Чуть поодаль мужчина в летах кормил с ложечки внучку. Так могло показаться на первый взгляд. Но молоденькая девушка глупо хихикала и строила глазки кормильцу. Да и одета она была весьма развратно, с намеком на благодарность за отеческую заботу.
В целом стандартная программа: кто-то ест, кто-то по сторонам смотрит, а кое-кого жена поймала за любованием симпатичной соседки и теперь пилит.
Взгляд зацепился за странного типа в противоположном углу зала. Тот уже сытно откушал и, откинувшись на спинку стула, задумчиво болтал вино в бокале. Почему он странный, сказать я точно не могла, но чувствовала. Одет хорошо, с претензией на пухлый кошель. Только при этом выглядит как заросший моряк, который в плавание год был. У него такая огромная бородища и пышные усы, что казалось, будто мужчина поцеловался с метлой, предварительно измазав лицо клеем. Над этими зарослями торчал нос. Вроде и правильной формы, но на конце имел утолщение, делающий его похожим на маленький пятачок.
Но тут мне принесли заказ, и у дам за соседним столом появился повод еще пошипеть в мою сторону. Мы с братом обладаем уникальной способностью есть что угодно и не толстеть. Причем порции всегда у нас немаленькие. Как говорила наша повариха, это стадо демонов внутри прожорливое.
Расправиться с едой я успела как раз к тому времени, как за соседним столиком началось нечто интересное. Толстяку, уже порядком раздраженному к этому моменту, принесли записку. Смысл ее понять было несложно, ведь до послания он бросал взгляды на входную дверь и нервно барабанил пальцами по столу, а те гнулись плохо и вообще были против непривычной физической активности. Записку он смял с остервенением и швырнул на пол, придавив ботинком. Желанная встреча не состоялась. И проигнорировала ее явно не дама, уж больно по-деловому был одет мужчина. Да и пригрозил он гаденыша из-под земли достать. Вот тут я уже заинтересовалась, ведь обещание было брошено не в сердцах, а с холодной яростью. Кажется, работа подкараулила меня и на отдыхе. Нужно за ним проследить, чтобы хотя бы знать, кто это? Предотвращение преступлений и профилактика – это тоже обязанность следователей. В теории. А на практике нам реальных дел хватает, чтобы еще и будущими заниматься. Да и пресловутая чуйка мне покоя не давала, зудела в самом неподходящем месте.
Остановило ли меня, что я сейчас не в образе брата? Вот еще! Я же не собираюсь никого задерживать. По крайней мере, план такой.
Мужчина раздраженно отказался от заботливого предложения обслуги найти экипаж и, цыкнув себе под нос ругательства, перешел дорогу, направляясь в парк.
Я, прежде чем припустить за ним, сбила отказом управляющего прямо в полете с вопросом об экипаже и сняла украшения, спрятав их в неприметную маленькую сумочку на поясе. Моя подруга Берта не раз была участником веселья в этом парке. Точнее, веселилась она, а преступные элементы страдали от кулаков патрульного. Так что не будем вводить во искушение неустойчивых морально и со слабой волей к изъятию чужой собственности.
Хороший у нас городской парк: дорожки мощеные, освещенные яркими фонарями, лавочки удобные, кусты пышные. Вот по ним я и кралась, в очередной раз порадовавшись немаркому цвету платья и отсутствию многослойных юбок. Эх, не поймут дамочки, что не в нарядах счастье, а в их удобстве.
На одной из лавочек в глубине парка дремал огромный детина, сложив руки на груди и свесив голову. Вот возле него и остановился толстяк.
Мне повезло обосноваться в зоне слышимости. Кусты жасмина, высаженные с целью создания романтической атмосферы, служили отличным прикрытием. От них так пахло тяжелым ароматом, что смотреть в сторону цветов никто не хотел. Как я буду стирать с себя этот запах, лучше не думать.
– Где клиент? – недовольно пробасил чудесным образом моментально восприявший ото сна товарищ.
