И не небрежно, как можно было сделать, желая отступить от правил. Может, я слишком поддалась разыгравшемуся во мне огню, но Тэкеши удивлял меня каждую секунду. Хотя что уж может быть удивительного в старой как мир любви? Может…
Я ждала, что он будет меня ласкать и дальше, стимулировать наступление очередного расслабляющего на некоторое время оргазма. Но он поступил иначе. Просто снял с меня корсет, ловкими движениями расстегивая клепки и стягивая кожаные стринги вместе с прикрепленным к ним фалосом. Вздох облегчения вырвался из моей груди.
- Это тебе самой нельзя снимать, а про меня же речи не было, - шепнул мне на ухо Тэкеши, продолжая аккуратно разминать после ремневых стяжек мою моментально расслабившуюся грудь.
Я молча лежала с закрытыми глазами и мысленно благодарила его за эту дерзость.
- Надеюсь, на нем не было датчиков, - усмехнулся Тэкеши. – Иначе придется снова вставить.
От мысли о продолжении издевательства тело содрогнулось. И Тэкеши тут же меня обнял. Я почувствовала его неосуществленное желание и подумала о том, как на самом деле он силен духом. Совершенно обнаженная я лежала с ним рядом, касаясь его тела. А он, коснувшись пламени, отступил.
- Прости меня, - прошептала я. – За все, за все. Ладно?
- Конечно, - усмехнулся он.
- И спасибо.
- Никто не проверит, если датчика нет. Просто делай мученическое лицо всю неделю и все, - посоветовал он.
Действительно. Как просто получалось. Рассмеялась, а из глаз покатились слезы радости. А потом я погрузилась в исцеляющий сон. И лишь ближе к утру покинула комнату Тэкеши. Между нами ничего не было, если не считать особой ауры, возникшей после моего освобождения. Дерзкая и свободная, словно авантюра моя могла одурачить целый мир, я вернулась к себе. Постонала, поохала для приличия, услышав шаги Эллы, мимо проходившей по коридору. Какой же я была дурой! Так все просто!
В конце недели я благополучно сдала корсет директору, предварительно нанеся на лицо пудру на тон светлее…
И в тот же день мне впервые после происшествия удалось попасть к Герману.
Неделя не пошла ему на пользу. Из сильного духом, крепкого парня он превратился в безразличное ко всему существо.
- Здравствуй… - еле слышно осторожно поздоровалась я, входя в комнату осыпающихся песков. Стеллы поблизости не было. На кушетке, стоящей в центре комнаты, поглощенной полумраком, он лежал совершенно неподвижно, уставившись в потолок. Под ним плавно утекали под пол пески, старательно поднимаясь по невидимым желобкам, по стенам к потолку, чтобы водопадом осыпаться сверху с трех сторон. Мне вдруг подумалось, что эта комната явно ему не подходит. Уплывающая из-под ног земля – разве это то, что может вернуть к жизни?
Герман не реагировал и ничего не говорил. Я невольно вспомнила себя. Каково было мне год назад, как я растворялась в собственной боли, мечтая о веревке и крюке…
Воспоминания взметнулись яркими всполохами и померкли, превращаясь в черно-белые и почти ничего не значащие фотографии. Я пережила, а значит и он переживет. Он мужчина, сильнее меня.
- Герман… Ты как?
Безразличный взгляд скользнул по мне, обрезая больнее бритвы и красноречивее слов рассказывая о его теперешнем состоянии.
- Не думала, что так произойдет. Иначе ни за что не согласилась бы тогда на это… переодевание… Прости…
Я так много хотела ему сказать, но ничего не получалось. Слова застряли в горле и никак не хотели выходить. Чувства перемешались, образовав стремящийся в темную бесконечность хаос. Несколько минут молча сидела, ощущая, как по щекам моим струятся горячие слезы стыда.
- Кто тебя избил? – решилась, наконец, спросить.
- Не утомляй и не расстраивай его, - послышался тихий голос из-за моей спины. Стелла. – Пойдем лучше выпьем.
Она крепко зацепилась за рукав моей блузки и потянула назад.
