Узкая голова, с постоянно выскакивающим раздвоенным языком, оказалась совсем рядом с босой ногой девчушки, когда парнишка увидел опасность. Он быстро схватил обломок ветки, ловко вскочил на ноги, толкнул Далину в сторону и палкой придавил голову змеи к земле. Ему повезло, что под кедром было мало хвои и палка крепко придавила змею. Ее тело, в бессильной злобе, извивалось кольцами, стараясь сбить обидчика. Парнишка медленно поворачивал ветку, стараясь острым обломком сучка оторвать змее голову. Но, змея попалась довольно сильная.
Далина не сразу поняла, почему ее сбил с ног этот вихрастый поселенец, а когда увидела кольца змеи над его головой, поняла, что он спас ей жизнь. Внушительных размеров змея отчаянно сопротивлялась, оказалось не так просто оторвать ей голову веткой. Еще несколько упругих витков змеи по воздуху, и она освободится от сучковатой удавки. Девочка быстро вскочила, протянула руки перед собой в направлении змеи и начала читать заговор. Несколько слов и змея затихла. Удивленный поселенец все еще держал палкой голову змее и с любопытством смотрел на маленькую ведунью.
- Отойди, - сказала она пареньку не детским голосом, - палку оставь.
Продолжая держать вытянутые руки к змее, девочка сложила губы трубочкой и чуть слышно свистнула. С кедра сорвалась крупная птица, подхватила тело змеи и скрылась за ближними елями.
Страшная беда миновала. От пережитого напряжения, дети повалились на траву, а отдышавшись, прислонились спиной к кедру. Далина молчала, ее пальцы все еще вибрировали и, она старалась их скрыть в широких рукавах рубахи. Паренек удивленно посматривал на нее и молчал, поджав колени. Его домотканые не крашенные штаны и рубаха с вышитыми белками на горловине, явно указывали на его не богатое существование. Девочка заметила одну особенность у вышитых белок, они держали в лапках не шишки, а дудочки.
- Ты прости, - тихо проговорил парнишка,- я не знал, что это твой кедр. Боле не приду и не буду есть твоих шишек.
Далина успокоилась, она была довольна тем, что ей удалось применить этот заговор, да еще так хорошо. До сих пор ей не удавалось заговорить змею, хотя Ведения научила ее разным заговорам. Специально искать змей девочка не хотела, бабушка строго запретила убивать невинных. А тут, такая удача, змея сама ползла на смерть. Да еще удалось и этого задиру напугать. Теперь вихрастый грабитель шишек будет знать, как не верить ей.
- Почему, приходи, - Далина искоса посмотрела на паренька. Светлые вихры кольцами, голубые глаза в густых ресницах, черные брови сомкнулись на переносице, - ты мне жизнь спас, - запросто призналась она,- эта гадюка очень опасная. А ты не забоялся за себя и меня оттолкнул. Теперь я обязана тебе. Приходи завсегда и ешь шишки сколько хочешь. Только один приходи, не приводи боле никого из поселения к моему кедру.
-Не, не приведу, - паренек в свою очередь близко рассмотрел девчушку: волосы цвета воронова крыла распустились ниже пояса, черные тонкие брови дугами, темно-карие глаза блестели угольками, влажные губки алели спелой малиной, - без тебя я бы не справился. Змея большая и сильная, долго ее голову я бы не удержал, хвоя мягкая. Рогатина нужна, рогатиной я хорошо змей ловлю, - прихвастнул он, - а ты и взаправду колдовать умеешь? Если бы ты ее не заговорила, она бы меня обязательно укусила.
- Выходит, - Далина сорвала пучок мягкой травы и зачем-то мяла в руках, - мы теперь как брат и сестра, породнились, - она взглянула в его глаза, - у тебя лицо в земле, - и предложила, - давай вытру.
Она протянула руку и ладошкой стряхнула землю с его лица. При этом, ее пальцы коснулись теплой щеки паренька и по лицу девчушки разлился алый румянец.
