За все время нашей работы ей удалось добиться больших успехов в изучении корейского языка. А ее желание учить этот язык идет от смешного, она влюбилась в корейских актеров и певцов и захотела полететь в Южную Корею, чтобы сходить на концерты и посмотреть все достопримечательности этой страны. Ее родители поддержали эту идею, так мы и стали с ней работать.
Замечательная девочка, готовая трудиться не покладая рук, чтобы добиться своей цели. Я восхищаюсь ее стремлением узнавать что-то новое и совершенствовать свои навыки. Вроде бы я, как учитель, должна ее вдохновлять, но в наших отношениях все наоборот, она заряжает меня и заставляет идти дальше, несмотря на все жизненные трудности.
Войдя в квартиру и включив свет, я сразу же заметила Сильвию. Кошка жалобно мяукала и терлась о мою ногу. Конечно же, никто не догадался ее покормить.
Из спальни вышел Родион. Его вид каждый раз вызывал во мне отвращение. Его ехидная улыбка, лицемерный взгляд заставляли вздрагивать каждый раз, когда я его вижу.
-Вернулась? – оскалился Родион, - а мама ушла по делам. Я вот один скучаю, жду ее.
-Угу.
Желания разговаривать с ним не было. Он был мне противен, сложности на работе, голод, все смешалось в одно и мои мысли занимал теплый ужин и горячая ванная.
Покормив кошку и разогрев вчерашние макароны, я наконец-то, впервые за весь день, поела. Желудок неприятно заболел, еще бы, правильное и сбалансированное питание в моем случае это роскошный максимум. Довольствуемся тем, что есть. Поев и помыв тарелку, я пошла в спальню, чтобы переодеться и взять вещи для душа. Когда в нашем доме появился мамин «спаситель» я стараюсь надевать закрытые вещи, не знаю, что на уме у этого человека.
Не успела я выйти из комнаты, как дорогу мне перегородил Родион. Его жадный взгляд заставил меня напрячься. Что ему от меня надо?
-Василиса, я живу у вас уже месяц, а ты все никак не можешь относиться ко мне по-человечески. Я же вам не враг, я хочу помочь и тебе и Агате. Я же вижу как вам тяжело справляться с утратой. Просто знай, что я рядом и всегда готов прийти к тебе на помощь.
Его рука легла мне на талию и медленно поползла вверх. Я отпрыгнула как ошпаренная и закричала.
- Ты что делаешь, идиот? Еще раз меня тронешь, заявлю в полицию за домогательство.
-Ну что ты визжишь, аж голова заболела, - с его лица исчезла приторная улыбка и ее место занял хищный оскал, - так и провоцируешь меня своими нарядами, так и скажи, что завидуешь маме и тоже хочешь запрыгнуть ко мне в постель, так я не против, меня на всех хватит.
Родион стал медленно подходить, а мое сердце рухнуло в пятки. Мозг отказывался верить в происходящее. Я знала, что он больной ублюдок, знала, что ему нельзя доверять.
Родион повалил меня на кровать и закрыл мне рот рукой. С жестокостью начал рвать футболку.
-Не кричи, потом спасибо скажешь.
Я вырывалась, пыталась укусить руку, но все тщетно, несмотря на худобу, он оказался сильным и я никак не могла его сбросить. Внутри я кричала о помощи, молила, чтобы это все прекратилось. И меня услышали. Сильвия с громким рычанием запрыгнула на спину Родиона и вонзила в него когти, от неожиданности он подпрыгнул и отпустил меня, я развернулась к тумбочке и схватила книгу, которая всегда лежит рядом с кроватью и со всей силы ударила его по голове. Он схватился за голову, закричал от боли и осел на пол. Я, не теряя ни минуты, схватила Силю в охапку и вылетела из квартиры, по пути накинув только куртку.
Босиком, с кошкой в руке, без телефона и денег я пошла, куда глаза глядят. В моей голове была одна мысль: «Лишь бы подальше, лишь бы подальше от этого кошмара.» На косые взгляды прохожих я не обращала внимания. Хотя их и можно понять, очередная городская сумасшедшая с кошкой в руках идет и что-то бормочет себе под нос, взгляд затуманенный, походка шаткая, наверняка под чем-то.
