Так ни к чему и не придя, Белла немного помедитировала, затем потренировалась в трансгрессии и направилась домой. Тот странный тип, если он и в самом деле существует, явно опасен. А потому Белле очень пригодится умение трансгрессировать, так что на эти тренировки девушка особенно налегала в последующие дни. А ещё задумалась о создании артефакта, прячущего запах. Оборотень тот парень или нет, а он определенно её унюхал.
Глава 15
Чем бы вы занимались изо дня в день, если бы были одиноким бессмертным вампиром, которому не надо есть, пить, спать и справлять естественные надобности? Если бы вы существовали в таком состоянии уже почти сотню лет и успели за это время получить несколько высших образований в разных областях, а также перечитать все самые интересные и располагающие к размышлениям книги?
Эдвард Каллен не был одинок в полном смысле этого слова. Ему повезло: у него была величайшая ценность его жизни - его семья. Два брата, две сестры и те двое, которых он принимал и почитал, как своих родителей - Карлайл и Эсме. Но все его близкие люди имели пару, которой уделяли гораздо больше внимания, чем остальным членам семьи. И Эдвард чувствовал себя неприкаянным в окружении счастливых влюблённых. Конечно, он был рад, что его братья и сестры нашли друг друга, но иногда немного завидовал им, ведь сам он до сих пор не встретил пару.
Таким образом, день столетнего вампира представлял собой следующее: Эдвард слонялся по дому, играл на пианино, перечитывал что-то из классики или слушал музыку. Вечером, когда вся семья собиралась дома, он мог поговорить с отцом и матерью, поспорить с Эмметом, посоревноваться с Джаспером, поупражняться в острословии с Розали или безмолвно пообщаться с Элис путём её видений и его чтения мыслей. Но этого было мало, очень мало.
И наступал момент, когда все разбредались по парочкам, а Эдвард просто сбегал из дома, не в силах выдержать того, как их мысли наполнены друг другом. Будет ли у него когда-нибудь рядом кто-то, чьи мысли будет занимать он сам? Эдварду было сложно в это поверить. И всё из-за его дара: он знал, о чём думают окружающие его люди и вампиры. Даже не желая того, он знал. Получится ли ему при таких обстоятельствах выстроить отношения хоть с кем-то? Такой дар отпугнёт любого. Да и возможно ли полюбить кого-то, чьи самые грязные мысли и самые неприятные недостатки тебе видны как на ладони? С одной стороны это облегчает жизнь - можно сразу отсеивать недостойных, а с другой - найти достойного чертовски трудно.
В Форксе, где они сейчас жили с семьёй, у Эдварда была любимая полянка, на которой он часто проводил время в солнечные дни и не только. Поляна радовала буйством красок во все времена года, кроме зимы - цветы там цвели все сезоны. Разумеется, это были разные цветы, ведь каждое растение цветёт в своё время, но так получалось, что, когда бы Эдвард не пришёл туда - там постоянно что-то цвело. Будучи воспитанным на классике и произведениях искусства, он оказался весьма восприимчив к красоте, так что вид цветущей поляны доставлял ему удовольствие. Но это не единственная причина, почему эта поляна манила его. Там он мог по-настоящему наслаждаться тишиной, ведь в радиусе на много миль не было ни единого разумного существа, что своими мыслями вторгался бы в существование Эдварда. И это было настоящее блаженство.
Лежа на благоухающем ковре, постепенно нагреваясь под солнечными лучами, Эдвард мог мечтать, представляя себя обычным, тёплым и живым, человеком. Он знал, что так или иначе, об этом мечтал каждый в его семье. Потому они и селились рядом с людьми, ходили каждый раз в школу, пытались жить "обычной" жизнью. Но, разумеется, это было совсем не то.
Вот и в этот летний день Эдвард решил отправиться на свою любимую полянку, но приблизившись к ней, был ошеломлён, потрясён, оглушён и повержен. Его практически сбил с ног сильнейший аромат человеческой крови, волной ударивший в нос. Это был самый притягательный аромат - Эдвард даже не мог себе вообразить, что такой существует, что он способен существовать. И всё, чего вампир хотел прямо сейчас - это выпить его источник. Прямо сейчас. Немедленно. Но...
