Жизнь в замке довольно скучна. Если днем можно охотиться и тренироваться с мечами, то в долгие зимние вечера занять себя особо нечем. Мой прапрадед с радостью ухватился за новое развлечение, и вскоре его нельзя было оторвать от шахмат.
Графиня быстро переглянулась с недоумевающими подопечными. История была обычной семейной легендой, каких немало в любой баронской семье, но их, прежде всего, насторожил тон, каким она рассказывалась - тихий, размеренный, с ноткой страшноватой торжественности.
- Целые поколения фон Валленбергов просиживали за шахматной доской, все более и более совершенствуя свое умение. Вместе с виртуозностью изменялись и её правила!
Он сделал длинную и зловещую паузу, полюбовавшись отразившейся на лицах слушательниц паникой, и только потом неторопливо продолжил:
- Времена тогда были неспокойные, вовсю полыхали междоусобные войны, и немало пленных иногда собиралось во дворе крепости! Наиболее искусных и расторопных рабов применяли в хозяйстве, за господ получали выкуп, но иногда..., - голос фон Валленберга понизился,- людей оказывалось больше, чем мог переварить Копфлебенц, и как-то одному из моих предков пришла в голову великолепная идея, как разнообразить любимую игру!
Опасный блеск в глазах рассказчика заставил Стефку испуганно вжаться в подушки кресла.
- Двор крепости выложили серым и черным камнем, сделав из него шахматное поле! Фигуры так же изображали пленники соответственного достоинства,- барон холодно усмехнулся,- и как-то на клетках королей у нас стояли друг против друга маркиз и граф! Начиналась игра, все как обычно..., только выбывших здесь же убивали!
Пленницы дружно охнули. При виде искаженных страхом лиц, барон небрежно пояснил:
- Это было давно! Мои предки были людьми доблестными, но жили во времена варварства, поэтому и вели себя соответственно! Сейчас, слава Пресвятой Деве, мы живем в более милосердную эпоху..., но игра есть игра, став более гуманной, она приобрела изысканные формы!
С нескрываемым интересом разглядывая потрясенных слушательниц, он выбрал из вазы с фруктами большое яблоко и с хрустом его надкусил.
- И что же это за формы? - не выдержали нервы у Стефании.
Барон любезно пояснил.
- Игра будет идти сразу на двух досках! На одной будем играть я и вы. В зависимости от того, чья королева выйдет победительницей, та и получит право одного хода! Ход будет определяться костями. Кости используют для определения, какой фигурой будет ходить королева. Если выпадает 6 можно ходить королем, если 4 - ладьей, 3 - конем, 2 - слоном и 1 - пешкой. Если невозможно сделать ход выбранной фигурой, ход перейдет к другому игроку.
Застывшие лица женщин дали понять фон Валленбергу, что они мало что поняли из этого объяснения.
- Одна игра - один ход королев! Например, вы выбрали черную королеву, я белую - выигрываю я, белая королева имеет право первого хода на своей доске! Но определяется этот ход костями...
Стефка наморщила лоб. Она так ничего и не поняла, но переспрашивать не стала - как-нибудь разберется по ходу игры
- Допустим, выиграли вы! Что же дальше?
- Ваша королева выбывает из игры, и её дальнейшая судьба в моих руках!
Обтекаемо! Встревоженная графиня упорно продолжала спрашивать:
- А если выиграет моя королева?
Валленберг, прицелившись, бросил огрызок в жерло пылающего камина, удовлетворенно проследив за траекторией полета.
- Её дальнейшая судьба в ваших руках!
Гм! Здесь был какой-то подвох!
- Значит ли это, что я могу отпустить девушку на свободу?
Барон безразлично пожал плечами.
- Разумеется..., - и тут же вкрадчиво добавил,- но для этого необходимо выиграть!
Графиня нахмурилась, покосившись на едва держащуюся на ногах несчастную Бланку.
- А что произойдет с проигравшей девушкой? Хотелось бы разъяснений!
