Правда, эти находки мало что давали.
Они переместились в кабинет Гермионы в Министерстве. Авроров Гермиона сразу же отпустила, а сама села за стол и вздохнула. Джон нахмурился и пригляделся. Гермиона была не просто расстроена, она выглядела… озадаченной и по-настоящему грустной. Поймав её взгляд, Джон вдруг почти забыл о деле и преступнике — эта новая, незнакомая Гермиона до боли напомнила ему его лучшую подругу. И она была готова вот-вот заплакать, наверное, только статус и привычка позволяли ей держать себя в руках.
Джон взял Гермиону за руку.
— В чём дело? Ты расстраиваешься, что он от нас ушёл? Но…
— Нет, Гарри, — Гермиона покачала головой, крепко сжимая его пальцы. — Прости, Джон. Тут другое. Дело в другом.
— Для тебя я всегда буду Гарри, — тихо сказал Джон. — Так что случилось?
Несколько долгих мгновений Джон думал, что она не ответит. Но она, поколебавшись, достала из сумочки знакомую Джону записку — ту самую, от Криви.
Записка светилась голубоватым светом, словно её покрывала тонкая плёнка. Джон взглянул на листок и не смог разобрать ни единого знака — плёнка искажала буквы до неузнаваемости, смазывала их.
Гермиона положила записку на стол и заговорила:
— То, что сегодня никто не пришёл, означает одно из двух. Либо с Криви что-то случилось, либо преступник узнал о засаде. Вчера, едва получив от тебя записку, я заколдовала её — видишь, это чары конфиденциальности. Стандартные, министерские, мы так закрываем все бумаги. Снять их можно только той палочкой, которой они наложены, или, — Гермиона хмыкнула, — крайне сложными отмычками из тех, что продаются исключительно в Лютном и исключительно из-под прилавка.
— Не понял… — Джон наморщил лоб. Гермиона запечатала записку чарами, а значит…
— Вряд ли кто-то узнал о месте встречи от меня.
— Не от тебя! — она помотала головой. — Слушай. Вчера я запечатала записку и сунула в карман куртки. Хотела сразу убрать в сумку, но Джордж запустил шутиху, а у Хьюго случился от неожиданности магический выброс. Пока я его успокоила, пока мы привели в порядок гостиную… — она сглотнула. — Я забыла переложить записку. Убрала только совсем поздно вечером, когда мы уходили домой.
Джон покачал головой. Он всё ещё не понимал. Записка ведь была защищена чарами, верно? И вряд ли у кого-то в доме Уизли нашлись бы магические отмычки из Лютного?
Гермиона посмотрела на Джона совершенно больным взглядом:
— Моя палочка слушается Рона, как его собственная. И вчера… Он брал вчера мою палочку, пока я утешала Хьюго. Я не сразу вспомнила, только сейчас…
Джон старым, уже совершенно забытым жестом запустил пальцы в волосы. Да нет, бред. Рон тут точно ни при чём. Да и… зачем ему?
Глава двадцать первая, в которой герои на время оставляют Лондон
— И… что мы с этим будем делать? — спросил Джон. Гермиона уже минут пять молча водила пальцем по подбородку и от этого вопроса встрепенулась, словно он вырвал её из глубокой задумчивости.
— Не знаю, Гарри, — вздохнула она. — Моего подозрения мало, да и…
Джон понимал её метания. Он сомневался, что за преступлениями стоит Рон, но если на минуту допустить, что это действительно он, то становится совершенно непонятно, что делать, как вести себя с ним.
— Нужно расставить что-то вроде ловушки, — проговорил он. — Чтобы знал только он. Если он придёт, значит…
Гермиона не ответила, её глаза подозрительно блестели.
— Гарри, мне нужно побыть одной. Подумать. Криви мы продолжим искать, разумеется. И я дам поручение перебрать все его бумаги, перечитать все письма — вдруг мы что-то упустили? — она встала, провела рукой по волосам, и Джон не стал спорить.
— Держи меня в курсе, — сказал он и камином перешёл в «Дырявый котёл». До Бейкер-стрит он добрался на общественном транспорте, но оказалось, что предосторожности были излишними: Шерлока не было дома.
