— Ну как же? Так всех знатных женщин называют.
Я поняла, что врач психотерапевт мне требуется срочно, и лечить меня будут долго. Похоже, некий хвостатый зверёк уходить не собирался.
— А мужчин?
— Бабай.
Я свалилась обратно на подушку, закрыла руками глаза и заржала. Смех у меня был истеричный. Знатный мужчина — бабай. Бабай Говен! Надеюсь, мой жених тоже знатный мужчина. Тогда я с удовольствием буду называть его бабай Говен.
— Бабаня Ярина, — меня снова затрясли за плечо. — Бабаня!
— Дай зеркало! — скомандовала я, прекратив смеяться так же внезапно, как и начала. Что-то мне подсказывало, что это только начало.
Девчонка вскочила и подбежала к столу.
— Простите, бабаня, — повернулась она ко мне. — Но зеркало нам не положили, хорошо, что гребень дали.
В это время в дверь постучали.
— Ой, бабай Возгарь, наверное, пришёл, а я вас не расчесала. Я открою?
— Открывай, — я села. Посмотрю на бабая. Раз уж свихнулась, надо хотя бы удовольствие от этого получить.
Принц Вадим.
По просторному кабинету, выдержанному в тёмных тонах, вышагивал туда-сюда высокий крепкий мужчина среднего возраста. Дорогой костюм обтягивал широкие плечи. Ворот белоснежной рубашки был небрежно расстёгнут. В открывшемся треугольнике виднелась загорелая до бронзы кожа, что намекало на то, что хозяин тела не всегда сидит в помещении. Время от времени он в задумчивости потирал подбородок, касаясь рукой шрама, идущего от уха к уголку рта.
— Зря я тебя послушал, — недовольно посмотрел он на своего советника. — Какой гоблин нашептал мне в уши, что это хороший план? Она избалованная бабаня, никогда не знавшая слова нет. Слушай, почему она так долго спит? Ты точно не переборщил с дозировкой?
— Обижаете, принц. Я что, враг вам? Тем более что там, где я брал снотворное, мне поклялись, что это совершенно безвредно.
— Меня беспокоит, что она до сих пор не встала. — Мужчина пересёк комнату и остановился возле распахнутого окна. Проносящийся по улице шаловливый ветерок тут же растрепал его тёмные волосы. Он провёл по голове рукой, откидывая их назад. От невесёлых дум между чёрных бровей пролегла глубокая морщина. В голове Вадима вихрем проносились воспоминания.
Принц был уверен, что во всём виноват отец. Это он вбил себе в голову, что сын непременно должен жениться на графской дочке Ярине, оставшийся единственной наследницей обширного графства. Вадим не желал этого брака. Но король выставил условие, что лишь после союза с дочерью графа Лончарского, он получит по завещанию герцогство Горватское.
Принц Вадим был седьмым и самым младшим сыном короля Велибора Третьего. Ему с детства внушали, что он никогда не станет наследником, а потому должен сделать карьеру военного.
Закончив Академию, он отправился воевать. Но через пять лет отец приказал ему вернуться. В королевстве Юрославия вспыхнула чума. Ни один лекарь не сумел помочь его старшему брату, и он умер. Сильно поздно спохватились.
И тогда король решил, что война с непокорными тузманами дело опасное. Тузманы были опытные воины, владеющие магией земли. Они устраивали землетрясения и обвалы в горах, погребая под камнями королевские войска. Война была затяжной, и победы не приносила. Горный народ не желал сдаваться. А королевских сыновей надо было беречь. Неизвестно сколько раз может вспыхнуть чума.
Король приказал Вадиму вернуться и вместо сражений заняться шахтами. Железа Юрославии требовалось всё больше. Вадиму пришлось срочно переучиваться, постигая с азов новое дело. Прошло несколько лет. Шахты исправно работали, принося казне немалый доход.
И Вадим решился попросить у отца в качестве наследства герцогство на юге, где были основные месторождения. Велибор был уже готов подписать указ, но тут внезапно скончался граф Лончар, владевший вторым по величине залежей железной руды участком, граничившим с герцогством. Король Велибор захотел объединить все шахты, чтобы ничего не уходило мимо казны. И приказал Вадиму жениться на дочке графа, если он хочет заполучить в наследство Горватию.
