Прижигали активные точки на теле заболевших пучками тлеющей травы. Готовили даже отвары из сушеных скорпионов, оленьих сухожилий, щитомордника, муравьев в строгом соответствии с указаниями из старого травника "Яо Ши Юань", гласящего, что лекарственные средства и продукты питания для больного должны иметь одинаковое происхождение. Все нужное, по счастливой случайности, оказалось у лекаря в его медицинском ящике.
Затруднения Ли Мин начались, когда лекарь разрываясь между больными, велел ей «прочитать» пульс у одного из заразившихся, а после ее короткого ответа, что пульс учащенный, посмотрел на нее так, будто вместо обещанного золотого дракона увидел сороконожку.
- И это все, что ты можешь сказать? - недоверчиво поинтересовался он.
- Но... диагностика восточной медицины проходила у нас факультативом... В наше время уже не диагностируют по пульсу... - виновато оправдывалась студентка медицинского института, чувствуя себя ужасным неучем.
- Как же вы тогда лечите ? - дивился на нее лекарь древности.
- А у нас много навороченных медицинских аппаратов... механизмов, - пояснила она под его недоуменным взглядом, понимая насколько слаб ее аргумент.
- Небо... ну что за невероятное невежество! - рассердился лекарь Бин. - Механизмы... как они помогут лечению?!
- Но...
- В этом твоем будущем учат всякой ерунде, - категорично заключил учитель.
- Но...
- Какие из вас там лекари получаются, я скажу лишь после того, когда увижу, как ты работаешь с иглами и как точно находишь энергетически важные точки на теле больного.
- Но традиционной методике не обучают в высших заведениях и мы...
- Так, - оборвал ее наставник. - Покажи-ка мне основную точку и найди энергетический поток в теле этого больного.
- Но мы же еще...
- Вот какой, скажи, от тебя прок? - рассердился лекарь, но сдержался, не смея распекать свою ученицу при больных. - Ты хоть держала иглы в руках? – понизив голос, поинтересовался он, сверля ее требовательным взглядом.
- Уколы делала... - промямлила его ученица.
- Уколы… - хмыкнул лекарь. - Пойдем, некогда тут разбираться на что ты способна, покажешь мне все что умеешь на деле.
Но когда оказалось, что Ли Мин никогда не ставила акупунктурные иглы, лекарь, кажется, совсем пал духом. Послало же Небо помощничка! Ли Мин, мягко говоря, разочаровала учителя, но даже поругаться на нее как следует при больных, он не смел. Смогут ли тогда пациенты довериться ей как целителю, да и времени на это не было. Он только недовольно морщился, да презрительно хмыкал, меряя ее уничижающими взглядами. Сам лекарь оказался мастером пульсовой диагностики, как и иглоукалывания, которую применял сейчас вовсю.
С этого дня началось обучение Ли Мин с кучей информации и суровой практикой.
После того как лекарем была прочитана полная лекция о видах пульса с их привязкой к органам человеческого тела, он принялся гонять подопечную, заставляя ее начинать осмотр пациентов с пульсового считывания. От выволочек Ли Мин спасала нехватка времени и хроническая усталость учителя, который, к концу дня, засыпал там где стоял.
- Прежде чем взять иглы, смотри пульс, - терпеливо втолковывал ей Бин, когда они скорым шагом шли к дому дровосека, что находился возле леса, на самой окраине деревни. - Это даст тебе возможность увидеть ци (энергию) органов. Только после этого начинай лечение. О наполненности органов ци, узнаешь, прощупав пульс, тогда и определишь ее нехватку. А теперь расскажи мне каков пульс у больных с уже проступившей фиолетовой сыпью?
- Замерзающий «Дай», - тут же ответила Ли Мин. - Удары этого пульса быстрые, но не достаточно сильные. Ритм похож на тонущего, который пытается держаться на воде и то уходит с головой под воду, то вновь выплывает. Это происходит от недостатка ци, - без запинки выдала она. - Такой пульс ведет органы к смерти и определяется у больных с серьезными необратимыми процессами, он еще характерен для глубоких стариков, которые совсем истощены и готовы уйти к Желтой воде (загробная река).
