Как всем нам известно, покушение на жизнь живого человека, эльфа, вампа или бормита карается заключение на срок от двадцати лет и выше. Уверена, что достопочтенный глава рода Далаэль, - тут я кивнула золотоволосому эльфу, который сверлил меня опасным взглядом, - смог бы сократить или заменить наказание своему сыну. Но мы находимся на Единых Землях, а такого рода преступление карается смертью через отсечение головы.
По залу пробежал шепоток, где-то скрипнули стулья. Риан не выдержал и повернул ко мне своё красивое эльфийское лицо. Он был бледен, но смотрел на меня с вызовом, ненависть из его взгляда никуда не делась. Но было в нём что-то ещё, какая-то загнанность, отчаяние.
— И здесь не важно к какой расе или к какому роду принадлежит преступник, - продолжала я, с удовольствием наблюдая, как лица присутствующих становятся всё напряженнее. Меня как пострадавшую сторону никто не имел права сейчас перебивать, хорошо что они чётко следуют традициям и законам в этой части.
— Я, Александра Романова из рода людей хочу использовать право данное мне Декларацией о правах рас мира Эрентерр, параграф десять, статья шестьдесят семь, третий пункт.
Теперь нужно сделать паузу, чтобы дать им немного всё переварить. Опустила взгляд на сидящего рядом ректора, он смотрел на меня очень внимательно. Тогда я перевела глаза на судей, чтобы понять, что они знают, о чём я веду речь. Некоторые из них нахмурились и склонились к своим коллегам. Хорошо, обсудите, голубчики.
— Она дикарка и не имеет права что-либо требовать! - глава рода Далаэль, Хитар, подскочил и вперил в меня гневный взгляд.
— А что я требую? - я скептически подняла бровь, будучи уверенной на сто двадцать процентов, что он не в курсе этих деталей законодательства.
Эльф задохнулся от возмущения, уж не знаю, то ли от того, что грязная дикарка к нему обратилась, то ли от того, что я вообще существую.
— Адептка Романова, - ко мне обратился один из Высших эльфов судебной комиссии. - Вы точно понимаете смысл того, что просите?
— Совершенно, - я уверенно кивнула. - И прошу обратить внимание, что этот пункт в силе, потому что правки, которые были приняты по параграфу десять около двух сотен лет назад, не коснулись трёх статей, в том числе и шестьдесят седьмой.
Судья нахмурился, изучая меня пристальным взглядом, затем махнул рукой, подзывая мужичка-стенографиста, и что-то ему быстро проговорил. Тот покивал и скрылся в боковой двери.
— Перерыв десять минут, - заявил другой судья.
В зале стало шумно.
— Адептка, что вы делаете? - ректор решил воспользоваться паузой и повыносить мне мозг за непослушание. Я ведь должна была сидеть и не отсвечивать, а ещё поплакать в платочек.
— Реализую свой замысел, ректор тан Аргамайт, - я сдержано улыбнулась ему и села на место.
— И в чём он заключается, позвольте узнать? - спросил эльф, не спуская с меня недовольного взгляда. Интересно, он вообще умеет улыбаться и смеяться? Или только хмуриться и ворчать? Такой молодой и красивый, а ведёт себя как старый дед.
— Если вы не знакомы с деталями Декларации о правах, то долго объяснять, - я расплылась в улыбке, стараясь, чтобы она не была слишком торжественной.
Дейгар поджал губы и просверлил меня очередным недовольным взглядом.
Стенографист вернулся в зал с огромной старинной книгой на руках. Еле дотащил, бедняга. Грохнул её на стол судей, те сгрудились над ней и начали листать, что-то обсуждая. Люблю наводить шорох, этот навык у меня с детства, папа однажды посетовал, что меня когда-нибудь прихлопнут за это умение.
Судьи что-то обсуждали ещё несколько минут, тыкая в страницы и листая дальше. Стенографист не выдержал и тоже к ним подключился, теперь они стояли вшестером. Зал гудел, как растревоженный улей, Риан бросал на меня взгляды, а я кровожадно ему улыбалась и играла бровями. Наши гляделки перехватил ректор и сжал моё плечо:
— Прекратите сейчас же адептка, как вы себя ведёте?
