-Как у вас все быстро и ладно, получается,- проговорила Агнесса Петровна,- сразу видно, что большая и дружная семья. Нас, когда-то, тоже было много: шесть братьев и две сестры и все жили дружно, друг друга в обиду не давали, братья всегда за нас заступались. А сейчас, одного родят, и он сидит все время один, а, если двух, то, только и знают, что дерутся, да игрушки делят.
Лида не знала, что ответить, поддакивала и кивала головой. Ситуацию выручил Дима, после плавания в море, он чувствовал себя легко и весело, ему хотелось шутить и куражиться. Новая роль отца многодетного семейства забавляла его, он еще никогда не был «отцом троих детей».
-Да,- весело подтвердил он,- мы все делаем вместе.
В этот момент, на кухню зашли две молодые женщины, видимо подруги. Короткие джинсовые шорты и облегающие майки, ярко выделяли пышные округлости обоих. Одна, среднего роста, с черными волосами, в футболке ярко голубого цвета, смахивала на цыганку, ее быстробегающие глазки, жадно схватывали все моменты окружающей жизни. Вторая, невысокая, с крашенными пепельными волосами, в футболке ярко розового цвета, раскосым разрезом глаз, заостряла свое внимание, только на интересующих ее предметах. В данный момент, их заинтересовал новый мужчина на кухне. Девицы, беспардонным взглядом, рассмотрели Дмитрия с ног до головы, достали из холодильника сок и фрукты и ушли в номер, многозначительно переглядываясь.
-Ходят тут,- не удержалась Агнесса Петровна,- вертят боками, хоть бы похудели немного. Такие молодые и так нагло себя ведут.
-Что в них наглого?- спросила Зарина,- сейчас вся молодежь носит джинсовые шорты.
-Не такие короткие, моя дорогая,- не согласилась с дочерью мать,- и, так прямо смотреть на незнакомого мужчину – неприлично.
-Это правильно,- согласилась Снежана,- но видимо, они привыкли так себя вести, и считают это нормой. Мы же не знаем, как они живут и кем работают.
-Я не думаю,- высказала мысль Агнесса Петровна,- что они портнихи мужской одежды и рассматривают мужчин, чисто как манекенов. У них в глазах читается совсем другой интерес. Эти две девицы,- женщина обратилась к Лиде,- живут тут уже месяц и, видимо, подрабатывают в каком-то кафе официантками. Та, что в розовой футболке – Зоя, а в голубой – Ира. Понимаете, в них нет никакой женственности, природной пластики, они, как деревянные солдаты Урфина Джюса.
-Мама,- одернула ее Снежана,- ну, не все же могут быть балеринами.
-Не все,- согласилась мамаша,- но, все равно, должно быть что-то, что зачаровывает мужчин, а у них все выходки как у бульварных баб. Лидочка,- обратилась она снова к Лиде,- вы их остерегайтесь.
-Хорошо,- Лида согласно кивнула.
Супчик поспевал, отварная картошка издавала своеобразный аромат, от салата вкусно пахло. Большое семейство Степных и Юговых дружно уселось за стол. Купание в море отлично способствовало быстрому перевариванию завтрака, уже успели изрядно проголодаться и обед съели быстро и подчистую.
-Что делать будем,- спросила Маша,- какие планы на после обеда?
-В город идти сейчас сильно жарко,- Лида не хотела маячить на людях днем, она уже привыкла быть незаметной.
-В номере, тоже не охота сидеть,- подумала Маша,- может, прогуляемся по ущелью? За дорогой, из леса выбегает ручей, к морю он спешит за нашей оградой и каштанами. А в ущелье, русло прячется под тенью высоких деревьев, там наверно интересно, посмотрим, куда оно ведет?
-Предложение дельное для дневной жары,- поразмыслив, поддержал Дмитрий. Пути отхода знать всегда полезно,- я думаю, ущелье выходит на трассу Новороссийск - Адлер.
-Значит, решено, идем,- Петька любил приключения,- узнаем, что там интересного.
