Кофта сидел всё время смирно рядом, срывая и нюхая травинки и цветочки, разглядывая пятна на своей одежде. Потом покрутил головой и вскричал, показывая пальцем в небо:
- Смотрите.
В небе появились два темных объекта, быстро увеличиваясь. Мы вжались в траву. Через некоторое время Доза сообщила:
- Это федеральный патруль.
- Это хорошо или плохо?
- Посмотрим. - загадочно прошептала она.
Два небольших корабля одинаковой формы и расцветки, с нарисованными красными полосами на боках, зависли неподалеку от плюшки. Садиться они не стали, из плюшки никто не выходил. Так и висели в тишине, мне стало скучно.
- Что происходит?
- Общаются. Думаю, патруль моминам велит убираться, они здесь не должны быть.
В жаркой звенящей насекомыми атмосфере внезапно раздались приятные клацающие звуки. С патрульными кораблями произошли быстрые изменения. На гладкой поверхности появились устройства, кабина отъехала в корпус, оба корабля окутались едва светящимся полем.
- Готовятся к атаке. - радостно сообщила Доза. - Сейчас они их...
Договорить она не успела, я машинально прижала мальчика к себе, из патрульного корабля грянул выстрел белым ослепительным сгустком. В следующую секунду Воробей перестал существовать. Заряд был направлен в моминов, но их защитное поле сработало и сгусток увело в сторону, точно в корабль Дозы. Я смогла только молча выпучить глаза, а девушка от шока встала в полный рост и сделала несколько шагов вперед, вытянув руки.
- Ааа....ааа...воробушек мой... - затянула она.
Корабль моминов беззвучно убрал лапки, поднялся в воздух и стремительно улетел прочь. Доза медленно брела к кучке пепла, бывшей когда-то ее кораблем, мы с Кофтой поплелись за ней, я держала мальчика за руку. Патрульные приземлились, из ближайшего вышли несколько человек и направились к нам. Идущий впереди снял шлем, осмотрелся и тяжело виновато вздохнул.
Следующие пару часов я была восхищенным зрителем невероятного спектакля. Как же я завидовала Дозе, что она так умеет. Вот бывают такие люди, которые добиваются всего, чего хотят, не силой, а одними словами. Она ругалась и плакала, истерила и обвиняла, грозилась и умоляла. В принципе, ее можно понять, она права, патруль уничтожил единственное средство ее заработка, да и вообще, собственность. Нас опросили и занесли данные куда-то, я с невольной гримасой назвала свое новое имя, фамилию и номер. Почти всё время молчала, чтобы не сболтнуть лишнего, отвечая, только когда обращались непосредственно ко мне. Доза коротко описала зачем мы прилетели на Борозду, не наврав, значит, ничего преступного в этом нет. В красках описывала, какой замечательный у нее был корабль, какой уникальный, с кучей доработок, ценных вещей на борту. Несколько раз повторила, что сирота и одна заботится о младших брате и сестре, даже заплакала, объясняя, что теперь они все пойдут по миру. Командир патруля, мужчина средних лет с крупным носом и вьющимися седыми волосами, блеклыми синими глазами, виновато отводил взгляд. Когда спросили про мальчика, восхищенно осматривающего корабль и военных, Доза с жаром пояснила:
- Уроды момины напали на деревню, сожгли дотла всех и всё, вы бы видели, там труп на трупе. Невинные люди погибли страшной смертью! Один мальчик спасся каким-то чудом, мы нашли его в шоковом состоянии, взяли с собой. Если бы не мы, он бы погиб от голода. А вы, вместо того, чтобы схватить их и отобрать украденное, отпустили и сожгли мой корабль!
- Федерация возместит ваши потери и позаботится о ребенке. – нехотя объявил командир.
- Мина усыновит его, он теперь считает ее своей мамой.
Мне стоило огромных усилий сдержать лицо после такого заявления. Я выдавила улыбку, а Кофта прижался к моей руке.
- Хорошо, пройдемте на корабль, мы отвезем вас в ближайший центр, там всё оформим.