– Он не пришел, – в голосе толстяка послышались истеричные нотки. – Прислал записку, что не сможет сегодня.
– Мартин будет недоволен, – с особой интонацией протянул детина, а я сделала стойку.
Скажем честно, не самое редкое имя, но слишком много Мартинов для одного дня. Да и интуиция, будь она неладна. Я бы смело могла сказать, что чувствую скверный душок у этой истории, но сейчас я, кроме запаха жасмина, вообще ничего не воспринимаю.
– А я здесь при чем? – огрызнулся толстяк. – Могу взамен дать тебе адрес Ринза, и сам его тащи за ухо к начальству.
Сюжет обрастает знакомыми лицами. Вот как полезно бывает сходить покушать на ночь глядя.
– А смысл? – отмахнулся детина, вставая с лавочки. – Он дома уже три дня не появляется. Не надо недооценивать нас. Его пасут. Как только появится – сразу схватят. Идиоты наделали столько шума, что привлекли внимание следаков. – Я скромно улыбнулась. – Нам и так почти на хвост сели. После кабака Гэса уже точно не успокоятся.
– И что делать? – заискивающее поинтересовался толстяк. – В другой город перебираться?
– Ага, – гадко хмыкнул бандит. – В столицу. Что ты чушь несешь, там за место под солнцем такая драка идет. Прирежут как цыплят, и никто не расстроится. Нет, у нас тут сеть налажена. Зачем срываться с места, если еще не все золотые яйца собрали? Просто надо быть поосторожнее некоторое время. Придется нашему некроманту побыть пока без игрушек.
На этом замечательном сообщении встречу официально окончили плевком на брусчатку. Толстяк для меня ценность сразу потерял, а вот его товарищ очень даже заинтересовал. Я уже приготовилась вести слежку дальше, но в зарослях жасмина случилась неожиданная встреча.
– Мое почтение, – мурлыкнул на ухо мне мужской голос.
Я беззвучно выругалась. Вежливость в кустах, пугала куда больше угроз в подворотне. Рука уже сама дернулась, призывая магию, но мою ладонь мягко сжали мужские пальцы в кожаных перчатках, похожих на патрульные, только с изумрудным свечением.
– Не советую, – все также тихо проурчал тот самый подозрительный бородач из «Сладкоголосой сирены», обдавая меня еле слышными нотками дорого вина. – Чарли весьма чувствителен к магии. Сразу нас раскроет. – И прежде чем я успела открыть рот для оригинального вопроса, кто из этих двоих Чарли, неизвестный мягко добавил: – Идите домой, госпожа Экстер, нечего по кустам честных и не очень людей соблазнять.
Оригинальных вопросов у меня прибавилось, а вот ответы на них получить не удалось. Это несколько трудно сделать, когда к твоему лицу с силой прижимают ткань, пропитанную сонным зельем. Я попыталась вывернуться из захвата, но в незнакомце чувствовался опыт маньяка, ведь держали меня крепко, прижав к груди. Наплевав на конспирацию, уже хотела огреть напавшего льдом, но его перчатки вспыхнули изумрудным некромантским светом, поглощая мой выброс. Последнее, что я уловила затухающим сознанием, был какой-то нежный шепот:
– Тшшш. Все будет хорошо. Скоро ты всех-всех преступников арестуешь, дорогая госпожа Экстер.
В себя я пришла рывком. Сначала села, затем открыла глаза. Мозг, слегка одурманенный, с трудом оценивал обстановку. Свою спальню я узнала, а понять, как здесь оказалась, не могла. Сонно потерла лицо. Приснилось или нет? Но стоило взгляду упасть на мой наряд, и сомнения пропали. Я была все в том же платье.
Со стоном откинулась на подушку, рассматривая белый потолок в ночном свете. Это позорнее, чем утопить лодку на мелководье! Мало того, что я позволила незаметно подкрасться к себе, так еще и умудрилась прозевать нападение. Зачем ему было меня усыплять, а потом тащить домой?
От опасной догадки я похолодела и поспешно задрала подол. Белье по-прежнему присутствовало на мне. Значит, версию с маньяком мы отметаем.