Селение, в котором Бжид промышлял работорговлей, раскинулось по берегам двух рек, в середине селения, их русла соединялись в одну, более сильную и широкую реку Топсиду. Окружающие русла рек, горные вершины, надежно охраняли трехречье зихов от внезапных врагов и неприятелей. Но, жители не чувствовали себя привольно, с опаской ходили в местные леса и горы, все знали, что сюда, горными тропами привозят пленных рабов, отсюда, по реке сплавляют в Топсиду, а из гавани Топсиды развозят по всему свету.
Грознее тучи ходил по своему дому Бжид, срывался на домочадцев и, чтобы, успокоиться, ушел к реке и занялся своей камарой. Бжид любил свою лодку и заботился о ней больше, чем о ком-либо. Она всегда выручала его в пиратских плаваниях и еще ни разу не подводила. Сейчас его мысли были заняты думами о дочери, сорвавшемся замужестве и странном предложении жениха отсрочки свадьбы. Сидя в лодке и слушая гомон бурлящей реки, старый зих вспоминал по порядку события последней недели: на сватовстве, как и полагается, они два раза отказывали сватам и, только, на третий раз согласились пригласить их в дом, тогда повели разговоры о свадьбе; во время осмотра дома жениха, Бжиду понравился добротный дом Псешепсе на вершине утеса, откуда открывался красивый вид на долину трех рек. Жених сам торопил дату свадьбы, предлагал больше калым, чтобы, скорее забрать Кужепс в свой дом. И, вот, когда уже все договорено, когда Бжид, специально совершил эту пиратскую вылазку, чтобы отпраздновать богатую свадьбу, и ему повезло, за пленную невесту он получил большой выкуп, все надежды и старания разом рухнули, как весенний снег в глубокое ущелье.
Чутьем старого хитрого зиха, мужчина понимал, что, за эти дни произошло что-то, что поменяло взгляды и желания молодого мужчины. А что, может заставить молодого и горячего джигита, отказаться от близкой возможности обладать любимой женщиной? Зих ломал голову и не находил ответа. Только новая любовь, могла заставить сделать такой роковой шаг. Но, откуда может свалиться такая беда? Из всех девушек селения, вряд ли бы, решилась какая встать на пути счастья дочери Бжида. Только пришлая, которая не знает могущества и коварства старого работорговца. Но, в их селении, пришлые люди давно не селятся, из-за, худой славы торговли рабами. И тут, в памяти зиха всплыла минута, когда Псешепсе помешал Бжиду поднять платок на пленной невесте. Тогда старый пират, поверил, что будущий зять заботится о достатке Бжида. А он, наверно, хотел сохранить невинность пленной невесты для себя. Эта мысль, как громом ударила зиха, он резко встал в камаре, она закачалась и пират, чуть не рухнул в воду. Ухватившись за низкие борта лодки, зих поблагодарил реку за полученную подсказку. Что бы, выяснить причину их беды, надо действовать не сгоряча, не вставая резко, а тихо и неспешно, но, настойчиво идти к намеченной цели. И, если, выяснится, что Псешепсе влюбился в пленную невесту, то не будет он - пират Бжид, если не отправит и не состоявшегося зятя, и его рабыню-полюбовницу в самое коварное рабство, где он будет видеть бесчестие полюбовницы, а она – муки Псешепсе. Бжид поблагодарил реку за мудрую подсказку и поспешил домой.
Не откладывая дело, старый зих взял у жены платок и направился к покупателю пленной невесты. Дядя Псешепсе ремонтировал арбу на своем дворе.
-Да будут мягкими ваши поездки на этой арбе,- приветствовал пират покупателя.
-И вам мягких дорог,- ответствовал тот.
-Я пришел к вам с просьбой,- Бжид хотел казаться вежливым,- вы купили у меня на днях пленную невесту, я нашел ее платок, хочу передать. Никогда не оставляю никаких вещей рабов после торгов, а, этот платок, как-то, остался.