Мужчина встал, потирая колени, все направились на корабль.
- Что ты несешь?! – прошептала я подруге на ухо.
- С ребенком у тебя больше шансов, держись его. – так же тихо ответила она.
Улыбнувшись, она похлопала Кофту по плечу.
- Повезло тебе, юный бороздянец.
В тесном корабле нам не позволили гулять, заперли в комнате и приставили охрану. Правда покормили и напоили. Я хотела поговорить с Дозой обо всем произошедшем, позадавать вопросы, но она прижала палец к губам и слегка покачала головой. Нас могут слышать, дошло до меня, нельзя расслабляться. Разместившись на откидных кроватях и зафиксировав себя специальным полем, чтобы не слететь на пол, стали отдыхать. Кофта быстро засопел, за ним и я.
Нас доставили на планету с названием Точка. После медосмотра меня с Кофтой разместили в комнате матери и ребенка, где больше никого не было, а Дозу увели оформлять документы. В большом помещении экран для просмотра мультиков и развивающих передач. Инструкция на стене гласила, что система сама выбирает, что показать, в зависимости от возраста детей в комнате. Кофта рассматривал разные игрушки, боясь трогать, я ходила по помещению. Открытая кухня, туалет отдельно от душа, обычный, три кабинки, две для людей, одна для прочих разных. В душе две выдвигающихся из стены ванночки, душевая кабинка, раковина взрослая и низкая, для детей. Сушилка для рук, зеркала и еще игрушки, похоже, для купания. На полке немного средств, всё детское.
Меня тревожило будущее, я рассеянно смотрела, как мальчик принялся на полу собирать какой-то конструктор, показывая мне детали. Я всё рассказала о себе Дозе и не хотела бы теперь с ней разлучаться. За короткое время мы сблизились, и я уже стала считать себя частью ее команды. Что теперь будет? Возить с собой маленького мальчика на задания опасно и глупо. Если меня сделают его опекуном или приемным родителем, то куда я от него денусь. Ужасно хочется поговорить обо всем с кем-нибудь.
Присев к Кофте, стала рассматривать игрушки. По ним можно кое-что понять об обществе, истории, отношении к детям. В военное время и сразу после будут преобладать игрушки в виде оружия или солдат, в период прогресса игрушки в виде станков или рабочих предметов, например, молоток или лопатка. Игрушки в виде зверей или сказочных существ должны прививать ребенку доброе отношение к природе и развивать фантазию. В этой комнате игрушек в виде зверей или рабочих профессий не было. Несколько разных солдат, наверняка, в форме Федерации, кары, звездолеты, пара человекоподобных кукол, какая-то липкая масса, чтобы мять руками, разного цвета. Рукоятка от обычного меча, а нажимаешь на кнопку, появляется световой луч. Шапочка с рогами и парик с зелеными волосами. Разные конструкторы, с большими цветными деталями, наверное, для самых маленьких, и сложные, которые и не поймешь то сразу, что куда.
За всё время, что мы там пробыли, а часы показали, что это около трех часов, только один раз зашла женщина. Ну как женщина, нечто, женская особь. Я так решила, потому что это ведь комната матери и ребенка, значит она мать. Похожа на большого, выше меня ростом, толстого слизня, сиреневого цвета, в накидке вместо одежды. На животе в пристяжном рюкзаке детеныш. Я старалась не пялиться, наблюдая за ней исподлобья, но Кофту притянула к себе. Кто их знает, этих слизней. Она вынула из сумки пакет, вскрыла и высыпала в высокий стакан что-то активно шевелящееся. Закрыла и измельчила специальным прибором, долила немного воды, затем на стакан надела колпачок и дала ребенку. Видя, с каким аппетитом он накинулся на еду, меня замутило. Низко опустив голову, я старалась дышать глубже, к счастью эта пара сразу удалилась.
