Наш Симар-2 находился слева от гор. Слева, если стоять лицом к океану. Берег здесь был крутой, специально выбирали подходящий для Рила, глубина около берега была не меньше нескольких десятков метров. Рядом с горным массивом протянулась широкой полосой степь, а за ней – лес. Сверху это выглядело очень красиво. Серые скалы, зеленые межгорные долинки с яркими пятнышками цветов, желто-зеленая степь с голубыми вкраплениями озер, темно-зеленый лес и сине-серый океан. Рассматривать долинки, находящиеся около берега, мы не стали и сразу направились вверх. Далеко улететь не успели, подходящее место нашлось в ста метрах от берега. Вытянутая неширокая долина, с одной стороны которой бежали воды горной речки, а с другой обнаружилась подходящая пещера. Она состояла из широкой, почти круглой, входной части, прихожей, и двух более узких ответвлений, спален. Ответвления были выстланы всеми тремя слоями ватара, которые разрослись и на прилегающие части прихожей. Когда-то давно в пещере явно жили драконы. Возможно, те же самые дети Шавира. Ее надо было только очистить от накопившейся пыли и мусора, и можно было заселяться. Очистив пещеру, мы вернулись в Симар-2.
Дети спали, а в большой гостиной нового дома собирались обедать. Обычно трапезы проходили на поляне-столовой, но ни нести туда только что уснувших детей, ни оставлять их одних не хотелось.
- Нам повезло, - рассказывала Эйтана. – Когда все началось, мы были рядом с самым спокойным местом, где народ обычно пережидал извержения. Поэтому и продержались так долго.
Мальчишек Эйтана назвала Аронт и Тилар. Братья родились в разных мирах, и каждый получил имя мира, в котором родился.
А на Тилларе появился еще один клан – Катиани. Если говорить юридически точно, то они назывались «группа на правах клана». До клана численностью не дотянули. Местом своего поселения катиани выбрали подводные горы в океане. Самые высокие из них поднимались над поверхностью воды, образовывая острова. Так что у них было жилье и надводное, и подводное. Эйтана с детьми и Тойа остались жить в Симар-2.
Наш с Ширатом эксперимент продолжался. Результаты были ощутимы. Моих сил хватало на все более энергоемкие магические действия. Через два месяца, когда мы в очередной раз пришли на Озеро, я не почувствовала льда. Зашла в воду поглубже – нет.
- Можно сказать, что начальная часть эксперимента завершена, - обрадовал меня Шират. – Период первой нестабильности закончен. Два месяца вместо пяти лет, по-моему неплохо.
Не то слово! Я готова была прыгать от радости. Теперь следующая задача – сократить период стабильности.
С мамой мы виделись редко. Сначала, пока Дашир учил ее летать, мы несколько раз заходили в гости. Жила мама у Видящей. Та выделила ей пещеру, познакомила с распорядком, отсюда Дашир забирал ее на занятия, и сюда же приводил после них. Магией он с мамулей не занимался. Проверил ее уровень, увидел, что он почти на нулевой отметке, поэтому просто учил летать. Ну а мы, конечно, поделились опытом. И с мамой, и с Видящей. У меня же тоже так было. Часть моей истории Видящая знала, но о последних экспериментах услышала только сейчас. И в последнее посещение предупредила нас, чтобы без приглашения в ближайшие четыре, а может быть даже и шесть месяцев, не появлялись. Так как у мамы начинается этап учебы, требующий полной сосредоточенности и отрешения от окружающего мира. Когда можно будет встречаться, мама сама к нам придет.
Эршар
Я сопровождал Катю, которая решала свои квартирные дела, когда ее кто-то позвал:
- Катерина Сергеевна, подождите!
К нам спешил парень, увидев которого Катя заявила:
- Убирайся! Видеть тебя не хочу!
