Девушка бледна как смерть. Из глаз, носа сочится кровь, – оставляя подтеки на кружевном платье. А Маргарет все ближе, она вытягивает руки, чтоб покончить с жертвой.
– «Двигаться! Черт, да он и так двигается. Но что-то мешает восприятию времени. Какая-то малая деталь в мозгу тормозит все сигналы. Словно синапсы погрязли в ленивом желе. И пусть мысль достаточно быстра, но команды, отдаваемые телу.... Но в чем причина?» – Пытается понять юноша, круша ментальный заслон не позволяющий двигаться.
– Ведьма дернулась, замерла, в обращённом на парне взгляде – замешательство. Сёши буквально чувствует, как она ищет в нем присутствие кроуса, и не найдя, недоумевает ещё больше.
Контроль усилился. Юноша, как погребен под сто тонной скалой. Но теперь ему легче. Мозг адаптировался к атакам и подобно тому, как процессор ищет ошибки в программе, создавая дамп для корректировки, уже нашел обходной путь позволявший, не противостоять ментальной силе, а как бы разделять её, меж участками памяти, органами чувств...
– «Эта резь в глазах. Больно, но терпимо. Жуткие звуки, похожие на скрип ножа, о тарелку. Эти запахи – так напоминают... розы?» – Неожиданно юноша понимает, что способен преобразовать мысленные сигналы, поступающие из вне, по своему усмотрению.
– «Вот и тело легкое невесомое. И в ушах, прекрасная песня, неяркий свет, и... О переборщил. Вожделение. Совсем не к месту. Похоже – слишком хорошо тоже плохо! Нужно остановиться на чем-то среднем», – решает для себя парень, мысленно представив зеркало, отражающее силу извне, обратно к противнику.
– Ведьма застонала, крутя головой. Но видимо решив, что с миньонами разберётся позже, схватила девушку за горло, высоко подняв над землей.
Констанс закричала. Мари оглянулась. В глазах, всё ещё непонимание, но вот она узнаёт дочь, и бросается ей на помощь. Мощные удары обрушиваются на спину старухи, та отпускает добычу, переключившись на напавшую...
– Напор спал. Его ничто не держит, – понимает юноша. – Он двигается даже быстрей, чем раньше. Кровь как кипит, поднимаясь от кончиков пальцев до головы, стремительным напором силы. Или чем-то превосходящим, понимание человека.
Казалось, миг назад он полз черепахой и вот в один прыжок уже рядом с противником. – «Красивая! Совсем не старуха!» – «На вид лет – тридцать» – «Хрупкое тело, волнистые волосы!» – «Аромат чарует, пьянит». Юноша замер в растерянности. Ведьма переключилась на Мари. Карга билась, попутно оглядываясь, на странную девочку. То, что в ней нет кроуса, она уже выяснила. Но её не оставляло чувство – их сознанья связаны. Более того, забытое чувство родственности, единства переполняли её. – «И еще, эта кукла может управлять, но не знает как!» – Эхом отразился – ужас ведьмы, в мыслях Сёши.
– «Сейчас она нанесёт удар», – юноша знал это, читал: движения, мысли. – «А теперь, инопланетянка действительно напугана. Она больше не рассчитывает на физическую силу. Но что это может значить», – не понял Сёши, но по глазам Маргарет понял, она знает, что её читают.
– «Оружие! Точно. Вот о чем она думает. Что-то вроде ледяных игл – которые вырываются из рук ведьмы». – И похоже Констанс... О, нет, что она делает! – Девушка стремительно вскакивает с земли пытаясь в полете заслонить юношу. Маргарет оглядывается на дочь, на лице грустная улыбка, она распахивает руки, закрывая собой обоих подростков...
...Они видят лишь её спину. Мощную, мускулистую. Ледяные иглы насквозь пробили тело. – «Скорей всего все органы в кашу», – с ужасом осознаёт юноша, когда великанша падает на колени. Ведьма посылает новую порцию снарядов, и они впиваются, разрывая плоть Мари…
– Мама! – Кричит Констанс. Сёши пытается её удержать, прижимая к земле.
– «Выстрелы!» – Четкие, глухие. Ведьма пошатнулась, смотрит на дыру в плече, оглядываясь на звук. Карлос стоит, сжимая в руках кольт. Патроны кончились, но продолжает жать на курок… – «Барабан стремительно вращается».