- Значит, эта непонятная зараза бьет по самым слабым, прежде больным, местам человека? - решил каверзно подловить ее учитель.
- Нет, - отчеканила Ли Мин, сдавая экзамен на ходу. - Этот мор сразу захватывает сердце и легкие. Те, кто прежде болел ими - умирают быстрее, только и всего, - ответила Ли Мин уверенно.
Лекарь кивнул, выказывая скупую похвалу – девочка все схватывала на лету. Дровосека они нашли лежащим в жару на циновке в углу дома со скудной обстановкой.
- Вот маг способен видеть сквозь тело органы человека, и потому его диагноз всегда верен, - вздохнул лекарь Бин, готовясь посетовать, что Фэй Я с его «небесным зрением» сейчас не с ними, когда так нужен тут. Но передумал и, оставив ненужные сожаления, вновь начал наставлять свою ученицу:
- Организм словно река, - рассказывал он, переворачивая с помощью Ли Мин кряжистого плотного дровосека Се Туна. Взяв его запястье, сосредоточенно послушал пульс, а после продолжил: - Когда вода идет свободно по своему руслу, она дает жизнь. Но если где-то затор, то выше реки будет наводнение, а ниже — засуха, верно? Вот так и болезнь нарушает организм, все силы которого будут направлены на затор, оттого там возникает «полнота» с отеком, краснотой и жаром.
- То есть воспалением? - кивнула Ли Мин. Осмысливая его слова, она подняла пропотевшую рубаху на истощенном теле Се Туна, с содроганием видя, как лекарь достает бамбуковый футляр в котором носил иглы.
- Называй это так, - согласился он, - но когда возникает эта «полнота» - значит, где-то будет «пустота», потому что какие-то органы не получат необходимого.
- Выходит иглоукалывание помогает запустить самовосстановление? - пробормотала Ли Мин, глядя на иглы. - Когда в воспаленную зону приливает кровь стимулированная иглами, нервы начинают активно работать, происходит лимфодренаж, сюда же подтягиваются и лекарства, что воздействуют на поврежденные органы. Все это образует гуморальный иммунитет. Почему же сейчас это не работает? - вопросительно и тревожно посмотрела она на учителя, осторожно и уверенно вводившего иглу возле носа и у виска метавшегося дровосека, что бы снизить жар.
- Вот ты мне и скажи: почему? - сосредоточенно сопел учитель. - Что ты сейчас видишь? Устойчивую «наполненность» или «пустоту»? Почему ци не расходиться по телу бедняги Се?
- Что-то блокирует ее, - ответила Ли Мин разглядывая грудь, шею и плечи больного покрытые фиолетовым высыпанием. - Но, что именно, мы так и не выяснили.
- Но мы хотя бы поняли, что болезнь поселилась в сердце и легких. Это подтверждают те пульсы, которые я сейчас прослушал у наших больных. Пульс «жэнь ин» дает начало крови, а пульс «ци-коу» - начало энергии, но, ни энергия, ни кровь не расходятся по телу, что бы оживить организм больного.
- У всех заболевших пульсируют яремные вены, что подтверждает сердечный порок, от которого умирает большинство заболевших, - высказала свои наблюдения Ли Мин. - Одна надежда, что вы сумеете иглоукалыванием разблокировать поток энергии и здоровой крови.
Через несколько дней беспрерывной практики, она уже уверенно отвечала на вопросы лекаря Бина и действовала как бывалый медик. За эту неделю Ли Мин узнала много больше о пульсовой диагностике и традиционном лечении, чем за то время, что отучилась в институте. За эти дни неустанных усилий лекаря и его ученицы, стало понятно, что ни лечебные отвары, ни разблокирование иглами энергетических точек, ожидаемого спасения, к сожалению, не принесли, напротив, заболело еще несколько человек.
- Необходимо отделить уже заболевших людей от здоровых. Карантин - первое правило при повальном заболевании, - предложила Ли Мин, не позволяя себе сдаваться. - Это нужно было сделать в первую очередь.