Понял. Это Дашкин кавалер. Бывший. Подождав, пока он приблизится, я, признаюсь, с удовольствием, врезал ему по скуле. Не в полную силу, конечно. Но не ожидавший этого мальчишка оказался на земле.
- Кать, ты иди. Я догоню. Мы тут пообщаемся немного.
- Ты его только не убей.
- Постараюсь.
За подлость надо наказывать. Хотя бы так. Хоть это и не лучший вариант. Катя ушла, мальчишка поднялся.
- Чего дерешься? Не спорил я на нее.
- А зачем тогда ей сказал, что спорил?
- Чтобы больше ко мне не приставала. Если мои родители узнают, то и мне, и ей хуже будет.
- Пожалел, значит? – я ударил его еще раз. Он опять упал. Думаю, Шират моих действий не одобрит. Но ничего, переживет. А из-за ближайшего дома ко мне неслась девчонка:
- Не смей его бить!
С разбега толкнула меня. Я-то остался стоять на месте, а она ладошки отшибла.
- А ты кто такая?
- Не твое дело!
- Галя, прекрати, я сам разберусь.
- Вижу я как ты сам разбираешься!
- Скажи мне, Галя, а если бы ты попала в такую же ситуацию, как Даша, что бы ты сделала?
- Я в такую не попаду!
- Не зарекайся, - ответил ей, понимая, что попадет. Сама сейчас своим ответом повернула свою судьбу в другую сторону. Говорить здесь было не с кем и не о чем. Разве что выяснить.
- Тебе зачем Катерина Сергеевна нужна была?
- Хотел узнать, что с Дашей. Она в школу не пришла.
- И не придет. Даша уехала.
Дожидаться следующих вопросов я не стал. Хватит. Пора догонять Катю.
Догнал я ее вовремя. Двое мужиков уже прикидывали, как ее обмануть. Заставил их забыть о Кате и отправил в противоположную часть города. Там придут в себя и не поймут, как и зачем в этом месте оказались. А Кате показал того, с кем можно было договариваться. Со всем остальным она справилась сама. Только предупредила меня, что придется прийти сюда еще пару раз.
А вот реакция Ширата меня удивила. Я готовился выслушать очередную лекцию на тему «Не лезь без нужды в дела другого мира», но ничего подобного не случилось. Он выслушал, спросил только:
- Мальчишка в больницу после твоего воспитания не попадет?
- Не должен, вроде.
- Проследи. Чтобы тебя через Катю с полицией искать не начали.
- Прослежу. Все равно туда еще идти придется.
- А если уже ищут, что делать будешь? – решил проэкзаменовать меня Шират. Я отбарабанил перечень действий, и он, вроде, остался доволен. Посмотрел на меня, вздохнул:
- Я очень надеюсь, что ты не намерен расплачиваться собственной душой за этого мелкого подонка.
Да, умеет сказать … доходчиво.
- Не намерен, - подтвердил и смылся побыстрее. Хватит. Поговорили.
Через неделю, когда мы с Катей пришли получить готовые документы из одной организации и передать их в следующую, практически на том же месте встретили Галю.
- Ты! – закричала она, увидев меня.
- Я.
- Из-за тебя Лешка в больницу попал!
- И что с ним?
- Он на ногах стоять не может! Говорит, что голова кружится, и падает!
- Отсюда он ушел на своих ногах?
- Да.
- Когда он не смог встать впервые?
- Два дня назад.
Через пять дней после удара.
- А почему ты решила, что это из-за меня?
- А из-за кого? – опешила она.
Логика потрясающая. Узнав, где сейчас обитает ее обожаемый Леша, я пообещал зайти к нему.
- Он родителям про тебя не говорил.
Я кивнул, принимая информацию к сведению, и пошел догонять Катю. Дождался, пока она справится со своими делами, вернул ее на Тиллару, и отправился разбираться с бывшим Дашкиным парнем.
