- Есть, - вздохнула Соня. – Не знаю, гениальный или идиотский, но хоть какой-то. Долго рассказывать.
- Напомни, когда у нас планируется военный совет в Филях?
- Сегодня собирались посидеть всей компашкой. Но оно с утра не задалось: у меня машина, у тебя Мишка, а потом кинофестиваль, у Аньки малой приболел, Ксюша поехала с дочкой выбирать роддом… В общем, завтра или послезавтра, как получится.
- Держи меня в курсе! – улыбнулась Галина и бодро понеслась на встречу с Мишей.
Мишка был давно и счастливо женат, воспитывал очаровательных сорванцов-двойняшек – мальчика и девочку.
Но как истинный московский интеллигент в седьмом поколении, он был галантным кавалером и дамским угодником. С женщинами Мишка общался исключительно вежливо и даже любезно. Отчего даже разбитная рыночная торговка млела, смущенно хлопала ресницами и вместо привычного трехэтажного мата выговаривала нечто вполне приличное и даже учтивое.
Своих же университетских подруг Мишка выделял особо. Он запросто мог обратиться к ним «моя любовь», «счастье моей жизни» и тому подобными словами. При этом преспокойно ехидничал и по-дружески подшучивал над бывшими однокурсницами. Он говорил, что после «экваториальной» сессии все они боевые побратимы и кровные родственники. Жена Мишки над этим хохотала и сцен ревности мужу не устраивала.
Галина решила для быстроты подъехать на лифте, но, уже войдя в него, поняла, что просчиталось. Было время обеда – лифт останавливался на всех этажах, впускал и выпускал людей. А на третьем этаже один особо умный из отдела продаж держал двери лифта, пока его друг договорит по телефону с девушкой.
К проходной Галина подошла в двенадцать ноль семь.
Мишка уже стоял у поста охраны и улыбался своей коронной ехидной улыбкой.
- О! Прекрасная Галатея! – провозгласил он и заключил Галину в крепкие объятия. – Жар моего сердца!
Затем нагнулся к ее уху и укоризненно прошептал:
- Галка, что за дела – почему опаздываешь? Я же госслужащий, у меня строго: шаг влево, шаг вправо – расстрел.
- Извини, Миша, - смутилась Галина. – И давай не будем обниматься на людях, меня могут неправильно понять.
- А раньше ты этого не стеснялась… - загадочно констатировал Мишка. И картинно всплеснул руками: - Понял! Ты меня разлюбила! Коварная изменница, разбила мне сердце!
А шепотом добавил:
- И желудок. Мой несчастный желудок уже целых семь минут должен чувствовать в себе борщ. А вместо этого чувствует голод и несправедливость.
- Что ты, Миша, я тебя люблю! – улыбнулась Галина. – Мои чувства к тебе искренни и проверены временем. Больше не буду заставлять тебя страдать.
- О! Это просто бальзам на мою израненную душу! – громко обрадовался Мишка. – Пойдем же и предадимся порочной страсти…
И сдув завиток с ее уха, ехидным шепотом продолжил:
- …обжорства!
Галина со смехом выпуталась из Мишкиных объятий и внезапно прямо в двух шагах от себя заметила Василия.
Он вполголоса разговаривал с мужчиной лет сорока. Галина невольно отметила у Васиного собеседника костюм известного бренда и дорогие швейцарские часы. Вид незнакомец имел крайне недовольный.
Программист тоже выглядел озабоченным, на лбу залегли упрямые складки. В руках он держал большую папку с документами.
«Вася что, видел весь этот цирк с Мишкой? – растерянно подумала Галина. - И оттого расстроился?»
Василий еле заметно кивнул ей и улыбнулся.
Мишка же ухватил за руку и целеустремленно потащил к выходу.
В кафешке напротив офиса готовили неплохо, но Галина с подругами ее не любили.
Рядом находился крупный продовольственный склад, и это заведение облюбовали торговые представители. Они бесконечно разговаривали по телефону, что-то громко доказывали, даже ругались – в общем, никакой уютной атмосферы.
