— Нужно успеть выбраться, мне нужен врач…
Он поплёлся по коридору, опираясь на стены. Нити энергий вели куда-то, он надеялся, что к выходу.
Кровь с затылка текла за шиворот, и это было жутко неприятно. Мысли расплавленным железом бултыхались в мозгу, распаляя его, тревожа и причиняя боль. Дэннис морщился и стонал, но не мог прогнать образ мёртвого мальчика.
— Сколько призраков в подвале? Почему они всё ещё здесь и не уходят? Ещё этот голос Роуз! Чёрт побери! Замолчи ты уже! — Дэннис сжал кулаки и зажмурился.
Ему пришлось остановиться. Перед глазами всё расплылось и завертелось. Ноги подкосились, он упал к стене и обессилено опустил голову. Глаза его засветились, а свет источаемой энергии поменялся на ярко- красный.
Вульф отыскала одежду — майку и джинсы — и не без труда натянула на полусознательную Лорен, лежащую пластом на голубиных крыльях. Эрни возился с Дэйвом, по её приказу натягивая на него штаны.
— Надо привести их в чувства. Тащить не осилю, — сказала женщина, похлопывая Лорен по кровавым щекам. — Вызову "скорую".
Эрни с застывшей гримасой отвращения возился с грузным телом товарища, стараясь не смотреть на его гениталии. Он не особо бережно похлестал Дэйва по щекам, матерясь и причитая. Тот морщился от боли, но никак не хотел до конца приходить в сознание и открывать глаза. Лорен же почти очнулась. Вульф наполовину приподняла её и спросила:
— Ты в норме?
Девушка, словно отходя от наркоза, то улыбалась, то корчилась, норовя снова улечься на пол. Но цепкие сильные руки Элизабет этого не позволяли. Лорен бормотала что-то бессмысленное, вяло жестикулируя. Вульф всё-таки удалось поднять её на ноги. Она перекинула её руку себе за шею и поволокла в коридор, попутно набирая "911".
— Давай уже, наконец! — нервозно поторопила она Эрни.
Тот изнемогал. Пот лился градом — холодный пот былого ужаса. Дэйв ворочался, стонал, но никак не хотел приходить в себя. Эрни проклинал его. Ему хотелось бросить толстяка и убежать из этой комнаты, из этого дома, даже из этого города. От былой бравады не осталось и следа, он превратился в мальчишку, не способного справиться с навалившимся грузом ответственности.
Заслышались сирены приближающейся "скорой". Эрни, желая побыстрее убраться из комнаты, в очередной раз смачно вмазал Дэйву по лицу. Тот открыл глаза и скорчился в беззвучном крике.
— Сука, вставай! Пошли! Пошли!
Дэйв с горем пополам поднялся. Крови на нём было немного, ран видно не было, поэтому Эрни схватил его под руку и грубо потолкал на выход. Напоследок он взглянул на разбитый приёмник. Тот молчал, но пугал даже своим видом.
— Будь ты проклят! — прошипел Эрни со всей ненавистью. — Будь всё здесь проклято!
Пока Элизабет с немощной Лорен спускалась по лестнице, в двери дома зашли парамедики с носилками. Приняв девушку, они быстро унесли её в карету "скорой помощи", даже не заметив сидящего в полумраке старика. Его заметила Элизабет. Она встала, как вкопанная, посреди холла, испепеляя взглядом едва видимый силуэт.
— Уверена, ты сейчас растянул своё дряхлое поганое лицо в улыбке, старый мудак…
Кресло скрипнуло, блеснул набалдашник трости. Фредерик встал и сделал несколько шагов в направлении Вульф. На лестнице появились Эрни и Дэйв. Они торопливо спустились и пересекли холл. В распахнутой двери, из которой лился ослепляющий дневной свет, как ангелы, их ждали парамедики.
— Раненых больше нет? — прозвучал вопрос одного из них.
— Нет, — ответил Эрни. — Заберите нас отсюда побыстрее!
Хлопнули створки кузова, зашумел мотор, зашуршали колёса. Скорая уехала. Тишина заполнила холл.
Элизабет стояла на прежнем месте и по-прежнему с ненавистью смотрела на Гамбера. Теперь она отлично видела его. Моложавое лицо с грозными морщинами между бровей, смоляные усы и бородка, как у восточного шейха, волосы без следа седины и причёска настолько идеальная, что сам дьявол пожалел бы её испортить.