Судьи разошлись по своим местам, книга продолжала лежать перед центральным эльфом, который косился на неё задумчиво. Стенографист успокоил присутствующих, и наступила вожделенная тишина.
— Пострадавшая сторона, адептка Романова, - проговорил центральный эльф, еле заметно дёрнув крылом. - Вынуждены отказать вам в запрашиваемом праве.
— И почему же? - я была готова, а ректор рядом выдохнул.
— В соответствии с Декларацией о правах рас вы, будучи уроженкой диких земель, не имеете права использовать статью шестьдесят семь, - в глазах судьи блеснуло торжество. Ах так, ушастый? Ну ничего, мы умеем бороться.
— Имею, я являюсь человеком, это сможет подтвердить любое медицин… лекарское освидетельствование, - уверенно продолжала я. - Впрочем, я понимаю, о чём вы. Когда дикие земли стали таковыми, отколовшись от людских королевств, то в Декларацию были внесены кое-какие изменения, в статью четырнадцать, пункт двенадцать. В соответствии с принятым решением дикари перестали считаться членами общества мира Эрентерр. Но, - я подняла палец, - это положение не имеет силы, так как противоречит более приоритетному документу — Конвенции о мировых видах. - Зал зашелестел, так глубоко никто не копал, да? Получайте. Взгляд судьи стал пронзительным, он буквально впился в моё лицо. А я продолжила: - В соответствии с Конвенцией природная принадлежность вида не может быть изменена, дискриминирована или вычеркнута из перечня. А поскольку дикари относятся к биологическому виду людей, то в Декларацию не имели права вносить подобные правки.
В зале повисла гробовая тишина, судьи смотрели на меня, переваривая только что услышанное. Я физически ощущала напряжение ректора рядом. Глянула на него, он смотрел на меня ошеломлённо.
— А Конвенцию нельзя изменить, потому что этот документ начертан на стенах замка Единого Правителя и является основополагающим для мира Эрентерр, - я сделала последний аккорд и мило улыбнулась. Микдроп*. Бу-ум!
— Кхм… - центральный судья зашевелился и откашлялся в кулак. Затем начал что-то спешно обсуждать с сидящими рядом. Поманил стенографиста, и тот снова убежал в боковую дверь, чтобы через пару минут вернуться с какими-то ещё более древними рукописями, которые буквально рассыпались у него в руках.
Судьи снова начали всё просматривать. На этот раз зал смотрел, затаив дыхание. Уже никто не фыркал и не посмеивался.
— Что ж. В таком случае, - центральный судья выпрямился и глянул на коллег рядом, затем кивнул стенографисту, - нам нужно будет собрать отдельное заседание, или даже совет Малого Круга о легитимности внесённых в Декларацию изменений.
Судьи рядом с ним согласно покивали, словно китайские болванчики. Стенографист начал что-то спешно строчить на пергаменте.
— Уважаемый суд, моё прошение удовлетворено? - поинтересовалась я.
— Суд поддерживает ваше право на использование статьи шестьдесят семь Декларации о правах рас.
Я улыбнулась торжествующе, приятно побеждать, особенно таких вот шовинистов. Перевела взгляд на присутствующих, лица у них были крайне недовольные, они явно готовы были начать нетерпеливо выкрикивать требования немедленно объяснить им содержание этой статьи.
Все пятеро судей поднялись со своих мест, следом за ними встали остальные присутствующие на заседании. Стенографист передал исписанный пергамент центральному Высшему.