Но если вспомнить обращение ко мне «госпожа Экстер» и то, что мужик знает, где я живу и каким-то образом попал в дом, то следует его обратно возвратить в стан маньяков.
Кстати, о доме. Я сняла с пояса сумочку и непослушными пальцами попробовала расстегнуть хитрый замочек. В итоге психанула и просто сломала его, высыпая содержимое на одеяло. Драгоценности были на месте, и ключ тоже.
Вот теперь мне стало по-настоящему плохо. Или мне сломали дверь, или у бородатого был дубликат.
Эта мысль вместе с адреналином подбросила меня на кровати. Небольшой двухэтажный домик я обежала за считанные минуты, проверяя все двери и окна. Входная порадовала и одновременно напугала закрытым замком. Завтра же сменю его на новый!
Ценности тоже остались на своих местах. Но кое-что прибавилось. В гостиной на низком столике в вазе стоял букет ирисов. Я с опаской подкралась к нему. К вазе был прислонен сложенный пополам белый листок. Записка поражала обилием информации. Всего одно слово «Извиняюсь», написанное красивым уверенным почерком.
Спать я пошла в комнату брата. Если кто и надумает заглянуть в гости – пускай удивится.
Утро мне подарило ясную голову, а с ней и план, что делать дальше. Замок однозначно заменить. Я об этом попросила приходящую служанку Розалинду через записку. Наскоро позавтракав, побежала в отделение, чтобы порыться в архиве до начала рабочего дня. Уж больно примечательная внешность у бородатого, может, где и всплывет. Очень хочется его отблагодарить за цветы и остальное…
Но перед этим переслала письмо Берте по даль-камню. Удобная штука, надо заметить, я через него матушке активно вру, будто живу чинно и степенно. Точнее, послание скорее предназначалось Роберту де Эрдану, супругу моей подруги – некроманту и изобретателю с фантазией. Именно он испортил перчатки патрульного, начинив их магией некромантов. До этого их использовали, только чтобы ломать стены и руки с ногами задержанных. Абы кто такие перчатки активировать не может, вот мне и стало интересно, а сколько их существует на данный момент?
А еще нужно подумать, где искать Ринза, который, по утверждению возможного Чарли, дома не появлялся уже три дня. Вся надежда на Ленора.
Привычно раскинула карты, и второй день подряд полюбовалась на неприличную комбинацию, предвещающую проблемы. Ни тебе приятных встреч, ни удачного завершения дел. Даже завалящего сюрприза день мне не обещал.
На улице было непривычно тихо и безлюдно. Я прищурилась, разглядывая яркое утреннее солнце. Надеюсь, что со стороны это так и выглядело. А в действительности я осматривала все подозрительные кусты в округе с новообретенной фобией. Кто знает этого бородача?
– Джу, – недовольно проворчал дежурный, являя мне помятое лицо, – у нас что-то случилось?
Отличный вопрос от того, кто по идее должен был бы быть в курсе.
– Да нет вроде, – пожала я плечами.
– А чего тогда так рано явился? – дежурный посмотрел на меня взглядом обиженного человека, словно мое желание прийти на службу пораньше наносит ему личное оскорбление. Просто плевок в душу.
– Как ни странно – работать, – фыркнула я.
И под бухтение о ничего не понимающей в жизни молодежи пошла в архив.
Как обычно, идея казалась гениальной ровно до ее воплощения в жизнь.
– М-да, – я задумчиво почесала затылок, пытаясь охватить взглядом стеллажи.
Сотрудники архива, призванные помогать следователям в поиске информации в этих дебрях, тоже обычные люди, и на работу особо не спешат. Да и как бы надо было сформулировать вопрос? Дайте мне то, не знаю что?
Придется расчехлять свой самый главный козырь – логику. Важное оружие в арсенале следователя, хотя бывает, и стреляет она с осечками.
