– С попытками запугать и надавить чаще всего сталкиваются именно законники, – пожала плечами. – Уж я точно знаю, у нас это, можно сказать, семейный бизнес.
– Постой, так это ты девчонка Дорнтон, о которой все говорят?
– Хм… А почему обо мне говорят? – заинтересовалась я, уже предчувствуя какую-нибудь гадость.
– Ну… – замялся галаварь. – Тут такое дело… Герцог Дорнтон же возглавляет Совет по вопросам внутренней безопасности, профильный советник Императора. Стали узнавать, интересоваться…
– И что?
– Выяснили, что ты приемная дочь и раньше не была благородной. Многие думают, что тебе здесь не место, – выпалил он и по-настоящему виновато посмотрел на меня.
Час от часу не легче! И я даже знаю, кто распустил подобный слух. Становится, в общем-то, понятно, почему со мной не горят желанием знакомиться однокурсники.
– Но вы прицепились ко мне не поэтому? Это действительно проверка декана? – Они все трое закивали как болванчики. – Что ж, понятно. И вы тоже так думаете?
Вопрос на самом деле не праздный. Если старшекурсники решат, что мне не место на факультете, а то и вообще в академии, то учеба превратится в Некрос. Мне просто не дадут учиться, несмотря ни на какие заслуги и достижения. Тем более что я слабая светлая ведьма, а не гениальный маг с редким боевым даром, который может всех раскидать и поставить гордо ногу на гору поверженных противников. Мои оппоненты разве что от смеха помрут.
– Нет, не думаем, – опять буркнул бугай.
– И многие не думают, – подтвердил главарь. – Если ты приемная дочь самого герцога, то кто мы такие, чтобы это ставить под сомнение?
– Но все же не все так считают? – допытывалась я.
– Не все. Так что будь осторожна. Мы против тебя ничего не имеем, так что прими добрый совет: следи за ситуацией вокруг.
– Спасибо, – поблагодарила я главаря, кивнула бугаю, а вот щупленький, похоже, со своими товарищами был в корне не согласен, но решил не спорить. Что ж, будем иметь в виду.
Нет, ну каков братец, а?!
Мы разошлись по своим делам. Парни, видимо, пугать других первокурсников, а я – переодеваться, есть и думать, что теперь делать. Причем все это очень быстро, потому что с парнями я простояла минут двадцать, не меньше, а до загона с магическими животными еще надо дойти.
Ну, предварительно, без полного анализа ситуации, можно сделать выводы, что мне все же лучше поступить, куда планировала. Почему? Да потому, что для законников мое происхождение менее важно. Хотя и опасность тоже вроде бы выше. Но, с другой стороны, на факультете каких-нибудь светлых ведьм меня просто загнобят, я там в табели о рангах буду где-то между крысой и тараканом среди благородных фиф. И далеко не факт, что светлые ведьмаки и ведьмы менее опасны и, главное, менее изобретательны, чем маги с боевыми умениями.
На первое занятие по магическим животным я успела еле-еле – никак не могла найти место. Точнее, направление-то я выбрала верно, низенькое приземистое здание недалеко от загонов, но никто не сказала, что Мегера велела ждать ее не в учебном корпусе, а на полигоне для тренировок.
Да, тут был отдельный полигон, ведь для работы с животными нужны совершенно другие условия, нежели для физических и магических тренировок. И защитные сети тоже нужны другие.
Но дело не в этом. Всех предупредили, а меня – нет. Может, конечно, просто забыли, но почему-то я в этом сомневаюсь, особенно в свете того, что сказали парни. Да и по недовольным моськам пары девиц, можно было тоже сделать кое-какие выводы.
Впрочем, мне никто ничего грубого не сказал. Да и большая часть группы смотрела нейтрально или не обращала внимания. В конце концов, у нас смешанная группа, занятие общее, неспециализированное, и всем должно быть на меня плевать. Или нет, если они такие снобы.