На поляне было пусто. Зрение и слух сообщали, что люди поблизости отсутствуют: Эдвард никого не видел, и даже не слышал чужого сердцебиения или дыхания. Но обоняние кричало, что его вкусная жертва где-то поблизости. Ням-ням.
Эдвард сглотнул слюну с выделившимся ядом. Видимо, человек с потрясающим запахом был на поляне долгое время, вот та и пропиталась его запахом. Надо отследить шлейф аромата и узнать, куда делся его обед. Решив так, мужчина сорвался с места. Он шёл, как собака по следу, за тонким и самым прекрасным ароматом на свете. И тот привёл его к стоящему за кустами чёрному Хаммеру. Эдвард знал, кому принадлежит эта машина. Дочь шерифа, Изабелла Свон, не так давно въехала на ней в Форкс, чем сразу привлекла массу внимания. Конечно же, всем было любопытно, откуда у простой дочери шерифа столько денег? Была тут и откровенная зависть, были и подозрения в коррупции - Эдвард много грязи увидел за это время в мыслях людей.
Так, значит, этот дивный аромат принадлежит ей - Изабелле? В мыслях Эдварда возникла невысокая изящная фигурка с копной вьющихся тёмных волос - такой он видел девушку в чужих мыслях. Лично ни он, ни остальные Каллены с новоприбывшей ещё не встречались. Она собиралась с сентября идти в школу - там и думали узнать о ней больше. Но теперь это не имело значения, поскольку девушка до школы не доживёт. Эдвард просто останется рядом с Хаммером и подождёт. Рано или поздно, его вкусняшка появится.
Но чем больше Эдвард ждал, затаившись, как настоящий хищник, тем слабее становился запах Изабеллы, и тем больше прояснялись его мозги.
"Что я собираюсь сделать? - Ужаснулся Каллен. - Убить ни в чём не повинную девушку только потому, что мне понравился её запах? Предать свои убеждения? А что скажет Карлайл?.."
Образ разочарованного отца так чётко возник в мыслях Эдварда, что ему пришлось потрясти головой, чтобы от него избавиться.
"Мне нужно к отцу, - решил он. - Срочно! Карлайл поможет."
И Эдвард сорвался с места, направляясь к дому и борясь с желанием повернуть обратно.
***
Дома Карлайл объяснил Эдварду, что тот, по всей видимости, встретил свою певицу крови, а также выразил уверенность, что его сыну хватит выдержки, чтобы не причинить несчастной дочери шерифа вреда. Сам Эдвард такой уверенности не испытывал, ведь первое, что он сделал после разговора с отцом - это отправился к дому Свонов. И пусть вампир уговаривал себя, что делает это только для того, чтобы убедиться, что запах действительно принадлежит проживающей там девушке, но правда в том, что Эдвард и сам не знал, что будет делать. Возможно, увидев во плоти объект его одержимости, а не только ощутив его запах, он не сможет сдержаться. И девушка будет выпита. А возможно, он и впрямь найдёт в себе силы бороться.
С такими мыслями мужчина вошёл в Форкс, замедляясь до человеческого шага, чтобы не привлекать внимание. Он свернул на улицу, где проживал шериф, и вдруг понял, что не может найти нужный дом. Он прошёлся несколько раз туда и обратно, но дома Свонов так и не увидел. Более того, Эдвард понял, что не может вспомнить ни номер дома, ни то, как он выглядит. Что за чертовщина?
Пришлось снова бежать к Карлайлу.
- Отец! Ты знаешь, где находится дом шерифа?
Карлайл взглянул на него укоризненно:
- Эдвард, что ты задумал? Зачем тебе его дом?
- Хочу убедиться, что это запах его дочери, а не кого-то ещё. Но дело не в этом! Я не смог найти этот дом.
- Что значит, не смог найти? - Нахмурился блондин.