Бородатый личность определенно не знакомая в городе, иначе такая яркая ориентировка точно бы мне запомнилась. Да и то, как он неслышно подкрался, говорит об определенных навыках. Например, элитные воры-домушники могут зайти в гости к спящим хозяевам и, не потревожив их, вынести большую часть имущества. За эту версию также говорит и то, что он как-то попал в мой дом.
Но вот преследовать жертву по кустам не совсем та специализация. Да и заготовленная тряпка с сонным зельем. Неужели торговец на черном рынке человеческими органами?!
От этой мысли возникло иррациональное желание сходить к лекарю, чтобы проверить, все ли у меня в комплекте, или чего не хватает. Хорошо, что столь абсурдную версию подтверждать не пришлось, ведь бородатый следил за толстяком и Чарли, а ни один из этих двоих на здорового донора не тянет.
В общем, бородач – сплошная загадка. И вовсе не удивлюсь, если он какой-нибудь секретный агент. Хм… По таким личностям обычно и информации меньше.
Я, скорбно поджав губы, посмотрела на вывеску «Архив. Уровень доступа два». Туда я смогу попасть только с бумажкой, на которой наш любимый начальник, чтоб ему вкусно завтракалось, поставит свой автограф.
Ладно, у меня еще остался загадочный Чарли. Вот на детину у нас точно есть хоть что-то.
Стеллаж с делами этого года вызывал одновременно и гордость за проделанную работу, и глухое раздражение из-за неаккуратности коллег. В первой же наугад взятой папке не хватало несколько листов. Да и почерк намекал, что отчет писался в перерывах между тостами в кабаке. А потом в него рыбу заворачивали.
А еще меня поджидал очередной коварный удар судьбы – имя Чарли оказалось весьма популярным среди преступного мира, а иногда оно было и прозвищем. За что так карма с Чарли, я предполагать не берусь, но моя работа от этого легче не стала.
Я устроилась за скрипучим столом, обложившись делами, и принялась выписывать адреса и приметы. Увы, если мужик из парка и имел какой-нибудь шрам на лице, то рассмотреть мне этого не удалось. Поэтому приходиться опираться только на телосложение, а оно у него далеко не уникальное, можно сказать, стандартно-бандитское.
Здание потихоньку оживало. Хмурые невыспавшиеся следователи медленно разбредались по своим кабинетам. В помещение архива впорхнула одна из сотрудниц – Ганна, симпатичная пухленькая девушка.
– О, Джу, – она с придыханием прижала ладони к груди, – какое сегодня замечательное утро.
– Угу, – бросила я, не отрываясь от листка, исписанного очередным корявым почерком. – Рабочее.
– Я могу тебе чем-то помочь? – она налегла на стол грудью, намекая на расширенный ассортимент услуг.
Как замечательно, что есть отмазка «в своем гнезде гадить нельзя». Репутацию брата я поддерживала упорно, но только мифически, ведь настоящие мужчины имен покоренных дам не называют.
– Спасибо, я сам справился, – пробасила в ответ на призыв капельку раздраженно. Тактичный намек на занятость и нежелание общаться. Но кто бы мне внял?
– А хочешь, я кофе сделаю? Или вообще завтрак, – решила зайти с козырей Ганна. – Вон ты как рано пришел, ясно голодный.
– Я сыт, – буркнула в ответ на щедрое предложение. Очень хотелось сказать «по горло», но обижать девушку, с которой ты работаешь в одном здании, опасно. Это я как девушка говорю.
Ганна быстро осмотрелась по сторонам и весьма молниеносно для своей комплекции переместилась мне за спину, чтобы возложить ладошки на мои плечи.
– А еще я могу массаж сделать, – томно пропыхтела она мне на ухо.
На ум пришла вчерашняя встреча в кустах. Вот у бородача это выходило куда более впечатляющее и волнующе. А тут сразу видны недостаток практики и личной жизни.
– Не стоит, – я повела плечами, сбрасывая ее руки. А то сюрприз может выйти весьма занимательным. – Мышцы должны трогать только профессионалы. У меня такой принцип.