— Холёный напыщенный бурдюк… — выплюнула Элизабет.
Гамбер улыбнулся.
— Злишься… Ты не только провалила задание, но ещё и не сберегла своих маленьких ублюдков.
— Если бы не ты, всё было бы хорошо.
Гамбер хмыкнул.
— Что же я такого сделал?
— Не знаю, что ты организовывал в подвале днями напролёт до того, как запустить своих подопытных.
— Ну, раз не знаешь…
— Ты пробудил демона с какой-то целью… — сощурилась женщина.
— Сделал тебе одолжение. Чтобы с моей подачки ты добилась хоть чего-то в жизни.
Вульф подняла брови и вдруг ухмыльнулась.
— А-а-а! Так ты всё ещё не можешь забыть тот слу-у-учай! Аха!
Гамбер стал чернее тучи. Вульф не останавливалась, нащупав уязвлённое место:
— Господи! Я догадывалась, что знатно тебя задела тогда. Но чтобы после тридцати лет ты всё ещё был на меня зол… Вот это невероятно!
Она чуть было не рассмеялась, даже хлопнула в ладоши. Гамбер с грозным видом двинулся на неё, как танк на врага. Вульф расправила плечи и вскинула острый подбородок, с достоинством принимая бой.
— Ты не задела меня тогда, — грубым голосом, от которого по холлу раскатилось громкое эхо, проговорил старик, — ты уничтожила себя как профессионала, наступила на горло собственной карьере, потопила своё будущее!
— Зато я не подчинилась тебе! — воскликнула Вульф, тряхнув кудрявой головой.
— Разве?
Гамбер схватил её за плечи и потолкал спиной к лестнице. Как только она упёрлась в перила поясницей, он налёг на неё грудью, заставив прогнуться. Их лица, искривлённые ненавистью, были в сантиметре друг от друга. Вульф чувствовала элитный парфюм, смешанный со старческим запахом, а Гамбер чувствовал пот старой женщины.
— Забыла, как стояла передо мной на коленях, голая, в кожаном бандаже? — процедил старик сквозь зубы, бегая глазами по морщинистому, но всё ещё привлекательному лицу Вульф. Он отстранился, положил ей руку на голову и властно надавил, чтобы заставить присесть. Когда лицо Элизабет оказалось возле его ширинки, он с ненавистью продолжил: — Надо бы и сейчас засунуть в тебя набалдашник моей трости!
Вульф с презрением смотрела на него снизу. Склеры её глаз поблёскивали сквозь рассыпавшиеся по лицу пряди.
— Ты стар для всего остального, — сказала она. — Золотые нити в скулах и крашеные волосики не сделают тебя по-настоящему молодым. Твоё время ушло. Роуз не посмотрит на твой мягкий стручок с вожделением.
— Не говори с такой уверенностью, Лиз, когда твой рот сейчас ближе к моему члену, чем к известности, о которой ты грезишь.
Гамбер намотал её непослушные жёсткие волосы на кулак и дёрнул голову назад. Вульф поморщилась, а следом ухмыльнулась.
— Неужели ты до сих пор не оставил глупую идею завоевать мир?
— У меня грандиозные планы, старушка! Скоро ты вспомнишь, что такое настоящее доминирование!
Роуз стояла в кромешной темноте и только взволнованно дышала. Пистолет она прижала к груди двумя руками, словно он мог защитить от страха.
— Мэтт! — выкрикнула она и вздрогнула от громкости собственного голоса и эха, которое он породил.
Напарник не откликнулся. Он словно исчез где-то в потолке, бросив её на съедение ужаса.
— Мэттью, пожалуйста!
Роуз плохо переносила темноту, её мгновенно одолевала паника, фантазия начинала рисовать монстров, то, как они окружают её. Сейчас фантазии могли оказаться правдой.
— Пожа-а-алуйста! Мэтт! Отзовись! — умоляла она.
— Я смогу его заменить? — прозвучал смутно знакомый голос.
Тот, кто это произнёс, стоял далеко, но слова по странным причинам звучали близко к девушке. Она отступила и спросила:
— Дэйв?
От этого глупого и совершенно нелогичного предположения некто приглушённо рассмеялся.
— Нет, это не Дэйв. Это Дэннис.
