Дэн коротко усмехнулся:
— Ты издеваешься? Этот аромат повсюду, но пока он такой тонкий, что его ощущают только поисковики. Я чувствовал его везде: на территории академии, в горах, даже у Ос... — он резко замолчал, словно случайно сказал лишнего.
— У кого? — спросила я, прищурившись.
— Неважно, — отмахнулся он, но взгляд его стал напряженным.
— Да что это за запах такой? — настаивала я.
Дэн приблизился и, склонившись, пристально посмотрел мне в глаза:
— Ты разве не знаешь? Этот запах исходит от кожи и шерсти эфиридов.
— Эфиридов?! — я ошарашенно выдохнула, чувствуя, как внутри все похолодело.
Он щелкнул меня по носу, усмехнувшись:
— Ну ты и мелкий. Вечно ничего не знаешь. Откуда только взялся такой?
Но я уже не слушала. В голове пронеслась одна мысль за другой. Эфириды? Этот сладкий запах… Я сразу вспомнила Ушастика — своего странного найденыша. Его мягкую шерстку, исходивший от него сладковатый аромат. Неужели он тоже... один из них? Но как?
— Ты чего застыл? — Дэн махнул рукой перед моим лицом.
— Ничего, — отмахнулась я, стараясь говорить ровно. Взгляд невольно метнулся к рюкзаку на столе, где сейчас прятался Ушастик. Нужно было действовать быстро, пока Дэн ничего не заподозрил.
— Ладно, я пойду с тобой, — неожиданно выдала я, пытаясь выиграть время.
— Конечно, пойдешь. Это касается всех, даже таких дурачков, как ты. К тому же ты на меня работаешь, — ухмыльнулся он, потрясая передо мной мешочком монет, отчего я отчетливо услышала их звон.
Я глубоко вдохнула, стараясь скрыть растущее волнение:
— Мне нужно взять фонарик, он в комнате. Подожди здесь, хорошо?
— Пошли вместе, нам как раз туда, — спокойно отозвался он.
— Нет! — вырвалось у меня слишком резко. Я поспешила сбавить тон: — В смысле, я сам схожу. Мне еще переодеться надо.
Дэн подозрительно прищурился:
— И что? Ты же не девица.
— Нет, но... привык переодеваться в одиночестве, — натянуто улыбнулась я.
— Еще и лыбишься, как девчонка, странный ты, — хмыкнул он, явно наслаждаясь моим смущением. — Кстати, не видел ли ты снова ту девушку на озере? — внезапно сменил он тему, пристально вглядываясь в мое лицо.
— А? Нет! Что ты! Да кому она вообще интересна? — выпалила я, чувствуя, как напрягаются плечи.
— Проблем с тобой, мелкий… — он махнул рукой и снова плюхнулся в кресло.
Я пожала плечами, стараясь выглядеть беззаботно, но внутри все кипело. Нужно было придумать, как защитить Ушастика и разобраться в происходящем.
Подойдя к столу, я схватила рюкзак и, стараясь обходить Дэна стороной, поспешила к выходу. Уже за дверью я перешла на бег, перепрыгивая через сугробы, и за пару минут добралась до своей комнаты. Запыхавшись, я влетела внутрь, задвинула щеколду и положила рюкзак на кровать.
Руки дрожали, когда я расстегнула молнию.
— Ты эфирид? — выдохнула я, не сдерживаясь и сразу переходя к делу.
Ушастик оскалился, тихо зарычал, а его шерсть на загривке встала дыбом. Сережка в ухе начала светиться оранжевым, предупреждая о том, что он сильно раздражен.
— Тише, не злись, — прошептала я, стараясь говорить мягче. — Я же не враг. С тобой что-то случилось? Помнишь, в каком состоянии я тебя нашла?
Его глаза напряженно сверкнули, но он перестал рычать.
— Не переживай. Я не дам ему тебя найти, но ты должен мне помочь. Расскажи... Хотя, как ты расскажешь? — Я прикусила губу, осознавая бессмысленность своих слов. — Ладно, об этом позже. Главное сейчас, чтобы он тебя не обнаружил.
Я осторожно подняла Ушастика на руки и прижала к себе, чувствуя, как его дрожь постепенно утихает. Затем, сняв цепочку с шеи, я протянула ему ключ. Все равно не смогу воспользоваться рядом с Дэном.