Но не тащить же Мишку в корпоративный общепит! То, о чем Галина собиралась с ним поговорить, не предназначалось для чужих ушей. Особенно ушей коллег по работе.
Вот и сейчас за столиком у окна сидело двое таких парней.
- Сколько «варшавской»? Триста? – громко кричал в трубку один из них. - Записал.
Он что-то ткнул в своем планшете.
- А на «белорусскую» акция. Каждая десятая коробка бесплатно. Сколько? Да, сейчас отмечу. Нет, возврат не берем. В смысле просроченная? Так вы ее сами три месяца держали! Еще и без холодильника небось! Защита прав потребителей? Налоговая? Да, пожалуйста! Хоть Господу Богу напрямую пишите!
Мишка загадочно улыбнулся и подошел к барной стойке, растерянно полистал меню. Там скучала внушительного вида тетка в ярко-розовой униформе.
- День добрый! – ласково поздоровался он. – Что столь очаровательная леди посоветовала бы на обед? Борщ красный с пампушками?
- Не стоит, - покраснев, тихонько призналась тетка. – Он позавчерашний, гретый-перегретый. Лучше возьмите солянку, она свежайшая. А на второе – котлеты с грибами или люля-кебаб.
- Благодарю, - с чувством выдохнул Мишка. – Тогда солянку, грибные котлеты, пюре…
Он обернулся к Галине:
- Галинка, будешь солянку?
- Нет, не хочу первое – жарко, - отказалась она. - Люля-кебаб и овощной салат. И…
Галина достала из сумочки банковскую карточку:
- Я угощаю.
- Ага, счас… - обиделся Мишка. – Что я, альфонс какой.
- Но ты же госслужащий!
- У меня приличный оклад, - гордо заявил он. – К тому же, часто бывают премии. Очень даже приличные, я умею хорошо работать.
Мишка подхватил карточку Галины и ловким щелчком закинул ее обратно ей в сумку:
- Считайте все вместе. Расплачусь наличными.
Галина с Мишкой устроились в самом углу кафешки, возле входа в служебные помещения. Здесь было жарковато, несмотря на включенный кондиционер, но более или менее тихо.
- И о чем звезда моя хотела со мной поговорить? – Мишка отставил в сторону пустую тарелку из-под солянки.
Его взгляд значительно подобрел.
- Все о том же, - вздохнула Галина. – Сегодня опять принесли на оплату договор с ООО «Перспектива» на пятьдесят миллионов. Хотя мы еще первую поставку от них не получили. Смотрела остатки по складу – нам, в общем-то, особо ничего и не надо, продажи упали в последнее время.
- Понятно, - хмыкнул Мишка. – Директор ваш, гляжу, совсем берега потерял. Может, стряслось у него что? Похороны, свадьба, кто-то заболел?
- Ты Алексея Павловича имеешь в виду?
- Само собой. Сегодня после твоего звонка глянул выписку из реестра, директор у вас тот самый, ничего не изменилось.
- Алексей Павлович в больнице. Гипертонический криз с осложнениями. И да, он чуть больше недели назад женился. Но он тут ни при чем. Это…
Галина замялась. Ей почему-то не хотелось говорить Мишке про Аллигатора. Тем более, тот ничего и не решает – только бегает договариваться, а вся ответственность на другом человеке.
- Это – Валентин Игоревич, председатель Правления. Он шлепает протоколы Наблюдательного совета, как горячие пирожки, заставляя меня отдавать деньги фирмы неизвестно кому. Сегодня, когда пятьдесят миллионов проплатила, посмотрела остаток на счете. Там совсем копейки какие-то. А у нас аванс скоро и налоги.
- Ах, вот оно что! – на лице Мишки появилась брезгливая ухмылка. – Не удивлен. Великовозрастный сыночек после смерти отца дорвался до кормушки. Наличка ему понадобилась.
- То есть, ООО «Перспектива» - фирма однодневка? – испугалась Галина. – Занимается обналичкой?
- Нет, предприятие приличное. Но оно дает десять процентов скидки. Всем. А если в договоре указано пять или два процента, значит, остальная сумма выплачивается как вознаграждение представителю, подписавшему договор. Вроде комиссионных.
