Попробовав вкуснятину из чудесного пакета, привезенного Тимуром и его друзьями, я сбегала до кафе, оформила заказ на завтрашнее утро и, наконец, улеглась в ванной.
Уснула, как и хотела, едва коснувшись подушки.
Запихнул в себя половину армейского завтрака, половину отдал Олегу. После построения рванул в увал. Жаль, что брателла не может пойти со мной. По дороге прикупил цветов – Тине будет приятно, она любит белые розы. Я всегда считал их банальными и даже безвкусными, но моя девочка никогда не отличалась хорошим вкусом, если судить по ее боевому раскрасу и супер мини хищных цветов. Ничего, со временем я смогу ненавязчиво изменить это в ней. Сейчас это не важно. Я едва смог уснуть из-за стояка, представляя ее. Не мог избавиться от ее запаха на своем воротничке и ощущения ее кожи на языке. Круто, что она приехала. Жаль, конечно, что не послушала меня и не осталась в Москве, но это не беда. Сессию же она сдала. Имеет право на каникулы. И это просто шикарно, что она решила провести их со мной. Думаю, мне удастся уговорить ее вернуться на учебу в сентябре.
Черт, какая же она красивая! Как дрожало ее тело, когда я притянул к себе ее бедра. Как крепко она обвила меня ногами и как жадно целовала. Как мило покраснела, когда я сказал, что не слезу с нее. Это правда, я не собираюсь отпускать ее из-под себя ни на минуту.
Открываю дверь ключом Олега, свой отдал ей. В квартире тишина. Слава Богу яичницей не пахнет, а то пришлось бы есть ее варево, а это никогда не доставляло мне удовольствия, с плитой Тина не дружит. Тихо прохожу в свою комнату. Она спит. Такая маленькая. Из-за жары скинула с себя одеяло. На ней только стринги (ненавижу их!) и больше ничего. Она валяется на животе, раздвинув ноги, раскинув руки. Блестящие черные волосы волнистым беспорядком раскинулись по подушке и спине, достают до бедер, а одна прядь спала с кровати и змейкой свернулась на полу. Никогда не понимал, как она с ними управляется. Но они, определенно мой второй фетиш после ее глаз. Щекой уперлась в подушку, я вижу только половину ее лица, рот слегка приоткрыт и это заставляет мой член затвердеть. Короткие пряди волос у лица завились в смешные тнкие локоны и непослушно торчат в разные стороны, это придает ее лицу какое-то хулиганское, и в то же время кукольное выражение.
Аккуратно кладу букет в свободный угол кровати и прикрываю дверь. Мне нужен душ.
Слышу, как открывается дверь, одергивается занавеска.
Тина стоит передо мной. Белое подобие трусов оттеняет оливковую кожу. Рассматриваю ее тело. В ней ничего не изменилось за эти несколько месяцев, которые я не видел ее обнаженной, такая же тоненькая талия, девичья грудь с острыми розовыми сосками, стройные ножки. Я хочу, чтобы она повернулась спиной, я хочу видеть ее зад. Я обожаю ее бедра. Я хочу сжать их так сильно, чтобы оставить синяки от своих рук. Это вообще нормально? Спокойно, я просто возбужден. Я не должен причинять ей боль. Она кажется такой хрупкой. На ее щеках проступает румянец. Удивительно, после всего, что было между нами, она еще стесняется.
Девочка привычным движением закидывает руки и завязывает волосы в узел, снимает стринги и хочет залезть в ванную.
- Умойся, - задвигаю занавеску в ванной, отделяя Тину от себя.
Я не хочу трахать ее в ванной. Я хочу видеть ее тело, распластавшимся по кровати, хочу гладить его, хочу прикоснуться губами к ее груди, запустить руки в ее волосы, провести языком по линии ее шеи и оставить засос на нежной коже.
Стою под теплыми струями воды, пытаясь прийти в себя, с нажимом тру лицо. То, что происходит сейчас внутри меня мне не знакомо. Я чувствую раздражение, и, кажется, еще ожесточение. Мне стоит начинать бояться себя? Закручиваю кран горячей воды, и ледяные струи заставляют меня поежиться. Я должен успокоиться. Почему я так возбужден? Я хожу в увал раз в две недели. Последний раз был пять дней назад, и я снял телку в ресторанчике, где ужинал. Меня что, совесть мучает? Типа, я Тине изменил?
