Глава 1. Молчун
— Кха-кха! — поперхнулась слюной я.
Сидящий рядом громила в куртке поднял и опустил руку, смущённо потупившись.
Вздрогнула и вынуждено натянула вежливую улыбку, переводя взгляд в зал. Танцпол в районе Тобо был забит до отказа. Громкая электронная музыка отбивала ритм, пищалки хрипели, басы заставляли дрожать всё в помещении. Мой клиент и я, хостес этого клуба, сидели в небольшом алькове на полукруглом диванчике из кричаще красного латекса и молча дожидались окончания нашего свидания.
Угрюмый парень непонятного возраста в куртке, которую напрочь отказывался снимать, сверлил взглядом полупустой стакан содовой, стоящий на столике.
Из необычного: у моего регулярного клиента, оставляющего щедрые чаевые, была рассечена губа слева в углу рта, а справа под глазом виднеется шрам, похожий на царапину. Но ещё более странно то, что уже ровно год этот парень заглядывает ко мне в хост-клуб. Приходит раз в неделю, сидит рядом, пьёт и молчит.
Любая попытка разговорить его неизменно заканчивалась неудачей, поэтому сегодня я даже не пыталась ничего сделать. Уставилась на экран, где танцевала в окружении неоновых огней ЭмДжи — звезда межгалактического Анинета. К настоящему времени её уже нет в живых, но её голографическая модель, созданная программой, продолжала маячить в новостных сводках, блогах и на различных билбордах, наверняка зарабатывая немаленькие деньги правообладателям из продюсерской фирмы «МаЁс».
Весёлая музыка струилась по залу — толпа двигалась в такт: кто-то подпрыгивал на месте от удовольствия или из-за адреналина, попробуй разбери. А я в который раз припомнила слова Брюменза о моей бесполезности.
Это был наш последний разговор, прежде чем меня вышвырнули из его компании. И ладно бы проблема была только в этом. В сети расползлись слухи, будто это я причастна к смерти ЭмДжи.
Нетизены, жители просторов анимированной сети, быстро сделали выводы и принялись восстанавливать справедливость в их понимании. Меня преследовали долго, упорно, методично. Я много раз переезжала, не могла найти постоянное место работы. Влезла в долги, чтобы сделать пластическую операцию. А точнее две. И вот теперь я здесь, на отшибе жизни, ещё пока неузнанная никем, что меня полностью устраивало. Лишь один момент не давал мне покоя — сталкер, который сидел рядом со мной.
Будто мысли мои прочтя, плечистый парень шевельнулся, и я вздрогнула, прогоняя прочь неприятные мысли. Он открыл было рот, что-то сказать, — посмотрела в его сторону в предвкушении.
Что?
Что он сейчас скажет?
Спросит про моё сходство с ЭмДжи? Неужели я по-прежнему похожа?
Прогнала страх поскорее и заставила себя выглядеть дружелюбно, ведь это моя работа. Старший увидит — уволит без объяснений!
Тем временем гость снова закрыл рот. На вид моему клиенту было лет двадцать пять. Может, больше. Во всяком случае до тридцати точно.
Свет неожиданно потух.
Я почувствовала руки на моих плечах. Ох! Сжалась в комок, но тотчас услышала:
— Пробки выбило, наверное. Сейчас включат. Не бойся.
Удивительно, я впервые услышала его голос: низкий, вибрирующий, приятный…
Нет, нельзя так думать. Он лишь клиент.
Повела плечами, как бы намекая, что не нужно меня трогать. Он убрал руки и оказался прав, кстати. Свет быстро включили.
Но тут меня ждало неприятное открытие — я заметила Старшего. Он смотрел в мою сторону немигающим взором поверх хамелеоновых очков. Окуляры переливались разными цветами и интересно играли под действием софитов, но у меня они лишь вызывали неприятную реакцию, потому что я частенько видела их в его руках, когда опускала взгляд во время очередной выволочки. Да, я неуклюжая. А всему виной операция, которую я вынужденно пережила.
Поджала губы поспешила затолкать подальше призраки прошлого, которые приносили только боль в сухом остатке. Нельзя. Потому что очень страшно вспоминать. Руки этой свиньи Брюменза особенно!