- То и значит. Я не помню, где он находится. Можешь сказать мне адрес?
- Это странно, - прокомментировал Карлайл, - у нас идеальная память. Но, разумеется, я тебе скажу.
И он назвал адрес, Каллен прекрасно это слышал и даже помнил его, пока возвращался в город, но потом снова забыл. Что за?.. Тогда Эдвард решил пойти другим путём: время близилось к вечеру, так что надо было просто проследить за Чарли Своном, когда тот поедет домой из участка. Так Эдвард и сделал. Но в какой-то момент машина Чарли просто исчезла. Не исчезла из вида, скрывшись за поворотом, а на самом деле исчезла. Растворилась в воздухе. Пропала. Испарилась.
Эдварду казалось, что он сходит с ума. Он упросил Эммета и Розали сходить к дому шерифа, чтобы убедиться, могут ли те найти его. Розали была недовольна, но из соображений безопасности семьи, всё же выполнила его просьбу. Вернувшись, девушка покрутила пальцем у виска и задрав прекрасный носик кверху, молча проследовала в свою комнату. Эммет задержался ровно настолько, чтобы хлопнуть Эдварда по плечу и посоветовать ему сходить на охоту, чтобы расслабиться и сменить обстановку. Дом Свонов был на месте, и у брата с сестрой не возникло трудностей в том, чтобы его найти. Неужели это высшие силы вмешались, чтобы не дать монстру навредить девушке? Поэтому только Эдвард не может найти её дом?
В конце концов Эдварду только и оставалось, что приходить на поляну и наслаждаться запахом, который там время от времени появлялся. При этом он больше не вёл к машине или еще куда-то: он обрывался прямо здесь, на поляне. Словно кто-то появлялся из ниоткуда и исчезал в никуда. И, когда бы Эдвард не приходил, он так никого и не смог застать там.
В том, что кто-то на поляне точно был, Эдварда убеждали следы: цветы в одном месте были сильно притоптаны, словно кто-то поставил себе целью их уничтожение, а в других местах земля кое-где была вскопана. В итоге прекрасная поляна Эдварда была осквернена и изуродована, и тот был до глубины души возмущен этим вандализмом, но поделать ничего не мог.
Эдвард примчался в класс биологии одним из первых, поспешив занять ту самую парту, которая служила ему весь прошлый год - и которую он видел в видении Элис. Он бросал взгляды на дверь, пытаясь по мыслям заходящих в класс учеников отследить, как далеко находится Белла. Наконец, он увидел девушку в мыслях Майка. Она не спеша шла по коридору - и приковывала все без исключения взгляды. Гордая осанка, неторопливые движения, уверенность во взгляде - это были те аристократические черты, что сам Эдвард впитал с детства. Современные дети не такие. Они сутулятся, суетятся, их жесты резки и отрывисты, а взгляд выдаёт все их эмоции, сиюминутные желания и комплексы. Белла же была во всех смыслах закрытой книгой. Он не только не мог прочесть её мысли, но и её чувства были скрыты этим холодным взглядом теплых глаз цвета горького шоколада.
Эдвард вспомнил, как Белла восхитилась Розали во время ланча, и подумал, что сама Белла нисколько не проигрывает его сестре в красоте и грации. Хотя самой Роуз польстила оценка девушки, Эммет восхищенно подумал, что ему досталась самая прекрасная девушка на свете, Джаспер же считал утонченную красоту и изящество Элис - верхом совершенства, зато сама Элис разделяла с Эдвардом уверенность, что Белла очень красива.
Эдвард задержал дыхание, глядя, как девушка заходит в класс, осматривается, видит единственное свободное место рядом с ним, колеблется примерно три секунды, а потом идёт к нему по проходу между рядами. Заминка девушки была настолько коротка, что её смог заметить только Эдвард - и то, благодаря своим вампирским способностям и тому, что пристально следил за ней. А так Белла, как подобает аристократке, ничем не показала своего нежелания сидеть рядом с ним. Кто же она такая? Неужели так воспитывают детей в Финиксе?