- Все и так сидят напуганные по домам и не выходят, - неуступчиво буркнул лекарь, отдуваясь от жары под повязанной на лицо косынкой. - Делай, что хочешь. Только кто будет разлучаться со своей семьей, и как ты сможешь уговорить людей на такое, в толк не возьму.
В задумке Ли Мин помогла ее подруга Чи Нянь, семья Ши Цин и вдова Е Чен, которая отдала свою хижину под лазарет, перебравшись в дом супругов Ши Цин. Так молодым женщинам было легче присматривать за детьми.
- Зачем мне уходить из дома? Если Небу угодно, то, как бы не обезопасили вы мою семью, мор все равно настигнет нас, - ворча, упрямился старик Шо при молчаливой поддержке пяти сыновей, трех зятьев и десяти внуков.
- Небу угодно спасти вас, только Небу в этом нужно помочь, - отвечала Ли Мин, подхватывая его под руки и выводя из дома вместе с младшими. - Подумайте о своих внуках. Будут ли они почитать своего деда, который не захотел ничем поступиться ради них.
После того, как патриарх семейства Ши был помещен в импровизированный лазарет, туда потянулись остальные семьи, приводя своих заболевших домочадцев, которых принимала и устраивала Чи Нянь.
- Ничего не понимаю, - бормотала расстроенная Ли Мин, через три дня. У нее уже сдавали нервы, что бы они с лекарем Бином ни делали, какие меры не принимали, как будто колотились о глухую стену. - Мы окурили полынью и смолами каждый уголок в деревне и обеззаразили в ней уксусом все, что только можно. Приучили всех кипятить воду и вещи. Больные изолированы. Деревню разбили на три участка, разместив отдельно здоровых и больных. Перепробовали все лекарства, что были нам доступны. Не помогло ни одно. А зараза все набирает силу и ничем ее не остановить.
Сложив на груди руки лекарь Бин лишь мрачно кивал ее словам, ибо это был неутешительный итог их, увы, бесполезного врачевания.
В эти нелегкие дни и бессонные ночи, Ли Мин научилась с ходу определять нужные точки на теле, которые, по мнению лекаря Бина локализовали болезнь, но вводить иглы побаивалась, хотя лекарь, вовсю используя иглоукалывание, как никогда нуждался в лишних руках.
- Тренируйся, - настаивал он, наблюдая за тем, как она собирается ткнуть иглой в свою руку.
- Да на ком? - малодушно отвела иглу в сторону Ли Мин.
Хмыкнув, лекарь тряхнул рукавами и, заложив руки за спину, отошел к очагу, где кипели отвары. Некоторые из них пришло время снимать, остужать и давать пациентам.
- А можно потренироваться на вас, учитель? Учи-ите-ель... - взывала она вслед поспешно удаляющемуся с отварами лекарю .
Пришлось Ли Мин бежать с иглами к своим подружками Фан Юэ и Чи Нянь. Лай с недавнего времени работала помощницей прачки в Поместье, упрямо идя к своей заветной цели — возвыситься до наложницы Главы. Фан Юэ дома не было. На просьбы Ли Мин стать ее практическим пособием, согласилась лишь покладистая Чи Нянь. И когда, сидя на крылечке «лазарета», горе-лекарь принялась неловко вводить иглу в ее руку, та лишь морщилась да тихо ойкала.
- Вот зачем терпишь раз больно? - сердилась Ли Мин, потея от страха и напряжения.
- И хорошо, что больно, - выдохнула подружка, подбодрив свою мучительницу дрожащей улыбкой. - Это облегчит мои сердечные страдания.
- У тебя болит сердце? - перепугалась, резко выпрямившаяся Ли Мин, уронив иглу на колени.
- Я не заболела, вовсе нет, - поторопилась успокоить ее Чи Нянь, печально улыбнувшись. - Не о такой сердечной боли я говорю.
- Тогда что же это? - тревожно оглядела ее Ли Мин.