— Всё же красть эту бабаню была глупая затея, — Вадим отошёл от окна и уселся за стол.
— А что ещё нам было делать, если эта дурочка собралась втихаря обвенчаться с утырком Говеном. Он там три года землю пахал, стараясь сунуть лапу в шахты. Случись это, и не видать вам наследства.
— Пошёл бы опять в армию! — принц стукнул ладонью по полированной столешнице. От удара позолоченная крышка чернильницы подпрыгнула, обиженно звякнув.
— Ага, — поддакнул Возгарь, — а можно было бы открыть пуговичный магазин.
— Почему пуговичный? — нахмурился Вадим, не понимая, куда клонит советник.
— Ну как же! Это принесёт примерно такой же доход, сколько и ваше служение. Только намного безопасней. Не хотите освоить новое дело?
— Прекрати паясничать! Я и не думал уходить из армии. Это всё отец. Он приказал вернуться и заняться добычей железа.
— Вы десять лет тянули это дело, открыли новые шахты. Усовершенствовали плавильню. Неужели вы готовы всё бросить из-за девчонки?
— Она истеричка и недалёкого ума. Я бы не хотел видеть её подле себя, — Вадим поморщился, вспоминая их первую встречу. Она надменно поджимала губы, не желая его слушать. А потом вообще заявила, что его шрам вызывает в ней чувство отвращении, а потому любые разговоры о браке неуместны. Когда же он предложил ей подумать и узнать его поближе, она принялась визжать и топать ногами, угрожая что-нибудь сотворить с собой, если он будет настаивать.
— Мы уже сделали первый шаг, — Возгарь подошёл и сел с другой стороны стола. — Теперь придётся идти до конца.
— И быть всю жизнь несчастным? Стоят ли этого шахты?
— Всегда можно завести себе любовницу, — пожал плечами советник.
— Я так не могу. Ладно, иди посмотри, вдруг она уже проснулась. Надо скорее покончить с этим делом. Всё равно дороги назад нет. Её репутация уже испорчена. Кстати, а священнослужителя-то ты позвал?
— Обижаете, мой принц. Он давно здесь и ждёт, когда его пригласят.
— Постой! — закричала я, услышав, что девушка щёлкнула щеколдой. Она удивлённо повернулась ко мне. — Скажи ему, что тебе надо несколько минут, чтобы привести меня в порядок.
— Бабай Возгарь, бабаня только проснулась, — пролепетала девчонка, приоткрыв щель. — Я должна её причесать и поправить одежду. Вам придётся немного её подождать.
По-моему, тот даже не успел ничего ответить, как она захлопнула дверь перед его носом.
— Как тебя зовут? — поинтересовалась я. Если это кома, то надо в ней обживаться.
— Ой, бабаня Ярина, вы и это не помните? — она испуганно уставилась на меня. — Я же ваша служанка! Бажена.
— Нас чем-то опоили? Ты сказала, что нас похитили?
— Да-да, — закивала она. — Вы пили утренний чай.
— А ты?
— Простите, бабаня, — девчонка потупилась. — Я допила за вами. Цветочные чаи такие вкусные.
— Понятно, — хмыкнула я. — Ты попала сюда до кучи. Не зря говорят, что пить надо было меньше, — вздохнула я.
— Кто говорит?
— Не забивай голову, — не стала я вдаваться в подробности. — Это я так. Бажена, я, по всей видимости, от снотворного потеряла память. Но ты не волнуйся! — постаралась успокоить я её, видя, что девчонка сейчас разревётся. — Я обязательно всё вспомню. Только позже. А сейчас ты должна мне помочь.
— Хорошо-хорошо, бабаня, — закивала, словно китайский болванчик, девчонка.
— Почему нас украли, знаешь?
— Это, наверное, принц. Он хотел на вас жениться, а вы отказали.
— Он что, так меня любит, что украл? Или я настолько богата?
— Я точно не знаю, бабаня Ярина, по-моему, он говорил, что ему король Велибор приказал.
— А король и мне приказал? — нахмурилась я.
— Нет, бабаня Ярина. У вас же траур.
— Траур?
— Ну да! Ваш папенька разбился на механической карете.
— На карете, — повторила я, и девчонка услужливо кивнула. — Механической?