— Суд вынес решение, - начал тот. - Смертная казнь Риана Далаэля через отсечение головы заменена на… - он всё-таки не выдержал и встретился со мной взглядом. Я подбадривающе улыбнулась седому эльфу, - на статус личного раба. Срок услужения на усмотрение пострадавшей стороны. Адептка Романова, - судья опустил пергамент и снова посмотрел на меня. Готова биться об заклад, но в его безцветных глазах мелькнуло уважение. - Вы вправе распоряжаться жизнью Риана Далаэля на своё усмотрение. От себя добавлю, что… - он осёкся, видимо, решив не добавлять. - Рабство на территории Эрентерра давно изжило себя. Но… наше законодательство слишком древнее и обширное, да, оно многое предусматривает, - это он уже как будто себе пробурчал, переглянувшись с коллегами.
Ага, законы не успели вовремя подрихтовать. Я хмыкнула. Думаю, этим скоро займутся.
*микдроп - drop the mic - уронить, бросить микрофон; фраза, выражающая победный жест, совершаемый путем бросания микрофона (в прямом смысле или, зачастую, лишь имитировав действие), часто после решительного, убедительного, производящего впечатление выступления, представления, речи, и т.п. (сам жест броска микрофона называется mic drop)
По залу разнёсся ошеломлённый вздох присутствующих. Громче всех, как мне показалось, выдохнул Хитар Далаэль. У меня не было времени разбираться в нюансах их родовых взаимоотношений, но явно для него это стало не меньшим ударом, чем смертная казнь сына. Если не большим. Золотоволосый эльф схватился за сердце и рухнул на стул, над ним тут же склонились несколько других, кто-то выбежал из зала, наверное, за водой или лекарем.
— Что ты наделала? - ректор взял меня за локоть и развернул к себе. В его глазах плясало неверие и ошеломление, которое всё никак не рассасывалось.
— Обзавелась личным рабом, - улыбнулась я, снимая его руку со своего плеча. Нет, ну а что? Было бы лучше отправить парня на казнь? Я уже поняла, что у них тут Средневековье, а род Далаэль ещё те гады, но всё же… Я не хочу, чтобы кого-то казнили.
— Он хотел тебя убить, - тихо напомнил ректор, непонимающе качнув головой, словно на мои мысли отвечал.
— Фигово, конечно, но я ведь выжила, - пожала я плечами. Кто меня только не пытался убить, и зогры, и люди. Подумаешь, теперь ещё и эльф в этом списке будет. - Это был единственный вариант сохранить ему жизнь.
— Сохранить, - Дейгар не сводил изумлённых серебряных глаз с моего лица, словно что-то читал в них.
Я перевела взгляд на Риана, который был в полнейшем шоке и ужасе. Он смотрел на меня так, словно я превратилась в зогра и пытаюсь его сожрать. Ладно тебе, паренёк, это не самый худший расклад. Ты будешь жить.
— Риан Далаэль, - по залу прокатился голос судьи, все притихли и обратили к нему лица. - Твой статус меняется. С этого момента ты больше не принадлежишь к роду Далаэль и поступаешь в собственность к Александре Романовой. По старым законам, которыми решила воспользоваться… твоя хозяйка, - судье явно было некомфортно говорить о таком, - только она будет решать твою дальнейшую судьбу. Принесите те самые артефакты, - пробубнил он стенографисту, а затем снова себе под нос, - не думал, что когда-нибудь придётся их использовать. Мы вообще их в музей истории Эрентерра планировали отдать.
Риан сник и упал на стул, положил лицо на руки. Неужели плачет? А я задумалась о том, каково ему сейчас. Ведь с его позиции это настоящая катастрофа, он теперь безродный раб в подчинении у ненавистной дикарки. Возможно, он даже думает, что смерть через казнь была бы куда гуманнее. Я поджала губы. Нет, я не жалею о своём решении, я слишком много видела жестоких смертей и слишком сильно ценила жизнь.
Вскоре из боковой двери появилось двое мужчин в мантиях. Они оказались людскими магами, один держал в руках старый ящичек из потемневшего от времени материала. Приблизившись к Риану, они заставили его вытянуть руки, на что тот хрипло им что-то ответил. Затем извлекли из ящика два светлых металлических браслета и надели ему на запястья. Они тут же вспыхнули оранжевым светом. Рабские браслеты? Серьёзно? Внутри меня всколыхнулось давно забытое чувство паники, но я быстро его отогнала.