Дойдя до остановки, я села на лавочку, прижала кошку к себе и тихо заплакала. Меня не покидало чувство безысходности и несправедливости, где в прошлой жизни я так нагрешила, что в этой мне выпали такие испытания. Домой однозначно вернуться нельзя. Собрав остатки самообладания, я решила думать, что делать дальше. Осталось только одно место куда я могу отправиться и попросить помощи –центр. Но как до него добраться? Уже слишком поздно, офис закрыт, Камила ушла домой и даже связаться с ней не смогу.
Чувствую как сильно замерзли ноги, на улице хоть и самое начало осени, но похолодание все равно ощущается. Если посидеть еще немного, так и простыть на раз-два можно.
-Девочка, с тобой все хорошо?
Подняв глаза, я увидела дедушку, державшего под мышкой маленького щенка и сочувственно глядящего на меня. Щенок любопытно смотрел на Силю, которая благополучно уснула, уткнувшись носом мне в руку, и на удивление даже ни разу не тявкнул.
- Все в порядке? – повторил дедушка.
-Здравствуйте, все хорошо. Спасибо за беспокойство.
-Выглядишь, мягко говоря, странно. Не может у человека, который сидит на остановке без обуви, быть все в порядке. Говори, чем помочь?
Я не выдержала его напора. Чужой человек видит, что со мной что-то не так и хочет помочь, не смотря на мои заверения. Такое бывает? Слезы сами по себе начали катиться по щекам, я ругала себя за слабость, которую показываю перед незнакомым человеком, но ничего не могла с собой поделать. Все пережитое вытекало из глаз слезами, в которых была горькая обида, боль и страдания минувших лет.
Дедушка молчал и просто ждал, пока я успокоюсь. Его тихое присутствие успокаивало как нежное объятие. Он просто был рядом и ждал. Щенок заерзал в его руках и тихо заскулил. Сильвия встрепенулась, подняла глаза и зашипела от неожиданности. Дедушка усмехнулся:
- Да, Лекси, это пушистое создание не хочет водить с тобой дружбу. Очень жаль…, -он вопросительно посмотрел на меня и на кошку.
-Сильвия.
- Очень жаль, Сильвия. Лекси очень добрая и надежная, она стала бы твоим верным другом. Хотя я понимаю, что ты просто хочешь защитить свою хозяйку.
После этих слов на меня снова нахлынула волна осознания. Я вспомнила все, что произошло в квартире и как Сильвия бросилась на мою защиту. Я крепко обняла кошку, прижала ее к себе и снова заплакала.
-Ну, полно слезы лить. Нет такой беды из которой не найти выход. Поделись со стариком своим горем, может смогу чем помочь.
Дедушка снял с шеи теплый шарф и укрыл мои босые ноги. От этого жеста слезы хлынули еще сильнее.
Как бы не хотелось закрыться ото всех, спрятаться в нору и не вылезать оттуда. Как бы не хотелось убежать от всех неприятностей, все же добрые глаза дедушки смогли расположить меня и, не заметив, я начала рассказывать ему все с самого начала. О том как потеряла самого дорого человека, как мама променяла меня на алкоголь, как в нашем доме появился Родион и что он пытался со мной сделать. Слова лились водопадом, не собираясь останавливаться, я все говорила и говорила, а старик внимательно слушал, не перебивал, не старался уточнить что-то, а просто был рядом и молчанием успокаивал мою душу.
После своей исповеди я тяжело выдохнула и опустила глаза. Мне стало так легко от того, что смогла найти в себе силы и рассказала все, о чем так давно не решалась сказать.
- Такая юная и столько боли пережила. За что же тебе эти страдания?
Только сейчас я заметила слёзы в уголках его глаз. Посторонний человек вместе со мной переживал все травмирующие события и старался понять все, что я чувствую. Почему это может сделать незнакомец и совсем не может родная мать?
-Тебя как зовут, внучка?
-Василиса.