Воспоминания быстро развеялись, едва я увидела, как мой молчаливый клиент собрался уходить.
Вот же...
Я должна ему улыбнуться и проводить. Подскочила на ноги и снова грохнулась прямо на пол — боль пробежалась по мышцам до самых плеч.
— Ай! — тихонько взвыла я.
— Флор! — крикнул Старший, якобы улыбаясь. Вот только его строгий взгляд не предвещал мне ничего хорошего. — Живо ко мне в кабинет!
В горле пересохло. Я облизала губы, слыша краем уха, как диджей электронным голосом говорит извинения, мол, вечеринка окончена. Моя, видимо, тоже. Во всех смыслах.
Тёплые руки неожиданно приобняли за талию и помогли мне встать.
— Проблемы? — спросил тот самый клиент.
Да уж. По моему внешнему виду так и не скажешь? Я — ходячая проблема, куда ни глянь: худая, невысокая, немного смазливая. Мне было уже двадцать шесть, но профессию я получить не успела, потому что, едва выиграв первые кастинги, воспылала надеждой взобраться наверх, стать звездой экстра-класса.
Ага. Мечтать не вредно. Точнее, не так. Вредно и даже очень — испытано на себе.
Моя задумчивость была воспринята по-своему, клиент убрал руки, угрюмо ссутулился и потопал на выход. А я так и не успела его поблагодарить. Стояла и дрожала, как пёрышко на ветру. Эх. И когда же я перестану бояться каждого шороха? Когда я наконец приду в норму и перестану ожидать нападения чокнутых фанатов ЭмДжи из каждого угла? Из каждого экрана, каждого сетройства?
— Флория! — подгонял меня Старший. — Подойди.
Вдох-выдох, и я отправилась навстречу своему увольнению. Почему-то была уверена в этом на все сто. Я будто чувствовала, что долго здесь не задержусь, и жила в ожидании, когда же меня вышвырнут на улицу.
Осталось только собрать волю в кулак и терпеливо выслушать все претензии, чтобы наконец отправиться восвояси в третьем часу ночи, чуть раньше положенного. Хоть в чём-то повезло, смогу поспать подольше.
Я приободрилась этой мыслью и наконец улыбнулась, пропуская вперёд очередного посетителя, спешащего на выход. Жаль, не могу так же просто взять и уйти. Нет. Мне надо ещё получить расчёт, а поэтому буду терпеть и молчаливо слушать.
Глава 2. Разнос
Небольшая каморка старшего по залу вмещала пульт слежения, один стул и бойлер с водой. Вот и всё. Остальное место, считай, было отведено под залы хост-клуба.
Гардеробные хостес тоже, кстати, пространством не изобиловали и располагались на нулевом этаже. Ряды шкафчиков и скамейка посередине — роскошь, отведённая одновременно для мужчин и женщин. Как хочешь, так и крутись. А мне с моими проблемными коленями — настоящее мучение. Первое время я пробовала переодеваться здесь, как и все, но после двух дней забила и стала ходить в рабочих нарядах домой, просто надевала поверх серебристого бодика куртку, майку, штаны или шорты, по погоде.
— Ты.
Начало выволочки было многообещающим. Как правило, Старший долго сверлил взглядом, но я быстро привыкла к этому и не поднимала глаз в его присутствии, чтобы лишний раз не нервничать.
— Ты думаешь головой хоть иногда?
Очередное привычное обвинение. Пока ничего нового, а значит, не больно. Молчу и киваю или мотаю головой в знак отрицания. Не даю лишнего повода прицепиться и развить тему.
В принципе, может быть, пронесёт? Не уволят?
Послышался громкий вздох, и линейный руководитель нашего зала приступил, образно говоря, к поеданию моего мозга ложечкой, потому что дальше опять начались беспочвенные обвинения и моральный прессинг.
— Ведёшь себя, как королева!
Откуда он берёт подобное — мне совершенно непонятно. Почему? Не в первый раз меня уже обвиняют в этом, но за что? Я более замкнутая и молчаливая, чем остальные?
