— Обойдёшься.
— Ну-у, вредная ведьма!
— Лаб, тебе нельзя пить, — вмешалась Лоретта.
Спор прервала внезапно ворвавшаяся Анна. Злая и страшная. Красивое лицо искажала гримаса ярости. От неё исходила ледяная аура, что предупреждала о смерти. Лаб и Лоретта при виде неё замолкли, даже Маргарита прекратила пить и напряжённо застыла, сжав подлокотники кресла. Ведьма не боялась сумасшедшей, но не знала, чего от неё ожидать, поэтому и напряглась. Анна окинула взглядом всех присутствующих и остановилась на Веронике.
— Вот ты где, рыжая шваль! — протянула она. На её лице растянулась жуткая улыбка. От такого зрелища Лаб схватил Лоретту за руку и отвёл в сторону. Оба понимали: в таком состоянии Анна почти неконтролируема. Единственным, кто мог найти на неё управу, был Верлор, который сейчас находился где-то далеко.
Анна ринулась в сторону Вероники, намереваясь вцепиться в неё, однако дорогу ей преградила Маргарита. Ведьма встала между ними, закрыв собой застывшую от шока Сайтос. В отличие от Лоретты и Лаба, она не боялась Анны.
— Куда ты так рванула? Чем тебе Вероника, ещё не успевшая вступить в Орден, не угодила? — спросила Маргарита, придав лицу ехидную улыбку.
Анна зарычала и одарила Веронику бешеным взглядом.
— Что сделала? Она убила пленников, которых я поймала! Которых я должна была убить!
Перед мысленным взором Вероники предстали умоляющие глаза беременной женщины, которые она тут же постаралась выкинуть из головы. Некогда ей думать об этом, да и поздно.
— Это был приказ господина Венруса и госпожи Древнее Зло. Да, в этот раз тебе не позволили развлечься с теми пленниками. Но у тебя будет ещё возможность поиграть с другими, — спокойно ответила Маргарита. Однако её слова не успокоили Анну, а наоборот, ещё больше разозлили.
— Ах, приказ? Но почему ей дали моих пленников, а не других? Она лишила меня развлечения! — она вновь перевела пылающий яростью взгляд на Веронику и произнесла так, будто выплёскивала с языка яд: — Рыжее отродье семейки Сайтос, да и то приёмыш. На что ты способна? Неудивительно, почему тебя вышвырнули из дома. Кому нужна уродливая, никчёмная, жалкая сирота? И ты, рыжая тварь, ещё смеешь подражать нам?
Больше Вероника терпеть не собиралась. Она не желала сносить оскорбления от бешеной девицы. Игнорируя предостерегающий взгляд Маргариты, Вероника выпалила:
— Не тебе это говорить! А на что ты годна, кроме истязаний и мучений других? Для тебя это просто веселье. Я же хочу найти силу для мести! Я осознанно сделала этот шаг, вступив в Орден, и никому не подражала. В отличие от тебя, сумасшедшая!
— Ну всё, теперь ей точно конец, — прошептал Лаб Лоретте. Та была согласна с ним.
Анна молчала. Фиолетовые глаза недобро сузились, а бледно-розовые губы сжались в тонкую линию. Сейчас она очень сильно напоминала брата. Когда Верлор злился, его лицо принимало точно такое же выражение. Обычно брат и сестра всегда различались характерами, но именно в гневе их лица становились идентичными.
Вдруг Анна разразилась громким и пронзительным смехом, который был полон безумия. В уголках глаз образовались слёзы.
— Ой, не могу! — выдала она сквозь смех, вытирая слезинки. — Эта пламенная речь… просто восхитительна… для смеха! Ха-ха-ха-ха!
«У неё что, перепады настроения?» — с опаской подумала Вероника. Теперь она понимала, почему окружающие так боялись Анну.
— Речи говорить умеешь, — отсмеявшись, сказала Анна и сразу посерьёзнела. — Но докажи свою силу на деле. Сразись со мной!
— Согласна! — без раздумий ответила Вероника.
— Вы обе немедленно остановитесь! — вмешалась Маргарита, понимая, что их поединок ни к чему хорошему не приведёт. Да это даже поединком нельзя будет назвать, скорее дракой.
