Аккуратно пробираясь через маис, Ролло и Марина дошли до плетня, окружавшего соломенную хижину, крыша которой была укрыта широченными пальмовыми листьями. За ней виднелось еще несколько таких же сооружений. Ролло насчитал их штук десять. Но он допускал возможность ошибки, так как домики были разбросаны между деревьями.
И капитан, и Марина не торопились покидать свое укрытие, внимательно всматриваясь в поселение. Но Ролло так никого и не увидел. И это было странно для большой деревни: ни криков младенцев, ни визга-смеха детей постарше, ни голосов женщин, стариков, ни шума хозяйственных работ.
«Может, заброшенная?» — подумал Ролло. Но огороды выглядели слишком ухоженными. Капитан подозревал, что без должной заботы в таком климате лес быстро вернул бы себе владения, задавив грядки с табаком.
«Надо бы сходить на разведку», — подумал мужчина. Правда, он не знал, как поступить с Мариной. Оставить ли ее среди маиса или взять с собой? В каком из двух вариантов вероятность того, что она найдет приключения меньше? А если он найдет приключения?
В конце концов, Ролло сделал выбор:
— Сиди здесь и не высовывайся, чтобы ни случилось! — прошептал он девушке.
— А если тебя поймают?
Черт!! Ролло не знал, что будет с зеленовлаской, если его поймают или убьют!
— Умеешь молиться?
— Ну… меня учили.
— Вот твоя учеба и пригодилась! Сиди и молись, чтобы меня не поймали!
Ролло осторожно прокрался вдоль плетня, заглянул во двор. Никого. Пригибаясь, мужчина добежал до входа в хижину. Притаился. Тишина. Заглянул внутрь – пусто. Ролло вошел в помещение. На полу лежала сплетенная из пальмовых листьев циновка. В углу стояли глиняные горшки. Ролло заглянул в каждый — тот же маис и еще какие-то черные семена.
Мужчина вышел наружу. Вновь прислушался. Казалось, ничего не изменилось. Он решил пробраться до другой хижины, а затем к третьей. Везде он наблюдал одну и ту же картину. Пустота. Циновки. Горшки.
Ролло пробирался все дальше. Шум сверху заставил его вздрогнуть. Огромный черный гриф оторвался от ветки и полетел в сторону одной из хижин, откуда послышалось хлопанье крыльев, визг и шипение.
Ролло пошел на звуки. Он пробирался быстрыми шагами, пригибаясь, временами приседая у плетня. Нога наступила на палку, лежавшую в траве. Мужчина поднял ее — копье с каменным наконечником. Ролло подобрал его. Находка заставила его насторожиться.
Наконец он добрался до того места, где сидела, широко раскрыв крылья, стая грифов. Ролло бросил копье в птиц. Перепуганные, те взмыли вверх, занимая места на ветках и недовольно наблюдая за пришельцем, который так нагло вмешался в их дела.
А вот рой жужжащих мух никуда не делся. Их не напугало ни копье, ни человек, медленно приближавшийся к ним.
— Ролло, — послышался голос за его спиной.
— …ять, — вырвалось у мужчины от неожиданности. — Ты совсем меня не слушаешь?! Я же сказал!!..
Марина честно пыталась выполнить его просьбу. Она сидела среди маиса, временами выглядывая из укрытия, чтобы следить за передвижением Ролло. А потом он пропал. Марина некоторое время рассматривала желтовато-зеленые листья, высокие стебли, прутья и ветки из которого был сделан плетень, деревья в отдалении, тени мелькавшие среди них.
«Тени!!». Сердце застучало быстро-быстро. Она вновь пригляделась к стволам.
«Игра света», — облегченно выдохнула Марина, но сидеть в укрытии она больше не могла. Она решила добраться до Ролло. В конце концов, если его убьют, она одна в этих лесах не выживет. Повторяя все движения мужчины, девушка поспешила догнать его.
— Мне просто показалось, и я испугалась, — сбивчиво стала объяснять Марина.
Птицы, поняв, что пришельцы не представляют для них угрозы стали возвращаться на прежние места.