Инопланетянка идет к испанцу. Парень разворачивается и бежит. Ведьма вытягивает руки похоже пытаясь вновь выстрелить, но от её ладоней, исходит лишь пар.
– Похоже заряды кончились! – Хмуро произносит знакомый голос за спиной Сёши.
– Охико! – Вскрикивает юноша, вскакивая, обнимая подругу.
– Тише раздавишь. Хотя куда тебе! – Вздыхает девушка, оглядывая поле боя.
– Однако наворотили дел. Так понимаю эта, та ведьма, прародитель Констанс, – уточняет хакерша, доставая любимый смартфон.
– А ты ещё кто такая? – Недоуменно бормочет женщина, пытаясь ментально, прощупать девушку.
– Ты, но не в тебе, на тебе. Твоя одежда! – Удивляется Маргарет. – Не может быть. Я чувствую первоисточник. В нити твоей брони, как вшита «я», – произносит женщина, опускаясь на колени.
– Стара, стала. Уж не помню, кто такая. Думала его больше нет, того – кто был первым. Как долго хотела слиться с ним. Ощутить целостность, которой меня лишили. И каждый раз, отделяя от себя кусок – понимала. Это лишь иллюзия единства. Да мы семья, но все они часть меня, без главного центра. И мне, нам, даже ей, – указала на Констанс ведьма, – не уйти от этого. И потому я искала сведенья, справки о первоисточнике. Но лишь сейчас поняла – за всем стоит замок де Сильва с которого, по сути, все началось. Ведь ты их слуга? – Ткнула пальцем в Охико, – Маргарет.
– А то! —Усмехнулась хакерша, – но речь не о том. Раз хочешь слиться, то да, первоисточник у нас. Ты ведь чувствуешь. Симбионт, на мне, мощней тебя. Ты подсознательно ждала единства. Так вот оно, – хакерша закончила говорить, но в голове присутствующих продолжал звучать голос:
– «Слейся с кроус, собери части разбросанные тобой. И став единой, будь мной!»
– Господин! – Не веря простонала ведьма.
– «Вот те раз, костюм то думающий», – отметил про себя Сёши постаравшись скрыть мысли.
– «Ха. Не волнуйся юная госпожа. Не ставь заслон. Я вижу, тебе кажется с тобой говорит одежда, но кроус лишь проводник». – «Настоящий, я в лаборатории готовый служить и защищать род де Сильва», — вкрадчиво произнес голос.
– «Хм, так понимаю кровь моя нужна», – догадался Сёши поежившись.
– «Совсем немного. Ваша служанка Охико принесла новый костюм, оденьте его и все сразу поймете», – произнес Симбионт, и юноша внезапно понял наряд хакерши, тут вообще не причем. Но откуда идет сигнал?» – подумал Сёши оглядываясь.
– «Я здесь принцесса, уже давно здесь», – вновь произнес голос и в тот же миг юноша почувствовал, как ловкие щупальца распускают: завязки, ремни – стягивают с него платье, и в тот же миг что-то холодное и гладкое, как обтекает кожу плотно прилегая к ней.
– «О наконец-то», – вздохнул голос. – Ваша мать даже близко к себе не подпускала. Понимаю, она и без того сильна. А госпожа Алисия. Она, конечно, тоже де Сильва, но какое же наслаждение касаться кожи, истиной наследницы. Эта кровь такая, пьянящая сладкая на вкус. Не то, что у других куноичи. Есть среди них, конечно, и вкусные, но...
– «Погоди!» – Мысленно перебил симбионта Сёши. – «Ты, людей как блюдо воспринимаешь. Согласен, защита мне пригодиться, но ты сидишь слишком плотно. Нельзя чуть ослабить хватку, хотя б в районе груди...», – не веря в происходящее, попросил юноша.
– «Эти круглые штучки такие мягкие. Так приятно о них тереться, но раз госпоже не нравится. О нет ваша служанка идет. Из всех людей лишь её понять не могу. Вроде человек, но, когда касаюсь, как огнем жжет. Поскольку я могу отключать свои части от сознанья это не проблема, но каково приходится кроусу на её теле!» – Хохотнул голос.
– Так Мон, вижу уже познакомились. Что не утерпел! Тебе ж сказали в геликоптере сидеть, – грозно прикрикнула на костюм Охико.