Ну да, получается, изменил… Секс – мое слабое место… Нет, мое слабое место Тина, и это меня бесит. Когда ее долго нет рядом, я перестаю себя контролировать. Она часть моей жизни уже почти два года, стала ей сразу, как только я увидел ее на лестничной площадке в школьном общежитии. Я привык, что она рядом, я хочу, чтобы она была рядом всегда. Мне даже не обязательно ее видеть постоянно, я просто должен быть уверен в том, что когда я захочу увидеть ее или прикоснуться к ней, она будет рядом для того, чтобы я смог сделать это. Эгоистично? Конечно. Но мы же все люди – эгоисты, разве не так? И если есть возможность держать ее при себе, то почему бы этого не сделать? Будь она рядом в увал на той неделе, у меня не возникла бы потребность в той телке, ведь когда Тина при мне, я не хочу никого другого. Да и ту телку я не хотел, хотя она была очень даже ничего, но мне нужен был секс, как простая механическая разрядка. Я не целовал ту деваху, как вообще ее звали?... Таня? Да плевать. Я не наслаждался ее телом, хотя там было на что посмотреть, я тупо вдалбливался в нее членом, и отправил восвояси сразу, как кончил. Я даже не думал о том, получила ли она кайф. Какая разница кончила она или нет? Мне интересен только оргазм Орловской. Блин, надо проверить, поменяла ли домработница постельное белье с прошлого раза, не хочу, чтобы Тина спала на нем.
- Юр, - ее голос выводит меня из мысленного транса, и я чувствую дрожь своего замороженного тела, - все в порядке?
- Да, - быстро выкручиваю кран с горячей водой, теперь надо согреться, - иди в спальню, я сейчас.
Дверной звонок, это еще кто?
- Ты ждешь кого-то?
- Нет, - мне кажется, что она улыбается, - я заказала мясо из кафешки внизу, - я знала, что ты не станешь есть мою яичницу.
Смешная. Знает свои минусы.
- Я открою.
Уходит.
Пакеты с готовой едой оставляет на кухонном столе.
Нахожу ее лежащей на кровати. Она хочет встать, когда я захожу в комнату. Но я останавливаю: «Лежи». Улыбается и облизывает губы. Но ничего не может возбудить меня сильнее, чем я уже возбужден. Почему я так реагирую на нее?
Вытираю голову полотенцем и сажусь рядом с ней на кровать. Она тянется ртом к члену. «Нет, иди ко мне», - притягиваю ее к себе, хочу ее губы. Глажу их большим пальцем, отгибаю нижнюю, блуждаю глазами по ее лицу. Мне нравится линия ее скул и пухловатые щечки, маленький носик, тяну ее к себе за подбородок и целую его, потом перехожу к губам. Она открывается навстречу мне, и я чувствую ее язык, провожу своим по ее небу, втягиваю в себя ее губу, снова ее язык. Она выдыхает мне в рот и я притягиваю ее за бедра, укладываю на кровать и целую ее тело. Мне все сложнее контролировать себя, и я больше не хочу сдерживаться, поэтому раздвигаю ее ноги и вхожу. Она вздыхает и выгибается. Кажется, я сделал это слишком резко.
- Нормально? – я должен спросить, я не хочу причинять ей боль.
Кукольная головка кивает и закрывает глаза.
- Смотри на меня, - мой голос слегка хрипит, я провожу рукой по ее животику, он напрягается - не закрывай глаза.
- Мне так хорошо, - она не может врать, она не умеет врать, тем более смотря мне в глаза, - не останавливайся, - голос тихий, на лице играет игривая улыбка, - я сырая со вчерашнего дня.
- А до этого? – двигаюсь в ней, глажу ее тело, провожу руками по талии и останавливаюсь на груди, интересно, она еще вырастет? – До этого сухая ходила?
- Я думала о тебе, когда сама… сама себя… рукой, как ты в школе… и, помнишь, ты купил мне подарок в наше первое лето, - затем она стонет.