- Их не будет, мадам, - отказ, как это и не странно, прозвучал весьма любезно,- но... начнем игру!
Валленберг пару раз хлопнул в ладоши, и в комнату вошла следующая вереница пажей.
Они внесли ещё один стол с шахматами и поставили чуть в стороне от основных игроков. Аннет и Бланка невольно отшатнулись от него, как от ядовитой змеи.
Стефка тяжело вздохнула, раздражительно глянув на сидящего напротив безумца.
И почему ей так везет на различных чокнутых уродов? Де ла Верда был помешан на охоте за ведьмами, Рауль возомнил себя эльфом, и даже милейший мэтр Матье был святым подвижником, а у этого вместо мозгов была шахматная доска... Интересно, ей когда-нибудь, хотя бы в порядке исключения, попадется на жизненном пути нормальный мужчина?
- О чем вы думаете, мадам?
Так она ему и сказала!
- Я думаю, - хмуро пояснила Стефания,- что не горжусь вам в партнеры! Может, вам было бы интереснее сыграть с более сведущим противником?
Валленберг неопределенно хмыкнул.
- Уверяю, мадам, играть с вами доставит мне ни с чем несравнимое наслаждение!
- Но мы с Бланкой имеем весьма смутное представление об этой игре!
- Когда им грозит смертельная опасность, люди учатся быстро!
Всё может быть, но даже под страхом смерти нельзя переделать собственные мозги. Уж что Господь дал при рождении, с тобой останется до смерти!
Всего по шесть ходов с двух сторон и Бланка, озадаченно морща ясный лоб, склонилась над шахматной доской. Об игре она имела такое же смутное представление, как о землях антиподов. Неловко бросив кость, она получила 1, но даже пешку и то двинула неправильно.
- Дорогая, - мягко пожурил свою королеву барон,- будьте в следующий раз внимательнее и доставьте себе труд выучить хотя бы азы этой увлекательнейшей игры! Уверяю, в свете последующих событий это не будет лишним!
Стефания и Аннет переглянулись - им стало ясно, что если барон постоянно будет вытягивать белую королеву и даже выигрывать все партии, жениха несчастной Бланке все равно никогда не увидеть.
И уже потом, поздно ночью, когда после ужина и молитвы женщина расчесывала волосы, она неожиданно вспомнила про один момент:
- Аннет, барон все время говорил о королевах, но почему-то ничего не сказал об игроках! А что ждет меня, если я проиграю?
Уже напялившая свои рыжие буйные кудри ночной чепец девица только небрежно пожала плечами.
- Я не думаю,- язвительно откликнулась она, - чтобы что-то плохое..., ведь недаром он так на вас смотрел!
Стефка только вздохнула в ответ на этот выпад, а что тут скажешь! У каждой женщины свое оружие - у одних острый ум, а у других - синий взгляд с поволокой и лебединый изгиб шеи, и между прочим, последние чаще выигрывают битвы, в которых замешаны мужчины!
ФАМИЛЬНАЯ ИГРА.
Какой бы простушкой не была Бланка, но кое-что, все-таки сообразила.
- Научи меня играть,- утром попросила она товарку, с ужасом покосившись на стоящий в углу столик с шахматами для королев, где на поле были сдвинуты две пешки.
Аннет презрительно приподняла брови.
- Зачем? Это напрасная трата времени, ты все равно ничего не поймешь и не запомнишь!
Лучше бы она её открыто назвала дурой! Понятно, что белая королева тот час вскипела обидой.
- Это ещё почему?!
- А потому,- откровенно фыркнула черная королева,- что ту из нас, которая проиграет, ждет нечто страшное! Скажи на милость, зачем я буду тебя, чему-нибудь учить и собственными руками рыть себе могилу!
- Аннет,- происходящее не понравилось графине,- все в руках Господних..., неужели ты не понимаешь, что ведешь себя не так, как подобает истинной христианке?
Глас вопиющего в пустыне! Времена праведников давно миновали!