-Прекрасная, значит. Василиса, давай сделаем так. Я отпустить тебя не смогу, а исходя из того, что с тобой произошло, доверие к незнакомцам у тебя отсутствует, поэтому сейчас я позвоню дочке, она приедет и нам поможет. Ты как, согласна?
Я не спеша кивнула и постаралась снова не зарыдать. Чужой человек проявил заботу и старается оказать помощь всеми возможными способами. Я не могла в это поверить, этого точно не могло произойти со мной.
Договорив по телефону, дедушка повернулся ко мне и с улыбкой сказал:
- Сейчас дочка приедет и заберет нас.
-Спасибо. Вы так мне помогли, а я даже не узнала как вас зовут, - мне стало стыдно и я опустила глаза.
-В таком кошмаре все забудешь. Не стыдись. Меня зовут Степан Олегович, а эту кроху – Лекси. Мы часто с ней гуляем, она любит этот район, потому что здесь мало собак, она, знаешь ли, немного трусиха, не то что твоя кошка. А я…
Дедушка болтал, а я не могла оторвать от него глаз. Степан Олегович. Это совпадение или папа намекает мне, что он рядом и отправил мне на помощь своего тезку? Я взглянула на небо и про себя проговорила: «Спасибо, папа, я знаю, что ты меня оберегаешь. Знаю, что ты всегда рядом. Я не сломаюсь. Ты будешь мной гордиться».
- Вот и дочка приехала.
-Папа, что у тебя снова случилось, как всегда попал в какие-то неприятности.
Высокая женщина, в белом пальто, резво выпрыгнула из высокого джипа. Длинные волосы разметались по плечам, она со злостью откинула их назад и прищурившись, посмотрела на меня.
-Так это ты задурила моему отцу голову своими историями? Что он даже решил объявить перемирие после нашей ссоры.
Я вздрогнула и вся сжалась. Не ожидала, что меня начнут обвинять, испугавшись, что доставила неприятностей Степану Олеговичу, я резко встала и уже собиралась попрощаться, как женщина снова заговорила.
- Стой, стой, я пошутила, хотела разрядить обстановку. Как видишь шутник из меня никудышный. Вот так раз, да ты босая. Это же как нужно было убегать из дома, что даже обувь не надеть. Что же случилось?
-Марта, ты долго будешь болтать? Василиса Прекрасная, садись в машину и поедем греться.
Я с опаской посмотрела сначала на него, потом на Марту. Она улыбнулась и на душе стало светло.
-Правда, совсем разболталась. Нужно тебя отогреть и накормить, поди голодная. Садись, не стесняйся, поедем к нам.
Мы приехали в новый ЖК, поднялись на 5 этаж и я очутилась в милой квартире. Здесь было так светло и уютно, что мне начало резать глаза от слез. Вспомнилась моя квартира, когда был жив папа, в ней всегда царила любовь, я с удовольствием бежала домой после школы, зная, что меня ждут, а сейчас как будто вместе с папой ушла вся жизнь из дома, он стал пустой, безликий и серый.
Марта усадила меня за стол, налила теплый чай, поставила печенье, но мне кусок в горло не лез. Пересказав историю еще раз, я уткнулась в чашку и не отводила от нее глаз.
-Вот же гад, а у тебя глаз на людей наметан, сразу же поняла, что он не тот, кем хочет казаться. Я бы ему оторвала его…
-Марта, прекрати. Девочка напугана, а ты еще такое говоришь. – Степан Олегович смерил дочку осуждающим взглядом
-А что я не так сказала, подобным людям нужно наказание посерьезнее, чтобы неповадно было свои ручонки распускать. Нам надо подумать, как нам поступить. Его же обязательно нужно наказать. Надо звонить в полицию и заявлять на него, это нельзя пускать на самотек.
-Я не хочу идти в полицию.
-Как? Василиса – это все серьезно, нельзя оставлять его безнаказанным, а вдруг он к другим девочкам приставал или будет приставать. Нет, я с тобой не согласна, если ты боишься, мы поможем. Папа раньше был военным, он сможет тебя защитить.
- Это даже не обсуждается. – сказал Степан Олегович, хлопнув по столу. – Это ничтожество нужно наказать.
