Госпожа - не маг, не какое-то там высшее существо, нет, она всего лишь проводник… всего лишь звено в процессе развития сэльера. Пути питаются энергией живых существ, давая в обмен доступ в разные миры. Чем больше существ будет по ним передвигаться, тем лучше для сэльера. Вот и растет этот туманный симбионт, прокладывая Пути в новые миры. Но сам он не может быть путестроителем, не выходит у него эта сложная работа. Вот тут и требуется Госпожа – проводник энергии сэльера, распространитель туманного вампиризма по межмировому пространству. Вне Путей Госпожа – обычная женщина, а здесь - особый расклад генов позволяет ей пропускать через себя энергию сэльера, направляя её в нужную ему сторону. Н-да, Госпожа, Госпожа, а на деле всего лишь элемент в энергетической схеме.
Бойцы перестроились в цепочку. За моей спиной, держа руку на плече, шел Эррликс. Это и стало моей ошибкой. Задумавшись, я не сразу почувствовала, как плечо опустело, и с него исчезло ощущение тяжести. Так бы и шла по инерции вперед, целиком сосредоточившись на прокладывании Пути, но тут чьи-то острые зубы пребольно сомкнулись на моей ладони.
- Ой, - взвизгнула я, - Рикуша, ты что, сдурела?
Рикуша ворча отступила, укоризненно качнула головой и выразительно оглянулась. Я испуганно охнула – за спиной никого не было, лишь темнела узенькая тропинка свежепроложенного Пути. Они ушли… ушли молча, не попрощавшись, ушли, бросив меня одну. Слезы подступили к горлу, а на сердце накатила безысходность. Как они могли?!
Рикуша неодобрительно посмотрела на мои терзания, затем чисто по-человечески вздохнула и разве что лапой у виска не покрутила, так выразительна была её морда.
- Что? – не поняла я.
Кошатина поскребла когтями пол и мяукнула. Я упала на колени и, глотая слезы, на четвереньках поползла назад, руками ощупывая тропинку. Ну же где, где эта дурацкая нестабильность, посмевшая поглотить моих друзей. А друзья, тоже хороши, даже сопротивляться не стали. Сейчас… сейчас я их достану и тогда сама где-нибудь утоплю.
Внезапно рука провалилась по локоть в туман, сердце испуганно екнуло, а во рту сразу стало сухо. Я опустила руку ниже, засовывая её в серое нечто почти по плечо. Накатил дикий страх. Не знаешь же ведь, что или кто там водится, поэтому, когда ладонь внезапно крепко сжали, мой сдавленный крик пьяным эхом пролетел над тропой.
- Рикуша, - просипела я. Кошатина понятливо поднырнула под вторую руку, я крепко обняла её за шею. Никогда бы не думала, что пушистик такая сильная. Без нее шансов вытащить бойцов у меня бы не было. Рикуша пыхтела, пятясь назад, я ползла вместе с ней и, стиснув зубы, держалась – одной рукой за шею кошатины, второй вытягивая кого-то, довольно тяжелого. Туман немного облегчал вес, как вода, в противном случае, даже помощь Рикуши мне не помогла бы.
Когда голова Эррликса показалась на тропинке, пот с меня лил в три ручья. Обычно на Путях довольно промозгло, хотя не скажу, что холодно, но как-то неуютно, а тут мне казалось, что с десяток печек меня обогревают с разных сторон.
Кровник дракона неловко подтянулся на одной руке, второй крепко удерживая кого-то. Рикуша не осталась в стороне, почти нырнув вниз головой, ухватилась за что-то зубами, затем пыхтя и буксуя задними лапами, отползала от дыры, и вдруг шлепнулась на попу, оставив в пасти кусочек зеленой материи. Из тумана на тропинку показалась голова Леестара, и в капюшоне зияла приличного размера дыра.
Дальше дело пошло быстрее и вдвоем они быстро достали Ольернара, а потом еще быстрее воздушного. Тяжело дыша, все без сил опустились на тропу.