— Поиграй пока. Если замерзнешь, залезай под одеяло, — сказала я, ласково поглаживая его густую шерсть и отправляя его на кровать.
Ушастик переступал с лапы на лапу, все еще настороженно поглядывая на дверь, но все же взял ключ зубами и прыгнул на подушку.
Я вышла из комнаты и тут же столкнулась с Дэном.
— Ты долго, — бросил он прищурившись. — И даже не переоделся.
— Передумал, — пробормотала я, чувствуя, как горят щеки.
— Странный ты все-таки, — покачал он головой. — Ладно, пошли.
Он подтолкнул меня в сторону двери, ведущей в подвал, не особо церемонясь. Я споткнулась, но удержалась на ногах.
— Ты чего такой нежный? — усмехнулся он.
Я нагнулась, набрала в ладонь снега и, не раздумывая, запустила в Дэна.
— Да чтоб тебя… — возмутился он, стряхивая с плеча снег.
Не дожидаясь его реакции, я рванула вперед. Быстро спустилась по лестнице и толкнула тяжелую дверь в подвал. За мной вошел Дэн, и дверь глухо закрылась, поглотив последние проблески света.
Внутри было темно. В лицо ударил затхлый запах сырости, а от стен повеяло ледяным воздухом. Но хуже всего — тишина. Давящая, пугающая тишина, нарушаемая лишь эхом наших шагов.
— Как же здесь мерзко, — прошептала я, обняв себя руками.
— Привыкай, — хмыкнул Дэн, шагнув вперед. Его голос прозвучал неестественно громко в этом гулком пространстве. — Это только начало.
Тьма окутала нас плотным коконом. Казалось, подвал давно забыл, как выглядит свет. Дэн достал ключ и включил фонарик. Тусклый луч выхватил из мрака его сосредоточенное лицо.
— Где твой фонарь? — бросил он, скользнув взглядом в мою сторону.
Я замерла, вспомнив, что специально ходила за ним в комнату. По крайней мере, такой была официальная версия. Стукнула себя по лбу и сжалась.
— Забыл.
— И почему я не удивлен? — протянул он, потирая ладони. — Ладно, держи этот. — Дэн вытащил из кармана маленький фонарик и сунул мне в руку. — Иди следом, мелкий.
— Я Алекс! — взорвалась я. Это прозвище уже сидело у меня в печенках.
— До «Алекса» ты еще не дорос, — ухмыльнулся он, подмигнув, и махнул рукой. — Не отставай!
Я включила фонарь, и яркий луч разрезал чернильную тьму, освещая путь. Мы спустились из подвала в тоннель, где влажный воздух пропитался плесенью, гнилью и сладким, медовым запахом, густым как сироп. Сладость проникала под кожу, заставляя волосы вставать дыбом.
— Чувствуешь это? — спросила я, хотя ответ был очевиден.
— Конечно. Ощущение, будто кто-то выпотрошил улей и оставил все это гнить, — ответил Дэн. — Вот почему мы здесь. Нужно проверить тоннель, пока нас не задушило этим проклятым запахом.
— А почему именно ты ищешь эфиридов? В академии полно профессоров и прочих магов.
— Так надо, мелкий. И ты держи язык за зубами. Скажешь кому — откручу голову. Придет время — сообщу кому нужно, без лишних ушей и подозрений.
— Это странно. Или ты считаешь, что в академии есть шпион? — Я даже знала, по крайней мере, одного.
Дэн резко остановился и развернулся. Я не успела среагировать и врезалась ему прямо в грудь. Пошатнувшись, я чуть не потеряла равновесие, но Дэн схватил меня за талию и удержал. Мы стояли так несколько мгновений. На ощупь я не отличалась от девушки, и от этой мысли по спине пробежал холодок. Дэн задумчиво вглядывался в мои глаза. Я отстранилась, едва успев проглотить нервный ком в горле.
— Не трогай меня, ясно? — прошипела я, злясь.
— А то что? Развалишься?
— Не твое дело! — Я отряхнула одежду и сделала шаг назад. — И вообще, может, я тоже шпион!
Дэн шагнул ближе, а я, отступая, врезалась в земляную стену. Он подошел вплотную, осветил мое лицо ключом и тихо проговорил:
— Ты не шпион. Но с тобой определенно что-то не так, и это еще предстоит выяснить. Но не сейчас. — Он резко убрал свет и двинулся дальше. — Не отставай.
