поддерживаю, я одобряю. Ты сделала правильно.
Я и сама в этом не сомневалась, но получить подтверждение было приятно.
А с золотым браслетом пришлось повторить. Только руку дать другую. И браслет наделся, и словно сжался у меня на запястье. Рад взял второй, вручил мне и снова произнес свое «ы».
Я послушно обраслетила его. С тем же результатом.
Рад поднес один браслет к другому, переплел наши руки…
На секунду я почувствовала боль. Словно иголкой кто царапнул… наверное, где-то краешек не заполирован. Так бывает.
А потом браслеты замерцали и словно растворились. Я чувствовала золотую побрякушку, знала, что она на руке, но не видела.
- И зачем мы это сделали?
Рад подобрал палочку.
Человечек…. Еще один… ниточка между ними.
- Связь?
Кивок.
- Какая?
- Ы!
Пантомима была достаточно выразительной. Но как я поняла, если у меня будет беда, Рад узнает. И наоборот тоже.
Помочь?
А чем калека поможет против магов? Или чем я ему помогу? А, ладно! Пусть будут. Тоже золото, в своем мире пригодится.
Кольцо Рад взял с отвращением. Покрутил в пальцах, надел… и исчез.
Я помотала головой.
Исчез?
Да нет же! Вот он… или не он? Или…
Кажется, это и есть тот самый отвод глаз для Вельского. С помощью этой дряни меня из лечебницы и забрали… каз-зел!
А с черепом что?
Рад снял кольцо, отдал мне, но пальцем погрозил. Осторожнее надо.
- Почему?
И снова рисунок. Человек, аура вокруг, кольцо… тут уж я сообразила быстро.
- Оно от меня питается? И силы нужно много?
Кивок был весьма утвердительным.
Остался только череп животного. Но его Рад взял, а потом крепко сжал в ладони, и выдал номер. Встал на колени, сложил ладони и умоляюще посмотрел на меня.
Стало ясно, что зачем-то ему эта пакость нужна.
- Если так – забирай. Объяснишь, что он делает?
И снова кивок.
И снова рисунок. Забора, который… разламывается на части.
- Рушит барьеры? Все?
Кивок.
- Погоди… не открывает, как твой камень, а именно разрушает?
- Ы!
М-да… может, и мне бы пригодился? А с другой стороны… куда и зачем? Что мне тут разрушать – стены Академии?
Да и подозреваю я, что эта штука, во-первых, силу тянет, как пылесосом, а во-вторых, заметно будет. Я же скрыть не смогу…. Ладно! Пусть это будет моим подарком хорошему человеку. Он для меня отмычки не пожалел. И кстати…
- Рад, а ты мне дыру в заборе покажешь?
Рад кивнул и поднялся с крыльца. Двигался он, как ни странно, сейчас намного легче. Словно десять лет с плеч сбросил.
Я даже к себе прислушалась. А вдруг эти браслеты силу тянут, или еще что? Но нет.
Сил как было, так и осталось. И энергии, и даже прибавилось немножко. Наверное, и правда связь. Это было бы логично. Вот привязал меня Вельский, заодно и маячок надел. Типа родительского контроля, чтобы знать, где я нахожусь.
Вельский…
Ведь его родня должна быть в курсе дела. И куда он поехал, и зачем… Шарон пропал, артефакты пропали…
А и плевать!
К ректору они с этим вопросом не пойдут, из Академии меня надо еще выцарапать, а потом… потом я вообще удеру. Надеюсь.
***
Темнело.
Рад медленно шел по парку. Я шла в шаге за ним… вспоминая Ивана Сусанина.
Вот как!? Как ему это удается?! Идет – и листик не шелохнется. Травинка не дрогнет. А я уже раз шесть споткнулась, ушиблась, влезла башкой в паутину, собрала на себя ведро грязи…
Где справедливость?!
Рад этот вопрос нагло игнорировал. И шел, пока впереди не замаячила стена. То есть забор. Потом он пошел вдоль забора.
Я шипела, но шла за ним. И помалкивала.