Я посмотрела на этих людей и улыбнулась. Я стала забывать, что значит, когда о тебе беспокоятся и заботятся.
- Хорошо, я согласна. Давайте накажем этого человека.
-На счет человека – я могу поспорить. А на счет наказания, всеми руками за. Вперед. Где мой телефон?
Я снова прохожу десять кругов ада. Марта со Степаном Олеговичем рядом и если бы не они, не знаю, как бы выдержала этот кошмар.
Родиона задержали за попытку насилия. Следствие, допросы, очная ставка и ужасная усталость. Все это время я жила у Марты, она окружила меня заботой и поддержкой, сопровождала меня на все заседания и наконец-то наше противостояние принесло свои плоды.
На последнем суде нам озвучили приговор. Три года тюремного заключения и я выдохнула.
-Тварь, подстилка, идиотка. Ты вечно портишь мою жизнь, та сама к нему приставала. Это ты мне мстишь. Чтобы ты сдохла, - кричала озлобленная и жестокая женщина, когда-то называвшаяся моей матерью, после озвучивания приговора.
-Не слушай ее, Василиса. Она не в себе,- Марта нежно погладила мою руку, стараясь меня успокоить.
Но я уже привыкла видеть такое отношение матери ко мне. Она всю жизнь думала только о себе, о своем мнимом благополучии, а все окружающие должны плясать под ее дудку и она загрызет любого, кто хоть как-то не оправдал ее ожидания.
Выйдя из здания суда, я осела на ступеньках и тяжело вздохнула. Все закончилось, этот ад и кошмар, который высасывал мои жизненные силы пришел к логическому завершению. Злодей наказан, больше никто не посмеет рушить мою жизнь. Но почему на душе так погано?
- Ты в порядке, Василиса Прекрасная.
-Все хорошо, Степан Олегович. Уже все хорошо, я в порядке, - соврала я.
Не хочу, чтобы эти прекрасные люди волновались, на них итак легла такая ответственность за незнакомую девушку. Я улыбнулась, осознав какие же чудесные люди встретились мне в сложный период жизни и как же сильно они помогли мне. Это вернуло мне веру в людей, не все вокруг причиняют боль, кто-то может протянуть руку и вывести из ада.
- Пойдемте, нам еще нужно оставшиеся вещи Василисы забрать, - Степан Олегович подхватил нас под руки и повел в сторону машины.
Я впервые за долгое время вернулась домой. Здесь стало еще темнее и печальнее, чем было в то время, когда я еще жила и мечтала о счастливом будущем. Пропали те немногие вещи, которые остались от папы: старый кассетный магнитофон, телевизор, купленный для меня, чтобы я могла смотреть мультики, ноутбук для учебы и даже любимые папины книги, которые мы часто читала вместе перед сном.
Куда эта женщина все дела? Продала, чтобы оплатить адвоката своему хахалю? Не удивлюсь даже. На протяжении всего суда она была рядом с ним, носила передачки, с пеной у рта доказывала, что он невиновен и я его оклеветала, потому что побоялась, что он отберет нашу квартиру и выгонит нас. Говорила, что у меня проблемы с головой и мне нужно лечиться в психлечебнице. Что Степан Олегович и Марта втянули меня в секту и я всецело подчиняюсь их воли и это они меня заставили оболгать «прекрасного» человека.
Это все я слышала постоянно и уже настолько привыкла к этому, что перестала обращать внимания на ее слова. Я стала сиротой, когда так называемая мать, в здании суда кричала о том, что я исчадие ада и разрушила ее жизнь, кричала о том, что лучше бы я не рождалась вовсе. После этого я поняла, что осталась без родительской поддержки.
-Мда, и здесь ты жила все это время. Так, ммм, просторно. Столько свободного места. – Степан Олегович огляделся и присвистнул.
-Раньше, когда папа был жив, здесь было много уютной мебели и дорогой техники, но после его смерти мама потихоньку начала все распродавать, чтобы были деньги на ее попойки и встречи с собутыльниками. – я скривилась от брезгливости.