- Хочешь сказать, что кто-то получил себе в карман пять лямов с первой поставки и три со второй?!
- Похоже на то, - улыбнулся Мишка. – Только непонятно, зачем этот ваш председатель торопится. Он же главный наследник, получит контрольный пакет. Отчего не подождать полгода, да не забрать всю фирму под себя целиком? Зачем вытаскивать сейчас какие-то копейки с риском утопить предприятие?
- Понимаешь, Миша… - Галина вдруг вспомнила «сырные переговоры» с Аллигатором. – Нет, это не моя тайна, не могу говорить.
- Тебя никто не просит раскрывать тайны. Но совет вроде был нужен тебе, а не мне? И, если ты забыла, я умею хранить секреты. Ведь так и не признался, что это Степка на третьем курсе кинул дрожжи в туалет возле деканата.
- Степка?! – растерлась Галина. Словно наяву перед ней возникла жутко воняющая пузырящаяся субстанция, лезущая по коридору прямо под дверь кабинета ненавистного декана. – Не ты? И столько лет молчал?! Тебя же чуть за это из универа не поперли!
- Да, молчал, - Мишка поправил лацкан пиджака. – Потому что внутренне был согласен со Степаном. То, что декан устроил на экваториальной сессии – это прямое издевательство и нарушение всех законов. А еще потому, что мой отец – профессор с мировым именем, а Степкин – токарь на заводе. Я Степке запретил признаваться под страхом смерти. Даже хуже – сказал, что если он хоть слово вякнет, я у него девушку отобью.
- Ох, Мишка-Мишка… - Галина, не выдержав, рассмеялась. Но потом посмотрела на университетского друга с уважением и даже восхищением: – Ты у нас, оказывается, герой. Хорошо… Дело в том, что тот учредитель, который умер, переписал завещание. Председатель ничего не получит, все достанется внукам.
Мишка ловко порезал ножом котлету, отправил кусочек в рот. Старательно прожевал, затем откинулся на спинку стула и молчал несколько минут, задумчиво глядя в потолок:
- Слушай, Галчонок, ко мне на днях дамочка подкатывала – владелица сети спа-салонов. Ей нужен хороший бухгалтер по зарплате. Да, это не твой уровень, и в деньгах немного потеряешь, зато у них полная демократия: в офисе сидеть необязательно, можно работать из дома по удаленке. А самое вкусное – для сотрудников полный карт-бланш на услуги: часть процедур вообще бесплатно, а остальные с приличной скидкой. Может, попробуешь? Выспишься наконец-то. Опять же – солярий, бассейн, массаж, обертывания разные, даже спортзал с личным фитнес-тренером. Что еще вам - барышням для счастья нужно?
- Все настолько плохо? – удрученно вздохнула Галина.
- К сожалению, ничего радостного сообщить не могу. Валентин Игоревич, конечно, скользкий тип и хапуга, но он хотя бы имеет представление, как вести бизнес. А внуки… внуки – полный неадекват.
- Что, совсем-совсем?!
Перед глазами тут же возник образ Аллигатора. Вроде он не выглядит невменяемым – и про корпоративную стратегию вещал, и про диверсификацию рисков.
- Хорошо, даю полный расклад, - Мишка отправил в рот дольку свежего помидора. – Думай сама. Внуков трое: два парня и девушка. Один совсем малолетний, его в расчет не берем. Итого - двое. Парень – классический мажор и балбес. Его кредо - дорогие машины, экстремальные развлечения, модные тусовки и псевдо творческие мероприятия. Да, языком чесать умеет, но на работе больше месяца нигде не задерживался – вылетал с треском. Несмотря на то, что отец и дед за него просили лично. Такого пусти поруководить – развалит все.
Галина машинально кивнула. Портрет Аллигатора во всей красе, ничего не пропустил.
- А девушка… там вообще туши свет. Говорят, правда, она талантливая художница, но я эти современные направления не догоняю. Зато она совершенно не от мира сего, живет где-то в другом измерении и ни с кем особо не общается. Естественно, бизнес для нее – нечто далекое и непонятное.
