Пролог
— Сегодня великая ночь! Великая ночь кровавой луны! Браки, заключенные под холодными лучами небесной царицы, считаются самыми могущественными и вечными! Арина и Ярослав, вам посчастливилось соединить судьбы под покровом кровавой вуали. Так протяните мне ладони для ритуального таинства, которое объединит два сильнейших рода нашего клана!
Небольшая лесная поляна наполнилась одобрительным гулом ведьм и колдунов. Практически весь клан пришел на церемонию, жаждая стать свидетелями черного венчания. Их темные силуэты то практически сливались с ночью, то мерцали в свете затухающего огня. Тлеющие угли образовывали пятиконечную звезду, в центре которой возвышался алтарь таинства.
Я рассеянным взглядом смотрела на своего жениха, лишь отчасти слушая пафосную речь верховного жреца. Все звуки леса, которыми дышала ночь венчания, казались приглушенными и невыразительными. Густой туман бледно-молочными волнами стелился под ногами, постепенно заполоняя поляну. Я растворялась в нем, теряя себя.
Букет из черных роз превратился в изощренную пытку, тяжестью давя на руки, шипами царапая кожу. Однако и это не смогло привести меня в чувства.
— Арина, протяни ладонь. — Голос верховного жреца доносился до меня словно сквозь вату, глухой и едва различимый.
Я медленно перехватила букет одной рукой, а вторую послушно протянула колдуну. В кровавом свете луны блеснула сталь острого ритуального ножа. На его лезвии вспыхнули черным огнем руны и тут же погасли.
— Властью, данной мне при рождении, я магией крови скрепляю союз ведьмы и колдуна, — вновь зазвучал его голос, но теперь наполненный древней силой.
Жрец занес над моей ладонью нож, собираясь сделать ритуальный надрез. За каждым его действием пристально следил клан. Никто не хотел пропустить даже мгновения черного таинства. Волнение, трепет, тесно переплетенные с жаждой зрелища мощными волнами исходили от гостей. Я же стояла не шелохнувшись и безэмоционально наблюдала за отточенными действиями верховного, как черное венчание прервал волчий вой. Словно острое лезвие ритуального ножа, он располосовал лесную тишину. Я это слышала. Я это понимала. Однако вернуться не могла.
— Оборотни. — Убрав от моей ладони ритуальный нож, недовольно скривился жрец.
— Закончи венчание, — потребовал Ярослав, протянув свою ладонь. — Сейчас же.
— Поздно, колдун, — пронесся по лесной поляне смутно-знакомый, решительный голос.
Глава 1
Бокальчик вина отменяется
Два месяца до этих событий
Я ехала домой, когда солнце уже скрылось за горизонтом, а на черном небе пылали яркие звезды. Полная луна одиноко, с холодной красотой, поднималась все выше и выше, царственно взирая с высоты на свои владения.
Свет фар освещал темную извилистую дорогу. В это время суток она оказалась пустынна, что немного тревожило. Я одна. Ночь. Полная луна. Страх. Его воспитали во мне родители с младенчества, строго-настрого запрещая во время полнолуния выходить на улицу, рассказывая страшилки о злобных оборотнях. Я, как могла, гнала от себя прочь тревожные мысли и представляла, как зайду в свой дом, разожгу камин, налью бокальчик красного сухого вина и, включив любимый сериал, расслаблюсь.
Я сильнее сжала руль и передернула плечами, скидывая напряжение. Ведь мой выбор места жительства был осознанным. Да, в Дремужске обитают оборотни. И их много. Целая семья, владеющая фермой, лесопилкой, баром и рестораном. Не меньше половины жителей Дремужска работают на них. Наши пути с детьми ночного светила рано или поздно должны были пересечься, но каждое полнолуние я надеялась, что это случится позже. Сами того не зная, оборотни стали для меня волчьим щитом от собственного клана. Вот она — ирония.
Отогнав тревожные мысли, я чуть прибавила газа в желании как можно скорее оказаться дома. Пять минут. Каких-то пять минут и вечер с бокальчиком вина под сериал станет реальностью.