- Зря ты, Госпожа, нас спасать кинулась, - вдруг промолвил Эррликс, остальные опустили головы вниз, надеюсь от стыда. - Путь ты одна должна прокладывать. Тварь не в счет, туманным все равно - хоть новый Путь, хоть старый, а мы не пройдем. Ты не сможешь нас из каждой нестабильности вытаскивать.
- Он прав, - тихо сказал Леестар, звездочки в его глазах потускнели, - ты и сама не дойдешь, и нас не спасешь.
- Я давно хотел узнать, что там, за Путями, - попытался улыбнуться Кэрисон.
- Оставь нас здесь, Госпожа. - Высказался Ольернар. - Мы будем ждать тебя здесь. Если, - он помолчал, - мы больше не увидимся, найди Альхара. Может, у него что и выйдет с твоей помощью.
Я прикусила губу, упрямые слезы упорно просились наружу. Мальчики решили сыграть в благородство, бросить меня здесь одну из-за каких-то там нестабильностей, да плевать на эти ямы. Рукавом плаща вытерла слезы - нельзя идти, значит, полетят.
Я не могу работать с новорожденным сэльером, он еще только формируется, дикий. Меня слушаться не будет. Но на шеях бойцов висят туманные шарфики – немного, но мне хватит.
Нет, я пыталась создать из них что-то вроде туманной лошадки с длинным туловищем. Но сэльера не хватило ни на лошадку, ни даже на пони. Получилась длинная палка с короткими зародышами лап, обрубком хвоста и чем-то несуразным вместо головы. Но главное – это нечто парило в метре над тропинкой.
- Прошу, - махнула рукой в сторону своего творения. Бойцы опасливо покосились на туманную палку, но спорить не стали и покорно залезли на мое транспортное средство. Эх, как они на нем смотрелись! Хорошо, что сказок про Бабу-Ягу в этих мирах нет.
Дальше мы шли без промедления. Я вместе с Рикушей прокладывала Путь, четверо бойцов верхом на палке плыли следом за мной. Кошатина периодически оглядывалась через плечо и еле слышно фыркала. Похоже, тварь не лишена чувства юмора. Я бы тоже посмеялась, но мне еще мечом учиться владеть и луком, так что просто шла вперед, старательно делая серьезное лицо. Вот только розовые всполохи, пробегающие по стенам тоннеля, выдавали меня с головой.
Путь закончился незаметно, просто внезапно мы оказались перед знакомыми вратами. Я озадаченно разглядывала треугольные створки вместо привычных прямоугольников, пытаясь сообразить, в чем подвох.
По логики нас сейчас должны опросить. Количество голов, время пребывания, цели, провоз запретных веществ и так далее, но ворота не спешили нарушить молчание.
И когда я уже морально созрела постучать, раздался скрип, потом кашель, и затем незнакомые слова нарушили безмолвие. В принципе, смысл сказанного был ясен, но наш ответ был бы так же непонятен хозяину саэна, как нам его слова. Впрочем, хозяин и сам это осознал. Ворота пробурчали нечто невразумительное, мол, чего уж там, проходите, раз приперлись, и гостеприимно распахнулись.
Да… здешние архитектурные изыски построены явно не людьми. Во-первых, все довольно высокое – арки, двери, во-вторых, вторые этажи соединяются друг с дружкой прозрачными мостами – красиво, ничего не скажешь.
Стекла в саэне было много, на мой взгляд, даже чересчур. Стены хрустальными скалами возвышались по сторонам. Цветными водопадами закручивались стеклянные ленты, падая вниз с крыш. Окна, окна, снова окна – большие, маленькие, круглые, овальные, треугольные, всех форм, размеров и цветов. Здесь царила особенная тишина - старая и древняя настолько, что казалось её дыхание можно ощутить на своем лице. Впрочем следов разрушения или пыль заметно не было. Все застыло во времени так, словно жители ушли из саэна минут десять назад и вот-вот вернутся.