- Герман… Я сейчас… Приду…
Оказавшись в кабинете Стеллы, устало опустилась в кресло. Она открыла форточку и включила вытяжку. Присев на край массивного стола и скрестив на груди руки, сжала губами электронную сигару и полной грудью втянула. Затем шумно выдохнула.
- Около четырех часов его насиловали несколько мужчин. А затем избили для прикрытия.
Я вжалась в кресло и закрыла рукой рот. Потрясение оказалось слишком сильным. Несколько минут я неподвижно сидела, не в состоянии что-либо предпринять.
- Не стоит винить себя. Это заказ, - продолжила Стелла, словно ожидая нахлынувшие на меня внутренние мучения. – К тому же, с тобой никак не связанный.
Она откупорила уже початую бутылку красного вина и, разлив по бокалам, протянула мне.
- Как это не связанный?.. Это же из-за меня все…
- Нет, Беливия! Он должен был там оказаться.
- Почему? – выкрикнула я, не в силах больше сдерживаться.
- Так было задумано.
- Да кем составляются такие планы? Он же нормальный был! Зачем его так?..
- Тише, Беливия. Успокойся! Ты как первый день в школе! – шикнула на меня Стелла. Осушив разом бокал, поставила его на стол. – Начальное обследование показало, что он латентный.
- Это бред… - выдохнула я. – Тест может ошибаться.
- Не часто, - возразила она.
- Что теперь с ним будет? – спросила, догадываясь о дальнейшем.
- Сделаю ему «промывку», оклемается и вперед…
- Куда «вперед»?
- Как и все агенты – выполнять задания.
Она наполнила свой бокал доверху и залпом его осушила. Ей и самой, казалось, требовалась помощь.
- Он не сможет быть «заднеприводным», - намеренно грубо высказалась я.
- Посмотрим.
- Стелла!
- Что Стелла??? – прошипела она. – Думаешь, так просто взять и отменить решение приемной комиссии? Знаешь, сколько надо собрать анализов? А когда уже «дело» сделано, как думаешь, кто захочет услышать о таком? Правильно! Никто! Даже больше тебе скажу! Сделают все, чтобы этого никогда не услышать! А мне нужно просто выполнять свою работу! Зачем, спросишь ты? Да чтобы жить эту чертову жизнь!..
- Но он же человек…
- А я не человек? А ты не человек? Все мы люди. Только чужие друг другу. Просто работаем вместе и все!
- Стелла, его надо спасти, - твердо сказала я.
- Захочет жить – выживет…
- А если жить не захочет? – тихо спросила. – Я ведь тоже не хотела, но вы меня спасли. А могли бы…
- Скажи спасибо Павлу.
- В каком смысле?
- Таких, как ты, слабых, обычно не спасают.
Ее ответ меня ошарашил.
- Что???
- Это так, Беливия. Просто случайность, отравленная вирусом любви.
- А тебя кто спас? – напрямую спросила я.
- Не важно.
Она встала и направилась к двери. Я последовала за ней. Молча, не желая продолжать начавшийся разговор, способный перерасти в ссору. Мне нужно было, чтобы она не калечила Германа, не убивала его психику.
- Ты можешь, не ставить на него программу? – спросила я ей в спину.
Стелла не отвечала. Переставляла с места на место вещи, озабоченно проверяла, работает ли в комнате кондиционер.
- Стелла? – окликнула ее я. – Ты меня слышишь?
- То есть ты считаешь, что я программами ломаю психику? То есть сейчас он там лежит, как овощ, не со сломанной? Вот такой вот здоровенький мальчик!
- Просто… если ты поставишь внушение, он же навсегда останется такой… ориентации… - запинаясь, еле выговорила я.
- И что? Чем это плохо?
- Для системы, может, и хорошо. Но для него…
- Он и есть система. Как ты это не понимаешь! Винтик! Механизм! Вот именно такой нужен. А другой не нужен! Совсем!
- Значит, в его случае это единственный способ выжить? – я задохнулась.
- Возможно, - устало выдохнула Стелла. – Иди уже спать, Беливия.
- А если бы это был твой сын, Стелла, - не унималась я. – Ты бы так же говорила? Так же поступила бы с ним?
- Я не знаю. Наверное, нет.