Черт, мой разум туманится, когда я представляю, как она гладит свою промежность, как проталкивает в себя фиолетовый резиновый фаллос, и я начинаю двигаться в ней резче. Я даже немного ревную ее к ней же, это тело только мое, только я могу прикасаться к нему. Хочу сам дарить ей наслаждение и удовлетворение.
- Что ты делала?
- Ты знаешь…
- Нет, скажи мне.
Ее рука тянется ко рту, где она смачивает слюной пару пальцев, затем опускает ее к тому месту, где двигаюсь в ней я, и гладит себя, сжимаясь вокруг меня сильнее.
- Убери руку, - прошу я, стараясь замедлить движения, я не хочу кончать, я хочу трахать ее вечно, это не может закончиться быстро, она отрывает от себя руку и я накрываю большим пальцем место, которое она только что освободила от своих.
- Боже, - выкрикивает она, выгибается и обхватывает меня ногами, - Юра, это так хорошо, не останавливайся, - да я и не могу остановиться.
Нагибаюсь к ее лицу и провожу губами от ее подбородка до ушка: «Ты не будешь трахать себя сама, это мое тело, ты будешь кончать только при мне», - шепчу, наплевать, что веду себя как чертов собственник, можете считать меня извращенцем, хоть кем, если она хочет получать оргазмы, то пусть обращается ко мне. «Ты будешь кончать только подо мной. Все это» - стискиваю одной рукой ее бедро, она вскрикивает, веду рукой по телу и сжимаю легко ее горло, «мое, все твои оргазмы – мои», сжимаю ее грудь, прокручиваю сосок между двумя пальцами, она поворачивает лицо и вцепляется в мои губы.
- Я твоя, ты знаешь, просто я так скучала, - шепчет она, - ты ведь.., - не успевает договорить, глубоко вдыхает воздух, выгибает спину и сжимается вокруг моего члена, протяжно стонет, закрывая глаза.
- Смотри на меня, - я хочу видеть ее глаза, когда она на пике, это то, что мне нужно, это то, ради чего я живу именно сейчас.
Открывает. Зеленые глаза затуманены, фокусирует взгляд на мне «пожалуйста, не останавливайся, я вся твоя», - выдыхает она, подается вперед и… я чувствую, как ее зубы сжимаются у основания моей шеи… такого еще не было, рычу от ощущений, загоняю член в нее на всю длину, резко, сжимаю ее грудь, возможно до боли, почти опираюсь на нее, отрывая ее зубы от себя, она отталкивает одну мою руку и впивается зубами в то же место.
- Ты на таблетках? – не понимаю, как мой мозг выдал такой вопрос, я почти не способен думать, она мычит и от звука по шее идет вибрация. Я не понял, это положительный ответ? – Тина, - отрываю ее снова, за волосы, встречаюсь с ней глазами, - на таблетках?
- Даааа, - стонет она, но ее тело уже расслабилось, оргазм утихает, тело становится податливым, она двигается мне на встречу, - Юр, я хочу еще, - тянется рукой к своей промежности, я отталкиваю ее, от чего в ее глазах мелькает дикое выражение и я получаю пощечину обиженной рукой, - я хочу еще, - выдает она гортанный звук и я усмехаюсь, вынимаю член из ее тела.
- Будет тебе еще, хорошая, - смеюсь, моя дикость, с которой я пришел сюда утихает, остается только здоровое возбуждение. Целую ее, а потом переворачиваю на живот, ставлю на четвереньки, - я хочу твой зад с самой школы, - сжимаю ее бедра, потом провожу языком по позвоночнику, она стонет, выгибается, подставляясь под меня, но мне нужно ее согласие, мне важно, чтобы она тоже хотела этого.
- Юр, - боязливо говорит она, - не надо пока, пожалуйста, - такой нежный голос.
- Нет, так нет, я переживу, - я не задал бы вопрос, если ответ был мне не важен, целую ее шею, входя в нее снова, поглаживаю бедра. – Но, Тина, - обещаю я, - однажды я доберусь до этой твоей части.
Вот, что отличает Тину от других. Мне важно ее согласие. Деваху из ресторанчика я трахал, как хотел, я не спрашивал ее мнения.
Тина смеется, прерывая стоны, прижимается грудью к кровати, разводит ноги шире, все ее тело вибрирует: «Юр, жеще, я прошу».