Сбежав от клана и переехав в Тишино, я защитила свой дом от оборотней целым арсеналом заклинаний, как скрывающими, так и не пускающими даже на порог. Так что единственной целью сейчас являлось просто добраться до безопасного места.
— О, нет! — вырвалось у меня, и я с силой нажала на тормоза, заприметив в свете фар силуэт на дороге.
Визг шин заглушил звучащую из радио очередную веселую песню. Машину развернуло чуть боком, и она, прочертив на асфальте полосу, остановилась. Я не смогла понять, кто встал у меня на пути. Просто силуэт. Просто безликое существо. Живот скрутил спазм, а звук бьющегося в агонии сердца оглушил. Я с трудом смогла отпустить руль. Пальцы совершенно не хотели слушаться. Сомневаясь до последнего, я на подрагивающих ногах вышла из машины и лишь каким-то чудом не заорала от страха.
На асфальте под светом фар лежал без сознания огромный черный оборотень. Рядом с ним, скукожившись и поскуливая, сидел белоснежный волчонок. Малыша колотила крупная дрожь, а его глаза были наполнены таким ужасом, что все мои страхи перед лунными зверями растворились.
— Я не сбила твоего друга, — оправдываясь перед детенышем, тяжело дышала я.
Он скукожился, превратившись во всклокоченный комок, и с испугом посмотрел в сторону лесной чащи.
— У-у-у-р-р-р-а-у, — раздался вой, от которого кровь замерла в венах.
Я, сглотнув тугой ком в горле, посмотрела на обочину и увидела еще одного оборотня. Он, совершенно ничего не боясь, скалил острые зубы и ровной поступью направлялся к нам. Желтые глаза полыхали злобой. Шерсть на загривке встала дыбом. Желание кровавой расправы читалось в каждом шаге.
— У-у-у, — испуганно заскулил волчонок и полез под лапу оборотня, который все еще был без сознания.
Смотря в пылающие ненавистью глаза наступающего зверя, я поняла, что он никого не оставит в живых. Смерть. Только она ему была нужна. Он перегрызет горло всем: мне, волчонку, взрослому оборотню.
Я перевела взгляд на малыша, который жался к своему защитнику, находящемуся до сих пор без сознания. Волчонку было страшно и одиноко. Мое сердце сжалось от нежности к ребенку и желания защитить его. Такой маленький, напуганный, потерянный. Меня наполнила злоба, перемешанная с жалостью к невинному ребенку, что я заслонила собой оборотней, готовая отстаивать не только свою жизнь, но и жизнь извечных врагов.
Глава 2
Сердце против правил
— Агр-р-рх! — раздался рык разгневанного оборотня.
Зверь понял, что между ним и целью встала ведьма, готовая к схватке, отчего его ярость только усилилась. Глаза запылали вековой ненавистью, а оскал стал еще более жутким. В свете фар я видела его острые зубы, готовые в любой момент растерзать мою плоть. Прижавшись к земле, оборотень приготовился к прыжку. В это мгновение время остановилось. Лишь биение моего сердца и тихий скулеж волчонка были подтверждением того, что Земля монотонно продолжала вращаться вокруг Солнца.
Каждую ведьму и каждого колдуна учат не только держаться от детей луны как можно дальше, но и преподают основные заклинания для борьбы с ними. Чтобы выжить, нужно всегда быть готовым к схватке. Жаль только, что тренировок было мало. Не так просто достать оборотня, на котором членам клана смогли бы оттачивать свое мастерство.
Мне лишь раз в жизни приходилось встречаться с врагами. И то в подростковом возрасте. Отец защитил нас с мамой от нападения зверей. Тот день навсегда останется со мной. Страх. Слезы. Кровь. Рев умирающего оборотня. Именно тогда я почувствовала не только страх перед волками, но и ненависть, о которой в клане внушали молодому поколению.
Все эти воспоминания одновременно вспыхнули, возрождая притупленную годами ярость. Адреналин, бурливший в венах, помог вовремя отреагировать на нападение врага. Хотя я и испытывала страх перед схваткой, нужное заклинание само слетело с губ, когда оборотень прыгнул с обочины дороги.