-Опоздали,- ответил покупатель, а про себя подумал: «Темнишь старый пират, любую вещь ты бы уже выбросил давно или продал на базаре, но не понес бы отдавать проданной рабыне. Видимо, догадывается о чем-то. Заварил кашу Псешепсе, теперь всем расхлебывать»,- женщину-абазги я продал в тот же вечер, заезжему торговцу, а куда он ее увез, того не знаю. Выкиньте платок, он рабыне не понадобится. Торговец говорил, что покупает красавиц для богатого вельможи, там, у нее будет много платков.
-Вы правы, уважаемый,- скрежеща зубами, но, изображая улыбку, проговорил Бжид,- выкину платок.
Он шел от торговца и думал: «Неужели, в тот вечер еще заезжал торговец. Тогда, он бы и сам продал невесту, да еще и намного дороже. Но, кроме каравана, купившего у него всех пленных, никого не было». Мимо по улице проехала крытая повозка, и Бжид остановился. Поистине, его ведет провидение! Если торговец говорит неправду, и пленницу купил кто-то из местных, ее могли вывезти на повозке, слишком красивая и благородная девушка, чтобы, кидать ее поперек седла и везти открыто по горам. Но, зих – владелец повозки очень жаден, если ему хорошо заплатили за молчание, надо заплатить втрое больше, что бы, он выдал тайну. Пересмотрев перстни на своих пальцах, Бжид выбрал самое большое кольцо с дорогим камнем, отнятое у какого-то богатого купца во время пиратской вылазки. Бжиду пришлось сделать еще круг по селению, чтобы зайти к владельцу крытой повозки.
Этот зих был настолько жаден, что брал за свою повозку вдвое больше, чем в Топсиде. У них с женой было много детей, и зих тянул три шкуры с клиентов, чтобы прокормить многочисленное семейство. Его дети с утра и до ночи трудились на полях, в винограднике, в саду, а жена – очень худая женщина, целыми днями готовила у плиты и кормила своего мужа. Отчего зих, при своем низком росте, стал совсем круглым. Он, целыми днями беззаботно отдыхал посередине своего двора, в тени развесистой чинары, на мягких пуховиках.
-Пусть приснятся вам легкие сны,- приветствовал его Бжид.
-И вам легких снов,- ответствовал низкорослый кавказец.
-Я к вам с деликатным вопросом,- тихо произнес Бжид,- хочу уладить одно нехорошее дело мирным путем, без кровопролития. На днях, я привез девушку из Абазгии, и у меня ее выкрали. Понимаете, она очень красивая и благородная, в дорогом розовом платье, везти ее на коне не решились бы, даже в темноте ее платье будет заметно. Я думаю, похититель воспользовался вашей повозкой. Вы не подумайте,- поторопился успокоить зиха Бжид,- против вас, я не имею ничего. Вы только скажите, кто у вас заказывал повозку, и куда увезли похищенную у меня пленницу? Я не хочу поднимать этот вопрос в открытую, чтобы не запятнать уважаемого человека, хочу решить все тихим и мирным путем.
-У меня никто не берет повозку по ночам,- проговорил толстый маленький зих, а про себя подумал: «Если бы украли прошлогодний навоз твоего коня и то, ты бы бегал по селению и кричал, а, тут украли пленницу и он хочет решить мирным путем? Бжид считает себя самым хитрым в селении, но, владельца повозки не перехитрит».
-Я не просто так пришел,- Бжид снял перстень с пальца и подал зиху,- это вам, в подарок.
-Припоминаю,- произнес зих и заулыбался, отчего его круглое лицо стало похоже на спелую тыкву,- в тот вечер у меня действительно брали повозку и привезли утром, но, кто и зачем, я не знаю.
-Я, не все сказал,- как можно ласковее продолжал Бжид, снял кольцо с другого пальца и подал зиху,- это вам, уважаемый.
-Повозку заказывал молодой джигит,- лицо толстого зиха совсем расплылось в притворной улыбке,- но, его я не разглядел, была ночь. А кого и куда возили, не знаю.
-Спасибо, уважаемый,- поблагодарил его Бжид,- может быть, возница вспомнит, куда он ездил в ту ночь?- старый пират снял еще одно кольцо с пальца и отдал толстому зиху.