— Свет выключили, потом опять включили. Я же специально посмотрел в твою сторону, а ты взяла и оттолкнула от себя клиента. Зачем? Неужели он такой урод? Да многие хостес мечтают заполучить себе такого щедрого постоянного клиента. Знаешь, сколько он уже спустил денег на встречи с тобой? Посчитай-ка, а?
Я пожала плечами. Никого я не завлекала. Никого. А его и подавно. Огромный, молчаливый, угрюмый. Он меня пугал почти до заикания. Но сказать об этом, конечно же, нельзя. Вылечу отсюда, как воздух из нагнетателя.
— Не молчи, ответь!
Отрицательно помотала головой.
— Да ладно, ты его оттолкнула! Этот бедняга год набирался смелости, чтобы к тебе прикоснуться. А ты его, считай, прогнала. Всё, дорогуша. Достала. Я держал тебя чисто из-за него и стабильного дохода от ещё нескольких клиентов. Но больше не вижу смысла, потому что такое ни один гик не вытерпит и возненавидит тебя до яростного приступа, слышишь?
— Что? Нет же… — попыталась оправдаться я. Да и какой из него гик? Быть не может? Но мысли в голове сталкивались и язык словно узлом завязался. Что мне ему ответить? Как оправдаться?
— Неуклюжесть твоя, опять же.
Старший быстро клацал пальцами по проекции кнопок на панели.
— Вот, смотри сама. Раз, два, три… Дальше двадцать пятого падения за неделю я уже считать не стал. Настроил бота. И знаешь, был крайне удивлён, узнав количество твоих падений: пятьдесят два раза. Пятьдесят два!
Я зашептала, едва начальник перешёл на восклицания:
— Это всё операция, я при трудоустройстве указывала в анкете.
Поскорее бы уже он меня уволил и отпустил. Хоть и будет потом сложно искать работу, но сейчас я мечтала лишь об одном — выйти отсюда наконец.
— Ты могла бы получить шикарные премиальные. Эх…
— Но ведь нам не положено предоставлять, скажем так, интимные услуги клиентам. В правилах прописано.
Не знаю, чем думала, когда возражала, потому что его следующие слова произвели на меня неизгладимое впечатление о его и без того паскудной личности.
— Задача хостес — делать клиентов довольными, слышишь меня? «Довольными» и «удовольствие» — слова однокоренные. Читай между строк, дорогуша. Законом, конечно, запрещено легализовать подобный вид заработка. Но ты представляешь, какой это куш, чтобы оставлять его без присмотра?
Немного помолчав, он махнул рукой и пригвоздил:
— На полный расчёт при увольнении не надейся. Я подбил циферки за всю разбитую посуду, пропущенные смены и прочие штрафы, максимум тебе заплатят за половину недели. Всё, иди. Завтра можешь не приходить. Твой мастер-пароль от служебного выхода перестанет действовать через час, так что не задерживайся и живей собирай манатки. Всё, свали. Сил моих больше нет терпеть твою нерасторопность, надменность и непроходимую тупость. Это же надо, иметь такую высокую самооценку при подобных недостатках?
Да где высокая?!
Я подняла взгляд и прикусила губу до боли, чтобы не высказать ему всё, что думаю о нём. Наверняка он этого и добивается — лишь бы оштрафовать в очередной раз.
Нет. В этот раз я тоже стерплю. Не впервой. Спешно обернулась и ухватилась за ручку двери. Колени больно укололо — плевать. Сейчас не до них.
На всё плевать! Лишь бы поскорее покинуть этот гадюшник!
— На твоём месте я бы снял корону и поискал себе папика, чтобы жить припеваючи.
Тебя не спросила! Генератор советов хренов. Послать бы его в червоточину, чтобы сразу и с концами расщепило на атомы. И не слышать этот противный, гнусавый, притворно дружелюбный голос. Хуже всего, когда слышишь оскорбления вежливым тоном. В голове случается настоящий диссонанс. Помню, после первого разноса закидывалась обезболивающим, потому что мир перед глазами плыл, до дома не дойти.
Этот раз я перенесла даже более стоически, без лишних нервов. Вот если бы можно было послать его по точному адресу, высказать всё прямо в лицо, — было бы вообще замечательно. Но за неимением этого, обычно дома я лупила ракеткой по виртуальному мячу, играя в киберсквош.