Около Лешкиной палаты рыдала его мама, состояние отца было немногим лучше. Медсестра отпаивала их успокоительным. Что произошло? То, что парень жив, я чувствовал. Заглянул в головы родителей. Рыться не пришлось, все нужное было на поверхности. Только что с ними говорил врач. У Лешки – опухоль мозга. Довольно старая, растущая. До сих пор она ничем не проявлялась, а сейчас начала влиять на вестибулярный аппарат. Дальше будет только хуже. Единственный вариант хоть как-то помочь – операция. И то без гарантии успеха. Может быть, поможет. А может быть и летальный исход.
Надо глянуть самому. Целительство не является моей сильной стороной, но увидеть, что происходит, я могу. Лешке показываться не стал, зашел невидимым. Да, все так, как сказал врач. А теперь вопрос: что изменил мой удар? Мог ничего не изменить, а мог спровоцировать ускоренный рост опухоли. Как это определить? И что делать? Попросил у Всевышнего дать мне понять, насколько я виноват в состоянии парня, и потащил его к Хрустальному Озеру. Хотя очень мне этого не хотелось.
Ответ я получил. Не успел уложить парня в кокон, как Озеро выплеснуло его прямо мне в руки. Отнес обратно, убрал у него и у сидящей у входа в больницу Гали воспоминания о нашей встрече, и ушел. На душе было паршиво. Да, я все сделал правильно. Тиллара определила этот случай как тот, в который вмешиваться она не могла. Или не считала нужным. Опухоль эта у парня не первый день, и рано или поздно проявила бы себя. Он – землянин, и Земля сама знает, чью жизнь ей поддерживать, а чью – нет. И не мне ей указывать. Почему меня эта история так зацепила?
Терзался я долго. Озарение пришло, как всегда, неожиданно. Картинкой-воспоминанием давнего урока.
- Вы – Хранители, - говорил учитель. – Вы имеете право на адекватный ответ тому, кто причинил боль вашим подопечным. Но вы не должны получать удовольствие от этого. Существо, находящееся на более низком уровне, чем вы, выбрало неправильный путь. В каких-то ситуациях вы можете помочь ему осознать его ошибку. Разными способами. В том числе, и болезненными. Но получать удовольствие от наказания вы не должны.
Все сразу встало на свои места. Я вспомнил, с каким удовольствием ударил Лешку. Удовольствием от того, что Дашина боль не останется безответной, и ему тоже будет плохо. Для человека такие эмоции естественны. А вот у дракона их быть не должно. Нам больше дано, и с нас больше спрашивают.
Следующим заданием был «отъезд» Ренатиных родственников. Траурные мероприятия прошли, и теперь надо было как-то объяснить исчезновение всей семьи. Я выступал в роли Ренатиного жениха, жившего где-то в Южной Америке. Рената и младшие девочки, по легенде, уже жили у меня. Теперь я забирал с собой оставшуюся часть семьи. Эльдара, мама Ренаты, говорила, что все шито белыми нитками, но деталями никто особо не интересовался. Устроились, и хорошо. Про нитки я сначала не понял. Что зашито, и почему именно белыми. Объяснила Руфия, самая бойкая из сестер. Как бы то ни было, мы распрощались с родственниками и отбыли в «Южную Америку». Надо будет там побывать, чтобы хоть какое-то представление иметь о месте, в котором мы якобы проживаем.