Мало ли кто…
Мало ли что…
Услышат – проблем не оберешься. Хотя Рад и настоял и на камешке у меня на шее, и на кольце. Для верности.
Прошли мы еще около трехсот метров. Потом Рад остановился, показал на камень, который для меня ничем не отличался от остальных – и произнес свое знаменитое «Ы»!
Я подумала, и дотронулась до него.
Нет?
Значит, не о том подумала. Или не так сделала.
- Ы!
Рад дотронулся до груди и едва ногой на меня не топнул. Мол, не поняла, что ли?
Сразу – не поняла. А вот сейчас…
Камешек соприкоснулся с камнем. Благо, цепочка там была достаточно длинная. И часть стены просто отошла в сторону.
Каменной стены.
Забора из старых таких, мхом поросших валунов.
- Ы?
А вот это уже я сказала. От полного ошаления.
- Ы, - поддержал Рад.
Но я и так поняла, что произошло. Это, видимо, ход времен того же Олмарского. И открывается он, как и в библиотеке. А если посмотреть, как на ауры?
Ну, точно.
Есть у камешка аура. У всех она синяя, у него – голубая. И с разводами.
Почему не заметили?
Ага, только ректору и дела, каждый камень в ограде отсматривать. Наверное, просто не знали, а потом и забыли. Такое тоже бывает…
А за оградой свобода.
И чужой мир, в котором меня рассматривают только в качестве добычи. Я в нем ничего не знаю. Хуже арапа Петра Первого, тот хоть как-то во Франции пообтерся, а я тут вообще дикарем…
Я вздохнула, и повторно коснулась камня.
Ворота закрылись.
Я повернулась к Раду.
- Ты не мог бы меня еще немножко поводить? Чтобы я могла сама найти сюда дорогу?
- Ы.
Конечно. И поводит, и покажет…
Единственное существо, которое мне жалко будет оставлять в этом мире. Немой полоумный горбун. Ладно, не полоумный.
В артефактах он разбирается. И взгляд у него более осмысленный, чем раньше был. Наверное, он тут просто… одичал, что ли? Когда с тобой никто не разговаривает, когда ты никому не нужен… чего тут удивляться, что мужчина ушел в себя? А потом появилась я.
И оказалось, что он мне нужен. И я ему.
И мы подружились.
Вот он и проснулся от спячки. Такое бывает, и достаточно часто. А скоро я уйду…
Я бы взяла Рада с собой. Но в нашем мире он погибнет. Так же, как и я – в Эр-Сианне. Ему будет там плохо… и мне здесь плохо.
Безвыходная ситуация.
Почему-то сильно хотелось плакать.
***
Утро началось с букета роз.
Огромного!
Нет, не так. просто ОГРОМЕННОГО!!!
И ректора на другом его конце.
- Наташенька, я просто умоляю… сегодня вечером я исправлю свою ошибку, если вы позволите!
Я кивнула и зевнула.
Демоны, гады… меня ж тут… того, пока вы думать изволите! Вот что теперь делать? Отдаваться? Или поломаться для приличия?
Вообще, порядочные девушки на первом свидании не дают. И на втором тоже. За ними поухаживать надо. Но тут же афродизиаки… кстати!!!
Пакостность натуры тут же проснулась.
- Тэр ректор, а есть какие-то артефакты, определяющие посторонние вещества в пище? Или заклинания на эту тему? Вы мне, вроде как, обещали?
Мужика аж перекосило.
А ты думал, что у меня весь вес в попу ушел? Не-эт! На мозги там тоже с полкило осталось…
- Таэра, со мной вы можете ничего такого не опасаться.
- Не могу, - потупилась я, к восторгу всех подслушивающих (считай – весь этаж общаги). – Тэр ректор, мне сказали, что в моем организме еще и возбуждающие были обнаружены… я так не могу. А если я вас изнасилую?
Какие ж у красавца глаза стали! А откуда-то сбоку послышалось сдавленное хрюканье… зря!
Ректор тут же вспомнил, что он – главный лев в саванне, сдвинул брови и медленно повернул голову. Зрителей, как ветром сдуло.