– «Вот видишь», – пожаловался симбионт. – «Хуже всего говорить с ней не могу. С другими, пожалуйста, а с ней нет».
– «Хочешь сказать ты и с куноичи беседы ведешь?» – Удивился Сёши.
– «Нет, лишь считываю сигналы, от тех, кто попал в беду. Конечно, я читаю их мысли, выполняю просьбы, но чтоб вот так по душам...», – мысленно вздохнул голос.
– Мон, Монти... что-то знакомое. Могу ошибаться, но разве не так звали моего предка? – Обратил взгляд на подругу юноша. – Та кивнула хмурясь. – По лицу читалось, «хотела сюрприз сделать, но сама прокололась, назвав имя». – «Теперь неделю дуться будет, перебирая в уме свои ошибки!» – Сочувственно вздохнул Сёши.
«Так значит – Монтегос Салвадоро де Сильва», – вновь мысленно – обратился парень к пришельцу. – «Мой пра прапрадед, точней его, личность. Что ж всё сходится. Значит ты, это – он. А твое поведение, наводит на мысль, – мой предок, мозг которого ты слопал, – был весьма похотлив, неравнодушен к девушкам», – поделился догадкой юноша.
– «А, эта история», – вздохнул симбионт, – «было дело. Да, не удержался. Битвы, турниры, пиры оргии... Адреналин рекой тек. Говоря современно, – на наркоте сидел. Терпел сколько мог, но как устоять, когда под щупальцем, такой деликатес. Так извилина за извилиной, всё и схарчил», – ответил Мон. – И Сёши вдруг почувствовал в его мыслях, горячую волну сожаления. Будто скорбь по горячо любимому другу... Или... По ушедшей юности? И в то же время, как лучик надежды образ.... Да, несомненно, он видит себя... Надежду рода – так думает о нем предок? Но это не всё, словно нить тянется куда-то во тьму, и там тоже вспыхивает свет, к которому пришелец протягивает руки, принимая в них младенца... Так вот, каким Монтегос себя видит! Высокий, широкоплечий, статный. Одет в старинный костюм. Коротко стриженые волосы с проседью. Рапира на боку, кинжал за поясом. Остроконечные туфли, очевидно, так же могли служить оружием... Грозный, но в тоже время добрый. Впрочем, все это лишь иллюзия, – напоминает себе Сёши стараясь покинуть призрачный мир, навеянный пришельцем. – «Но зачем уходить?» – Внезапно подумал он. – «К чему вся беготня, когда прапрадед, всё за тебя сделает. Тем боле сейчас, его главной заботой, должен быть ребенок в его чреве?»
– «Стоп. Что за! Понятно, это не его мысли. Или его? А может, он действительно девушка, вынашивающая дитя. Совсем запутался. И его тело оно двигается. Само по себе. Неужели пришелец завладел им?» – Сёши судорожно сглотнул. – «Надо вернуть контроль, хотя б над одним глазом». – Его голос – он говорит. Да, несомненно. Но так неразборчиво. Все звуки слились в какофонию. Попробуем разобрать. Ага обрывки фраз. Теперь можно понять смысл. О и взор вернулся. Прямо перед ним Констанс. Сёши видит свою протянутую руку, и как королева, что-то сплёвывает ему в ладонь. Тяжелое, мокрое, склизкое. Но ему вовсе ни неприятно. Наоборот, все образы воспоминания, накопленные кроусом, вливаются в общий поток сознания пришельца. – Сёши видит, как, Карлос бросается к Констанс, кидая на юношу гневный взгляд. А ноги его влекут к стоящей на колене ведьме. История повторяется. Но похоже щупальце не хочет возвращаться. Или, это нежелание Маргарет, простится со своей силой? – Монтегос – хмурится. Снова протягивая руку, но ведьма сжимает зубы, не давая кроусу выбраться. Тогда юноша чувствует, как его руки приходят в движение пытаясь разжать челюсти женщине.
– Эй, ты что творишь! – От голоса Охико вздрагивают разом и Сёши, и предок. Впрочем, сейчас их сознания связаны. Однако юноша чувствует, как панически боится старик его подругу.
– Так-то ты слово держишь рыцарь! – Возмущается девушка! – Ведь не хотела брать, но сейчас думаю, хорошо, что захватила, – угрюмо бормочет хакерша с силой опуская нечто холодное на голову юноши...