— Суд завершён, всем разойтись, - проговорил главный судья, бросив на меня последний пронзительный взгляд.
Стенографист подхватил свои бумаги и скрылся за дверью следом за комитетом судей.
Я оглянулась на галдящих вокруг эльфов, выныривая из размышлений.
— Ты… ты!!! - проорал мне пунцовый от злости глава рода Далаэль. - Грязная дикарка! Как ты посмела опозорить мой род?!
Он сделал шаг в мою сторону, но его тут же обступили со всех сторон и подтолкнули на выход. Присутствующие покидали зал, бросая на меня теперь уже испуганные взгляды. Но ненависти и презрения тоже хватало, куда же без них.
Вскоре в аудитории остались только мы с ректором, его друг Харлан и Риан, который продолжал сидеть на стуле, опустив голову на руки. Его пальцы побелели, с такой силой он впился в свои роскошные волосы. Внутри меня царапнуло сочувствие. Бедный. Я ведь хотела как лучше.
— Ну что? - Харлан пытался звучать бодро, но выглядел слишком напряжённым, а на меня посматривал с какой-то опаской. Как будто я могу в любой момент кинуться на него и покусать.
— Кушать хочется, - я повернулась к ректору, который выглядел не лучше своего друга. Он вздрогнул от моих слов, провёл рукой по волосам и уставился на моё лицо.
— Что?
— Да, уже пора, тут есть кафешки или рестораны? - спросила я, махнув рукой в окно.
Харлан прыснул как-то нервно. Я удивлённо глянула на него. Что такое?
— Ресторан? - Дейгар рассматривал меня как неведомую зверушку. - Откуда у тебя деньги на ресторан?
— У меня нет ни гроша, может, вы заплатите? - спросила я, опустив руки в карманы. Не знаю почему, но этот жест привёл ректора в ужас. Кстати, я почти не разобралась с местной валютой и экономикой, упущение, надо срочно залатать эту дыру в знаниях и придумать, как здесь заработать на жизнь.
— Ахаха! Прелестно! - Харлан внезапно взорвался смехом, Риан вздрогнул от этого резкого звука и поднял бледное, как полотно, лицо. Глаза были мокрые и красные, плакал, как я и думала.
Я поджала губы, как-то даже боязно к нему приближаться. Но ещё больше пугал его взгляд, в нём словно что-то сломалось, внутри полоснуло страхом, слишком уж знакомым показался мне этот взгляд. Где-то год назад на нашей базе один мужчина покончил с собой, а до этого неделю ходил, как в воду опущенный. Никто особо не обращал внимание, проблем и так хватало. А потом его нашли повешенным в подсобке. Надеюсь, Риан не попытается покончить с собой. Надо будет следить за ним.
— Ну так что? Пошлите есть? - я подняла взгляд на ректора, который пристально на меня смотрел, и начала медленно продвигаться к Риану. Эльф следил за моим приближением, как дикий зверь, угодивший в ловушку. - Если дело в деньгах, то я потом верну, не вопрос.
Харлан хрюкнул от смеха ещё раз, но моё внимание было сосредоточено на Риане.
— Вставай, мы уходим, - сказала я ему не то, что хотела. Но решила, что лучше начать с этого.
— Я готов заплатить за ресторан, - ответил Харлан, пока ректор стоял в ступоре и всё ещё сверлил меня непонятным взглядом. Да что ему надо? - Знаю здесь неподалёку одно местечко.
— Спасибо, сегодня был тяжёлый день, нам всем не помешает передохнуть, - я улыбнулась Харлану. Золотоволосый красавчик ответил мне ослепительной улыбкой.
Риан поднялся на ноги и встал рядом со мной с отсутствующим видом.
— А твой… ээ… раб? Что будешь с ним делать? - спросил Харлан, чьи голубые глаза буквально горели любопытством и жаждой информации. Он перевёл сочувствующий взгляд на Риана, но тут же отвернулся, словно стыдился чего-то.