- Не могу разлюбить его, - вздохнула Чи Нянь и Ли Мин поняла, что речь идет о старшем сыне кузнеца. - Но он выбрал не меня, а Фан Юэ. Вот и мучаюсь, не в силах позабыть его и всеми силами сдерживаю досаду на дорогую подружку. Как я могу испытывать ненависть к ней? Но чувство ревности так черно, что поневоле завладевает мной и недозволенные мысли осаждают упрямо. Сердце разрывается, когда вижу их вместе, даже слезы не помогают. Что мне делать, Ли Мин? Что же делать? Имеется ли у тебя такое снадобье, что успокоит любовный недуг? Когда родные сговорили меня за вдовца-горшечника Гу, я противилась этому браку как могла, а вчера вот согласилась. Будущий муж обещает увезти меня в город, у него там лавка, где он продает свои горшки. Уехать из Снежных Листопадов единственное спасение для меня, правда? Только Небо решило до конца испытать меня. Из-за мора мы вряд ли сможем уехать в город и я буду видеть их... его... Так, что смело, не боясь и не сдерживаясь, втыкай в меня свои иглы... Боль причиняемая ими ничто по сравнению с мукой неразделенной любви.
- Чи Нянь, ты такая сильная, - погладила ее по руке потрясенная Ли Мин, неуверенно взяв с колен иглу. - У тебя хватило мужества не оправдывать себя, отойти в сторону, бороться с собой и со своей любовью, чтобы не мешать подруге Фан. Небо вознаградит тебя за это...
- Ой... - вздрогнула девушка, когда игла Ли Мин неудачно ткнулась ей в предплечье.
Но после очередного «тыка» иглы Чи Нянь вдруг обездвижила и Ли Мин в ужасе помчалась к лекарю. Тот сразу поспешил к пострадавшей, кляня на чем свет свою криворукую ученицу.
- Боги Небесные, дайте мне терпения! - причитал он, потрясая кулаками. - Уйди с глаз моих долой!
И Ли Мин, чтобы не искушать судьбу, быстренько сбежала от разгневанного учителя. Самое время увидеться со счастливицей Фан Юэ, а потому направилась к кузнице.
Кузнец мастерил что-то под навесом как ни в чем небывало, как будто и нет никакого мора, и поднял на подошедшую ученицу лекаря вопросительный взгляд. Тогда она попросила его вырезать «вот такую вещицу» из дерева, которую показала нарисованную на бумаге, сказав, что кроме него, выточить вычурный предмет непонятного назначения, некому - плотник Шуан вот уже как три дня умер. Выслушав ее, кузнец кивнул, взял у нее помятую бумажку, какое-то время внимательно изучал рисунок, а потом, молча, принялся за дело, выполняя странный заказ.
Отвечая на вопрос Ли Мин не у них ли Фан Юэ, кузнец кивнул в сторону дома, куда та поспешила. Сам он остался во дворе под навесом, перебирая деревянные бруски, неприязненно поглядывая на младшего сынка-недоумка, что возился за бамбуковой изгородью хлева с тремя свинюшками. Этому бугаю нипочем была никакая зараза, мор его будто стороной обходил. Покачав головой кузнец, приземистый и крепкий словно дуб, что пережил на своем веку не одну бурю, но так и не согнулся, старался не смотреть на двери дома.
Он хватался за любую работу, чтобы подольше оставаться во дворе, боясь входить под собственный кров. Его старший сын слег и теперь возле него, пренебрегая своим здоровьем и жизнью, сидела не столько его матушка, сколько молоденькая Фан Юэ недавно ставшая его невестой. И напрасно матушка угасавшего на глазах юноши с тихими слезами увещевала девушку не подвергать себя риску быть зараженной, уйти домой и поберечься, та не слушала уговоров, боясь хоть на миг оставить возлюбленного. Девушка, сидела возле постели умирающего, глядела перед собой пустыми глазами полными слез, не отпуская вялой мозолистой руки своего жениха. Она ничего не ела, просто сидела возле него неподвижным, скорбным изваянием.
- Фан, - обняла ее за плечи Ли Мин, садясь рядом. - Фан, пойдем со мной, он уже не переживет этой ночи. А тебе нужно отдохнуть, чтобы иметь силы принять неизбежное, да и поостеречься тоже... Пойдем со мной.