– Привет, – поздоровалась я с ближайшей ко мне девочкой. Почему-то она у меня вызывала больше всего положительных эмоцией из здесь присутствующих. А кроме того, про нее я точно знала, что ее уже зачислили на боевой факультет без конкурса.
Девушка равнодушно кивнула, но разговор начинать не стала. Вообще-то я не люблю навязываться, но…
– Ты ведь на боевом? У вас же должны быть специализированные занятия, разве нет?
– Через неделю будут, – кратко ответила она.
Я хотела еще попытаться ее растормошить, может, попробовать подружиться, расспросить, но тут подошла Мегера и началось занятие.
Правила, техника безопасности, опять правила, следом эмоциональные установки, которые мы обязаны демонстрировать в вольерах с животными. Теоретический курс как он есть. Он у нас будет, к счастью, коротким, а потом все будут изучать животных исходя из своей специализации. Слава богам и всему Некросу, что следственному как раз эти знания практически не нужны и большая часть из нас ограничивается лишь вводным курсом.
Не то чтобы я не люблю животных – люблю, но не магических, плюющихся огнем или ядовитыми шипами. Нет уж, спасибо, я как-нибудь лучше обычного щеночка поглажу.
После занятий я еще раз пыталась познакомиться с кем-то из группы, разговорить, но примерно с тем же эффектом. Нет, мне не грубили, не хамили и не показывали свое фи, только демонстрировали наглядно, что я здесь лишняя.
Странно, что я этого раньше не замечала, списывая все на свою занятость и их избирательную общительность.
Решила провести эксперимент в других группах. Результат оказался примерно тот же. Но я особо и не навязывалась. Правда, познакомилась с четверкой девчонок-демонологов, которым, кажется, было плевать, кто я и что я. А кроме того, одна из них поступала на следственный, но по результатам первого испытания у нее значительно поубавилось шансов, так что сегодня она не пошла на теоретический экзамен, а сдавала зачет на боевой факультет.
– А почему не демонологический? – спросила я, когда мы вышли из корпуса и направились к столовой.
– Ты что?! Это же больше теоретическая, исследовательская работа. Кто позволит демонологу просто так призывать сущности Некроса? Только если в бою или во время следственных действий. А я не хочу всю жизнь просидеть запершись в пыльной библиотеке, исследуя манускрипты до периода Великого разделения.
– Как-то я себе работу демонологов по-другому представляла… – пробормотала я. – Элита все ж таки.
– Элита – это боевые демонологи, а не обычные. Хотя нет, эти тоже элита, но известная лишь в узких кругах таких же вот ученых.
– А ты не права, – не согласилась с ней одна из сестер-близняшек, которых мы тогда с Марь видели выходящими из портала. Оказывается, это были младшие дочери советника по вопросам обороны, Анель и Микель Грингстоун. – Демонологи еще занимаются разработкой методов призыва, ритуалов и так далее в том же духе. Для этого постоянно надо работать с сущностями Некроса.
– Но вы-то пошли на боевой! – обиделась та в ответ.
– Ну у нас-то выбора не было! – сказали близняшки хором.
Кстати, оказались совершенно нормальными девчонками, без пафоса. А портал им тогда построили из-за вопроса безопасности. Оказывается, на их имение как раз кто-то напал за пару дней до этого. Безрезультатно, конечно, дома таких сановников хорошо охраняют, но жизнями детей решили не рисковать.
Кстати, странно, что у меня теперь большинство знакомых именно с боевого.
– Как и у нее, – ткнула в меня накрашенным ноготком Анель, кажется.
– Герцог и герцогиня как раз не очень хотели, чтобы я шла на следственный.
– Так это правда? – спросила вторая близняшка. – Ну, что ты приемная, я имею в виду. Ты же их не мама и папа называешь.
– Это имеет знание? – спросила я, уже предчувствуя, что нашей милой беседе пришел конец.
– Да нет, – близняшки синхронно пожали плечами и повторили то, что сказали парни со следственного: – Если герцог и герцогиня тебя удочерили, какое мы имеем право в этом сомневаться?