Широкая улица привела нас в центр, хоть это здесь осталось неизменным. С замиранием сердца я шагнула на прозрачный пол – внизу расстилалась целая вселенная – распушались цветные туманности, россыпи звезд манили к себе таинственным мерцанием, хвостатые кометы играли с друг дружкой в догонялки, метеоритные потоки проносились мимо каменными реками. Ум понимал, что это лишь иллюзия, но глаза твердили обратное.
Повосхищавшись минут десять, я все же решилась задать вопрос:
«Хранитель, мне нужно с вами поговорить».
В голове словно открыли книгу и зашелестели страницами. Потом раздался тяжкий вздох, и чей-то голос проговорил, медленно, с трудом подбирая слова и немного запинаясь.
«Госпожа? Хм, странная раса. У вас правят женщины?»
«Кто у нас только не правит… Все, кто работать не хочет – те и правят».
«Любопытно».
«Нам уже не любопытно, нам это так надоело, да только нормальные во власть не идут, а если и доходят, то почему-то сразу уродами становятся».
«Почему власть не меняете?»
«Меняем, еще как меняем. Одно время аж по три раза на дню власть менялась. Не помогло».
«В твоих спутниках я чую другую кровь».
«Ах, эти… Эти другие. Людьми только притворяются, на деле на своих нелюдей работают. Но человеческое им не чуждо. По крайней мере, в последнее время хоть на людей становятся похожи».
«Не совсем понял, но эмоции уловил. Я знаю, зачем ты пришла. Твои чувства мне более понятны, чем слова. Мир, который ты ищешь, погиб вместе с моими создателями. Хочешь знать почему? Слушай.
Давным-давно жил народ. На Путях их звали ларралами. Многое им было дано от Создателя, высоко они поднялись в своем развитии, подчинили себе Пути и для слабых народов были почти богами. Правили ларралы мудро, открывая Путь тем народам, которые не стремились окропить дорогу чужой кровью. Мир царил на Путях, мир и процветание. Народы торговали друг с другом под присмотром сильных и почти всемогущих хозяев. Вот только это «почти» – не давало ларралам покоя. Кое-кому из них захотелось избавиться от несовершенства, стать действительно равным Создателю по силе, по могуществу. У них получилость, только по любви и мудрости они не смогли с ним сравняться. Власть заменила могущество, вседозволенность - силу, а любовь и мудрость сочти ненужными в достижение цели.
И восстали «почти боги» против тех, кто остался верными сынами Создателя. Исчезло в той войне все, чего они достигли. Немногие бежали сюда, на Пути. Этот саэн стал последней надеждой, здесь пытались исправить то, что, увы, исправить было нельзя. Когда же предатель оказался среди самых верных и стойких, решено было запечатать все Пути, кроме одного. К сожалению, туманные твари, созданные на Путях и живущие только здесь, неминуемо должны были погибнуть. Один из ларралов ушел на главное древо Пути и собрал там всех, кого планировали предать незаслуженной смерти.
Когда предатели пошли на последний приступ, стремясь заполучить ключи, я потерял связь с Путем. Что произошло там, я не знаю. Судя по тому, что вы здесь, значит, последний из ларралов оставил шанс новым народам выйти на Пути».
«Да… шанс он оставил, еще бы немного мудрости своей оставил для эльфов, и особенно для драконов, да и всем остальным она тоже не помешает».
«Понимаю твоё негодование, но вы еще так молоды.
Нет, подсказать, как запечатываются миры, я тебе не могу, но у меня есть кое-что получше. Есть семена врат, которыми можно закрыть мир. Если только что выращенные врата напоить кровью привратников, то только они смогут эти врата открывать.
Да не за что, я рад, что тебе понравилась моя идея. У меня для тебя есть еще один подарок, точнее просьба. Я давно уже здесь, так давно, что и представить невозможно. Сила ключей держит меня, не дает заснуть. Вначале, я хотел найти достойнейшего из достойных и передать ему этот бесценный дар. Но прошло время, и я уже хотел отдать ключи просто достойному. Вечность тянулась за вечностью, тогда я решил передать их хоть кому-нибудь».