Стефка прекрасно понимала, что, не смотря на многократность применения, аргумент все-таки слабоват, когда речь идет о жизни и смерти, но не знала, что ещё можно сказать, чтобы выразить свое возмущение такой черствостью. Она жестом поманила Бланку к доске и в силу своего разумения пояснила, что происходит на шахматном поле. Наверное, у неё получилось не очень-то хорошо, потому что краем глаза графиня улавливала скептическую усмешку Аннет, а как-то даже в спину ударил тихий, но от этого не менее обидный смешок.
Но тогда она ещё не сделала далеко идущих выводов, хотя атмосфера в зале донжона значительно ухудшилась, разделив её обитательниц на две части.
Вечером барон не появился, но никто не обиделся на него за такое невнимание. Напряженно прождав несколько часов, женщины облегченно перевели дыхание, и легли спать.
Надо сказать, что фон Валленберг не приходил целую неделю, держа своих пленниц в состоянии непрерывного напряжения, и вот когда они более или менее успокоились, решив, что он куда-то уехал, барон появился вновь.
Когда его мощная фигура возникла на пороге помещения донжона, его обитательницы вздрогнули, моментально забыв и про вражду, и про соперничество.
- Мадам,- фон Валленберг, как всегда, был подчеркнуто вежлив,- вы очаровательны!
И мимо них вновь проследовала вереница пажей с креслом для сюзерена, шахматами, вазами с фруктами и вином, запылало пламя камина. Графиня, машинально схватившись за чрево, тревожно наблюдала за этими приготовлениями. Барон, между тем, пристально рассматривал её напряженное лицо, расположившись напротив.
- Итак, мадам, - неторопливо начал он беседу,- как ваше самочувствие?
- Хорошее...,- женщина собралась с силами, чтобы поддержать разговор,- вас не было неделю, мы думали вы в отъезде!
- Ну что вы, мадам, уехать из дома, когда у меня гостит такая гостья?! А вы скучали?
- Здесь есть чем развлечься!
Стефка понимала, что перед смертью не надышишься, но все равно отчаянно пыталась оттянуть начало игры.
- Наверное, ваша милость, часто бывает при дворе французского короля?
Пожалуй, фон Валленберг удивился.
- У меня есть владения в Шампани, поэтому так или иначе, я являюсь вассалом французской короны,- сдержанно пояснил он,- и понятно, что частенько вынужден откликаться на зов сюзерена, но какое это имеет отношение к нашей игре?
Действительно!
- В бытность свою в Париже, я слышала, что при дворе часто устраиваются шахматные турниры!
Собеседник недоуменно вздернул брови.
- Не сказать, чтобы часто, хотя Людовик любит шахматы! А вот при бургундском дворе устраивают настоящие турниры!
Стефка лихорадочно искала тему для продолжения беседы. Какая жалость, что раньше у неё не было надобности в блистании красноречием! Обычно её улыбка была достойной заменой каскадам острословия.
- Говорят, что будучи принцем, его величество брал уроки у великого мастера! А кто учил играть в шахматы вас?
- Мой отец!
- Я не покажусь вам слишком назойливой, если поинтересуюсь, а какова ваша семья?
Валленберг хмыкнул.
- Не покажитесь, хотя особенно тут рассказывать не о ком. Нас фон Валленбергов только двое - я и мой брат Вальтер!
Интересно, а кто же тогда те дамы и рыцари, которых иногда удавалось увидеть из окна?
- Вы удовлетворили свое любопытство или хотите ещё, о чем-нибудь спросить?
Она была бы рада болтать, не умолкая, но о чем? Что интересует этого человека?
- Вы не хотите играть? - спокойно поинтересовался барон.
Как будто могло быть иначе!
- Не хочу!
Рука фон Валленберга решительно потянулась за очередным яблоком. По всей видимости, барон испытывал к ним особое пристрастие.
- Хорошо,- с хрустом откусил он солидный кусок,- не хотите, не надо..., но чем вы тогда сможете меня развлечь?