– «Корона?» – В ужасе бормочет Монтегос, – теряя контроль над телом. Сёши ощупывает голову натыкаясь на нечто гладкое, острое в своих волосах.
– Не снимай с ужасом вскрикивает Охико, вцепившись в руки друга.
– Да, и не собирался, – угрюмо бормочет Сёши, поправляя роскошную диадему.
– А ты. С тобой предок мы ещё поговорим! – Пригрозила девушка в пустоту, доставая смартфон...
– Жутко болела голова. Как ноет тело. Хакерша позвонив, расхаживает взад-вперед. Карлос жмется к стене, кидая пугливые взгляды. Констанс – без сознания. Мари по-прежнему мертва. Ведьма на коленях. То ли молиться, то ли проводит ритуал. Сёши стоит, где стоял. Руки чешутся стянуть с головы корону. Но Охико сказала – не двигаться. Что ж послушаем. Возможно, медленный поток крови позволит симбионту быстрей адаптироваться, и тогда предок не сможет захватить над ним контроль. Только откуда он это знает? – Задумался юноша.
– Т-ш милая. «Прости уже», — прошептал в глубине сознанья голос. – Не вини деда. Не удержался. Так захотелось пройтись в теле, – извинился Монтегос, мысленно погладив юношу по волосам.
– Так и взял бы тело куноичи или – Охико, – парировал Сёши: конечно он был зол на предка, но в то же время понимал его тоску.
– Скажешь то же, слиянья разумов объединяет мысли и память. Ты моя кровь, плоть. Единственная наследница. Хотя я знаю, что у вас с Акио будет девочка, но она ещё должна родиться, а пока лишь ты, и Ибби достойны знать мои тайны..., – высокопарно произнёс голос.
– Ясно. Хотя в моей голове после тебя остались лишь смутные картинки, но возможно, какой ученый их бы смог понять. У многих куноичи докторская степень. Что, до хакерши... Тут ты сто раз прав – она любую схему, шифровку на раз два вскроет. Впрочем, не думаю, что есть что-то, что я могу скрыть от нее, — рассеяно ответил юноша.
– Вижу, вы подруги. Впрочем, твоя мать так же неразборчива в связях, – буркнул пришелец.
– Так об этом речь? Знаешь, когда ты меня прилюдно раздел, я ведь тоже решила – «Вот похотливый старик», – съязвил Сёши.
– Девчонка! Старшим грубишь! – Возмутился Монтегос. – В конце концов ты не первая инфанта, с которой стянули сорочку. Взять, к примеру Анну Австрийскую... Придворные не только смотрели её, но, тёрли, щупали, – мечтательно произнес голос.
– Э я, конечно, слышал об этом, но неужели настолько откровенно! – Смутился Сёши.
– Истинно. И несмотря на холод и стыд, она даже не дрожала... впрочем, ты тоже хорошо держалась, – поспешил успокоить внучку Монтегос.
– «Интересно откуда у мозга просидевшего полжизни в лаборатории такие сведенья», – подумал было парень, но тут...
– Ну наконец-то, – голос Охико прервал сеанс связи, и юноша с облегченьем вздохнул. Пусть предок – забавный, но, что будет если тот узнает, что его обожаемая инфанта вовсе не та, кем кажется. Ещё и ребенок. Не поймет ли Монтегос, что его обманули, когда клон оденет костюм. Впрочем, с этой кашей пусть хакерша разбирается. Кстати, куда это она смотрит..., – подумал Сёши, отслеживая взгляд подруги.
– Я ж говорила нельзя отпускать, — произнесла вышедшая из темноты Отоме указав брату на разбросанные трупы, к которым муравьями устремились люди в белых комбинезонах.
– Тут ещё тело: женщина средних лет, органы в кашу, но снарядов не видно, – отрапортовал медик, – Акио, но тот лишь отмахнулся, направившись к Сёши.
– Мари из наших, её на реанимацию. Минут пять прошло, мозг жив. А этих заморозить, потом допросить, – распорядилась Охико указав на лежавшие поодаль труппы.
– Госпожа тут ещё один, африканец. Жив, но от него мало, что осталось. Кровь остановили, восстанавливать будем? – Поинтересовался сержант, приказав двум служащим уложить обрубок на раскладные носилки.
– А ты, я смотрю, повеселилась! – Ухмыльнулась Отоме, обнимая подругу. – Даже боюсь представить, чем он тебе насолил, – с притворным сочувствием добавила секретарь, наблюдая как медики укладывают внутренности негра, в морозный ящик.