— Пока не знаю, придумаю что-нибудь, но сейчас он отправится с нами, - я махнула Риану рукой, и мы направились на выход из зала.
По залу пробежал шепоток, где-то скрипнули стулья. Риан не выдержал и повернул ко мне своё красивое эльфийское лицо. Он был бледен, но смотрел на меня с вызовом, ненависть из его взгляда никуда не делась. Но было в нём что-то ещё, какая-то загнанность, отчаяние.
— И здесь не важно к какой расе или к какому роду принадлежит преступник, - продолжала я, с удовольствием наблюдая, как лица присутствующих становятся всё напряженнее. Меня как пострадавшую сторону никто не имел права сейчас перебивать, хорошо что они чётко следуют традициям и законам в этой части.
— Я, Александра Романова из рода людей хочу использовать право данное мне Декларацией о правах рас мира Эрентерр, параграф десять, статья шестьдесят семь, третий пункт.
Теперь нужно сделать паузу, чтобы дать им немного всё переварить. Опустила взгляд на сидящего рядом ректора, он смотрел на меня очень внимательно. Тогда я перевела глаза на судей, чтобы понять, что они знают, о чём я веду речь. Некоторые из них нахмурились и склонились к своим коллегам. Хорошо, обсудите, голубчики.
— Она дикарка и не имеет права что-либо требовать! - глава рода Далаэль, Хитар, подскочил и вперил в меня гневный взгляд.
— А что я требую? - я скептически подняла бровь, будучи уверенной на сто двадцать процентов, что он не в курсе этих деталей законодательства.
Эльф задохнулся от возмущения, уж не знаю, то ли от того, что грязная дикарка к нему обратилась, то ли от того, что я вообще существую.
— Адептка Романова, - ко мне обратился один из Высших эльфов судебной комиссии. - Вы точно понимаете смысл того, что просите?
— Совершенно, - я уверенно кивнула. - И прошу обратить внимание, что этот пункт в силе, потому что правки, которые были приняты по параграфу десять около двух сотен лет назад, не коснулись трёх статей, в том числе и шестьдесят седьмой.
Судья нахмурился, изучая меня пристальным взглядом, затем махнул рукой, подзывая мужичка-стенографиста, и что-то ему быстро проговорил. Тот покивал и скрылся в боковой двери.
— Перерыв десять минут, - заявил другой судья.
В зале стало шумно.
— Адептка, что вы делаете? - ректор решил воспользоваться паузой и повыносить мне мозг за непослушание. Я ведь должна была сидеть и не отсвечивать, а ещё поплакать в платочек.
— Реализую свой замысел, ректор тан Аргамайт, - я сдержано улыбнулась ему и села на место.
— И в чём он заключается, позвольте узнать? - спросил эльф, не спуская с меня недовольного взгляда. Интересно, он вообще умеет улыбаться и смеяться? Или только хмуриться и ворчать? Такой молодой и красивый, а ведёт себя как старый дед.
— Если вы не знакомы с деталями Декларации о правах, то долго объяснять, - я расплылась в улыбке, стараясь, чтобы она не была слишком торжественной.
Дейгар поджал губы и просверлил меня очередным недовольным взглядом.
Стенографист вернулся в зал с огромной старинной книгой на руках. Еле дотащил, бедняга. Грохнул её на стол судей, те сгрудились над ней и начали листать, что-то обсуждая. Люблю наводить шорох, этот навык у меня с детства, папа однажды посетовал, что меня когда-нибудь прихлопнут за это умение.
Судьи что-то обсуждали ещё несколько минут, тыкая в страницы и листая дальше. Стенографист не выдержал и тоже к ним подключился, теперь они стояли вшестером. Зал гудел, как растревоженный улей, Риан бросал на меня взгляды, а я кровожадно ему улыбалась и играла бровями. Наши гляделки перехватил ректор и сжал моё плечо:
— Прекратите сейчас же адептка, как вы себя ведёте?