А вот с Марьяной разговор прошел не так уж и радужно. После обеда у нас было общее занятие, на котором она со мной села, но постоянно косилась недовольно и обиженно поджимала губы.
После окончания лекции по теоретической артефактологии она зацепила меня под локоть и отконвоировала в пустой туалет. Проверила все кабинки, чтобы никто не подслушивал.
Я не сопротивлялась и терпеливо ждала, что она мне скажет. Но ощущения были не самые приятные, будто я какая-то преступница или мошенница, присвоившая себе чужое имя.
– И когда ты собиралась мне сказать? – подбоченясь встала напротив меня Марь.
– Что сказать?
– Ой, не строй из себя дурочку! Что ты неблагородная!
– Да я вообще не собиралась, – пожала я плечами. – Во-первых, я по фамилии Дорнтон, меня официально удочерили, так что я так же официально ношу титул леди. Во-вторых, если бы я не была благородной, то не смогла бы сюда поступить. Вообще не понимаю всей этой возни вокруг меня.
– Но твоя кровь… – Марь слегка сдулась. – Ладно, неважно, я не об этом. Почему ты мне-то не сказала?
– Да что я должна была сказать?! Что приемная дочь? Так это вообще никого не касается, кроме меня самой и герцогов Дорнтонов.
Насчет крови, кстати, она тоже не права. Все мое семейство когда-то было благородным, просто вроде бы дед то ли совершил какое-то преступление, то ли сбежал от своего отца, и его лишили титула. Сейчас за давностью лет и за неимением живых близких родственников уже невозможно узнать правду.
– Не касается, значит? А то, что на меня тут шишки сыпятся, тоже не касается? Мы же живем в одной комнате, сидим вместе…
– Ну я не знаю, можно ли будет переехать, но спрошу у коменданта.
– Дура! – обиженно фыркнула некромантка. – Я не о том, чтобы кто-то куда-то переезжал. Я о том, что могла бы и предупредить, а то меня спрашивают, а я не знаю, что отвечать. Даже послать спрашивающего не могу, потому что не понимаю, что происходит.
– Ну то есть мое общество леди не оскорбляет? – язвительно уточнила я, потому что вот сейчас отчего-то стало обидно.
Ведь для Марь, судя по всему, дело не во мне, дело в том, что другие подумают. И тут уже все будет зависеть от того, что ей выгодно. Или я просто о людях плохо думаю?
– Как есть дура, – буркнула девушка. – Поверь, единственные, кому на это не плевать, – светлые ведьмы. Да и тем будет все равно, когда ты поступишь на следственный и не станешь постоянно маячить у них перед носом.
– Вот казалось бы, ну кому какое дело… – устало потерла переносицу я. – Кстати, недовольные моим наличием здесь не только они.
– Чем худосочнее род, тем больше у них претензий и амбиций. Я видела, как ты по-дружески болтала с сестричками-демоницами.
Я вопросительно приподняла бровь.
– Ну… Анель и Микель, близняшки-демонологи. Я с ними сегодня на боевом сдавала экзамен. Они из бедного магистра всю душу вынули. Так вот, вряд ли они тебе свое фи выразили, поскольку прекрасно понимают, что с точки зрения закона вы на одной ступени иерархии. Они тоже дочери герцога, как и ты. Я – дочь графа, а из тех, кто здесь выражает недовольство, большинство детей лордов или баронов.
– Ну и Некрос с ними, – покачала головой я. – Так мы не переезжаем и не поссорились? Тогда, если ты сейчас свободна, составь мне компанию, мне нужно посмотреть результаты сегодняшнего экзамена.
– Да мне вообще-то тоже. Давай сначала на боевой, потом на следственный. И спа-а-ать! А то ты вроде все, а у меня завтра в шесть утра установочная тренировка факультета по физподготовке.