— Что там? — спросила девушка. — Ты узнал, почему деревня пустая?
— Да. Не смотри туда.
— Что? Прости, я не расслышала. Птица шипела…
— Не смотри туда!!
— Куда? — Но было поздно. Марина почувствовала, как в нос ударил тошнотворный запах смерти. А потом девушку едва не вывернуло наизнанку от увиденной картины: на траве лежали коричневатые тела мужчин и стариков. Молодые мужчины были утыканы стрелами и обломками копий. Остальные просто перебиты ударами по головам чем-то острым.
А затем и Ролло увидел, как что-то или кто-то двигается среди деревьев.
— Бежим! — приказал Ролло, хватая Марину за руку и утаскивая ее в сторону зарослей.
Мужчина не знал куда бежать, он просто надеялся, что, оказавшись под сенью деревьев, они смогут затаиться. «Хотя, все это пустые надежды, — рассуждал Ролло. — Убежать не удастся. Спрятать бы Марину».
Но только они достигли первых стволов, как путь им преградили вышедшие из леса люди.
Кожа мужчин была красной. С ног до головы их тела покрывали рисунки из оранжевой краски. Черные волосы украшали разноцветные перья. Уши, носы, шеи были унизаны золотыми изделиями. Они держали копья с длинными металлическими наконечниками. Ролло сразу узнал в незнакомцах авторов обеда для грифов.
Мужчин было трое, и Ролло решил попытаться отбиться. Он поднял руки вверх, всем своим видом демонстрируя безобидность. Но, когда один из них приблизился, Ролло ударил аборигена кулаком по лицу. Тот незамедлительно рухнул на землю. Оставшиеся пронзительно засвистели.
Ролло вновь схватил Марину за руку и, воспользовавшись замешательством противников, попытался убежать, когда почувствовал, как нечто впилось ему в шею. Это напоминало укус комара. Вот только нос кровопийцы проник далеко под кожу и, похоже, был сделан из металла. Ноги мужчины подкосились. Он рухнул на землю не в силах пошевелить ни одной частью тела.
— Ролло, — словно издалека доносился до него голос Марины. — Ролло!!
Все кружилось, заволакивалось холодным туманом, в котором порхали красные перья, оставлявшие за собой след из золотистой пыльцы.
«Странно, — подумал Ролло, — разве перья Лорелейн не были белыми?».
Ему грезилось, что она наклонилась к нему, провела рукой по щеке и улыбнулась. Ролло не помнил, чтобы она так улыбалась. Сердце защемило. Он хотел сказать: «Рейни», но губы не слушались. Но это было она, манящая, живая…
Удар по щеке.
— Ролло!
«Ролло-олло-олло…» — эхом отозвался голос сирин в голове.
Вновь удар по щеке. «Да она издевается!» — возмутился мужчина.
А Лорелейн перед ним танцевала, маняще улыбаясь… Лорелейн никогда не танцевала!
«Это сон! — Словно лезвие ледяного кинжала, прошла сквозь сознание мысль. — Лорелейн мертва».
Образ сирин пропал. И Ролло провалился в холодную тьму.
— Ролло, — шептала Марина, хлопая его по щекам. — Ролло!!
Она прижалась к его груди — сердце билось. Тук… тишина… тук… долгий-долгий перерыв, за время которого Марине показалось, что прошла вечность. Снова — тук.
За ее спиной кто-то говорил, но она не обращала внимания на людей. Зачем? Если они хотят ее убить — пусть делают это прямо сейчас, пока ей все равно, пока ее волнует лишь сердцебиение Ролло.
Один из воинов подошел к ней и боязливо взял в руки бирюзовую прядь. Он внимательно с благоговением рассматривал переливы на волосах девушки. Марина дернулась, прижалась к неподвижному телу Ролло. Она даже сейчас неосознанно искала его защиты.
Воин мгновенно отскочил в сторону.