- Понятно, - Галина отставила тарелку с недоеденным люля-кебабом. Он был отличный, но кушать резко перехотелось: – Значит, мажор и инопланетянка. Весело, ничего не скажешь. Погоди, но есть же и вторая сторона? Та, у которой сорок девять процентов?
- Там тоже все кисло. Вторая сторона представлена престарелыми тетками, мужья поумирали, а эти ничего в делах не соображают. Тем более две из них давно живут в Испании и про наши реалии представления не имеют. А хуже всего – они между собой переругались и даже не разговаривают. Ваш Алексей Павлович прямой наследник тетки, что осталась в России. У него полная доверенность на управление долей от нее, но там вроде даже пятнадцати процентов нет.
- А у нас по Уставу для блокирования решений Правления нужно двадцать пять процентов. Ох, Мишка, что же делать-то?
- Подумать над моим предложением, - сочувственно произнес он, поднимаясь из-за стола. – Буду иметь тебя в виду, если еще кому толковый бухгалтер понадобится.
Галина вышла из кафе в растрепанных чувствах.
Чмокнула Мишку в щеку, подтвердила согласие на встречу старым тесным кружком университетских друзей – как только, так и сразу – и отправилась через переход к родному офису.
«Похоже, родным ему осталось быть недолго, - печально думала она. – И скоро придется искать работу: мне, Соне, Женьке, Ане, Ксюше, Вадику… всем! Кошмар, как не вовремя! У Жени отец болеет, Соня за машину кредит не выплатила, Вадик со свадьбой в долгах, как в шелках, у Ксюши дочка на сносях…Мне проще всех – пару месяцев спокойно могу просидеть у родителей - изучить вакансии, составить грамотное резюме. Конечно, о машине и о новом компьютере для Толи придется забыть. Но что поделать, не жили хорошо, нечего и начинать ».
Резкий гудок автомобиля заставил вздрогнуть. Прямо перед ней с визгом затормозила «Лада Гранта». Водитель - мужчина лет сорока, обладатель пышных черных усов с еле заметной проседью, высунулся из окна и демонстративно покрутил пальцем у виска. Но этого, видать, показалось ему мало, дядька изобразил идиотское выражение лица и постучал себя кулаком по лбу.
Галина подняла голову и увидела светофор. На нем горел красный стоящий человечек.
«Полный абзац! – ошеломленно выдохнула она. – Я что – поперлась на красный свет?! Для полного счастья осталось под машину попасть».
Она посмотрела по сторонам и быстро добежала до противоположного тротуара. Краем глаза отметила, что «Бентли» Аллигатора был еще припаркован на стоянке.
«Странно, с его выдающимися способностями и до сих пор торчит на работе», - ехидно подумала она.
Машина Василия тоже была на месте, но это удивления не вызывало: работает человек, занят, даже позвонить некогда. А, может, намеренно не хочет усложнять.
Умом Галина признавала, что такое поведение Василия правильно, но на душе еще больше заскребли кошки.
В офисном холле она увидела их обоих сразу. Точнее, даже троих: того самого мужчину с дорогими часами, что разговаривал с Василием, самого Василия и Аллигатора.
Олег преданно улыбался знакомому Василия, что-то увлеченно рассказывал, прямо заливался соловьем. Обладатель швейцарских часов небрежно ухмылялся в ответ, но вид у него не был сердитым, как раньше.
Василий молча стоял рядом, держа в руках уже две папки с документами.
Наконец, мужчина с часами подал Аллигатору руку:
- Хорошо, я согласен с новыми условиями. Готовим допсоглашения к договорам.
И неожиданно широко улыбнулся:
- Тете Зине привет передам. Признаюсь, слышал… всякое, а вы, оказывается, – разумный деловой человек, искренне болеющий за судьбу компании.
- Что поделать, у меня была бурная молодость! – в тон ему ответил Аллигатор. – Но я знал, чего хочу, и уверенно шел к цели.
- Если не секрет, какое у вас образование?
- Питерский экономический, красный диплом. Заочно, правда.
- Думаю, сработаемся, - кивнул мужчина. – Допы пришлем по ЭДО.