— Не влезай в наше дело, Маргарита! — Анна одарила ведьму ледяным, убийственным взглядом. — Ни ты, ни кто-либо другой мне не указ. Я слушаюсь только Верлора. А на других мне наплевать! Так что не мешай!
Маргарита отступила, осознав тщетность своей попытки остановить девушек. Она вполне могла остановить Анну, ибо была гораздо сильнее неё. Но если кто-то смел нанести вред Анне, она обязательно жаловалась брату, а тот был готов за сестру любого разорвать в клочья. Все в Ордене это знали, поэтому никто не смел к ней приближаться.
Вероника и Анна смотрели друг на друга с вызовом и с азартом. Те, кто стали свидетелями происходящего, лишь смотрели на соперниц, не смея влезать в их конфликт. Вызов был брошен и принят так, что назад не пойдёшь.
— Начали!
В руках Анны появились чёрные клинки. Не дожидаясь, она с невероятной скоростью атаковала противницу, взмахнув клинками. Острые лезвия разрезали воздух. Веронике потребовались вся скорость и реакция, чтобы увернуться от двух атак и ретироваться. Она с самого начала поняла: нужно держаться на расстоянии от Анны и ждать нужного момента для атаки. Но постоянно уклоняться и убегать не получится, если она также хочет лучше изучить противницу.
— Дух тьмы Окима, услышь мой зов и подчинись мне! — призвала Вероника. В руке появился чёрный меч.
— Вот как, — лицо Анны напоминало холодную маску. — Твоя сила заключена в контрактах с духами. Но, вызывая их, ты отдаёшь им свою жизненную энергию. Посмотрим, насколько тебя хватит, — произнесла она с безумной улыбкой. Анна подняла клинки и атаковала так быстро, что Вероника не успела разглядеть её манёвр. Сайтос едва успела заблокировать удар Окимой и ретироваться.
Выдохнув, она нанесла несколько выпадов противнице.
В то же время Вероника не могла выкинуть из головы пришедшие воспоминания. Ей снова вспомнился тот день, когда её, маленькую и беспомощную девочку, выбросили из дома на произвол судьбы. Именно тогда она поняла, что такое боль и одиночество, сама увидела жестокость и презрение, сердцем почувствовала холодную ненависть и жгучую ярость. Всё это родило в слабой душе только одно желание — отомстить. Все эти годы она жила и боролась, чтобы отомстить и доказать, что она не ничтожество. А значит, она ни за что не даст себя убить какой-то сумасшедшей!
Легко парировав все вражеские выпады, Анна ретировалась назад, а когда Вероника попыталась вновь нанести удар, исчезла. Сайтос замерла и настороженно огляделась по сторонам, держа меч наготове. Она усвоила: Анна очень быстра и сильна. Стоило подметить, её скорость превышала человеческую. Люди не могут так быстро передвигаться. А это значит…
Колючий холод иголочками пробежался по спине, от чего волосы на затылке зашевелились.
Она сзади!
Вероника быстро обернулась и вовремя отскочила от того места, где стояла. Перед самым лицом пролетело тёмное лезвие, едва не полоснув по коже.
Анна недовольно цокнула языком от неудавшейся попытки прикончить противницу и напала уже в открытую. Вероника уклонилась от молниеносного выпада и совершила обманный манёвр, который обезумевшая Анна не усмотрела. Чёрное лезвие Окимы полоснуло по рёбрам противницы. Анна зажала рану рукой, кровь просочилась сквозь пальцы. В фиолетовых глазах вспыхнуло удивление. А когда она подняла взгляд на Веронику, в них вновь бурлили ненависть и ярость.
— Больно же! — яростно прошипела садистка. Когда она убрала руку, рана затянулась. Осталось лишь кровавое пятно на одежде. Это ещё больше подталкивало к мысли, что Анна — не обычный человек.
Вероника быстро отозвала Окиму и призвала другого духа:
— Дух огня Такка, услышь мой зов и подчинись мне!
Появился меч, чьё лезвие охватило огненное пламя, от чего клинок напоминал факел. Взмахнув новым мечом, Вероника запустила в противницу огненный шар. Против огня ей уж точно не выстоять! Но Анна усмехнулась и что-то произнесла. Ударило морозом. Огненный шар, почти долетев до цели, внезапно превратился в ледяной шар. Щелчок пальцами — и лёд полетел на Веронику. Сайтос взмахнула мечом, огненная сила Такки разрубила ледяной шар на сотню кусочков.