Но Фан, все так же глядя в одну точку, отрешенно отвела от себя руки Ли Мин. Со двора позвали ученицу лекаря и она вынуждена была уйти. А утром возле умершего жениха нашли Фан Юэ с ножом в груди.
Затруднения Ли Мин начались, когда лекарь разрываясь между больными, велел ей «прочитать» пульс у одного из заразившихся, а после ее короткого ответа, что пульс учащенный, посмотрел на нее так, будто вместо обещанного золотого дракона увидел сороконожку.
- И это все, что ты можешь сказать? - недоверчиво поинтересовался он.
- Но... диагностика восточной медицины проходила у нас факультативом... В наше время уже не диагностируют по пульсу... - виновато оправдывалась студентка медицинского института, чувствуя себя ужасным неучем.
- Как же вы тогда лечите ? - дивился на нее лекарь древности.
- А у нас много навороченных медицинских аппаратов... механизмов, - пояснила она под его недоуменным взглядом, понимая насколько слаб ее аргумент.
- Небо... ну что за невероятное невежество! - рассердился лекарь Бин. - Механизмы... как они помогут лечению?!
- Но...
- В этом твоем будущем учат всякой ерунде, - категорично заключил учитель.
- Но...
- Какие из вас там лекари получаются, я скажу лишь после того, когда увижу, как ты работаешь с иглами и как точно находишь энергетически важные точки на теле больного.
- Но традиционной методике не обучают в высших заведениях и мы...
- Так, - оборвал ее наставник. - Покажи-ка мне основную точку и найди энергетический поток в теле этого больного.
- Но мы же еще...
- Вот какой, скажи, от тебя прок? - рассердился лекарь, но сдержался, не смея распекать свою ученицу при больных. - Ты хоть держала иглы в руках? – понизив голос, поинтересовался он, сверля ее требовательным взглядом.
- Уколы делала... - промямлила его ученица.
- Уколы… - хмыкнул лекарь. - Пойдем, некогда тут разбираться на что ты способна, покажешь мне все что умеешь на деле.
Но когда оказалось, что Ли Мин никогда не ставила акупунктурные иглы, лекарь, кажется, совсем пал духом. Послало же Небо помощничка! Ли Мин, мягко говоря, разочаровала учителя, но даже поругаться на нее как следует при больных, он не смел. Смогут ли тогда пациенты довериться ей как целителю, да и времени на это не было. Он только недовольно морщился, да презрительно хмыкал, меряя ее уничижающими взглядами. Сам лекарь оказался мастером пульсовой диагностики, как и иглоукалывания, которую применял сейчас вовсю.
С этого дня началось обучение Ли Мин с кучей информации и суровой практикой.
После того как лекарем была прочитана полная лекция о видах пульса с их привязкой к органам человеческого тела, он принялся гонять подопечную, заставляя ее начинать осмотр пациентов с пульсового считывания. От выволочек Ли Мин спасала нехватка времени и хроническая усталость учителя, который, к концу дня, засыпал там где стоял.
- Прежде чем взять иглы, смотри пульс, - терпеливо втолковывал ей Бин, когда они скорым шагом шли к дому дровосека, что находился возле леса, на самой окраине деревни. - Это даст тебе возможность увидеть ци (энергию) органов. Только после этого начинай лечение. О наполненности органов ци, узнаешь, прощупав пульс, тогда и определишь ее нехватку. А теперь расскажи мне каков пульс у больных с уже проступившей фиолетовой сыпью?
- Замерзающий «Дай», - тут же ответила Ли Мин. - Удары этого пульса быстрые, но не достаточно сильные. Ритм похож на тонущего, который пытается держаться на воде и то уходит с головой под воду, то вновь выплывает. Это происходит от недостатка ци, - без запинки выдала она. - Такой пульс ведет органы к смерти и определяется у больных с серьезными необратимыми процессами, он еще характерен для глубоких стариков, которые совсем истощены и готовы уйти к Желтой воде (загробная река).
- Значит, эта непонятная зараза бьет по самым слабым, прежде больным, местам человека? - решил каверзно подловить ее учитель.