— Ну да. Это же новшество! Ваш папенька кучу денег на неё потратил.
— Я плакала?
Я решила абстрагироваться от странностей, отставив механическую карету на потом. Будет время — разберусь. Сейчас меня больше волновало, что со мной произошло? Может, я в коме и мне это всё просто снится? Но не может же сон быть настолько реальным? Ответов пока у меня не было. Точнее был, но я гнала его от себя прочь, как бешеную собаку, потому что он был из области фантастики.
— Недолго, — утёрла нос рукавом служанка. — Граф вас обидел, отказавшись покупать вам жемчужное колье, и вы на него серчали.
— Какая хорошая, однако, я дочка. Ну ладно, с этим разобрались. А Говен? Он вообще кто?
— Барон Халупник. — Я непонимающе уставилась на девушку. Это она обзывается? Но она продолжила, как ни в чём не бывало: — Он из соседнего королевства Вехия. Его поместье граничит с вашими землями к югу. Он к вам уже года три ездит. Как только вы приехали из пансионата, так он и принялся в гости наведываться. То цветы вам привезёт, то подарочек дорогой. Постойте! А вы разве не помните, как вы его любите? Вы же из-за него с графом постоянно сорились!
— Не помню, — покачала я головой. — У меня сейчас вообще тут помню, тут не помню. А отец мой что про него говорил?
— Граф называл его хлыщом и прохвостом. Из-за этого вы с ним часто и ругались.
— А что такого есть на наших землях, что я стала такой завидной невестой, что ко мне сам принц сватается? — В мою душу закралось подозрение, что так не просто здесь мужики крутятся.
— Рудники. Батюшка ваш железо добывал. Вы и этого не помните, бабаня?
«Да разве я могла забыть, что мой родитель добывает железо! — пронеслось в голове. — Да я была бы самой счастливой на свете! Но, увы, такое везение может привалить, только если ты находишься в глубокой коме».
— У бабани полный склероз, — вздохнула я от несправедливости бытия. — Возраст, понимаешь ли.
— Что? — глаза маслины недоумённо уставились на меня.
— Да ничего. Не обращай внимание. Это я так. Ну, хорошо, — кивнула я. Значит, советника зовут бабай Возгарь, с бабаем Говеном мне тоже было всё ясно. Осталось выяснить имя похитителя. — А как у нас зовут принца?
— Вадим. Он седьмой сын короля.
— Последний? Или там ещё есть восьмой и девятый?
— Нет! Ну, что вы, бабаня. Он самый младший. Правда, теперь принцев шесть осталось.
— А куда ещё одного дели? Прибили, чтобы не мешался?
— Бабаня Ярина! Так нельзя говорить о членах королевской семьи. Помер он. Давно уже. Чуму не пережил.
— То есть Вадим последний голопопый принц. Я правильно поняла?
Служанка хихикнула в кулак и кивнула.
Только я собралась продолжить допрос, как в дверь забарабанили кулаком.
— Кажется, у кого-то подгорает, — усмехнулась я и встала, с удивлением осматривая стройную фигуру. Приподняв юбку, вытянула ногу. Ну что я могла сказать? Помимо молодых рук, у меня появились худые ноги и плоский живот. Оглядывая чужую фигуру, я размышляла: падать мне в обморок или не стоит? Потом решила, что у меня сейчас сильно много дел, и продолжила расспрашивать служанку: — Бажена, а ты его видела?
— Видела, — кивнула девчонка, которая с настороженностью следила за мной. — Он с одной стороны страшный, а с другой ничего вроде.
— Это как? — не поняла я. Это с какой стороны на него смотреть надо, чтобы ничего получилось? Договорить нам не дал очередной каскад ударов.
— И? — Дойдя до двери, я распахнула её как раз в тот момент, когда незнакомый мне Возгарь собрался стукнуть в очередной раз. Слова из меня вылетели прежде, чем я успела подумать: — Бабай, опусти руку! Не на митинге!
— Что? — недоумённо уставился он на меня. — Бабаня Ярина, вы проснулись?
Я рассматривала советника. Лет тридцати пяти, светловолосый, кареглазый, чуть выше среднего роста, одет так, словно собрался посетить оперу. Крепкого телосложения, на морду смазлив. В общем, мужчина для приятного времяпровождения.