Стефка озадаченно округлила глаза. Развлечь?
- Да, - ответил на молчаливый вопрос барон, - развлечь! Я пришел сюда, чтобы отдохнуть! Пойте, рассказывайте занимательные истории. Можете сыграть, на каком-нибудь музыкальном инструменте? Прикажите и вам принесут - в общем, я само внимание!
Женщина густо покраснела - увы, петь она не могла по причине полного отсутствия слуха! Баллады, конечно, слышала, но вот повторить не осмеливалась, сомневаясь, что сможет их внятно изложить. Музыкальные инструменты? Когда-то в детстве она довольно удачно пугала поселившихся в замке ворон трещоткой, но вряд ли барон именно это имел в виду, говоря о развлечениях.
- Я могу исполнить рыцарскую балладу!- испуганно пискнула Бланка.
Зная, о том ужасе, который испытывала несчастная девушка перед бароном, Стефка посмотрела на неё с определенным уважением, но, увы, эту отвагу не смог оценить сам фон Валленберг.
- Вы, мадемуазель,- небрежно заявил он,- всего лишь шахматная фигура, а те помимо движения по клеткам, лишены права хоть как-то влиять на игру!
Оглядев три недоумевающих лица, он мягко пояснил.
- Пока я в этой комнате, только вы, мадам, находитесь со мной на равном положении игрока. Итак, насколько я понял, ни петь, ни музицировать вы не умеете! Но, может, расскажите нам какую-нибудь занимательную историю?
Занимательную историю? Стефания озадаченно наморщила лоб. Выбор был, мягко говоря, невелик!
- Я знаю историю о богопротивном отступнике Яне Жижке!
Валленберг досадливо отмахнулся.
- Только избавьте меня от сентенций о еретиках, ведьмах и колдунах. Я охотно верю, что вам об этом прожужжало уши окружение вашего супруга, но меня подобные истории ничуть не развлекают! Из уст столь прельстительной дамы я бы охотно выслушал, какую-нибудь историю о страсти, любви и нежности! Сейчас при французском дворе в безумной моде Боккаччо! Вы читали "Декамерон"?
Графиня смутилась. Конечно, откуда ей было знать, что сейчас модно при дворе, но безобразник Вийон немало поупражнялся на эту тему в один из особо унылых вечеров на задворках заведения Мами.
- Вот все говорят, Вийон - распутник, игрок, пьяница! А что в моих стихах особо развратного? Что вижу, о том и пишу! Этот же Боккаччо в своем сборнике описывал настоящие оргии, и его издают, хвалят, им зачитываются! Я собственными ушами слышал, как один каноник отзывался об этом флорентийце, как о муже кристального благочестия и веры! Ну, есть ли в этом мире справедливость? И если я свой любовный инструмент называю "тараном", а он "молотком", то ему место в раю, а мне - сразу в пекле?
Сейчас бы она многое дала, чтобы вновь оказаться в заполненной хламом каморке рядом с озорником Вийоном, и Стефка несколько помедлила с ответом, прежде чем открыть рот.
- Не читала,- осторожно пробормотала она,- но кое-что слышала! Один мой знакомый поэт возмущался незаслуженной славой автора, упрекая его в распущенности!
- Если произведение выдержало такое испытание временем, не думаю, что его слава незаслуженна,- лениво заметил собеседник,- едва ли о вашем знакомом поэте будут вспоминать два века спустя! Кстати, как его имя?
- Вийон, Франсуа Вийон!
Почему так странно устроена человеческая голова - сначала язык выбалтывает слова и лишь после этого в дело вступают возмущенные мозги, доказывающие, что в данном случае умнее было бы помолчать. Это какой же дурочкой надо быть, чтобы выболтать про свое знакомство со скандальным поэтом?! Опальный воришка Вийон вовсе не компания графине де ла Верда!
Вытянувшееся лицо изумленного фон Валленберга подтвердило Стефке, что он точно же такого мнения.