Маша
Я родила во время Прохождения Тиверила. Малыши были рыжие. Один был расцветкой похож на меня, второй – на Ивана, а третий был без полос, равномерно рыжий. Две девочки и мальчик. Первую неделю глазки у них были закрыты, как у любых порядочных котят. Это время они попеременно спали и ели. Ну и выделяли продукты жизнедеятельности. Вылизывать их я не могла. Инстинкт требовал, но я не настолько чувствовала себя кошкой. Киата, наша наставница, проинструктировала Ваню, так что основные трудности пришлось преодолевать ему. Не одному, помощников у него было достаточно. Моей задачей было есть и кормить котят. Оборачиваться мне все еще было нельзя, могли возникнуть проблемы с молоком. Так что я кормила котят и наслаждалась этим. Мы с Ваней пока не могли определиться, как будем называть малышей. С одной стороны, хотелось использовать земные имена, с другой – девочкам по-моему они абсолютно не подходили. Поэтому я использовала временные имена, а уже после оборота определимся. Имя же должно подходить обоим ипостасям. Так что старшую, похожую на меня девочку я называла Рыся, вторую, похожую на Ваню – Тигра, а парень у нас стал Жекой. Даже не знаю, почему. Вот шло ему это имя, и все. Причем, не Евгений, ни Женя, а именно Жека. Очень быстро эти временные имена прижились, и я уже не представляла, что малышей можно называть как-то иначе. Правду говорят, что нет ничего более постоянного, чем временное.
Самой бойкой была Тигра. Она и росла и двигалась быстрее других. Она же первая сменила ипостась, когда ей был всего месяц от роду. Но не испугалась. Глазищи сделались большие, круглые, удивленные. Типа «Что это со мной произошло?». Брат и сестра смотрели на нее с интересом. Ваня менял ипостась при них, я выходила на это время. Малышам рекомендуют показывать, как меняют ипостась родители. Они привыкают к родителям в обоих видах и легче оборачиваются сами. Вот и сейчас, когда Тигра обернулась, Ваня взял ее на руки, начал гладить ладошки, а она вдруг крепко ухватилась ручками за его пальцы. Он поиграл с ней немного, и малышка проголодалась, начала хныкать. Тогда Ваня приложил ее к моему животу. Сосать кошку в человеческой ипостаси было неудобно, и малышка вернулась к привычному для себя виду. На следующий день меняли ипостась уже все трое. И я вместе с ними. Это произошло так естественно. Вот только кормить всех троих одновременно не могла. Да и малышам, как выяснилось, больше нравилось кормиться в кошачьем виде. Удобнее. У нас выработался определенный распорядок. Спали и ели малые котятами, а игрались то в одном, то в другом виде. Постепенно время человеческой ипостаси увеличивалось. А когда я начала их подкармливать, то и кушать начали по-человечески.
Вокруг нас происходили какие-то события, Ваня рассказывал мне о новом клане, о том, что происходило в обоих поселках, но все эти новости почему-то не вызывали у меня эмоционального отклика. Было ощущение, что я и котята находимся в закрытой сфере, куда никто кроме Вани не может зайти. А Ваня был связующим звеном между нами и миром. Исключением была Дашка со своим малым. Я рассказала об этом Киате. Она меня успокоила, сказала, что это – лучшая защита, которую мать может дать своим детям, пока они совсем маленькие. Когда подрастут и, по моему ощущению, начнут выбираться из сферы, она потихоньку исчезнет. И мое восприятие внешних событий восстановится. Это хорошо, потому что из-за этой отрешенности я чувствовала себя не комфортно. Подозревала, что начались психические отклонения. Когда я сменила ипостась, Ваня еще раз познакомил меня с братьями и Виктором. Нормального общения не получилось, все мои мысли были заняты маленькими. Ваня на меня даже немного обиделся. Я попросила Киату объяснить ему и всем нашим родственникам, что со мной происходит. Она устроила нам всем занятие на тему «Поведение вилерил после родов». Оказывается, мое восприятие – следствие того, что беременность и роды у меня прошли в ипостаси. В таких случаях влияние кошачьей составляющей очень велико в первые два-три месяца после родов. Моя ситуация – не единственно возможный вариант. Бывает, правда гораздо реже, противоположный – когда кошка сразу после родов рвется гулять и на котят внимания не обращает. Это два крайних варианта, а между ними есть еще несколько промежуточных. Если же беременность и роды проходят в человеческой ипостаси, то и проблемы, если возникают, бывают обычные, человеческие.