– О-о, – протянула девушка и стала похоже на кошку по весне. Даже глазки масляно заблестели. – Ты такой властный. Страсть обожаю командиров.
В целом стандартная программа: кто-то ест, кто-то по сторонам смотрит, а кое-кого жена поймала за любованием симпатичной соседки и теперь пилит.
Взгляд зацепился за странного типа в противоположном углу зала. Тот уже сытно откушал и, откинувшись на спинку стула, задумчиво болтал вино в бокале. Почему он странный, сказать я точно не могла, но чувствовала. Одет хорошо, с претензией на пухлый кошель. Только при этом выглядит как заросший моряк, который в плавание год был. У него такая огромная бородища и пышные усы, что казалось, будто мужчина поцеловался с метлой, предварительно измазав лицо клеем. Над этими зарослями торчал нос. Вроде и правильной формы, но на конце имел утолщение, делающий его похожим на маленький пятачок.
Но тут мне принесли заказ, и у дам за соседним столом появился повод еще пошипеть в мою сторону. Мы с братом обладаем уникальной способностью есть что угодно и не толстеть. Причем порции всегда у нас немаленькие. Как говорила наша повариха, это стадо демонов внутри прожорливое.
Расправиться с едой я успела как раз к тому времени, как за соседним столиком началось нечто интересное. Толстяку, уже порядком раздраженному к этому моменту, принесли записку. Смысл ее понять было несложно, ведь до послания он бросал взгляды на входную дверь и нервно барабанил пальцами по столу, а те гнулись плохо и вообще были против непривычной физической активности. Записку он смял с остервенением и швырнул на пол, придавив ботинком. Желанная встреча не состоялась. И проигнорировала ее явно не дама, уж больно по-деловому был одет мужчина. Да и пригрозил он гаденыша из-под земли достать. Вот тут я уже заинтересовалась, ведь обещание было брошено не в сердцах, а с холодной яростью. Кажется, работа подкараулила меня и на отдыхе. Нужно за ним проследить, чтобы хотя бы знать, кто это? Предотвращение преступлений и профилактика – это тоже обязанность следователей. В теории. А на практике нам реальных дел хватает, чтобы еще и будущими заниматься. Да и пресловутая чуйка мне покоя не давала, зудела в самом неподходящем месте.
Остановило ли меня, что я сейчас не в образе брата? Вот еще! Я же не собираюсь никого задерживать. По крайней мере, план такой.
Мужчина раздраженно отказался от заботливого предложения обслуги найти экипаж и, цыкнув себе под нос ругательства, перешел дорогу, направляясь в парк.
Я, прежде чем припустить за ним, сбила отказом управляющего прямо в полете с вопросом об экипаже и сняла украшения, спрятав их в неприметную маленькую сумочку на поясе. Моя подруга Берта не раз была участником веселья в этом парке. Точнее, веселилась она, а преступные элементы страдали от кулаков патрульного. Так что не будем вводить во искушение неустойчивых морально и со слабой волей к изъятию чужой собственности.
Хороший у нас городской парк: дорожки мощеные, освещенные яркими фонарями, лавочки удобные, кусты пышные. Вот по ним я и кралась, в очередной раз порадовавшись немаркому цвету платья и отсутствию многослойных юбок. Эх, не поймут дамочки, что не в нарядах счастье, а в их удобстве.
На одной из лавочек в глубине парка дремал огромный детина, сложив руки на груди и свесив голову. Вот возле него и остановился толстяк.
Мне повезло обосноваться в зоне слышимости. Кусты жасмина, высаженные с целью создания романтической атмосферы, служили отличным прикрытием. От них так пахло тяжелым ароматом, что смотреть в сторону цветов никто не хотел. Как я буду стирать с себя этот запах, лучше не думать.
– Где клиент? – недовольно пробасил чудесным образом моментально восприявший ото сна товарищ.
– Он не пришел, – в голосе толстяка послышались истеричные нотки. – Прислал записку, что не сможет сегодня.
– Мартин будет недоволен, – с особой интонацией протянул детина, а я сделала стойку.