Мы так и сделали. Прогулялись, правда, сначала в столовую, потому что одному вечно голодному некроманту нужно хорошо питаться. Потом на боевой – посмотреть результаты этого самого некроманта.
Я бы, конечно, хотела сделать наоборот: сначала результаты, потом еда с чистой совестью, – но кое-кто не мог пройти мимо столовой.
Марьяна прошла. У них не было такой многоступенчатой системы, как у нас, лишь общий экзамен и завтрашняя тренировка, призванная показать в первую очередь самим студентам, справятся ли они.
Ну, не знаю, как-то это не очень логично. А вдруг с боевыми магическими умениями там все совсем плохо? Впрочем, никогда не поздно ведь отчислить или перевести неуспевающего.
Что касается моих результатов, то я по теоретической части заняла шестнадцатое место, что вкупе с результатами предыдущего испытания выглядело вовсе не плохо. Учитывая то, что я точно не провалила разыгранный парнями спектакль и уже прошла собеседование, меня, по идее, должны зачислить.
Глава 11
Через два дня вывесили списки прошедших собеседование на следственный факультет, в которых я себя не обнаружила. По идее, могут еще вывесить и финальные списки, хотя не уверена, ведь собеседование – это и есть финал.
Естественно, с этим нужно разобраться как можно скорее, ведь занятия факультета начинаются через несколько дней, а до этого нужно подкорректировать расписание и решить кучу всех формальностей с переводом.
И герцогу с герцогиней сообщить, да.
Я еще раздумывала, стоит ли идти сегодня, ведь на дворе вечер, или стоит подождать следующего дня? Но ноги меня уже сами несли в направлении деканата. Что ж, проверить все равно можно, а если он закрыт, тогда приду завтра.
Дверь в деканате была прикрыта, но я, постояв пару секунд и собравшись с силами, ее толкнула. Почему-то кажется, что эта беседа не будет увеселительной прогулкой. Если декан следственного так легко отказывается от своего слова, мне действительно придется действовать через ректорат, и что-то мне подсказывает, что за это меня никто по голове не погладит.
Мало было, что большая часть корпуса светлых ведьм объявила мне бойкот, хотя я не сделала ничего плохого, так теперь еще и это. Что вдвойне обидно.
Как говаривает герцогиня Дорнтон: “Если тебя незаслуженно обидели – вернись и заслужи”. И у меня в последнее время есть огромное желание последовать этому ценному совету.
Если они хотят войны, то… У зачарователей не та сила, чтобы вести ее в открытую, зато мы мастера неконвенционной борьбы. Это, я думаю, и Норен с удовольствием подтвердит. На нем же все средства и методы испытаны.
Правда, стоит ли вступать в борьбу с половиной студентов Академии – это вопрос. С другой стороны, а почему их так волнует мое происхождение, если оно не волнует, например, попечительский совет или ректора?
Дверь оказалась открыта, и я вошла в святая святых следственного факультета – вотчину леди Айвери. В отличие от вечно закопавшейся в бумаги леди Сторен, эта женщина не создавала впечатления занятой. Точнее, я ее вижу второй раз, и она второй же раз не занимается своими прямыми обязанностями. В прошлый раз она скандалила, а в этот сидит пилит ногти.
– Леди Айвери, добрый вечер! – поздоровалась я от двери.
– Я занята.
– Я вижу, – в тон женщине ответила я. – Но, боюсь, вопрос не терпит отлагательств.
– О! И что же это? – Она взмахнула пилкой. – Хотя постой, дай угадаю! Тебя незаслуженно обидели, поставили меньше баллы, не учли все обстоятельства? На подоконнике стопка бланков, пиши жалобу, – кровожадно улыбнулась она.
– Хм… Уверена, ректор будет в восторге, – криво усмехнулась я. – Но у меня другая проблема.
– И какая же? – Женщина вернулась к своим ногтям.
– Я не обнаружила свою фамилию в списке сдававших собеседование.
– Ну, значит, ты его не сдавала.