С тех пор Далина и Всесвет часто встречались, вместе ели шишки, лазили по ветроломам, летом собирали грибы и ягоды, зимой катались на ледянках с крутояров. Он рассказывал ей о поселении, она о тайге. Постепенно детская дружба переросла в настоящую сильную любовь.
---
Поезд подходил к столице. Уже промелькнули за окном вагона Александровский посад и пригородные станции электричек. Пассажиры переодевались и прихорашивались перед встречей с родными и друзьями.
Лиде не терпелось быстрее приехать. С памятного признания в любви у «Глории», прошло больше четырех месяцев. С Костей они частенько говорили по телефону. Хотя жизнь Лиды не изменилась, у нее появился советник, человек, который всегда подскажет, как правильно поступить, какое решение принять. Больше женщина не чувствовала себя одинокой, в этом мире появился Костя, который ее любил, ждал и помнил.
Об этой поездке Костя написал в СМС-сообщении в вечер их отъезда из Адлера. Прислал билеты с таким расчетом, что бы они приехали в Москву тридцатого декабря. Будет время отдохнуть с дороги и успеть полюбоваться новогодним салютом на Красной площади. Валя и Света пересмотрели все праздничные мероприятия столицы, выделили на их взгляд самые интересные и отметили к обязательному просмотру. Девочки несколько раз переговорили с Димой, обсудили все нюансы и составили программу проведения новогодних каникул в Москве.
Договорились, что Костя с Димой будут ожидать их на вокзале у вагона. Сегодня утром Костя позвонил и сообщил, что скоро выедут их встречать. Уже не терпелось увидеть его ореховые глаза, приветливую улыбку. От этих мыслей Лиду бросало в дрожь, а душа цвела и пела от радости.
Любовь к Косте жила в ее сердце, билась в ее венах. Только сейчас она поняла, что значит любить и быть любимой. Даже в магазине заметили, как она изменилась после юга. Глаза стали увереннее, походка свободнее, улыбка чаще касалась ее губ. И улыбка не усталой и одинокой женщины, а той же веселой и счастливой Лиды, какой она была до замужества.
Перрон Ярославского вокзала встретил приезжающих бушующей метелью. Снег яростно хлестал в глаза, мешал рассмотреть радостные лица встречающих. Еще из окна вагона, Лида пыталась узнать Костю в толпе, но снежные вихри быстро превращали встречающих в одинаковых снеговиков. Не глядя на причуды погоды, она ждала, что сейчас ее встретят сильные руки Константина, прижмут к широкой груди и даже среди порывов метели она увидит его ореховые глаза, светящиеся искренней любовью.
Но на перроне никто их не встретил. Они вышли из вагона и остановилась. Метель хлестко била по лицам, не давала смотреть по сторонам, говорить и даже дышать.
- Мама, - удивленно прокричала Валя, прикрывая лицо варежкой, - а где же дядя Костя с Димой?
- Странно, - подхватила Света, пытаясь отвернуться от снежных вихрей, - утром еще говорили с Димой, он обещал встретить у вагона, и нет никого.
- Наверно пробки, - склоняясь к детям, высказала предположение Лида, но почувствовала, как холодок пополз по ее спине. Было страшно, что Костя не приехал их встречать, хотя утром еще ласково говорил, что очень соскучился и ждет встречи. Неужели что-то случилось в этой беспросветной метели? Или этому есть другая причина? И что теперь делать? Куда идти?
- Пойдемте на вокзал, - перекрикивая шум метели, предложила Лида единственно правильное решение. Она смело взяла сумку за ручку и, посильнее опустив капюшон пуховика, пошла на еле светящиеся огни, по направлению к вокзалу, - держитесь за меня и сумку, чтобы не потеряться.
- А где тут вокзал? - прикрывая глаза рукой от метели, спросила Валя, - сквозь эту метель ничего не видно.
- Куда народ идет, туда и мы, - прокричала Света, - пошлите, а то нас сейчас заметет на этом перроне.