Даша родила сына через два месяца после меня. Надо признать, что ей было труднее всех. Поскольку ипостась она еще не получила, то проходила беременной положенные девять земных месяцев. А из-за того, что в Хрустальном Озере не побывала, магии у нее не было совсем. Это огорчало Дашулю больше всего. Но она подружилась за это время с Ваниными братьями и Витей. А еще ее опекал Эршар.
Тошка, как и мы с бабушкой, оказался рысью. Коричнево-рыжей со светло-серой грудкой и носочками на лапах.
Дети спали, а в большой гостиной нового дома собирались обедать. Обычно трапезы проходили на поляне-столовой, но ни нести туда только что уснувших детей, ни оставлять их одних не хотелось.
- Нам повезло, - рассказывала Эйтана. – Когда все началось, мы были рядом с самым спокойным местом, где народ обычно пережидал извержения. Поэтому и продержались так долго.
Мальчишек Эйтана назвала Аронт и Тилар. Братья родились в разных мирах, и каждый получил имя мира, в котором родился.
А на Тилларе появился еще один клан – Катиани. Если говорить юридически точно, то они назывались «группа на правах клана». До клана численностью не дотянули. Местом своего поселения катиани выбрали подводные горы в океане. Самые высокие из них поднимались над поверхностью воды, образовывая острова. Так что у них было жилье и надводное, и подводное. Эйтана с детьми и Тойа остались жить в Симар-2.
Наш с Ширатом эксперимент продолжался. Результаты были ощутимы. Моих сил хватало на все более энергоемкие магические действия. Через два месяца, когда мы в очередной раз пришли на Озеро, я не почувствовала льда. Зашла в воду поглубже – нет.
- Можно сказать, что начальная часть эксперимента завершена, - обрадовал меня Шират. – Период первой нестабильности закончен. Два месяца вместо пяти лет, по-моему неплохо.
Не то слово! Я готова была прыгать от радости. Теперь следующая задача – сократить период стабильности.
С мамой мы виделись редко. Сначала, пока Дашир учил ее летать, мы несколько раз заходили в гости. Жила мама у Видящей. Та выделила ей пещеру, познакомила с распорядком, отсюда Дашир забирал ее на занятия, и сюда же приводил после них. Магией он с мамулей не занимался. Проверил ее уровень, увидел, что он почти на нулевой отметке, поэтому просто учил летать. Ну а мы, конечно, поделились опытом. И с мамой, и с Видящей. У меня же тоже так было. Часть моей истории Видящая знала, но о последних экспериментах услышала только сейчас. И в последнее посещение предупредила нас, чтобы без приглашения в ближайшие четыре, а может быть даже и шесть месяцев, не появлялись. Так как у мамы начинается этап учебы, требующий полной сосредоточенности и отрешения от окружающего мира. Когда можно будет встречаться, мама сама к нам придет.
Эршар
Я сопровождал Катю, которая решала свои квартирные дела, когда ее кто-то позвал:
- Катерина Сергеевна, подождите!
К нам спешил парень, увидев которого Катя заявила:
- Убирайся! Видеть тебя не хочу!
Понял. Это Дашкин кавалер. Бывший. Подождав, пока он приблизится, я, признаюсь, с удовольствием, врезал ему по скуле. Не в полную силу, конечно. Но не ожидавший этого мальчишка оказался на земле.
- Кать, ты иди. Я догоню. Мы тут пообщаемся немного.
- Ты его только не убей.
- Постараюсь.
За подлость надо наказывать. Хотя бы так. Хоть это и не лучший вариант. Катя ушла, мальчишка поднялся.
- Чего дерешься? Не спорил я на нее.
- А зачем тогда ей сказал, что спорил?
- Чтобы больше ко мне не приставала. Если мои родители узнают, то и мне, и ей хуже будет.
