Вопар

Так называли собаководы пару, что сегодня не появилась на сходке. Выяснить адрес Валерия труда не составило, благо, компания попалась дружная, кто-то к кому-то ходил в гости, общались, отмечали праздники, так что буквально час спустя Маргарита опознала в Ларсе - рыжего зверя из памяти Вопар...
        Девушка опустилась на переднее сиденье, закрыла дверь, съежилась и зажмурилась. Машина качнулась. Резкий хлопок и повисшая тишина дали понять, что он рядом и на тормозах ничего не спустит. Вишневская зачем-то втянула голову в плечи, укутавшись в пальто сильней. Сколько они так просидели она не знала, но почему-то ничего не происходило. Маргарита осторожно приоткрыла глаза и взглянула на мужчину. Он сидел вполоборота, опираясь на руль, и внимательно ее изучал.
        - Ну, и что это было? - она вздрогнула от сухого холодного тона.
        Ей действительно нужно ответить или вопрос был риторическим?
        - Тебе сколько лет?
        - Двадцать два, - хотелось, чтоб голос прозвучал уверенно, однако не вышло.
        - Молодец, знаешь, - продолжил с нажимом Макс. - А теперь подумай и расскажи мне, двадцатидвухлетняя, как поступил бы взрослый умный человек после звонка Кости? Ключевое слово - "взрослый", если ты не догадалась.
        Маргарита недовольно стиснула губы.
        - И не надо свои губки поджимать, а если бы что случилось? Если бы ты не выдержала поездки в метро? Или если бы Афанасьевна не дозвонилась до этих двух? Что тогда?
        Ковалев готов был закрыть ее где-нибудь или наручниками к себе пристегнуть. Что за идиотка?
        Мимо проехала Костина шестерка. Помощник бросил на начальника хмурый недовольный взгляд и ласковый, внимательный на девушку. Беспокоится за Цветок? Ну, надо же! Еще один умник. Не смог догадаться, что она его обманула, а еще одаренным числится, неуч. Кот из дому - мыши в пляс. Стоило отвлечься и вот, пожалуйста, получи подарок. Самостоятельная.
        - Он не виноват, это все я, - промямлила Маргаритка.
        Макс насторожился. И с какой радости такое взаимное беспокойство?
        - Кто виноват определюсь без тебя.
        - Но он правда не при чем.
        А вот теперь к общей картине предыдущих и без того с трудом сдерживаемых эмоций примешалась еще одна, и надо отметить, довольно неприятная. Костя вдруг стал казаться не талантливым молодым сыскарем, а неприятным смазливым гаденышем.
        - Что у вас с ним? - без обиняков поинтересовался Макс, заводя двигатель и трогаясь с места.
        - Ничего, - как-то слишком поспешно пробормотала девушка, принялась грызть ноготь и чересчур внимательно вглядываться в городской пейзаж за окном.
        Ее ответ окончательно испортил мужчине настроение.
        - Ты забыла спросить о ком речь?
        - Да, - она замялась, продумывая оправдание, - ты говорил про Костю, я и подумала...
        - И врать ты ничерта не умеешь.
        - Умею! - Вишневской стало совсем обидно. Чего он так взъелся?
        - Если бы умела, соврала бы правдоподобно. Мне плевать, с кем ты собралась... встречаться, - нужное слово почему-то не сразу пришло на язык, - но давай-ка после того, как выполнишь свою часть сделки - я тебе охранником не нанимался в нерабочее время сторожить не намерен. Я ясно выразился?
        Она кивнула.
        - И фокусы свои ночные оставь возлюбленному.
        Маргарита различила откровенную издевку. Отчаянно захотелось ударить чем-нибудь тяжелым по его голове, а потом она неожиданно поняла причину недовольства Максима, и всю злость смыла волна горячей, сладкой нежности. Так просто и так приятно. Обижаться и расстраиваться сразу расхотелось. Девушка выпрямилась и улыбнулась.
        - Хорошо, - на этот раз голос не дрогнул, прозвучало именно так, как задумывалось, - твердо уверенно, немного ласково. Маргарита наблюдала как тонкие пальцы ее спутника с силой стиснули руль, выдавая злость и недовольство ее спокойствием. Она отвернулась к окну, зажмурилась и закусила нижнюю губу, сдерживая порыв возликовать. Когда тебя ревнует понравившийся мужчина - это безумно приятно!