- Очень жаль, что твоя мама заболела и не смогла быть рядом тогда, когда тебе нужна была поддержка. – Марта мягко улыбнулась и приобняла меня. – Сейчас мы будем рядом, сама судьба свела нас вместе.
Замечательная девочка, готовая трудиться не покладая рук, чтобы добиться своей цели. Я восхищаюсь ее стремлением узнавать что-то новое и совершенствовать свои навыки. Вроде бы я, как учитель, должна ее вдохновлять, но в наших отношениях все наоборот, она заряжает меня и заставляет идти дальше, несмотря на все жизненные трудности.
Войдя в квартиру и включив свет, я сразу же заметила Сильвию. Кошка жалобно мяукала и терлась о мою ногу. Конечно же, никто не догадался ее покормить.
Из спальни вышел Родион. Его вид каждый раз вызывал во мне отвращение. Его ехидная улыбка, лицемерный взгляд заставляли вздрагивать каждый раз, когда я его вижу.
-Вернулась? – оскалился Родион, - а мама ушла по делам. Я вот один скучаю, жду ее.
-Угу.
Желания разговаривать с ним не было. Он был мне противен, сложности на работе, голод, все смешалось в одно и мои мысли занимал теплый ужин и горячая ванная.
Покормив кошку и разогрев вчерашние макароны, я наконец-то, впервые за весь день, поела. Желудок неприятно заболел, еще бы, правильное и сбалансированное питание в моем случае это роскошный максимум. Довольствуемся тем, что есть. Поев и помыв тарелку, я пошла в спальню, чтобы переодеться и взять вещи для душа. Когда в нашем доме появился мамин «спаситель» я стараюсь надевать закрытые вещи, не знаю, что на уме у этого человека.
Не успела я выйти из комнаты, как дорогу мне перегородил Родион. Его жадный взгляд заставил меня напрячься. Что ему от меня надо?
-Василиса, я живу у вас уже месяц, а ты все никак не можешь относиться ко мне по-человечески. Я же вам не враг, я хочу помочь и тебе и Агате. Я же вижу как вам тяжело справляться с утратой. Просто знай, что я рядом и всегда готов прийти к тебе на помощь.
Его рука легла мне на талию и медленно поползла вверх. Я отпрыгнула как ошпаренная и закричала.
- Ты что делаешь, идиот? Еще раз меня тронешь, заявлю в полицию за домогательство.
-Ну что ты визжишь, аж голова заболела, - с его лица исчезла приторная улыбка и ее место занял хищный оскал, - так и провоцируешь меня своими нарядами, так и скажи, что завидуешь маме и тоже хочешь запрыгнуть ко мне в постель, так я не против, меня на всех хватит.
Родион стал медленно подходить, а мое сердце рухнуло в пятки. Мозг отказывался верить в происходящее. Я знала, что он больной ублюдок, знала, что ему нельзя доверять.
Родион повалил меня на кровать и закрыл мне рот рукой. С жестокостью начал рвать футболку.
-Не кричи, потом спасибо скажешь.
Я вырывалась, пыталась укусить руку, но все тщетно, несмотря на худобу, он оказался сильным и я никак не могла его сбросить. Внутри я кричала о помощи, молила, чтобы это все прекратилось. И меня услышали. Сильвия с громким рычанием запрыгнула на спину Родиона и вонзила в него когти, от неожиданности он подпрыгнул и отпустил меня, я развернулась к тумбочке и схватила книгу, которая всегда лежит рядом с кроватью и со всей силы ударила его по голове. Он схватился за голову, закричал от боли и осел на пол. Я, не теряя ни минуты, схватила Силю в охапку и вылетела из квартиры, по пути накинув только куртку.
Босиком, с кошкой в руке, без телефона и денег я пошла, куда глаза глядят. В моей голове была одна мысль: «Лишь бы подальше, лишь бы подальше от этого кошмара.» На косые взгляды прохожих я не обращала внимания. Хотя их и можно понять, очередная городская сумасшедшая с кошкой в руках идет и что-то бормочет себе под нос, взгляд затуманенный, походка шаткая, наверняка под чем-то.