Окружившие их люди нерешительно стояли в стороне, словно боялись подойти к девушке. Они мялись, переглядывались, недоверчиво пригибались к земле. А затем они расступились, пропуская вперед высокого мужчину с длинными черными волосами. Его грудь украшало широкое кожаное оплечье с изображением страшных морд, напоминавших медуз с нефритовыми глазами, чьи щупальца тянулись вверх к окантовке из бирюзы.
Незнакомец в оплечье некоторое время смотрела на Марину. Затем он протянул девушке руку. Но Марина отшатнулась.
Мужчина нахмурился.
— Ты идти! — неожиданно сказал незнакомец.
— Нет, — пробормотала испуганная Марина.
— Ты идти! — повторил владелец оплечья.
— Нет…
Незнакомец сел перед ней на колени, склонив голову. То же самое сделали все его спутники.
— Ты слушаться! — прошипел незнакомец, так, чтобы его могла слышать только девушка. — Ты говорить: «Нет» — я убить… его.
И Марина решила пока не спорить.
Незнакомец что-то сказал своим людям. Марина и мужчина в оплечье пошли вперед. Девушка обернулась и увидела, как воины взяли Ролло и потащили. Руки капитана покоились на плечах двух крепких парней, ноги безвольно волочились по земле.
Марина шла рядом. Без криков, без слез она пугливо озиралась по сторонам.
Они спускались по лесной тропе, пока не оказались около реки с мутной коричневой водой. Здесь стояли лодки, в которые уже погрузили связанных женщин и подростков.
Незнакомец забрался в одну из лодок и пригласил Марину устроиться рядом. Ролло положили здесь же. Четверо парней столкнули лодку на воду, а потом сели на весла.
Их лодка плыла первой, остальные семь, выстроившись в ряд, следовали за ними.
Было темно. С двух сторон над рекой протянулись ветви пальм и неизвестных Марине деревьев, создавая растительный туннель, из-за которого не было видно неба. Между ветвей сновали птицы и маленькие серые обезьяны.
Со стороны берега послышался рык, а затем визг, заглушенный чьим-то воем. А потом раздался всплеск.
Марина обернулась. Три плененные девушки попытались сбежать, спрыгнув за борт. Одна не успела даже отплыть от лодки — от удара веслом по голове она потеряла сознание, и течение отнесло ее к берегу. Вторую настигла стрела. Самой проворной оказалась третья. Она уже почти доплыла берега, но запуталась в корнях, торчавших из воды.
«Давай! Давай!» — молилась за нее Марина, но почуявших легкую добычу крокодилов было слишком много. И они были гораздо быстрее.
Больше никто не предпринимал попыток сбежать.
Марина прижалась к Ролло. «Тук-тук, тук-тук…» — Мирно стучало сердце спящего.
— Куда вы нас везете? — спросила девушка, оправившись от потрясения.
— Дом, — ответил мужчина в оплечье.
Река петляла вдоль берегов. Звуки ударявшихся о воду весел и сердцебиения Ролло убаюкивали. Марина на несколько мгновений задремала.
Когда она открыла глаза, солнце уже зашло, а лес пропал. По обеим сторонам от них высились отвесные посеребрённые лунным светом скалы.
«Похоже, мы добрались до гор, которые виднелись на горизонте», — подумала Марина. Она вновь прислушалась к пульсу Ролло.
«Спит! Он все еще спит! Как он может?!» — невольно разозлись на капитана девушка.
А вот схвативший их незнакомец по-прежнему сидел на носу лодки и смотрел на серп месяца.
— Когда он придет в себя? — спросила Марина.
— Рассвет, — последовал короткий ответ.
«Час от часу не легче», — подумала девушка.
А течение и неутомимые гребцы несли их все дальше и дальше. В какой-то момент Марина заметила, что река расширилась, а берега отдалились. А затем русло сделало еще один поворот, огибая скалистый утес, и девушка обнаружила, что они оказались в огромном озере, посредине которого высилась залитая лунным светом ступенчатая пирамида. У подножия монументального сооружения мерцали огни неведомого города.