Если он смог определить по глазам, что Алекс не шпион, то почему до сих пор не посмотрел в глаза Адалин и не понял, что она никому не хотела навредить? Ох, этот Дэн. Он видит только то, что хочет. Я быстро его догнала и пошла следом.
Тоннель все тянулся, стены, покрытые мхом, казались живыми, а камни под ногами подозрительно скользили.
— Ты думаешь, они снова попытаются пробраться в наш мир? — спросила я, не отрывая взгляда от темного пути.
Дэн не сразу ответил. Я уже подумала, что он не услышал вопроса, но как только мы свернули за угол, он, наконец, произнес:
— Думаю, к этому все и идет, и мы должны приготовиться. — Он помолчал немного, затем добавил: — Ты довольно осведомлен. Ты точно из простолюдинов?
— Зуб даю!
— Не разбрасывайся ценными предметами, мелкий, — ответил он с ухмылкой.
Мы прошли еще несколько метров, когда впереди раздался тихий, протяжный скрежет, словно кто-то точил нож об камень. Я замерла, подняв фонарик. Луч осветил что-то, что промелькнуло в темноте.
— Что это было? — спросила я, пытаясь не выдать дрожь в голосе.
Дэн нахмурился, вытащил из кармана маленький кинжал и сжал его, как будто это последний шанс на выживание.
— Молчи, — прошептал он. — И убери свет.
Второй раз просить меня не пришлось. Затаив дыхание, я спрятала фонарик в карман. Дэн схватил меня за руку и потянул за собой к стене. Я попыталась вырвать руку, но он дернул так, будто говорил, что сейчас не время для споров. Мы двинулись дальше вдоль стены, но теперь мне казалось, что повсюду слышались странные звуки и мелькали тени. Воздух как будто стал гуще, и я слышала только свое дыхание, которое звучало громче в этом странном, тяжелом молчании.
— Это эфирид? — еле выдавила я, когда, наконец, нашла голос.
Он кивнул не останавливаясь.
— Но почему он здесь?
— Если бы я знал…
В дальнем конце тоннеля мелькнула тень, и я вздрогнула. Затем тень исчезла, но спустя мгновение возникла из ниоткуда и бросилась прямо на нас. Дэн резко толкнул меня, и я, не успев опомниться, упала в сторону, едва не попав под лапу чего-то огромного и черного. Существо тут же накинулось на Дэна, и он зарычал, отбив удар кинжалом.
— Свет! — крикнул Дэн, и я тут же вынула из кармана фонарик и посветила. Луч выхватил уродливую морду, искривленную яростью, и шерсть, которая словно горела алым, источая сладкий, приторный запах.
Существо отшатнулось, издав жуткий вопль, и исчезло в темноте тоннеля.
— Это был он? — спросила я, не скрывая тревоги.
— Да, — выдавил Дэн, восстанавливая дыхание.
— Значит, вот какие они бывают, а я ви… — я осеклась, едва не проговорившись, что уже видела эфиридов, когда один из них разговаривал с Торном.
— Не обольщайся, — сказал Дэн, прерывая мои мысли. — У них несколько рас, и они все очень разные.
Он не заметил моей ошибки.
Дэн снова схватил меня за руку и молча потащил в обратном направлении. Мы выбрались наружу, и я, не сдержавшись, жадно вдохнула воздух, ощущая, как он холодит легкие.
— Что теперь? — спросила я, стараясь вернуть себе немного контроля над ситуацией.
— Сейчас опасно там оставаться. Мы не знаем, сколько их, и что они задумали, — ответил Дэн не останавливаясь. — Я вернусь в ближайшее время, и мы продолжим. — Он достал из кармана мешочек со звенящими фростинами и протянул мне. — Не забывай, на кого работаешь, и не вздумай спускаться один.
— Да, сэр! — отрапортовала я вытягиваясь. Дэн задержался взглядом на моем лице, его выражение посерьезнело.
— И все-таки, что с тобой не так? — спросил он, наклоняя голову, как бы в поисках ответа в моих глазах.
Я резко развернулась и побежала, выкрикнув через плечо:
— Из-за тебя я когда-нибудь лишусь работы!