– «Двигаться! Черт, да он и так двигается. Но что-то мешает восприятию времени. Какая-то малая деталь в мозгу тормозит все сигналы. Словно синапсы погрязли в ленивом желе. И пусть мысль достаточно быстра, но команды, отдаваемые телу.... Но в чем причина?» – Пытается понять юноша, круша ментальный заслон не позволяющий двигаться.
– Ведьма дернулась, замерла, в обращённом на парне взгляде – замешательство. Сёши буквально чувствует, как она ищет в нем присутствие кроуса, и не найдя, недоумевает ещё больше.
Контроль усилился. Юноша, как погребен под сто тонной скалой. Но теперь ему легче. Мозг адаптировался к атакам и подобно тому, как процессор ищет ошибки в программе, создавая дамп для корректировки, уже нашел обходной путь позволявший, не противостоять ментальной силе, а как бы разделять её, меж участками памяти, органами чувств...
– «Эта резь в глазах. Больно, но терпимо. Жуткие звуки, похожие на скрип ножа, о тарелку. Эти запахи – так напоминают... розы?» – Неожиданно юноша понимает, что способен преобразовать мысленные сигналы, поступающие из вне, по своему усмотрению.
– «Вот и тело легкое невесомое. И в ушах, прекрасная песня, неяркий свет, и... О переборщил. Вожделение. Совсем не к месту. Похоже – слишком хорошо тоже плохо! Нужно остановиться на чем-то среднем», – решает для себя парень, мысленно представив зеркало, отражающее силу извне, обратно к противнику.
– Ведьма застонала, крутя головой. Но видимо решив, что с миньонами разберётся позже, схватила девушку за горло, высоко подняв над землей.
Констанс закричала. Мари оглянулась. В глазах, всё ещё непонимание, но вот она узнаёт дочь, и бросается ей на помощь. Мощные удары обрушиваются на спину старухи, та отпускает добычу, переключившись на напавшую...
– Напор спал. Его ничто не держит, – понимает юноша. – Он двигается даже быстрей, чем раньше. Кровь как кипит, поднимаясь от кончиков пальцев до головы, стремительным напором силы. Или чем-то превосходящим, понимание человека.
Казалось, миг назад он полз черепахой и вот в один прыжок уже рядом с противником. – «Красивая! Совсем не старуха!» – «На вид лет – тридцать» – «Хрупкое тело, волнистые волосы!» – «Аромат чарует, пьянит». Юноша замер в растерянности. Ведьма переключилась на Мари. Карга билась, попутно оглядываясь, на странную девочку. То, что в ней нет кроуса, она уже выяснила. Но её не оставляло чувство – их сознанья связаны. Более того, забытое чувство родственности, единства переполняли её. – «И еще, эта кукла может управлять, но не знает как!» – Эхом отразился – ужас ведьмы, в мыслях Сёши.
– «Сейчас она нанесёт удар», – юноша знал это, читал: движения, мысли. – «А теперь, инопланетянка действительно напугана. Она больше не рассчитывает на физическую силу. Но что это может значить», – не понял Сёши, но по глазам Маргарет понял, она знает, что её читают.
– «Оружие! Точно. Вот о чем она думает. Что-то вроде ледяных игл – которые вырываются из рук ведьмы». – И похоже Констанс... О, нет, что она делает! – Девушка стремительно вскакивает с земли пытаясь в полете заслонить юношу. Маргарет оглядывается на дочь, на лице грустная улыбка, она распахивает руки, закрывая собой обоих подростков...
...Они видят лишь её спину. Мощную, мускулистую. Ледяные иглы насквозь пробили тело. – «Скорей всего все органы в кашу», – с ужасом осознаёт юноша, когда великанша падает на колени. Ведьма посылает новую порцию снарядов, и они впиваются, разрывая плоть Мари…
– Мама! – Кричит Констанс. Сёши пытается её удержать, прижимая к земле.
– «Выстрелы!» – Четкие, глухие. Ведьма пошатнулась, смотрит на дыру в плече, оглядываясь на звук. Карлос стоит, сжимая в руках кольт. Патроны кончились, но продолжает жать на курок… – «Барабан стремительно вращается».
Инопланетянка идет к испанцу. Парень разворачивается и бежит. Ведьма вытягивает руки похоже пытаясь вновь выстрелить, но от её ладоней, исходит лишь пар.