Свет как по волшебству зажёгся. Возле решётки, заграждающей большие вентиляторы, Роуз увидела напарника, стоявшего с опущенной головой и руками, неподвижного и странного. Она ринулась к нему, но через несколько шагов остановилась.
— С тобой всё хорошо? — спросила, подозревая неладное. — С тобой ничего не случилось в подвале?
— Нет. У меня всё отлично. Голова перестала болеть, я уже не тот, что был раньше, — своим, но непривычно уравновешенным голосом ответил парень.
Роуз постаралась прочувствовать его, как уже делала. Но не смогла. Не было абсолютно никаких исходящих мыслей и чувств, хотя раньше они хлестали ошеломляющим потоком. Перед ней словно стоял не Дэннис. Она опустила руку с пистолетом и мысленно собралась.
— Дэйв просил о помощи из дыры в стене, куда уходит конвейер. А Мэттью исчез в трубе, вон той, — она указала вверх. — Мне нужна помощь…
— Хорошо, — ответил Дэннис, всё ещё стоя неподвижно, не поднимая головы. Шевельнулись только его губы.
Подождав немного, Роуз, не теряя напарника из виду, боком пошла к конвейеру.
— Оттуда доносился голос. Я думаю, Дэйв упал в дыру. Или кто-то его туда сбросил…
Краем глаза она заметила, что Дэннис стал чуть ближе. Показалось, он просто переместился. Это подозрение пустило по телу холодную волну, но Роуз постаралась не выглядеть напуганной.
— Нужно что-то придумать, чтобы хоть проверить, что там. Действительно ли там Дэйв или это…
— …проделки демона, — закончил фразу Дэннис и улыбнулся.
Она кивнула, шагнула ещё чуть ближе к дыре и совершила роковую ошибку — повернулась к Дэннису спиной. В тишине не раздались его шаги, но он определённо приблизился. Роуз зажмурилась так сильно, что на веках изнутри разошлись белые круги.
— Ты случайно не встречал девушку-студентку в подвале, — снова заговорила она, держа голос под контролем.
— Нет.
Очередная пауза прибавила напряжённости. Роуз чувствовала, насколько сильно вспотели её ладони, пистолет, казалось, мог просто выскользнуть. Она не знала, что делать, и просто мысленно взывала к Мэттью, чтобы тот появился.
— Может, принесёшь лестницу, — она оборвала невыносимо гнетущее молчание, — и спустишься туда проверить?
Дэннис приблизился почти вплотную.
— А ты боишься сама туда лезть?
Роуз почувствовала в его голосе улыбку, а точнее — усмешку. Её рука срослась с пистолетом, готовая вскинуть его и направить на напарника.
— Страх темноты — один из самых распространённых страхов, — продолжил Дэннис размеренным тоном. — Ещё люди боятся насилия. В основном, это женский страх. Боязнь быть изнасилованной…
Он приблизился ещё, надавив своим телом на спину Роуз. Она, не раздумывая, бросилась бы бежать, если бы не стена впереди и конвейер с боку. Словно перехватив её мысли, Дэннис вытянул руку и упёрся в стену.
— Я знаю, Роуз, — губы почти коснулись её уха, и шёпот полился внутрь, парализовав, — изнасилование не самое страшное для тебя, этот страх ты уже переборола в прошлом. — Дыхание Дэнниса переползло на шею, ближе к плечу. — Также, ты не боишься смерти. Она для тебя — доступный в любой момент выход. Единственный…
Роуз колотило изнутри от тягучего страха. Пистолет задрожал, стал живым, обретя собственное желание оборвать речь Дэнниса.
— Ты боишься пустоты, — продолжил он, понимая, что терпение её на пределе, — пустоты жизни, пустоты в себе...
Роуз развернулась и уткнула дуло ему в грудь. Дэннис опустил руку и отступил, по-прежнему не поднимая головы. Роуз обеими руками сжала пистолет, трясясь в беззвучной истерике, обуявшей её. Парень, наконец, поднял глаза. Они потеряли сходство с человеческими и светились так ярко, что освещали лицо.
— Боже… — шепнула Роуз на выдохе.
— Где? — парень с ухмылкой огляделся. — Не шути так!
— В тебя вселился демон…
— Не совсем верно, — он поднял указательный палец и качнул головой, — в меня не может вселиться демон.