Вскоре нас навестила сотрудница центра, сообщив, что со мной побеседует психолог. Спросила, как мне будет удобно, здесь поговорить, при ребенке, или отдельно. Я ответила, что отдельно, мало ли что будут спрашивать. Пришла девушка, пообещала присмотреть за мальчиком, и меня увели. В маленьком кабинете, за столом с чаем, к которому я не притронулась, состоялся разговор. Психолог - молодая на вид женщина, с черными, строго убранными волосами и цепким взглядом, задавала мне вопросы, делая пометки в экране.
- Расскажите коротко о себе.
- Это действительно будет коротко. У меня потеря памяти.
Она подняла на меня взгляд.
- С какого момента?
- С начала. Меня обнаружили за несколько дней до даты в моих документах. С того дня я всё помню, ранее ничего. Меня поместили в федеральный соц. центр, затем устроили на работу на планете Пас в космопорт.
- По программе реабилитации. Как вы там освоились, как работа?
Пережив яркую вспышку не самых приятных воспоминаний, я с улыбкой ответила:
- Нормально.
Уверена, она всё про меня знает, проверяет, не буду ли я врать.
- Что было потом?
- Доза, моя подруга, взяла меня в свою команду, я полетела с ней.
- Она говорит иное...
Провокация, ничего страшного. Пусть Доза говорит что-то другое, я ведь свои мысли высказываю, я считаю так. Спокойно пожала плечами.
- Что случилось на Борозде?
- Наш корабль потерпел крушение, но мы не пострадали. Отправились искать то, за чем прилетели. Вернулись, корабля нет. Пошли в ближайшую деревню за помощью. Деревня оказалась уничтоженной, нашли мальчика, взяли его с собой.
- Почему?
- Потому. - я недоуменно подняла брови. - Не надо было? Ребенок маленький, совсем один. Как можно бросить?
Она сделала запись, опустив глаза.
- Вы хотите усыновить мальчика? - спросила она в лоб.
Подумав, я честно ответила:
- Я не знаю. Как будет лучше для него?
Взгляд и голос женщины смягчились.
- Конечно, жизнь в семье лучше, чем в приюте, но нам нужно понимать, что вы сможете позаботился о нем. Если вы вообще этого хотите.
Я задумалась, и тут до меня дошел смысл слов Дозы. Если я установлю мальчика, то, учитывая мое нищее состояние, нам должны помочь. Дать жилье и возможность заработка. Я снова окажусь на тяжелой низкооплачиваемой работе, так как ничего не умею, снова буду терпеть насмешки и унижения. С другой стороны, у меня будет дом и подобие семьи. Появится еще один близкий человек, это не мелочь. Неужели Доза хочет отделаться от меня? Или, наоборот, хочет помочь, желает лучшего, по ее мнению, будущего?
- Честно, я не знаю.
Женщина снова что-то записала.
- Хорошо. Давайте поговорим о детях. Как вы думаете, вы сможете позаботился о ребенке? Воспитать, ухаживать?
Ой, ну это вряд ли. Я о себе с трудом забочусь. Вслух я произнесла, тщательно подбирая слова:
- Я многого не знаю или не помню, но не думаю, что будет невероятно сложно накормить или одеть. По поводу воспитания, я считаю, ребенку нужно образование и побольше общения. Разговоры, рассуждения, чтобы учился думать, принимать самостоятельные решения. Показывать, как правильно поступать, следует на собственном примере.
Женщина внимательно смотрела на меня, кивнула и сделала пометку. Потом задала несколько разных вопросов: какой мой любимый цвет, какие испытываю страхи, как остановить носовое кровотечение. Я отвечала спокойно, что бы они не решили, меня устоит любой исход. Вернувшись в детскую комнату, встретилась с Дозой. Они с Кофтой построили форт или что-то типа того, засунув внутрь солдат. Большая кукла, как великан, нападала, а обороняющиеся стреляли в нее липкой массой. Девушка-няня неподалеку пялилась в экран.
Нас всех разместили в гостинице при центре и до глубокой ночи, уложив мальчика спать, мы тихо в коридоре обсуждали произошедшее. Одежду нашу забрали для стирки и выдали взамен халаты. К моему облегчению, Доза не собиралась меня бросать. Умная женщина, поняла, как можно использовать мои способности. Осталось дождаться, когда ей выделят корабль взамен утраченному, а мне дождаться решения по поводу мальчика и жилья.