- Вийон, мадам?! Ваш знакомый поэт? Где же вы могли встретиться?
Не рассказывать же ему о заведении Мами!
Графиня быстро переглянулась с недоумевающими подопечными. История была обычной семейной легендой, каких немало в любой баронской семье, но их, прежде всего, насторожил тон, каким она рассказывалась - тихий, размеренный, с ноткой страшноватой торжественности.
- Целые поколения фон Валленбергов просиживали за шахматной доской, все более и более совершенствуя свое умение. Вместе с виртуозностью изменялись и её правила!
Он сделал длинную и зловещую паузу, полюбовавшись отразившейся на лицах слушательниц паникой, и только потом неторопливо продолжил:
- Времена тогда были неспокойные, вовсю полыхали междоусобные войны, и немало пленных иногда собиралось во дворе крепости! Наиболее искусных и расторопных рабов применяли в хозяйстве, за господ получали выкуп, но иногда..., - голос фон Валленберга понизился,- людей оказывалось больше, чем мог переварить Копфлебенц, и как-то одному из моих предков пришла в голову великолепная идея, как разнообразить любимую игру!
Опасный блеск в глазах рассказчика заставил Стефку испуганно вжаться в подушки кресла.
- Двор крепости выложили серым и черным камнем, сделав из него шахматное поле! Фигуры так же изображали пленники соответственного достоинства,- барон холодно усмехнулся,- и как-то на клетках королей у нас стояли друг против друга маркиз и граф! Начиналась игра, все как обычно..., только выбывших здесь же убивали!
Пленницы дружно охнули. При виде искаженных страхом лиц, барон небрежно пояснил:
- Это было давно! Мои предки были людьми доблестными, но жили во времена варварства, поэтому и вели себя соответственно! Сейчас, слава Пресвятой Деве, мы живем в более милосердную эпоху..., но игра есть игра, став более гуманной, она приобрела изысканные формы!
С нескрываемым интересом разглядывая потрясенных слушательниц, он выбрал из вазы с фруктами большое яблоко и с хрустом его надкусил.
- И что же это за формы? - не выдержали нервы у Стефании.
Барон любезно пояснил.
- Игра будет идти сразу на двух досках! На одной будем играть я и вы. В зависимости от того, чья королева выйдет победительницей, та и получит право одного хода! Ход будет определяться костями. Кости используют для определения, какой фигурой будет ходить королева. Если выпадает 6 можно ходить королем, если 4 - ладьей, 3 - конем, 2 - слоном и 1 - пешкой. Если невозможно сделать ход выбранной фигурой, ход перейдет к другому игроку.
Застывшие лица женщин дали понять фон Валленбергу, что они мало что поняли из этого объяснения.
- Одна игра - один ход королев! Например, вы выбрали черную королеву, я белую - выигрываю я, белая королева имеет право первого хода на своей доске! Но определяется этот ход костями...
Стефка наморщила лоб. Она так ничего и не поняла, но переспрашивать не стала - как-нибудь разберется по ходу игры
- Допустим, выиграли вы! Что же дальше?
- Ваша королева выбывает из игры, и её дальнейшая судьба в моих руках!
Обтекаемо! Встревоженная графиня упорно продолжала спрашивать:
- А если выиграет моя королева?
Валленберг, прицелившись, бросил огрызок в жерло пылающего камина, удовлетворенно проследив за траекторией полета.
- Её дальнейшая судьба в ваших руках!
Гм! Здесь был какой-то подвох!
- Значит ли это, что я могу отпустить девушку на свободу?
Барон безразлично пожал плечами.
- Разумеется..., - и тут же вкрадчиво добавил,- но для этого необходимо выиграть!
Графиня нахмурилась, покосившись на едва держащуюся на ногах несчастную Бланку.
- А что произойдет с проигравшей девушкой? Хотелось бы разъяснений!
- Их не будет, мадам, - отказ, как это и не странно, прозвучал весьма любезно,- но... начнем игру!