— Нет, бабай — ухмыльнулась я, делая паузу, — Возгарь, вы не поверите, но я ещё сплю. Сама хочу проснуться, но пока не получается.
— Вы пошутили? — поинтересовался он. У меня появилось чувство, что он со мной разговаривает как с ребёнком или как с душевнобольной.
— Нет, — вполне серьёзно ответила я. — А вы пытались выбить дверь, чтобы задать мне этот вопрос?
Кажется, он смутился.
— Принц Вадим хотел бы с вами поговорить, бабаня.
Нет, это обращение меня добьёт. Я тут стою, раздумываю строить ему глазки или нет, а он меня «бабаня» называет. Вот всё-таки справедливость в мире отсутствует!
— Вы поэтому меня усыпили и увезли? — выгнула я бровь. — Чтобы просто поговорить? А нельзя было приехать ко мне? Зачем такие сложности?
— Видите ли, бабаня Ярина, — начал было говорить советник, и захлопнул рот. — А давайте мы с вами пройдём в кабинет? Прошу вас.
Я вышла в коридор и едва не присвистнула. Похоже, меня привезли в какой-то замок. Узкие окна-бойницы, неоштукатуренные кирпичные стены, неокрашенные деревянные полы.
— Пойдёмте, бабаня. Вас там ждут. — Указав рукой направление, Возгарь пошёл вперёд.
— Пойдёмте дедуля, — пробурчала я себе под нос. — Бажена, не отставай.
— Иду-иду, бабаня, — пролепетала девушка. — Я завсегдась рядом, можете на меня рассчитывать.
Мы спустились на два пролёта по каменной лестнице и остановились перед массивной дверью.
— Бабаня Ярина, — повернулся ко мне Возгарь. Ещё немного и у меня глаз начнёт дёргаться от этого обращения. Никогда бы не подумала, что буду так реагировать на внуков, когда они у меня появятся. — Вы только не кричите сразу, а сначала выслушайте, что принц вам скажет.
— А вы уверены, что мне надо его слушать? Знаете что? А может, не будем заходить? Давайте я сразу начну орать, а вы меня отвезёте обратно туда, где взяли! — предложила я.
— Но бабай Говен вас обманывает!
— Да? — сделала я удивлённые глаза. — А вы? Вы не обманываете? Ладно уж, открывайте вашу дверь, всё равно же не отвяжетесь.
После этих слов Возгарь, уже было взявшийся за ручку двери, повернулся ко мне и принялся всматриваться в моё лицо. Что он там пытался разглядеть, не знаю, но я тоже была бы не прочь взглянуть на свою физиономию. Как я не отбрыкивалась от действительности, но, похоже, мне придётся смириться с чужим телом. Во всяком случае, пока врачи не придумают, как вытащить меня отсюда.
— Бабаня Ярина, вы сегодня какая-то не такая.
— А нечего девушек всякой гадостью поить. Получайте теперь продукт своего производства.
— Вы раньше так не разговаривали, — нахмурился он.
— Да и вы меня раньше не похищали, так ведь?
— Прошу!
Дверь распахнулась, я прошла вперёд, окидывая взглядом помещение. Ничего так кабинетик! Потолок высокий. Стены обшиты деревом. Слева стояли высокие шкафы с какими-то книгами, виднеющимися сквозь стеклянные дверцы. Под ногами длинношерстный ковёр, выдержанный в сине-зелёных тонах. В дальнем углу я рассмотрела камин и пару кресел. Левее от них стоял мягкий диван, над которым висел какой-то пейзаж.
Прямо передо мной стоял стол, за которым сидел темноволосый мужчина. При моём появлении он нехотя встал и направился ко мне. Высокий, с выправкой военного. Широкоплечий. Он шёл твёрдо чеканя шаг. Не удержавшись, я посчитала: «Ать-два левой, ать-два правой!» Расстояние было не очень большим, поэтому дальше командовать не получилось.
— Бабаня Ярина, — коротко кивнул он мне.
— Ой, бабай Вадим, — попробовала изобразить благовоспитанную барышню. «Небеса дайте сил не заржать». — Так приятно вас видеть. Вы несказанно похорошели после нашей последней встречи.