- Пожалел, значит? – я ударил его еще раз. Он опять упал. Думаю, Шират моих действий не одобрит. Но ничего, переживет. А из-за ближайшего дома ко мне неслась девчонка:
- Не смей его бить!
С разбега толкнула меня. Я-то остался стоять на месте, а она ладошки отшибла.
- А ты кто такая?
- Не твое дело!
- Галя, прекрати, я сам разберусь.
- Вижу я как ты сам разбираешься!
- Скажи мне, Галя, а если бы ты попала в такую же ситуацию, как Даша, что бы ты сделала?
- Я в такую не попаду!
- Не зарекайся, - ответил ей, понимая, что попадет. Сама сейчас своим ответом повернула свою судьбу в другую сторону. Говорить здесь было не с кем и не о чем. Разве что выяснить.
- Тебе зачем Катерина Сергеевна нужна была?
- Хотел узнать, что с Дашей. Она в школу не пришла.
- И не придет. Даша уехала.
Дожидаться следующих вопросов я не стал. Хватит. Пора догонять Катю.
Догнал я ее вовремя. Двое мужиков уже прикидывали, как ее обмануть. Заставил их забыть о Кате и отправил в противоположную часть города. Там придут в себя и не поймут, как и зачем в этом месте оказались. А Кате показал того, с кем можно было договариваться. Со всем остальным она справилась сама. Только предупредила меня, что придется прийти сюда еще пару раз.
А вот реакция Ширата меня удивила. Я готовился выслушать очередную лекцию на тему «Не лезь без нужды в дела другого мира», но ничего подобного не случилось. Он выслушал, спросил только:
- Мальчишка в больницу после твоего воспитания не попадет?
- Не должен, вроде.
- Проследи. Чтобы тебя через Катю с полицией искать не начали.
- Прослежу. Все равно туда еще идти придется.
- А если уже ищут, что делать будешь? – решил проэкзаменовать меня Шират. Я отбарабанил перечень действий, и он, вроде, остался доволен. Посмотрел на меня, вздохнул:
- Я очень надеюсь, что ты не намерен расплачиваться собственной душой за этого мелкого подонка.
Да, умеет сказать … доходчиво.
- Не намерен, - подтвердил и смылся побыстрее. Хватит. Поговорили.
Через неделю, когда мы с Катей пришли получить готовые документы из одной организации и передать их в следующую, практически на том же месте встретили Галю.
- Ты! – закричала она, увидев меня.
- Я.
- Из-за тебя Лешка в больницу попал!
- И что с ним?
- Он на ногах стоять не может! Говорит, что голова кружится, и падает!
- Отсюда он ушел на своих ногах?
- Да.
- Когда он не смог встать впервые?
- Два дня назад.
Через пять дней после удара.
- А почему ты решила, что это из-за меня?
- А из-за кого? – опешила она.
Логика потрясающая. Узнав, где сейчас обитает ее обожаемый Леша, я пообещал зайти к нему.
- Он родителям про тебя не говорил.
Я кивнул, принимая информацию к сведению, и пошел догонять Катю. Дождался, пока она справится со своими делами, вернул ее на Тиллару, и отправился разбираться с бывшим Дашкиным парнем.
Около Лешкиной палаты рыдала его мама, состояние отца было немногим лучше. Медсестра отпаивала их успокоительным. Что произошло? То, что парень жив, я чувствовал. Заглянул в головы родителей. Рыться не пришлось, все нужное было на поверхности. Только что с ними говорил врач. У Лешки – опухоль мозга. Довольно старая, растущая. До сих пор она ничем не проявлялась, а сейчас начала влиять на вестибулярный аппарат. Дальше будет только хуже. Единственный вариант хоть как-то помочь – операция. И то без гарантии успеха. Может быть, поможет. А может быть и летальный исход.