- Герман тоже чей-то сын! – я искала лазейки в ее душе и, казалось, не находила. – Подумай об этом!
- К чему все эти разговоры о детях? – зло посмотрев на меня, устало спросила она. – Их никогда у нас не будет…
- У тебя все в порядке? – обеспокоенно спросила я.
- Почти.
- Что-то с Валерой?
- А с Валерой – ни-че-го, - отмахнулась она.
- Вы поссорились? – догадалась я.
- Да. Он устроил сцену из-за Германа. Приревновал, - горько усмехнулась Стелла.
- Не может быть, - ответила, хотя мысленно подумала, что именно этого от Валеры и можно было ожидать. – Помиритесь.
- Конечно, - согласилась она. – Спокойной ночи.
Некоторое время спустя
Дорогой Дневник!
Смогу ли я описать словами случившееся… Не знаю…
После разговора со Стеллой спала плохо. И на утро решила непременно проведать Германа. Поговорить с ним, рассказать какую-нибудь чепуху или просто помолчать рядом. Он стал мне дорог. Не только потому, что жертвовал собой ради меня. А скорее, просто так…
По пути на завтрак встретила одногрупников, которые очень странно на меня смотрели, ничего при этом не говоря. Значения не придала. Мало ли.
Дверь в комнату релакса была опечатана…
Ключ с брелком торчал в замке…
Пахло спиртом…
Я сразу поняла – что-то случилось…
Медленной походкой пошла в лазарет. Одна за другой открывала двери в палаты. Третьекурсница с ножевыми… Первокурсник с бронхитом… И все…
- Кого ищешь? – голос Эллы пронзил меня тонкой спицей.
- Германа, - открыто заявила я.
Она взяла меня за локоть и тихо проговорила:
- Можешь не искать.
- Что с ним?
- Отравился, - еще тише сказала она.
- Он в больнице? В городе? Где он? – я вцепилась в ее руку мертвой хваткой.
- Его больше нет… Не спасли…
Что было со мной дальше, я помню плохо. Да и важно ли это…
Очнулась на чердаке. Смотрела в потолок. Легонько за плечо меня теребил Тэкеши.
- Беливия…
- Что тебе?
- Он сам так решил.
- Кто? – не поняла я.
- Герман. Просто не смог принять эту нашу долбанную жизнь…
- Ты ничего о нем не знаешь! – вспыхнула я.
- Я знаю достаточно. Он отравился заранее украденным ядом. Все было спланировано заранее, понимаешь? До того, как его избили и до того, как его выхаживала Стелла. Задолго до этого!
- Откуда… откуда ты знаешь?
- У меня свои источники, - отмахнулся Тэкеши. – Просто пойми, что его смерть была неизбежна. Он сам так решил. И статистика говорит о том, что один процент из ста не выдерживает наших условий…
- К черту статистику! Получается, я знала о его намерениях и не смогла предотвратить!
- Стелла тоже знала, - возразил Тэкеши.
В ужасе я легла на спину и закрыла глаза. Отравляющие сознание мысли медленно прокрадывались и заполняли собой все пространство…
Стелла должна была «снести» его суицидные мысли программой…
Я ее отговаривала…
Накануне…
И она не успела…
Или не стала?
Страшное осознание содеянного еще большей волной накрыло меня…
Став причиной неприятностей Германа, втянув Стеллу, убедив ее не программировать его, я убила человека…
Снова! На этот раз не защиты ради! Теперь уже без помощи оружия! Руками другого человека! Убедив Стеллу бездействовать! Зачем?..
Потому что я была уверена в своей правоте!
Зарядила разговоры о детях и прочее…
Почему же она меня, обычную учащуюся, послушала? Она! Профессиональный психолог!..
Еще более шокирующая мысль пронзила мое сознание.
Потому что своему сыну она пожелала бы смерти, а не такой жизни…
Тэкеши старался меня успокоить, в чем-то убедить и вывести, наконец, из состояния ступора, но я ничего не слышала. Мысли, словно земляные черви мертвеца, разъедали меня изнутри.
- А где сейчас тело Германа? – вдруг спросила я.
- Не знаю…
Казалось, его немало испугал мой вопрос.
- Мне нужно его увидеть! – я мгновенно оказалась у лестницы и принялась спускаться в моповую.