Пассажиры сплошным потоком устремились к вокзалу. Лида с дочерями, взяли в руки сумку и пакеты и поддались общему течению.
Метель над городом вилась, крутилась между домов, заметая пешеходов и машины, стоящие в пробках. Через три квартала от вокзала, на широком московском проспекте, к нагромождению столкнувшихся машин подъехали полицейские. Завывая сиреной, пробивались сквозь метель и пробки реанимационные скорые.
В разбитые окна искореженных автомобилей, разъяренная метель наметала сугробы. И только лепестки роз на заднем сиденье машины Кости, не совсем засыпанные снегом, проглядывали алыми каплями крови в зимней круговерти…
Перед Новым годом зал ожидания Ярославского вокзала кишел, как разрытый муравейник. С трудом отыскав два свободных места на втором этаже, Трифоновы разместились сами и поставили рядом чемодан и пакеты. Сдерживая себя от волнения, Лида стряхивала снег с капюшонов и пуховиков дочерей. Сняла свой пуховик и шапку и стряхнула остатки метели. В вокзале было тепло, снег быстро таял и впитывался в одежду, шапки, варежки. Оглядевшись, Лида думала, что делать дальше. Где Костя?
- И что нам делать дальше? - повторила ее мысли вслух Валя, расправляя пуховик на чемодане, - куда мы сейчас пойдем?
- Да, мама, - Света вытряхивала снег с пуховых рукавиц, - может, они задержались в пробке из-за метели?
- Вполне возможно, - ухватилась как за соломинку, за спасительную мысль Лида, - давайте здесь и подождем. Думаю, они скоро приедут.
- Но, - Валя крутила в руках телефон, - телефон Димы не отвечает. Сначала никто не брал трубку, а теперь недоступен. Все очень странно.
- У Кости тоже телефон не отвечает, - Лида присела на край сиденья. Потухшим взглядом она смотрела на полный зал народа, и он казался ей пустым, - не будем думать о плохом. Костя с Димой служивые люди, с ними ничего не может случиться, - она пыталась себя успокоить, - скоро они поднимутся по эскалатору и пройдут сюда, мы их сразу увидим и все вместе поедем готовиться к встрече Нового года.
Женщина заставила себя улыбнуться, чтобы подбодрить детей, но внутри ее все холодело от плохого предчувствия. Чтобы отвлечься, она внимательно рассматривала огни города в большие окна, искала глазами прожекторы высоток. Но огни расплывались, прожекторы убегали, а между ними она видела глаза Кости. И почему-то он смотрел совсем невесело, в уголках газ затаилась грустинка. Лида смотрела в любимые глаза, и страшная тревога заполняла душу, на глаза навернулись непрошенные слезы. Она смахнула их рукой и виденье исчезло. Тщетно женщина закрывала и открывала глаза в надежде вновь встретиться с любимым взглядом, но упрямые огни Москвы горели в перерывах метели, прожектора освещали высотные здания, и им не было никакого дела до Лидиного страха перед большим городом, в котором они оказались совсем одни.
Света попросилась в туалет, Лида повела ее и заметила вывеску «Комната матери и ребенка». «Это выход, - подумала Лида, - и я, и дети отдохнем, придем в себя и Костя нас быстро найдет, когда приедет. Он должен приехать, он не может нас вот так бросить. Ведь это он нас звал, и билеты купил, и звонил. И вдруг это странное молчание, и отключение всех телефонов».
Может, он опять напился, как в Адлере? И Диму в училище не отпустили. А к вечеру, они будут свободны и приедут, обязательно приедут.
Трифоновы нашли «Комнату матери и ребенка» и за сносную цену устроились на сутки. Видевшая многих рассказчиц администратор, смотрела сочувствующим взглядом, ярко показывая, что Лида – просто обманутая мужчиной женщина, которые тысячами приезжают в Москву, намыкаются по дешевым хостелам и уезжают в свои деревни, увозя чемодан слез и разочарований.
Лида старалась не показывать своих раздумий перед детьми, спокойно разговаривала, улыбалась и даже пыталась шутить.