Судьи разошлись по своим местам, книга продолжала лежать перед центральным эльфом, который косился на неё задумчиво. Стенографист успокоил присутствующих, и наступила вожделенная тишина.
— Пострадавшая сторона, адептка Романова, - проговорил центральный эльф, еле заметно дёрнув крылом. - Вынуждены отказать вам в запрашиваемом праве.
— И почему же? - я была готова, а ректор рядом выдохнул.
— В соответствии с Декларацией о правах рас вы, будучи уроженкой диких земель, не имеете права использовать статью шестьдесят семь, - в глазах судьи блеснуло торжество. Ах так, ушастый? Ну ничего, мы умеем бороться.
— Имею, я являюсь человеком, это сможет подтвердить любое медицин… лекарское освидетельствование, - уверенно продолжала я. - Впрочем, я понимаю, о чём вы. Когда дикие земли стали таковыми, отколовшись от людских королевств, то в Декларацию были внесены кое-какие изменения, в статью четырнадцать, пункт двенадцать. В соответствии с принятым решением дикари перестали считаться членами общества мира Эрентерр. Но, - я подняла палец, - это положение не имеет силы, так как противоречит более приоритетному документу — Конвенции о мировых видах. - Зал зашелестел, так глубоко никто не копал, да? Получайте. Взгляд судьи стал пронзительным, он буквально впился в моё лицо. А я продолжила: - В соответствии с Конвенцией природная принадлежность вида не может быть изменена, дискриминирована или вычеркнута из перечня. А поскольку дикари относятся к биологическому виду людей, то в Декларацию не имели права вносить подобные правки.
В зале повисла гробовая тишина, судьи смотрели на меня, переваривая только что услышанное. Я физически ощущала напряжение ректора рядом. Глянула на него, он смотрел на меня ошеломлённо.
— А Конвенцию нельзя изменить, потому что этот документ начертан на стенах замка Единого Правителя и является основополагающим для мира Эрентерр, - я сделала последний аккорд и мило улыбнулась. Микдроп*. Бу-ум!
— Кхм… - центральный судья зашевелился и откашлялся в кулак. Затем начал что-то спешно обсуждать с сидящими рядом. Поманил стенографиста, и тот снова убежал в боковую дверь, чтобы через пару минут вернуться с какими-то ещё более древними рукописями, которые буквально рассыпались у него в руках.
Судьи снова начали всё просматривать. На этот раз зал смотрел, затаив дыхание. Уже никто не фыркал и не посмеивался.
— Что ж. В таком случае, - центральный судья выпрямился и глянул на коллег рядом, затем кивнул стенографисту, - нам нужно будет собрать отдельное заседание, или даже совет Малого Круга о легитимности внесённых в Декларацию изменений.
Судьи рядом с ним согласно покивали, словно китайские болванчики. Стенографист начал что-то спешно строчить на пергаменте.
— Уважаемый суд, моё прошение удовлетворено? - поинтересовалась я.
— Суд поддерживает ваше право на использование статьи шестьдесят семь Декларации о правах рас.
Я улыбнулась торжествующе, приятно побеждать, особенно таких вот шовинистов. Перевела взгляд на присутствующих, лица у них были крайне недовольные, они явно готовы были начать нетерпеливо выкрикивать требования немедленно объяснить им содержание этой статьи.
Все пятеро судей поднялись со своих мест, следом за ними встали остальные присутствующие на заседании. Стенографист передал исписанный пергамент центральному Высшему.
— Суд вынес решение, - начал тот. - Смертная казнь Риана Далаэля через отсечение головы заменена на… - он всё-таки не выдержал и встретился со мной взглядом. Я подбадривающе улыбнулась седому эльфу, - на статус личного раба. Срок услужения на усмотрение пострадавшей стороны. Адептка Романова, - судья опустил пергамент и снова посмотрел на меня. Готова биться об заклад, но в его безцветных глазах мелькнуло уважение. - Вы вправе распоряжаться жизнью Риана Далаэля на своё усмотрение. От себя добавлю, что… - он осёкся, видимо, решив не добавлять. - Рабство на территории Эрентерра давно изжило себя. Но… наше законодательство слишком древнее и обширное, да, оно многое предусматривает, - это он уже как будто себе пробурчал, переглянувшись с коллегами.