Жаль, у меня сейчас нет денег на абонемент игрового аккаунта — приходилось экономить и не шиковать. Да и откуда взять время на игры? Выспаться бы да наесться до отвала. Ведь даже после калорийной вроде бы еды голод возвращается слишком быстро.
Я призадумалась, вспоминая, когда последний раз заказывала белковую сыворотку и витаминный премикс. Каких-то двести лет тому назад подобное подмешивали животным в еду в виде разных подкормок. Но с недавних пор выпустили линейку продукции и для людей. Наверняка намекали тем самым, что мы — самые настоящие животные.
С другой стороны, очень сытно и удобно. Вот только даже эти пищевые добавки из-за бешеного спроса быстро подорожали. Ладно, прорвёмся. Если мне заплатят за половину недели, на питание точно хватит. Вот на оплату коммуналки и аренды…
Так, не время заниматься глупостями — рефлексировать на ровном месте. Выкинула из головы лишние мысли и пошла собирать вещи. У меня меньше часа, чтобы покинуть здание. Это сейчас самое главное.
Глава 3. Мусорка
Моё возвращение домой по тёмным улицам купольного города «Хадо-29» в этот раз было непривычным. Колени ныли сильнее обычного. Верхняя иллюминация — проекция небосвода — неприятно сверкала до рези в глазах, лучше бы вообще отключили. Иначе не понимаю, зачем создавать ложный эффект открытой местности? Ради людей с клаустрофобией? Таких смельчаков пойди найди в купольных городах.
Вздохнула.
Старший не соврал, мне заплатили только за три с половиной дня и добавили туда чаевые, оставленные странным поклонником в куртке. Поёжилась и огляделась по сторонам, таращась на серые коробки из бетона, пластика и стекла — минимум красоты, максимум функциональности. Казалось бы, в этом районе обеспеченных людей (окраине богатого квартала) было что-то от захолустья. Мусорные контейнеры такие же. В богатых домах для отходов в здании были предусмотрены помещения с вытяжками, а тут зелёные баки стояли сбоку от проезжей части.
Гул от верхней скоростной трассы и нескольких эстакад, ведущих к ней, отвлёк моё внимание на себя. Я зазевалась — подняла голову и споткнулась в очередной раз.
— Ай… — взвыла тихонько, теряя равновесие. Поэтому вынужденно ухватилась за мусорный бак, рядом с которым шла. Поморщилась от отвращения.
Надо было выйти из клуба через парадный вход, там улица поприличнее. Но так быстрее до станции маглева.
Отряхнула руки и встала ровнее. А заодно помянула Брюменза неласковыми словами. Никогда не перестану ненавидеть того, кто меня изуродовал и обрёк на вечные страдания из-за больных коленей. Ненавижу. Хоть и не должна, сама виновата. Но что было с меня взять? Молодая. Неопытная. Откуда мне было знать, что жизнь совершит подобные кульбиты? Я же была ослеплена жаждой успеха.
Мусоровоз вырулил из-за угла позади меня, и я услышала свист.
— О!..
— Кто тут у нас?
Двое мужчин в серых формах сошли с плоской подножки позади контейнера и ускорились в мою сторону.
— Эй, Вифт, тормози. Мы тут задержимся.
Я обомлела от страха, глядя на этих уродов, которые уставились на меня плотоядно, а один даже язык высунул.
— Что? Убегать не будешь?
— Погляди-ка, в чём она, для нас нарядилась?
Я только сейчас осознала, что не успела переодеться. Точнее, накинуть поверх бодика рубашку и натянуть шорты. Разговор со Старшим выбил из колеи.
— Эй! Чего молчишь? Немая? — Первый урод, высокая шпала, сильнее высунул язык изо рта и начал кривляться. — Крошка, ты нас ждала?
— Кончай трепаться. Хватай и зажми ей рот, пока она вой не подняла, — приказывал другой мусорщик.
А я так и не смогла сдвинуться с места. Ноги подкосились. Сердце в груди бешено заколотилось, аж голова закружилась.
— Эй, смотри. Она сейчас в обморок шлёпнется! — ухмыльнулся языкатый первый.