Дэн
Аудитория постепенно наполнялась, но я оставался погруженным в свои мысли, будто стеклом отделенный от окружающего шума. Профессор уже начал говорить, но его слова не достигали моего сознания. Они отталкивались от невидимой стены и улетали обратно. Все мое внимание было направлено в одну сторону — я думал об Алексе.
Что с ним не так? Почему я не могу выбросить его из головы, хотя видел лишь несколько раз? Обычный парень, ничего особенного. И все же его взгляд... Он пробивался куда-то глубоко в мое сознание и вызывал странную тревогу. Я не понимал, что именно меня цепляет, но чувствовал: в нем есть что-то... неправильное. Но что больше всего раздражало — это внезапное, необъяснимое желание защитить. Там, в тоннеле. Да с чего вдруг?! Кто он вообще такой, чтобы я о нем думал? И все-таки... Надо узнать о нем побольше.
А потом перед внутренним взором возникла она. Девушка с озера. Вспыхнула как видение. Ее изящный танец, бирюзовые глаза, волосы цвета утреннего тумана... Она приходила ко мне во снах, каждый раз оставляя после себя чувство потери. Как отблеск росы — появлялась и исчезала, стоило открыть глаза. Я хотел найти ее. Снова увидеть. Во что бы то ни стало.
Мои мысли резко оборвались, когда дверь аудитории открылась, и внутрь вошла опоздавшая Адалин. Она безразлично проплыла мимо и устроилась на заднем ряду. Я невольно проследил за ней взглядом и почувствовал, как внутри снова закипает злость. Ненависть к ее равнодушию, к ее способности оставаться невозмутимой. Я ненавидел ее за то, что она не чувствовала ни вины, ни страха, даже после всего, что произошло. Но что выводило меня из себя больше всего, так это… мое сочувствие к ней... Почему оно появилось? Что за брешь она пробила во мне?
Может, дело в Освальде? Надо проследить, чтобы больше они не пересекались. Тогда, возможно, мне удастся справиться. Хотя, справедливости ради, я не знал, как именно. Ее спокойствие доводило до ярости. Невозмутимость — до бессилия. Что можно сделать с человеком, для которого все — лишь пыль на дороге? Ничего. Хотя… Может, заставить ее почувствовать боль? Настоящую, пробирающую до костей. И эта мысль... Она мне понравилась. Преступная, почти опасная идея. Ее стоило обдумать как можно скорее.
Но почему, когда я должен был сосредоточиться на профессоре, в моей голове снова всплыли эти трое? Алекс, Адалин и девушка с озера. Их лица, их образы крутились в мыслях, не давая покоя. Я злился на себя за то, что не могу остановить этот бесконечный поток.
Войдя в аудиторию, я старалась не обращать внимания на повернутые ко мне головы — это уже становилось привычным. Взгляд быстро нашел его — Дэна. Как всегда, угрюмый, настороженный. Если бы только он знал, кто сейчас проходит мимо. Интересно, что бы он сказал? Как отреагировал?
Я сделала вид, будто не замечаю, как он смотрит, и прошла мимо с холодным спокойствием. Устроилась на последнем ряду, опустившись на скамью с нарочитой непринужденностью. Все как обычно. Как будто не чувствовала на себе его взгляда: тяжелого и ненавидящего, словно я несла ответственность за все беды мира. Теперь только так. Больше никаких оправданий. Все равно до него не достучаться.
В дверь постучали. Профессор обернулся, поморщился и подошел к выходу.
— Ректор вызывает, — сухо сообщил вошедший куратор.
Профессор бросил на аудиторию взгляд, полный сомнения, затем коротко сказал:
— Ведите себя прилично.
И вышел, оставив нас предоставленными самим себе.
Едва дверь за ним закрылась, атмосфера в аудитории мгновенно изменилась. Кто-то начал тихо переговариваться, и я едва успела закрыть глаза, как услышала громкий голос Феликса и обернулась:
— Лира, ты опять делаешь все через одно место! Не можешь нормально выполнить даже простую задачу!
Лира резко посмотрела на него, ее лицо покраснело.
— Может, сам попробуешь, умник? — огрызнулась она.
— Да хоть сейчас, — усмехнулся Феликс, вставая с места. — Это не так сложно. Но ты же, — он сделал паузу, — девчонка.
Лира вспыхнула, как сухая ветка от огня, и сорвалась с места, толкнув Феликса в грудь.