- Ты не волнуйся, здесь такие дела быстро делаются. - успокоила она меня. - Соглашайся на всё, что предложат, потом откажешься от ненужного. Я могу брать тебя на некоторые задания с собой, прибыль будем делить пополам. Конечно, ребенка нельзя брать с собой, наймем няню.
На следующий день Кофта заболел. Не вставал, плакал, капризничал, много спал. Пришедший врач сообщил, что это нормально, мальчик начинает привыкать к другой планете, через несколько дней должно пройти. Лечения никакого, только уход. Нам приносили еду в номер, Доза бегала целый день где-то, а я смотрела в экран, разобравшись с помощью подруги, как с ним обращаться. С раннего утра до позднего вечера я смотрела всё подряд. Кино, мультфильмы, передачи, музыкальные клипы, новости, исторические фильмы. К середине дня начинала кружиться голова, но я не могла остановиться. Со временем понимая всё больше, со страхом я осознавала, сколько же еще не знаю. Кофте принесла несколько игрушек из игровой комнаты, но он мало играл в них, больше спал, или тихо лежал, вцепившись в мою руку.
На третий день он скакал и бегал по номеру, весело смеясь, и мы отправились погулять. Прямо в гостинице располагался крытый сад. Прямо как кусочек леса, но под стеклянным колпаком. Высокие деревья, трава и мох, насекомые, птицы. Я с грустью вспоминала лес рядом с поместьем, наши прогулки, но уже не видела яркие образы, а лишь ощущения, настроение. Полагаю, со временем и это пройдет. Я стану вспоминать о прошлой жизни реже и реже, уже просто с легкой грустью, краски совсем поблекнут, слова забудутся. Только воспоминания о любимом всё еще причиняют сильную боль.
Мальчик бегал среди деревьев, всё трогая и рассматривая, и задавал сотни вопросов, на которые я не знала, что отвечать. Что это за птица, что за цветок, ягода, жук? Понятия не имею. Кое-что похоже на то, что я знаю, но боюсь ошибиться. Я испытывала напряжение и стыд от того, что не могу ответить на простые детские вопросы, да к тому же редкие прохожие косились на нас. Когда пришла Доза, я еле удержалась, чтобы не броситься ей на шею. Она немного поотвечала на вопросы Кофты и увела нас.
- Пойдем, просили тебя зайти к психологу. Наверное, объявят решение.
- Что по поводу твоего корабля?
- Нужно ждать. - она вздохнула. - Говорят "в течение месяца".
- Ты расскажешь заказчику о том, что его браслет теперь у моминов? - спросила я, ведя мальчика за руку.
- Да. Пусть знает. Вернуть его теперь почти невозможно.
В комнате еще с какими-то людьми психолог объявил мне, что пока мне оформят опеку над мальчиком, про усыновление поговорим позже, через год, не раньше. Как пострадавшим от действий моминов, нам будет выделено жилье, отдельный домик в пригороде, ближе к природе и подальше от городской суеты, что нам обоим пойдет на пользу. Работу я должна найти себе сама, если захочу, на ребенка выделяется ежемесячное пособие, до достижения им шестнадцати лет. Также ребенку, так как он находится на попечении Федерации и является сиротой, будет выделено место в ближайшей школе, с питанием, дадут обеспечение в виде одежды, обуви, всего, что нужно для учебы. Плюс медицинская страховка на мальчика и на меня, как на опекуна. Мне показалось, что условия шикарные, не понятно только по поводу размера пособия, можно ли на него прожить. За мной и мальчиком будут наблюдать всё время, следить, как я выполняю свои обязанности. Если не буду справляться, ребенка заберут в приют. Я со всем согласилась, разберусь по ходу дела. Мальчику оформили документ, такой же, как у меня. Записали какую-то дату рождения, выходило, что ему сейчас чуть более четырех лет, свою реальную дату рождения он не помнит, или не знал никогда. Имя в паспорте - Кофта Стоун. Доза поздравила меня, сообщив, что это даже больше, чем она рассчитывала.