Он так открыто улыбнулся, так не похоже на себя настоящего, что Роуз опешила.
— Ты умер? — задала неожиданный вопрос.
Дэннис повёл глазами в сторону, и это выглядело пугающе неестественно.
— Нет, это не смерть. Это… даже большая, чем была, жизнь! Я бы хотел, чтобы такое состояние стало постоянным.
— Я ничего не понимаю, — еле пробормотала Роуз.
— Ну, детка, — парень раскинул руки и опустил голову, отчего улыбка стала дьявольской. — Что тут непонятного! У меня пропали боли, я чувствую себя пре-вос-ход-но и могу предложить тебе умопомрачительный незабываемый секс!
— Что? — заморгала Роуз.
— Секс. Секс, детка! Помнишь, что это?
Дэннис рассмеялся, опустил руки и с пристальным взглядом двинулся на неё.
— Не подходи!
— Почему?
— Я выстрелю!
— Зачем?
Роуз поползла вдоль стены, подальше от конвейера, от одержимого напарника. Руки дрожали от волнения и немели от тяжести пистолета.
— Мэттью! — истошно заорала она. — Отзовись! Пожалуйста!
— Роуз! — гулко прозвучало с потолка. — Что у тебя происходит?
— Мэтт! Мэтт, спускайся! Тут Дэннис! Он…
— Стреляй, Роуз, — донеслось громче и чётче, — не раздумывая!
Роуз захлебнулась дыханием.
— Мэтт… Спускайся… Прошу…
Дэннис задрал голову к потолку.
— Что он там делал? — спросил спокойно, деловито сложив руки на груди.
Свет замигал. Роуз запаниковала. Заслышался нарастающий звук запускающегося оборудования. В корпусе мясорубки что-то тяжело загудело, конвейерная лента с громким щелчком дрогнула и медленно поползла. Дэннис поднял брови и окинул всё это взглядом.
— Не надо, Дэннис! — крикнула Роуз, решив, что это его проделки.
Конвейерная лента ускорилась. Она ползла не как следовало, в направлении дыры, а из неё. Размазанная кровь стала гуще, а потом лента вывезла красную неопределённую массу, когда-то бывшую человеком. Пропитанная кровью ткань разорванной одежды обматывала части трупа, которые невозможно было опознать. Роуз, задержав дыхание, следила за двигающимися останками, забыв обо всём, что происходит вокруг. В ушах у неё загудела кровь, но скоро она поняла, что это её собственный низкий от ужаса стон. Когда останки Дэйва или кого-то другого подползли к кожуху мясорубки, он зацепился за пласт мяса и перевернул его. Роуз распознала нос, раскрытые потемневшие губы и две чёрные щели. Это было лицо. Не круглая голова, а плоское лицо, содранное с черепа вместе с мышцами и ставшее теперь отдельной частью. Лицо прогнуло кожух и задержалось на нём. В эти секунды пустые глазные щели растянулись, губы шевельнулись, и Роуз явно услышала: "Помоги". Она завизжала и закрылась руками. Сверху вдруг громыхнуло железо, раздался выкрик:
— Я здесь!
Роуз вскинула обезумевший взгляд. Из люка торчала голова Мэттью. Лицо его было испачкано копотью или грязью, белели только вытаращенные глаза.
— Мэтт! Мэтт!!! — заорала Роуз.
Она словно только что заметила стоящего напротив Дэнниса и резко замолчала.
— Все в сборе, — сказал тот. — Ну, почти… — указал кивком на кровавый конвейер.
Роуз снова наставила на него пистолет, просто потому, что не знала, что ещё делать. Дэннис до одури пугал её, но она не чувствовала, что обладает достаточной смелостью, чтобы выстрелить. Она надеялась на Мэттью.
— Спускайся, Мэтт, мне нужна помощь, пожалуйста! Дэннис одержим!
— Если он двинется — стреляй!
Слова Мэттью были едва слышны сквозь грохот и визг старых механизмов, скрип проворачивающихся валов и лязг работающих вхолостую ножей где-то внутри корпуса мясорубки. Дэннис потёр пальцем висок, моргнул, отчего красный свет на секунду погас, потом посмотрел на девушку. Он сделал к ней шаг, ещё один, неторопливо, запугивая.
— Тело принадлежит Дэннису. Убьёшь его?
— Роуз, стреляй! Не жди! — требовал Мэттью.