Я поняла, что врач психотерапевт мне требуется срочно, и лечить меня будут долго. Похоже, некий хвостатый зверёк уходить не собирался.
— А мужчин?
— Бабай.
Я свалилась обратно на подушку, закрыла руками глаза и заржала. Смех у меня был истеричный. Знатный мужчина — бабай. Бабай Говен! Надеюсь, мой жених тоже знатный мужчина. Тогда я с удовольствием буду называть его бабай Говен.
— Бабаня Ярина, — меня снова затрясли за плечо. — Бабаня!
— Дай зеркало! — скомандовала я, прекратив смеяться так же внезапно, как и начала. Что-то мне подсказывало, что это только начало.
Девчонка вскочила и подбежала к столу.
— Простите, бабаня, — повернулась она ко мне. — Но зеркало нам не положили, хорошо, что гребень дали.
В это время в дверь постучали.
— Ой, бабай Возгарь, наверное, пришёл, а я вас не расчесала. Я открою?
— Открывай, — я села. Посмотрю на бабая. Раз уж свихнулась, надо хотя бы удовольствие от этого получить.
****
Принц Вадим.
По просторному кабинету, выдержанному в тёмных тонах, вышагивал туда-сюда высокий крепкий мужчина среднего возраста. Дорогой костюм обтягивал широкие плечи. Ворот белоснежной рубашки был небрежно расстёгнут. В открывшемся треугольнике виднелась загорелая до бронзы кожа, что намекало на то, что хозяин тела не всегда сидит в помещении. Время от времени он в задумчивости потирал подбородок, касаясь рукой шрама, идущего от уха к уголку рта.
— Зря я тебя послушал, — недовольно посмотрел он на своего советника. — Какой гоблин нашептал мне в уши, что это хороший план? Она избалованная бабаня, никогда не знавшая слова нет. Слушай, почему она так долго спит? Ты точно не переборщил с дозировкой?
— Обижаете, принц. Я что, враг вам? Тем более что там, где я брал снотворное, мне поклялись, что это совершенно безвредно.
— Меня беспокоит, что она до сих пор не встала. — Мужчина пересёк комнату и остановился возле распахнутого окна. Проносящийся по улице шаловливый ветерок тут же растрепал его тёмные волосы. Он провёл по голове рукой, откидывая их назад. От невесёлых дум между чёрных бровей пролегла глубокая морщина. В голове Вадима вихрем проносились воспоминания.
Принц был уверен, что во всём виноват отец. Это он вбил себе в голову, что сын непременно должен жениться на графской дочке Ярине, оставшийся единственной наследницей обширного графства. Вадим не желал этого брака. Но король выставил условие, что лишь после союза с дочерью графа Лончарского, он получит по завещанию герцогство Горватское.
Принц Вадим был седьмым и самым младшим сыном короля Велибора Третьего. Ему с детства внушали, что он никогда не станет наследником, а потому должен сделать карьеру военного.
Закончив Академию, он отправился воевать. Но через пять лет отец приказал ему вернуться. В королевстве Юрославия вспыхнула чума. Ни один лекарь не сумел помочь его старшему брату, и он умер. Сильно поздно спохватились.
И тогда король решил, что война с непокорными тузманами дело опасное. Тузманы были опытные воины, владеющие магией земли. Они устраивали землетрясения и обвалы в горах, погребая под камнями королевские войска. Война была затяжной, и победы не приносила. Горный народ не желал сдаваться. А королевских сыновей надо было беречь. Неизвестно сколько раз может вспыхнуть чума.
Король приказал Вадиму вернуться и вместо сражений заняться шахтами. Железа Юрославии требовалось всё больше. Вадиму пришлось срочно переучиваться, постигая с азов новое дело. Прошло несколько лет. Шахты исправно работали, принося казне немалый доход.
И Вадим решился попросить у отца в качестве наследства герцогство на юге, где были основные месторождения. Велибор был уже готов подписать указ, но тут внезапно скончался граф Лончар, владевший вторым по величине залежей железной руды участком, граничившим с герцогством. Король Велибор захотел объединить все шахты, чтобы ничего не уходило мимо казны. И приказал Вадиму жениться на дочке графа, если он хочет заполучить в наследство Горватию.