- Нет, - отчеканила Ли Мин, сдавая экзамен на ходу. - Этот мор сразу захватывает сердце и легкие. Те, кто прежде болел ими - умирают быстрее, только и всего, - ответила Ли Мин уверенно.
Лекарь кивнул, выказывая скупую похвалу – девочка все схватывала на лету. Дровосека они нашли лежащим в жару на циновке в углу дома со скудной обстановкой.
- Вот маг способен видеть сквозь тело органы человека, и потому его диагноз всегда верен, - вздохнул лекарь Бин, готовясь посетовать, что Фэй Я с его «небесным зрением» сейчас не с ними, когда так нужен тут. Но передумал и, оставив ненужные сожаления, вновь начал наставлять свою ученицу:
- Организм словно река, - рассказывал он, переворачивая с помощью Ли Мин кряжистого плотного дровосека Се Туна. Взяв его запястье, сосредоточенно послушал пульс, а после продолжил: - Когда вода идет свободно по своему руслу, она дает жизнь. Но если где-то затор, то выше реки будет наводнение, а ниже — засуха, верно? Вот так и болезнь нарушает организм, все силы которого будут направлены на затор, оттого там возникает «полнота» с отеком, краснотой и жаром.
- То есть воспалением? - кивнула Ли Мин. Осмысливая его слова, она подняла пропотевшую рубаху на истощенном теле Се Туна, с содроганием видя, как лекарь достает бамбуковый футляр в котором носил иглы.
- Называй это так, - согласился он, - но когда возникает эта «полнота» - значит, где-то будет «пустота», потому что какие-то органы не получат необходимого.
- Выходит иглоукалывание помогает запустить самовосстановление? - пробормотала Ли Мин, глядя на иглы. - Когда в воспаленную зону приливает кровь стимулированная иглами, нервы начинают активно работать, происходит лимфодренаж, сюда же подтягиваются и лекарства, что воздействуют на поврежденные органы. Все это образует гуморальный иммунитет. Почему же сейчас это не работает? - вопросительно и тревожно посмотрела она на учителя, осторожно и уверенно вводившего иглу возле носа и у виска метавшегося дровосека, что бы снизить жар.
- Вот ты мне и скажи: почему? - сосредоточенно сопел учитель. - Что ты сейчас видишь? Устойчивую «наполненность» или «пустоту»? Почему ци не расходиться по телу бедняги Се?
- Что-то блокирует ее, - ответила Ли Мин разглядывая грудь, шею и плечи больного покрытые фиолетовым высыпанием. - Но, что именно, мы так и не выяснили.
- Но мы хотя бы поняли, что болезнь поселилась в сердце и легких. Это подтверждают те пульсы, которые я сейчас прослушал у наших больных. Пульс «жэнь ин» дает начало крови, а пульс «ци-коу» - начало энергии, но, ни энергия, ни кровь не расходятся по телу, что бы оживить организм больного.
- У всех заболевших пульсируют яремные вены, что подтверждает сердечный порок, от которого умирает большинство заболевших, - высказала свои наблюдения Ли Мин. - Одна надежда, что вы сумеете иглоукалыванием разблокировать поток энергии и здоровой крови.
Через несколько дней беспрерывной практики, она уже уверенно отвечала на вопросы лекаря Бина и действовала как бывалый медик. За эту неделю Ли Мин узнала много больше о пульсовой диагностике и традиционном лечении, чем за то время, что отучилась в институте. За эти дни неустанных усилий лекаря и его ученицы, стало понятно, что ни лечебные отвары, ни разблокирование иглами энергетических точек, ожидаемого спасения, к сожалению, не принесли, напротив, заболело еще несколько человек.
- Необходимо отделить уже заболевших людей от здоровых. Карантин - первое правило при повальном заболевании, - предложила Ли Мин, не позволяя себе сдаваться. - Это нужно было сделать в первую очередь.
- Все и так сидят напуганные по домам и не выходят, - неуступчиво буркнул лекарь, отдуваясь от жары под повязанной на лицо косынкой. - Делай, что хочешь. Только кто будет разлучаться со своей семьей, и как ты сможешь уговорить людей на такое, в толк не возьму.