— Ты издеваешься? Этот аромат повсюду, но пока он такой тонкий, что его ощущают только поисковики. Я чувствовал его везде: на территории академии, в горах, даже у Ос... — он резко замолчал, словно случайно сказал лишнего.
— У кого? — спросила я, прищурившись.
— Неважно, — отмахнулся он, но взгляд его стал напряженным.
— Да что это за запах такой? — настаивала я.
Дэн приблизился и, склонившись, пристально посмотрел мне в глаза:
— Ты разве не знаешь? Этот запах исходит от кожи и шерсти эфиридов.
— Эфиридов?! — я ошарашенно выдохнула, чувствуя, как внутри все похолодело.
Он щелкнул меня по носу, усмехнувшись:
— Ну ты и мелкий. Вечно ничего не знаешь. Откуда только взялся такой?
Но я уже не слушала. В голове пронеслась одна мысль за другой. Эфириды? Этот сладкий запах… Я сразу вспомнила Ушастика — своего странного найденыша. Его мягкую шерстку, исходивший от него сладковатый аромат. Неужели он тоже... один из них? Но как?
— Ты чего застыл? — Дэн махнул рукой перед моим лицом.
— Ничего, — отмахнулась я, стараясь говорить ровно. Взгляд невольно метнулся к рюкзаку на столе, где сейчас прятался Ушастик. Нужно было действовать быстро, пока Дэн ничего не заподозрил.
— Ладно, я пойду с тобой, — неожиданно выдала я, пытаясь выиграть время.
— Конечно, пойдешь. Это касается всех, даже таких дурачков, как ты. К тому же ты на меня работаешь, — ухмыльнулся он, потрясая передо мной мешочком монет, отчего я отчетливо услышала их звон.
Я глубоко вдохнула, стараясь скрыть растущее волнение:
— Мне нужно взять фонарик, он в комнате. Подожди здесь, хорошо?
— Пошли вместе, нам как раз туда, — спокойно отозвался он.
— Нет! — вырвалось у меня слишком резко. Я поспешила сбавить тон: — В смысле, я сам схожу. Мне еще переодеться надо.
Дэн подозрительно прищурился:
— И что? Ты же не девица.
— Нет, но... привык переодеваться в одиночестве, — натянуто улыбнулась я.
— Еще и лыбишься, как девчонка, странный ты, — хмыкнул он, явно наслаждаясь моим смущением. — Кстати, не видел ли ты снова ту девушку на озере? — внезапно сменил он тему, пристально вглядываясь в мое лицо.
— А? Нет! Что ты! Да кому она вообще интересна? — выпалила я, чувствуя, как напрягаются плечи.
— Проблем с тобой, мелкий… — он махнул рукой и снова плюхнулся в кресло.
Я пожала плечами, стараясь выглядеть беззаботно, но внутри все кипело. Нужно было придумать, как защитить Ушастика и разобраться в происходящем.
Подойдя к столу, я схватила рюкзак и, стараясь обходить Дэна стороной, поспешила к выходу. Уже за дверью я перешла на бег, перепрыгивая через сугробы, и за пару минут добралась до своей комнаты. Запыхавшись, я влетела внутрь, задвинула щеколду и положила рюкзак на кровать.
Руки дрожали, когда я расстегнула молнию.
— Ты эфирид? — выдохнула я, не сдерживаясь и сразу переходя к делу.
Ушастик оскалился, тихо зарычал, а его шерсть на загривке встала дыбом. Сережка в ухе начала светиться оранжевым, предупреждая о том, что он сильно раздражен.
— Тише, не злись, — прошептала я, стараясь говорить мягче. — Я же не враг. С тобой что-то случилось? Помнишь, в каком состоянии я тебя нашла?
Его глаза напряженно сверкнули, но он перестал рычать.
— Не переживай. Я не дам ему тебя найти, но ты должен мне помочь. Расскажи... Хотя, как ты расскажешь? — Я прикусила губу, осознавая бессмысленность своих слов. — Ладно, об этом позже. Главное сейчас, чтобы он тебя не обнаружил.
Я осторожно подняла Ушастика на руки и прижала к себе, чувствуя, как его дрожь постепенно утихает. Затем, сняв цепочку с шеи, я протянула ему ключ. Все равно не смогу воспользоваться рядом с Дэном.