Ага, законы не успели вовремя подрихтовать. Я хмыкнула. Думаю, этим скоро займутся.
*микдроп - drop the mic - уронить, бросить микрофон; фраза, выражающая победный жест, совершаемый путем бросания микрофона (в прямом смысле или, зачастую, лишь имитировав действие), часто после решительного, убедительного, производящего впечатление выступления, представления, речи, и т.п. (сам жест броска микрофона называется mic drop)
Глава 15.2.
По залу разнёсся ошеломлённый вздох присутствующих. Громче всех, как мне показалось, выдохнул Хитар Далаэль. У меня не было времени разбираться в нюансах их родовых взаимоотношений, но явно для него это стало не меньшим ударом, чем смертная казнь сына. Если не большим. Золотоволосый эльф схватился за сердце и рухнул на стул, над ним тут же склонились несколько других, кто-то выбежал из зала, наверное, за водой или лекарем.
— Что ты наделала? - ректор взял меня за локоть и развернул к себе. В его глазах плясало неверие и ошеломление, которое всё никак не рассасывалось.
— Обзавелась личным рабом, - улыбнулась я, снимая его руку со своего плеча. Нет, ну а что? Было бы лучше отправить парня на казнь? Я уже поняла, что у них тут Средневековье, а род Далаэль ещё те гады, но всё же… Я не хочу, чтобы кого-то казнили.
— Он хотел тебя убить, - тихо напомнил ректор, непонимающе качнув головой, словно на мои мысли отвечал.
— Фигово, конечно, но я ведь выжила, - пожала я плечами. Кто меня только не пытался убить, и зогры, и люди. Подумаешь, теперь ещё и эльф в этом списке будет. - Это был единственный вариант сохранить ему жизнь.
— Сохранить, - Дейгар не сводил изумлённых серебряных глаз с моего лица, словно что-то читал в них.
Я перевела взгляд на Риана, который был в полнейшем шоке и ужасе. Он смотрел на меня так, словно я превратилась в зогра и пытаюсь его сожрать. Ладно тебе, паренёк, это не самый худший расклад. Ты будешь жить.
— Риан Далаэль, - по залу прокатился голос судьи, все притихли и обратили к нему лица. - Твой статус меняется. С этого момента ты больше не принадлежишь к роду Далаэль и поступаешь в собственность к Александре Романовой. По старым законам, которыми решила воспользоваться… твоя хозяйка, - судье явно было некомфортно говорить о таком, - только она будет решать твою дальнейшую судьбу. Принесите те самые артефакты, - пробубнил он стенографисту, а затем снова себе под нос, - не думал, что когда-нибудь придётся их использовать. Мы вообще их в музей истории Эрентерра планировали отдать.
Риан сник и упал на стул, положил лицо на руки. Неужели плачет? А я задумалась о том, каково ему сейчас. Ведь с его позиции это настоящая катастрофа, он теперь безродный раб в подчинении у ненавистной дикарки. Возможно, он даже думает, что смерть через казнь была бы куда гуманнее. Я поджала губы. Нет, я не жалею о своём решении, я слишком много видела жестоких смертей и слишком сильно ценила жизнь.
Вскоре из боковой двери появилось двое мужчин в мантиях. Они оказались людскими магами, один держал в руках старый ящичек из потемневшего от времени материала. Приблизившись к Риану, они заставили его вытянуть руки, на что тот хрипло им что-то ответил. Затем извлекли из ящика два светлых металлических браслета и надели ему на запястья. Они тут же вспыхнули оранжевым светом. Рабские браслеты? Серьёзно? Внутри меня всколыхнулось давно забытое чувство паники, но я быстро его отогнала.
— Суд завершён, всем разойтись, - проговорил главный судья, бросив на меня последний пронзительный взгляд.