- Смотрите.
В небе появились два темных объекта, быстро увеличиваясь. Мы вжались в траву. Через некоторое время Доза сообщила:
- Это федеральный патруль.
- Это хорошо или плохо?
- Посмотрим. - загадочно прошептала она.
Два небольших корабля одинаковой формы и расцветки, с нарисованными красными полосами на боках, зависли неподалеку от плюшки. Садиться они не стали, из плюшки никто не выходил. Так и висели в тишине, мне стало скучно.
- Что происходит?
- Общаются. Думаю, патруль моминам велит убираться, они здесь не должны быть.
В жаркой звенящей насекомыми атмосфере внезапно раздались приятные клацающие звуки. С патрульными кораблями произошли быстрые изменения. На гладкой поверхности появились устройства, кабина отъехала в корпус, оба корабля окутались едва светящимся полем.
- Готовятся к атаке. - радостно сообщила Доза. - Сейчас они их...
Договорить она не успела, я машинально прижала мальчика к себе, из патрульного корабля грянул выстрел белым ослепительным сгустком. В следующую секунду Воробей перестал существовать. Заряд был направлен в моминов, но их защитное поле сработало и сгусток увело в сторону, точно в корабль Дозы. Я смогла только молча выпучить глаза, а девушка от шока встала в полный рост и сделала несколько шагов вперед, вытянув руки.
- Ааа....ааа...воробушек мой... - затянула она.
Корабль моминов беззвучно убрал лапки, поднялся в воздух и стремительно улетел прочь. Доза медленно брела к кучке пепла, бывшей когда-то ее кораблем, мы с Кофтой поплелись за ней, я держала мальчика за руку. Патрульные приземлились, из ближайшего вышли несколько человек и направились к нам. Идущий впереди снял шлем, осмотрелся и тяжело виновато вздохнул.
Следующие пару часов я была восхищенным зрителем невероятного спектакля. Как же я завидовала Дозе, что она так умеет. Вот бывают такие люди, которые добиваются всего, чего хотят, не силой, а одними словами. Она ругалась и плакала, истерила и обвиняла, грозилась и умоляла. В принципе, ее можно понять, она права, патруль уничтожил единственное средство ее заработка, да и вообще, собственность. Нас опросили и занесли данные куда-то, я с невольной гримасой назвала свое новое имя, фамилию и номер. Почти всё время молчала, чтобы не сболтнуть лишнего, отвечая, только когда обращались непосредственно ко мне. Доза коротко описала зачем мы прилетели на Борозду, не наврав, значит, ничего преступного в этом нет. В красках описывала, какой замечательный у нее был корабль, какой уникальный, с кучей доработок, ценных вещей на борту. Несколько раз повторила, что сирота и одна заботится о младших брате и сестре, даже заплакала, объясняя, что теперь они все пойдут по миру. Командир патруля, мужчина средних лет с крупным носом и вьющимися седыми волосами, блеклыми синими глазами, виновато отводил взгляд. Когда спросили про мальчика, восхищенно осматривающего корабль и военных, Доза с жаром пояснила:
- Уроды момины напали на деревню, сожгли дотла всех и всё, вы бы видели, там труп на трупе. Невинные люди погибли страшной смертью! Один мальчик спасся каким-то чудом, мы нашли его в шоковом состоянии, взяли с собой. Если бы не мы, он бы погиб от голода. А вы, вместо того, чтобы схватить их и отобрать украденное, отпустили и сожгли мой корабль!
- Федерация возместит ваши потери и позаботится о ребенке. – нехотя объявил командир.
- Мина усыновит его, он теперь считает ее своей мамой.
Мне стоило огромных усилий сдержать лицо после такого заявления. Я выдавила улыбку, а Кофта прижался к моей руке.
- Хорошо, пройдемте на корабль, мы отвезем вас в ближайший центр, там всё оформим.
Мужчина встал, потирая колени, все направились на корабль.
- Что ты несешь?! – прошептала я подруге на ухо.