-Если, вы причините вред моему вознице,- не меняя притворной улыбки, заметил зих,- у меня никто не будет работать. Я вам сам скажу, в ту ночь возница ездил в старую крепость Никопсии,- с трудом маленький круглый человечек поднялся,- а, сейчас мне пора, извините,- и он посеменил своими маленькими ножками в дом.
Бжиду ничего не оставалось, как пойти домой. «То, что повозку заказывали, хозяин подтвердил,- думал Бжид по дороге домой,- и заказывал молодой джигит, скорее всего, сам Псешепсе увез пленную невесту,- пират покраснел от злости,- надо за ним проследить, если он уедет из дома, значит, поедет к ней. Старая крепость, внутри новых городских стен Никопсии, не большая и полуразрушенная, в ней, будет легко вычислить, где может прятать Псешепсе девушку. А там, он легко разделается с ними обоими».
Дома, Бжид не мог смолчать и все рассказал жене. Женщин подозревала, что, не просто так Псешепсе перенес срок свадьбы, должна быть какая-то веская причина для такого шага и этой причиной, вполне могла быть пленная невеста. Они разговаривали в кунацкой, и Кужепс полностью подслушала их разговор. Теперь, ее подозрения подтвердились – это пленная невеста виновата во всем, и она должна умереть, тогда, Псешепсе забудет ее и вернется к Кужепс. Но, как это сделать, чтобы никто не заподозрил, и в первую очередь – ее возлюбленный. Надо подкупить охрану и отравить пленницу. Кужепс сама зашла к отцу вечером и предложила свой план действий. Еще затемно, к их конюшням подъехал всадник, а после разговора с Бжидом, поскакал по торной дороге, в сторону города Никопсия.
Три дня Агой и Фоштам пробирались по берегу моря к крепости Топсида. Дикий Кавказ, ставил перед путниками суровые преграды, преодолеть которые им помогали сила и находчивость. Неприступные скалы местами вырастали у самой воды и упирались в небо, приходилось искать пути подъема. Цепляясь за корни и ветки, нависших над пропастью деревьев, взбирались джигиты на прибрежные утесы, по кочкам и звериным тропам преодолевали подходящие к берегу болота, на бревнах переправлялись через устья бурных рек. По ночам, в пещерах они разжигали костер, готовили пищу, подолгу говорили друг с другом.
Сидя у костра в темноте ночи, Агой вспоминал красавицу Туапсе. Ее прекрасные глаза на празднике, тонкий стан с кувшином у реки, настороженный взгляд, провожающий его в военный поход. Короткими ночами ему снилась его невеста, ее смех или ее слезы. Он часто доставал из кармана красную ленту, с синей прожилкой, вышитой руками девушки, ее знамя невинности. Боль и горечь, подступали к горлу джигита, еще тверже он сжимал рукоять сабли, еще быстрее хотел достичь стен Топсиды.
Фоштам рассказывал о своих сестрах, как детьми они лазили по отвесным скалам и высоким деревьям рядом с селением, как заботились девушки о своем брате, а он всегда защищал их. Но, сейчас не смог защитить, он уезжал с отцом на охоту. И, страшная беда пришла в их дом.
Мужчины засыпали, а с первыми лучами солнца продолжали путь. В дороге путникам приходилось двигаться очень осторожно, чтобы, самим не попасться в плен к кровожадным зихам. Встречающиеся селения, они, как звери, обходили стороной. Им нужно, было ближе подойти к тем селениям Зихии, что лежат на торговых путях. Именно там, процветала работорговля, именно из их гаваней, уходили корабли в разные стороны света и увозили проданный товар – сыновей и дочерей Кавказа.
В доме на высоком мысу, откуда простирался удивительный вид на ущелье трех рек, шли быстрые приготовления к дальней поездке. Молодой мужчина на прощание зашел в свою комнату, посмотрел из окна на родные реки и горы, его сердце сжималось от предстоящей разлуки, но он твердо верил, что разлука не долгая и скоро, он снова будет дома, и не один, а с сестрой. Вернется радость в дом, улыбнутся глаза отца, мать споет свои лучшие красивые песни. Псешепсе взял приготовленный матерью, походный мешок, поцеловал родителей и на коне поехал в Никопсию.