- Мне нравится, когда ты просишь, милая, попроси еще раз, - говорю нежным голосом, мне нравится, когда она начинает умолять, мои движения мягкие, осторожные, ее довольно легко растравить.
- Юр, - она ластится по кровати, - я обожаю твой член, - ускоряю темп, чувствую, что скоро кончу, - пожалуйста, кончи в меня, - теперь сильнее вбиваюсь в нее, ее тело начинает трястись, - я так хочу почувствовать твою сперму внутри себя, - сжимает простынь кулачками и кричит, двигаясь мне навстречу, насаживаясь на меня и я кончаю в нее, делаю еще несколько движений и прижимаюсь к ее спине своей грудью.
- Я не мог уснуть полночи, представляя, как буду трахать тебя, - шепчу я ей на ушко и вынимаю из нее член.
Она падает на живот, под тяжестью моего тела и трясется в оргазме еще несколько секунд, глубоко дышит. Переворачиваю ее лицом к себе, смотрю на ее искаженное эмоцией лицо и кайфую. Хорошо, что я остановился тогда на лестнице и поздоровался с ней. Улыбаюсь и валюсь рядом. Глажу ее тело, она утихает.
- Это было круто, - говорю я обессилено.
- Не расслабляйся, душ, еда и повторим, - он лежит на спине, притянув меня к себе.
- Да ладно, тебя не хватит, - округляю глаза в удивлении.
- Детка, армия тренирует в мужчине выносливость, - говорит важно, но на лице ухмылка, а в глазах играют чертики.
- Мне стоит начинать бояться? – смеюсь я.
- О да! – смотрит хищно, ухмылка не сходит с его лица. – Скоро ты будешь просить меня остановиться. И, угадай, что?
- Что?
- Я не остановлюсь, хорошая.
И он действительно не останавливался. До восьми вечера: душ, еда, секс, душ, еда, секс…
Последний раз я просто лежала, а он пользовался моим телом по своему усмотрению, загибал как хотел, крутил, как ему надо. А я могла только кричать до хрипоты.
Я даже немного обрадовалась приходу гостей.
- Ты в норме? – смотрит на меня с жалостью, пока мои пятигорские друзья распаковывают пакеты на кухне.
- Вроде да, - хрипло говорю я.
Но, кажется, это не совсем правда. Горло саднит, похоже, я сорвала голос. Это вообще прилично так кричать? Мои губы распухли, как и соски. А еще моя нога болит, Юра слишком сильно выгнул ее.
- Тина, - обнимает меня, прижимая к своей твердой груди, - я не хотел так тебя мучить, просто не сдержался.
- Юр, мне понравилось, - улыбаюсь, - но будь все же аккуратнее, я вся в синяках, и … ты действительно сделал мне больно пару раз.
- Блин, - целует мой лоб, заставляя чувствовать свою к нему принадлежность, - я правда, не мог остановиться, я просто смотрю на тебя и возбуждаюсь. Я буду аккуратнее. Ты права.
- Конечно права, Юр, - не могу не улыбнуться, он смотрит так нежно, гладит меня по голове, - мне с этим телом еще жить.
- Тина, - смеется, - не поверишь, мне жить с этим же телом. Я понял тебя, я постараюсь быть аккуратнее.
- Очень на это надеюсь, - обнимаю его.
- Ладно, пошли, познакомишь меня со своими новыми знакомыми.
Парни пили всю ночь. Гости ушли только с рассветом. Я уже спала к тому времени.
Новые друзья Тины оказались нормальными парнями. Круто провести время с людьми, не носящими солдатскую форму и не писающими по расписанию. Да и учатся они в Москве, так что вполне возможно продолжить общение там, после дембеля, конечно. Но самое в этом хорошее, что на них можно положиться в отношении Тины. Она у меня девочка красивая. Очень. Но парни дали понять, что не претендуют на нее. А я дал понять, что пришибу любого, кто попробует претендовать. И теперь, пока они тут, Тина вполне сможет обратиться к ним с просьбой, если меня не окажется рядом.
Она спит, когда я, проводив гостей, валюсь рядом и забываюсь пьяным сном.
Просыпаюсь от звонка в дверь. Башка трещит. Но надо вставать, не хочу тратить увал на отсып. У меня сегодня планы до самого вечера.