- Беливия, одумайся! Остановись! Куда ты собралась? – он схватил меня за руку.
- За стенку! К РосАлексу!
- Ты с ума сошла!
Захват оказался крепким. Вырваться не получалось. Я трепыхалась, зло сжав зубы, рискуя получить синяк от его сжатых на моем запястье пальцев.
- Я никуда тебя не отпущу, - твердо заявил Тэкеши, осторожно спускаясь за мной с лестницы. – Не ищи на свою аппетитную попку неприятностей. Их и так предостаточно.
- Я просто хочу увидеть тело Германа. И все!
- А также немного нарваться на суровый нрав директора, - со вздохом добавил Тэкеши.
- Да мне плевать! Веришь, нет?
- Это я вижу, - он заключил меня в свои объятия, а я уткнулась лицом в его грудь. Рыдания душили изнутри, но мне хотелось их сдержать.
- Хорошо, - выговорила, наконец, я после нескольких минут молчания. – Проводи меня до лестницы. Занятия скоро…
- Вот это другое дело. Только не на занятия. Уже вечер. Ты все пропустила.
Удивленно посмотрела на него. То есть, я пролежала в беспамятстве целый день? Не поверив, чуть приоткрыла дверцу моповой и скользнула взглядом на окна в коридоре. Они были плотно закрыты жалюзи, но и так стало понятно, что уже темно. Времени потеряно много.
- Блин… - сокрушенно прошептала я.
- Вот-вот, - подтвердил Тэкеши.
За целый день с телом Германа могло случиться все, что угодно! Почему-то я отметала мысль о нормальных похоронах. Вряд ли в этих стенах такое возможно.
- Ты предлагаешь просто забыть обо всем и жить дальше? – я прищурилась, чтобы уловить в темноте его взгляд.
- Я предлагаю, как и прежде, собирать информацию, пока не настанет время решительного удара.
- Бездействовать, значит? Это твое время может ведь и не наступить.
- Не может. Они непременно где-нибудь провалятся…
- То есть ты этого ждешь? А как же все твои разговоры о кодах, слабых точках и прорывах в управляющей программе?
- Тише, Беливия! – его ладонь легла на мои губы, а сама я оказалась захваченной. – Все это не так быстро, как кажется тебе, и казалось когда-то мне. Программа «зеркалит», создавая мнимые узлы. Ежедневно я ищу выход, но пока…
- Отпусти меня, - сквозь его ладонь проговорила я устало. Мне хотелось остаться одной. Не было сил больше слушать его легенды. Отсутствие каких-либо решительных действий не оставляло никакой надежды на результат…
Быстрым шагом я дошла до туалета и заперлась в кабинке, чтобы перевести дыхание. Смотрела в потолок и составляла план. Бездействовать я не собиралась. Нужно было во всем разобраться, а для этого я должна была отыскать Стеллу – первое звено трагедии…
Я нашла ее на кухне. Как ни странно она готовила пудинг! Застыв в дверях, с ужасом рассматривала это бытовое видео: она размешивает творог, Валера готовит противень… Семейная идиллия! Ярость медленно поднималась внутри.
- Вкусно, наверное, получится? – едва сдерживаясь, спросила я.
Стелла оглянулась и молча посмотрела на меня так, что я поперхнулась. Вокруг глаз синие круги, словно она давно не спала. Лицо осунулось и посерело.
- Мне нужно с тобой поговорить, - попросила тихо.
- Может, не надо? – Валера ответил за нее. – Она неважно себя чувствует.
- Я тоже, - отступать не собиралась.
- Пошли, - Стелла сняла фартук, стянула перчатки и выкинула в мусорное ведро, захватила электронную сигарету и пластиковый бутылек с тропической жидкостью и покинула кухню. Я молча последовала за ней. Приготовленная речь потерялась в едва уловимом запахе ладана. Откуда?
Накинув на плечи коротенькую шубку и кинув мне меховую накидку, она махнула головой. На крыльцо. Вышли. Стелла втягивала в себя ароматный пар и безразлично выпускала на свободу белые кольца. Она стояла, прижавшись к колонне, совершенно отрешенно, словно меня не было рядом. Казалось, она ждала вопросов от меня. Или, может, с мыслями собиралась. Прошло несколько минут.