Лида не знала, что ответить, поддакивала и кивала головой. Ситуацию выручил Дима, после плавания в море, он чувствовал себя легко и весело, ему хотелось шутить и куражиться. Новая роль отца многодетного семейства забавляла его, он еще никогда не был «отцом троих детей».
-Да,- весело подтвердил он,- мы все делаем вместе.
В этот момент, на кухню зашли две молодые женщины, видимо подруги. Короткие джинсовые шорты и облегающие майки, ярко выделяли пышные округлости обоих. Одна, среднего роста, с черными волосами, в футболке ярко голубого цвета, смахивала на цыганку, ее быстробегающие глазки, жадно схватывали все моменты окружающей жизни. Вторая, невысокая, с крашенными пепельными волосами, в футболке ярко розового цвета, раскосым разрезом глаз, заостряла свое внимание, только на интересующих ее предметах. В данный момент, их заинтересовал новый мужчина на кухне. Девицы, беспардонным взглядом, рассмотрели Дмитрия с ног до головы, достали из холодильника сок и фрукты и ушли в номер, многозначительно переглядываясь.
-Ходят тут,- не удержалась Агнесса Петровна,- вертят боками, хоть бы похудели немного. Такие молодые и так нагло себя ведут.
-Что в них наглого?- спросила Зарина,- сейчас вся молодежь носит джинсовые шорты.
-Не такие короткие, моя дорогая,- не согласилась с дочерью мать,- и, так прямо смотреть на незнакомого мужчину – неприлично.
-Это правильно,- согласилась Снежана,- но видимо, они привыкли так себя вести, и считают это нормой. Мы же не знаем, как они живут и кем работают.
-Я не думаю,- высказала мысль Агнесса Петровна,- что они портнихи мужской одежды и рассматривают мужчин, чисто как манекенов. У них в глазах читается совсем другой интерес. Эти две девицы,- женщина обратилась к Лиде,- живут тут уже месяц и, видимо, подрабатывают в каком-то кафе официантками. Та, что в розовой футболке – Зоя, а в голубой – Ира. Понимаете, в них нет никакой женственности, природной пластики, они, как деревянные солдаты Урфина Джюса.
-Мама,- одернула ее Снежана,- ну, не все же могут быть балеринами.
-Не все,- согласилась мамаша,- но, все равно, должно быть что-то, что зачаровывает мужчин, а у них все выходки как у бульварных баб. Лидочка,- обратилась она снова к Лиде,- вы их остерегайтесь.
-Хорошо,- Лида согласно кивнула.
Супчик поспевал, отварная картошка издавала своеобразный аромат, от салата вкусно пахло. Большое семейство Степных и Юговых дружно уселось за стол. Купание в море отлично способствовало быстрому перевариванию завтрака, уже успели изрядно проголодаться и обед съели быстро и подчистую.
-Что делать будем,- спросила Маша,- какие планы на после обеда?
-В город идти сейчас сильно жарко,- Лида не хотела маячить на людях днем, она уже привыкла быть незаметной.
-В номере, тоже не охота сидеть,- подумала Маша,- может, прогуляемся по ущелью? За дорогой, из леса выбегает ручей, к морю он спешит за нашей оградой и каштанами. А в ущелье, русло прячется под тенью высоких деревьев, там наверно интересно, посмотрим, куда оно ведет?
-Предложение дельное для дневной жары,- поразмыслив, поддержал Дмитрий. Пути отхода знать всегда полезно,- я думаю, ущелье выходит на трассу Новороссийск - Адлер.
-Значит, решено, идем,- Петька любил приключения,- узнаем, что там интересного.
Глава 6.