- В принципе, ничего страшного,- проговорила, изо всех сил скрывая тревогу,- или сегодня вечером, или завтра утром Ковалевы обязательно приедут. Как бы ни было, мы в Москве. Уже спасибо им за то, что мы сюда приехали. Посмотрим зимнюю столицу.
- Конечно, - подхватила Валя, - дядя Костя и Дима – хорошие люди, с ними ничего плохого не случится. А сейчас, давайте соберем обед. Мама, надо купить покушать. Я видела на кухне чайник электрический, сейчас включу. Еще надо в душ сходить и отдохнуть хорошо, а завтра, я думаю, все наладится.
- Мама, ты только недолго ходи в магазин, - Света не разделяла оптимизма сестры и выглядела удрученно, - быстрее возвращайся. Мне, что-то это молчание дяди Кости и Димы кажется очень подозрительным, еще эта метель в городе. Если они завтра не приедут, что мы будем делать? Мне что-то страшно, а без тебя будет еще страшнее.
- Я быстро рядом с вокзалом что-нибудь куплю и приду, - Лида покопалась в сумочке, - возьму пятьсот рублей, думаю, хватит. Вы только никуда не уходите, будьте в комнате.
- Хорошо мамуль, - Валя казалась спокойной, - я чайник на кухне поставлю, а как ты придешь, он уже вскипит. Тогда мы пообедаем.
- А я никуда не пойду, - Света села на кровати, подвернула ноги калачом, - на улице такая страшная метель, что жутко выйти. Мамочка, будь осторожна и быстрее приходи. Я вот так буду сидеть и не сдвинусь с места, пока ты не придешь.
- Не переживай, моя хорошая, - Лида надела пуховик, на голову накинула капюшон, - я скоро приду. И я не боюсь никакой метели, - с улыбкой на лице вышла из номера, прошла по коридору и вышла в холл.
Заносчивая администратор, расчесывала свои ярко-крашеные красные волосы. Увидев Лиду, отложила расческу, снисходительно посмотрела и свысока проговорила.
- Не забудьте, что выезд у нас в двенадцать часов дня или оплачивайте дальнейшее проживание.
- Спасибо, я помню,- ответила Лида, стараясь не выдать волнения в голосе,- мы обязательно решим свой жилищный вопрос.
Но на эскалаторе, напускное спокойствие улетучилось в открытую дверь и разнеслось с метелью по московским улицам. «Что же делать дальше? - лихорадочно думала она, - а если и завтра Костя не приедет, куда нам тогда? Уезжать обратно и встречать Новый год в поезде? Домой они приедут числа третьего января и что она скажет в магазине? Что роман, начатый в Адлере – мыльный пузырь, полетал, поискрился на южном солнце и лопнул? А может, Костя просто задержался, а они уедут – будет совсем не хорошо. Нет, надо что-то придумать и остаться в Москве хотя бы на неделю. А завтра, надо обязательно съездить к Косте домой, ведь она знает его адрес. Что ее там ждет? Пусть, какая угодно правда, чем не ведение и раздумья.
На площади, рядом с вокзалом, Лида обошла несколько магазинов, купила продукты и поспешила обратно. Метель завивала с прежней силой, на два метра ничего не было видно. Женщина пыталась вглядываться в прохожих, в надежде увидеть знакомые очертания. Но никто знакомый не промелькнул в толпе пассажиров. Она спешила вернуться к детям, а сердце не находило себе покоя от плохого предчувствия.
В сумраке метели женщина плохо ориентировалась в незнакомом месте и совсем не заметила столб от фонаря у входа в метро. Подойдя вплотную, она разглядела объявления с оторванными корешками. Несколько из них еще трепетали от порывов ветра. Не раздумывая, Лида сорвала с двух объявлений корешки с телефонами и сунула в карман.