Лодка подошла к песчаному берегу. Четверо сонных человек, которые ждали возвращения воинов из похода, забежали в воду и стали вытаскивать ее на сушу. Когда они справились с этой задачей, мужчина в оплечье помог Марине выйти, а затем повел девушку в сторону прибрежных сооружений. На мгновение девушка остановилась и обернулась, чтобы убедиться — Ролло не остался в лодке, двое гребцов взяли его и понесли за ними.
— Идти, — сказал незнакомец. И Марина вместе со своим провожатым ступила на ночную улицу, необыкновенно пустую для крупного города.
— С ним точно все будет хорошо?
— Да.
Несмотря на сырость и позднее время, здесь было тепло, однако, девушка ощущала, как по ее спине бегали мурашки. Она не чувствовала себя в безопасности среди маленьких каменных домов, крыши которых укрывали пальмовые листья, а глиняные стены украшали каменные таблички с изображениями «монстров». (Марина не знала, как по-другому назвать клыкастые лица с красными глазами, огромными ушами и волосами-змеями). Все дома были расположены очень близко к друг другу, но не вплотную. В пространство между ними с трудом бы поместился взрослый человек средних размеров, задумай он там спрятаться.
«Ролло бы точно не хватило бы места», — с грустью подумала Марина.
На деревянных досках, которыми были выложены улицы, валялись черепки сосудов, обожжённые веточки, сухая трава. Все эти мелкие предметы издавали свои неповторимые звуки, соприкасаясь с ногами людей: хруст, шорох, скрип. И временами Марине казалось, что на самом деле она передвигается бесшумно, а вот чудовища на стенах домов смеются, переговариваются, пытаются выбраться из каменных плит.
Мужчина и девушка поднялись по лестнице и оказались в другом районе города. Здесь улицы были шире и вымощены камнем, а дома, охраняемые все теми же монстрами, выросли на целый этаж. На деревянных столбах, покрытых резьбой, висели фонари, дарившие тусклый свет улицам вместе с луной и звездами, а также причудливую пляску теней на стенах домов, способную напугать неподготовленного человека до полусмерти.
И вновь они подошли к лестнице — широкой, сплошь отделанной плитами с изображением уже привычных «лиц». По обеим сторонам от нижней ступени стояли каменные столбы — люди на коленях, с поднятыми руками и с отсеченными головами. На вершине каждого столба горели фонари.
Марина внеочередной раз обернулась, чтобы проверить — не бросили ли воины Ролло, а затем стала подниматься за незнакомцем, пока они не оказались у подножия пирамиды. Той самой, которую Марина увидела издалека.
Пирамида целиком и полностью была вытесана из камня, словно когда-то она была цельной скалой. Но чьи-то то ли умелые, то ли божественные руки потрудились над ней, превратив в монументальное сооружение. Весь нижний ярус, расположенный на уровне человеческих глаз, покрывали рисунки.
Марина успела разглядеть лишь вереницу стоявших на коленях связанных людей, над которыми возвышался человек в короне. В своей руке он держал предмет, подозрительно напоминавший сердце. Марина не была уверена в точности своего наблюдения, но память услужливо подкинула отрывок из дневника Рыжего Эрика. «…и тогда он вырвал еще трепещущееся сердце из груди пленного и сжал его в своей руке…»
«Древо, хоть бы я ошиблась!» — подумала девушка, поднимаясь за своим провожатым.
Самые нижние ступени, залитой лунным светом пирамиды были настолько широкими, что на них мог бы уместиться городской квартал. Но постепенно ступени становились все меньше и меньше, теряясь в вышине.
На каждой из ступеней стояли статуи крупной женщины с оголенными, свисавшими чуть ли не до пупка, грудями. Женщина сидела на корточках. Она одновременно рожала и поедала своего ребенка. Возле каждой статуи находился алтарь, на котором горел костер.
Марина посмотрела наверх — прямо над плоской вершиной пирамиды сияла яркая звезда. Чуть правее белел округлявшийся месяц.