Дойдя до остановки, я села на лавочку, прижала кошку к себе и тихо заплакала. Меня не покидало чувство безысходности и несправедливости, где в прошлой жизни я так нагрешила, что в этой мне выпали такие испытания. Домой однозначно вернуться нельзя. Собрав остатки самообладания, я решила думать, что делать дальше. Осталось только одно место куда я могу отправиться и попросить помощи –центр. Но как до него добраться? Уже слишком поздно, офис закрыт, Камила ушла домой и даже связаться с ней не смогу.
Чувствую как сильно замерзли ноги, на улице хоть и самое начало осени, но похолодание все равно ощущается. Если посидеть еще немного, так и простыть на раз-два можно.
-Девочка, с тобой все хорошо?
Подняв глаза, я увидела дедушку, державшего под мышкой маленького щенка и сочувственно глядящего на меня. Щенок любопытно смотрел на Силю, которая благополучно уснула, уткнувшись носом мне в руку, и на удивление даже ни разу не тявкнул.
- Все в порядке? – повторил дедушка.
-Здравствуйте, все хорошо. Спасибо за беспокойство.
-Выглядишь, мягко говоря, странно. Не может у человека, который сидит на остановке без обуви, быть все в порядке. Говори, чем помочь?
Я не выдержала его напора. Чужой человек видит, что со мной что-то не так и хочет помочь, не смотря на мои заверения. Такое бывает? Слезы сами по себе начали катиться по щекам, я ругала себя за слабость, которую показываю перед незнакомым человеком, но ничего не могла с собой поделать. Все пережитое вытекало из глаз слезами, в которых была горькая обида, боль и страдания минувших лет.
Дедушка молчал и просто ждал, пока я успокоюсь. Его тихое присутствие успокаивало как нежное объятие. Он просто был рядом и ждал. Щенок заерзал в его руках и тихо заскулил. Сильвия встрепенулась, подняла глаза и зашипела от неожиданности. Дедушка усмехнулся:
- Да, Лекси, это пушистое создание не хочет водить с тобой дружбу. Очень жаль…, -он вопросительно посмотрел на меня и на кошку.
-Сильвия.
- Очень жаль, Сильвия. Лекси очень добрая и надежная, она стала бы твоим верным другом. Хотя я понимаю, что ты просто хочешь защитить свою хозяйку.
После этих слов на меня снова нахлынула волна осознания. Я вспомнила все, что произошло в квартире и как Сильвия бросилась на мою защиту. Я крепко обняла кошку, прижала ее к себе и снова заплакала.
-Ну, полно слезы лить. Нет такой беды из которой не найти выход. Поделись со стариком своим горем, может смогу чем помочь.
Дедушка снял с шеи теплый шарф и укрыл мои босые ноги. От этого жеста слезы хлынули еще сильнее.
Как бы не хотелось закрыться ото всех, спрятаться в нору и не вылезать оттуда. Как бы не хотелось убежать от всех неприятностей, все же добрые глаза дедушки смогли расположить меня и, не заметив, я начала рассказывать ему все с самого начала. О том как потеряла самого дорого человека, как мама променяла меня на алкоголь, как в нашем доме появился Родион и что он пытался со мной сделать. Слова лились водопадом, не собираясь останавливаться, я все говорила и говорила, а старик внимательно слушал, не перебивал, не старался уточнить что-то, а просто был рядом и молчанием успокаивал мою душу.
После своей исповеди я тяжело выдохнула и опустила глаза. Мне стало так легко от того, что смогла найти в себе силы и рассказала все, о чем так давно не решалась сказать.
- Такая юная и столько боли пережила. За что же тебе эти страдания?
Только сейчас я заметила слёзы в уголках его глаз. Посторонний человек вместе со мной переживал все травмирующие события и старался понять все, что я чувствую. Почему это может сделать незнакомец и совсем не может родная мать?
-Тебя как зовут, внучка?
-Василиса.
-Прекрасная, значит. Василиса, давай сделаем так. Я отпустить тебя не смогу, а исходя из того, что с тобой произошло, доверие к незнакомцам у тебя отсутствует, поэтому сейчас я позвоню дочке, она приедет и нам поможет. Ты как, согласна?