Анна повела рукой по воздуху, и ледяные осколки зависли в воздухе, повинуясь её приказу.
— Ледяной град!
Сотня ледяных осколков, подобно граду, полетела на Веронику. Ей пришлось отбиваться от льда огненным мечом. Жаркое пламя мигом уничтожал лёд, не причиняя ей вреда. Такка разбрасывал вокруг пламя, защищая хозяйку от опасных льдинок, которые могли не только серьёзно ранить, но и убить. В воздухе заклубил пар от растаявшего льда.
Стоило ледяному граду закончиться, как Вероника атаковала противницу огненной волной. Однако Анна выставила вперёд руку, прошептала заклинание, и перед ней образовалась толстая ледяная стена. Огонь попал в преграду и разбил её, но до цели не долетел. Анна держалась стойко, ни один мускул в её теле не дрогнул.
Вероника крепче сжала в руках Такку и атаковала противницу. Анна, безумно улыбнувшись, тоже атаковала. Они столкнулись и принялись наносить яростные удары друг другу. Стальной звон и огненные искры слились в безумном смертоносном танце. Ни одна из противниц не желала проигрывать другой.
Чем дольше продолжалась битва, тем отчётливее Вероника понимала: Анна не тот противник, с которым ей тягаться.
Внезапно Анна, парировав последние выпады, отошла назад и опустила руки с клинками. Вероника замерла, не выпуская противницу из поля зрения. Что она теперь задумала?
— Неплохо для разогрева, — усмехнулась Анна. — Но я пока дралась вполсилы. Больше не собираюсь сдерживаться.
Вокруг неё задрожал воздух. Сила, исходящая от неё, наводила трепет и настоящий ужас. Вероника выставила Такку перед собой, как щит, приготовившись к худшему.
— Довольно, Анна! — внезапный холодный голос заставил обеих противниц замереть. Обернувшись, они увидели приближавшихся Верлора вместе с Маргаритой. Ведьма, поняв, что безумную схватку ей не остановить, поспешно отыскала Верлора и рассказала о поступке сестры. Тот не проявил никаких эмоций, но глаза запылали гневом. Узрев разгневанного юношу, девушки испуганно сжались.
— Ой, братик, — Анна нервно хихикнула, а на её лице промелькнул испуг. — А мы тут веселимся!
— Хватит, Маргарита мне всё рассказала, — ледяным тоном прервал её Верлор, его глаза гневно сузились. — Что ты себе позволяешь? Видимо, ты забыла, как я тебя наказывал. Сейчас я напомню тебе об этом, чтобы впредь неповадно было, — Верлор схватил возмущающуюся сестру за руку и куда-то увёл. Другие проводили их взглядами.
— Ты тоже хороша, идиотка. Подалась на её провокации, — грубо бросила ведьма.
Такка исчез. Вдруг Вероника почувствовала накатившие головокружение и сильную слабость в теле. Ноги подкосились. Девушка упала на землю и потеряла сознание.
Глава 53. Запретная башня.
На следующий день Лаб, Лин и Лоретта собрались в комнате. Они сели за стол и стали ждать Верлора и Анну. Свидетелей спора Анны и Вероники не отпускал интерес, чем же всё закончилось. Особенно ярко его выражал Лаб, когда Лоретта оставалась невозмутимо спокойной. Она считала, что обе соперницы не должны были начинать спор, но, зная Анну, Лоретта ничего не сказала. В конце концов, она — её единственная подруга.
— Интересно, чем там кончилось? — задал вопрос Лаб вслух. — Надеюсь, Анна не убила рыженькую, а то это как-то просто!
— Сомневаюсь, — ответила Лоретта, приглаживая свои распущенные волосы. — Маргарита сразу ушла к Верлору, когда они начали бой. Только он остановил Анну от необдуманного поступка.
— О, а Вер мастер жёстких наказаний, — протянул Лаб, вспоминая, как ему тоже доставалось от друга. — Надеюсь, с девочками всё в порядке.