Валленберг пару раз хлопнул в ладоши, и в комнату вошла следующая вереница пажей.
Они внесли ещё один стол с шахматами и поставили чуть в стороне от основных игроков. Аннет и Бланка невольно отшатнулись от него, как от ядовитой змеи.
Стефка тяжело вздохнула, раздражительно глянув на сидящего напротив безумца.
И почему ей так везет на различных чокнутых уродов? Де ла Верда был помешан на охоте за ведьмами, Рауль возомнил себя эльфом, и даже милейший мэтр Матье был святым подвижником, а у этого вместо мозгов была шахматная доска... Интересно, ей когда-нибудь, хотя бы в порядке исключения, попадется на жизненном пути нормальный мужчина?
- О чем вы думаете, мадам?
Так она ему и сказала!
- Я думаю, - хмуро пояснила Стефания,- что не горжусь вам в партнеры! Может, вам было бы интереснее сыграть с более сведущим противником?
Валленберг неопределенно хмыкнул.
- Уверяю, мадам, играть с вами доставит мне ни с чем несравнимое наслаждение!
- Но мы с Бланкой имеем весьма смутное представление об этой игре!
- Когда им грозит смертельная опасность, люди учатся быстро!
Всё может быть, но даже под страхом смерти нельзя переделать собственные мозги. Уж что Господь дал при рождении, с тобой останется до смерти!
Всего по шесть ходов с двух сторон и Бланка, озадаченно морща ясный лоб, склонилась над шахматной доской. Об игре она имела такое же смутное представление, как о землях антиподов. Неловко бросив кость, она получила 1, но даже пешку и то двинула неправильно.
- Дорогая, - мягко пожурил свою королеву барон,- будьте в следующий раз внимательнее и доставьте себе труд выучить хотя бы азы этой увлекательнейшей игры! Уверяю, в свете последующих событий это не будет лишним!
Стефания и Аннет переглянулись - им стало ясно, что если барон постоянно будет вытягивать белую королеву и даже выигрывать все партии, жениха несчастной Бланке все равно никогда не увидеть.
И уже потом, поздно ночью, когда после ужина и молитвы женщина расчесывала волосы, она неожиданно вспомнила про один момент:
- Аннет, барон все время говорил о королевах, но почему-то ничего не сказал об игроках! А что ждет меня, если я проиграю?
Уже напялившая свои рыжие буйные кудри ночной чепец девица только небрежно пожала плечами.
- Я не думаю,- язвительно откликнулась она, - чтобы что-то плохое..., ведь недаром он так на вас смотрел!
Стефка только вздохнула в ответ на этот выпад, а что тут скажешь! У каждой женщины свое оружие - у одних острый ум, а у других - синий взгляд с поволокой и лебединый изгиб шеи, и между прочим, последние чаще выигрывают битвы, в которых замешаны мужчины!
ФАМИЛЬНАЯ ИГРА.
Какой бы простушкой не была Бланка, но кое-что, все-таки сообразила.
- Научи меня играть,- утром попросила она товарку, с ужасом покосившись на стоящий в углу столик с шахматами для королев, где на поле были сдвинуты две пешки.
Аннет презрительно приподняла брови.
- Зачем? Это напрасная трата времени, ты все равно ничего не поймешь и не запомнишь!
Лучше бы она её открыто назвала дурой! Понятно, что белая королева тот час вскипела обидой.
- Это ещё почему?!
- А потому,- откровенно фыркнула черная королева,- что ту из нас, которая проиграет, ждет нечто страшное! Скажи на милость, зачем я буду тебя, чему-нибудь учить и собственными руками рыть себе могилу!
- Аннет,- происходящее не понравилось графине,- все в руках Господних..., неужели ты не понимаешь, что ведешь себя не так, как подобает истинной христианке?
Глас вопиющего в пустыне! Времена праведников давно миновали!