Селение, в котором Бжид промышлял работорговлей, раскинулось по берегам двух рек, в середине селения, их русла соединялись в одну, более сильную и широкую реку Топсиду. Окружающие русла рек, горные вершины, надежно охраняли трехречье зихов от внезапных врагов и неприятелей. Но, жители не чувствовали себя привольно, с опаской ходили в местные леса и горы, все знали, что сюда, горными тропами привозят пленных рабов, отсюда, по реке сплавляют в Топсиду, а из гавани Топсиды развозят по всему свету.
Грознее тучи ходил по своему дому Бжид, срывался на домочадцев и, чтобы, успокоиться, ушел к реке и занялся своей камарой. Бжид любил свою лодку и заботился о ней больше, чем о ком-либо. Она всегда выручала его в пиратских плаваниях и еще ни разу не подводила. Сейчас его мысли были заняты думами о дочери, сорвавшемся замужестве и странном предложении жениха отсрочки свадьбы. Сидя в лодке и слушая гомон бурлящей реки, старый зих вспоминал по порядку события последней недели: на сватовстве, как и полагается, они два раза отказывали сватам и, только, на третий раз согласились пригласить их в дом, тогда повели разговоры о свадьбе; во время осмотра дома жениха, Бжиду понравился добротный дом Псешепсе на вершине утеса, откуда открывался красивый вид на долину трех рек. Жених сам торопил дату свадьбы, предлагал больше калым, чтобы, скорее забрать Кужепс в свой дом. И, вот, когда уже все договорено, когда Бжид, специально совершил эту пиратскую вылазку, чтобы отпраздновать богатую свадьбу, и ему повезло, за пленную невесту он получил большой выкуп, все надежды и старания разом рухнули, как весенний снег в глубокое ущелье.
Чутьем старого хитрого зиха, мужчина понимал, что, за эти дни произошло что-то, что поменяло взгляды и желания молодого мужчины. А что, может заставить молодого и горячего джигита, отказаться от близкой возможности обладать любимой женщиной? Зих ломал голову и не находил ответа. Только новая любовь, могла заставить сделать такой роковой шаг. Но, откуда может свалиться такая беда? Из всех девушек селения, вряд ли бы, решилась какая встать на пути счастья дочери Бжида. Только пришлая, которая не знает могущества и коварства старого работорговца. Но, в их селении, пришлые люди давно не селятся, из-за, худой славы торговли рабами. И тут, в памяти зиха всплыла минута, когда Псешепсе помешал Бжиду поднять платок на пленной невесте. Тогда старый пират, поверил, что будущий зять заботится о достатке Бжида. А он, наверно, хотел сохранить невинность пленной невесты для себя. Эта мысль, как громом ударила зиха, он резко встал в камаре, она закачалась и пират, чуть не рухнул в воду. Ухватившись за низкие борта лодки, зих поблагодарил реку за полученную подсказку. Что бы, выяснить причину их беды, надо действовать не сгоряча, не вставая резко, а тихо и неспешно, но, настойчиво идти к намеченной цели. И, если, выяснится, что Псешепсе влюбился в пленную невесту, то не будет он - пират Бжид, если не отправит и не состоявшегося зятя, и его рабыню-полюбовницу в самое коварное рабство, где он будет видеть бесчестие полюбовницы, а она – муки Псешепсе. Бжид поблагодарил реку за мудрую подсказку и поспешил домой.
Не откладывая дело, старый зих взял у жены платок и направился к покупателю пленной невесты. Дядя Псешепсе ремонтировал арбу на своем дворе.
-Да будут мягкими ваши поездки на этой арбе,- приветствовал пират покупателя.
-И вам мягких дорог,- ответствовал тот.
-Я пришел к вам с просьбой,- Бжид хотел казаться вежливым,- вы купили у меня на днях пленную невесту, я нашел ее платок, хочу передать. Никогда не оставляю никаких вещей рабов после торгов, а, этот платок, как-то, остался.
-Опоздали,- ответил покупатель, а про себя подумал: «Темнишь старый пират, любую вещь ты бы уже выбросил давно или продал на базаре, но не понес бы отдавать проданной рабыне. Видимо, догадывается о чем-то. Заварил кашу Псешепсе, теперь всем расхлебывать»,- женщину-абазги я продал в тот же вечер, заезжему торговцу, а куда он ее увез, того не знаю. Выкиньте платок, он рабыне не понадобится. Торговец говорил, что покупает красавиц для богатого вельможи, там, у нее будет много платков.