- С ребенком у тебя больше шансов, держись его. – так же тихо ответила она.
Улыбнувшись, она похлопала Кофту по плечу.
- Повезло тебе, юный бороздянец.
В тесном корабле нам не позволили гулять, заперли в комнате и приставили охрану. Правда покормили и напоили. Я хотела поговорить с Дозой обо всем произошедшем, позадавать вопросы, но она прижала палец к губам и слегка покачала головой. Нас могут слышать, дошло до меня, нельзя расслабляться. Разместившись на откидных кроватях и зафиксировав себя специальным полем, чтобы не слететь на пол, стали отдыхать. Кофта быстро засопел, за ним и я.
Нас доставили на планету с названием Точка. После медосмотра меня с Кофтой разместили в комнате матери и ребенка, где больше никого не было, а Дозу увели оформлять документы. В большом помещении экран для просмотра мультиков и развивающих передач. Инструкция на стене гласила, что система сама выбирает, что показать, в зависимости от возраста детей в комнате. Кофта рассматривал разные игрушки, боясь трогать, я ходила по помещению. Открытая кухня, туалет отдельно от душа, обычный, три кабинки, две для людей, одна для прочих разных. В душе две выдвигающихся из стены ванночки, душевая кабинка, раковина взрослая и низкая, для детей. Сушилка для рук, зеркала и еще игрушки, похоже, для купания. На полке немного средств, всё детское.
Меня тревожило будущее, я рассеянно смотрела, как мальчик принялся на полу собирать какой-то конструктор, показывая мне детали. Я всё рассказала о себе Дозе и не хотела бы теперь с ней разлучаться. За короткое время мы сблизились, и я уже стала считать себя частью ее команды. Что теперь будет? Возить с собой маленького мальчика на задания опасно и глупо. Если меня сделают его опекуном или приемным родителем, то куда я от него денусь. Ужасно хочется поговорить обо всем с кем-нибудь.
Присев к Кофте, стала рассматривать игрушки. По ним можно кое-что понять об обществе, истории, отношении к детям. В военное время и сразу после будут преобладать игрушки в виде оружия или солдат, в период прогресса игрушки в виде станков или рабочих предметов, например, молоток или лопатка. Игрушки в виде зверей или сказочных существ должны прививать ребенку доброе отношение к природе и развивать фантазию. В этой комнате игрушек в виде зверей или рабочих профессий не было. Несколько разных солдат, наверняка, в форме Федерации, кары, звездолеты, пара человекоподобных кукол, какая-то липкая масса, чтобы мять руками, разного цвета. Рукоятка от обычного меча, а нажимаешь на кнопку, появляется световой луч. Шапочка с рогами и парик с зелеными волосами. Разные конструкторы, с большими цветными деталями, наверное, для самых маленьких, и сложные, которые и не поймешь то сразу, что куда.
За всё время, что мы там пробыли, а часы показали, что это около трех часов, только один раз зашла женщина. Ну как женщина, нечто, женская особь. Я так решила, потому что это ведь комната матери и ребенка, значит она мать. Похожа на большого, выше меня ростом, толстого слизня, сиреневого цвета, в накидке вместо одежды. На животе в пристяжном рюкзаке детеныш. Я старалась не пялиться, наблюдая за ней исподлобья, но Кофту притянула к себе. Кто их знает, этих слизней. Она вынула из сумки пакет, вскрыла и высыпала в высокий стакан что-то активно шевелящееся. Закрыла и измельчила специальным прибором, долила немного воды, затем на стакан надела колпачок и дала ребенку. Видя, с каким аппетитом он накинулся на еду, меня замутило. Низко опустив голову, я старалась дышать глубже, к счастью эта пара сразу удалилась.
Вскоре нас навестила сотрудница центра, сообщив, что со мной побеседует психолог. Спросила, как мне будет удобно, здесь поговорить, при ребенке, или отдельно. Я ответила, что отдельно, мало ли что будут спрашивать. Пришла девушка, пообещала присмотреть за мальчиком, и меня увели. В маленьком кабинете, за столом с чаем, к которому я не притронулась, состоялся разговор. Психолог - молодая на вид женщина, с черными, строго убранными волосами и цепким взглядом, задавала мне вопросы, делая пометки в экране.