Мужчина подвел Марину к внеочередной лестнице, вытесанной между ступенями. Когда они оказались где-то посередине пирамиды, незнакомец свернул с лестницы на саму ступень и повел ее к вырезанным в стене аркам, за которыми оказались поистине королевские покои.
И капитан, и Марина не торопились покидать свое укрытие, внимательно всматриваясь в поселение. Но Ролло так никого и не увидел. И это было странно для большой деревни: ни криков младенцев, ни визга-смеха детей постарше, ни голосов женщин, стариков, ни шума хозяйственных работ.
«Может, заброшенная?» — подумал Ролло. Но огороды выглядели слишком ухоженными. Капитан подозревал, что без должной заботы в таком климате лес быстро вернул бы себе владения, задавив грядки с табаком.
«Надо бы сходить на разведку», — подумал мужчина. Правда, он не знал, как поступить с Мариной. Оставить ли ее среди маиса или взять с собой? В каком из двух вариантов вероятность того, что она найдет приключения меньше? А если он найдет приключения?
В конце концов, Ролло сделал выбор:
— Сиди здесь и не высовывайся, чтобы ни случилось! — прошептал он девушке.
— А если тебя поймают?
Черт!! Ролло не знал, что будет с зеленовлаской, если его поймают или убьют!
— Умеешь молиться?
— Ну… меня учили.
— Вот твоя учеба и пригодилась! Сиди и молись, чтобы меня не поймали!
Ролло осторожно прокрался вдоль плетня, заглянул во двор. Никого. Пригибаясь, мужчина добежал до входа в хижину. Притаился. Тишина. Заглянул внутрь – пусто. Ролло вошел в помещение. На полу лежала сплетенная из пальмовых листьев циновка. В углу стояли глиняные горшки. Ролло заглянул в каждый — тот же маис и еще какие-то черные семена.
Мужчина вышел наружу. Вновь прислушался. Казалось, ничего не изменилось. Он решил пробраться до другой хижины, а затем к третьей. Везде он наблюдал одну и ту же картину. Пустота. Циновки. Горшки.
Ролло пробирался все дальше. Шум сверху заставил его вздрогнуть. Огромный черный гриф оторвался от ветки и полетел в сторону одной из хижин, откуда послышалось хлопанье крыльев, визг и шипение.
Ролло пошел на звуки. Он пробирался быстрыми шагами, пригибаясь, временами приседая у плетня. Нога наступила на палку, лежавшую в траве. Мужчина поднял ее — копье с каменным наконечником. Ролло подобрал его. Находка заставила его насторожиться.
Наконец он добрался до того места, где сидела, широко раскрыв крылья, стая грифов. Ролло бросил копье в птиц. Перепуганные, те взмыли вверх, занимая места на ветках и недовольно наблюдая за пришельцем, который так нагло вмешался в их дела.
А вот рой жужжащих мух никуда не делся. Их не напугало ни копье, ни человек, медленно приближавшийся к ним.
— Ролло, — послышался голос за его спиной.
— …ять, — вырвалось у мужчины от неожиданности. — Ты совсем меня не слушаешь?! Я же сказал!!..
Марина честно пыталась выполнить его просьбу. Она сидела среди маиса, временами выглядывая из укрытия, чтобы следить за передвижением Ролло. А потом он пропал. Марина некоторое время рассматривала желтовато-зеленые листья, высокие стебли, прутья и ветки из которого был сделан плетень, деревья в отдалении, тени мелькавшие среди них.
«Тени!!». Сердце застучало быстро-быстро. Она вновь пригляделась к стволам.
«Игра света», — облегченно выдохнула Марина, но сидеть в укрытии она больше не могла. Она решила добраться до Ролло. В конце концов, если его убьют, она одна в этих лесах не выживет. Повторяя все движения мужчины, девушка поспешила догнать его.
— Мне просто показалось, и я испугалась, — сбивчиво стала объяснять Марина.
Птицы, поняв, что пришельцы не представляют для них угрозы стали возвращаться на прежние места.
— Что там? — спросила девушка. — Ты узнал, почему деревня пустая?
— Да. Не смотри туда.