– Похоже заряды кончились! – Хмуро произносит знакомый голос за спиной Сёши.
– Охико! – Вскрикивает юноша, вскакивая, обнимая подругу.
– Тише раздавишь. Хотя куда тебе! – Вздыхает девушка, оглядывая поле боя.
– Однако наворотили дел. Так понимаю эта, та ведьма, прародитель Констанс, – уточняет хакерша, доставая любимый смартфон.
– А ты ещё кто такая? – Недоуменно бормочет женщина, пытаясь ментально, прощупать девушку.
– Ты, но не в тебе, на тебе. Твоя одежда! – Удивляется Маргарет. – Не может быть. Я чувствую первоисточник. В нити твоей брони, как вшита «я», – произносит женщина, опускаясь на колени.
– Стара, стала. Уж не помню, кто такая. Думала его больше нет, того – кто был первым. Как долго хотела слиться с ним. Ощутить целостность, которой меня лишили. И каждый раз, отделяя от себя кусок – понимала. Это лишь иллюзия единства. Да мы семья, но все они часть меня, без главного центра. И мне, нам, даже ей, – указала на Констанс ведьма, – не уйти от этого. И потому я искала сведенья, справки о первоисточнике. Но лишь сейчас поняла – за всем стоит замок де Сильва с которого, по сути, все началось. Ведь ты их слуга? – Ткнула пальцем в Охико, – Маргарет.
– А то! —Усмехнулась хакерша, – но речь не о том. Раз хочешь слиться, то да, первоисточник у нас. Ты ведь чувствуешь. Симбионт, на мне, мощней тебя. Ты подсознательно ждала единства. Так вот оно, – хакерша закончила говорить, но в голове присутствующих продолжал звучать голос:
– «Слейся с кроус, собери части разбросанные тобой. И став единой, будь мной!»
– Господин! – Не веря простонала ведьма.
– «Вот те раз, костюм то думающий», – отметил про себя Сёши постаравшись скрыть мысли.
– «Ха. Не волнуйся юная госпожа. Не ставь заслон. Я вижу, тебе кажется с тобой говорит одежда, но кроус лишь проводник». – «Настоящий, я в лаборатории готовый служить и защищать род де Сильва», — вкрадчиво произнес голос.
– «Хм, так понимаю кровь моя нужна», – догадался Сёши поежившись.
– «Совсем немного. Ваша служанка Охико принесла новый костюм, оденьте его и все сразу поймете», – произнес Симбионт, и юноша внезапно понял наряд хакерши, тут вообще не причем. Но откуда идет сигнал?» – подумал Сёши оглядываясь.
– «Я здесь принцесса, уже давно здесь», – вновь произнес голос и в тот же миг юноша почувствовал, как ловкие щупальца распускают: завязки, ремни – стягивают с него платье, и в тот же миг что-то холодное и гладкое, как обтекает кожу плотно прилегая к ней.
– «О наконец-то», – вздохнул голос. – Ваша мать даже близко к себе не подпускала. Понимаю, она и без того сильна. А госпожа Алисия. Она, конечно, тоже де Сильва, но какое же наслаждение касаться кожи, истиной наследницы. Эта кровь такая, пьянящая сладкая на вкус. Не то, что у других куноичи. Есть среди них, конечно, и вкусные, но...
– «Погоди!» – Мысленно перебил симбионта Сёши. – «Ты, людей как блюдо воспринимаешь. Согласен, защита мне пригодиться, но ты сидишь слишком плотно. Нельзя чуть ослабить хватку, хотя б в районе груди...», – не веря в происходящее, попросил юноша.
– «Эти круглые штучки такие мягкие. Так приятно о них тереться, но раз госпоже не нравится. О нет ваша служанка идет. Из всех людей лишь её понять не могу. Вроде человек, но, когда касаюсь, как огнем жжет. Поскольку я могу отключать свои части от сознанья это не проблема, но каково приходится кроусу на её теле!» – Хохотнул голос.
– Так Мон, вижу уже познакомились. Что не утерпел! Тебе ж сказали в геликоптере сидеть, – грозно прикрикнула на костюм Охико.
– «Вот видишь», – пожаловался симбионт. – «Хуже всего говорить с ней не могу. С другими, пожалуйста, а с ней нет».