Я ждала, что он будет меня ласкать и дальше, стимулировать наступление очередного расслабляющего на некоторое время оргазма. Но он поступил иначе. Просто снял с меня корсет, ловкими движениями расстегивая клепки и стягивая кожаные стринги вместе с прикрепленным к ним фалосом. Вздох облегчения вырвался из моей груди.
- Это тебе самой нельзя снимать, а про меня же речи не было, - шепнул мне на ухо Тэкеши, продолжая аккуратно разминать после ремневых стяжек мою моментально расслабившуюся грудь.
Я молча лежала с закрытыми глазами и мысленно благодарила его за эту дерзость.
- Надеюсь, на нем не было датчиков, - усмехнулся Тэкеши. – Иначе придется снова вставить.
От мысли о продолжении издевательства тело содрогнулось. И Тэкеши тут же меня обнял. Я почувствовала его неосуществленное желание и подумала о том, как на самом деле он силен духом. Совершенно обнаженная я лежала с ним рядом, касаясь его тела. А он, коснувшись пламени, отступил.
- Прости меня, - прошептала я. – За все, за все. Ладно?
- Конечно, - усмехнулся он.
- И спасибо.
- Никто не проверит, если датчика нет. Просто делай мученическое лицо всю неделю и все, - посоветовал он.
Действительно. Как просто получалось. Рассмеялась, а из глаз покатились слезы радости. А потом я погрузилась в исцеляющий сон. И лишь ближе к утру покинула комнату Тэкеши. Между нами ничего не было, если не считать особой ауры, возникшей после моего освобождения. Дерзкая и свободная, словно авантюра моя могла одурачить целый мир, я вернулась к себе. Постонала, поохала для приличия, услышав шаги Эллы, мимо проходившей по коридору. Какой же я была дурой! Так все просто!
В конце недели я благополучно сдала корсет директору, предварительно нанеся на лицо пудру на тон светлее…
И в тот же день мне впервые после происшествия удалось попасть к Герману.
Неделя не пошла ему на пользу. Из сильного духом, крепкого парня он превратился в безразличное ко всему существо.
- Здравствуй… - еле слышно осторожно поздоровалась я, входя в комнату осыпающихся песков. Стеллы поблизости не было. На кушетке, стоящей в центре комнаты, поглощенной полумраком, он лежал совершенно неподвижно, уставившись в потолок. Под ним плавно утекали под пол пески, старательно поднимаясь по невидимым желобкам, по стенам к потолку, чтобы водопадом осыпаться сверху с трех сторон. Мне вдруг подумалось, что эта комната явно ему не подходит. Уплывающая из-под ног земля – разве это то, что может вернуть к жизни?
Герман не реагировал и ничего не говорил. Я невольно вспомнила себя. Каково было мне год назад, как я растворялась в собственной боли, мечтая о веревке и крюке…
Воспоминания взметнулись яркими всполохами и померкли, превращаясь в черно-белые и почти ничего не значащие фотографии. Я пережила, а значит и он переживет. Он мужчина, сильнее меня.
- Герман… Ты как?
Безразличный взгляд скользнул по мне, обрезая больнее бритвы и красноречивее слов рассказывая о его теперешнем состоянии.
- Не думала, что так произойдет. Иначе ни за что не согласилась бы тогда на это… переодевание… Прости…
Я так много хотела ему сказать, но ничего не получалось. Слова застряли в горле и никак не хотели выходить. Чувства перемешались, образовав стремящийся в темную бесконечность хаос. Несколько минут молча сидела, ощущая, как по щекам моим струятся горячие слезы стыда.
- Кто тебя избил? – решилась, наконец, спросить.
- Не утомляй и не расстраивай его, - послышался тихий голос из-за моей спины. Стелла. – Пойдем лучше выпьем.
Она крепко зацепилась за рукав моей блузки и потянула назад.
- Герман… Я сейчас… Приду…
Оказавшись в кабинете Стеллы, устало опустилась в кресло. Она открыла форточку и включила вытяжку. Присев на край массивного стола и скрестив на груди руки, сжала губами электронную сигару и полной грудью втянула. Затем шумно выдохнула.