Джон спрятал оставшиеся у него четыре флакона с Оборотным в мешочек из кожи моко (1) и переложил туда же мантию-невидимку.
Палочку оставил при себе — учитывая пропажу Криви, она могла пригодиться в любую минуту.
Шерлок вернулся под вечер и демонстрировал дурное расположение духа. Ему хотелось курить и было скучно. Ни сигарет, ни дела не было, так что он старательно выводил из себя окружающих.
Зато наутро его снова не было — он появился к полудню, весь в крови и с гарпуном в руках. Джон закашлялся, пытаясь сдержать не то возглас возмущения (как он мог пойти кого-то гарпунить и не позвать Джона с собой!), не то хохот.
— Мне скучно, — объявил Шерлок, смыв кровь и убрав гарпун.
— На сайте ничего нет? В почте?
Увы, лучшим из возможных вариантов была просьба расследовать пропажу светящегося кролика — и, надо сказать, после истории со слоном Джон совершенно не рвался изучать такого рода загадки. Пусть уж кролик светится… где-нибудь подальше от Шерлока с его чёртовой наблюдательностью. Достаточно того, что сам Джон с этим расследованием рискует быть раскрытым каждые полчаса.
— Это же потрясающе! — вдруг объявил Шерлок. — Звони Лестрейду.
Джон закатил глаза, но ему повезло: искать кролика они не пошли, потому что в дверь позвонили.
Шерлок сделал стойку, как почуявшая лисицу охотничья собака (нет, это не сравнение для блога, Джон правда ездил как-то на охоту, ещё в университете, и видел сходство своими глазами). По способу нажатия на кнопку звонка он умел определять, пришёл к ним гость, курьер или клиент.
Вошедшему было чуть меньше тридцати, Джон охарактеризовал его лицо как «заурядное». Но дело, которое он принёс, заставило серьёзно напрячься. Генри Найт — так звали клиента — рассказывал о чудовищной огромной собаке, убившей его отца двадцать лет назад. И о том, что он встретил эту собаку снова — совсем недавно.
«Мерлинова борода! — выругался мысленно Джон и тут же поправил себя: — Чёрт возьми! Мать вашу!» Ну, почему альтернативой светящемуся кролику оказалась монструозная собака с красными глазами?
— Генетический эксперимент? — не без азарта предположил Шерлок. Джон подавил желание закатить глаза. Да, он волшебник, видел самые невероятные вещи и даже побывал на том свете, но он тоже имел право во что-то не верить. И он отчаянно не верил в инопланетян и генетические эксперименты. То есть, он не отрицал того, что наука способна на многое, читал про клонирование овечки Долли, но позволял себе не верить в то, что в секретных лабораториях учёные выращивают монстров вроде того, которого описывал Генри Найт. Зато он мог с ходу назвать пять магических объяснений этой проблемы, и ни одно из них ему не нравилось.
— Что вы увидели в Дьяволовой лощине, Генри? — спросил Шерлок.
— Это странное место, мистер Холмс, — ответил их клиент. — Заставляет тебя чувствовать изнутри такой холод, такой ужас…
Джон подумал о дементорах, и его передёрнуло.
— Поменьше поэзии, — фыркнул Шерлок, — хотел бы почитать что-то подобное, открыл бы переписку Джона с его девушками, она забавнее. Что вы увидели?
— Следы.
— Мужские или женские?
— Ни то, ни другое.
Шерлок откинулся на спинку кресла и, к облегчению Джона, сообщил:
— Так, понятно. Ваш терапевт прав, это детская травма. Скучно. До свидания.
Джон выдохнул. Отлично. Да, ему было жалко Генри Найта, и он считал, что его рассказ — не бред сумасшедшего. Но он отчаянно не желал, чтобы Шерлок занимался этим делом.
— Но следы! — попытался остановить Шерлока Найт. — Мистер Холмс, это были следы гигантской гончей!
Шерлок, уже ушедший из гостиной, вернулся обратно, взглянул на Найта и велел:
— Скажите это ещё раз. Точно то же самое.