Стефка прекрасно понимала, что, не смотря на многократность применения, аргумент все-таки слабоват, когда речь идет о жизни и смерти, но не знала, что ещё можно сказать, чтобы выразить свое возмущение такой черствостью. Она жестом поманила Бланку к доске и в силу своего разумения пояснила, что происходит на шахматном поле. Наверное, у неё получилось не очень-то хорошо, потому что краем глаза графиня улавливала скептическую усмешку Аннет, а как-то даже в спину ударил тихий, но от этого не менее обидный смешок.
Но тогда она ещё не сделала далеко идущих выводов, хотя атмосфера в зале донжона значительно ухудшилась, разделив её обитательниц на две части.
Вечером барон не появился, но никто не обиделся на него за такое невнимание. Напряженно прождав несколько часов, женщины облегченно перевели дыхание, и легли спать.
Надо сказать, что фон Валленберг не приходил целую неделю, держа своих пленниц в состоянии непрерывного напряжения, и вот когда они более или менее успокоились, решив, что он куда-то уехал, барон появился вновь.
Когда его мощная фигура возникла на пороге помещения донжона, его обитательницы вздрогнули, моментально забыв и про вражду, и про соперничество.
- Мадам,- фон Валленберг, как всегда, был подчеркнуто вежлив,- вы очаровательны!
И мимо них вновь проследовала вереница пажей с креслом для сюзерена, шахматами, вазами с фруктами и вином, запылало пламя камина. Графиня, машинально схватившись за чрево, тревожно наблюдала за этими приготовлениями. Барон, между тем, пристально рассматривал её напряженное лицо, расположившись напротив.
- Итак, мадам, - неторопливо начал он беседу,- как ваше самочувствие?
- Хорошее...,- женщина собралась с силами, чтобы поддержать разговор,- вас не было неделю, мы думали вы в отъезде!
- Ну что вы, мадам, уехать из дома, когда у меня гостит такая гостья?! А вы скучали?
- Здесь есть чем развлечься!
Стефка понимала, что перед смертью не надышишься, но все равно отчаянно пыталась оттянуть начало игры.
- Наверное, ваша милость, часто бывает при дворе французского короля?
Пожалуй, фон Валленберг удивился.
- У меня есть владения в Шампани, поэтому так или иначе, я являюсь вассалом французской короны,- сдержанно пояснил он,- и понятно, что частенько вынужден откликаться на зов сюзерена, но какое это имеет отношение к нашей игре?
Действительно!
- В бытность свою в Париже, я слышала, что при дворе часто устраиваются шахматные турниры!
Собеседник недоуменно вздернул брови.
- Не сказать, чтобы часто, хотя Людовик любит шахматы! А вот при бургундском дворе устраивают настоящие турниры!
Стефка лихорадочно искала тему для продолжения беседы. Какая жалость, что раньше у неё не было надобности в блистании красноречием! Обычно её улыбка была достойной заменой каскадам острословия.
- Говорят, что будучи принцем, его величество брал уроки у великого мастера! А кто учил играть в шахматы вас?
- Мой отец!
- Я не покажусь вам слишком назойливой, если поинтересуюсь, а какова ваша семья?
Валленберг хмыкнул.
- Не покажитесь, хотя особенно тут рассказывать не о ком. Нас фон Валленбергов только двое - я и мой брат Вальтер!
Интересно, а кто же тогда те дамы и рыцари, которых иногда удавалось увидеть из окна?
- Вы удовлетворили свое любопытство или хотите ещё, о чем-нибудь спросить?
Она была бы рада болтать, не умолкая, но о чем? Что интересует этого человека?
- Вы не хотите играть? - спокойно поинтересовался барон.
Как будто могло быть иначе!
- Не хочу!
Рука фон Валленберга решительно потянулась за очередным яблоком. По всей видимости, барон испытывал к ним особое пристрастие.
- Хорошо,- с хрустом откусил он солидный кусок,- не хотите, не надо..., но чем вы тогда сможете меня развлечь?
Стефка озадаченно округлила глаза. Развлечь?