- Расскажите коротко о себе.
- Это действительно будет коротко. У меня потеря памяти.
Она подняла на меня взгляд.
- С какого момента?
- С начала. Меня обнаружили за несколько дней до даты в моих документах. С того дня я всё помню, ранее ничего. Меня поместили в федеральный соц. центр, затем устроили на работу на планете Пас в космопорт.
- По программе реабилитации. Как вы там освоились, как работа?
Пережив яркую вспышку не самых приятных воспоминаний, я с улыбкой ответила:
- Нормально.
Уверена, она всё про меня знает, проверяет, не буду ли я врать.
- Что было потом?
- Доза, моя подруга, взяла меня в свою команду, я полетела с ней.
- Она говорит иное...
Провокация, ничего страшного. Пусть Доза говорит что-то другое, я ведь свои мысли высказываю, я считаю так. Спокойно пожала плечами.
- Что случилось на Борозде?
- Наш корабль потерпел крушение, но мы не пострадали. Отправились искать то, за чем прилетели. Вернулись, корабля нет. Пошли в ближайшую деревню за помощью. Деревня оказалась уничтоженной, нашли мальчика, взяли его с собой.
- Почему?
- Потому. - я недоуменно подняла брови. - Не надо было? Ребенок маленький, совсем один. Как можно бросить?
Она сделала запись, опустив глаза.
- Вы хотите усыновить мальчика? - спросила она в лоб.
Подумав, я честно ответила:
- Я не знаю. Как будет лучше для него?
Взгляд и голос женщины смягчились.
- Конечно, жизнь в семье лучше, чем в приюте, но нам нужно понимать, что вы сможете позаботился о нем. Если вы вообще этого хотите.
Я задумалась, и тут до меня дошел смысл слов Дозы. Если я установлю мальчика, то, учитывая мое нищее состояние, нам должны помочь. Дать жилье и возможность заработка. Я снова окажусь на тяжелой низкооплачиваемой работе, так как ничего не умею, снова буду терпеть насмешки и унижения. С другой стороны, у меня будет дом и подобие семьи. Появится еще один близкий человек, это не мелочь. Неужели Доза хочет отделаться от меня? Или, наоборот, хочет помочь, желает лучшего, по ее мнению, будущего?
- Честно, я не знаю.
Женщина снова что-то записала.
- Хорошо. Давайте поговорим о детях. Как вы думаете, вы сможете позаботился о ребенке? Воспитать, ухаживать?
Ой, ну это вряд ли. Я о себе с трудом забочусь. Вслух я произнесла, тщательно подбирая слова:
- Я многого не знаю или не помню, но не думаю, что будет невероятно сложно накормить или одеть. По поводу воспитания, я считаю, ребенку нужно образование и побольше общения. Разговоры, рассуждения, чтобы учился думать, принимать самостоятельные решения. Показывать, как правильно поступать, следует на собственном примере.
Женщина внимательно смотрела на меня, кивнула и сделала пометку. Потом задала несколько разных вопросов: какой мой любимый цвет, какие испытываю страхи, как остановить носовое кровотечение. Я отвечала спокойно, что бы они не решили, меня устоит любой исход. Вернувшись в детскую комнату, встретилась с Дозой. Они с Кофтой построили форт или что-то типа того, засунув внутрь солдат. Большая кукла, как великан, нападала, а обороняющиеся стреляли в нее липкой массой. Девушка-няня неподалеку пялилась в экран.
Нас всех разместили в гостинице при центре и до глубокой ночи, уложив мальчика спать, мы тихо в коридоре обсуждали произошедшее. Одежду нашу забрали для стирки и выдали взамен халаты. К моему облегчению, Доза не собиралась меня бросать. Умная женщина, поняла, как можно использовать мои способности. Осталось дождаться, когда ей выделят корабль взамен утраченному, а мне дождаться решения по поводу мальчика и жилья.