Вот и сосна, расколотая грозой. Далина остановилась перевести дыхание и присела на сухой поваленный сук, гладкий от частого сидения поселенцев. Половина пути позади. Еще предстоит подняться на высокий увал, перейти болото, а за ним и Синелькина падь. Солнце поднималось, надо поторапливаться. Спускалась с увала легко, тропу хорошо проторили поселенцы, ходившие за травой. Воспоминания опять накрыли женщину с головой.
Далина не сразу поняла, почему ее сбил с ног этот вихрастый поселенец, а когда увидела кольца змеи над его головой, поняла, что он спас ей жизнь. Внушительных размеров змея отчаянно сопротивлялась, оказалось не так просто оторвать ей голову веткой. Еще несколько упругих витков змеи по воздуху, и она освободится от сучковатой удавки. Девочка быстро вскочила, протянула руки перед собой в направлении змеи и начала читать заговор. Несколько слов и змея затихла. Удивленный поселенец все еще держал палкой голову змее и с любопытством смотрел на маленькую ведунью.
- Отойди, - сказала она пареньку не детским голосом, - палку оставь.
Продолжая держать вытянутые руки к змее, девочка сложила губы трубочкой и чуть слышно свистнула. С кедра сорвалась крупная птица, подхватила тело змеи и скрылась за ближними елями.
Страшная беда миновала. От пережитого напряжения, дети повалились на траву, а отдышавшись, прислонились спиной к кедру. Далина молчала, ее пальцы все еще вибрировали и, она старалась их скрыть в широких рукавах рубахи. Паренек удивленно посматривал на нее и молчал, поджав колени. Его домотканые не крашенные штаны и рубаха с вышитыми белками на горловине, явно указывали на его не богатое существование. Девочка заметила одну особенность у вышитых белок, они держали в лапках не шишки, а дудочки.
- Ты прости, - тихо проговорил парнишка,- я не знал, что это твой кедр. Боле не приду и не буду есть твоих шишек.
Далина успокоилась, она была довольна тем, что ей удалось применить этот заговор, да еще так хорошо. До сих пор ей не удавалось заговорить змею, хотя Ведения научила ее разным заговорам. Специально искать змей девочка не хотела, бабушка строго запретила убивать невинных. А тут, такая удача, змея сама ползла на смерть. Да еще удалось и этого задиру напугать. Теперь вихрастый грабитель шишек будет знать, как не верить ей.
- Почему, приходи, - Далина искоса посмотрела на паренька. Светлые вихры кольцами, голубые глаза в густых ресницах, черные брови сомкнулись на переносице, - ты мне жизнь спас, - запросто призналась она,- эта гадюка очень опасная. А ты не забоялся за себя и меня оттолкнул. Теперь я обязана тебе. Приходи завсегда и ешь шишки сколько хочешь. Только один приходи, не приводи боле никого из поселения к моему кедру.
-Не, не приведу, - паренек в свою очередь близко рассмотрел девчушку: волосы цвета воронова крыла распустились ниже пояса, черные тонкие брови дугами, темно-карие глаза блестели угольками, влажные губки алели спелой малиной, - без тебя я бы не справился. Змея большая и сильная, долго ее голову я бы не удержал, хвоя мягкая. Рогатина нужна, рогатиной я хорошо змей ловлю, - прихвастнул он, - а ты и взаправду колдовать умеешь? Если бы ты ее не заговорила, она бы меня обязательно укусила.
- Выходит, - Далина сорвала пучок мягкой травы и зачем-то мяла в руках, - мы теперь как брат и сестра, породнились, - она взглянула в его глаза, - у тебя лицо в земле, - и предложила, - давай вытру.
Она протянула руку и ладошкой стряхнула землю с его лица. При этом, ее пальцы коснулись теплой щеки паренька и по лицу девчушки разлился алый румянец.
С тех пор Далина и Всесвет часто встречались, вместе ели шишки, лазили по ветроломам, летом собирали грибы и ягоды, зимой катались на ледянках с крутояров. Он рассказывал ей о поселении, она о тайге. Постепенно детская дружба переросла в настоящую сильную любовь.