- Около четырех часов его насиловали несколько мужчин. А затем избили для прикрытия.
Я вжалась в кресло и закрыла рукой рот. Потрясение оказалось слишком сильным. Несколько минут я неподвижно сидела, не в состоянии что-либо предпринять.
- Не стоит винить себя. Это заказ, - продолжила Стелла, словно ожидая нахлынувшие на меня внутренние мучения. – К тому же, с тобой никак не связанный.
Она откупорила уже початую бутылку красного вина и, разлив по бокалам, протянула мне.
- Как это не связанный?.. Это же из-за меня все…
- Нет, Беливия! Он должен был там оказаться.
- Почему? – выкрикнула я, не в силах больше сдерживаться.
- Так было задумано.
- Да кем составляются такие планы? Он же нормальный был! Зачем его так?..
- Тише, Беливия. Успокойся! Ты как первый день в школе! – шикнула на меня Стелла. Осушив разом бокал, поставила его на стол. – Начальное обследование показало, что он латентный.
- Это бред… - выдохнула я. – Тест может ошибаться.
- Не часто, - возразила она.
- Что теперь с ним будет? – спросила, догадываясь о дальнейшем.
- Сделаю ему «промывку», оклемается и вперед…
- Куда «вперед»?
- Как и все агенты – выполнять задания.
Она наполнила свой бокал доверху и залпом его осушила. Ей и самой, казалось, требовалась помощь.
- Он не сможет быть «заднеприводным», - намеренно грубо высказалась я.
- Посмотрим.
- Стелла!
- Что Стелла??? – прошипела она. – Думаешь, так просто взять и отменить решение приемной комиссии? Знаешь, сколько надо собрать анализов? А когда уже «дело» сделано, как думаешь, кто захочет услышать о таком? Правильно! Никто! Даже больше тебе скажу! Сделают все, чтобы этого никогда не услышать! А мне нужно просто выполнять свою работу! Зачем, спросишь ты? Да чтобы жить эту чертову жизнь!..
- Но он же человек…
- А я не человек? А ты не человек? Все мы люди. Только чужие друг другу. Просто работаем вместе и все!
- Стелла, его надо спасти, - твердо сказала я.
- Захочет жить – выживет…
- А если жить не захочет? – тихо спросила. – Я ведь тоже не хотела, но вы меня спасли. А могли бы…
- Скажи спасибо Павлу.
- В каком смысле?
- Таких, как ты, слабых, обычно не спасают.
Ее ответ меня ошарашил.
- Что???
- Это так, Беливия. Просто случайность, отравленная вирусом любви.
- А тебя кто спас? – напрямую спросила я.
- Не важно.
Она встала и направилась к двери. Я последовала за ней. Молча, не желая продолжать начавшийся разговор, способный перерасти в ссору. Мне нужно было, чтобы она не калечила Германа, не убивала его психику.
- Ты можешь, не ставить на него программу? – спросила я ей в спину.
Стелла не отвечала. Переставляла с места на место вещи, озабоченно проверяла, работает ли в комнате кондиционер.
- Стелла? – окликнула ее я. – Ты меня слышишь?
- То есть ты считаешь, что я программами ломаю психику? То есть сейчас он там лежит, как овощ, не со сломанной? Вот такой вот здоровенький мальчик!
- Просто… если ты поставишь внушение, он же навсегда останется такой… ориентации… - запинаясь, еле выговорила я.
- И что? Чем это плохо?
- Для системы, может, и хорошо. Но для него…
- Он и есть система. Как ты это не понимаешь! Винтик! Механизм! Вот именно такой нужен. А другой не нужен! Совсем!
- Значит, в его случае это единственный способ выжить? – я задохнулась.
- Возможно, - устало выдохнула Стелла. – Иди уже спать, Беливия.
- А если бы это был твой сын, Стелла, - не унималась я. – Ты бы так же говорила? Так же поступила бы с ним?
- Я не знаю. Наверное, нет.
- Герман тоже чей-то сын! – я искала лазейки в ее душе и, казалось, не находила. – Подумай об этом!