— Что? Прости, я не расслышала. Птица шипела…
— Не смотри туда!!
— Куда? — Но было поздно. Марина почувствовала, как в нос ударил тошнотворный запах смерти. А потом девушку едва не вывернуло наизнанку от увиденной картины: на траве лежали коричневатые тела мужчин и стариков. Молодые мужчины были утыканы стрелами и обломками копий. Остальные просто перебиты ударами по головам чем-то острым.
А затем и Ролло увидел, как что-то или кто-то двигается среди деревьев.
— Бежим! — приказал Ролло, хватая Марину за руку и утаскивая ее в сторону зарослей.
Мужчина не знал куда бежать, он просто надеялся, что, оказавшись под сенью деревьев, они смогут затаиться. «Хотя, все это пустые надежды, — рассуждал Ролло. — Убежать не удастся. Спрятать бы Марину».
Но только они достигли первых стволов, как путь им преградили вышедшие из леса люди.
Кожа мужчин была красной. С ног до головы их тела покрывали рисунки из оранжевой краски. Черные волосы украшали разноцветные перья. Уши, носы, шеи были унизаны золотыми изделиями. Они держали копья с длинными металлическими наконечниками. Ролло сразу узнал в незнакомцах авторов обеда для грифов.
Мужчин было трое, и Ролло решил попытаться отбиться. Он поднял руки вверх, всем своим видом демонстрируя безобидность. Но, когда один из них приблизился, Ролло ударил аборигена кулаком по лицу. Тот незамедлительно рухнул на землю. Оставшиеся пронзительно засвистели.
Ролло вновь схватил Марину за руку и, воспользовавшись замешательством противников, попытался убежать, когда почувствовал, как нечто впилось ему в шею. Это напоминало укус комара. Вот только нос кровопийцы проник далеко под кожу и, похоже, был сделан из металла. Ноги мужчины подкосились. Он рухнул на землю не в силах пошевелить ни одной частью тела.
— Ролло, — словно издалека доносился до него голос Марины. — Ролло!!
Все кружилось, заволакивалось холодным туманом, в котором порхали красные перья, оставлявшие за собой след из золотистой пыльцы.
«Странно, — подумал Ролло, — разве перья Лорелейн не были белыми?».
Ему грезилось, что она наклонилась к нему, провела рукой по щеке и улыбнулась. Ролло не помнил, чтобы она так улыбалась. Сердце защемило. Он хотел сказать: «Рейни», но губы не слушались. Но это было она, манящая, живая…
Удар по щеке.
— Ролло!
«Ролло-олло-олло…» — эхом отозвался голос сирин в голове.
Вновь удар по щеке. «Да она издевается!» — возмутился мужчина.
А Лорелейн перед ним танцевала, маняще улыбаясь… Лорелейн никогда не танцевала!
«Это сон! — Словно лезвие ледяного кинжала, прошла сквозь сознание мысль. — Лорелейн мертва».
Образ сирин пропал. И Ролло провалился в холодную тьму.
Глава 13. Плен
— Ролло, — шептала Марина, хлопая его по щекам. — Ролло!!
Она прижалась к его груди — сердце билось. Тук… тишина… тук… долгий-долгий перерыв, за время которого Марине показалось, что прошла вечность. Снова — тук.
За ее спиной кто-то говорил, но она не обращала внимания на людей. Зачем? Если они хотят ее убить — пусть делают это прямо сейчас, пока ей все равно, пока ее волнует лишь сердцебиение Ролло.
Один из воинов подошел к ней и боязливо взял в руки бирюзовую прядь. Он внимательно с благоговением рассматривал переливы на волосах девушки. Марина дернулась, прижалась к неподвижному телу Ролло. Она даже сейчас неосознанно искала его защиты.
Воин мгновенно отскочил в сторону.
Окружившие их люди нерешительно стояли в стороне, словно боялись подойти к девушке. Они мялись, переглядывались, недоверчиво пригибались к земле. А затем они расступились, пропуская вперед высокого мужчину с длинными черными волосами. Его грудь украшало широкое кожаное оплечье с изображением страшных морд, напоминавших медуз с нефритовыми глазами, чьи щупальца тянулись вверх к окантовке из бирюзы.