— Я сказал… — Генри стушевался, — Мистер Холмс, это были следы гигантской гончей.
— Я беру дело.
— Прости, что? — переспросил Джон.
— Спасибо, что пришли ко мне, — довольно сказал Шерлок. — Очень многообещающе…
— Шерлок, но… Минуту назад следы были скучными, а теперь они — многообещающие?
— Дело не в следах, ты как всегда всё прослушал, — отмахнулся от него Шерлок. — Знаешь что-нибудь о Баскервилле?
В общем, никакие аргументы не помогли, и следующим утром они выехали с вокзала Паддингтон прямым поездом в Дартмур.
Три часа в пути — и они разместились в уже арендованном для них Генри Найтом внедорожнике. Шерлок прыгнул за руль, не переставая предвкушающе улыбаться. О сигаретах больше не было ни слова: теперь, когда его мозг заработал на полную катушку, стимуляторы не требовались. Джон, развалившись на сидении, смотрел в окно, за которым тянулись зелёные холмы, лесополосы и изредка мелькали деревушки.
Местность не производила мрачного впечатления. Возможно, лет сто пятьдесят назад здесь и правда могли водиться призраки и чудища, но сейчас, очевидно, их отпугивали ЛЭПы и сельскохозяйственные машины.
Первым делом они направились в деревеньку, где жил Генри Найт — он любезно предложил им пожить в его доме на время расследования. Как ни странно, в деревне было оживлённо: Джон ожидал провинциальной тишины, а не толпы туристов на площади.
Молодой парнишка что-то с увлечением им рассказывал.
Шерлок, выбравшись из машины, приблизился к группе, послушал байки, забежал в кафе и вскоре обогатил Джона сведениями о том, что гигантская собака и правда существует. Или же кто-то очень старательно пытается всех в этом убедить.
Генри Найт предоставил в распоряжение Шерлока Холмса (Джон отлично понимал, что идёт не особо ценным дополнением) целый этаж современного большого коттеджа. Шерлок занял угловую комнату и бросил Джону, прежде чем закрыть дверь:
— Едем в Баскервилль, собирайся.
Джон немного погуглил про него вчера перед сном: научно-исследовательский центр повышенной секретности в ведении Эм-оу-Ди (2), место, отлично подходящее для проведения тех самых генетических экспериментов, если они существовали.
Откровенно говоря, Джон был бы рад, если бы Шерлок доказал, что это сказки. В мире Джона хватало странностей и без выведенных магглами монструозных собак.
Кстати, о странностях: палочку пришлось убрать к мантии-невидимке. На военных объектах безопасностью не пренебрегали, Джон это знал по личному опыту, так что гостей вполне могли бы и обыскать. Так что — ничего странного или подозрительного при себе.
Пистолет тоже оставил — всё равно с ним в Баскервилль не пустят.
Через десять минут Джон был полностью готов — и вовремя. В комнату заглянул Шерлок, глаза которого сверкали маниакальным блеском, и сообщил, что им пора.
Дорога от деревни до базы занимала минут двадцать, и чем ближе они подъезжали, тем довольнее становился Шерлок. Посторонним это было бы не заметно, но Джон видел, как лицо друга постепенно приобретает почти что нежное выражение. Да уж, ничто и никого в своей жизни Шерлок не любил так, как нераспутанные головоломки.
— Почти на месте, — объявил Шерлок с азартом, когда они свернули на грунтовую дорогу, ведущую к внушительным воротам с вооружённой охраной.
— Как мы туда попадем? Не говори, что…
Придерживая руль одной рукой, Шерлок извлёк из кармана пластиковую карточку.
— Майкрофта. Я шарю по его карманам, когда он меня раздражает. Расслабься, — он убрал карточку обратно. — Будет весело.
(1) — мешочек из кожи моко — в переводе «Росмэна» — мешочек из ишачьей кожи, и после прочтения я представила себе кожи ишака. Ан нет, это не ишак, а магическая ящерка ишака. Есть ли тут игра слов? Моего английского не хватает на то, чтобы её распознать, так что оставлю оригинальное название.