В задумке Ли Мин помогла ее подруга Чи Нянь, семья Ши Цин и вдова Е Чен, которая отдала свою хижину под лазарет, перебравшись в дом супругов Ши Цин. Так молодым женщинам было легче присматривать за детьми.
- Зачем мне уходить из дома? Если Небу угодно, то, как бы не обезопасили вы мою семью, мор все равно настигнет нас, - ворча, упрямился старик Шо при молчаливой поддержке пяти сыновей, трех зятьев и десяти внуков.
- Небу угодно спасти вас, только Небу в этом нужно помочь, - отвечала Ли Мин, подхватывая его под руки и выводя из дома вместе с младшими. - Подумайте о своих внуках. Будут ли они почитать своего деда, который не захотел ничем поступиться ради них.
После того, как патриарх семейства Ши был помещен в импровизированный лазарет, туда потянулись остальные семьи, приводя своих заболевших домочадцев, которых принимала и устраивала Чи Нянь.
- Ничего не понимаю, - бормотала расстроенная Ли Мин, через три дня. У нее уже сдавали нервы, что бы они с лекарем Бином ни делали, какие меры не принимали, как будто колотились о глухую стену. - Мы окурили полынью и смолами каждый уголок в деревне и обеззаразили в ней уксусом все, что только можно. Приучили всех кипятить воду и вещи. Больные изолированы. Деревню разбили на три участка, разместив отдельно здоровых и больных. Перепробовали все лекарства, что были нам доступны. Не помогло ни одно. А зараза все набирает силу и ничем ее не остановить.
Сложив на груди руки лекарь Бин лишь мрачно кивал ее словам, ибо это был неутешительный итог их, увы, бесполезного врачевания.
В эти нелегкие дни и бессонные ночи, Ли Мин научилась с ходу определять нужные точки на теле, которые, по мнению лекаря Бина локализовали болезнь, но вводить иглы побаивалась, хотя лекарь, вовсю используя иглоукалывание, как никогда нуждался в лишних руках.
- Тренируйся, - настаивал он, наблюдая за тем, как она собирается ткнуть иглой в свою руку.
- Да на ком? - малодушно отвела иглу в сторону Ли Мин.
Хмыкнув, лекарь тряхнул рукавами и, заложив руки за спину, отошел к очагу, где кипели отвары. Некоторые из них пришло время снимать, остужать и давать пациентам.
- А можно потренироваться на вас, учитель? Учи-ите-ель... - взывала она вслед поспешно удаляющемуся с отварами лекарю .
Пришлось Ли Мин бежать с иглами к своим подружками Фан Юэ и Чи Нянь. Лай с недавнего времени работала помощницей прачки в Поместье, упрямо идя к своей заветной цели — возвыситься до наложницы Главы. Фан Юэ дома не было. На просьбы Ли Мин стать ее практическим пособием, согласилась лишь покладистая Чи Нянь. И когда, сидя на крылечке «лазарета», горе-лекарь принялась неловко вводить иглу в ее руку, та лишь морщилась да тихо ойкала.
- Вот зачем терпишь раз больно? - сердилась Ли Мин, потея от страха и напряжения.
- И хорошо, что больно, - выдохнула подружка, подбодрив свою мучительницу дрожащей улыбкой. - Это облегчит мои сердечные страдания.
- У тебя болит сердце? - перепугалась, резко выпрямившаяся Ли Мин, уронив иглу на колени.
- Я не заболела, вовсе нет, - поторопилась успокоить ее Чи Нянь, печально улыбнувшись. - Не о такой сердечной боли я говорю.
- Тогда что же это? - тревожно оглядела ее Ли Мин.