«Понятно, наконец, пришли мы».
«Не обижайся, но твой народ еще слишком молод, слишком глуп, чтобы равняться на ларралов, хотя, ты права, их мудрость им мало помогла. Держи, ключи и вот еще карта Путей. Ты сможешь с легкостью открыть запечатанное. Эти кристаллы нужно просто опустить на Путь и добавить крови. Они вырастут сами. Здесь их ровно пятьдесят».
По мере того, как Хранитель объяснял про свои подарки из звездного пола вырастали предметы: небольшой хрустальный ларец и карта-ключ. Я приоткрыла крышку, внутри парили белые кристаллы размером с ноготь большого пальца. Надо же, из таких крохотулек целые врата можно вырастить. Карта оказалась многомерной конструкцией, на вид – палочка размером с ладонь. При нажатии из нее начинали вырастать отростки Путей. Синим светилась центральная часть, от нее отходило множество белых отрезков – запечатанные Пути. Печати тоже были – ярко-зеленые точки в начале каждого белого отрезка. Мама дорогая, сколько же их! Да драконы лопнут от зависти, глядя на такое богатство. Плодовитыми были ларралы, но у колоса оказались глиняные ноги. Развалился, а с ним рухнула и вся хорошо отлаженная система Путей. Теперь по ним ходят новые народы, устанавливая новые правила. Видно, тот любитель туманных тварей решил поменять исходные данные и выпустить на Пути не один народ, а сразу несколько. Рискованная идея. Результат пока не очень обнадеживает, но может мне удастся кое-что исправить.
Жаль, что надеждам Альхара не суждено сбыться. Мир безлюдный и полный золота останется лишь в его воображении.
«Прощай, девочка, - голос Хранителя был полон грусти и тихой радости, - я ухожу. Наконец, смогу уснуть. Не приходи сюда больше. Закрой этот Путь, ты сможешь. Не сейчас, потом, когда поймешь как».
Мы покидали саэн в молчании. Мне было о чем подумать, а бойцы мудро не лезли с расспросами.
Обратная дорога оказалась гораздо проще. Во-первых, не надо было прокладывать Путь. Как объяснил Эррликс, когда Госпожа возвращается назад, она словно утаптывает свежий Путь, выравнивает все нестабильности и - вуаля, Путь готов к использованию.
Поэтому сейчас бойцы смело шли за моей спиной, не боясь никуда провалиться. От чести прокатиться на моей туманной палочке они почему-то отказались. Глупые! Лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Но эта истина им, похоже, не знакома.
Шли быстро и молча. На разговоры не было сил. Зря я не согласилась отдохнуть перед обратной дорогой. Но саэн с уходом хранителя превратился в огромную и пустую усыпальницу. Тишина сразу стала мертвой, а давно ждущая своего часа пыль радостно заскрипела под ногами. Оставаться здесь хоть на одну лишнюю минуту не хотелось.
Эррликс пробурчал что-то про слишком деятельную Госпожу, которой и пару льер на месте не сидится. Леестар полез за пазуху и достал прозрачную бутылочку. Встряхнул, золотые искорки замерцали сквозь стекло. Ба! Старая знакомая – Бодрящая вечность. Оказалось, что эту бодрость придумали именно друиды. Да, с таким допингом я легко еще парочку Путей открою. Ну, пожалуй, про парочку это я приврала, но на обратную дорогу меня точно хватит.
Серый туман, настороженно клубящийся по сторонам, навевал разные мысли. Было немного грустно и обидно за ларралов. Жили себе жили, столько народов в одну систему Путей включили, создали таких симпатичных и не очень туманных тварей и на тебе. Исчезли в один момент и остальных обратно позапирали. Погуляли, поторговали и хватит. Эгоисты высокого полета, хоть о мертвых плохо говорить нельзя.