        Яркие огни ночного города сменяли друг друга за окном. Ее спутник уверенно вел автомобиль, на ее взгляд чуть резче, чем обычно, что в общем лишь сильнее отзывалось сладким теплом в груди. Несмотря на возраст, подобные эмоции были Маргарите внове. Ревность по отношению к себе она ощущала и раньше, но всегда иначе, всегда ласковым поглаживанием по холке ее гордости, сейчас же... Сейчас восторгом плавился ее разум, с удовольствием и невероятным спокойствием просчитывая и подсказывая все возможные варианты развития дальнейших событий. А еще это ее желание позвонить Максиму при первых признаках паники. К кому первому кидается женщина, когда ей нужна помощь? К тому, кто не только дорог, но и способен защитить. Этот мужчина и в самом деле для нее особенный.
        Девушка со вздохом оторвалась от созерцания ночного города и взглянула на спутника.
        - Костя меня на свидание позвал, я отказалась, а у госпожи прокурора ничего нового для тебя не было, за исключением желания, так сказать, прервать дружбу.
        Ковалев с силой сжал челюсть.
        - И по твоему желание взаимно? - наконец после долгого молчания холодно поинтересовался Максим.
        Маргарита пожала плечами.
        - Не знаю. Ты единственный, в чью голову без разрешения забраться невозможно.
        - Хорошо.
        Снова воцарилась тишина. Девушка огорчилась, однако сдаваться пока намерения не имела.
        - Костик - не мой возлюбленный.
        - Повезло... Костику, - с издевкой закончил мужчина. Вишневская разозлилась. Это уже переходило всякие границы.
        - Останови машину!
        - Что?
        - Останови машину! Сама до дома доберусь, и заметь, своего дома, а утром завезешь обратно мои вещи... Я тебе не подчиненная и спать благополучно способна в своей кровати, в своей квартире. Нужны видения - заезжай или присылай машину! Я терпеть твое хамство не намерена. Тебя никто не просил ни сторожить меня, ни помогать мне...
        Договорить Маргарита не успела, словно во сне раздался оглушительный удар, хруст, мир сошел с ума и потух перед глазами, сменив реальность на темноту.
       

Глава 10

        Время вдруг стало дискретным.
        Кое-как удалось разлепить веки. Вспышки фар, крики и шум сходу ослепили и оглушили ее. Мгновение темноты и перед глазами возникло знакомое сосредоточенное лицо. Девушка с ужасом поняла, что у Максима на лбу рана. Он был взволнованный, весь грязный, неопрятный и поцарапанный, но это не напугало, а вот ужасная темная борозда, уходящая под волосы, - более чем. Он что-то говорил ей, только отвечать не было сил. Все, что она могла, просто не отводить взгляд от знакомых до боли глаз. Шум вокруг все усиливался, и снова темнота...
        Перед взором замелькали чужие лица и еще руки...
        Ее везли, наверное, в скорой. Максим был рядом. Кто другой стал бы держать ее за руку?..
        Светло, длинный коридор, под спиной нечто холодное, глухо стучат колеса каталки по полу, холодно и паника - его нет рядом! Куда он делся?..
        Маргарита с трудом открыла глаза, уставилась в режуще белый потолок. Только мгновение спустя дошло, что это из-за лампы. Еще несколько секунд спустя вернулись воспоминания.
        - Максим, - непослушными губами промямлила девушка.
        - Цветок, прости идиота, - откуда-то справа послышался знакомый голос, чуть искаженный усталостью. Маргарита повернула голову. Рядом на кровати восседал Ковалев. Все лицо и руки поцарапаны, на лбу повязка, а в синих глазах, к которым Вишневская успела так привыкнуть, вина и раскаяние.
        - Выглядишь паршиво.
        - Не спорю.
        - Я сейчас такая же страшная? Или еще хуже?
        - Ты самая красивая.
        Маргарита улыбнулась, по крайней мере она надеялась, что ее губы послушно изобразили улыбку.