- К чему все эти разговоры о детях? – зло посмотрев на меня, устало спросила она. – Их никогда у нас не будет…
- У тебя все в порядке? – обеспокоенно спросила я.
- Почти.
- Что-то с Валерой?
- А с Валерой – ни-че-го, - отмахнулась она.
- Вы поссорились? – догадалась я.
- Да. Он устроил сцену из-за Германа. Приревновал, - горько усмехнулась Стелла.
- Не может быть, - ответила, хотя мысленно подумала, что именно этого от Валеры и можно было ожидать. – Помиритесь.
- Конечно, - согласилась она. – Спокойной ночи.
Некоторое время спустя
Дорогой Дневник!
Смогу ли я описать словами случившееся… Не знаю…
После разговора со Стеллой спала плохо. И на утро решила непременно проведать Германа. Поговорить с ним, рассказать какую-нибудь чепуху или просто помолчать рядом. Он стал мне дорог. Не только потому, что жертвовал собой ради меня. А скорее, просто так…
По пути на завтрак встретила одногрупников, которые очень странно на меня смотрели, ничего при этом не говоря. Значения не придала. Мало ли.
Дверь в комнату релакса была опечатана…
Ключ с брелком торчал в замке…
Пахло спиртом…
Я сразу поняла – что-то случилось…
Медленной походкой пошла в лазарет. Одна за другой открывала двери в палаты. Третьекурсница с ножевыми… Первокурсник с бронхитом… И все…
- Кого ищешь? – голос Эллы пронзил меня тонкой спицей.
- Германа, - открыто заявила я.
Она взяла меня за локоть и тихо проговорила:
- Можешь не искать.
- Что с ним?
- Отравился, - еще тише сказала она.
- Он в больнице? В городе? Где он? – я вцепилась в ее руку мертвой хваткой.
- Его больше нет… Не спасли…
Что было со мной дальше, я помню плохо. Да и важно ли это…
Очнулась на чердаке. Смотрела в потолок. Легонько за плечо меня теребил Тэкеши.
- Беливия…
- Что тебе?
- Он сам так решил.
- Кто? – не поняла я.
- Герман. Просто не смог принять эту нашу долбанную жизнь…
- Ты ничего о нем не знаешь! – вспыхнула я.
- Я знаю достаточно. Он отравился заранее украденным ядом. Все было спланировано заранее, понимаешь? До того, как его избили и до того, как его выхаживала Стелла. Задолго до этого!
- Откуда… откуда ты знаешь?
- У меня свои источники, - отмахнулся Тэкеши. – Просто пойми, что его смерть была неизбежна. Он сам так решил. И статистика говорит о том, что один процент из ста не выдерживает наших условий…
- К черту статистику! Получается, я знала о его намерениях и не смогла предотвратить!
- Стелла тоже знала, - возразил Тэкеши.
В ужасе я легла на спину и закрыла глаза. Отравляющие сознание мысли медленно прокрадывались и заполняли собой все пространство…
Стелла должна была «снести» его суицидные мысли программой…
Я ее отговаривала…
Накануне…
И она не успела…
Или не стала?
Страшное осознание содеянного еще большей волной накрыло меня…
Став причиной неприятностей Германа, втянув Стеллу, убедив ее не программировать его, я убила человека…
Снова! На этот раз не защиты ради! Теперь уже без помощи оружия! Руками другого человека! Убедив Стеллу бездействовать! Зачем?..
Потому что я была уверена в своей правоте!
Зарядила разговоры о детях и прочее…
Почему же она меня, обычную учащуюся, послушала? Она! Профессиональный психолог!..
Еще более шокирующая мысль пронзила мое сознание.
Потому что своему сыну она пожелала бы смерти, а не такой жизни…
Тэкеши старался меня успокоить, в чем-то убедить и вывести, наконец, из состояния ступора, но я ничего не слышала. Мысли, словно земляные черви мертвеца, разъедали меня изнутри.
- А где сейчас тело Германа? – вдруг спросила я.
- Не знаю…
Казалось, его немало испугал мой вопрос.
- Мне нужно его увидеть! – я мгновенно оказалась у лестницы и принялась спускаться в моповую.
- Беливия, одумайся! Остановись! Куда ты собралась? – он схватил меня за руку.