Некстати вспомнились черные убийцы. И стало страшновато. Нет, драконы меня не пугали. Как ни странно, боялась я себя, любимую и ненаглядную. Как вспомню черную застилающую глаза ненависть, так мурашки по спине в пляс пускаются. Не останови меня Леестар, на что я была бы способна? Мужества хватило признать – на всё. В голове тогда не осталось ни единой мысли, кроме как убивать всех без разбору.
Бойцы перестроились в цепочку. За моей спиной, держа руку на плече, шел Эррликс. Это и стало моей ошибкой. Задумавшись, я не сразу почувствовала, как плечо опустело, и с него исчезло ощущение тяжести. Так бы и шла по инерции вперед, целиком сосредоточившись на прокладывании Пути, но тут чьи-то острые зубы пребольно сомкнулись на моей ладони.
- Ой, - взвизгнула я, - Рикуша, ты что, сдурела?
Рикуша ворча отступила, укоризненно качнула головой и выразительно оглянулась. Я испуганно охнула – за спиной никого не было, лишь темнела узенькая тропинка свежепроложенного Пути. Они ушли… ушли молча, не попрощавшись, ушли, бросив меня одну. Слезы подступили к горлу, а на сердце накатила безысходность. Как они могли?!
Рикуша неодобрительно посмотрела на мои терзания, затем чисто по-человечески вздохнула и разве что лапой у виска не покрутила, так выразительна была её морда.
- Что? – не поняла я.
Кошатина поскребла когтями пол и мяукнула. Я упала на колени и, глотая слезы, на четвереньках поползла назад, руками ощупывая тропинку. Ну же где, где эта дурацкая нестабильность, посмевшая поглотить моих друзей. А друзья, тоже хороши, даже сопротивляться не стали. Сейчас… сейчас я их достану и тогда сама где-нибудь утоплю.
Внезапно рука провалилась по локоть в туман, сердце испуганно екнуло, а во рту сразу стало сухо. Я опустила руку ниже, засовывая её в серое нечто почти по плечо. Накатил дикий страх. Не знаешь же ведь, что или кто там водится, поэтому, когда ладонь внезапно крепко сжали, мой сдавленный крик пьяным эхом пролетел над тропой.
- Рикуша, - просипела я. Кошатина понятливо поднырнула под вторую руку, я крепко обняла её за шею. Никогда бы не думала, что пушистик такая сильная. Без нее шансов вытащить бойцов у меня бы не было. Рикуша пыхтела, пятясь назад, я ползла вместе с ней и, стиснув зубы, держалась – одной рукой за шею кошатины, второй вытягивая кого-то, довольно тяжелого. Туман немного облегчал вес, как вода, в противном случае, даже помощь Рикуши мне не помогла бы.
Когда голова Эррликса показалась на тропинке, пот с меня лил в три ручья. Обычно на Путях довольно промозгло, хотя не скажу, что холодно, но как-то неуютно, а тут мне казалось, что с десяток печек меня обогревают с разных сторон.
Кровник дракона неловко подтянулся на одной руке, второй крепко удерживая кого-то. Рикуша не осталась в стороне, почти нырнув вниз головой, ухватилась за что-то зубами, затем пыхтя и буксуя задними лапами, отползала от дыры, и вдруг шлепнулась на попу, оставив в пасти кусочек зеленой материи. Из тумана на тропинку показалась голова Леестара, и в капюшоне зияла приличного размера дыра.
Дальше дело пошло быстрее и вдвоем они быстро достали Ольернара, а потом еще быстрее воздушного. Тяжело дыша, все без сил опустились на тропу.
- Зря ты, Госпожа, нас спасать кинулась, - вдруг промолвил Эррликс, остальные опустили головы вниз, надеюсь от стыда. - Путь ты одна должна прокладывать. Тварь не в счет, туманным все равно - хоть новый Путь, хоть старый, а мы не пройдем. Ты не сможешь нас из каждой нестабильности вытаскивать.
- Он прав, - тихо сказал Леестар, звездочки в его глазах потускнели, - ты и сама не дойдешь, и нас не спасешь.