- Не могу разлюбить его, - вздохнула Чи Нянь и Ли Мин поняла, что речь идет о старшем сыне кузнеца. - Но он выбрал не меня, а Фан Юэ. Вот и мучаюсь, не в силах позабыть его и всеми силами сдерживаю досаду на дорогую подружку. Как я могу испытывать ненависть к ней? Но чувство ревности так черно, что поневоле завладевает мной и недозволенные мысли осаждают упрямо. Сердце разрывается, когда вижу их вместе, даже слезы не помогают. Что мне делать, Ли Мин? Что же делать? Имеется ли у тебя такое снадобье, что успокоит любовный недуг? Когда родные сговорили меня за вдовца-горшечника Гу, я противилась этому браку как могла, а вчера вот согласилась. Будущий муж обещает увезти меня в город, у него там лавка, где он продает свои горшки. Уехать из Снежных Листопадов единственное спасение для меня, правда? Только Небо решило до конца испытать меня. Из-за мора мы вряд ли сможем уехать в город и я буду видеть их... его... Так, что смело, не боясь и не сдерживаясь, втыкай в меня свои иглы... Боль причиняемая ими ничто по сравнению с мукой неразделенной любви.
- Чи Нянь, ты такая сильная, - погладила ее по руке потрясенная Ли Мин, неуверенно взяв с колен иглу. - У тебя хватило мужества не оправдывать себя, отойти в сторону, бороться с собой и со своей любовью, чтобы не мешать подруге Фан. Небо вознаградит тебя за это...
- Ой... - вздрогнула девушка, когда игла Ли Мин неудачно ткнулась ей в предплечье.
Но после очередного «тыка» иглы Чи Нянь вдруг обездвижила и Ли Мин в ужасе помчалась к лекарю. Тот сразу поспешил к пострадавшей, кляня на чем свет свою криворукую ученицу.
- Боги Небесные, дайте мне терпения! - причитал он, потрясая кулаками. - Уйди с глаз моих долой!
И Ли Мин, чтобы не искушать судьбу, быстренько сбежала от разгневанного учителя. Самое время увидеться со счастливицей Фан Юэ, а потому направилась к кузнице.
Кузнец мастерил что-то под навесом как ни в чем небывало, как будто и нет никакого мора, и поднял на подошедшую ученицу лекаря вопросительный взгляд. Тогда она попросила его вырезать «вот такую вещицу» из дерева, которую показала нарисованную на бумаге, сказав, что кроме него, выточить вычурный предмет непонятного назначения, некому - плотник Шуан вот уже как три дня умер. Выслушав ее, кузнец кивнул, взял у нее помятую бумажку, какое-то время внимательно изучал рисунок, а потом, молча, принялся за дело, выполняя странный заказ.
Отвечая на вопрос Ли Мин не у них ли Фан Юэ, кузнец кивнул в сторону дома, куда та поспешила. Сам он остался во дворе под навесом, перебирая деревянные бруски, неприязненно поглядывая на младшего сынка-недоумка, что возился за бамбуковой изгородью хлева с тремя свинюшками. Этому бугаю нипочем была никакая зараза, мор его будто стороной обходил. Покачав головой кузнец, приземистый и крепкий словно дуб, что пережил на своем веку не одну бурю, но так и не согнулся, старался не смотреть на двери дома.
Он хватался за любую работу, чтобы подольше оставаться во дворе, боясь входить под собственный кров. Его старший сын слег и теперь возле него, пренебрегая своим здоровьем и жизнью, сидела не столько его матушка, сколько молоденькая Фан Юэ недавно ставшая его невестой. И напрасно матушка угасавшего на глазах юноши с тихими слезами увещевала девушку не подвергать себя риску быть зараженной, уйти домой и поберечься, та не слушала уговоров, боясь хоть на миг оставить возлюбленного. Девушка, сидела возле постели умирающего, глядела перед собой пустыми глазами полными слез, не отпуская вялой мозолистой руки своего жениха. Она ничего не ела, просто сидела возле него неподвижным, скорбным изваянием.
- Фан, - обняла ее за плечи Ли Мин, садясь рядом. - Фан, пойдем со мной, он уже не переживет этой ночи. А тебе нужно отдохнуть, чтобы иметь силы принять неизбежное, да и поостеречься тоже... Пойдем со мной.
Но Фан, все так же глядя в одну точку, отрешенно отвела от себя руки Ли Мин. Со двора позвали ученицу лекаря и она вынуждена была уйти. А утром возле умершего жениха нашли Фан Юэ с ножом в груди.