— Всё же красть эту бабаню была глупая затея, — Вадим отошёл от окна и уселся за стол.
— А что ещё нам было делать, если эта дурочка собралась втихаря обвенчаться с утырком Говеном. Он там три года землю пахал, стараясь сунуть лапу в шахты. Случись это, и не видать вам наследства.
— Пошёл бы опять в армию! — принц стукнул ладонью по полированной столешнице. От удара позолоченная крышка чернильницы подпрыгнула, обиженно звякнув.
— Ага, — поддакнул Возгарь, — а можно было бы открыть пуговичный магазин.
— Почему пуговичный? — нахмурился Вадим, не понимая, куда клонит советник.
— Ну как же! Это принесёт примерно такой же доход, сколько и ваше служение. Только намного безопасней. Не хотите освоить новое дело?
— Прекрати паясничать! Я и не думал уходить из армии. Это всё отец. Он приказал вернуться и заняться добычей железа.
— Вы десять лет тянули это дело, открыли новые шахты. Усовершенствовали плавильню. Неужели вы готовы всё бросить из-за девчонки?
— Она истеричка и недалёкого ума. Я бы не хотел видеть её подле себя, — Вадим поморщился, вспоминая их первую встречу. Она надменно поджимала губы, не желая его слушать. А потом вообще заявила, что его шрам вызывает в ней чувство отвращении, а потому любые разговоры о браке неуместны. Когда же он предложил ей подумать и узнать его поближе, она принялась визжать и топать ногами, угрожая что-нибудь сотворить с собой, если он будет настаивать.
— Мы уже сделали первый шаг, — Возгарь подошёл и сел с другой стороны стола. — Теперь придётся идти до конца.
— И быть всю жизнь несчастным? Стоят ли этого шахты?
— Всегда можно завести себе любовницу, — пожал плечами советник.
— Я так не могу. Ладно, иди посмотри, вдруг она уже проснулась. Надо скорее покончить с этим делом. Всё равно дороги назад нет. Её репутация уже испорчена. Кстати, а священнослужителя-то ты позвал?
— Обижаете, мой принц. Он давно здесь и ждёт, когда его пригласят.
ГЛАВА 3
— Постой! — закричала я, услышав, что девушка щёлкнула щеколдой. Она удивлённо повернулась ко мне. — Скажи ему, что тебе надо несколько минут, чтобы привести меня в порядок.
— Бабай Возгарь, бабаня только проснулась, — пролепетала девчонка, приоткрыв щель. — Я должна её причесать и поправить одежду. Вам придётся немного её подождать.
По-моему, тот даже не успел ничего ответить, как она захлопнула дверь перед его носом.
— Как тебя зовут? — поинтересовалась я. Если это кома, то надо в ней обживаться.
— Ой, бабаня Ярина, вы и это не помните? — она испуганно уставилась на меня. — Я же ваша служанка! Бажена.
— Нас чем-то опоили? Ты сказала, что нас похитили?
— Да-да, — закивала она. — Вы пили утренний чай.
— А ты?
— Простите, бабаня, — девчонка потупилась. — Я допила за вами. Цветочные чаи такие вкусные.
— Понятно, — хмыкнула я. — Ты попала сюда до кучи. Не зря говорят, что пить надо было меньше, — вздохнула я.
— Кто говорит?
— Не забивай голову, — не стала я вдаваться в подробности. — Это я так. Бажена, я, по всей видимости, от снотворного потеряла память. Но ты не волнуйся! — постаралась успокоить я её, видя, что девчонка сейчас разревётся. — Я обязательно всё вспомню. Только позже. А сейчас ты должна мне помочь.
— Хорошо-хорошо, бабаня, — закивала, словно китайский болванчик, девчонка.
— Почему нас украли, знаешь?
— Это, наверное, принц. Он хотел на вас жениться, а вы отказали.
— Он что, так меня любит, что украл? Или я настолько богата?
— Я точно не знаю, бабаня Ярина, по-моему, он говорил, что ему король Велибор приказал.
— А король и мне приказал? — нахмурилась я.
— Нет, бабаня Ярина. У вас же траур.
— Траур?
— Ну да! Ваш папенька разбился на механической карете.
— На карете, — повторила я, и девчонка услужливо кивнула. — Механической?