- Я давно хотел узнать, что там, за Путями, - попытался улыбнуться Кэрисон.
- Оставь нас здесь, Госпожа. - Высказался Ольернар. - Мы будем ждать тебя здесь. Если, - он помолчал, - мы больше не увидимся, найди Альхара. Может, у него что и выйдет с твоей помощью.
Я прикусила губу, упрямые слезы упорно просились наружу. Мальчики решили сыграть в благородство, бросить меня здесь одну из-за каких-то там нестабильностей, да плевать на эти ямы. Рукавом плаща вытерла слезы - нельзя идти, значит, полетят.
Я не могу работать с новорожденным сэльером, он еще только формируется, дикий. Меня слушаться не будет. Но на шеях бойцов висят туманные шарфики – немного, но мне хватит.
Нет, я пыталась создать из них что-то вроде туманной лошадки с длинным туловищем. Но сэльера не хватило ни на лошадку, ни даже на пони. Получилась длинная палка с короткими зародышами лап, обрубком хвоста и чем-то несуразным вместо головы. Но главное – это нечто парило в метре над тропинкой.
- Прошу, - махнула рукой в сторону своего творения. Бойцы опасливо покосились на туманную палку, но спорить не стали и покорно залезли на мое транспортное средство. Эх, как они на нем смотрелись! Хорошо, что сказок про Бабу-Ягу в этих мирах нет.
Дальше мы шли без промедления. Я вместе с Рикушей прокладывала Путь, четверо бойцов верхом на палке плыли следом за мной. Кошатина периодически оглядывалась через плечо и еле слышно фыркала. Похоже, тварь не лишена чувства юмора. Я бы тоже посмеялась, но мне еще мечом учиться владеть и луком, так что просто шла вперед, старательно делая серьезное лицо. Вот только розовые всполохи, пробегающие по стенам тоннеля, выдавали меня с головой.
Глава знакомительная, историческая и обогатительная, в которой героиня знакомится, слушает сказки и получает странные подарки
Путь закончился незаметно, просто внезапно мы оказались перед знакомыми вратами. Я озадаченно разглядывала треугольные створки вместо привычных прямоугольников, пытаясь сообразить, в чем подвох.
По логики нас сейчас должны опросить. Количество голов, время пребывания, цели, провоз запретных веществ и так далее, но ворота не спешили нарушить молчание.
И когда я уже морально созрела постучать, раздался скрип, потом кашель, и затем незнакомые слова нарушили безмолвие. В принципе, смысл сказанного был ясен, но наш ответ был бы так же непонятен хозяину саэна, как нам его слова. Впрочем, хозяин и сам это осознал. Ворота пробурчали нечто невразумительное, мол, чего уж там, проходите, раз приперлись, и гостеприимно распахнулись.
Да… здешние архитектурные изыски построены явно не людьми. Во-первых, все довольно высокое – арки, двери, во-вторых, вторые этажи соединяются друг с дружкой прозрачными мостами – красиво, ничего не скажешь.
Стекла в саэне было много, на мой взгляд, даже чересчур. Стены хрустальными скалами возвышались по сторонам. Цветными водопадами закручивались стеклянные ленты, падая вниз с крыш. Окна, окна, снова окна – большие, маленькие, круглые, овальные, треугольные, всех форм, размеров и цветов. Здесь царила особенная тишина - старая и древняя настолько, что казалось её дыхание можно ощутить на своем лице. Впрочем следов разрушения или пыль заметно не было. Все застыло во времени так, словно жители ушли из саэна минут десять назад и вот-вот вернутся.
Широкая улица привела нас в центр, хоть это здесь осталось неизменным. С замиранием сердца я шагнула на прозрачный пол – внизу расстилалась целая вселенная – распушались цветные туманности, россыпи звезд манили к себе таинственным мерцанием, хвостатые кометы играли с друг дружкой в догонялки, метеоритные потоки проносились мимо каменными реками. Ум понимал, что это лишь иллюзия, но глаза твердили обратное.