Незнакомец в оплечье некоторое время смотрела на Марину. Затем он протянул девушке руку. Но Марина отшатнулась.
Мужчина нахмурился.
— Ты идти! — неожиданно сказал незнакомец.
— Нет, — пробормотала испуганная Марина.
— Ты идти! — повторил владелец оплечья.
— Нет…
Незнакомец сел перед ней на колени, склонив голову. То же самое сделали все его спутники.
— Ты слушаться! — прошипел незнакомец, так, чтобы его могла слышать только девушка. — Ты говорить: «Нет» — я убить… его.
И Марина решила пока не спорить.
Незнакомец что-то сказал своим людям. Марина и мужчина в оплечье пошли вперед. Девушка обернулась и увидела, как воины взяли Ролло и потащили. Руки капитана покоились на плечах двух крепких парней, ноги безвольно волочились по земле.
Марина шла рядом. Без криков, без слез она пугливо озиралась по сторонам.
Они спускались по лесной тропе, пока не оказались около реки с мутной коричневой водой. Здесь стояли лодки, в которые уже погрузили связанных женщин и подростков.
Незнакомец забрался в одну из лодок и пригласил Марину устроиться рядом. Ролло положили здесь же. Четверо парней столкнули лодку на воду, а потом сели на весла.
Их лодка плыла первой, остальные семь, выстроившись в ряд, следовали за ними.
Было темно. С двух сторон над рекой протянулись ветви пальм и неизвестных Марине деревьев, создавая растительный туннель, из-за которого не было видно неба. Между ветвей сновали птицы и маленькие серые обезьяны.
Со стороны берега послышался рык, а затем визг, заглушенный чьим-то воем. А потом раздался всплеск.
Марина обернулась. Три плененные девушки попытались сбежать, спрыгнув за борт. Одна не успела даже отплыть от лодки — от удара веслом по голове она потеряла сознание, и течение отнесло ее к берегу. Вторую настигла стрела. Самой проворной оказалась третья. Она уже почти доплыла берега, но запуталась в корнях, торчавших из воды.
«Давай! Давай!» — молилась за нее Марина, но почуявших легкую добычу крокодилов было слишком много. И они были гораздо быстрее.
Больше никто не предпринимал попыток сбежать.
Марина прижалась к Ролло. «Тук-тук, тук-тук…» — Мирно стучало сердце спящего.
— Куда вы нас везете? — спросила девушка, оправившись от потрясения.
— Дом, — ответил мужчина в оплечье.
Река петляла вдоль берегов. Звуки ударявшихся о воду весел и сердцебиения Ролло убаюкивали. Марина на несколько мгновений задремала.
Когда она открыла глаза, солнце уже зашло, а лес пропал. По обеим сторонам от них высились отвесные посеребрённые лунным светом скалы.
«Похоже, мы добрались до гор, которые виднелись на горизонте», — подумала Марина. Она вновь прислушалась к пульсу Ролло.
«Спит! Он все еще спит! Как он может?!» — невольно разозлись на капитана девушка.
А вот схвативший их незнакомец по-прежнему сидел на носу лодки и смотрел на серп месяца.
— Когда он придет в себя? — спросила Марина.
— Рассвет, — последовал короткий ответ.
«Час от часу не легче», — подумала девушка.
А течение и неутомимые гребцы несли их все дальше и дальше. В какой-то момент Марина заметила, что река расширилась, а берега отдалились. А затем русло сделало еще один поворот, огибая скалистый утес, и девушка обнаружила, что они оказались в огромном озере, посредине которого высилась залитая лунным светом ступенчатая пирамида. У подножия монументального сооружения мерцали огни неведомого города.
Лодка подошла к песчаному берегу. Четверо сонных человек, которые ждали возвращения воинов из похода, забежали в воду и стали вытаскивать ее на сушу. Когда они справились с этой задачей, мужчина в оплечье помог Марине выйти, а затем повел девушку в сторону прибрежных сооружений. На мгновение девушка остановилась и обернулась, чтобы убедиться — Ролло не остался в лодке, двое гребцов взяли его и понесли за ними.