---
Поезд подходил к столице. Уже промелькнули за окном вагона Александровский посад и пригородные станции электричек. Пассажиры переодевались и прихорашивались перед встречей с родными и друзьями.
Лиде не терпелось быстрее приехать. С памятного признания в любви у «Глории», прошло больше четырех месяцев. С Костей они частенько говорили по телефону. Хотя жизнь Лиды не изменилась, у нее появился советник, человек, который всегда подскажет, как правильно поступить, какое решение принять. Больше женщина не чувствовала себя одинокой, в этом мире появился Костя, который ее любил, ждал и помнил.
Об этой поездке Костя написал в СМС-сообщении в вечер их отъезда из Адлера. Прислал билеты с таким расчетом, что бы они приехали в Москву тридцатого декабря. Будет время отдохнуть с дороги и успеть полюбоваться новогодним салютом на Красной площади. Валя и Света пересмотрели все праздничные мероприятия столицы, выделили на их взгляд самые интересные и отметили к обязательному просмотру. Девочки несколько раз переговорили с Димой, обсудили все нюансы и составили программу проведения новогодних каникул в Москве.
Договорились, что Костя с Димой будут ожидать их на вокзале у вагона. Сегодня утром Костя позвонил и сообщил, что скоро выедут их встречать. Уже не терпелось увидеть его ореховые глаза, приветливую улыбку. От этих мыслей Лиду бросало в дрожь, а душа цвела и пела от радости.
Любовь к Косте жила в ее сердце, билась в ее венах. Только сейчас она поняла, что значит любить и быть любимой. Даже в магазине заметили, как она изменилась после юга. Глаза стали увереннее, походка свободнее, улыбка чаще касалась ее губ. И улыбка не усталой и одинокой женщины, а той же веселой и счастливой Лиды, какой она была до замужества.
Перрон Ярославского вокзала встретил приезжающих бушующей метелью. Снег яростно хлестал в глаза, мешал рассмотреть радостные лица встречающих. Еще из окна вагона, Лида пыталась узнать Костю в толпе, но снежные вихри быстро превращали встречающих в одинаковых снеговиков. Не глядя на причуды погоды, она ждала, что сейчас ее встретят сильные руки Константина, прижмут к широкой груди и даже среди порывов метели она увидит его ореховые глаза, светящиеся искренней любовью.
Но на перроне никто их не встретил. Они вышли из вагона и остановилась. Метель хлестко била по лицам, не давала смотреть по сторонам, говорить и даже дышать.
- Мама, - удивленно прокричала Валя, прикрывая лицо варежкой, - а где же дядя Костя с Димой?
- Странно, - подхватила Света, пытаясь отвернуться от снежных вихрей, - утром еще говорили с Димой, он обещал встретить у вагона, и нет никого.
- Наверно пробки, - склоняясь к детям, высказала предположение Лида, но почувствовала, как холодок пополз по ее спине. Было страшно, что Костя не приехал их встречать, хотя утром еще ласково говорил, что очень соскучился и ждет встречи. Неужели что-то случилось в этой беспросветной метели? Или этому есть другая причина? И что теперь делать? Куда идти?
- Пойдемте на вокзал, - перекрикивая шум метели, предложила Лида единственно правильное решение. Она смело взяла сумку за ручку и, посильнее опустив капюшон пуховика, пошла на еле светящиеся огни, по направлению к вокзалу, - держитесь за меня и сумку, чтобы не потеряться.
- А где тут вокзал? - прикрывая глаза рукой от метели, спросила Валя, - сквозь эту метель ничего не видно.
- Куда народ идет, туда и мы, - прокричала Света, - пошлите, а то нас сейчас заметет на этом перроне.
Пассажиры сплошным потоком устремились к вокзалу. Лида с дочерями, взяли в руки сумку и пакеты и поддались общему течению.
Метель над городом вилась, крутилась между домов, заметая пешеходов и машины, стоящие в пробках. Через три квартала от вокзала, на широком московском проспекте, к нагромождению столкнувшихся машин подъехали полицейские. Завывая сиреной, пробивались сквозь метель и пробки реанимационные скорые.