        - Ты, видимо, очень сильно головой приложился. Это ж я! Невзрачный табун твоих неприятностей, а еще невезения.
        - Нет, - философски протянул Ковалев, - ты - мое самое большое везение, и ты очень красивая.
        В палату вошла медсестра в сопровождении Анны Афанасьевны, что позволило девушке скрыть слишком явное удовольствие от слов Максима.
        - Ну, что, пара циркачей. Твоих родителей я домой отправила, маму твою успокоила, - обратилась пожилая одаренная к следователю. - Скажи спасибо свидетелей дочерта в это время. Машина, как ты и предположил, в угоне. Ребята ищут. Ты абсолютно точно уверен, что столкновение не случайное?
        - Мам Ань, какое к черту случайное?
        - Ладно, ладно. Спокойно. Девочка, ты как? - адресовала она вопрос уже к Вишневской. Та пожала плечами в ответ, с неподдельным ужасом наблюдая как медсестра готовит шприц. - У-у, понятно. Отсыпайтесь, горе - герои. Вам тут теперь трое суток как минимум торчать. Спокойной ночи. Ребята за дверью дежурят, - с этими словами мама Аня покинула палату.
        Максим с любопытством взирал на свою спутницу.
        - Ты уколов боишься?
        - А ты чего со мной в одной палате делаешь? Тебя разве по половому признаку не отдельно положить должны?
        - По отдельности охранять неудобно. Так ты серьезно уколов боишься?
        - Повернитесь, - медсестра не удержалась от улыбки. С тех пор как привезли эту пару, ей хотелось, чтоб девушка скорее очнулась. В конце концов, увидеть наконец над кем так трясется этот привлекательный мужчина. Как привезли, так по сто раз расспрашивает кто к ней подходит, зачем, что делает. Странно. Она пристально оценивающе оглядела пациентку. И вроде бы ничего из ряда вон, самая обыкновенная девчонка. Разве только в истории болезни указано, что одаренная. Может, этим и привлекла парня. Вот так на протяжении всей жизни - одаренным всегда все самое лучшее.
        - Пусть он сначала отвернется, - недовольно пробубнила Маргарита.
        Медсестра вздохнула и с обворожительной улыбкой взглянула на мужчину.
        - Трусиха, - прошептал Ковалев, выполняя просьбу Цветка, стараясь при этом не уронить капельницу. На кой черт поставили? Он и так себя прекрасно чувствовал.
        Исполнив прямые обязанности, сестра удалилась, поправив при этом вырез рабочего халатика, чтоб повыгоднее подчеркивал грудь. Там за дверью один из полицейских весьма симпатичен, неокольцован, а главное, не прочь пообщаться. Неплохая ночная смена выдалась.
        Маргарита развернулась и сердито уставилась в потолок.
        - Злишься? - сходу оценил ее состояние Ковалев.
        - Нет.
        - Злишься. Прости.
        - За трусиху или за ревность? - отчего-то хотелось побольнее зацепить, заставить раскаяться.
        - За то, что втянул тебя в это дело и не уберег.
        После таких слов стало немного совестно, тем более в интонации ни капли былого недовольства или ревности, только вина. Маргарита вздохнула и сменила тему разговора на более насущную, о которой размышляла в присутствии Афанасьевны.
        - Что произошло? Ничего толком не помню.
        - На перекрестке нас выбили, хорошо на обочине людей не оказалось, причем больше чем уверен, что стремились именно убить.
        - С чего ты взял?
        - С того, что как правило виновные водители стремятся скрыться с места аварии, но никак не врезаться повторно.
        Вишневская пораженно выдохнула. Ничего себе поворот, но они ведь живые. Или целью было покалечить? Только если бы целью было покалечить, второй раз врезаться, наверное, не стали. Видимо, Максим прав.
        - И?
        - Табельное оружие частенько отбивает охоту вредить, поэтому и носим.
        Девушка совершенно неожиданно для себя залилась смехом. Макс тоже выглядел несколько удивленным.
        - Все же Олег прав, это надо записывать. Ты первая, кто угорает над моими шутками, причем искренне.
        - А как же мама?
        - Пыталась, но у нее врать плохо получается.