Тина возится на кухне.
Уснула, как и хотела, едва коснувшись подушки.
***
Запихнул в себя половину армейского завтрака, половину отдал Олегу. После построения рванул в увал. Жаль, что брателла не может пойти со мной. По дороге прикупил цветов – Тине будет приятно, она любит белые розы. Я всегда считал их банальными и даже безвкусными, но моя девочка никогда не отличалась хорошим вкусом, если судить по ее боевому раскрасу и супер мини хищных цветов. Ничего, со временем я смогу ненавязчиво изменить это в ней. Сейчас это не важно. Я едва смог уснуть из-за стояка, представляя ее. Не мог избавиться от ее запаха на своем воротничке и ощущения ее кожи на языке. Круто, что она приехала. Жаль, конечно, что не послушала меня и не осталась в Москве, но это не беда. Сессию же она сдала. Имеет право на каникулы. И это просто шикарно, что она решила провести их со мной. Думаю, мне удастся уговорить ее вернуться на учебу в сентябре.
Черт, какая же она красивая! Как дрожало ее тело, когда я притянул к себе ее бедра. Как крепко она обвила меня ногами и как жадно целовала. Как мило покраснела, когда я сказал, что не слезу с нее. Это правда, я не собираюсь отпускать ее из-под себя ни на минуту.
Открываю дверь ключом Олега, свой отдал ей. В квартире тишина. Слава Богу яичницей не пахнет, а то пришлось бы есть ее варево, а это никогда не доставляло мне удовольствия, с плитой Тина не дружит. Тихо прохожу в свою комнату. Она спит. Такая маленькая. Из-за жары скинула с себя одеяло. На ней только стринги (ненавижу их!) и больше ничего. Она валяется на животе, раздвинув ноги, раскинув руки. Блестящие черные волосы волнистым беспорядком раскинулись по подушке и спине, достают до бедер, а одна прядь спала с кровати и змейкой свернулась на полу. Никогда не понимал, как она с ними управляется. Но они, определенно мой второй фетиш после ее глаз. Щекой уперлась в подушку, я вижу только половину ее лица, рот слегка приоткрыт и это заставляет мой член затвердеть. Короткие пряди волос у лица завились в смешные тнкие локоны и непослушно торчат в разные стороны, это придает ее лицу какое-то хулиганское, и в то же время кукольное выражение.
Аккуратно кладу букет в свободный угол кровати и прикрываю дверь. Мне нужен душ.
Слышу, как открывается дверь, одергивается занавеска.
Тина стоит передо мной. Белое подобие трусов оттеняет оливковую кожу. Рассматриваю ее тело. В ней ничего не изменилось за эти несколько месяцев, которые я не видел ее обнаженной, такая же тоненькая талия, девичья грудь с острыми розовыми сосками, стройные ножки. Я хочу, чтобы она повернулась спиной, я хочу видеть ее зад. Я обожаю ее бедра. Я хочу сжать их так сильно, чтобы оставить синяки от своих рук. Это вообще нормально? Спокойно, я просто возбужден. Я не должен причинять ей боль. Она кажется такой хрупкой. На ее щеках проступает румянец. Удивительно, после всего, что было между нами, она еще стесняется.
Девочка привычным движением закидывает руки и завязывает волосы в узел, снимает стринги и хочет залезть в ванную.
- Умойся, - задвигаю занавеску в ванной, отделяя Тину от себя.
Я не хочу трахать ее в ванной. Я хочу видеть ее тело, распластавшимся по кровати, хочу гладить его, хочу прикоснуться губами к ее груди, запустить руки в ее волосы, провести языком по линии ее шеи и оставить засос на нежной коже.
Стою под теплыми струями воды, пытаясь прийти в себя, с нажимом тру лицо. То, что происходит сейчас внутри меня мне не знакомо. Я чувствую раздражение, и, кажется, еще ожесточение. Мне стоит начинать бояться себя? Закручиваю кран горячей воды, и ледяные струи заставляют меня поежиться. Я должен успокоиться. Почему я так возбужден? Я хожу в увал раз в две недели. Последний раз был пять дней назад, и я снял телку в ресторанчике, где ужинал. Меня что, совесть мучает? Типа, я Тине изменил?