В разбитые окна искореженных автомобилей, разъяренная метель наметала сугробы. И только лепестки роз на заднем сиденье машины Кости, не совсем засыпанные снегом, проглядывали алыми каплями крови в зимней круговерти…
Перед Новым годом зал ожидания Ярославского вокзала кишел, как разрытый муравейник. С трудом отыскав два свободных места на втором этаже, Трифоновы разместились сами и поставили рядом чемодан и пакеты. Сдерживая себя от волнения, Лида стряхивала снег с капюшонов и пуховиков дочерей. Сняла свой пуховик и шапку и стряхнула остатки метели. В вокзале было тепло, снег быстро таял и впитывался в одежду, шапки, варежки. Оглядевшись, Лида думала, что делать дальше. Где Костя?
- И что нам делать дальше? - повторила ее мысли вслух Валя, расправляя пуховик на чемодане, - куда мы сейчас пойдем?
- Да, мама, - Света вытряхивала снег с пуховых рукавиц, - может, они задержались в пробке из-за метели?
- Вполне возможно, - ухватилась как за соломинку, за спасительную мысль Лида, - давайте здесь и подождем. Думаю, они скоро приедут.
- Но, - Валя крутила в руках телефон, - телефон Димы не отвечает. Сначала никто не брал трубку, а теперь недоступен. Все очень странно.
- У Кости тоже телефон не отвечает, - Лида присела на край сиденья. Потухшим взглядом она смотрела на полный зал народа, и он казался ей пустым, - не будем думать о плохом. Костя с Димой служивые люди, с ними ничего не может случиться, - она пыталась себя успокоить, - скоро они поднимутся по эскалатору и пройдут сюда, мы их сразу увидим и все вместе поедем готовиться к встрече Нового года.
Женщина заставила себя улыбнуться, чтобы подбодрить детей, но внутри ее все холодело от плохого предчувствия. Чтобы отвлечься, она внимательно рассматривала огни города в большие окна, искала глазами прожекторы высоток. Но огни расплывались, прожекторы убегали, а между ними она видела глаза Кости. И почему-то он смотрел совсем невесело, в уголках газ затаилась грустинка. Лида смотрела в любимые глаза, и страшная тревога заполняла душу, на глаза навернулись непрошенные слезы. Она смахнула их рукой и виденье исчезло. Тщетно женщина закрывала и открывала глаза в надежде вновь встретиться с любимым взглядом, но упрямые огни Москвы горели в перерывах метели, прожектора освещали высотные здания, и им не было никакого дела до Лидиного страха перед большим городом, в котором они оказались совсем одни.
Света попросилась в туалет, Лида повела ее и заметила вывеску «Комната матери и ребенка». «Это выход, - подумала Лида, - и я, и дети отдохнем, придем в себя и Костя нас быстро найдет, когда приедет. Он должен приехать, он не может нас вот так бросить. Ведь это он нас звал, и билеты купил, и звонил. И вдруг это странное молчание, и отключение всех телефонов».
Может, он опять напился, как в Адлере? И Диму в училище не отпустили. А к вечеру, они будут свободны и приедут, обязательно приедут.
Трифоновы нашли «Комнату матери и ребенка» и за сносную цену устроились на сутки. Видевшая многих рассказчиц администратор, смотрела сочувствующим взглядом, ярко показывая, что Лида – просто обманутая мужчиной женщина, которые тысячами приезжают в Москву, намыкаются по дешевым хостелам и уезжают в свои деревни, увозя чемодан слез и разочарований.
Лида старалась не показывать своих раздумий перед детьми, спокойно разговаривала, улыбалась и даже пыталась шутить.
- В принципе, ничего страшного,- проговорила, изо всех сил скрывая тревогу,- или сегодня вечером, или завтра утром Ковалевы обязательно приедут. Как бы ни было, мы в Москве. Уже спасибо им за то, что мы сюда приехали. Посмотрим зимнюю столицу.