А у него появилось время прийти в себя.
- Мы это вечером обсудим, Наташенька. Обещаю.
И улыбочка.
И поцелуй руки… ну кто бы на моем месте удержался?
Вот и я не смогла… розы удержать не смогла. И букет совершенно случайно проехался по ногам ректора… сам себе и виноват. Розы – они колючие.
К чести мужчины – не взвыл. Даже не дернулся. Стоик!
Проверим границы стойкости?
Но пока ее хватило поулыбаться, откланяться и красиво уйти. А я еще раз зевнула и пошла ставить идиотский веник в вазу. А заодно размышлять, кто тут дурак.
Между нами говоря… оба?
Ректор – потому что считает меня Таткой. И с ней бы это все сработало, и на предупреждения она бы внимания не обратила, и сейчас бы млела рядом с Аделасом. Зато была бы счастлива пару лет.
Или я? Потому что решительно растоптала розовые очки и собираюсь сражаться за свою жизнь со всем миром? Даже без особой надежды на победу?
Глупо же трепыхаться? Правда?
А с другой стороны… Наполеон в 1812-м считал, что возьмет Россию и поцарствует, гитлеровские солдаты домой писали, что русские никак свое тупое сопротивление не прекратят…
Кто сказал, что Эр-Сианн хуже Наполеона? Тому разъяснили, и этим разъясним. И вообще, на каждого охотника найдется его персональный медведь.
Вы меня хотели?
Я пришла. Не обессудьте.
***
На завтраке было непривычно шумно и оживленно. Студенты переговаривались… я подсела за столик к своей компании.
- Привет! Что случилось? Я пока не в курсе?
- Ну… ты и ректор – это тоже тема, - хихикнула Вариана.
Если она думала, что я смущаться буду – зря. Я даже плечами не пожала, угрызая капустный салат.
- Почему нет? Он не помолвлен, в отличие от того же Аделаса. Свободный мужчина, симпатичный, с достатком… с хорошим положением в обществе – я ничего не путаю?
Вариана задумалась, а потом качнула головой.
- Н-нет. Но…
- Почему он на меня клюнул?
Тут уже кивнул и Галан. Понятно, иномирянка, но ведь можно и кого-то другого подсунуть. Лоринских много, не один найдется, так второй. Ректор ближе, конечно, но это вопрос не расстояния, а желания.
- А чему вы удивляетесь, - решила я напакостить напоследок. – Вот оглядитесь вокруг, вы что именно видите?
Ребята огляделись, но смысл вопроса не поняли.
- Магов? - предположила Тамила.
Я закатила глаза.
- Выставку вы видите, Тами. Понимаешь, выставку! Вы все однотипные. Глаза – большие. Носы – прямые. Губы пухлые, волосы шикарные… да на вашем фоне любой, кто отличается, уже будет пользоваться успехом. Я же правильно понимаю, вы себя магией подправляете?
- Д-да…
- А что при этом теряется всякая индивидуальность? Не думали?
Кажется, эта мысль ни парням, ни девушкам в голову не приходила.
- И что? Теперь бородавки и шрамы на себя наносить? Или вообще татуировки, как у демонов? – презрительно фыркнул Лавир.
Я пожала плечами.
- Дело твое, конечно. Но лучше подумай головой. Лицо может быть красивым и без идеальных пропорций. И ты можешь быть весьма симпатичным, не увеличивая глаза и не надувая губы… погоди минутку. Где тут у меня тетрадь?
Не могу сказать, что я хороший художник. Но АСФ же!
Да и не надо мне Пикассо изображать, и Рубенса не надо. А вот несколько лиц набросать на листке бумаги…
Причем – лиц нестандартных.
Михаил Боярский и Василий Ливанов. Вениамин Смехов и Эммануил Виторган. А рядом - Евгений Леонов.
Я могу.
Фотографического сходства не получилось, но лица-то у них далеки от идеальных пропорций. И в то же время… вон, как Тамила на Ливанова смотрит! Ага, лучший Шерлок Холмс всего кинематографа, причем, по признанию самих англичан – это вам не кот начхал!