— Ну да. Это же новшество! Ваш папенька кучу денег на неё потратил.
— Я плакала?
Я решила абстрагироваться от странностей, отставив механическую карету на потом. Будет время — разберусь. Сейчас меня больше волновало, что со мной произошло? Может, я в коме и мне это всё просто снится? Но не может же сон быть настолько реальным? Ответов пока у меня не было. Точнее был, но я гнала его от себя прочь, как бешеную собаку, потому что он был из области фантастики.
— Недолго, — утёрла нос рукавом служанка. — Граф вас обидел, отказавшись покупать вам жемчужное колье, и вы на него серчали.
— Какая хорошая, однако, я дочка. Ну ладно, с этим разобрались. А Говен? Он вообще кто?
— Барон Халупник. — Я непонимающе уставилась на девушку. Это она обзывается? Но она продолжила, как ни в чём не бывало: — Он из соседнего королевства Вехия. Его поместье граничит с вашими землями к югу. Он к вам уже года три ездит. Как только вы приехали из пансионата, так он и принялся в гости наведываться. То цветы вам привезёт, то подарочек дорогой. Постойте! А вы разве не помните, как вы его любите? Вы же из-за него с графом постоянно сорились!
— Не помню, — покачала я головой. — У меня сейчас вообще тут помню, тут не помню. А отец мой что про него говорил?
— Граф называл его хлыщом и прохвостом. Из-за этого вы с ним часто и ругались.
— А что такого есть на наших землях, что я стала такой завидной невестой, что ко мне сам принц сватается? — В мою душу закралось подозрение, что так не просто здесь мужики крутятся.
— Рудники. Батюшка ваш железо добывал. Вы и этого не помните, бабаня?
«Да разве я могла забыть, что мой родитель добывает железо! — пронеслось в голове. — Да я была бы самой счастливой на свете! Но, увы, такое везение может привалить, только если ты находишься в глубокой коме».
— У бабани полный склероз, — вздохнула я от несправедливости бытия. — Возраст, понимаешь ли.
— Что? — глаза маслины недоумённо уставились на меня.
— Да ничего. Не обращай внимание. Это я так. Ну, хорошо, — кивнула я. Значит, советника зовут бабай Возгарь, с бабаем Говеном мне тоже было всё ясно. Осталось выяснить имя похитителя. — А как у нас зовут принца?
— Вадим. Он седьмой сын короля.
— Последний? Или там ещё есть восьмой и девятый?
— Нет! Ну, что вы, бабаня. Он самый младший. Правда, теперь принцев шесть осталось.
— А куда ещё одного дели? Прибили, чтобы не мешался?
— Бабаня Ярина! Так нельзя говорить о членах королевской семьи. Помер он. Давно уже. Чуму не пережил.
— То есть Вадим последний голопопый принц. Я правильно поняла?
Служанка хихикнула в кулак и кивнула.
Только я собралась продолжить допрос, как в дверь забарабанили кулаком.
— Кажется, у кого-то подгорает, — усмехнулась я и встала, с удивлением осматривая стройную фигуру. Приподняв юбку, вытянула ногу. Ну что я могла сказать? Помимо молодых рук, у меня появились худые ноги и плоский живот. Оглядывая чужую фигуру, я размышляла: падать мне в обморок или не стоит? Потом решила, что у меня сейчас сильно много дел, и продолжила расспрашивать служанку: — Бажена, а ты его видела?
— Видела, — кивнула девчонка, которая с настороженностью следила за мной. — Он с одной стороны страшный, а с другой ничего вроде.
— Это как? — не поняла я. Это с какой стороны на него смотреть надо, чтобы ничего получилось? Договорить нам не дал очередной каскад ударов.
— И? — Дойдя до двери, я распахнула её как раз в тот момент, когда незнакомый мне Возгарь собрался стукнуть в очередной раз. Слова из меня вылетели прежде, чем я успела подумать: — Бабай, опусти руку! Не на митинге!
— Что? — недоумённо уставился он на меня. — Бабаня Ярина, вы проснулись?
Я рассматривала советника. Лет тридцати пяти, светловолосый, кареглазый, чуть выше среднего роста, одет так, словно собрался посетить оперу. Крепкого телосложения, на морду смазлив. В общем, мужчина для приятного времяпровождения.