- Напомни, когда у нас планируется военный совет в Филях?
- Сегодня собирались посидеть всей компашкой. Но оно с утра не задалось: у меня машина, у тебя Мишка, а потом кинофестиваль, у Аньки малой приболел, Ксюша поехала с дочкой выбирать роддом… В общем, завтра или послезавтра, как получится.
- Держи меня в курсе! – улыбнулась Галина и бодро понеслась на встречу с Мишей.
Мишка был давно и счастливо женат, воспитывал очаровательных сорванцов-двойняшек – мальчика и девочку.
Но как истинный московский интеллигент в седьмом поколении, он был галантным кавалером и дамским угодником. С женщинами Мишка общался исключительно вежливо и даже любезно. Отчего даже разбитная рыночная торговка млела, смущенно хлопала ресницами и вместо привычного трехэтажного мата выговаривала нечто вполне приличное и даже учтивое.
Своих же университетских подруг Мишка выделял особо. Он запросто мог обратиться к ним «моя любовь», «счастье моей жизни» и тому подобными словами. При этом преспокойно ехидничал и по-дружески подшучивал над бывшими однокурсницами. Он говорил, что после «экваториальной» сессии все они боевые побратимы и кровные родственники. Жена Мишки над этим хохотала и сцен ревности мужу не устраивала.
Галина решила для быстроты подъехать на лифте, но, уже войдя в него, поняла, что просчиталось. Было время обеда – лифт останавливался на всех этажах, впускал и выпускал людей. А на третьем этаже один особо умный из отдела продаж держал двери лифта, пока его друг договорит по телефону с девушкой.
К проходной Галина подошла в двенадцать ноль семь.
Мишка уже стоял у поста охраны и улыбался своей коронной ехидной улыбкой.
- О! Прекрасная Галатея! – провозгласил он и заключил Галину в крепкие объятия. – Жар моего сердца!
Затем нагнулся к ее уху и укоризненно прошептал:
- Галка, что за дела – почему опаздываешь? Я же госслужащий, у меня строго: шаг влево, шаг вправо – расстрел.
- Извини, Миша, - смутилась Галина. – И давай не будем обниматься на людях, меня могут неправильно понять.
- А раньше ты этого не стеснялась… - загадочно констатировал Мишка. И картинно всплеснул руками: - Понял! Ты меня разлюбила! Коварная изменница, разбила мне сердце!
А шепотом добавил:
- И желудок. Мой несчастный желудок уже целых семь минут должен чувствовать в себе борщ. А вместо этого чувствует голод и несправедливость.
- Что ты, Миша, я тебя люблю! – улыбнулась Галина. – Мои чувства к тебе искренни и проверены временем. Больше не буду заставлять тебя страдать.
- О! Это просто бальзам на мою израненную душу! – громко обрадовался Мишка. – Пойдем же и предадимся порочной страсти…
И сдув завиток с ее уха, ехидным шепотом продолжил:
- …обжорства!
Галина со смехом выпуталась из Мишкиных объятий и внезапно прямо в двух шагах от себя заметила Василия.
Он вполголоса разговаривал с мужчиной лет сорока. Галина невольно отметила у Васиного собеседника костюм известного бренда и дорогие швейцарские часы. Вид незнакомец имел крайне недовольный.
Программист тоже выглядел озабоченным, на лбу залегли упрямые складки. В руках он держал большую папку с документами.
«Вася что, видел весь этот цирк с Мишкой? – растерянно подумала Галина. - И оттого расстроился?»
Василий еле заметно кивнул ей и улыбнулся.
Мишка же ухватил за руку и целеустремленно потащил к выходу.
В кафешке напротив офиса готовили неплохо, но Галина с подругами ее не любили.
Рядом находился крупный продовольственный склад, и это заведение облюбовали торговые представители. Они бесконечно разговаривали по телефону, что-то громко доказывали, даже ругались – в общем, никакой уютной атмосферы.
Но не тащить же Мишку в корпоративный общепит! То, о чем Галина собиралась с ним поговорить, не предназначалось для чужих ушей. Особенно ушей коллег по работе.