- Конечно, - подхватила Валя, - дядя Костя и Дима – хорошие люди, с ними ничего плохого не случится. А сейчас, давайте соберем обед. Мама, надо купить покушать. Я видела на кухне чайник электрический, сейчас включу. Еще надо в душ сходить и отдохнуть хорошо, а завтра, я думаю, все наладится.
- Мама, ты только недолго ходи в магазин, - Света не разделяла оптимизма сестры и выглядела удрученно, - быстрее возвращайся. Мне, что-то это молчание дяди Кости и Димы кажется очень подозрительным, еще эта метель в городе. Если они завтра не приедут, что мы будем делать? Мне что-то страшно, а без тебя будет еще страшнее.
- Я быстро рядом с вокзалом что-нибудь куплю и приду, - Лида покопалась в сумочке, - возьму пятьсот рублей, думаю, хватит. Вы только никуда не уходите, будьте в комнате.
- Хорошо мамуль, - Валя казалась спокойной, - я чайник на кухне поставлю, а как ты придешь, он уже вскипит. Тогда мы пообедаем.
- А я никуда не пойду, - Света села на кровати, подвернула ноги калачом, - на улице такая страшная метель, что жутко выйти. Мамочка, будь осторожна и быстрее приходи. Я вот так буду сидеть и не сдвинусь с места, пока ты не придешь.
- Не переживай, моя хорошая, - Лида надела пуховик, на голову накинула капюшон, - я скоро приду. И я не боюсь никакой метели, - с улыбкой на лице вышла из номера, прошла по коридору и вышла в холл.
Заносчивая администратор, расчесывала свои ярко-крашеные красные волосы. Увидев Лиду, отложила расческу, снисходительно посмотрела и свысока проговорила.
- Не забудьте, что выезд у нас в двенадцать часов дня или оплачивайте дальнейшее проживание.
- Спасибо, я помню,- ответила Лида, стараясь не выдать волнения в голосе,- мы обязательно решим свой жилищный вопрос.
Но на эскалаторе, напускное спокойствие улетучилось в открытую дверь и разнеслось с метелью по московским улицам. «Что же делать дальше? - лихорадочно думала она, - а если и завтра Костя не приедет, куда нам тогда? Уезжать обратно и встречать Новый год в поезде? Домой они приедут числа третьего января и что она скажет в магазине? Что роман, начатый в Адлере – мыльный пузырь, полетал, поискрился на южном солнце и лопнул? А может, Костя просто задержался, а они уедут – будет совсем не хорошо. Нет, надо что-то придумать и остаться в Москве хотя бы на неделю. А завтра, надо обязательно съездить к Косте домой, ведь она знает его адрес. Что ее там ждет? Пусть, какая угодно правда, чем не ведение и раздумья.
На площади, рядом с вокзалом, Лида обошла несколько магазинов, купила продукты и поспешила обратно. Метель завивала с прежней силой, на два метра ничего не было видно. Женщина пыталась вглядываться в прохожих, в надежде увидеть знакомые очертания. Но никто знакомый не промелькнул в толпе пассажиров. Она спешила вернуться к детям, а сердце не находило себе покоя от плохого предчувствия.
В сумраке метели женщина плохо ориентировалась в незнакомом месте и совсем не заметила столб от фонаря у входа в метро. Подойдя вплотную, она разглядела объявления с оторванными корешками. Несколько из них еще трепетали от порывов ветра. Не раздумывая, Лида сорвала с двух объявлений корешки с телефонами и сунула в карман.
Глава 8.
Вот и сосна, расколотая грозой. Далина остановилась перевести дыхание и присела на сухой поваленный сук, гладкий от частого сидения поселенцев. Половина пути позади. Еще предстоит подняться на высокий увал, перейти болото, а за ним и Синелькина падь. Солнце поднималось, надо поторапливаться. Спускалась с увала легко, тропу хорошо проторили поселенцы, ходившие за травой. Воспоминания опять накрыли женщину с головой.