- Да, - ответил на молчаливый вопрос барон, - развлечь! Я пришел сюда, чтобы отдохнуть! Пойте, рассказывайте занимательные истории. Можете сыграть, на каком-нибудь музыкальном инструменте? Прикажите и вам принесут - в общем, я само внимание!
Женщина густо покраснела - увы, петь она не могла по причине полного отсутствия слуха! Баллады, конечно, слышала, но вот повторить не осмеливалась, сомневаясь, что сможет их внятно изложить. Музыкальные инструменты? Когда-то в детстве она довольно удачно пугала поселившихся в замке ворон трещоткой, но вряд ли барон именно это имел в виду, говоря о развлечениях.
- Я могу исполнить рыцарскую балладу!- испуганно пискнула Бланка.
Зная, о том ужасе, который испытывала несчастная девушка перед бароном, Стефка посмотрела на неё с определенным уважением, но, увы, эту отвагу не смог оценить сам фон Валленберг.
- Вы, мадемуазель,- небрежно заявил он,- всего лишь шахматная фигура, а те помимо движения по клеткам, лишены права хоть как-то влиять на игру!
Оглядев три недоумевающих лица, он мягко пояснил.
- Пока я в этой комнате, только вы, мадам, находитесь со мной на равном положении игрока. Итак, насколько я понял, ни петь, ни музицировать вы не умеете! Но, может, расскажите нам какую-нибудь занимательную историю?
Занимательную историю? Стефания озадаченно наморщила лоб. Выбор был, мягко говоря, невелик!
- Я знаю историю о богопротивном отступнике Яне Жижке!
Валленберг досадливо отмахнулся.
- Только избавьте меня от сентенций о еретиках, ведьмах и колдунах. Я охотно верю, что вам об этом прожужжало уши окружение вашего супруга, но меня подобные истории ничуть не развлекают! Из уст столь прельстительной дамы я бы охотно выслушал, какую-нибудь историю о страсти, любви и нежности! Сейчас при французском дворе в безумной моде Боккаччо! Вы читали "Декамерон"?
Графиня смутилась. Конечно, откуда ей было знать, что сейчас модно при дворе, но безобразник Вийон немало поупражнялся на эту тему в один из особо унылых вечеров на задворках заведения Мами.
- Вот все говорят, Вийон - распутник, игрок, пьяница! А что в моих стихах особо развратного? Что вижу, о том и пишу! Этот же Боккаччо в своем сборнике описывал настоящие оргии, и его издают, хвалят, им зачитываются! Я собственными ушами слышал, как один каноник отзывался об этом флорентийце, как о муже кристального благочестия и веры! Ну, есть ли в этом мире справедливость? И если я свой любовный инструмент называю "тараном", а он "молотком", то ему место в раю, а мне - сразу в пекле?
Сейчас бы она многое дала, чтобы вновь оказаться в заполненной хламом каморке рядом с озорником Вийоном, и Стефка несколько помедлила с ответом, прежде чем открыть рот.
- Не читала,- осторожно пробормотала она,- но кое-что слышала! Один мой знакомый поэт возмущался незаслуженной славой автора, упрекая его в распущенности!
- Если произведение выдержало такое испытание временем, не думаю, что его слава незаслуженна,- лениво заметил собеседник,- едва ли о вашем знакомом поэте будут вспоминать два века спустя! Кстати, как его имя?
- Вийон, Франсуа Вийон!
Почему так странно устроена человеческая голова - сначала язык выбалтывает слова и лишь после этого в дело вступают возмущенные мозги, доказывающие, что в данном случае умнее было бы помолчать. Это какой же дурочкой надо быть, чтобы выболтать про свое знакомство со скандальным поэтом?! Опальный воришка Вийон вовсе не компания графине де ла Верда!
Вытянувшееся лицо изумленного фон Валленберга подтвердило Стефке, что он точно же такого мнения.
- Вийон, мадам?! Ваш знакомый поэт? Где же вы могли встретиться?
Не рассказывать же ему о заведении Мами!