Стенографист подхватил свои бумаги и скрылся за дверью следом за комитетом судей.
Я оглянулась на галдящих вокруг эльфов, выныривая из размышлений.
— Ты… ты!!! - проорал мне пунцовый от злости глава рода Далаэль. - Грязная дикарка! Как ты посмела опозорить мой род?!
Он сделал шаг в мою сторону, но его тут же обступили со всех сторон и подтолкнули на выход. Присутствующие покидали зал, бросая на меня теперь уже испуганные взгляды. Но ненависти и презрения тоже хватало, куда же без них.
Вскоре в аудитории остались только мы с ректором, его друг Харлан и Риан, который продолжал сидеть на стуле, опустив голову на руки. Его пальцы побелели, с такой силой он впился в свои роскошные волосы. Внутри меня царапнуло сочувствие. Бедный. Я ведь хотела как лучше.
— Ну что? - Харлан пытался звучать бодро, но выглядел слишком напряжённым, а на меня посматривал с какой-то опаской. Как будто я могу в любой момент кинуться на него и покусать.
— Кушать хочется, - я повернулась к ректору, который выглядел не лучше своего друга. Он вздрогнул от моих слов, провёл рукой по волосам и уставился на моё лицо.
— Что?
— Да, уже пора, тут есть кафешки или рестораны? - спросила я, махнув рукой в окно.
Харлан прыснул как-то нервно. Я удивлённо глянула на него. Что такое?
— Ресторан? - Дейгар рассматривал меня как неведомую зверушку. - Откуда у тебя деньги на ресторан?
— У меня нет ни гроша, может, вы заплатите? - спросила я, опустив руки в карманы. Не знаю почему, но этот жест привёл ректора в ужас. Кстати, я почти не разобралась с местной валютой и экономикой, упущение, надо срочно залатать эту дыру в знаниях и придумать, как здесь заработать на жизнь.
— Ахаха! Прелестно! - Харлан внезапно взорвался смехом, Риан вздрогнул от этого резкого звука и поднял бледное, как полотно, лицо. Глаза были мокрые и красные, плакал, как я и думала.
Я поджала губы, как-то даже боязно к нему приближаться. Но ещё больше пугал его взгляд, в нём словно что-то сломалось, внутри полоснуло страхом, слишком уж знакомым показался мне этот взгляд. Где-то год назад на нашей базе один мужчина покончил с собой, а до этого неделю ходил, как в воду опущенный. Никто особо не обращал внимание, проблем и так хватало. А потом его нашли повешенным в подсобке. Надеюсь, Риан не попытается покончить с собой. Надо будет следить за ним.
— Ну так что? Пошлите есть? - я подняла взгляд на ректора, который пристально на меня смотрел, и начала медленно продвигаться к Риану. Эльф следил за моим приближением, как дикий зверь, угодивший в ловушку. - Если дело в деньгах, то я потом верну, не вопрос.
Харлан хрюкнул от смеха ещё раз, но моё внимание было сосредоточено на Риане.
— Вставай, мы уходим, - сказала я ему не то, что хотела. Но решила, что лучше начать с этого.
— Я готов заплатить за ресторан, - ответил Харлан, пока ректор стоял в ступоре и всё ещё сверлил меня непонятным взглядом. Да что ему надо? - Знаю здесь неподалёку одно местечко.
— Спасибо, сегодня был тяжёлый день, нам всем не помешает передохнуть, - я улыбнулась Харлану. Золотоволосый красавчик ответил мне ослепительной улыбкой.
Риан поднялся на ноги и встал рядом со мной с отсутствующим видом.
— А твой… ээ… раб? Что будешь с ним делать? - спросил Харлан, чьи голубые глаза буквально горели любопытством и жаждой информации. Он перевёл сочувствующий взгляд на Риана, но тут же отвернулся, словно стыдился чего-то.
— Пока не знаю, придумаю что-нибудь, но сейчас он отправится с нами, - я махнула Риану рукой, и мы направились на выход из зала.