Вот и сейчас за столиком у окна сидело двое таких парней.
- Сколько «варшавской»? Триста? – громко кричал в трубку один из них. - Записал.
Он что-то ткнул в своем планшете.
- А на «белорусскую» акция. Каждая десятая коробка бесплатно. Сколько? Да, сейчас отмечу. Нет, возврат не берем. В смысле просроченная? Так вы ее сами три месяца держали! Еще и без холодильника небось! Защита прав потребителей? Налоговая? Да, пожалуйста! Хоть Господу Богу напрямую пишите!
Мишка загадочно улыбнулся и подошел к барной стойке, растерянно полистал меню. Там скучала внушительного вида тетка в ярко-розовой униформе.
- День добрый! – ласково поздоровался он. – Что столь очаровательная леди посоветовала бы на обед? Борщ красный с пампушками?
- Не стоит, - покраснев, тихонько призналась тетка. – Он позавчерашний, гретый-перегретый. Лучше возьмите солянку, она свежайшая. А на второе – котлеты с грибами или люля-кебаб.
- Благодарю, - с чувством выдохнул Мишка. – Тогда солянку, грибные котлеты, пюре…
Он обернулся к Галине:
- Галинка, будешь солянку?
- Нет, не хочу первое – жарко, - отказалась она. - Люля-кебаб и овощной салат. И…
Галина достала из сумочки банковскую карточку:
- Я угощаю.
- Ага, счас… - обиделся Мишка. – Что я, альфонс какой.
- Но ты же госслужащий!
- У меня приличный оклад, - гордо заявил он. – К тому же, часто бывают премии. Очень даже приличные, я умею хорошо работать.
Мишка подхватил карточку Галины и ловким щелчком закинул ее обратно ей в сумку:
- Считайте все вместе. Расплачусь наличными.
Галина с Мишкой устроились в самом углу кафешки, возле входа в служебные помещения. Здесь было жарковато, несмотря на включенный кондиционер, но более или менее тихо.
- И о чем звезда моя хотела со мной поговорить? – Мишка отставил в сторону пустую тарелку из-под солянки.
Его взгляд значительно подобрел.
- Все о том же, - вздохнула Галина. – Сегодня опять принесли на оплату договор с ООО «Перспектива» на пятьдесят миллионов. Хотя мы еще первую поставку от них не получили. Смотрела остатки по складу – нам, в общем-то, особо ничего и не надо, продажи упали в последнее время.
- Понятно, - хмыкнул Мишка. – Директор ваш, гляжу, совсем берега потерял. Может, стряслось у него что? Похороны, свадьба, кто-то заболел?
- Ты Алексея Павловича имеешь в виду?
- Само собой. Сегодня после твоего звонка глянул выписку из реестра, директор у вас тот самый, ничего не изменилось.
- Алексей Павлович в больнице. Гипертонический криз с осложнениями. И да, он чуть больше недели назад женился. Но он тут ни при чем. Это…
Галина замялась. Ей почему-то не хотелось говорить Мишке про Аллигатора. Тем более, тот ничего и не решает – только бегает договариваться, а вся ответственность на другом человеке.
- Это – Валентин Игоревич, председатель Правления. Он шлепает протоколы Наблюдательного совета, как горячие пирожки, заставляя меня отдавать деньги фирмы неизвестно кому. Сегодня, когда пятьдесят миллионов проплатила, посмотрела остаток на счете. Там совсем копейки какие-то. А у нас аванс скоро и налоги.
- Ах, вот оно что! – на лице Мишки появилась брезгливая ухмылка. – Не удивлен. Великовозрастный сыночек после смерти отца дорвался до кормушки. Наличка ему понадобилась.
- То есть, ООО «Перспектива» - фирма однодневка? – испугалась Галина. – Занимается обналичкой?
- Нет, предприятие приличное. Но оно дает десять процентов скидки. Всем. А если в договоре указано пять или два процента, значит, остальная сумма выплачивается как вознаграждение представителю, подписавшему договор. Вроде комиссионных.