Я не спеша кивнула и постаралась снова не зарыдать. Чужой человек проявил заботу и старается оказать помощь всеми возможными способами. Я не могла в это поверить, этого точно не могло произойти со мной.
Договорив по телефону, дедушка повернулся ко мне и с улыбкой сказал:
- Сейчас дочка приедет и заберет нас.
-Спасибо. Вы так мне помогли, а я даже не узнала как вас зовут, - мне стало стыдно и я опустила глаза.
-В таком кошмаре все забудешь. Не стыдись. Меня зовут Степан Олегович, а эту кроху – Лекси. Мы часто с ней гуляем, она любит этот район, потому что здесь мало собак, она, знаешь ли, немного трусиха, не то что твоя кошка. А я…
Дедушка болтал, а я не могла оторвать от него глаз. Степан Олегович. Это совпадение или папа намекает мне, что он рядом и отправил мне на помощь своего тезку? Я взглянула на небо и про себя проговорила: «Спасибо, папа, я знаю, что ты меня оберегаешь. Знаю, что ты всегда рядом. Я не сломаюсь. Ты будешь мной гордиться».
- Вот и дочка приехала.
-Папа, что у тебя снова случилось, как всегда попал в какие-то неприятности.
Высокая женщина, в белом пальто, резво выпрыгнула из высокого джипа. Длинные волосы разметались по плечам, она со злостью откинула их назад и прищурившись, посмотрела на меня.
-Так это ты задурила моему отцу голову своими историями? Что он даже решил объявить перемирие после нашей ссоры.
Я вздрогнула и вся сжалась. Не ожидала, что меня начнут обвинять, испугавшись, что доставила неприятностей Степану Олеговичу, я резко встала и уже собиралась попрощаться, как женщина снова заговорила.
- Стой, стой, я пошутила, хотела разрядить обстановку. Как видишь шутник из меня никудышный. Вот так раз, да ты босая. Это же как нужно было убегать из дома, что даже обувь не надеть. Что же случилось?
-Марта, ты долго будешь болтать? Василиса Прекрасная, садись в машину и поедем греться.
Я с опаской посмотрела сначала на него, потом на Марту. Она улыбнулась и на душе стало светло.
-Правда, совсем разболталась. Нужно тебя отогреть и накормить, поди голодная. Садись, не стесняйся, поедем к нам.
Глава 4
Мы приехали в новый ЖК, поднялись на 5 этаж и я очутилась в милой квартире. Здесь было так светло и уютно, что мне начало резать глаза от слез. Вспомнилась моя квартира, когда был жив папа, в ней всегда царила любовь, я с удовольствием бежала домой после школы, зная, что меня ждут, а сейчас как будто вместе с папой ушла вся жизнь из дома, он стал пустой, безликий и серый.
Марта усадила меня за стол, налила теплый чай, поставила печенье, но мне кусок в горло не лез. Пересказав историю еще раз, я уткнулась в чашку и не отводила от нее глаз.
-Вот же гад, а у тебя глаз на людей наметан, сразу же поняла, что он не тот, кем хочет казаться. Я бы ему оторвала его…
-Марта, прекрати. Девочка напугана, а ты еще такое говоришь. – Степан Олегович смерил дочку осуждающим взглядом
-А что я не так сказала, подобным людям нужно наказание посерьезнее, чтобы неповадно было свои ручонки распускать. Нам надо подумать, как нам поступить. Его же обязательно нужно наказать. Надо звонить в полицию и заявлять на него, это нельзя пускать на самотек.
-Я не хочу идти в полицию.
-Как? Василиса – это все серьезно, нельзя оставлять его безнаказанным, а вдруг он к другим девочкам приставал или будет приставать. Нет, я с тобой не согласна, если ты боишься, мы поможем. Папа раньше был военным, он сможет тебя защитить.
- Это даже не обсуждается. – сказал Степан Олегович, хлопнув по столу. – Это ничтожество нужно наказать.
Я посмотрела на этих людей и улыбнулась. Я стала забывать, что значит, когда о тебе беспокоятся и заботятся.
- Хорошо, я согласна. Давайте накажем этого человека.