Он поплёлся по коридору, опираясь на стены. Нити энергий вели куда-то, он надеялся, что к выходу.
Кровь с затылка текла за шиворот, и это было жутко неприятно. Мысли расплавленным железом бултыхались в мозгу, распаляя его, тревожа и причиняя боль. Дэннис морщился и стонал, но не мог прогнать образ мёртвого мальчика.
— Сколько призраков в подвале? Почему они всё ещё здесь и не уходят? Ещё этот голос Роуз! Чёрт побери! Замолчи ты уже! — Дэннис сжал кулаки и зажмурился.
Ему пришлось остановиться. Перед глазами всё расплылось и завертелось. Ноги подкосились, он упал к стене и обессилено опустил голову. Глаза его засветились, а свет источаемой энергии поменялся на ярко- красный.
***
Вульф отыскала одежду — майку и джинсы — и не без труда натянула на полусознательную Лорен, лежащую пластом на голубиных крыльях. Эрни возился с Дэйвом, по её приказу натягивая на него штаны.
— Надо привести их в чувства. Тащить не осилю, — сказала женщина, похлопывая Лорен по кровавым щекам. — Вызову "скорую".
Эрни с застывшей гримасой отвращения возился с грузным телом товарища, стараясь не смотреть на его гениталии. Он не особо бережно похлестал Дэйва по щекам, матерясь и причитая. Тот морщился от боли, но никак не хотел до конца приходить в сознание и открывать глаза. Лорен же почти очнулась. Вульф наполовину приподняла её и спросила:
— Ты в норме?
Девушка, словно отходя от наркоза, то улыбалась, то корчилась, норовя снова улечься на пол. Но цепкие сильные руки Элизабет этого не позволяли. Лорен бормотала что-то бессмысленное, вяло жестикулируя. Вульф всё-таки удалось поднять её на ноги. Она перекинула её руку себе за шею и поволокла в коридор, попутно набирая "911".
— Давай уже, наконец! — нервозно поторопила она Эрни.
Тот изнемогал. Пот лился градом — холодный пот былого ужаса. Дэйв ворочался, стонал, но никак не хотел приходить в себя. Эрни проклинал его. Ему хотелось бросить толстяка и убежать из этой комнаты, из этого дома, даже из этого города. От былой бравады не осталось и следа, он превратился в мальчишку, не способного справиться с навалившимся грузом ответственности.
Заслышались сирены приближающейся "скорой". Эрни, желая побыстрее убраться из комнаты, в очередной раз смачно вмазал Дэйву по лицу. Тот открыл глаза и скорчился в беззвучном крике.
— Сука, вставай! Пошли! Пошли!
Дэйв с горем пополам поднялся. Крови на нём было немного, ран видно не было, поэтому Эрни схватил его под руку и грубо потолкал на выход. Напоследок он взглянул на разбитый приёмник. Тот молчал, но пугал даже своим видом.
— Будь ты проклят! — прошипел Эрни со всей ненавистью. — Будь всё здесь проклято!
Пока Элизабет с немощной Лорен спускалась по лестнице, в двери дома зашли парамедики с носилками. Приняв девушку, они быстро унесли её в карету "скорой помощи", даже не заметив сидящего в полумраке старика. Его заметила Элизабет. Она встала, как вкопанная, посреди холла, испепеляя взглядом едва видимый силуэт.
— Уверена, ты сейчас растянул своё дряхлое поганое лицо в улыбке, старый мудак…
Кресло скрипнуло, блеснул набалдашник трости. Фредерик встал и сделал несколько шагов в направлении Вульф. На лестнице появились Эрни и Дэйв. Они торопливо спустились и пересекли холл. В распахнутой двери, из которой лился ослепляющий дневной свет, как ангелы, их ждали парамедики.
— Раненых больше нет? — прозвучал вопрос одного из них.
— Нет, — ответил Эрни. — Заберите нас отсюда побыстрее!
Хлопнули створки кузова, зашумел мотор, зашуршали колёса. Скорая уехала. Тишина заполнила холл.
Элизабет стояла на прежнем месте и по-прежнему с ненавистью смотрела на Гамбера. Теперь она отлично видела его. Моложавое лицо с грозными морщинами между бровей, смоляные усы и бородка, как у восточного шейха, волосы без следа седины и причёска настолько идеальная, что сам дьявол пожалел бы её испортить.