Скажем честно, не самое редкое имя, но слишком много Мартинов для одного дня. Да и интуиция, будь она неладна. Я бы смело могла сказать, что чувствую скверный душок у этой истории, но сейчас я, кроме запаха жасмина, вообще ничего не воспринимаю.
– А я здесь при чем? – огрызнулся толстяк. – Могу взамен дать тебе адрес Ринза, и сам его тащи за ухо к начальству.
Сюжет обрастает знакомыми лицами. Вот как полезно бывает сходить покушать на ночь глядя.
– А смысл? – отмахнулся детина, вставая с лавочки. – Он дома уже три дня не появляется. Не надо недооценивать нас. Его пасут. Как только появится – сразу схватят. Идиоты наделали столько шума, что привлекли внимание следаков. – Я скромно улыбнулась. – Нам и так почти на хвост сели. После кабака Гэса уже точно не успокоятся.
– И что делать? – заискивающее поинтересовался толстяк. – В другой город перебираться?
– Ага, – гадко хмыкнул бандит. – В столицу. Что ты чушь несешь, там за место под солнцем такая драка идет. Прирежут как цыплят, и никто не расстроится. Нет, у нас тут сеть налажена. Зачем срываться с места, если еще не все золотые яйца собрали? Просто надо быть поосторожнее некоторое время. Придется нашему некроманту побыть пока без игрушек.
На этом замечательном сообщении встречу официально окончили плевком на брусчатку. Толстяк для меня ценность сразу потерял, а вот его товарищ очень даже заинтересовал. Я уже приготовилась вести слежку дальше, но в зарослях жасмина случилась неожиданная встреча.
– Мое почтение, – мурлыкнул на ухо мне мужской голос.
Я беззвучно выругалась. Вежливость в кустах, пугала куда больше угроз в подворотне. Рука уже сама дернулась, призывая магию, но мою ладонь мягко сжали мужские пальцы в кожаных перчатках, похожих на патрульные, только с изумрудным свечением.
– Не советую, – все также тихо проурчал тот самый подозрительный бородач из «Сладкоголосой сирены», обдавая меня еле слышными нотками дорого вина. – Чарли весьма чувствителен к магии. Сразу нас раскроет. – И прежде чем я успела открыть рот для оригинального вопроса, кто из этих двоих Чарли, неизвестный мягко добавил: – Идите домой, госпожа Экстер, нечего по кустам честных и не очень людей соблазнять.
Оригинальных вопросов у меня прибавилось, а вот ответы на них получить не удалось. Это несколько трудно сделать, когда к твоему лицу с силой прижимают ткань, пропитанную сонным зельем. Я попыталась вывернуться из захвата, но в незнакомце чувствовался опыт маньяка, ведь держали меня крепко, прижав к груди. Наплевав на конспирацию, уже хотела огреть напавшего льдом, но его перчатки вспыхнули изумрудным некромантским светом, поглощая мой выброс. Последнее, что я уловила затухающим сознанием, был какой-то нежный шепот:
– Тшшш. Все будет хорошо. Скоро ты всех-всех преступников арестуешь, дорогая госпожа Экстер.
В себя я пришла рывком. Сначала села, затем открыла глаза. Мозг, слегка одурманенный, с трудом оценивал обстановку. Свою спальню я узнала, а понять, как здесь оказалась, не могла. Сонно потерла лицо. Приснилось или нет? Но стоило взгляду упасть на мой наряд, и сомнения пропали. Я была все в том же платье.
Со стоном откинулась на подушку, рассматривая белый потолок в ночном свете. Это позорнее, чем утопить лодку на мелководье! Мало того, что я позволила незаметно подкрасться к себе, так еще и умудрилась прозевать нападение. Зачем ему было меня усыплять, а потом тащить домой?
От опасной догадки я похолодела и поспешно задрала подол. Белье по-прежнему присутствовало на мне. Значит, версию с маньяком мы отметаем.