– «Хочешь сказать ты и с куноичи беседы ведешь?» – Удивился Сёши.
– «Нет, лишь считываю сигналы, от тех, кто попал в беду. Конечно, я читаю их мысли, выполняю просьбы, но чтоб вот так по душам...», – мысленно вздохнул голос.
– Мон, Монти... что-то знакомое. Могу ошибаться, но разве не так звали моего предка? – Обратил взгляд на подругу юноша. – Та кивнула хмурясь. – По лицу читалось, «хотела сюрприз сделать, но сама прокололась, назвав имя». – «Теперь неделю дуться будет, перебирая в уме свои ошибки!» – Сочувственно вздохнул Сёши.
«Так значит – Монтегос Салвадоро де Сильва», – вновь мысленно – обратился парень к пришельцу. – «Мой пра прапрадед, точней его, личность. Что ж всё сходится. Значит ты, это – он. А твое поведение, наводит на мысль, – мой предок, мозг которого ты слопал, – был весьма похотлив, неравнодушен к девушкам», – поделился догадкой юноша.
– «А, эта история», – вздохнул симбионт, – «было дело. Да, не удержался. Битвы, турниры, пиры оргии... Адреналин рекой тек. Говоря современно, – на наркоте сидел. Терпел сколько мог, но как устоять, когда под щупальцем, такой деликатес. Так извилина за извилиной, всё и схарчил», – ответил Мон. – И Сёши вдруг почувствовал в его мыслях, горячую волну сожаления. Будто скорбь по горячо любимому другу... Или... По ушедшей юности? И в то же время, как лучик надежды образ.... Да, несомненно, он видит себя... Надежду рода – так думает о нем предок? Но это не всё, словно нить тянется куда-то во тьму, и там тоже вспыхивает свет, к которому пришелец протягивает руки, принимая в них младенца... Так вот, каким Монтегос себя видит! Высокий, широкоплечий, статный. Одет в старинный костюм. Коротко стриженые волосы с проседью. Рапира на боку, кинжал за поясом. Остроконечные туфли, очевидно, так же могли служить оружием... Грозный, но в тоже время добрый. Впрочем, все это лишь иллюзия, – напоминает себе Сёши стараясь покинуть призрачный мир, навеянный пришельцем. – «Но зачем уходить?» – Внезапно подумал он. – «К чему вся беготня, когда прапрадед, всё за тебя сделает. Тем боле сейчас, его главной заботой, должен быть ребенок в его чреве?»
– «Стоп. Что за! Понятно, это не его мысли. Или его? А может, он действительно девушка, вынашивающая дитя. Совсем запутался. И его тело оно двигается. Само по себе. Неужели пришелец завладел им?» – Сёши судорожно сглотнул. – «Надо вернуть контроль, хотя б над одним глазом». – Его голос – он говорит. Да, несомненно. Но так неразборчиво. Все звуки слились в какофонию. Попробуем разобрать. Ага обрывки фраз. Теперь можно понять смысл. О и взор вернулся. Прямо перед ним Констанс. Сёши видит свою протянутую руку, и как королева, что-то сплёвывает ему в ладонь. Тяжелое, мокрое, склизкое. Но ему вовсе ни неприятно. Наоборот, все образы воспоминания, накопленные кроусом, вливаются в общий поток сознания пришельца. – Сёши видит, как, Карлос бросается к Констанс, кидая на юношу гневный взгляд. А ноги его влекут к стоящей на колене ведьме. История повторяется. Но похоже щупальце не хочет возвращаться. Или, это нежелание Маргарет, простится со своей силой? – Монтегос – хмурится. Снова протягивая руку, но ведьма сжимает зубы, не давая кроусу выбраться. Тогда юноша чувствует, как его руки приходят в движение пытаясь разжать челюсти женщине.
– Эй, ты что творишь! – От голоса Охико вздрагивают разом и Сёши, и предок. Впрочем, сейчас их сознания связаны. Однако юноша чувствует, как панически боится старик его подругу.
– Так-то ты слово держишь рыцарь! – Возмущается девушка! – Ведь не хотела брать, но сейчас думаю, хорошо, что захватила, – угрюмо бормочет хакерша с силой опуская нечто холодное на голову юноши...
– «Корона?» – В ужасе бормочет Монтегос, – теряя контроль над телом. Сёши ощупывает голову натыкаясь на нечто гладкое, острое в своих волосах.