Повосхищавшись минут десять, я все же решилась задать вопрос:
«Хранитель, мне нужно с вами поговорить».
В голове словно открыли книгу и зашелестели страницами. Потом раздался тяжкий вздох, и чей-то голос проговорил, медленно, с трудом подбирая слова и немного запинаясь.
«Госпожа? Хм, странная раса. У вас правят женщины?»
«Кто у нас только не правит… Все, кто работать не хочет – те и правят».
«Любопытно».
«Нам уже не любопытно, нам это так надоело, да только нормальные во власть не идут, а если и доходят, то почему-то сразу уродами становятся».
«Почему власть не меняете?»
«Меняем, еще как меняем. Одно время аж по три раза на дню власть менялась. Не помогло».
«В твоих спутниках я чую другую кровь».
«Ах, эти… Эти другие. Людьми только притворяются, на деле на своих нелюдей работают. Но человеческое им не чуждо. По крайней мере, в последнее время хоть на людей становятся похожи».
«Не совсем понял, но эмоции уловил. Я знаю, зачем ты пришла. Твои чувства мне более понятны, чем слова. Мир, который ты ищешь, погиб вместе с моими создателями. Хочешь знать почему? Слушай.
Давным-давно жил народ. На Путях их звали ларралами. Многое им было дано от Создателя, высоко они поднялись в своем развитии, подчинили себе Пути и для слабых народов были почти богами. Правили ларралы мудро, открывая Путь тем народам, которые не стремились окропить дорогу чужой кровью. Мир царил на Путях, мир и процветание. Народы торговали друг с другом под присмотром сильных и почти всемогущих хозяев. Вот только это «почти» – не давало ларралам покоя. Кое-кому из них захотелось избавиться от несовершенства, стать действительно равным Создателю по силе, по могуществу. У них получилость, только по любви и мудрости они не смогли с ним сравняться. Власть заменила могущество, вседозволенность - силу, а любовь и мудрость сочти ненужными в достижение цели.
И восстали «почти боги» против тех, кто остался верными сынами Создателя. Исчезло в той войне все, чего они достигли. Немногие бежали сюда, на Пути. Этот саэн стал последней надеждой, здесь пытались исправить то, что, увы, исправить было нельзя. Когда же предатель оказался среди самых верных и стойких, решено было запечатать все Пути, кроме одного. К сожалению, туманные твари, созданные на Путях и живущие только здесь, неминуемо должны были погибнуть. Один из ларралов ушел на главное древо Пути и собрал там всех, кого планировали предать незаслуженной смерти.
Когда предатели пошли на последний приступ, стремясь заполучить ключи, я потерял связь с Путем. Что произошло там, я не знаю. Судя по тому, что вы здесь, значит, последний из ларралов оставил шанс новым народам выйти на Пути».
«Да… шанс он оставил, еще бы немного мудрости своей оставил для эльфов, и особенно для драконов, да и всем остальным она тоже не помешает».
«Понимаю твоё негодование, но вы еще так молоды.
Нет, подсказать, как запечатываются миры, я тебе не могу, но у меня есть кое-что получше. Есть семена врат, которыми можно закрыть мир. Если только что выращенные врата напоить кровью привратников, то только они смогут эти врата открывать.
Да не за что, я рад, что тебе понравилась моя идея. У меня для тебя есть еще один подарок, точнее просьба. Я давно уже здесь, так давно, что и представить невозможно. Сила ключей держит меня, не дает заснуть. Вначале, я хотел найти достойнейшего из достойных и передать ему этот бесценный дар. Но прошло время, и я уже хотел отдать ключи просто достойному. Вечность тянулась за вечностью, тогда я решил передать их хоть кому-нибудь».
«Понятно, наконец, пришли мы».
«Не обижайся, но твой народ еще слишком молод, слишком глуп, чтобы равняться на ларралов, хотя, ты права, их мудрость им мало помогла. Держи, ключи и вот еще карта Путей. Ты сможешь с легкостью открыть запечатанное. Эти кристаллы нужно просто опустить на Путь и добавить крови. Они вырастут сами. Здесь их ровно пятьдесят».