Но если вспомнить обращение ко мне «госпожа Экстер» и то, что мужик знает, где я живу и каким-то образом попал в дом, то следует его обратно возвратить в стан маньяков.
Кстати, о доме. Я сняла с пояса сумочку и непослушными пальцами попробовала расстегнуть хитрый замочек. В итоге психанула и просто сломала его, высыпая содержимое на одеяло. Драгоценности были на месте, и ключ тоже.
Вот теперь мне стало по-настоящему плохо. Или мне сломали дверь, или у бородатого был дубликат.
Эта мысль вместе с адреналином подбросила меня на кровати. Небольшой двухэтажный домик я обежала за считанные минуты, проверяя все двери и окна. Входная порадовала и одновременно напугала закрытым замком. Завтра же сменю его на новый!
Ценности тоже остались на своих местах. Но кое-что прибавилось. В гостиной на низком столике в вазе стоял букет ирисов. Я с опаской подкралась к нему. К вазе был прислонен сложенный пополам белый листок. Записка поражала обилием информации. Всего одно слово «Извиняюсь», написанное красивым уверенным почерком.
Спать я пошла в комнату брата. Если кто и надумает заглянуть в гости – пускай удивится.
Утро мне подарило ясную голову, а с ней и план, что делать дальше. Замок однозначно заменить. Я об этом попросила приходящую служанку Розалинду через записку. Наскоро позавтракав, побежала в отделение, чтобы порыться в архиве до начала рабочего дня. Уж больно примечательная внешность у бородатого, может, где и всплывет. Очень хочется его отблагодарить за цветы и остальное…
Но перед этим переслала письмо Берте по даль-камню. Удобная штука, надо заметить, я через него матушке активно вру, будто живу чинно и степенно. Точнее, послание скорее предназначалось Роберту де Эрдану, супругу моей подруги – некроманту и изобретателю с фантазией. Именно он испортил перчатки патрульного, начинив их магией некромантов. До этого их использовали, только чтобы ломать стены и руки с ногами задержанных. Абы кто такие перчатки активировать не может, вот мне и стало интересно, а сколько их существует на данный момент?
А еще нужно подумать, где искать Ринза, который, по утверждению возможного Чарли, дома не появлялся уже три дня. Вся надежда на Ленора.
Привычно раскинула карты, и второй день подряд полюбовалась на неприличную комбинацию, предвещающую проблемы. Ни тебе приятных встреч, ни удачного завершения дел. Даже завалящего сюрприза день мне не обещал.
На улице было непривычно тихо и безлюдно. Я прищурилась, разглядывая яркое утреннее солнце. Надеюсь, что со стороны это так и выглядело. А в действительности я осматривала все подозрительные кусты в округе с новообретенной фобией. Кто знает этого бородача?
– Джу, – недовольно проворчал дежурный, являя мне помятое лицо, – у нас что-то случилось?
Отличный вопрос от того, кто по идее должен был бы быть в курсе.
– Да нет вроде, – пожала я плечами.
– А чего тогда так рано явился? – дежурный посмотрел на меня взглядом обиженного человека, словно мое желание прийти на службу пораньше наносит ему личное оскорбление. Просто плевок в душу.
– Как ни странно – работать, – фыркнула я.
И под бухтение о ничего не понимающей в жизни молодежи пошла в архив.
Как обычно, идея казалась гениальной ровно до ее воплощения в жизнь.
– М-да, – я задумчиво почесала затылок, пытаясь охватить взглядом стеллажи.
Сотрудники архива, призванные помогать следователям в поиске информации в этих дебрях, тоже обычные люди, и на работу особо не спешат. Да и как бы надо было сформулировать вопрос? Дайте мне то, не знаю что?
Придется расчехлять свой самый главный козырь – логику. Важное оружие в арсенале следователя, хотя бывает, и стреляет она с осечками.
Бородатый личность определенно не знакомая в городе, иначе такая яркая ориентировка точно бы мне запомнилась. Да и то, как он неслышно подкрался, говорит об определенных навыках. Например, элитные воры-домушники могут зайти в гости к спящим хозяевам и, не потревожив их, вынести большую часть имущества. За эту версию также говорит и то, что он как-то попал в мой дом.