- Ты не волнуйся, здесь такие дела быстро делаются. - успокоила она меня. - Соглашайся на всё, что предложат, потом откажешься от ненужного. Я могу брать тебя на некоторые задания с собой, прибыль будем делить пополам. Конечно, ребенка нельзя брать с собой, наймем няню.
На следующий день Кофта заболел. Не вставал, плакал, капризничал, много спал. Пришедший врач сообщил, что это нормально, мальчик начинает привыкать к другой планете, через несколько дней должно пройти. Лечения никакого, только уход. Нам приносили еду в номер, Доза бегала целый день где-то, а я смотрела в экран, разобравшись с помощью подруги, как с ним обращаться. С раннего утра до позднего вечера я смотрела всё подряд. Кино, мультфильмы, передачи, музыкальные клипы, новости, исторические фильмы. К середине дня начинала кружиться голова, но я не могла остановиться. Со временем понимая всё больше, со страхом я осознавала, сколько же еще не знаю. Кофте принесла несколько игрушек из игровой комнаты, но он мало играл в них, больше спал, или тихо лежал, вцепившись в мою руку.
На третий день он скакал и бегал по номеру, весело смеясь, и мы отправились погулять. Прямо в гостинице располагался крытый сад. Прямо как кусочек леса, но под стеклянным колпаком. Высокие деревья, трава и мох, насекомые, птицы. Я с грустью вспоминала лес рядом с поместьем, наши прогулки, но уже не видела яркие образы, а лишь ощущения, настроение. Полагаю, со временем и это пройдет. Я стану вспоминать о прошлой жизни реже и реже, уже просто с легкой грустью, краски совсем поблекнут, слова забудутся. Только воспоминания о любимом всё еще причиняют сильную боль.
Мальчик бегал среди деревьев, всё трогая и рассматривая, и задавал сотни вопросов, на которые я не знала, что отвечать. Что это за птица, что за цветок, ягода, жук? Понятия не имею. Кое-что похоже на то, что я знаю, но боюсь ошибиться. Я испытывала напряжение и стыд от того, что не могу ответить на простые детские вопросы, да к тому же редкие прохожие косились на нас. Когда пришла Доза, я еле удержалась, чтобы не броситься ей на шею. Она немного поотвечала на вопросы Кофты и увела нас.
- Пойдем, просили тебя зайти к психологу. Наверное, объявят решение.
- Что по поводу твоего корабля?
- Нужно ждать. - она вздохнула. - Говорят "в течение месяца".
- Ты расскажешь заказчику о том, что его браслет теперь у моминов? - спросила я, ведя мальчика за руку.
- Да. Пусть знает. Вернуть его теперь почти невозможно.
В комнате еще с какими-то людьми психолог объявил мне, что пока мне оформят опеку над мальчиком, про усыновление поговорим позже, через год, не раньше. Как пострадавшим от действий моминов, нам будет выделено жилье, отдельный домик в пригороде, ближе к природе и подальше от городской суеты, что нам обоим пойдет на пользу. Работу я должна найти себе сама, если захочу, на ребенка выделяется ежемесячное пособие, до достижения им шестнадцати лет. Также ребенку, так как он находится на попечении Федерации и является сиротой, будет выделено место в ближайшей школе, с питанием, дадут обеспечение в виде одежды, обуви, всего, что нужно для учебы. Плюс медицинская страховка на мальчика и на меня, как на опекуна. Мне показалось, что условия шикарные, не понятно только по поводу размера пособия, можно ли на него прожить. За мной и мальчиком будут наблюдать всё время, следить, как я выполняю свои обязанности. Если не буду справляться, ребенка заберут в приют. Я со всем согласилась, разберусь по ходу дела. Мальчику оформили документ, такой же, как у меня. Записали какую-то дату рождения, выходило, что ему сейчас чуть более четырех лет, свою реальную дату рождения он не помнит, или не знал никогда. Имя в паспорте - Кофта Стоун. Доза поздравила меня, сообщив, что это даже больше, чем она рассчитывала.