Ну да, получается, изменил… Секс – мое слабое место… Нет, мое слабое место Тина, и это меня бесит. Когда ее долго нет рядом, я перестаю себя контролировать. Она часть моей жизни уже почти два года, стала ей сразу, как только я увидел ее на лестничной площадке в школьном общежитии. Я привык, что она рядом, я хочу, чтобы она была рядом всегда. Мне даже не обязательно ее видеть постоянно, я просто должен быть уверен в том, что когда я захочу увидеть ее или прикоснуться к ней, она будет рядом для того, чтобы я смог сделать это. Эгоистично? Конечно. Но мы же все люди – эгоисты, разве не так? И если есть возможность держать ее при себе, то почему бы этого не сделать? Будь она рядом в увал на той неделе, у меня не возникла бы потребность в той телке, ведь когда Тина при мне, я не хочу никого другого. Да и ту телку я не хотел, хотя она была очень даже ничего, но мне нужен был секс, как простая механическая разрядка. Я не целовал ту деваху, как вообще ее звали?... Таня? Да плевать. Я не наслаждался ее телом, хотя там было на что посмотреть, я тупо вдалбливался в нее членом, и отправил восвояси сразу, как кончил. Я даже не думал о том, получила ли она кайф. Какая разница кончила она или нет? Мне интересен только оргазм Орловской. Блин, надо проверить, поменяла ли домработница постельное белье с прошлого раза, не хочу, чтобы Тина спала на нем.
- Юр, - ее голос выводит меня из мысленного транса, и я чувствую дрожь своего замороженного тела, - все в порядке?
- Да, - быстро выкручиваю кран с горячей водой, теперь надо согреться, - иди в спальню, я сейчас.
Дверной звонок, это еще кто?
- Ты ждешь кого-то?
- Нет, - мне кажется, что она улыбается, - я заказала мясо из кафешки внизу, - я знала, что ты не станешь есть мою яичницу.
Смешная. Знает свои минусы.
- Я открою.
Уходит.
Пакеты с готовой едой оставляет на кухонном столе.
Нахожу ее лежащей на кровати. Она хочет встать, когда я захожу в комнату. Но я останавливаю: «Лежи». Улыбается и облизывает губы. Но ничего не может возбудить меня сильнее, чем я уже возбужден. Почему я так реагирую на нее?
Вытираю голову полотенцем и сажусь рядом с ней на кровать. Она тянется ртом к члену. «Нет, иди ко мне», - притягиваю ее к себе, хочу ее губы. Глажу их большим пальцем, отгибаю нижнюю, блуждаю глазами по ее лицу. Мне нравится линия ее скул и пухловатые щечки, маленький носик, тяну ее к себе за подбородок и целую его, потом перехожу к губам. Она открывается навстречу мне, и я чувствую ее язык, провожу своим по ее небу, втягиваю в себя ее губу, снова ее язык. Она выдыхает мне в рот и я притягиваю ее за бедра, укладываю на кровать и целую ее тело. Мне все сложнее контролировать себя, и я больше не хочу сдерживаться, поэтому раздвигаю ее ноги и вхожу. Она вздыхает и выгибается. Кажется, я сделал это слишком резко.
- Нормально? – я должен спросить, я не хочу причинять ей боль.
Кукольная головка кивает и закрывает глаза.
- Смотри на меня, - мой голос слегка хрипит, я провожу рукой по ее животику, он напрягается - не закрывай глаза.
- Мне так хорошо, - она не может врать, она не умеет врать, тем более смотря мне в глаза, - не останавливайся, - голос тихий, на лице играет игривая улыбка, - я сырая со вчерашнего дня.
- А до этого? – двигаюсь в ней, глажу ее тело, провожу руками по талии и останавливаюсь на груди, интересно, она еще вырастет? – До этого сухая ходила?
- Я думала о тебе, когда сама… сама себя… рукой, как ты в школе… и, помнишь, ты купил мне подарок в наше первое лето, - затем она стонет.
Черт, мой разум туманится, когда я представляю, как она гладит свою промежность, как проталкивает в себя фиолетовый резиновый фаллос, и я начинаю двигаться в ней резче. Я даже немного ревную ее к ней же, это тело только мое, только я могу прикасаться к нему. Хочу сам дарить ей наслаждение и удовлетворение.