А Галан хлопает ресницами на Боярского. Понятно, я его изобразила в роли д’Артаньяна. С кудрями и хитрой гасконской моськой.
Ну, не идеал.
Но ведь прелесть?
- Это ваши… кто? – поинтересовалась Вариана, потихоньку отжимая листок в свою пользу.
- Это наши знаменитости, - не стала врать я. – Или вот…
На этот раз под карандашом появилась Наталья Варлей. В роли той самой, Кавказской пленницы. А Вера Алентова? Ирина Муравьева?
Вроде бы не идеалы, но…
Москва слезам не верит – и мировая известность. И ведь они были, как в жизни. Не накачивали губ, не вживляли себе силикон, они просто жили в кино. Горели, светились, искрили…
И капелька их обаяния, кажется, смогла преодолеть пространство и время. Во всяком случае, Лавир на Наталью Варлей ТАК посмотрел…
- Ребята, они не идеальны. Но разве они некрасивы?
Дубль два.
Четверка за моим столом оглядывает столовую. И на красивых, кукольных личиках проявляется понимание. Не знаю уж, что они дальше делать будут. Но есть подозрение, что идеалы красоты у них поменяются.
Про ректора забыли наглухо. Я тем более напоминать не стала. Доела кашу, скушала три булочки и отправилась заниматься медитацией.
***
Спокойствие, только спокойствие.
И наблюдение за соседями.
И – не летать!
Постепенно, медленно, я училась смотреть на ауры. И на конкретную, и на все сразу, и выделять детали, которые раньше от меня ускользали…
Представляла перед собой рунные круги.
Хорошо, что зрительная память у меня отличная. Ну что там… я чертежи могу копировать по памяти! Я – АСФ! Для меня начерталка – дом родной, а там и похлеще встречается, чем рунные круги. И посложнее… вы видели хоть раз чертеж жилого дома? Поэтажный план? А коммуникации?
Кусаться начнешь!
А я могу все это сделать!
Рунные круги, конечно, не слишком привычны, но эйдетическая память правит бал. Какая мне, по сути, разница? Что теорема Пифагора со всеми ее чертежами и доказательствами, что рунный круг? Только что сложность побольше…
Да и тренировалась я в свое время. Не знала, что тренируюсь, но была у нас в детстве игра. Поглядеть на фотографию, а потом сравнить, кто больше деталей запомнил. Я думала, отец просто так, а он меня учил. Он, кстати, тоже архитектор.
Сначала лучше получалось у отца, потом у меня…
Сейчас я рассматривала ауры. А когда надоело, начала воспроизводить рунные круги.
Книгу я запомнила… подозреваю, там и магия была вложена, чтобы оно осталось у меня в голове. Но никакая магия от работы не спасает.
Хоть что тебе вложи, хоть всю теорию, а без осознания, осмысления, без труда…
Нет, не станет она твоей.
Так кто-то может долго копаться в справочниках, а кто-то сразу скажет и в какую книгу лезть, и на какой страничке ответ. Для кого-то справочники так и остались приложением. А для кого-то стали частью разума.
Круги воспроизводились легко. И я знала, если я захочу напитать их силой – я справлюсь.
Но…
Вот и оно, что – но!
В тот раз мне помог Шарон. Он, конечно, не ожидал такого, но силой-то он в меня ударил!
Попал в круг, подпитал его, ну и… получил, на свою голову. Пусть теперь покоится с миром. А что мне делать сейчас?
Это был вопрос на сто баксов. Или сто баллов.
Я сильная, да. Но я пока недоучка, чтобы не сказать – ноль без палочки. И навыков у меня нет. И вообще… провал открывать – это не взлететь на три сантиметра, и то – случайно. Есть подозрение, что моих сил тупо не хватит. А откуда и что взять?
Есть ли в этом мире аналог батарейки? И если да, то где его взять, сколько он стоит…
Этот вопрос я и задала атаре Сверасс, когда занятие подходило к концу, и ученики начали выходить из состояния расслабления и отрешенности.