Надо глянуть самому. Целительство не является моей сильной стороной, но увидеть, что происходит, я могу. Лешке показываться не стал, зашел невидимым. Да, все так, как сказал врач. А теперь вопрос: что изменил мой удар? Мог ничего не изменить, а мог спровоцировать ускоренный рост опухоли. Как это определить? И что делать? Попросил у Всевышнего дать мне понять, насколько я виноват в состоянии парня, и потащил его к Хрустальному Озеру. Хотя очень мне этого не хотелось.
Ответ я получил. Не успел уложить парня в кокон, как Озеро выплеснуло его прямо мне в руки. Отнес обратно, убрал у него и у сидящей у входа в больницу Гали воспоминания о нашей встрече, и ушел. На душе было паршиво. Да, я все сделал правильно. Тиллара определила этот случай как тот, в который вмешиваться она не могла. Или не считала нужным. Опухоль эта у парня не первый день, и рано или поздно проявила бы себя. Он – землянин, и Земля сама знает, чью жизнь ей поддерживать, а чью – нет. И не мне ей указывать. Почему меня эта история так зацепила?
Терзался я долго. Озарение пришло, как всегда, неожиданно. Картинкой-воспоминанием давнего урока.
- Вы – Хранители, - говорил учитель. – Вы имеете право на адекватный ответ тому, кто причинил боль вашим подопечным. Но вы не должны получать удовольствие от этого. Существо, находящееся на более низком уровне, чем вы, выбрало неправильный путь. В каких-то ситуациях вы можете помочь ему осознать его ошибку. Разными способами. В том числе, и болезненными. Но получать удовольствие от наказания вы не должны.
Все сразу встало на свои места. Я вспомнил, с каким удовольствием ударил Лешку. Удовольствием от того, что Дашина боль не останется безответной, и ему тоже будет плохо. Для человека такие эмоции естественны. А вот у дракона их быть не должно. Нам больше дано, и с нас больше спрашивают.
Следующим заданием был «отъезд» Ренатиных родственников. Траурные мероприятия прошли, и теперь надо было как-то объяснить исчезновение всей семьи. Я выступал в роли Ренатиного жениха, жившего где-то в Южной Америке. Рената и младшие девочки, по легенде, уже жили у меня. Теперь я забирал с собой оставшуюся часть семьи. Эльдара, мама Ренаты, говорила, что все шито белыми нитками, но деталями никто особо не интересовался. Устроились, и хорошо. Про нитки я сначала не понял. Что зашито, и почему именно белыми. Объяснила Руфия, самая бойкая из сестер. Как бы то ни было, мы распрощались с родственниками и отбыли в «Южную Америку». Надо будет там побывать, чтобы хоть какое-то представление иметь о месте, в котором мы якобы проживаем.
Маша
Я родила во время Прохождения Тиверила. Малыши были рыжие. Один был расцветкой похож на меня, второй – на Ивана, а третий был без полос, равномерно рыжий. Две девочки и мальчик. Первую неделю глазки у них были закрыты, как у любых порядочных котят. Это время они попеременно спали и ели. Ну и выделяли продукты жизнедеятельности. Вылизывать их я не могла. Инстинкт требовал, но я не настолько чувствовала себя кошкой. Киата, наша наставница, проинструктировала Ваню, так что основные трудности пришлось преодолевать ему. Не одному, помощников у него было достаточно. Моей задачей было есть и кормить котят. Оборачиваться мне все еще было нельзя, могли возникнуть проблемы с молоком. Так что я кормила котят и наслаждалась этим. Мы с Ваней пока не могли определиться, как будем называть малышей. С одной стороны, хотелось использовать земные имена, с другой – девочкам по-моему они абсолютно не подходили. Поэтому я использовала временные имена, а уже после оборота определимся. Имя же должно подходить обоим ипостасям. Так что старшую, похожую на меня девочку я называла Рыся, вторую, похожую на Ваню – Тигра, а парень у нас стал Жекой. Даже не знаю, почему. Вот шло ему это имя, и все. Причем, не Евгений, ни Женя, а именно Жека. Очень быстро эти временные имена прижились, и я уже не представляла, что малышей можно называть как-то иначе. Правду говорят, что нет ничего более постоянного, чем временное.