Злобный, яростный звериный рев разлетелся по лесу, эхом метаясь между деревьями. Он должен был вогнать меня в ступор, но лишь разозлил еще больше. Когда заклинание достигло цели, зверь рухнул на асфальт и болезненно заскулил, дергаясь в агонии.
Я не прекращала атаку в попытке вырубить оборотня. У меня не было цели пытать его, но отсутствие практики не позволило быстро лишить врага чувств. Магия била грубо — приходилось ломать кость за костью, чтобы добраться до позвоночника. Лишь через несколько долгих, мучительных не только для меня, но и для оборотня минут, я смогла сломать ему шею. Хищник, захрипев, перестал подавать признаки жизни и замер.
Поза, в которой он теперь лежал на асфальте, казалась неестественной и жуткой. Голова оборотня смотрела в сторону, противоположную лапам. Глаза широко распахнуты. Они безжизненно взирали к полной луне, словно ища ответа и не находя его.
Жаль, что часа через два зверь очнется. Его тело восстановится, а еще через три от нанесенных травм не останется и следа. И вот тогда волк начнет искать меня, чтобы отомстить.
Я прекрасно понимала последствия своего решения оставить оборотня в живых, но иначе поступить не могла. От этого становилось жутко. Только вот я не убийца. Никогда им не была и становиться не собиралась. Наверное, когда-нибудь мне придется переступить черту, но не сейчас, не сегодня.
Мысли о предстоящих днях, которые точно будут наполнены страхом и ожиданием скорой расправы, я упорно гнала от себя. Все проблемы, последующие за решением защитить волчонка, подождут. Пока.
Лес погрузился в практически полную тишину. Лишь испуганный скулеж малыша, да мое тяжелое дыхание нарушали спокойствие леса. Ну и еще работающий двигатель машины.
Магия продолжала бурлить в моем теле, служа напоминанием о недавней схватке. Я победила в неожиданном, чужом сражении. Однако исход войны, как и ее причины, являлся загадкой. Стаи иногда враждовали между собой, как и кланы ведьм и колдунов. У всех имелись на то свои причины и свои правила, хотя порой последних не было.
Я шумно выдохнула и растерла лицо руками, наверняка превратив прическу в полный хаос. Чувство победы будоражило, наполняя меня силой и шансом самолично справиться с любыми трудностями. Раньше мне никогда не выпадала возможность проверить способности. Теперь я знала наверняка — я смогу за себя постоять.
— У-у-у, — с жалостью заскулил волчонок, возвращая мне ощущение времени.
Его вой напомнил детский, испуганный плач, отчего предательское чувство сострадания к маленькому волку кольнуло сердце. Я понимала, что не должна чувствовать к нему ничего подобного. Однако не могла ничего с собой поделать. Ребенок. Он всего лишь испуганный ребенок.
Глава 3
Золотистый взгляд
— Малыш, все хорошо. Ты в безопасности, — присела я перед ним на корточки.
Белоснежный волчонок, все еще прячась под лапой взрослого оборотня, который лежал без сознания, посмотрел на меня. В его глазах блестели слезы и читался самый настоящий страх.
Я попробовала приподнять лапу оборотня, чтобы малыш смог выйти из своего укрытия. Однако даже сдвинуть ее с места не получилось. Она весила как надгробие основателя моего клана! Пришлось применить магию. Только вот когда лапа, наконец, перестала прижимать малыша к асфальту, он продолжил неподвижно лежать и испуганно жаться к своему защитнику.
— Беги к своей стае. Они помогут тебе, — мягко улыбнулась малышу.
— Р-р-р-р, — неожиданно зарычал волчонок скалясь.
— Какие мы грозные! Я почти испугалась, — усмехнулась я, хотя внутри меня все напряглось.
Быть укушенной в полнолуние, пусть даже волчонком, совершенно не хотелось. Последствия такой раны серьезны. Слюна оборотня для ведьмы ядом, конечно, не являлась, но лечение от такой раны заняло бы месяцы.