— Идти, — сказал незнакомец. И Марина вместе со своим провожатым ступила на ночную улицу, необыкновенно пустую для крупного города.
— С ним точно все будет хорошо?
— Да.
Несмотря на сырость и позднее время, здесь было тепло, однако, девушка ощущала, как по ее спине бегали мурашки. Она не чувствовала себя в безопасности среди маленьких каменных домов, крыши которых укрывали пальмовые листья, а глиняные стены украшали каменные таблички с изображениями «монстров». (Марина не знала, как по-другому назвать клыкастые лица с красными глазами, огромными ушами и волосами-змеями). Все дома были расположены очень близко к друг другу, но не вплотную. В пространство между ними с трудом бы поместился взрослый человек средних размеров, задумай он там спрятаться.
«Ролло бы точно не хватило бы места», — с грустью подумала Марина.
На деревянных досках, которыми были выложены улицы, валялись черепки сосудов, обожжённые веточки, сухая трава. Все эти мелкие предметы издавали свои неповторимые звуки, соприкасаясь с ногами людей: хруст, шорох, скрип. И временами Марине казалось, что на самом деле она передвигается бесшумно, а вот чудовища на стенах домов смеются, переговариваются, пытаются выбраться из каменных плит.
Мужчина и девушка поднялись по лестнице и оказались в другом районе города. Здесь улицы были шире и вымощены камнем, а дома, охраняемые все теми же монстрами, выросли на целый этаж. На деревянных столбах, покрытых резьбой, висели фонари, дарившие тусклый свет улицам вместе с луной и звездами, а также причудливую пляску теней на стенах домов, способную напугать неподготовленного человека до полусмерти.
И вновь они подошли к лестнице — широкой, сплошь отделанной плитами с изображением уже привычных «лиц». По обеим сторонам от нижней ступени стояли каменные столбы — люди на коленях, с поднятыми руками и с отсеченными головами. На вершине каждого столба горели фонари.
Марина внеочередной раз обернулась, чтобы проверить — не бросили ли воины Ролло, а затем стала подниматься за незнакомцем, пока они не оказались у подножия пирамиды. Той самой, которую Марина увидела издалека.
Пирамида целиком и полностью была вытесана из камня, словно когда-то она была цельной скалой. Но чьи-то то ли умелые, то ли божественные руки потрудились над ней, превратив в монументальное сооружение. Весь нижний ярус, расположенный на уровне человеческих глаз, покрывали рисунки.
Марина успела разглядеть лишь вереницу стоявших на коленях связанных людей, над которыми возвышался человек в короне. В своей руке он держал предмет, подозрительно напоминавший сердце. Марина не была уверена в точности своего наблюдения, но память услужливо подкинула отрывок из дневника Рыжего Эрика. «…и тогда он вырвал еще трепещущееся сердце из груди пленного и сжал его в своей руке…»
«Древо, хоть бы я ошиблась!» — подумала девушка, поднимаясь за своим провожатым.
Самые нижние ступени, залитой лунным светом пирамиды были настолько широкими, что на них мог бы уместиться городской квартал. Но постепенно ступени становились все меньше и меньше, теряясь в вышине.
На каждой из ступеней стояли статуи крупной женщины с оголенными, свисавшими чуть ли не до пупка, грудями. Женщина сидела на корточках. Она одновременно рожала и поедала своего ребенка. Возле каждой статуи находился алтарь, на котором горел костер.
Марина посмотрела наверх — прямо над плоской вершиной пирамиды сияла яркая звезда. Чуть правее белел округлявшийся месяц.
Мужчина подвел Марину к внеочередной лестнице, вытесанной между ступенями. Когда они оказались где-то посередине пирамиды, незнакомец свернул с лестницы на саму ступень и повел ее к вырезанным в стене аркам, за которыми оказались поистине королевские покои.