-На счет человека – я могу поспорить. А на счет наказания, всеми руками за. Вперед. Где мой телефон?
Глава 5
Я снова прохожу десять кругов ада. Марта со Степаном Олеговичем рядом и если бы не они, не знаю, как бы выдержала этот кошмар.
Родиона задержали за попытку насилия. Следствие, допросы, очная ставка и ужасная усталость. Все это время я жила у Марты, она окружила меня заботой и поддержкой, сопровождала меня на все заседания и наконец-то наше противостояние принесло свои плоды.
На последнем суде нам озвучили приговор. Три года тюремного заключения и я выдохнула.
-Тварь, подстилка, идиотка. Ты вечно портишь мою жизнь, та сама к нему приставала. Это ты мне мстишь. Чтобы ты сдохла, - кричала озлобленная и жестокая женщина, когда-то называвшаяся моей матерью, после озвучивания приговора.
-Не слушай ее, Василиса. Она не в себе,- Марта нежно погладила мою руку, стараясь меня успокоить.
Но я уже привыкла видеть такое отношение матери ко мне. Она всю жизнь думала только о себе, о своем мнимом благополучии, а все окружающие должны плясать под ее дудку и она загрызет любого, кто хоть как-то не оправдал ее ожидания.
Выйдя из здания суда, я осела на ступеньках и тяжело вздохнула. Все закончилось, этот ад и кошмар, который высасывал мои жизненные силы пришел к логическому завершению. Злодей наказан, больше никто не посмеет рушить мою жизнь. Но почему на душе так погано?
- Ты в порядке, Василиса Прекрасная.
-Все хорошо, Степан Олегович. Уже все хорошо, я в порядке, - соврала я.
Не хочу, чтобы эти прекрасные люди волновались, на них итак легла такая ответственность за незнакомую девушку. Я улыбнулась, осознав какие же чудесные люди встретились мне в сложный период жизни и как же сильно они помогли мне. Это вернуло мне веру в людей, не все вокруг причиняют боль, кто-то может протянуть руку и вывести из ада.
- Пойдемте, нам еще нужно оставшиеся вещи Василисы забрать, - Степан Олегович подхватил нас под руки и повел в сторону машины.
Глава 6
Я впервые за долгое время вернулась домой. Здесь стало еще темнее и печальнее, чем было в то время, когда я еще жила и мечтала о счастливом будущем. Пропали те немногие вещи, которые остались от папы: старый кассетный магнитофон, телевизор, купленный для меня, чтобы я могла смотреть мультики, ноутбук для учебы и даже любимые папины книги, которые мы часто читала вместе перед сном.
Куда эта женщина все дела? Продала, чтобы оплатить адвоката своему хахалю? Не удивлюсь даже. На протяжении всего суда она была рядом с ним, носила передачки, с пеной у рта доказывала, что он невиновен и я его оклеветала, потому что побоялась, что он отберет нашу квартиру и выгонит нас. Говорила, что у меня проблемы с головой и мне нужно лечиться в психлечебнице. Что Степан Олегович и Марта втянули меня в секту и я всецело подчиняюсь их воли и это они меня заставили оболгать «прекрасного» человека.
Это все я слышала постоянно и уже настолько привыкла к этому, что перестала обращать внимания на ее слова. Я стала сиротой, когда так называемая мать, в здании суда кричала о том, что я исчадие ада и разрушила ее жизнь, кричала о том, что лучше бы я не рождалась вовсе. После этого я поняла, что осталась без родительской поддержки.
-Мда, и здесь ты жила все это время. Так, ммм, просторно. Столько свободного места. – Степан Олегович огляделся и присвистнул.
-Раньше, когда папа был жив, здесь было много уютной мебели и дорогой техники, но после его смерти мама потихоньку начала все распродавать, чтобы были деньги на ее попойки и встречи с собутыльниками. – я скривилась от брезгливости.
- Очень жаль, что твоя мама заболела и не смогла быть рядом тогда, когда тебе нужна была поддержка. – Марта мягко улыбнулась и приобняла меня. – Сейчас мы будем рядом, сама судьба свела нас вместе.