— Поиграй пока. Если замерзнешь, залезай под одеяло, — сказала я, ласково поглаживая его густую шерсть и отправляя его на кровать.
Ушастик переступал с лапы на лапу, все еще настороженно поглядывая на дверь, но все же взял ключ зубами и прыгнул на подушку.
Я вышла из комнаты и тут же столкнулась с Дэном.
— Ты долго, — бросил он прищурившись. — И даже не переоделся.
— Передумал, — пробормотала я, чувствуя, как горят щеки.
— Странный ты все-таки, — покачал он головой. — Ладно, пошли.
Он подтолкнул меня в сторону двери, ведущей в подвал, не особо церемонясь. Я споткнулась, но удержалась на ногах.
— Ты чего такой нежный? — усмехнулся он.
Я нагнулась, набрала в ладонь снега и, не раздумывая, запустила в Дэна.
— Да чтоб тебя… — возмутился он, стряхивая с плеча снег.
Не дожидаясь его реакции, я рванула вперед. Быстро спустилась по лестнице и толкнула тяжелую дверь в подвал. За мной вошел Дэн, и дверь глухо закрылась, поглотив последние проблески света.
Внутри было темно. В лицо ударил затхлый запах сырости, а от стен повеяло ледяным воздухом. Но хуже всего — тишина. Давящая, пугающая тишина, нарушаемая лишь эхом наших шагов.
— Как же здесь мерзко, — прошептала я, обняв себя руками.
— Привыкай, — хмыкнул Дэн, шагнув вперед. Его голос прозвучал неестественно громко в этом гулком пространстве. — Это только начало.
***
Тьма окутала нас плотным коконом. Казалось, подвал давно забыл, как выглядит свет. Дэн достал ключ и включил фонарик. Тусклый луч выхватил из мрака его сосредоточенное лицо.
— Где твой фонарь? — бросил он, скользнув взглядом в мою сторону.
Я замерла, вспомнив, что специально ходила за ним в комнату. По крайней мере, такой была официальная версия. Стукнула себя по лбу и сжалась.
— Забыл.
— И почему я не удивлен? — протянул он, потирая ладони. — Ладно, держи этот. — Дэн вытащил из кармана маленький фонарик и сунул мне в руку. — Иди следом, мелкий.
— Я Алекс! — взорвалась я. Это прозвище уже сидело у меня в печенках.
— До «Алекса» ты еще не дорос, — ухмыльнулся он, подмигнув, и махнул рукой. — Не отставай!
Я включила фонарь, и яркий луч разрезал чернильную тьму, освещая путь. Мы спустились из подвала в тоннель, где влажный воздух пропитался плесенью, гнилью и сладким, медовым запахом, густым как сироп. Сладость проникала под кожу, заставляя волосы вставать дыбом.
— Чувствуешь это? — спросила я, хотя ответ был очевиден.
— Конечно. Ощущение, будто кто-то выпотрошил улей и оставил все это гнить, — ответил Дэн. — Вот почему мы здесь. Нужно проверить тоннель, пока нас не задушило этим проклятым запахом.
— А почему именно ты ищешь эфиридов? В академии полно профессоров и прочих магов.
— Так надо, мелкий. И ты держи язык за зубами. Скажешь кому — откручу голову. Придет время — сообщу кому нужно, без лишних ушей и подозрений.
— Это странно. Или ты считаешь, что в академии есть шпион? — Я даже знала, по крайней мере, одного.
Дэн резко остановился и развернулся. Я не успела среагировать и врезалась ему прямо в грудь. Пошатнувшись, я чуть не потеряла равновесие, но Дэн схватил меня за талию и удержал. Мы стояли так несколько мгновений. На ощупь я не отличалась от девушки, и от этой мысли по спине пробежал холодок. Дэн задумчиво вглядывался в мои глаза. Я отстранилась, едва успев проглотить нервный ком в горле.
— Не трогай меня, ясно? — прошипела я, злясь.
— А то что? Развалишься?
— Не твое дело! — Я отряхнула одежду и сделала шаг назад. — И вообще, может, я тоже шпион!
Дэн шагнул ближе, а я, отступая, врезалась в земляную стену. Он подошел вплотную, осветил мое лицо ключом и тихо проговорил:
— Ты не шпион. Но с тобой определенно что-то не так, и это еще предстоит выяснить. Но не сейчас. — Он резко убрал свет и двинулся дальше. — Не отставай.