- Хочешь сказать, что кто-то получил себе в карман пять лямов с первой поставки и три со второй?!
- Похоже на то, - улыбнулся Мишка. – Только непонятно, зачем этот ваш председатель торопится. Он же главный наследник, получит контрольный пакет. Отчего не подождать полгода, да не забрать всю фирму под себя целиком? Зачем вытаскивать сейчас какие-то копейки с риском утопить предприятие?
- Понимаешь, Миша… - Галина вдруг вспомнила «сырные переговоры» с Аллигатором. – Нет, это не моя тайна, не могу говорить.
- Тебя никто не просит раскрывать тайны. Но совет вроде был нужен тебе, а не мне? И, если ты забыла, я умею хранить секреты. Ведь так и не признался, что это Степка на третьем курсе кинул дрожжи в туалет возле деканата.
- Степка?! – растерлась Галина. Словно наяву перед ней возникла жутко воняющая пузырящаяся субстанция, лезущая по коридору прямо под дверь кабинета ненавистного декана. – Не ты? И столько лет молчал?! Тебя же чуть за это из универа не поперли!
- Да, молчал, - Мишка поправил лацкан пиджака. – Потому что внутренне был согласен со Степаном. То, что декан устроил на экваториальной сессии – это прямое издевательство и нарушение всех законов. А еще потому, что мой отец – профессор с мировым именем, а Степкин – токарь на заводе. Я Степке запретил признаваться под страхом смерти. Даже хуже – сказал, что если он хоть слово вякнет, я у него девушку отобью.
- Ох, Мишка-Мишка… - Галина, не выдержав, рассмеялась. Но потом посмотрела на университетского друга с уважением и даже восхищением: – Ты у нас, оказывается, герой. Хорошо… Дело в том, что тот учредитель, который умер, переписал завещание. Председатель ничего не получит, все достанется внукам.
Мишка ловко порезал ножом котлету, отправил кусочек в рот. Старательно прожевал, затем откинулся на спинку стула и молчал несколько минут, задумчиво глядя в потолок:
- Слушай, Галчонок, ко мне на днях дамочка подкатывала – владелица сети спа-салонов. Ей нужен хороший бухгалтер по зарплате. Да, это не твой уровень, и в деньгах немного потеряешь, зато у них полная демократия: в офисе сидеть необязательно, можно работать из дома по удаленке. А самое вкусное – для сотрудников полный карт-бланш на услуги: часть процедур вообще бесплатно, а остальные с приличной скидкой. Может, попробуешь? Выспишься наконец-то. Опять же – солярий, бассейн, массаж, обертывания разные, даже спортзал с личным фитнес-тренером. Что еще вам - барышням для счастья нужно?
- Все настолько плохо? – удрученно вздохнула Галина.
- К сожалению, ничего радостного сообщить не могу. Валентин Игоревич, конечно, скользкий тип и хапуга, но он хотя бы имеет представление, как вести бизнес. А внуки… внуки – полный неадекват.
- Что, совсем-совсем?!
Перед глазами тут же возник образ Аллигатора. Вроде он не выглядит невменяемым – и про корпоративную стратегию вещал, и про диверсификацию рисков.
- Хорошо, даю полный расклад, - Мишка отправил в рот дольку свежего помидора. – Думай сама. Внуков трое: два парня и девушка. Один совсем малолетний, его в расчет не берем. Итого - двое. Парень – классический мажор и балбес. Его кредо - дорогие машины, экстремальные развлечения, модные тусовки и псевдо творческие мероприятия. Да, языком чесать умеет, но на работе больше месяца нигде не задерживался – вылетал с треском. Несмотря на то, что отец и дед за него просили лично. Такого пусти поруководить – развалит все.
Галина машинально кивнула. Портрет Аллигатора во всей красе, ничего не пропустил.
- А девушка… там вообще туши свет. Говорят, правда, она талантливая художница, но я эти современные направления не догоняю. Зато она совершенно не от мира сего, живет где-то в другом измерении и ни с кем особо не общается. Естественно, бизнес для нее – нечто далекое и непонятное.