- Что ты делала?
- Ты знаешь…
- Нет, скажи мне.
Ее рука тянется ко рту, где она смачивает слюной пару пальцев, затем опускает ее к тому месту, где двигаюсь в ней я, и гладит себя, сжимаясь вокруг меня сильнее.
- Убери руку, - прошу я, стараясь замедлить движения, я не хочу кончать, я хочу трахать ее вечно, это не может закончиться быстро, она отрывает от себя руку и я накрываю большим пальцем место, которое она только что освободила от своих.
- Боже, - выкрикивает она, выгибается и обхватывает меня ногами, - Юра, это так хорошо, не останавливайся, - да я и не могу остановиться.
Нагибаюсь к ее лицу и провожу губами от ее подбородка до ушка: «Ты не будешь трахать себя сама, это мое тело, ты будешь кончать только при мне», - шепчу, наплевать, что веду себя как чертов собственник, можете считать меня извращенцем, хоть кем, если она хочет получать оргазмы, то пусть обращается ко мне. «Ты будешь кончать только подо мной. Все это» - стискиваю одной рукой ее бедро, она вскрикивает, веду рукой по телу и сжимаю легко ее горло, «мое, все твои оргазмы – мои», сжимаю ее грудь, прокручиваю сосок между двумя пальцами, она поворачивает лицо и вцепляется в мои губы.
- Я твоя, ты знаешь, просто я так скучала, - шепчет она, - ты ведь.., - не успевает договорить, глубоко вдыхает воздух, выгибает спину и сжимается вокруг моего члена, протяжно стонет, закрывая глаза.
- Смотри на меня, - я хочу видеть ее глаза, когда она на пике, это то, что мне нужно, это то, ради чего я живу именно сейчас.
Открывает. Зеленые глаза затуманены, фокусирует взгляд на мне «пожалуйста, не останавливайся, я вся твоя», - выдыхает она, подается вперед и… я чувствую, как ее зубы сжимаются у основания моей шеи… такого еще не было, рычу от ощущений, загоняю член в нее на всю длину, резко, сжимаю ее грудь, возможно до боли, почти опираюсь на нее, отрывая ее зубы от себя, она отталкивает одну мою руку и впивается зубами в то же место.
- Ты на таблетках? – не понимаю, как мой мозг выдал такой вопрос, я почти не способен думать, она мычит и от звука по шее идет вибрация. Я не понял, это положительный ответ? – Тина, - отрываю ее снова, за волосы, встречаюсь с ней глазами, - на таблетках?
- Даааа, - стонет она, но ее тело уже расслабилось, оргазм утихает, тело становится податливым, она двигается мне на встречу, - Юр, я хочу еще, - тянется рукой к своей промежности, я отталкиваю ее, от чего в ее глазах мелькает дикое выражение и я получаю пощечину обиженной рукой, - я хочу еще, - выдает она гортанный звук и я усмехаюсь, вынимаю член из ее тела.
- Будет тебе еще, хорошая, - смеюсь, моя дикость, с которой я пришел сюда утихает, остается только здоровое возбуждение. Целую ее, а потом переворачиваю на живот, ставлю на четвереньки, - я хочу твой зад с самой школы, - сжимаю ее бедра, потом провожу языком по позвоночнику, она стонет, выгибается, подставляясь под меня, но мне нужно ее согласие, мне важно, чтобы она тоже хотела этого.
- Юр, - боязливо говорит она, - не надо пока, пожалуйста, - такой нежный голос.
- Нет, так нет, я переживу, - я не задал бы вопрос, если ответ был мне не важен, целую ее шею, входя в нее снова, поглаживаю бедра. – Но, Тина, - обещаю я, - однажды я доберусь до этой твоей части.
Вот, что отличает Тину от других. Мне важно ее согласие. Деваху из ресторанчика я трахал, как хотел, я не спрашивал ее мнения.
Тина смеется, прерывая стоны, прижимается грудью к кровати, разводит ноги шире, все ее тело вибрирует: «Юр, жеще, я прошу».