Если он смог определить по глазам, что Алекс не шпион, то почему до сих пор не посмотрел в глаза Адалин и не понял, что она никому не хотела навредить? Ох, этот Дэн. Он видит только то, что хочет. Я быстро его догнала и пошла следом.
Тоннель все тянулся, стены, покрытые мхом, казались живыми, а камни под ногами подозрительно скользили.
— Ты думаешь, они снова попытаются пробраться в наш мир? — спросила я, не отрывая взгляда от темного пути.
Дэн не сразу ответил. Я уже подумала, что он не услышал вопроса, но как только мы свернули за угол, он, наконец, произнес:
— Думаю, к этому все и идет, и мы должны приготовиться. — Он помолчал немного, затем добавил: — Ты довольно осведомлен. Ты точно из простолюдинов?
— Зуб даю!
— Не разбрасывайся ценными предметами, мелкий, — ответил он с ухмылкой.
Мы прошли еще несколько метров, когда впереди раздался тихий, протяжный скрежет, словно кто-то точил нож об камень. Я замерла, подняв фонарик. Луч осветил что-то, что промелькнуло в темноте.
— Что это было? — спросила я, пытаясь не выдать дрожь в голосе.
Дэн нахмурился, вытащил из кармана маленький кинжал и сжал его, как будто это последний шанс на выживание.
— Молчи, — прошептал он. — И убери свет.
Второй раз просить меня не пришлось. Затаив дыхание, я спрятала фонарик в карман. Дэн схватил меня за руку и потянул за собой к стене. Я попыталась вырвать руку, но он дернул так, будто говорил, что сейчас не время для споров. Мы двинулись дальше вдоль стены, но теперь мне казалось, что повсюду слышались странные звуки и мелькали тени. Воздух как будто стал гуще, и я слышала только свое дыхание, которое звучало громче в этом странном, тяжелом молчании.
— Это эфирид? — еле выдавила я, когда, наконец, нашла голос.
Он кивнул не останавливаясь.
— Но почему он здесь?
— Если бы я знал…
В дальнем конце тоннеля мелькнула тень, и я вздрогнула. Затем тень исчезла, но спустя мгновение возникла из ниоткуда и бросилась прямо на нас. Дэн резко толкнул меня, и я, не успев опомниться, упала в сторону, едва не попав под лапу чего-то огромного и черного. Существо тут же накинулось на Дэна, и он зарычал, отбив удар кинжалом.
— Свет! — крикнул Дэн, и я тут же вынула из кармана фонарик и посветила. Луч выхватил уродливую морду, искривленную яростью, и шерсть, которая словно горела алым, источая сладкий, приторный запах.
Существо отшатнулось, издав жуткий вопль, и исчезло в темноте тоннеля.
— Это был он? — спросила я, не скрывая тревоги.
— Да, — выдавил Дэн, восстанавливая дыхание.
— Значит, вот какие они бывают, а я ви… — я осеклась, едва не проговорившись, что уже видела эфиридов, когда один из них разговаривал с Торном.
— Не обольщайся, — сказал Дэн, прерывая мои мысли. — У них несколько рас, и они все очень разные.
Он не заметил моей ошибки.
Дэн снова схватил меня за руку и молча потащил в обратном направлении. Мы выбрались наружу, и я, не сдержавшись, жадно вдохнула воздух, ощущая, как он холодит легкие.
— Что теперь? — спросила я, стараясь вернуть себе немного контроля над ситуацией.
— Сейчас опасно там оставаться. Мы не знаем, сколько их, и что они задумали, — ответил Дэн не останавливаясь. — Я вернусь в ближайшее время, и мы продолжим. — Он достал из кармана мешочек со звенящими фростинами и протянул мне. — Не забывай, на кого работаешь, и не вздумай спускаться один.
— Да, сэр! — отрапортовала я вытягиваясь. Дэн задержался взглядом на моем лице, его выражение посерьезнело.
— И все-таки, что с тобой не так? — спросил он, наклоняя голову, как бы в поисках ответа в моих глазах.
Я резко развернулась и побежала, выкрикнув через плечо:
— Из-за тебя я когда-нибудь лишусь работы!