Но вот преследовать жертву по кустам не совсем та специализация. Да и заготовленная тряпка с сонным зельем. Неужели торговец на черном рынке человеческими органами?!
От этой мысли возникло иррациональное желание сходить к лекарю, чтобы проверить, все ли у меня в комплекте, или чего не хватает. Хорошо, что столь абсурдную версию подтверждать не пришлось, ведь бородатый следил за толстяком и Чарли, а ни один из этих двоих на здорового донора не тянет.
В общем, бородач – сплошная загадка. И вовсе не удивлюсь, если он какой-нибудь секретный агент. Хм… По таким личностям обычно и информации меньше.
Я, скорбно поджав губы, посмотрела на вывеску «Архив. Уровень доступа два». Туда я смогу попасть только с бумажкой, на которой наш любимый начальник, чтоб ему вкусно завтракалось, поставит свой автограф.
Ладно, у меня еще остался загадочный Чарли. Вот на детину у нас точно есть хоть что-то.
Стеллаж с делами этого года вызывал одновременно и гордость за проделанную работу, и глухое раздражение из-за неаккуратности коллег. В первой же наугад взятой папке не хватало несколько листов. Да и почерк намекал, что отчет писался в перерывах между тостами в кабаке. А потом в него рыбу заворачивали.
А еще меня поджидал очередной коварный удар судьбы – имя Чарли оказалось весьма популярным среди преступного мира, а иногда оно было и прозвищем. За что так карма с Чарли, я предполагать не берусь, но моя работа от этого легче не стала.
Я устроилась за скрипучим столом, обложившись делами, и принялась выписывать адреса и приметы. Увы, если мужик из парка и имел какой-нибудь шрам на лице, то рассмотреть мне этого не удалось. Поэтому приходиться опираться только на телосложение, а оно у него далеко не уникальное, можно сказать, стандартно-бандитское.
Здание потихоньку оживало. Хмурые невыспавшиеся следователи медленно разбредались по своим кабинетам. В помещение архива впорхнула одна из сотрудниц – Ганна, симпатичная пухленькая девушка.
– О, Джу, – она с придыханием прижала ладони к груди, – какое сегодня замечательное утро.
– Угу, – бросила я, не отрываясь от листка, исписанного очередным корявым почерком. – Рабочее.
– Я могу тебе чем-то помочь? – она налегла на стол грудью, намекая на расширенный ассортимент услуг.
Как замечательно, что есть отмазка «в своем гнезде гадить нельзя». Репутацию брата я поддерживала упорно, но только мифически, ведь настоящие мужчины имен покоренных дам не называют.
– Спасибо, я сам справился, – пробасила в ответ на призыв капельку раздраженно. Тактичный намек на занятость и нежелание общаться. Но кто бы мне внял?
– А хочешь, я кофе сделаю? Или вообще завтрак, – решила зайти с козырей Ганна. – Вон ты как рано пришел, ясно голодный.
– Я сыт, – буркнула в ответ на щедрое предложение. Очень хотелось сказать «по горло», но обижать девушку, с которой ты работаешь в одном здании, опасно. Это я как девушка говорю.
Ганна быстро осмотрелась по сторонам и весьма молниеносно для своей комплекции переместилась мне за спину, чтобы возложить ладошки на мои плечи.
– А еще я могу массаж сделать, – томно пропыхтела она мне на ухо.
На ум пришла вчерашняя встреча в кустах. Вот у бородача это выходило куда более впечатляющее и волнующе. А тут сразу видны недостаток практики и личной жизни.
– Не стоит, – я повела плечами, сбрасывая ее руки. А то сюрприз может выйти весьма занимательным. – Мышцы должны трогать только профессионалы. У меня такой принцип.
– О-о, – протянула девушка и стала похоже на кошку по весне. Даже глазки масляно заблестели. – Ты такой властный. Страсть обожаю командиров.