-Вы правы, уважаемый,- скрежеща зубами, но, изображая улыбку, проговорил Бжид,- выкину платок.
Он шел от торговца и думал: «Неужели, в тот вечер еще заезжал торговец. Тогда, он бы и сам продал невесту, да еще и намного дороже. Но, кроме каравана, купившего у него всех пленных, никого не было». Мимо по улице проехала крытая повозка, и Бжид остановился. Поистине, его ведет провидение! Если торговец говорит неправду, и пленницу купил кто-то из местных, ее могли вывезти на повозке, слишком красивая и благородная девушка, чтобы, кидать ее поперек седла и везти открыто по горам. Но, зих – владелец повозки очень жаден, если ему хорошо заплатили за молчание, надо заплатить втрое больше, что бы, он выдал тайну. Пересмотрев перстни на своих пальцах, Бжид выбрал самое большое кольцо с дорогим камнем, отнятое у какого-то богатого купца во время пиратской вылазки. Бжиду пришлось сделать еще круг по селению, чтобы зайти к владельцу крытой повозки.
Этот зих был настолько жаден, что брал за свою повозку вдвое больше, чем в Топсиде. У них с женой было много детей, и зих тянул три шкуры с клиентов, чтобы прокормить многочисленное семейство. Его дети с утра и до ночи трудились на полях, в винограднике, в саду, а жена – очень худая женщина, целыми днями готовила у плиты и кормила своего мужа. Отчего зих, при своем низком росте, стал совсем круглым. Он, целыми днями беззаботно отдыхал посередине своего двора, в тени развесистой чинары, на мягких пуховиках.
-Пусть приснятся вам легкие сны,- приветствовал его Бжид.
-И вам легких снов,- ответствовал низкорослый кавказец.
-Я к вам с деликатным вопросом,- тихо произнес Бжид,- хочу уладить одно нехорошее дело мирным путем, без кровопролития. На днях, я привез девушку из Абазгии, и у меня ее выкрали. Понимаете, она очень красивая и благородная, в дорогом розовом платье, везти ее на коне не решились бы, даже в темноте ее платье будет заметно. Я думаю, похититель воспользовался вашей повозкой. Вы не подумайте,- поторопился успокоить зиха Бжид,- против вас, я не имею ничего. Вы только скажите, кто у вас заказывал повозку, и куда увезли похищенную у меня пленницу? Я не хочу поднимать этот вопрос в открытую, чтобы не запятнать уважаемого человека, хочу решить все тихим и мирным путем.
-У меня никто не берет повозку по ночам,- проговорил толстый маленький зих, а про себя подумал: «Если бы украли прошлогодний навоз твоего коня и то, ты бы бегал по селению и кричал, а, тут украли пленницу и он хочет решить мирным путем? Бжид считает себя самым хитрым в селении, но, владельца повозки не перехитрит».
-Я не просто так пришел,- Бжид снял перстень с пальца и подал зиху,- это вам, в подарок.
-Припоминаю,- произнес зих и заулыбался, отчего его круглое лицо стало похоже на спелую тыкву,- в тот вечер у меня действительно брали повозку и привезли утром, но, кто и зачем, я не знаю.
-Я, не все сказал,- как можно ласковее продолжал Бжид, снял кольцо с другого пальца и подал зиху,- это вам, уважаемый.
-Повозку заказывал молодой джигит,- лицо толстого зиха совсем расплылось в притворной улыбке,- но, его я не разглядел, была ночь. А кого и куда возили, не знаю.
-Спасибо, уважаемый,- поблагодарил его Бжид,- может быть, возница вспомнит, куда он ездил в ту ночь?- старый пират снял еще одно кольцо с пальца и отдал толстому зиху.
-Если, вы причините вред моему вознице,- не меняя притворной улыбки, заметил зих,- у меня никто не будет работать. Я вам сам скажу, в ту ночь возница ездил в старую крепость Никопсии,- с трудом маленький круглый человечек поднялся,- а, сейчас мне пора, извините,- и он посеменил своими маленькими ножками в дом.