Глава 15
Дэн
Аудитория постепенно наполнялась, но я оставался погруженным в свои мысли, будто стеклом отделенный от окружающего шума. Профессор уже начал говорить, но его слова не достигали моего сознания. Они отталкивались от невидимой стены и улетали обратно. Все мое внимание было направлено в одну сторону — я думал об Алексе.
Что с ним не так? Почему я не могу выбросить его из головы, хотя видел лишь несколько раз? Обычный парень, ничего особенного. И все же его взгляд... Он пробивался куда-то глубоко в мое сознание и вызывал странную тревогу. Я не понимал, что именно меня цепляет, но чувствовал: в нем есть что-то... неправильное. Но что больше всего раздражало — это внезапное, необъяснимое желание защитить. Там, в тоннеле. Да с чего вдруг?! Кто он вообще такой, чтобы я о нем думал? И все-таки... Надо узнать о нем побольше.
А потом перед внутренним взором возникла она. Девушка с озера. Вспыхнула как видение. Ее изящный танец, бирюзовые глаза, волосы цвета утреннего тумана... Она приходила ко мне во снах, каждый раз оставляя после себя чувство потери. Как отблеск росы — появлялась и исчезала, стоило открыть глаза. Я хотел найти ее. Снова увидеть. Во что бы то ни стало.
Мои мысли резко оборвались, когда дверь аудитории открылась, и внутрь вошла опоздавшая Адалин. Она безразлично проплыла мимо и устроилась на заднем ряду. Я невольно проследил за ней взглядом и почувствовал, как внутри снова закипает злость. Ненависть к ее равнодушию, к ее способности оставаться невозмутимой. Я ненавидел ее за то, что она не чувствовала ни вины, ни страха, даже после всего, что произошло. Но что выводило меня из себя больше всего, так это… мое сочувствие к ней... Почему оно появилось? Что за брешь она пробила во мне?
Может, дело в Освальде? Надо проследить, чтобы больше они не пересекались. Тогда, возможно, мне удастся справиться. Хотя, справедливости ради, я не знал, как именно. Ее спокойствие доводило до ярости. Невозмутимость — до бессилия. Что можно сделать с человеком, для которого все — лишь пыль на дороге? Ничего. Хотя… Может, заставить ее почувствовать боль? Настоящую, пробирающую до костей. И эта мысль... Она мне понравилась. Преступная, почти опасная идея. Ее стоило обдумать как можно скорее.
Но почему, когда я должен был сосредоточиться на профессоре, в моей голове снова всплыли эти трое? Алекс, Адалин и девушка с озера. Их лица, их образы крутились в мыслях, не давая покоя. Я злился на себя за то, что не могу остановить этот бесконечный поток.
***
Войдя в аудиторию, я старалась не обращать внимания на повернутые ко мне головы — это уже становилось привычным. Взгляд быстро нашел его — Дэна. Как всегда, угрюмый, настороженный. Если бы только он знал, кто сейчас проходит мимо. Интересно, что бы он сказал? Как отреагировал?
Я сделала вид, будто не замечаю, как он смотрит, и прошла мимо с холодным спокойствием. Устроилась на последнем ряду, опустившись на скамью с нарочитой непринужденностью. Все как обычно. Как будто не чувствовала на себе его взгляда: тяжелого и ненавидящего, словно я несла ответственность за все беды мира. Теперь только так. Больше никаких оправданий. Все равно до него не достучаться.
В дверь постучали. Профессор обернулся, поморщился и подошел к выходу.
— Ректор вызывает, — сухо сообщил вошедший куратор.
Профессор бросил на аудиторию взгляд, полный сомнения, затем коротко сказал:
— Ведите себя прилично.
И вышел, оставив нас предоставленными самим себе.
Едва дверь за ним закрылась, атмосфера в аудитории мгновенно изменилась. Кто-то начал тихо переговариваться, и я едва успела закрыть глаза, как услышала громкий голос Феликса и обернулась:
— Лира, ты опять делаешь все через одно место! Не можешь нормально выполнить даже простую задачу!
Лира резко посмотрела на него, ее лицо покраснело.
— Может, сам попробуешь, умник? — огрызнулась она.
— Да хоть сейчас, — усмехнулся Феликс, вставая с места. — Это не так сложно. Но ты же, — он сделал паузу, — девчонка.
Лира вспыхнула, как сухая ветка от огня, и сорвалась с места, толкнув Феликса в грудь.