        Маргарита вновь рассмеялась, затем погрустнела.
        - Я не боюсь уколов, я боюсь больниц вообще, из-за родителей. Я рада, что ты не дал сообщить Димке про аварию. Спасибо.
        - Понятно, пропустил, значит, мысли свои, голова работает паршиво. Не зря мне иглу в вену воткнули, - Ковалев снова недовольно оглядел капельницу, стараясь скрыть раздражение. Раздражение на самого себя, что допустил все происходящее, и отчего-то за то, что не встретил Цветок раньше. Сколько бы бед не свалилось на хрупкие плечи, окажись рядом некто сильный. Вполне вероятно, брат с сестрой не лишились бы семейного состояния, немалого, кстати.
        - Это не мои.
        - Что? - не понял Максим.
        - В смысле, калечить собирались не мои. Я дело родителей прохлопала давно и надежно. Причина либо в тебе, либо во мне, но тогда уже конкретно из-за Вопар.
        Ковалев ласково улыбнулся. Спокойно так рассуждает и даже выражение лица наигранно деловитое, а губы бледные. Появилось желание обнять ее и не отпускать, пока не расслабится и не отдохнет по настоящему. За размышлениями как-то не сразу сообразил, что девушка все еще ждет его ответ.
        - Логично. Одна беда - меня много кто не любит. К тому же, если верить ребятам, Вопар не в их числе. Больше ты не участвуешь в расследовании.
        - Будто это поможет, - Маргарита скептично фыркнула, вслушиваясь во все еще плохо скрываемые эмоции Максима. - Вот видишь, ты и сам знаешь. И ты не веришь, что записка от Вопар была адресована именно тебе. А еще я ночевала в твоей квартире последние ночи, в любом случае решат, что я... То есть мы с тобой... - Девушка смущенно откашлялась, не сумев верно подобрать слова. - А если это Вопар - еще лучше, значит моя помощь в ее поимке ценна, иначе с чего бы так суетиться? Или же дамочка ревнует, что тоже неплохо - повод выехать из колеи, просчитаться, допустить ошибку. Я уже подумала, пусть машину отыщут, только не трогают ничего внутри, а я расскажу, что думал тот водитель, когда нас сбивал, ну или что другое... Чего-нибудь обязательно да увижу.
        - Ты смотри, как раскомандовалась, - Максим рассмеялся и увернулся от запущенного в него колпачка от шприца, так неразумно забытого медсестрой. - Промазала.
        - В следующий раз не промажу.
        - Спи, Афина, у тебя сотрясение.
        - Сам такой, - произнесла довольная Маргарита, устроилась поудобнее и со спокойной душой закрыла глаза, а некоторое время спустя ее измотанным разумом завладели сновидения.
        Максим наблюдал за спящим Цветком. Исцарапанная, бледная... Он не знал как относиться к собственным чувствам. Вздохнул. Хорошо это или плохо, из песни слов не выкинешь: она ему нравится, даже слишком. Тихая и шумная, смешливая и грустная, сильная и беззащитная - живое противоречие самой себе, а еще умная. По крайней мере, поняла, что он ревнует намного раньше, чем он сам этот факт осознал.
        В памяти всплыли недавние события. Вот он ведет машину и злится, но больше расстраивается, хочется, чтоб она поняла, насколько неприятно видеть ее, защищающую другого мужчину, чтоб осознала какой привкус горечи оставляет подозрение, что ее мысли занимает не он. Максим в тот момент понял, что дальше машину вести нельзя, необходимо прежде успокоиться, водители опасны не только в состоянии алкогольного опьянения - кому знать, как не ему. В мгновение снизил скорость, намереваясь свернуть к домам, и вот тогда в них влетел внедорожник. Не прими он секундой ранее верного решения, Маргаритка вполне вероятно была бы мертва, а так девочка обширную гематому на груди получила от ремня, да массу мелких царапин. В остальном невредима, если врачам верить.
        Перед внутренним взором встали глаза водителя внедорожника, когда Макс, выбравшись из покареженной "лады" выстрелил в капот приближающегося уже во второй раз автомобиля, а затем вверх, в воздух (кто докажет какой выстрел был произведен ранее?).