Самой бойкой была Тигра. Она и росла и двигалась быстрее других. Она же первая сменила ипостась, когда ей был всего месяц от роду. Но не испугалась. Глазищи сделались большие, круглые, удивленные. Типа «Что это со мной произошло?». Брат и сестра смотрели на нее с интересом. Ваня менял ипостась при них, я выходила на это время. Малышам рекомендуют показывать, как меняют ипостась родители. Они привыкают к родителям в обоих видах и легче оборачиваются сами. Вот и сейчас, когда Тигра обернулась, Ваня взял ее на руки, начал гладить ладошки, а она вдруг крепко ухватилась ручками за его пальцы. Он поиграл с ней немного, и малышка проголодалась, начала хныкать. Тогда Ваня приложил ее к моему животу. Сосать кошку в человеческой ипостаси было неудобно, и малышка вернулась к привычному для себя виду. На следующий день меняли ипостась уже все трое. И я вместе с ними. Это произошло так естественно. Вот только кормить всех троих одновременно не могла. Да и малышам, как выяснилось, больше нравилось кормиться в кошачьем виде. Удобнее. У нас выработался определенный распорядок. Спали и ели малые котятами, а игрались то в одном, то в другом виде. Постепенно время человеческой ипостаси увеличивалось. А когда я начала их подкармливать, то и кушать начали по-человечески.
Вокруг нас происходили какие-то события, Ваня рассказывал мне о новом клане, о том, что происходило в обоих поселках, но все эти новости почему-то не вызывали у меня эмоционального отклика. Было ощущение, что я и котята находимся в закрытой сфере, куда никто кроме Вани не может зайти. А Ваня был связующим звеном между нами и миром. Исключением была Дашка со своим малым. Я рассказала об этом Киате. Она меня успокоила, сказала, что это – лучшая защита, которую мать может дать своим детям, пока они совсем маленькие. Когда подрастут и, по моему ощущению, начнут выбираться из сферы, она потихоньку исчезнет. И мое восприятие внешних событий восстановится. Это хорошо, потому что из-за этой отрешенности я чувствовала себя не комфортно. Подозревала, что начались психические отклонения. Когда я сменила ипостась, Ваня еще раз познакомил меня с братьями и Виктором. Нормального общения не получилось, все мои мысли были заняты маленькими. Ваня на меня даже немного обиделся. Я попросила Киату объяснить ему и всем нашим родственникам, что со мной происходит. Она устроила нам всем занятие на тему «Поведение вилерил после родов». Оказывается, мое восприятие – следствие того, что беременность и роды у меня прошли в ипостаси. В таких случаях влияние кошачьей составляющей очень велико в первые два-три месяца после родов. Моя ситуация – не единственно возможный вариант. Бывает, правда гораздо реже, противоположный – когда кошка сразу после родов рвется гулять и на котят внимания не обращает. Это два крайних варианта, а между ними есть еще несколько промежуточных. Если же беременность и роды проходят в человеческой ипостаси, то и проблемы, если возникают, бывают обычные, человеческие.
Даша родила сына через два месяца после меня. Надо признать, что ей было труднее всех. Поскольку ипостась она еще не получила, то проходила беременной положенные девять земных месяцев. А из-за того, что в Хрустальном Озере не побывала, магии у нее не было совсем. Это огорчало Дашулю больше всего. Но она подружилась за это время с Ваниными братьями и Витей. А еще ее опекал Эршар.
Тошка, как и мы с бабушкой, оказался рысью. Коричнево-рыжей со светло-серой грудкой и носочками на лапах.