— Холёный напыщенный бурдюк… — выплюнула Элизабет.
Гамбер улыбнулся.
— Злишься… Ты не только провалила задание, но ещё и не сберегла своих маленьких ублюдков.
— Если бы не ты, всё было бы хорошо.
Гамбер хмыкнул.
— Что же я такого сделал?
— Не знаю, что ты организовывал в подвале днями напролёт до того, как запустить своих подопытных.
— Ну, раз не знаешь…
— Ты пробудил демона с какой-то целью… — сощурилась женщина.
— Сделал тебе одолжение. Чтобы с моей подачки ты добилась хоть чего-то в жизни.
Вульф подняла брови и вдруг ухмыльнулась.
— А-а-а! Так ты всё ещё не можешь забыть тот слу-у-учай! Аха!
Гамбер стал чернее тучи. Вульф не останавливалась, нащупав уязвлённое место:
— Господи! Я догадывалась, что знатно тебя задела тогда. Но чтобы после тридцати лет ты всё ещё был на меня зол… Вот это невероятно!
Она чуть было не рассмеялась, даже хлопнула в ладоши. Гамбер с грозным видом двинулся на неё, как танк на врага. Вульф расправила плечи и вскинула острый подбородок, с достоинством принимая бой.
— Ты не задела меня тогда, — грубым голосом, от которого по холлу раскатилось громкое эхо, проговорил старик, — ты уничтожила себя как профессионала, наступила на горло собственной карьере, потопила своё будущее!
— Зато я не подчинилась тебе! — воскликнула Вульф, тряхнув кудрявой головой.
— Разве?
Гамбер схватил её за плечи и потолкал спиной к лестнице. Как только она упёрлась в перила поясницей, он налёг на неё грудью, заставив прогнуться. Их лица, искривлённые ненавистью, были в сантиметре друг от друга. Вульф чувствовала элитный парфюм, смешанный со старческим запахом, а Гамбер чувствовал пот старой женщины.
— Забыла, как стояла передо мной на коленях, голая, в кожаном бандаже? — процедил старик сквозь зубы, бегая глазами по морщинистому, но всё ещё привлекательному лицу Вульф. Он отстранился, положил ей руку на голову и властно надавил, чтобы заставить присесть. Когда лицо Элизабет оказалось возле его ширинки, он с ненавистью продолжил: — Надо бы и сейчас засунуть в тебя набалдашник моей трости!
Вульф с презрением смотрела на него снизу. Склеры её глаз поблёскивали сквозь рассыпавшиеся по лицу пряди.
— Ты стар для всего остального, — сказала она. — Золотые нити в скулах и крашеные волосики не сделают тебя по-настоящему молодым. Твоё время ушло. Роуз не посмотрит на твой мягкий стручок с вожделением.
— Не говори с такой уверенностью, Лиз, когда твой рот сейчас ближе к моему члену, чем к известности, о которой ты грезишь.
Гамбер намотал её непослушные жёсткие волосы на кулак и дёрнул голову назад. Вульф поморщилась, а следом ухмыльнулась.
— Неужели ты до сих пор не оставил глупую идею завоевать мир?
— У меня грандиозные планы, старушка! Скоро ты вспомнишь, что такое настоящее доминирование!
***
Роуз стояла в кромешной темноте и только взволнованно дышала. Пистолет она прижала к груди двумя руками, словно он мог защитить от страха.
— Мэтт! — выкрикнула она и вздрогнула от громкости собственного голоса и эха, которое он породил.
Напарник не откликнулся. Он словно исчез где-то в потолке, бросив её на съедение ужаса.
— Мэттью, пожалуйста!
Роуз плохо переносила темноту, её мгновенно одолевала паника, фантазия начинала рисовать монстров, то, как они окружают её. Сейчас фантазии могли оказаться правдой.
— Пожа-а-алуйста! Мэтт! Отзовись! — умоляла она.
— Я смогу его заменить? — прозвучал смутно знакомый голос.
Тот, кто это произнёс, стоял далеко, но слова по странным причинам звучали близко к девушке. Она отступила и спросила:
— Дэйв?
От этого глупого и совершенно нелогичного предположения некто приглушённо рассмеялся.
— Нет, это не Дэйв. Это Дэннис.