Поэтому, не делая резких движений, я так же при помощи магии опустила лапу обратно, чтобы не напугать ребенка еще больше. Сделала два шага назад от враждебно настроенного зверька и поджала губы. Возникло желание тут же вернуться в машину и уехать как можно дальше от оборотней, оставив их самих разбираться со своими проблемами. Наверное, так и нужно было сделать. Они враги. Я не должна испытывать ни капли жалости или сострадания. Однако страх малыша, который он стойко скрывал за враждебностью, оказался сильнее моих желаний. Смотря в глаза ребенка, я просто не могла их оставить.
Возможно, звереныша напугала моя магия, которая лишила чувств опасного оборотня, и теперь он боялся за жизнь своего защитника. Присмотревшись, я заметила на боку волка кровоточащую рану. Она почему-то не затягивалась. И это было довольно странным. Оборотни всегда обладали быстрой регенерацией.
Мне пришлось прищуриться, чтобы в свете фар разглядеть края раны. Я заметила блеск серебра. Ошибки быть не может. Тот бурый оборотень вел охоту на своих же.
Нужно было все же срочно бежать с чужой войны. Я уже практически развернулась к машине, чтобы уехать, как услышала жалобный скулеж волчонка.
— Ур-р-р, — малыш потыкал носом в морду своего защитника, не сводя с меня пристального взгляда.
Все внутренние барьеры, возводимые родителями и кланом двадцать пять с лишним лет, разом рухнули. Желание помочь бедному ребятенку теперь стало выше чувства самосохранения. Ни о каком побеге не могло быть и речи.
— Послушай, я не сделаю ничего плохого твоему другу. Обещаю. — Положив руку на сердце, попробовала я еще раз уговорить упрямого малыша.
— Р-р-ргхр! — опять угрожающе зарычал волчонок, недобро взглянув на меня.
Маленький член стаи всем своим видом показывал, что не собирается оставлять друга наедине с врагом. И я его прекрасно понимала. Скажи кто-нибудь мне еще час назад, что буду пытаться спасти оборотня — рассмеялась бы в лицо этому шутнику.
— Тот злой оборотень, скоро очнется, — указала я пальцем в сторону бурого волка, лежащего без сознания, — и он опять попытается напасть на тебя и твоего друга.
После моих слов малыш скукожился, превратившись в белый комок шерсти, и навострил ушки. В синих глазах мелькнул искренний испуг. Это было хорошим знаком. Значит, контакт между нами постепенно налаживался.
— Беги. Туда. В лес, — указала я рукой в чащу. — Я помогу твоему другу.
Маленький оборотень тут же замолчал и, округлив свои синие глазки, посмотрел на меня изумленным взглядом. Он совершенно точно не ожидал услышать подобное предложение от ведьмы и находился в полном замешательстве.
Выбор оказывался, действительно, сложным: довериться своей природе и дожидаться пробуждения злого оборотня или положиться на врага, которого ненавидел всем сердцем. Даже я, взрослый человек, не знала, что решила бы на его месте. Ведь сложившаяся ситуация разрывала все шаблоны взаимоотношений, не переносящих на дух друг друга видов.
— Ну что ты смотришь на меня? — покачав головой, я поторопила волчонка. — Думай быстрее. Спасешь своего друга и себя? Или?
Малыш сморщился, прикрыв на несколько секунд глазки, и осторожно выбрался из-под лапы оборотня. И откуда у такого крохи столько сил? Мне-то магию пришлось подключить.
Волчонок двигался не решительно, все еще сомневаясь в своем выборе. Хвост и уши поджаты. Взгляд метался от своего защитника к бурому оборотню. Шерсть на загривке приподнята.
Как мне было его жаль! Маленький, беззащитный, перепуганный ребенок. Ох, однажды доброта обернется для меня трагедией. Лучше бы это случилось не в эту ночь.
— Агр-р-рх, — вдруг рыкнул на меня волчонок, словно предупреждая о нарушении обещания.