- За стенку! К РосАлексу!
- Ты с ума сошла!
Захват оказался крепким. Вырваться не получалось. Я трепыхалась, зло сжав зубы, рискуя получить синяк от его сжатых на моем запястье пальцев.
- Я никуда тебя не отпущу, - твердо заявил Тэкеши, осторожно спускаясь за мной с лестницы. – Не ищи на свою аппетитную попку неприятностей. Их и так предостаточно.
- Я просто хочу увидеть тело Германа. И все!
- А также немного нарваться на суровый нрав директора, - со вздохом добавил Тэкеши.
- Да мне плевать! Веришь, нет?
- Это я вижу, - он заключил меня в свои объятия, а я уткнулась лицом в его грудь. Рыдания душили изнутри, но мне хотелось их сдержать.
- Хорошо, - выговорила, наконец, я после нескольких минут молчания. – Проводи меня до лестницы. Занятия скоро…
- Вот это другое дело. Только не на занятия. Уже вечер. Ты все пропустила.
Удивленно посмотрела на него. То есть, я пролежала в беспамятстве целый день? Не поверив, чуть приоткрыла дверцу моповой и скользнула взглядом на окна в коридоре. Они были плотно закрыты жалюзи, но и так стало понятно, что уже темно. Времени потеряно много.
- Блин… - сокрушенно прошептала я.
- Вот-вот, - подтвердил Тэкеши.
За целый день с телом Германа могло случиться все, что угодно! Почему-то я отметала мысль о нормальных похоронах. Вряд ли в этих стенах такое возможно.
- Ты предлагаешь просто забыть обо всем и жить дальше? – я прищурилась, чтобы уловить в темноте его взгляд.
- Я предлагаю, как и прежде, собирать информацию, пока не настанет время решительного удара.
- Бездействовать, значит? Это твое время может ведь и не наступить.
- Не может. Они непременно где-нибудь провалятся…
- То есть ты этого ждешь? А как же все твои разговоры о кодах, слабых точках и прорывах в управляющей программе?
- Тише, Беливия! – его ладонь легла на мои губы, а сама я оказалась захваченной. – Все это не так быстро, как кажется тебе, и казалось когда-то мне. Программа «зеркалит», создавая мнимые узлы. Ежедневно я ищу выход, но пока…
- Отпусти меня, - сквозь его ладонь проговорила я устало. Мне хотелось остаться одной. Не было сил больше слушать его легенды. Отсутствие каких-либо решительных действий не оставляло никакой надежды на результат…
Быстрым шагом я дошла до туалета и заперлась в кабинке, чтобы перевести дыхание. Смотрела в потолок и составляла план. Бездействовать я не собиралась. Нужно было во всем разобраться, а для этого я должна была отыскать Стеллу – первое звено трагедии…
Я нашла ее на кухне. Как ни странно она готовила пудинг! Застыв в дверях, с ужасом рассматривала это бытовое видео: она размешивает творог, Валера готовит противень… Семейная идиллия! Ярость медленно поднималась внутри.
- Вкусно, наверное, получится? – едва сдерживаясь, спросила я.
Стелла оглянулась и молча посмотрела на меня так, что я поперхнулась. Вокруг глаз синие круги, словно она давно не спала. Лицо осунулось и посерело.
- Мне нужно с тобой поговорить, - попросила тихо.
- Может, не надо? – Валера ответил за нее. – Она неважно себя чувствует.
- Я тоже, - отступать не собиралась.
- Пошли, - Стелла сняла фартук, стянула перчатки и выкинула в мусорное ведро, захватила электронную сигарету и пластиковый бутылек с тропической жидкостью и покинула кухню. Я молча последовала за ней. Приготовленная речь потерялась в едва уловимом запахе ладана. Откуда?
Накинув на плечи коротенькую шубку и кинув мне меховую накидку, она махнула головой. На крыльцо. Вышли. Стелла втягивала в себя ароматный пар и безразлично выпускала на свободу белые кольца. Она стояла, прижавшись к колонне, совершенно отрешенно, словно меня не было рядом. Казалось, она ждала вопросов от меня. Или, может, с мыслями собиралась. Прошло несколько минут.