Свет как по волшебству зажёгся. Возле решётки, заграждающей большие вентиляторы, Роуз увидела напарника, стоявшего с опущенной головой и руками, неподвижного и странного. Она ринулась к нему, но через несколько шагов остановилась.
— С тобой всё хорошо? — спросила, подозревая неладное. — С тобой ничего не случилось в подвале?
— Нет. У меня всё отлично. Голова перестала болеть, я уже не тот, что был раньше, — своим, но непривычно уравновешенным голосом ответил парень.
Роуз постаралась прочувствовать его, как уже делала. Но не смогла. Не было абсолютно никаких исходящих мыслей и чувств, хотя раньше они хлестали ошеломляющим потоком. Перед ней словно стоял не Дэннис. Она опустила руку с пистолетом и мысленно собралась.
— Дэйв просил о помощи из дыры в стене, куда уходит конвейер. А Мэттью исчез в трубе, вон той, — она указала вверх. — Мне нужна помощь…
— Хорошо, — ответил Дэннис, всё ещё стоя неподвижно, не поднимая головы. Шевельнулись только его губы.
Подождав немного, Роуз, не теряя напарника из виду, боком пошла к конвейеру.
— Оттуда доносился голос. Я думаю, Дэйв упал в дыру. Или кто-то его туда сбросил…
Краем глаза она заметила, что Дэннис стал чуть ближе. Показалось, он просто переместился. Это подозрение пустило по телу холодную волну, но Роуз постаралась не выглядеть напуганной.
— Нужно что-то придумать, чтобы хоть проверить, что там. Действительно ли там Дэйв или это…
— …проделки демона, — закончил фразу Дэннис и улыбнулся.
Она кивнула, шагнула ещё чуть ближе к дыре и совершила роковую ошибку — повернулась к Дэннису спиной. В тишине не раздались его шаги, но он определённо приблизился. Роуз зажмурилась так сильно, что на веках изнутри разошлись белые круги.
— Ты случайно не встречал девушку-студентку в подвале, — снова заговорила она, держа голос под контролем.
— Нет.
Очередная пауза прибавила напряжённости. Роуз чувствовала, насколько сильно вспотели её ладони, пистолет, казалось, мог просто выскользнуть. Она не знала, что делать, и просто мысленно взывала к Мэттью, чтобы тот появился.
— Может, принесёшь лестницу, — она оборвала невыносимо гнетущее молчание, — и спустишься туда проверить?
Дэннис приблизился почти вплотную.
— А ты боишься сама туда лезть?
Роуз почувствовала в его голосе улыбку, а точнее — усмешку. Её рука срослась с пистолетом, готовая вскинуть его и направить на напарника.
— Страх темноты — один из самых распространённых страхов, — продолжил Дэннис размеренным тоном. — Ещё люди боятся насилия. В основном, это женский страх. Боязнь быть изнасилованной…
Он приблизился ещё, надавив своим телом на спину Роуз. Она, не раздумывая, бросилась бы бежать, если бы не стена впереди и конвейер с боку. Словно перехватив её мысли, Дэннис вытянул руку и упёрся в стену.
— Я знаю, Роуз, — губы почти коснулись её уха, и шёпот полился внутрь, парализовав, — изнасилование не самое страшное для тебя, этот страх ты уже переборола в прошлом. — Дыхание Дэнниса переползло на шею, ближе к плечу. — Также, ты не боишься смерти. Она для тебя — доступный в любой момент выход. Единственный…
Роуз колотило изнутри от тягучего страха. Пистолет задрожал, стал живым, обретя собственное желание оборвать речь Дэнниса.
— Ты боишься пустоты, — продолжил он, понимая, что терпение её на пределе, — пустоты жизни, пустоты в себе...
Роуз развернулась и уткнула дуло ему в грудь. Дэннис опустил руку и отступил, по-прежнему не поднимая головы. Роуз обеими руками сжала пистолет, трясясь в беззвучной истерике, обуявшей её. Парень, наконец, поднял глаза. Они потеряли сходство с человеческими и светились так ярко, что освещали лицо.
— Боже… — шепнула Роуз на выдохе.
— Где? — парень с ухмылкой огляделся. — Не шути так!
— В тебя вселился демон…
— Не совсем верно, — он поднял указательный палец и качнул головой, — в меня не может вселиться демон.
Он так открыто улыбнулся, так не похоже на себя настоящего, что Роуз опешила.