Бжиду ничего не оставалось, как пойти домой. «То, что повозку заказывали, хозяин подтвердил,- думал Бжид по дороге домой,- и заказывал молодой джигит, скорее всего, сам Псешепсе увез пленную невесту,- пират покраснел от злости,- надо за ним проследить, если он уедет из дома, значит, поедет к ней. Старая крепость, внутри новых городских стен Никопсии, не большая и полуразрушенная, в ней, будет легко вычислить, где может прятать Псешепсе девушку. А там, он легко разделается с ними обоими».
Дома, Бжид не мог смолчать и все рассказал жене. Женщин подозревала, что, не просто так Псешепсе перенес срок свадьбы, должна быть какая-то веская причина для такого шага и этой причиной, вполне могла быть пленная невеста. Они разговаривали в кунацкой, и Кужепс полностью подслушала их разговор. Теперь, ее подозрения подтвердились – это пленная невеста виновата во всем, и она должна умереть, тогда, Псешепсе забудет ее и вернется к Кужепс. Но, как это сделать, чтобы никто не заподозрил, и в первую очередь – ее возлюбленный. Надо подкупить охрану и отравить пленницу. Кужепс сама зашла к отцу вечером и предложила свой план действий. Еще затемно, к их конюшням подъехал всадник, а после разговора с Бжидом, поскакал по торной дороге, в сторону города Никопсия.
Три дня Агой и Фоштам пробирались по берегу моря к крепости Топсида. Дикий Кавказ, ставил перед путниками суровые преграды, преодолеть которые им помогали сила и находчивость. Неприступные скалы местами вырастали у самой воды и упирались в небо, приходилось искать пути подъема. Цепляясь за корни и ветки, нависших над пропастью деревьев, взбирались джигиты на прибрежные утесы, по кочкам и звериным тропам преодолевали подходящие к берегу болота, на бревнах переправлялись через устья бурных рек. По ночам, в пещерах они разжигали костер, готовили пищу, подолгу говорили друг с другом.
Сидя у костра в темноте ночи, Агой вспоминал красавицу Туапсе. Ее прекрасные глаза на празднике, тонкий стан с кувшином у реки, настороженный взгляд, провожающий его в военный поход. Короткими ночами ему снилась его невеста, ее смех или ее слезы. Он часто доставал из кармана красную ленту, с синей прожилкой, вышитой руками девушки, ее знамя невинности. Боль и горечь, подступали к горлу джигита, еще тверже он сжимал рукоять сабли, еще быстрее хотел достичь стен Топсиды.
Фоштам рассказывал о своих сестрах, как детьми они лазили по отвесным скалам и высоким деревьям рядом с селением, как заботились девушки о своем брате, а он всегда защищал их. Но, сейчас не смог защитить, он уезжал с отцом на охоту. И, страшная беда пришла в их дом.
Мужчины засыпали, а с первыми лучами солнца продолжали путь. В дороге путникам приходилось двигаться очень осторожно, чтобы, самим не попасться в плен к кровожадным зихам. Встречающиеся селения, они, как звери, обходили стороной. Им нужно, было ближе подойти к тем селениям Зихии, что лежат на торговых путях. Именно там, процветала работорговля, именно из их гаваней, уходили корабли в разные стороны света и увозили проданный товар – сыновей и дочерей Кавказа.
В доме на высоком мысу, откуда простирался удивительный вид на ущелье трех рек, шли быстрые приготовления к дальней поездке. Молодой мужчина на прощание зашел в свою комнату, посмотрел из окна на родные реки и горы, его сердце сжималось от предстоящей разлуки, но он твердо верил, что разлука не долгая и скоро, он снова будет дома, и не один, а с сестрой. Вернется радость в дом, улыбнутся глаза отца, мать споет свои лучшие красивые песни. Псешепсе взял приготовленный матерью, походный мешок, поцеловал родителей и на коне поехал в Никопсию.