Она издевается? Это же было при ней.
– Сдавала, – как можно спокойнее ответила я.
– Постой, так это ты девчонка Дорнтон, о которой все говорят?
– Хм… А почему обо мне говорят? – заинтересовалась я, уже предчувствуя какую-нибудь гадость.
– Ну… – замялся галаварь. – Тут такое дело… Герцог Дорнтон же возглавляет Совет по вопросам внутренней безопасности, профильный советник Императора. Стали узнавать, интересоваться…
– И что?
– Выяснили, что ты приемная дочь и раньше не была благородной. Многие думают, что тебе здесь не место, – выпалил он и по-настоящему виновато посмотрел на меня.
Час от часу не легче! И я даже знаю, кто распустил подобный слух. Становится, в общем-то, понятно, почему со мной не горят желанием знакомиться однокурсники.
– Но вы прицепились ко мне не поэтому? Это действительно проверка декана? – Они все трое закивали как болванчики. – Что ж, понятно. И вы тоже так думаете?
Вопрос на самом деле не праздный. Если старшекурсники решат, что мне не место на факультете, а то и вообще в академии, то учеба превратится в Некрос. Мне просто не дадут учиться, несмотря ни на какие заслуги и достижения. Тем более что я слабая светлая ведьма, а не гениальный маг с редким боевым даром, который может всех раскидать и поставить гордо ногу на гору поверженных противников. Мои оппоненты разве что от смеха помрут.
– Нет, не думаем, – опять буркнул бугай.
– И многие не думают, – подтвердил главарь. – Если ты приемная дочь самого герцога, то кто мы такие, чтобы это ставить под сомнение?
– Но все же не все так считают? – допытывалась я.
– Не все. Так что будь осторожна. Мы против тебя ничего не имеем, так что прими добрый совет: следи за ситуацией вокруг.
– Спасибо, – поблагодарила я главаря, кивнула бугаю, а вот щупленький, похоже, со своими товарищами был в корне не согласен, но решил не спорить. Что ж, будем иметь в виду.
Нет, ну каков братец, а?!
Мы разошлись по своим делам. Парни, видимо, пугать других первокурсников, а я – переодеваться, есть и думать, что теперь делать. Причем все это очень быстро, потому что с парнями я простояла минут двадцать, не меньше, а до загона с магическими животными еще надо дойти.
Ну, предварительно, без полного анализа ситуации, можно сделать выводы, что мне все же лучше поступить, куда планировала. Почему? Да потому, что для законников мое происхождение менее важно. Хотя и опасность тоже вроде бы выше. Но, с другой стороны, на факультете каких-нибудь светлых ведьм меня просто загнобят, я там в табели о рангах буду где-то между крысой и тараканом среди благородных фиф. И далеко не факт, что светлые ведьмаки и ведьмы менее опасны и, главное, менее изобретательны, чем маги с боевыми умениями.
На первое занятие по магическим животным я успела еле-еле – никак не могла найти место. Точнее, направление-то я выбрала верно, низенькое приземистое здание недалеко от загонов, но никто не сказала, что Мегера велела ждать ее не в учебном корпусе, а на полигоне для тренировок.
Да, тут был отдельный полигон, ведь для работы с животными нужны совершенно другие условия, нежели для физических и магических тренировок. И защитные сети тоже нужны другие.
Но дело не в этом. Всех предупредили, а меня – нет. Может, конечно, просто забыли, но почему-то я в этом сомневаюсь, особенно в свете того, что сказали парни. Да и по недовольным моськам пары девиц, можно было тоже сделать кое-какие выводы.
Впрочем, мне никто ничего грубого не сказал. Да и большая часть группы смотрела нейтрально или не обращала внимания. В конце концов, у нас смешанная группа, занятие общее, неспециализированное, и всем должно быть на меня плевать. Или нет, если они такие снобы.