- Мне нравится, когда ты просишь, милая, попроси еще раз, - говорю нежным голосом, мне нравится, когда она начинает умолять, мои движения мягкие, осторожные, ее довольно легко растравить.
- Юр, - она ластится по кровати, - я обожаю твой член, - ускоряю темп, чувствую, что скоро кончу, - пожалуйста, кончи в меня, - теперь сильнее вбиваюсь в нее, ее тело начинает трястись, - я так хочу почувствовать твою сперму внутри себя, - сжимает простынь кулачками и кричит, двигаясь мне навстречу, насаживаясь на меня и я кончаю в нее, делаю еще несколько движений и прижимаюсь к ее спине своей грудью.
- Я не мог уснуть полночи, представляя, как буду трахать тебя, - шепчу я ей на ушко и вынимаю из нее член.
Она падает на живот, под тяжестью моего тела и трясется в оргазме еще несколько секунд, глубоко дышит. Переворачиваю ее лицом к себе, смотрю на ее искаженное эмоцией лицо и кайфую. Хорошо, что я остановился тогда на лестнице и поздоровался с ней. Улыбаюсь и валюсь рядом. Глажу ее тело, она утихает.
***
- Это было круто, - говорю я обессилено.
- Не расслабляйся, душ, еда и повторим, - он лежит на спине, притянув меня к себе.
- Да ладно, тебя не хватит, - округляю глаза в удивлении.
- Детка, армия тренирует в мужчине выносливость, - говорит важно, но на лице ухмылка, а в глазах играют чертики.
- Мне стоит начинать бояться? – смеюсь я.
- О да! – смотрит хищно, ухмылка не сходит с его лица. – Скоро ты будешь просить меня остановиться. И, угадай, что?
- Что?
- Я не остановлюсь, хорошая.
И он действительно не останавливался. До восьми вечера: душ, еда, секс, душ, еда, секс…
Последний раз я просто лежала, а он пользовался моим телом по своему усмотрению, загибал как хотел, крутил, как ему надо. А я могла только кричать до хрипоты.
Я даже немного обрадовалась приходу гостей.
- Ты в норме? – смотрит на меня с жалостью, пока мои пятигорские друзья распаковывают пакеты на кухне.
- Вроде да, - хрипло говорю я.
Но, кажется, это не совсем правда. Горло саднит, похоже, я сорвала голос. Это вообще прилично так кричать? Мои губы распухли, как и соски. А еще моя нога болит, Юра слишком сильно выгнул ее.
- Тина, - обнимает меня, прижимая к своей твердой груди, - я не хотел так тебя мучить, просто не сдержался.
- Юр, мне понравилось, - улыбаюсь, - но будь все же аккуратнее, я вся в синяках, и … ты действительно сделал мне больно пару раз.
- Блин, - целует мой лоб, заставляя чувствовать свою к нему принадлежность, - я правда, не мог остановиться, я просто смотрю на тебя и возбуждаюсь. Я буду аккуратнее. Ты права.
- Конечно права, Юр, - не могу не улыбнуться, он смотрит так нежно, гладит меня по голове, - мне с этим телом еще жить.
- Тина, - смеется, - не поверишь, мне жить с этим же телом. Я понял тебя, я постараюсь быть аккуратнее.
- Очень на это надеюсь, - обнимаю его.
- Ладно, пошли, познакомишь меня со своими новыми знакомыми.
Парни пили всю ночь. Гости ушли только с рассветом. Я уже спала к тому времени.
***
Новые друзья Тины оказались нормальными парнями. Круто провести время с людьми, не носящими солдатскую форму и не писающими по расписанию. Да и учатся они в Москве, так что вполне возможно продолжить общение там, после дембеля, конечно. Но самое в этом хорошее, что на них можно положиться в отношении Тины. Она у меня девочка красивая. Очень. Но парни дали понять, что не претендуют на нее. А я дал понять, что пришибу любого, кто попробует претендовать. И теперь, пока они тут, Тина вполне сможет обратиться к ним с просьбой, если меня не окажется рядом.
Она спит, когда я, проводив гостей, валюсь рядом и забываюсь пьяным сном.
Просыпаюсь от звонка в дверь. Башка трещит. Но надо вставать, не хочу тратить увал на отсып. У меня сегодня планы до самого вечера.
Тина возится на кухне.