По мере того, как Хранитель объяснял про свои подарки из звездного пола вырастали предметы: небольшой хрустальный ларец и карта-ключ. Я приоткрыла крышку, внутри парили белые кристаллы размером с ноготь большого пальца. Надо же, из таких крохотулек целые врата можно вырастить. Карта оказалась многомерной конструкцией, на вид – палочка размером с ладонь. При нажатии из нее начинали вырастать отростки Путей. Синим светилась центральная часть, от нее отходило множество белых отрезков – запечатанные Пути. Печати тоже были – ярко-зеленые точки в начале каждого белого отрезка. Мама дорогая, сколько же их! Да драконы лопнут от зависти, глядя на такое богатство. Плодовитыми были ларралы, но у колоса оказались глиняные ноги. Развалился, а с ним рухнула и вся хорошо отлаженная система Путей. Теперь по ним ходят новые народы, устанавливая новые правила. Видно, тот любитель туманных тварей решил поменять исходные данные и выпустить на Пути не один народ, а сразу несколько. Рискованная идея. Результат пока не очень обнадеживает, но может мне удастся кое-что исправить.
Жаль, что надеждам Альхара не суждено сбыться. Мир безлюдный и полный золота останется лишь в его воображении.
«Прощай, девочка, - голос Хранителя был полон грусти и тихой радости, - я ухожу. Наконец, смогу уснуть. Не приходи сюда больше. Закрой этот Путь, ты сможешь. Не сейчас, потом, когда поймешь как».
Мы покидали саэн в молчании. Мне было о чем подумать, а бойцы мудро не лезли с расспросами.
Обратная дорога оказалась гораздо проще. Во-первых, не надо было прокладывать Путь. Как объяснил Эррликс, когда Госпожа возвращается назад, она словно утаптывает свежий Путь, выравнивает все нестабильности и - вуаля, Путь готов к использованию.
Поэтому сейчас бойцы смело шли за моей спиной, не боясь никуда провалиться. От чести прокатиться на моей туманной палочке они почему-то отказались. Глупые! Лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Но эта истина им, похоже, не знакома.
Шли быстро и молча. На разговоры не было сил. Зря я не согласилась отдохнуть перед обратной дорогой. Но саэн с уходом хранителя превратился в огромную и пустую усыпальницу. Тишина сразу стала мертвой, а давно ждущая своего часа пыль радостно заскрипела под ногами. Оставаться здесь хоть на одну лишнюю минуту не хотелось.
Эррликс пробурчал что-то про слишком деятельную Госпожу, которой и пару льер на месте не сидится. Леестар полез за пазуху и достал прозрачную бутылочку. Встряхнул, золотые искорки замерцали сквозь стекло. Ба! Старая знакомая – Бодрящая вечность. Оказалось, что эту бодрость придумали именно друиды. Да, с таким допингом я легко еще парочку Путей открою. Ну, пожалуй, про парочку это я приврала, но на обратную дорогу меня точно хватит.
Серый туман, настороженно клубящийся по сторонам, навевал разные мысли. Было немного грустно и обидно за ларралов. Жили себе жили, столько народов в одну систему Путей включили, создали таких симпатичных и не очень туманных тварей и на тебе. Исчезли в один момент и остальных обратно позапирали. Погуляли, поторговали и хватит. Эгоисты высокого полета, хоть о мертвых плохо говорить нельзя.
Некстати вспомнились черные убийцы. И стало страшновато. Нет, драконы меня не пугали. Как ни странно, боялась я себя, любимую и ненаглядную. Как вспомню черную застилающую глаза ненависть, так мурашки по спине в пляс пускаются. Не останови меня Леестар, на что я была бы способна? Мужества хватило признать – на всё. В голове тогда не осталось ни единой мысли, кроме как убивать всех без разбору.