– Привет, – поздоровалась я с ближайшей ко мне девочкой. Почему-то она у меня вызывала больше всего положительных эмоцией из здесь присутствующих. А кроме того, про нее я точно знала, что ее уже зачислили на боевой факультет без конкурса.
Девушка равнодушно кивнула, но разговор начинать не стала. Вообще-то я не люблю навязываться, но…
– Ты ведь на боевом? У вас же должны быть специализированные занятия, разве нет?
– Через неделю будут, – кратко ответила она.
Я хотела еще попытаться ее растормошить, может, попробовать подружиться, расспросить, но тут подошла Мегера и началось занятие.
Правила, техника безопасности, опять правила, следом эмоциональные установки, которые мы обязаны демонстрировать в вольерах с животными. Теоретический курс как он есть. Он у нас будет, к счастью, коротким, а потом все будут изучать животных исходя из своей специализации. Слава богам и всему Некросу, что следственному как раз эти знания практически не нужны и большая часть из нас ограничивается лишь вводным курсом.
Не то чтобы я не люблю животных – люблю, но не магических, плюющихся огнем или ядовитыми шипами. Нет уж, спасибо, я как-нибудь лучше обычного щеночка поглажу.
После занятий я еще раз пыталась познакомиться с кем-то из группы, разговорить, но примерно с тем же эффектом. Нет, мне не грубили, не хамили и не показывали свое фи, только демонстрировали наглядно, что я здесь лишняя.
Странно, что я этого раньше не замечала, списывая все на свою занятость и их избирательную общительность.
Решила провести эксперимент в других группах. Результат оказался примерно тот же. Но я особо и не навязывалась. Правда, познакомилась с четверкой девчонок-демонологов, которым, кажется, было плевать, кто я и что я. А кроме того, одна из них поступала на следственный, но по результатам первого испытания у нее значительно поубавилось шансов, так что сегодня она не пошла на теоретический экзамен, а сдавала зачет на боевой факультет.
– А почему не демонологический? – спросила я, когда мы вышли из корпуса и направились к столовой.
– Ты что?! Это же больше теоретическая, исследовательская работа. Кто позволит демонологу просто так призывать сущности Некроса? Только если в бою или во время следственных действий. А я не хочу всю жизнь просидеть запершись в пыльной библиотеке, исследуя манускрипты до периода Великого разделения.
– Как-то я себе работу демонологов по-другому представляла… – пробормотала я. – Элита все ж таки.
– Элита – это боевые демонологи, а не обычные. Хотя нет, эти тоже элита, но известная лишь в узких кругах таких же вот ученых.
– А ты не права, – не согласилась с ней одна из сестер-близняшек, которых мы тогда с Марь видели выходящими из портала. Оказывается, это были младшие дочери советника по вопросам обороны, Анель и Микель Грингстоун. – Демонологи еще занимаются разработкой методов призыва, ритуалов и так далее в том же духе. Для этого постоянно надо работать с сущностями Некроса.
– Но вы-то пошли на боевой! – обиделась та в ответ.
– Ну у нас-то выбора не было! – сказали близняшки хором.
Кстати, оказались совершенно нормальными девчонками, без пафоса. А портал им тогда построили из-за вопроса безопасности. Оказывается, на их имение как раз кто-то напал за пару дней до этого. Безрезультатно, конечно, дома таких сановников хорошо охраняют, но жизнями детей решили не рисковать.
Кстати, странно, что у меня теперь большинство знакомых именно с боевого.
– Как и у нее, – ткнула в меня накрашенным ноготком Анель, кажется.
– Герцог и герцогиня как раз не очень хотели, чтобы я шла на следственный.
– Так это правда? – спросила вторая близняшка. – Ну, что ты приемная, я имею в виду. Ты же их не мама и папа называешь.
– Это имеет знание? – спросила я, уже предчувствуя, что нашей милой беседе пришел конец.
– Да нет, – близняшки синхронно пожали плечами и повторили то, что сказали парни со следственного: – Если герцог и герцогиня тебя удочерили, какое мы имеем право в этом сомневаться?