– Не снимай с ужасом вскрикивает Охико, вцепившись в руки друга.
– Да, и не собирался, – угрюмо бормочет Сёши, поправляя роскошную диадему.
– А ты. С тобой предок мы ещё поговорим! – Пригрозила девушка в пустоту, доставая смартфон...
***
– Жутко болела голова. Как ноет тело. Хакерша позвонив, расхаживает взад-вперед. Карлос жмется к стене, кидая пугливые взгляды. Констанс – без сознания. Мари по-прежнему мертва. Ведьма на коленях. То ли молиться, то ли проводит ритуал. Сёши стоит, где стоял. Руки чешутся стянуть с головы корону. Но Охико сказала – не двигаться. Что ж послушаем. Возможно, медленный поток крови позволит симбионту быстрей адаптироваться, и тогда предок не сможет захватить над ним контроль. Только откуда он это знает? – Задумался юноша.
– Т-ш милая. «Прости уже», — прошептал в глубине сознанья голос. – Не вини деда. Не удержался. Так захотелось пройтись в теле, – извинился Монтегос, мысленно погладив юношу по волосам.
– Так и взял бы тело куноичи или – Охико, – парировал Сёши: конечно он был зол на предка, но в то же время понимал его тоску.
– Скажешь то же, слиянья разумов объединяет мысли и память. Ты моя кровь, плоть. Единственная наследница. Хотя я знаю, что у вас с Акио будет девочка, но она ещё должна родиться, а пока лишь ты, и Ибби достойны знать мои тайны..., – высокопарно произнёс голос.
– Ясно. Хотя в моей голове после тебя остались лишь смутные картинки, но возможно, какой ученый их бы смог понять. У многих куноичи докторская степень. Что, до хакерши... Тут ты сто раз прав – она любую схему, шифровку на раз два вскроет. Впрочем, не думаю, что есть что-то, что я могу скрыть от нее, — рассеяно ответил юноша.
– Вижу, вы подруги. Впрочем, твоя мать так же неразборчива в связях, – буркнул пришелец.
– Так об этом речь? Знаешь, когда ты меня прилюдно раздел, я ведь тоже решила – «Вот похотливый старик», – съязвил Сёши.
– Девчонка! Старшим грубишь! – Возмутился Монтегос. – В конце концов ты не первая инфанта, с которой стянули сорочку. Взять, к примеру Анну Австрийскую... Придворные не только смотрели её, но, тёрли, щупали, – мечтательно произнес голос.
– Э я, конечно, слышал об этом, но неужели настолько откровенно! – Смутился Сёши.
– Истинно. И несмотря на холод и стыд, она даже не дрожала... впрочем, ты тоже хорошо держалась, – поспешил успокоить внучку Монтегос.
– «Интересно откуда у мозга просидевшего полжизни в лаборатории такие сведенья», – подумал было парень, но тут...
– Ну наконец-то, – голос Охико прервал сеанс связи, и юноша с облегченьем вздохнул. Пусть предок – забавный, но, что будет если тот узнает, что его обожаемая инфанта вовсе не та, кем кажется. Ещё и ребенок. Не поймет ли Монтегос, что его обманули, когда клон оденет костюм. Впрочем, с этой кашей пусть хакерша разбирается. Кстати, куда это она смотрит..., – подумал Сёши, отслеживая взгляд подруги.
– Я ж говорила нельзя отпускать, — произнесла вышедшая из темноты Отоме указав брату на разбросанные трупы, к которым муравьями устремились люди в белых комбинезонах.
– Тут ещё тело: женщина средних лет, органы в кашу, но снарядов не видно, – отрапортовал медик, – Акио, но тот лишь отмахнулся, направившись к Сёши.
– Мари из наших, её на реанимацию. Минут пять прошло, мозг жив. А этих заморозить, потом допросить, – распорядилась Охико указав на лежавшие поодаль труппы.
– Госпожа тут ещё один, африканец. Жив, но от него мало, что осталось. Кровь остановили, восстанавливать будем? – Поинтересовался сержант, приказав двум служащим уложить обрубок на раскладные носилки.
– А ты, я смотрю, повеселилась! – Ухмыльнулась Отоме, обнимая подругу. – Даже боюсь представить, чем он тебе насолил, – с притворным сочувствием добавила секретарь, наблюдая как медики укладывают внутренности негра, в морозный ящик.