Хлопнула дверь. Все обернулась. В комнату вошла сердитая Анна. С виду выглядела целой и невредимой, вот только походка была странной. Она посмотрела на всех, тихо охнула, потирая одной рукой ягодицы, и прошла к столу. Но когда она собралась сесть на стул, то долго разгибалась, а потом просто плюхнулась на сиденье и громко айкнула, как от острой боли.
— Чтоб тебя, брат! — процедила Анна. — Я теперь неделю сидеть не смогу!
— Анна, что произошло? Вер тебя наказал? — догадался Лаб.
— Ещё бы! Отхлестал меня, как маленького ребёнка, и велел не применять регенерацию! Хочет, чтобы я пару дней походила с горящим задом. Мне теперь больно сидеть!
Лаб пару секунд удивлённо поморгал глазами, а потом громко расхохотался.
— Это не смешно! — прошипела Анна.
Лаб изо всех сил пытался сдержать смех, даже рот рукой закрывал, но смех прорывался наружу. Он не выдержал и рассмеялся так, что слёзы выступили на глазах. Гогочет, как гиена, подумала Лоретта. Лин смотрел на всех присутствующих и делал вид, словно его здесь нет.
— Заткнись, Лаб! — повысила голос Анна. Если бы она могла, то сейчас врезала бы ему, но горящий зад очень болел.
— Достаточно, Лаб, — Лоретта дала хохотуну подзатыльник, заставив замолчать, и повернулась к Анне. — А где Вероника?
— Без понятия. С ней вроде бы Маргарита осталась. Ой!
Вероника, придя в сознание, открыла глаза и резко села на кровати, но тут же ойкнула от резкой боли в теле и упала обратно в постель. От сильной острой боли, кажется, даже искры из глаз посыпались, а в затылке неприятно кольнуло. Хорошо, что мягкая постель приятно обволокла тело, позволяя немножко расслабиться. Однако боль не собиралась отступать, распространившись по всему телу, с пальцев ног до макушки. Вероника жадно глотала ртом воздух, пытаясь справиться с накатившей агонией. Что с ней происходит? Откуда эта боль, сводящая с ума?
— Лежи и не дёргайся.
Тогда Вероника поняла, что находилась в комнате и лежала на кровати. И она здесь не одна. Возле небольшого стола стояла Маргарита и что-то тщательно мешала в маленьком медном ковше. Ведьма сосредоточенно смотрела перед собой и о чём-то думала. Но это не помешало ей заметить пробуждение Вероники. Пострадавшая окинула взглядом помещение. Мрачная, но вполне уютная комната. Кровать, шкаф для одежды, стол, над котором висели полки с книгами, коробочками и склянками, и глубокое кресло, в котором, к удивлению Вероники, сидел чёрный ворон. Птица сидела неподвижно, внимательно смотря на девушку.
— Зачем тебе чучело? — задала глупый, но единственный возникший вопрос Вероника.
— Сама ты чучело! — вдруг ответил ворон хриплым, но человеческим голосом. — У самой волосы как мочалка!
Вероника испуганно вскрикнула, не ожидавшая ответа от птицы, и вжалась в спинку кровати.
— В-ворон р-разговаривает! — заикаясь, воскликнула она.
— Я не только говорить, но и петь могу! — насмешливо ответила чёрная птица.
— Кар-Кус, закрой клюв! — резкий приказ Маргариты заткнул говорящего ворона. — Он — мой фамильяр, поэтому разговаривает, — объяснила она. Вероника немного успокоилась, поняв, что Кар-Кус хоть и разговаривает, но вреда не причинит, если хозяйка не прикажет.
— А что со мной случилось? — Вероника потёрла затылок. Шок из-за Кар-Куса немного отвлёк от боли, но слабость и агония не собирались проходить.
— За прошлую ночь ты истратила слишком много жизненной энергии и потеряла сознание, — сухо ответила Маргарита, продолжая мешать варево в ковше. — У тебя шесть контрактов с духами, так? Вызывая их, ты отдаёшь им взамен свою жизненную силу. Но даже с натренированным телом тебе нельзя отдавать много энергии, иначе одной потерей сознания не обойдёшься. Переусердствуешь — и умрёшь. Как ты вообще связалась с духами?