— Ты умер? — задала неожиданный вопрос.
Дэннис повёл глазами в сторону, и это выглядело пугающе неестественно.
— Нет, это не смерть. Это… даже большая, чем была, жизнь! Я бы хотел, чтобы такое состояние стало постоянным.
— Я ничего не понимаю, — еле пробормотала Роуз.
— Ну, детка, — парень раскинул руки и опустил голову, отчего улыбка стала дьявольской. — Что тут непонятного! У меня пропали боли, я чувствую себя пре-вос-ход-но и могу предложить тебе умопомрачительный незабываемый секс!
— Что? — заморгала Роуз.
— Секс. Секс, детка! Помнишь, что это?
Дэннис рассмеялся, опустил руки и с пристальным взглядом двинулся на неё.
— Не подходи!
— Почему?
— Я выстрелю!
— Зачем?
Роуз поползла вдоль стены, подальше от конвейера, от одержимого напарника. Руки дрожали от волнения и немели от тяжести пистолета.
— Мэттью! — истошно заорала она. — Отзовись! Пожалуйста!
— Роуз! — гулко прозвучало с потолка. — Что у тебя происходит?
— Мэтт! Мэтт, спускайся! Тут Дэннис! Он…
— Стреляй, Роуз, — донеслось громче и чётче, — не раздумывая!
Роуз захлебнулась дыханием.
— Мэтт… Спускайся… Прошу…
Дэннис задрал голову к потолку.
— Что он там делал? — спросил спокойно, деловито сложив руки на груди.
Свет замигал. Роуз запаниковала. Заслышался нарастающий звук запускающегося оборудования. В корпусе мясорубки что-то тяжело загудело, конвейерная лента с громким щелчком дрогнула и медленно поползла. Дэннис поднял брови и окинул всё это взглядом.
— Не надо, Дэннис! — крикнула Роуз, решив, что это его проделки.
Конвейерная лента ускорилась. Она ползла не как следовало, в направлении дыры, а из неё. Размазанная кровь стала гуще, а потом лента вывезла красную неопределённую массу, когда-то бывшую человеком. Пропитанная кровью ткань разорванной одежды обматывала части трупа, которые невозможно было опознать. Роуз, задержав дыхание, следила за двигающимися останками, забыв обо всём, что происходит вокруг. В ушах у неё загудела кровь, но скоро она поняла, что это её собственный низкий от ужаса стон. Когда останки Дэйва или кого-то другого подползли к кожуху мясорубки, он зацепился за пласт мяса и перевернул его. Роуз распознала нос, раскрытые потемневшие губы и две чёрные щели. Это было лицо. Не круглая голова, а плоское лицо, содранное с черепа вместе с мышцами и ставшее теперь отдельной частью. Лицо прогнуло кожух и задержалось на нём. В эти секунды пустые глазные щели растянулись, губы шевельнулись, и Роуз явно услышала: "Помоги". Она завизжала и закрылась руками. Сверху вдруг громыхнуло железо, раздался выкрик:
— Я здесь!
Роуз вскинула обезумевший взгляд. Из люка торчала голова Мэттью. Лицо его было испачкано копотью или грязью, белели только вытаращенные глаза.
— Мэтт! Мэтт!!! — заорала Роуз.
Она словно только что заметила стоящего напротив Дэнниса и резко замолчала.
— Все в сборе, — сказал тот. — Ну, почти… — указал кивком на кровавый конвейер.
Роуз снова наставила на него пистолет, просто потому, что не знала, что ещё делать. Дэннис до одури пугал её, но она не чувствовала, что обладает достаточной смелостью, чтобы выстрелить. Она надеялась на Мэттью.
— Спускайся, Мэтт, мне нужна помощь, пожалуйста! Дэннис одержим!
— Если он двинется — стреляй!
Слова Мэттью были едва слышны сквозь грохот и визг старых механизмов, скрип проворачивающихся валов и лязг работающих вхолостую ножей где-то внутри корпуса мясорубки. Дэннис потёр пальцем висок, моргнул, отчего красный свет на секунду погас, потом посмотрел на девушку. Он сделал к ней шаг, ещё один, неторопливо, запугивая.
— Тело принадлежит Дэннису. Убьёшь его?
— Роуз, стреляй! Не жди! — требовал Мэттью.