А вот с Марьяной разговор прошел не так уж и радужно. После обеда у нас было общее занятие, на котором она со мной села, но постоянно косилась недовольно и обиженно поджимала губы.
После окончания лекции по теоретической артефактологии она зацепила меня под локоть и отконвоировала в пустой туалет. Проверила все кабинки, чтобы никто не подслушивал.
Я не сопротивлялась и терпеливо ждала, что она мне скажет. Но ощущения были не самые приятные, будто я какая-то преступница или мошенница, присвоившая себе чужое имя.
– И когда ты собиралась мне сказать? – подбоченясь встала напротив меня Марь.
– Что сказать?
– Ой, не строй из себя дурочку! Что ты неблагородная!
– Да я вообще не собиралась, – пожала я плечами. – Во-первых, я по фамилии Дорнтон, меня официально удочерили, так что я так же официально ношу титул леди. Во-вторых, если бы я не была благородной, то не смогла бы сюда поступить. Вообще не понимаю всей этой возни вокруг меня.
– Но твоя кровь… – Марь слегка сдулась. – Ладно, неважно, я не об этом. Почему ты мне-то не сказала?
– Да что я должна была сказать?! Что приемная дочь? Так это вообще никого не касается, кроме меня самой и герцогов Дорнтонов.
Насчет крови, кстати, она тоже не права. Все мое семейство когда-то было благородным, просто вроде бы дед то ли совершил какое-то преступление, то ли сбежал от своего отца, и его лишили титула. Сейчас за давностью лет и за неимением живых близких родственников уже невозможно узнать правду.
– Не касается, значит? А то, что на меня тут шишки сыпятся, тоже не касается? Мы же живем в одной комнате, сидим вместе…
– Ну я не знаю, можно ли будет переехать, но спрошу у коменданта.
– Дура! – обиженно фыркнула некромантка. – Я не о том, чтобы кто-то куда-то переезжал. Я о том, что могла бы и предупредить, а то меня спрашивают, а я не знаю, что отвечать. Даже послать спрашивающего не могу, потому что не понимаю, что происходит.
– Ну то есть мое общество леди не оскорбляет? – язвительно уточнила я, потому что вот сейчас отчего-то стало обидно.
Ведь для Марь, судя по всему, дело не во мне, дело в том, что другие подумают. И тут уже все будет зависеть от того, что ей выгодно. Или я просто о людях плохо думаю?
– Как есть дура, – буркнула девушка. – Поверь, единственные, кому на это не плевать, – светлые ведьмы. Да и тем будет все равно, когда ты поступишь на следственный и не станешь постоянно маячить у них перед носом.
– Вот казалось бы, ну кому какое дело… – устало потерла переносицу я. – Кстати, недовольные моим наличием здесь не только они.
– Чем худосочнее род, тем больше у них претензий и амбиций. Я видела, как ты по-дружески болтала с сестричками-демоницами.
Я вопросительно приподняла бровь.
– Ну… Анель и Микель, близняшки-демонологи. Я с ними сегодня на боевом сдавала экзамен. Они из бедного магистра всю душу вынули. Так вот, вряд ли они тебе свое фи выразили, поскольку прекрасно понимают, что с точки зрения закона вы на одной ступени иерархии. Они тоже дочери герцога, как и ты. Я – дочь графа, а из тех, кто здесь выражает недовольство, большинство детей лордов или баронов.
– Ну и Некрос с ними, – покачала головой я. – Так мы не переезжаем и не поссорились? Тогда, если ты сейчас свободна, составь мне компанию, мне нужно посмотреть результаты сегодняшнего экзамена.
– Да мне вообще-то тоже. Давай сначала на боевой, потом на следственный. И спа-а-ать! А то ты вроде все, а у меня завтра в шесть утра установочная тренировка факультета по физподготовке.
Мы так и сделали. Прогулялись, правда, сначала в столовую, потому что одному вечно голодному некроманту нужно хорошо питаться. Потом на боевой – посмотреть результаты этого самого некроманта.