Вообще, Эдвард уже привык за прошедшие десятилетия, что люди сторонятся их, так что реакция Беллы на него не была чем-то необычным, но почему-то именно сейчас Эдварда это задело. Ему не хотелось, чтобы девушка его боялась. И в то же время он понимал, что ей нужно его бояться - для её же пользы.
Белла аккуратно села рядом с ним - Эдвард едва сдержал свой порыв отодвинуть стул для неё. Лицо девушки было так близко - она не прятала его за волосами, как многие подростки, так что Эдвард мог разглядеть каждую мимическую морщинку, каждую родинку и каждую трещинку на губах. Но особое внимание его привлёк выбившийся из причёски локон, который был заправлен за маленькое ушко. Почему-то эта картина так тронула его, вызвала какие-то непонятные, незнакомые эмоции.
- Невежливо так пристально рассматривать человека, - раздался мелодичный голос. При этом Белла даже не повернулась к нему, даже глаза не скосила в его сторону. Как она узнала, что Эдвард наблюдал за ней?..
- Простите, леди. Я просто очарован вашей красотой.
Глаза, улыбка, волосы и брови —
Мне говорят, что только в древнем слове
Могла всецело отразиться ты.
- М-м-м... Бодлер? - Вскинула бровь Белла.
- Это Шекспир, - улыбнулся Эдвард, позволяя себе сделать небольшой вдох. Однако ожидаемого запаха - того самого, будоражащего, зовущего и сногсшибательного - не последовало. Эдвард чувствовал запах чернил от тетради Беллы, запах бумаги, запахи пота одноклассников, но от Беллы словно не исходило никакого аромата. Даже запахов шампуня или одежды он от неё не чувствовал. Так вообще бывает?
- Вот как?.. - Равнодушно пожала плечами Белла, явно принимая отразившееся на лице изумление Эдварда, как реакцию на то, что она не узнала сонеты Шекспира. Эдвард взял себя в руки, решив, что подумает об отсутствии запаха девушки позже.
- Не любите поэзию? - Спросил он, снова обаятельно улыбаясь.
- Не особо, - ответила Белла. - Я больше физик, чем лирик. Но Бодлер вроде ничего.
Белла на самом деле читала Бодлера в оригинале, так как хотела убедиться в том, что французский, изучаемый ею в прошлой жизни - идентичен французскому в этой. Кое-что даже запомнилось. Искушение блеснуть познаниями оказалось слишком велико:
- Viens-tu du ciel profond ou sors-tu de l?abime,
O beaute? Ton regard, infernal et divin,
Verse confusement le bienfait et le crime,
Et l?on peut pour cela te comparer au vin.
(Скажи, откуда ты приходишь, Красота?
Твой взор — лазурь небес иль порожденье ада?
Ты, как вино, пьянишь прильнувшие уста,
Равно ты радости и козни сеять рада.)
- Гимн Красоте, - сразу узнал Каллен.
- Изучал французский? - Поинтересовалась Белла с лёгким чувством досады. Она уже знала, что тут в качестве иностранного языка изучали испанский, поэтому не ожидала от парня, что он сходу не только поймёт смысл, но и угадает стихотворение.
- Не в этой школе, - лаконично ответил Эдвард и замолк.
Учитель как раз закончил вступительную речь и перешёл к объяснению темы, так что Белла принялась записывать, а Эдвард продолжил украдкой любоваться девушкой.
Белла же в этот момент размышляла над тем, что собой представляют эти Каллены. Она автоматически записывала за учителем, но мыслями была далеко, перебирая в голове всех известных человекоподобных волшебных существ. Она уже знала, что дети доктора Каллена учатся отлично, в глубине их знаний она сейчас косвенным образом убедилась - через общение с Эдвардом. Скорее всего, обладают хорошей памятью и неплохим интеллектом. Определенно есть какие-то сверхъестественные способности - как минимум, алмазная кожа и сверхскорость. Насчёт владения магией пока что у неё не было однозначной уверенности.