- Понятно, - Галина отставила тарелку с недоеденным люля-кебабом. Он был отличный, но кушать резко перехотелось: – Значит, мажор и инопланетянка. Весело, ничего не скажешь. Погоди, но есть же и вторая сторона? Та, у которой сорок девять процентов?
- Там тоже все кисло. Вторая сторона представлена престарелыми тетками, мужья поумирали, а эти ничего в делах не соображают. Тем более две из них давно живут в Испании и про наши реалии представления не имеют. А хуже всего – они между собой переругались и даже не разговаривают. Ваш Алексей Павлович прямой наследник тетки, что осталась в России. У него полная доверенность на управление долей от нее, но там вроде даже пятнадцати процентов нет.
- А у нас по Уставу для блокирования решений Правления нужно двадцать пять процентов. Ох, Мишка, что же делать-то?
- Подумать над моим предложением, - сочувственно произнес он, поднимаясь из-за стола. – Буду иметь тебя в виду, если еще кому толковый бухгалтер понадобится.
Глава 26. Цветы и юридические тонкости
Галина вышла из кафе в растрепанных чувствах.
Чмокнула Мишку в щеку, подтвердила согласие на встречу старым тесным кружком университетских друзей – как только, так и сразу – и отправилась через переход к родному офису.
«Похоже, родным ему осталось быть недолго, - печально думала она. – И скоро придется искать работу: мне, Соне, Женьке, Ане, Ксюше, Вадику… всем! Кошмар, как не вовремя! У Жени отец болеет, Соня за машину кредит не выплатила, Вадик со свадьбой в долгах, как в шелках, у Ксюши дочка на сносях…Мне проще всех – пару месяцев спокойно могу просидеть у родителей - изучить вакансии, составить грамотное резюме. Конечно, о машине и о новом компьютере для Толи придется забыть. Но что поделать, не жили хорошо, нечего и начинать ».
Резкий гудок автомобиля заставил вздрогнуть. Прямо перед ней с визгом затормозила «Лада Гранта». Водитель - мужчина лет сорока, обладатель пышных черных усов с еле заметной проседью, высунулся из окна и демонстративно покрутил пальцем у виска. Но этого, видать, показалось ему мало, дядька изобразил идиотское выражение лица и постучал себя кулаком по лбу.
Галина подняла голову и увидела светофор. На нем горел красный стоящий человечек.
«Полный абзац! – ошеломленно выдохнула она. – Я что – поперлась на красный свет?! Для полного счастья осталось под машину попасть».
Она посмотрела по сторонам и быстро добежала до противоположного тротуара. Краем глаза отметила, что «Бентли» Аллигатора был еще припаркован на стоянке.
«Странно, с его выдающимися способностями и до сих пор торчит на работе», - ехидно подумала она.
Машина Василия тоже была на месте, но это удивления не вызывало: работает человек, занят, даже позвонить некогда. А, может, намеренно не хочет усложнять.
Умом Галина признавала, что такое поведение Василия правильно, но на душе еще больше заскребли кошки.
В офисном холле она увидела их обоих сразу. Точнее, даже троих: того самого мужчину с дорогими часами, что разговаривал с Василием, самого Василия и Аллигатора.
Олег преданно улыбался знакомому Василия, что-то увлеченно рассказывал, прямо заливался соловьем. Обладатель швейцарских часов небрежно ухмылялся в ответ, но вид у него не был сердитым, как раньше.
Василий молча стоял рядом, держа в руках уже две папки с документами.
Наконец, мужчина с часами подал Аллигатору руку:
- Хорошо, я согласен с новыми условиями. Готовим допсоглашения к договорам.
И неожиданно широко улыбнулся:
- Тете Зине привет передам. Признаюсь, слышал… всякое, а вы, оказывается, – разумный деловой человек, искренне болеющий за судьбу компании.
- Что поделать, у меня была бурная молодость! – в тон ему ответил Аллигатор. – Но я знал, чего хочу, и уверенно шел к цели.
- Если не секрет, какое у вас образование?
- Питерский экономический, красный диплом. Заочно, правда.
- Думаю, сработаемся, - кивнул мужчина. – Допы пришлем по ЭДО.