(2) — Эм-оу-Ди — MoD — Министерство обороны Великобритании. Любят британцы аббревиатуры. Даже Майкрофт ими не брезгует («MoD man», — так он называет человека, который выболтал секретную информацию Ирэн Адлер)
Глава двадцать вторая, в которой Шерлок ищет собаку, а Джон всё-таки верит в генетические эксперименты
Баскервилль изнутри выглядел как любая военная база: много спецтехники, много бритых ребят с отнюдь не бутафорским оружием, чисто выметенные и даже вымытые дороги и непримечательные корпуса.
Джон козырнул капитанским удостоверением, Шерлок продемонстрировал карточку, дающую максимальный уровень допуска, и их повели на экскурсию.
Если честно, Джон не знал, что именно Шерлок планирует здесь найти. Нельзя было просто спросить в лоб: «Простите, вы тут не выпускаете на местные болота генномодифицированную собаку? Ну, так, чисто случайно. Нет?»
Потому что если собака есть, то проверяющие из Лондона (то есть они с Шерлоком) должны о ней знать, хотя бы что-то. А если это всё-таки глюк мистера Найта, то на них тем более посмотрят как на сумасшедших. Да и не факт, к тому же, что на такой прямой вопрос что-то ответят.
Обойти же все лаборатории не представлялось возможным — Баскервилль был огромен, а Шерлок говорил, что у них всего двадцать минут до того момента, как Майкрофт узнает о проникновении в Баскервилль.
Они успели спуститься в одну из лабораторий — это было огромное достаточно прохладное помещение, у стен которого громоздились клетки с животными. За столами работали учёные в белых халатах. Одна из женщин возилась с белым кроликом, мужчина что-то делал с обезьяной. И, надо сказать, на ветеринаров они не особо походили.
Поболтали с женщиной, доктором Степлтон, о клонировании и генетических экспериментах. Позаглядывали в клетки под покрывалами. Шерлок сунул нос в подсобные помещения, а Джон попытался навести разговор на собаку с болот, но не преуспел.
На двадцать третьей, если верить точным часам на руке Шерлока, минуте в Лондоне узнали, что Майкрофт Холмс посетил Баскервилль, запросили подтверждение — и Шерлок с Джоном тут же оказались под прицелом автомата.
— Это ошибка, — максимально спокойно сказал Джон, хотя завывшая сирена и моргающие лампы тревожной сигнализации откровенно напрягали.
— И кто же вы такой… — майор Бэрримор, начальник Баскервилля, вгляделся в лицо Шерлока, сличая его со смазанной фотографией на удостоверении. — Едва ли Майкрофт Холмс.
— Это он, — твёрдо продолжал гнуть свою линию Джон. — Компьютерный сбой, я подготовлю отчёт по ситуации, майор.
— Какого черта здесь происходит?! — Кажется, майор был готов отдать приказ о немедленном задержании, даже если таких полномочий у него не было.
Помощь пришла, откуда не ждали.
— Я знаю, кто эти люди, — проговорил подошедший к ним сотрудник Баскервилля. Он представлялся им минутами пятнадцатью ранее. — Я, знаете, плохо запоминаю лица, но мистера Холмса забыть не мог.
Чёрт. Да уж, если он читал блог и знает, кто такой Шерлок, у них проблемы. Одно дело — просто влезть на секретную базу. И другое — влезть на неё, намеренно вынюхивая какие-то секреты.
— Ох, — начал было Шерлок, но мужчина (доктор Франклинд, вспомнил Джон) протянул ему руку со словами:
— Рад видеть вас снова, Майкрофт.
Они с Шерлоком обменялись рукопожатиями, вспомнили какую-то конференцию не то в Брюсселе, не то в Вене, и доктор Франклинд повёл Шерлока на выход, оставив майора и его людей в лёгком недоумении и с огромным количеством подозрений, которые нельзя было ни подтвердить, ни опровергнуть.
Джон тоже поспешил на улицу.
Едва они оказались вдали от бдительных военных, доктор Франклинд спросил:
— Дело ведь в Генри Найте,