Я бы, конечно, хотела сделать наоборот: сначала результаты, потом еда с чистой совестью, – но кое-кто не мог пройти мимо столовой.
Марьяна прошла. У них не было такой многоступенчатой системы, как у нас, лишь общий экзамен и завтрашняя тренировка, призванная показать в первую очередь самим студентам, справятся ли они.
Ну, не знаю, как-то это не очень логично. А вдруг с боевыми магическими умениями там все совсем плохо? Впрочем, никогда не поздно ведь отчислить или перевести неуспевающего.
Что касается моих результатов, то я по теоретической части заняла шестнадцатое место, что вкупе с результатами предыдущего испытания выглядело вовсе не плохо. Учитывая то, что я точно не провалила разыгранный парнями спектакль и уже прошла собеседование, меня, по идее, должны зачислить.
Глава 11
Через два дня вывесили списки прошедших собеседование на следственный факультет, в которых я себя не обнаружила. По идее, могут еще вывесить и финальные списки, хотя не уверена, ведь собеседование – это и есть финал.
Естественно, с этим нужно разобраться как можно скорее, ведь занятия факультета начинаются через несколько дней, а до этого нужно подкорректировать расписание и решить кучу всех формальностей с переводом.
И герцогу с герцогиней сообщить, да.
Я еще раздумывала, стоит ли идти сегодня, ведь на дворе вечер, или стоит подождать следующего дня? Но ноги меня уже сами несли в направлении деканата. Что ж, проверить все равно можно, а если он закрыт, тогда приду завтра.
Дверь в деканате была прикрыта, но я, постояв пару секунд и собравшись с силами, ее толкнула. Почему-то кажется, что эта беседа не будет увеселительной прогулкой. Если декан следственного так легко отказывается от своего слова, мне действительно придется действовать через ректорат, и что-то мне подсказывает, что за это меня никто по голове не погладит.
Мало было, что большая часть корпуса светлых ведьм объявила мне бойкот, хотя я не сделала ничего плохого, так теперь еще и это. Что вдвойне обидно.
Как говаривает герцогиня Дорнтон: “Если тебя незаслуженно обидели – вернись и заслужи”. И у меня в последнее время есть огромное желание последовать этому ценному совету.
Если они хотят войны, то… У зачарователей не та сила, чтобы вести ее в открытую, зато мы мастера неконвенционной борьбы. Это, я думаю, и Норен с удовольствием подтвердит. На нем же все средства и методы испытаны.
Правда, стоит ли вступать в борьбу с половиной студентов Академии – это вопрос. С другой стороны, а почему их так волнует мое происхождение, если оно не волнует, например, попечительский совет или ректора?
Дверь оказалась открыта, и я вошла в святая святых следственного факультета – вотчину леди Айвери. В отличие от вечно закопавшейся в бумаги леди Сторен, эта женщина не создавала впечатления занятой. Точнее, я ее вижу второй раз, и она второй же раз не занимается своими прямыми обязанностями. В прошлый раз она скандалила, а в этот сидит пилит ногти.
– Леди Айвери, добрый вечер! – поздоровалась я от двери.
– Я занята.
– Я вижу, – в тон женщине ответила я. – Но, боюсь, вопрос не терпит отлагательств.
– О! И что же это? – Она взмахнула пилкой. – Хотя постой, дай угадаю! Тебя незаслуженно обидели, поставили меньше баллы, не учли все обстоятельства? На подоконнике стопка бланков, пиши жалобу, – кровожадно улыбнулась она.
– Хм… Уверена, ректор будет в восторге, – криво усмехнулась я. – Но у меня другая проблема.
– И какая же? – Женщина вернулась к своим ногтям.
– Я не обнаружила свою фамилию в списке сдававших собеседование.
– Ну, значит, ты его не сдавала.
Она издевается? Это же было при ней.
– Сдавала, – как можно спокойнее ответила я.