— Нет, бабай — ухмыльнулась я, делая паузу, — Возгарь, вы не поверите, но я ещё сплю. Сама хочу проснуться, но пока не получается.
— Вы пошутили? — поинтересовался он. У меня появилось чувство, что он со мной разговаривает как с ребёнком или как с душевнобольной.
— Нет, — вполне серьёзно ответила я. — А вы пытались выбить дверь, чтобы задать мне этот вопрос?
Кажется, он смутился.
— Принц Вадим хотел бы с вами поговорить, бабаня.
Нет, это обращение меня добьёт. Я тут стою, раздумываю строить ему глазки или нет, а он меня «бабаня» называет. Вот всё-таки справедливость в мире отсутствует!
— Вы поэтому меня усыпили и увезли? — выгнула я бровь. — Чтобы просто поговорить? А нельзя было приехать ко мне? Зачем такие сложности?
— Видите ли, бабаня Ярина, — начал было говорить советник, и захлопнул рот. — А давайте мы с вами пройдём в кабинет? Прошу вас.
Я вышла в коридор и едва не присвистнула. Похоже, меня привезли в какой-то замок. Узкие окна-бойницы, неоштукатуренные кирпичные стены, неокрашенные деревянные полы.
— Пойдёмте, бабаня. Вас там ждут. — Указав рукой направление, Возгарь пошёл вперёд.
— Пойдёмте дедуля, — пробурчала я себе под нос. — Бажена, не отставай.
— Иду-иду, бабаня, — пролепетала девушка. — Я завсегдась рядом, можете на меня рассчитывать.
Мы спустились на два пролёта по каменной лестнице и остановились перед массивной дверью.
— Бабаня Ярина, — повернулся ко мне Возгарь. Ещё немного и у меня глаз начнёт дёргаться от этого обращения. Никогда бы не подумала, что буду так реагировать на внуков, когда они у меня появятся. — Вы только не кричите сразу, а сначала выслушайте, что принц вам скажет.
— А вы уверены, что мне надо его слушать? Знаете что? А может, не будем заходить? Давайте я сразу начну орать, а вы меня отвезёте обратно туда, где взяли! — предложила я.
— Но бабай Говен вас обманывает!
— Да? — сделала я удивлённые глаза. — А вы? Вы не обманываете? Ладно уж, открывайте вашу дверь, всё равно же не отвяжетесь.
После этих слов Возгарь, уже было взявшийся за ручку двери, повернулся ко мне и принялся всматриваться в моё лицо. Что он там пытался разглядеть, не знаю, но я тоже была бы не прочь взглянуть на свою физиономию. Как я не отбрыкивалась от действительности, но, похоже, мне придётся смириться с чужим телом. Во всяком случае, пока врачи не придумают, как вытащить меня отсюда.
— Бабаня Ярина, вы сегодня какая-то не такая.
— А нечего девушек всякой гадостью поить. Получайте теперь продукт своего производства.
— Вы раньше так не разговаривали, — нахмурился он.
— Да и вы меня раньше не похищали, так ведь?
— Прошу!
Дверь распахнулась, я прошла вперёд, окидывая взглядом помещение. Ничего так кабинетик! Потолок высокий. Стены обшиты деревом. Слева стояли высокие шкафы с какими-то книгами, виднеющимися сквозь стеклянные дверцы. Под ногами длинношерстный ковёр, выдержанный в сине-зелёных тонах. В дальнем углу я рассмотрела камин и пару кресел. Левее от них стоял мягкий диван, над которым висел какой-то пейзаж.
Прямо передо мной стоял стол, за которым сидел темноволосый мужчина. При моём появлении он нехотя встал и направился ко мне. Высокий, с выправкой военного. Широкоплечий. Он шёл твёрдо чеканя шаг. Не удержавшись, я посчитала: «Ать-два левой, ать-два правой!» Расстояние было не очень большим, поэтому дальше командовать не получилось.
— Бабаня Ярина, — коротко кивнул он мне.
— Ой, бабай Вадим, — попробовала изобразить благовоспитанную барышню. «Небеса дайте сил не заржать». — Так приятно вас видеть. Вы несказанно похорошели после нашей последней встречи.
